Апелляционное определение № 33-5601/2026 от 27 апреля 2026 г.

Дело № 33-5601/2026

Судья Романцова Т.И. № 2-3254/2025 (1 инстанция)

УИД 52RS0003-01-2024-005207-25


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Нижний Новгород 28 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Серова Д.В., судей Фролова А.Л., Столбова Е.М.,

при секретаре судебного заседания Самсоновой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Н. Новгород от 06 ноября 2025 г.

гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Нижегородской области о признании решения в части исключения из педагогического стажа периода работы незаконным, включении периода работы в стаж для назначения пенсии.

Заслушав доклад судьи Серова Д.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Нижегородской области. Предметом спора явилось решение ответчика от 14 января 2022 г. [номер], которым ФИО1 было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Истец основывала свои требования на том, что ответчик необоснованно исключил из ее педагогического стажа период работы с 1 октября 2011 г. по 26 сентября 2021 г. в Институте пищевых технологий и дизайна – филиале ГБОУ ВО НГИЭУ. Истица полагала, что учреждение, в котором она работала, было реорганизовано путем присоединения к нему учебного заведения среднего профессионального образования, а ее трудовая функция преподавателя осталась неизменной. Она указывала, что продолжала обучать студентов по программам среднего профессионального образования, контингент которых более чем на 50 процентов состоял из несовершеннолетних, а период работы до реорганизации был включен ответчиком в специальный стаж в бесспорном порядке. Истица также ссылалась на то, что отсутствие в сведениях индивидуального персонифицированного учета кода льготной работы не может являться основанием для ущемления ее пенсионных прав, поскольку предоставление таких сведений является обязанностью работодателя.

Правовым основанием заявленных требований выступали положения п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а также нормы Списка должностей и учреждений и Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781.

ФИО1 просила признать незаконным решение пенсионного органа в части исключения из педагогического стажа периода работы с 1 октября 2011 г. по 26 сентября 2021 г. и возложить на ответчика обязанность включить указанный период в стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ.

В заседании суда первой инстанции истец личного участия не принимала. Будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени рассмотрения дела, она обеспечила явку своего представителя, который в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик, ОСФР по Нижегородской области, обеспечил явку своего представителя, который в судебном заседании просил в удовлетворении иска отказать, то есть иск не признал.

Третьи лица, привлеченные к участию в деле, в судебное заседание не явились при надлежащем извещении.

Решением Ленинского районного суда г. Н. Новгород от 06 ноября 2025 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Нижегородской области о признании решения [номер] от 14.01.2022 г. в части исключения из педагогического стажа периода работы с 01.10.2011 г. по 26.09.2021 г. в «Институте пищевых технологий и дизайна» - филиал ГБОУ ВО НГИЭУ незаконным и подлежащим отмене; обязании Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Нижегородской области включить в педагогический стаж по п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» период работы с 01.10.2011 г. по 26.09.2021 г. в «Институте пищевых технологий и дизайна» - филиал ГБОУ ВО НГИЭУ - отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 ссылается на незаконность и необоснованность судебного решения, полагая, что оно подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении иска. ФИО1 полагает, что ответчик неправомерно исключил из ее специального стажа период работы с 1 октября 2011 г. по 26 сентября 2021 г. в Институте пищевых технологий и дизайна – филиале ГБОУ ВО НГИЭУ. В жалобе указано, что истец изначально была трудоустроена в Профессиональное училище № 55, которое последовательно переименовывалось и в конечном итоге было реорганизовано путем присоединения к Государственному бюджетному образовательному учреждению высшего профессионального образования «Нижегородский государственный инженерно-экономический институт», однако ФИО1 продолжила работу в том же коллективе, с теми же учащимися, осваивающими программы среднего профессионального образования. В течение всего спорного периода истец преподавала в группах среднего профессионального образования, где доля несовершеннолетних студентов никогда не опускалась ниже пятидесяти процентов, а сама ФИО1 выполняла обязанности классного руководителя в группах подростков, что подтверждает сохранение характера педагогической деятельности в учреждении для детей.

