Решение № 2-782/2019 2-782/2019~М-502/2019 М-502/2019 от 12 мая 2019 г. по делу № 2-782/2019

УИД 19RS0002-01-2019-000721-22 Дело № 2-782/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 мая 2019 года г.Черногорск

Черногорский городской суд Республики Хакасия

в составе председательствующего Дмитриенко Д.М.,

при секретаре Орловой Ю.Н.,

с участием прокурора Могилина В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Угольная компания «Разрез Степной» о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к Акционерному обществу «Угольная компания «Разрез Степной» (далее – АО «УК «Разрех Степной»), просил взыскать компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 335 247 руб. 70 коп., компенсацию морального вреда за необоснованный отказ в выплате единовременной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 15 000 руб., а также возместить судебные расходы на оплату услуг представителя.

Исковые требования мотивированы тем, что в период с 26.04.1996 по 30.06.2017 истец работал у ответчика в должности водителя БелАЗа в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, что привело к развитию профессиональных заболеваний: вибрационная болезнь 2 степени, связанная с воздействием локальной и общей вибрации (***. Заключением медико-социальной экспертизы ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% по каждому заболеванию. Считал, что повреждение здоровья произошло по вине ответчика, в результате чего он испытывает физические и нравственные страдания. Истец обратился к ответчику с указанными требованиями, однако причиненный вред предприятием добровольно компенсирован не был. Просил суд взыскать с АО «УК «Разрез Степной» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 335 247 руб. 70 коп.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признала, представила письменные возражения на иск. Считает, что с учетом стажа работы в условиях вредных веществ и стажа работы у ответчика, размер компенсации морального вреда должен определяться пропорционально отработанному у ответчика времени и составлять 137 440 руб. 31 коп. Поскольку ответчик не отказывал истцу в выплате единовременной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, компенсацию морального вреда за необоснованный отказ в выплате в размере 15 000 руб. не подлежат взысканию. Расходы на оплату услуг представителя подлежат снижению с учетом критерия разумности.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца.

Заслушав пояснения представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 работал на предприятии ответчика с 26.04.1996 по 30.06.2017 в должности водителя БелАЗа на вывозке угля и горной массы.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 26.10.2017 № 174 усматривается, что общий стаж работы истца составляет 40 лет 10 месяцев, стаж работы в должности водителя автомобиля БелАЗ на вывозке угля и горной массы, а также стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание (отравление), – 34 года 5 месяцев.

Медицинским заключением № 1918 от 26.09.2018 установлено, что у истца установлено основное профессиональное заболевание – вибрационная болезнь 2 степени, связанная с воздействием локальной и общей вибрации (***.

09.10.2018 работодателем составлен акт расследования профессионального заболевания, согласно которому причиной профессионального заболевания у истца послужило длительное воздействие локальной и общей вибрации, превышающей предельно допустимые значения.

Заключением учреждения медико-социальной экспертизы *** истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% на срок с 26.11.2018 по 01.12.2020.

На основании приказа государственного учреждения – регионального отделения ФСС РФ по Республике Хакасия *** от 13.02.2019 ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в сумме 48 245 руб. 90 коп.

В силу части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Из содержания статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) следует, что работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.

Обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя ст. 212 ТК РФ.

Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 01.04.2013 утверждено Отраслевое соглашение по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 по 31.03.2016, срок действия которого продлен до 31.12.2018 соглашением от 26.10.2015.

Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (пункт 1.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности).

Факт присоединения АО «УК «Разрез Степной» к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности ответчиком не оспаривался.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности определено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

По смыслу изложенных выше положений нормативных правовых актов Российской Федерации и Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре, в том числе условия выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (пункт 3 статьи 1064 ГК РФ).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 09.10.2018 профессиональное заболевание у ФИО1 возникло при следующих обстоятельствах и условиях:

- эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации (виброускорение) на рулевом колесе по оси ОZ а/м БелАз составляет 129дБ, при ПДУ 126 дБ, превышение до 3дБ, время воздействия до 8 часов в смену;

- корректированный эквивалентный уровень общей вибрации по оси Z составляет до 134 дБ, при ПДУ 115 дБ, превышение до 19 дБ, время воздействия до 8 часов в смену.

Доказательств отсутствия своей вины в возникновении у истца профессионального заболевания в порядке части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ ответчиком не представлено.

Представитель ответчика, заявляя требование о возмещении вреда пропорционально периоду работы истца в АО «УК «Разрез Степной», ссылается на то, что заболевание было приобретено ФИО1 при работе с вредными условиями труда в предшествующих организациях.

Между тем, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, ответчиком доказательств того, что профессиональное заболевание было приобретено истцом в периоды его работы в иных организациях, не представлено.

По мнению суда, при определении размера подлежащей выплате компенсации в счет возмещения морального вреда истцу, необходимо учесть конкретные обстоятельства, а именно: длительность работы истца на предприятиях угольной отрасли, факт причинения истцу вреда здоровью в связи с не обеспечением безопасных условий труда. При этом, суд принимает во внимание, что предприятия угольной промышленности, на которых истец работал помимо ответчика, в настоящее время ликвидированы. Кроме того, судом учитывается характер физических, нравственных страданий истца от полученных заболеваний, нарушение привычного образа жизни, общения, а также утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 %, указанные выше фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, индивидуальные особенности потерпевшего (возраст, социальный статус), требования разумности и справедливости.

Из справки о начислениях заработной платы за период с июня 2016 по июнь 2017 года следует, что среднемесячная заработная плата истца составила 64 923 руб. 82 коп.

Из материалов дела следует, что 26.02.2019 истец обратился в АО «УК «Разрез Степной» с требованием о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Представитель ответчика, возражая против удовлетворения требования о компенсации морального вреда, причиненного отказом в выплате компенсации морального вреда, ссылается на то, что истцу была предложена выплата в размере 326 798 руб. 80 коп. с условием ее рассрочки на 3 месяца.

Суд отклоняет указанный довод, поскольку истец был вынужден обратиться в суд за защитой нарушенного права, исковое заявление подано 25.03.2019, тогда как ответ на заявление ФИО1 направлен ответчиком только 04.04.2019, при этом вышеуказанным Соглашением компенсация морального вреда предусмотрена в качестве единовременной выплаты, в связи с чем условие о ее рассрочке нарушает права истца.

Учитывая изложенное, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 341 269 руб. 90 коп. из расчета: 64 923 руб. 82 коп. х 20% х 30% - 48 245 руб. 90 коп., а также компенсацию морального вреда в связи с неудовлетворением требований работника в размере 2 000 руб., а всего взыскать компенсацию морального вреда в размере 343 269 руб. 90 коп.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

С учётом сложности дела, длительности его рассмотрения и объема совершенных представителем истца процессуальных действий (подготовка искового заявления, участие в одном судебном заседании) критерию разумности соответствует сумма расходов на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб.

С учетом положений части 3 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 193-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 343 296 руб. 90 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб. 00 коп., а всего взыскать 350 296 руб. 90 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором принесено апелляционное представление в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Д.М. Дмитриенко

Справка: мотивированное решение составлено 20.05.2019.