Решение № 2-3452/2025 2-3452/2025~М-2348/2025 М-2348/2025 от 22 июля 2025 г. по делу № 2-3452/2025

УИД 74 RS0001-01-2025-003142

Дело №2-3452/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2025 года г. Челябинск

Советский районный суд г. Челябинска в составе:

Председательствующего судьи Хабиной И.С.,

при секретаре Макаровой В.К.,

с участием прокурора Шестаковой К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Советского района г. Челябинска, действующего в интересах ФИО1 к АО «Транснефть-Урал» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Прокурор Советского района г. Челябинска обратился в суд с иском в интересах ФИО1 к АО «Транснефть-Урал» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в размере 800 000 руб.

В обосновании иска прокурор сослался на то, что ФИО1 принят на работу в АО «Транснефть –Урал» на должность водителя автомобиля ДД.ММ.ГГГГ. при выполнении обязанностей по трудовому договору прибыв на рабочее место ЦТТиСТ по адресу <адрес> прошел предрейсовый медицинский осмотр, получил отметку о допуске в путевом листе, направился к автомобилю, где осмотрел, состояние бака, решил долить охлаждающую жидкость в радиатор и произвести ремонт лампы дневных ходовых огней с водительской стороны. После ремонта проверил надежность закрытия пробки радиатора и решил закрыть капот. Спустился одной ногой на подножку и в момент закрытия капота не удержался и упал на спину на асфальтированную площадку, почувствовал сильную боль в спине. Полагая, что травма несерьезная обратился к фельдшеру лишь в 14.20 часов, сообщил начальнику ФИО11., который не организовал транспорт для доставки пострадавшего в травмпункт. ФИО1 в ГКБ№№ добрался на личном транспорте, о том, что травма получена на производстве никому не сообщал. Был госпитализирован в ГКБ №№. Акт о несчастном случае на производстве был составлен ДД.ММ.ГГГГ. Актом о расследовании несчастного случая произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. в действиях ФИО1 не установлено наличия грубой неосторожности. Моральные, нравственные и физические страдания, которые он переносит в связи с причинением вреда здоровью он оценивает в размере 800 000 руб.

В судебном заседании помощник прокурора Советского района Шестакова К.В., истец ФИО1 настаивали на удовлетворении заявленных требований по доводам искового заявления. ФИО1 пояснил, что после травмы он постоянно испытывает физическую боль, длительное время вынужден был проходить лечение, принимать обезболивающие препараты, он не может вернуться к полноценной жизни, испытывает страх, что не сможет продолжать работу в прежней профессиональной сфере. Не может полноценно общаться с детьми и внуками.

Представитель ответчика АО «Транснефть-Урал» ФИО2, действующая по доверенности в судебном заседании исковые требования не признала, полагала, что размер компенсации в 800 000руб. является завышенным, указал на то, что вины работодателя в несчастном случае не имеется, работник прошел вводный и повторный инструктаж, периодические медицинские осмотры, был обеспечен средствами индивидуальной защиты, причиной несчастного случая явилось несоблюдение работником требований по охране труда и обеспечению безопасности труда. Настаивал на том, что АО «Транснефть-Урал» после несчастного случая оказывало работнику помощь, материальную поддержку после травмирования. Представила письменный отзыв. Поддержала доводы отзыва.

Суд, заслушав стороны, исследовав материалы дела, полагает требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению в силу следующего.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством, подлежащим применению при разрешении требований работника о компенсации морального вреда.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из содержания пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, в числе которых значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушений, требования разумности и справедливости, а также соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы компенсации морального вреда должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, при этом исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, то есть сумма компенсации морального вреда должна быть адекватной и реальной. Присуждение же чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы компенсации морального вреда будет означать игнорирование требований закона, и приведет к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ. работает у ответчика в должности водителя автомобиля ЦТТиСТ Челябинского нефтепроводного управления (филиал) АО «Транснефть-Урал».