В апелляционной жалобе также содержится ссылка на то, что в случае отсутствия в сведениях индивидуального персонифицированного учета кода льготы и оспаривания достоверности таких сведений гражданином, претендующим на досрочное назначение пенсии, осуществление льготной работы может подтверждаться в судебном порядке любыми письменными доказательствами. Истец полагает, что представленные в материалы дела документы, включая уточняющие справки работодателя, с достоверностью подтверждают ее право на включение спорного периода в педагогический стаж.

В обоснование поданных возражений на апелляционную жалобу ответчик указывает, что решение суда является законным и обоснованным, принятым при правильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела, и верном истолковании норм материального права. Пенсионный орган настаивает, что право на досрочное пенсионное обеспечение по п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ возникает при наличии стажа педагогической деятельности в должностях и учреждениях, прямо предусмотренных соответствующими Списками, которые носят исчерпывающий характер и расширительному толкованию не подлежат.

Ответчик обращает внимание, что в соответствии с подлежащим применению Списком должностей и учреждений, утвержденным постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781, образовательные учреждения высшего образования, к которым относится Институт пищевых технологий и дизайна – филиал ГБОУ ВО НГИЭУ, не предусмотрены. Поскольку спорный период работы истца с 1 октября 2011 г. по 26 сентября 2021 г. протекал в учреждении высшего образования, его включение в специальный стаж невозможно.

Кроме того, ответчик ссылается на положения ч. 2 ст. 14 Федерального закона № 400-ФЗ и Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ, согласно которым периоды работы после регистрации гражданина в системе индивидуального персонифицированного учета подтверждаются сведениями, отраженными на его индивидуальном лицевом счете. ФИО2 зарегистрирована в этой системе 19 декабря 1997 г. В выписке из индивидуального лицевого счета истца спорные периоды работы значатся без кода льготы, что, по мнению ответчика, является самостоятельным основанием для отказа во включении данного периода в педагогический стаж. Ответчик подчеркивает, что в силу ст. 28 Федерального закона № 400-ФЗ работодатель несет ответственность за достоверность представляемых сведений, а работодатель истца не подтвердил льготный характер ее работы за спорный период.

На основании изложенного ОСФР по Нижегородской области просит оставить решение суда без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомили. В жалобе выражена просьба о рассмотрении дела в отсутствие истца или ее представителя в случае их неявки. Судебная коллегия в соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в рамках требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на апелляционную жалобу судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене или изменению обжалуемого решения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1, [дата] года рождения, 27 сентября 2021 г. обратилась в ОСФР по Нижегородской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением ответчика от 14 января 2022 г. [номер] в назначении пенсии отказано, при этом продолжительность специального стажа, дающего право на досрочное пенсионное обеспечение в связи с педагогической деятельностью, определена пенсионным органом в 14 лет 11 месяцев 27 дней.

Из записей в трудовой книжке истицы и ответа на запрос суда, поступившего из Института пищевых технологий и дизайна – филиала ГБОУ ВО «Нижегородский государственный инженерно-экономический университет» 5 ноября 2025 г. за [номер], судом установлены следующие периоды трудовой деятельности ФИО1 С 17 сентября 1996 г. по 31 августа 2000 г. она работала мастером производственного обучения, с 1 сентября 2000 г. по 30 сентября 2011 г. – преподавателем. Данный период с 17 сентября 1996 г. по 30 сентября 2011 г. ответчиком включен в специальный стаж в бесспорном порядке.

В дальнейшем в трудовой деятельности истицы имели место следующие изменения: с 1 октября 2011 г. по 31 августа 2012 г. она занимала должность заведующего кафедрой технологии общественного питания; с 1 сентября 2012 г. по 1 сентября 2013 г. – доцента кафедры технологии продукции общественного питания; с 2 сентября 2013 г. по 29 августа 2017 г. – старшего преподавателя кафедры технологии общественного питания; с 30 августа 2017 г. по 31 августа 2018 г. – заведующего кафедрой технологии общественного питания; с 1 сентября 2018 г. по 28 августа 2019 г. – старшего преподавателя. В период с 29 августа 2019 г. по 26 сентября 2021 г. ФИО1 состояла в должности старшего преподавателя кафедры технологии общественного питания в Институте пищевых технологий и дизайна – филиале Государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Нижегородский государственный инженерно-экономический университет».

Судом на основании представленных документов установлено, что Институт пищевых технологий и дизайна – филиал ГБОУ ВО НГИЭУ является правопреемником образовательных организаций среднего профессионального образования: Профессионального училища № 55, Нижегородского техникума пищевой промышленности, Государственного образовательного учреждения среднего профессионального образования «Нижегородский технологический колледж». Приказом Департамента образования и науки Нижегородской области от 7 августа 1998 г. № 281 Профессиональное училище №55 переименовано в Нижегородский техникум пищевой промышленности. Приказом Министерства образования и науки Нижегородской области от 6 февраля 2004 г. № 34 Нижегородский техникум пищевой промышленности переименован в Государственное образовательное учреждение профессионального образования «Нижегородский технологический колледж». Распоряжением Правительства Нижегородской области от 20 мая 2011 г. № 849-р «Нижегородский технологический колледж» реорганизован в форме присоединения к Государственному бюджетному образовательному учреждению высшего профессионального образования «Нижегородский государственный инженерно-экономический институт», трудовые отношения с работниками, включая ФИО2, были продолжены с их согласия. Впоследствии приказом Министерства образования Нижегородской области от 29 декабря 2014 г. № 2957 ГБОУ ВПО НГИЭИ переименован в ГБОУ ВО НГИЭУ, соответственно филиал приобрел наименование «Институт пищевых технологий и дизайна» – филиал ГБОУ ВО НГИЭУ.

Согласно сведениям, изложенным в том же ответе на запрос суда от 5 ноября 2025 г., на базе Института пищевых технологий и дизайна – филиала ГБОУ ВО НГИЭУ осуществляется образовательная деятельность по программам среднего профессионального, высшего и дополнительного обучения. Контингент обучающихся у ФИО1 в большей части составляли несовершеннолетние студенты, осваивающие программы среднего профессионального образования. В 2020-2021 годах истица преподавала дисциплины по специальностям 19.02.10 «Технологии продукции общественного питания» и 43.02.15 «Поварское и кондитерское дело» в группах, сформированных на базе 9 классов; в группах на базе 11 классов она не преподавала. Численность учащихся по указанным специальностям на базе 9 классов составляла в 2020 году 264 человека, из них несовершеннолетних – 156 человек (59 процентов), в 2021 году – 289 человек, из них несовершеннолетних – 169 человек (58,48 процентов). В течение 2020-2021 годов ФИО1 являлась классным руководителем группы среднего профессионального образования на базе 9 классов; в 2020 году все 24 обучающихся группы были несовершеннолетними, в 2021 году несовершеннолетние составили 19 человек (79,16 процентов). В справке также указано, что за весь спорный период не имелось учебных лет, когда количество обучающихся в возрасте до 18 лет составляло бы менее 50 процентов от общего числа студентов.

Также судом установлено, что согласно выписке из индивидуального лицевого счета ФИО1, работодателем – Институтом пищевых технологий и дизайна – филиалом ГБОУ ВО НГИЭ, начиная с 1 октября 2011 г., в пенсионный орган представлялись сведения о работе истицы без указания кода льготы в связи с педагогической деятельностью за весь период работы.

Разрешая заявленные требования по существу, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 8, 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а также Постановлением Правительства РФ от 16 июля 2014 г. № 665, которым в целях реализации ст. 30 и 31 названного закона определены подлежащие применению списки работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений.

Суд указал, что в соответствии с подп. «м» п. 1 Постановления № 665 к периодам педагогической деятельности применяются, в частности, Список должностей и учреждений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781, и Правила исчисления периодов работы, утвержденные тем же постановлением. Суд первой инстанции исходил из того, что законодатель связывает право на досрочное пенсионное обеспечение не с любой педагогической работой, а лишь с деятельностью в определенных должностях и в определенных учреждениях для детей, прямо предусмотренных соответствующими списками.