ДД.ММ.ГГГГ. при выполнении обязанностей по трудовому договору в связи с падением с высоты получил компрессионный перелом Л2 позвонка Аннтелистез Л5 – травма отнесена к категории «тяжелая»

Из акта расследования несчастного случая, проведенного в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года следует, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года прибыв на рабочее место ЦТТиСТ по адресу <адрес> прошел предрейсовый медицинский осмотр, получил отметку о допуске в путевом листе, направился к автомобилю, где осмотрел, состояние бака, решил долить охлаждающую жидкость в радиатор и произвести ремонт лампы дневных ходовых огней с водительской стороны. После ремонта проверил надежность закрытия пробки радиатора и решил закрыть капот. Спускаясь с подножки автомобиля в момент закрывания капота не удержался и упал на асфальтированную площадку спиной. Почувствовал сильную боль в спине. Полагая, что травма несерьезная решил посидеть в машине. В 12.17ч. вышел на территорию предприятия. Встретил начальника ЛПДС «Челябинск» ФИО12., сказал ему, что выехать после обеда не сможет, потому что упал и сильно болит спина. После чего вернулся в автомобиль, примерно в 13.50 сообщил о падении мастеру по ремонту ФИО13., ФИО14. В 14.20 направился к фельдшеру ФИО15., после чего направился на проходную. До травмпункта добрался самостоятельно на личном транспорте, после осмотра был госпитализирован в ГКБ № №.

Разрешая спор суд исходит из доказанности причинения вреда ФИО3 при исполнении трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, при выполнении работ по заданию работодателя, в связи с чем приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика ответственности за вред причиненный истцу.

Доводы представителя ответчика об отсутствии вины работодателя травмировании ФИО3 суд находит несостоятельными, поскольку обратное установлено комиссией при расследовании несчастного случая, кроме того, трудовым законодательством обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, возлагается на работодателя (ст. ст. 22, 212, 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Оснований для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда, не имеется.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание все обстоятельства дела, учитывает отсутствие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, характер физических и нравственных страданий истца.

Согласно данным выписного эпикриза ФИО1 был госпитализирован в период с ДД.ММ.ГГГГ года ДД.ММ.ГГГГ года, ему установлен следующий диагноз: закрытый <данные изъяты>. Впоследствии в течение трех месяцев до настоящего времени проходит реабилитацию под амбулаторным наблюдением. Все это время он испытывает болевые ощущения, которые сохраняются до настоящего времени. Истец ежедневно вынужден принимать обезболивающие препараты, что безусловно причиняет ему моральные страдания.

Кроме того, суд принимает во внимание возраст истца, в период реабилитации после травмы лишен возможности полноценно осуществлять общение с близкими родственниками, с внуками. До настоящего времени он ограничен в своих физических возможностях, вынужден прибегать к помощи супруги для выполнения бытовых операций. В настоящее время он с трудом выполняет незначительные физические нагрузки, испытывает болевые ощущения.

Также судом принимается во внимание, то обстоятельство, что травма породила у истца страх перед невозможностью полноценно трудиться, то обстоятельство, что он, являясь сотрудником предпенсионного возраста боится, что не сможет продолжить свою профессиональную деятельность.

Таким образом, принимая во внимание степень и характер физических страданий, перенесенных истцом в связи с полученной травмой, длительность лечения, степень причиненного вреда, изменение образа жизни истца, возраст и семейное положение истца, учитывая отсутствие грубой неосторожности в действиях истца, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости взыскания с АО «Транснефть-Урал» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 400 000 руб.

Принимая во внимание, что с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда, ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины, с АО «Транснефть-Урал» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования Прокурора Советского района г. Челябинска, действующего в интересах ФИО1 к АО «Транснефть-Урал» удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г. рождения (паспорт №) с АО «Транснефть-Урал» (ИНН №) компенсацию морального вреда в сумме 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с АО «Транснефть-Урал» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в гражданскую коллегию Челябинского областного суд через Советский районный суд в течение 1 месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: И.С. Хабина

Мотивированное решение изготовлено 23.07.2025г.