В основу решения суд заложил то юридически значимое обстоятельство, что Список № 781 в разделе «Наименование учреждений» не содержит такого вида образовательных организаций, как институт или образовательная организация высшего образования. Пункт 1.10 раздела «Наименование учреждений» Списка № 781, на который ссылался суд, предусматривает лишь образовательные учреждения среднего профессионального образования, включая колледжи всех наименований. Суд пришел к выводу, что поскольку с 1 октября 2011 г. трудовая деятельность истицы протекала в учреждении высшего образования, которое преобразовано из учреждения среднего профессионального образования путем реорганизации в форме присоединения, такое учреждение не предусмотрено Списком № 781 в качестве дающего право на досрочную пенсию.

Суд также принял во внимание положения Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», в частности статью 23, разграничивающую типы образовательных организаций на профессиональные образовательные организации и образовательные организации высшего образования, каждая из которых имеет свою основную цель деятельности, отражаемую в наименовании. По мнению суда, работа истицы с 1 октября 2011 г. осуществлялась в образовательной организации высшего образования, что исключает возможность ее зачета в специальный стаж по нормам Списка № 781.

Дополнительным обстоятельством, положенным судом в основу решения, явилось отсутствие в сведениях индивидуального персонифицированного учета за спорный период кода льготной работы. Суд сослался на положения Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», разъяснения п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. № 30, а также на ч. 1 ст. 28 Федерального закона № 400-ФЗ, отметив, что периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета, а работодатель несет ответственность за достоверность представляемых сведений. Поскольку работодатель подавал сведения о работе ФИО1 без указания кода льготы, суд посчитал, что специальный характер ее работы в установленном законом порядке не подтвержден.

Суд также дал оценку доводам истицы о неизменности трудовой функции и контингента обучающихся, указав, что сами по себе эти обстоятельства не могут являться основанием возникновения права на досрочное пенсионное обеспечение, поскольку работа осуществляется в учебном заведении, не предусмотренном Списком № 781, и что в судебном порядке тождественность такой работы не может быть установлена, а перечень структурных подразделений, указанный в п. 13 Правил № 781, носит исчерпывающий характер и не содержит каких-либо подразделений высших учебных заведений. На основании изложенного суд первой инстанции признал, что на дату обращения за пенсией и на момент рассмотрения дела необходимый 25-летний специальный стаж у ФИО1 отсутствовал, и отказал в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Судебная коллегия считает выводы суда обоснованными, соответствующими установленным по делу обстоятельствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, судом верно определены юридически значимые обстоятельства, представленные доказательства являлись предметом исследования и оценки.

В судебном постановлении исчерпывающе приведены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и результаты оценки доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Так, судом первой инстанции достоверно установлено и сторонами не оспаривается, что с 1 октября 2011 г. ФИО1 осуществляла трудовую деятельность в Институте пищевых технологий и дизайна – филиале ГБОУ ВО НГИЭУ. В соответствии со ст. 23 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» данное учреждение относится к типу образовательных организаций высшего образования, что подтверждается его наименованием и организационно-правовой формой. Реорганизация Государственного образовательного учреждения среднего профессионального образования «Нижегородский технологический колледж» в форме присоединения к Государственному бюджетному образовательному учреждению высшего профессионального образования «Нижегородский государственный инженерно-экономический институт», произведенная на основании распоряжения Правительства Нижегородской области от 20 мая 2011 г. № 849-р, повлекла создание нового субъекта права – учреждения высшего образования, с которым у истца были продолжены трудовые отношения. Согласие работника на продолжение работы в реорганизованном учреждении не изменяет правового статуса работодателя как учреждения высшего образования.

Право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ законодатель связывает с осуществлением педагогической деятельности не в любых образовательных организациях, а строго в тех учреждениях для детей, которые прямо поименованы в соответствующих Списках. Список должностей и учреждений, утвержденный постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 г. № 781, в разделе «Наименование учреждений» предусматривает колледжи всех наименований, техникумы, училища и иные образовательные учреждения среднего профессионального образования. Такие виды образовательных организаций, как институт или иная образовательная организация высшего образования, в указанный перечень не включены. Данный перечень, как верно указал суд первой инстанции, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

То обстоятельство, что на базе Института пищевых технологий и дизайна – филиала ГБОУ ВО НГИЭУ осуществлялась образовательная деятельность по программам среднего профессионального образования и контингент обучающихся у ФИО1 в большей части состоял из несовершеннолетних, само по себе не может служить основанием для включения спорного периода в специальный стаж. Действующее законодательство в области пенсионного обеспечения не предусматривает возможности учета периодов педагогической деятельности в зависимости исключительно от характера и условий труда без привязки к типу и наименованию учреждения, которое должно соответствовать требованиям Списка № 781. Статья 23 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» последовательно разграничивает профессиональные образовательные организации и образовательные организации высшего образования как самостоятельные типы, каждый из которых наделен своим объемом прав и обязанностей, а их наименования должны содержать указание на организационно-правовую форму и тип. Выполнение учреждением высшего образования наряду с основными образовательными программами высшего образования также программ среднего профессионального образования не изменяет его тип и не приравнивает его к учреждениям, поименованным в Списке № 781. Факт ведения вузом программ СПО не превращает этот вуз в колледж или техникум ни для целей лицензирования, ни для целей пенсионного обеспечения.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно учел, что п. 13 Правил № 781, содержащий перечень структурных подразделений организаций, работа в которых засчитывается в педагогический стаж независимо от того, предусмотрены эти организации в Списке или нет, не предусматривает каких-либо структурных подразделений, создаваемых в учреждениях высшего образования. Данная норма носит исключительный характер и расширительному толкованию также не подлежит. Следовательно, работа истца в филиале учреждения высшего образования не порождает правовых последствий в виде зачета такого периода в стаж для досрочного пенсионного обеспечения.

Судебная коллегия, вопреки доводам жалобы, также принимает во внимание, что работодатель истца, являясь страхователем и располагая полными сведениями о характере ее трудовой деятельности, в течение всего спорного периода представлял в пенсионный орган сведения индивидуального персонифицированного учета без указания кода льготной профессии, тем самым не подтверждая право ФИО1 на досрочное пенсионное обеспечение в связи с педагогической деятельностью в учреждениях для детей.

Данное обстоятельство дополнительно свидетельствует о том, что и само учреждение высшего образования осознавало невозможность отнесения работы истца к льготной категории в силу своего правового статуса.

Таким образом, доводы истца о неизменности трудовой функции и контингента обучающихся при изменении типа и наименования образовательного учреждения подлежит отклонению как основанные на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Проанализированные в совокупности доводы апелляционной жалобы, по существу, выражают несогласие с оценкой доказательств и выводами, сделанными судом первой инстанции, при этом не указывают на какие-либо новые существенные обстоятельства или доказательства, которые не были бы исследованы судом и могли бы повлиять на исход дела. Представленные в жалобе аргументы не опровергают установленные судом факты и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального или процессуального права.

Каких-либо иных относимых и допустимых доказательств, которые могли бы поставить под сомнение выводы решения, заявителем в апелляционном порядке не представлено, а в материалах гражданского дела такие доказательства отсутствуют.

Суд первой инстанции правильно определил круг обстоятельств, имеющих юридическое значение для разрешения спора, дал надлежащую оценку всем представленным доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ и применил подлежащие применению нормы материального права. Нарушений норм процессуального права, которые повлияли или могли повлиять на исход дела, судом не допущено.

Выводы, изложенные в обжалуемом решении, являются мотивированными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены доказательствами, имеющимися в материалах дела. Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, не имеется.

Руководствуясь ст. 328 - 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г. Н. Новгород от 06 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено

в окончательной форме 08 мая 2026 г.