Приговор № 1-139/2019 от 9 июля 2019 г. по делу № 1-139/2019

Дело № 1-139/2019

74RS0028-01-2019-000303-75


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Копейск Челябинской области 10 июля 2019 года

Копейский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Мохначевой И.Л.,

с участием государственных обвинителей Асадуллина Д.Ф., Бараева Д.И.,

потерпевшего М.А.С.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Мохнева К.Л.,

при секретаре Малетиной Г.К.

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, ДАТА года рождения, ИНЫЕ ДАННЫЕ, зарегистрированного по адресу: АДРЕС, проживающего по адресу: АДРЕС, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч. 3 ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту УК РФ),

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2, занимая должность оперуполномоченного отделения по раскрытию имущественных преступлений ОУР ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, на основании приказа о назначении на должность начальника ОМВД России по г. Копейску Челябинской области НОМЕР от 30 мая 2016 года, имея специальное звание - младший лейтенант полиции, осуществляя свою служебную деятельность в соответствии с Конституцией Российской Федерации, Федеральными законами Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, уголовным и уголовно-процессуальным кодексами Российской Федерации, Федеральным законом «О полиции» от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ (далее по тексту Закон), актами Президента и Правительства Российской Федерации, ведомственными актами МВД Российской Федерации, а также своей должностной инструкцией, утвержденной начальником ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, будучи обязанным в силу занимаемой должности осуществлять свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина; не допускать злоупотреблений служебными полномочиями; соблюдать требования к служебному поведению сотрудника; осуществлять полномочия по приему, проверке сообщений о преступлениях, осуществлять работу по раскрытию преступлений, проведению оперативно-розыскных мероприятий, то есть, являясь представителем власти - должностным лицом органов внутренних дел, обладающим в силу занимаемой должности широким кругом прав и полномочий, в том числе, властного характера, превысил свои должностные полномочия при следующих обстоятельствах.

Так, в соответствии с приказом начальника ОМВД России по г. Копейску Челябинской области НОМЕР от 04 июня 2017 года, с 06 июня 2017 года на территории Копейского городского округа проводилось оперативно-профилактическое мероприятие по противодействию, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, в том числе, связанных с кражами аккумуляторных батарей, хищениями автотранспорта на улицах г. Копейска, в котором был задействован личный состав указанного отдела полиции. ФИО2 совместно с другими сотрудниками ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, в частности: стажером на должность оперуполномоченного Л.А.С., а также оперуполномоченным отделения по раскрытию имущественных преступлений отдела уголовного розыска Ф.Е.К., в соответствии с указанным выше приказом, в ночь с 07 на 08 июня 2017 года принимали участие в оперативно-профилактическом мероприятии, в ходе чего 08 июня 2017 года около 01 часа 00 минут ФИО2, Л.А.С. и Ф.Е.К. на проезжей части у дома 11 по пр. Ильича г. Копейска Челябинской области был остановлен автомобиль МАРКА, регистрационный знак НОМЕР, за управлением которого находился М.А.С., в отношении которого у указанных сотрудников полиции имелись подозрения в возможной причастности к совершению преступлений, связанных с хищениями аккумуляторных батарей из автотранспорта.

Далее, на основании ст. ст. 13, 19, 20 Закона, стажером Л.А.С., с применением физической силы, ввиду наличия в тот момент оснований опасаться применения насилия со стороны М.А.С., последний был извлечен из автомобиля. После чего ФИО2 применил к М.А.С. наручники, ограничив подвижность его рук, поместив в служебный автомобиль для последующего доставления в ОМВД России по г. Копейску Челябинской области с целью получения сведений касаемо его возможной причастности к совершению преступлений.

08 июня 2017 года около 01 часа 00 минут, когда М.А.С. был доставлен к зданию ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, расположенному по адресу: <...>, у ФИО2, возник преступный умысел на совершение действий, явно выходящих за пределы его служебных полномочий - незаконного применения физической силы, с использованием специальных средств, к М.А.С., реализуя который ФИО2, понимая, что каких-либо законных оснований для этого не имеется, явно выходя за пределы своих служебных полномочий, в нарушение ст. 19 Закона, осознавая, что М.А.С. какого-либо сопротивления не оказывает, попыток скрыться от сотрудников полиции не предпринимает, удерживая его сзади за руки, находящиеся в наручниках, подняв их вверх, тем самым, причиняя физическую боль М.А.С., вывел его из автомобиля и провел в таком положении в кабинет № 34 здания ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, где в период времени с 01 до 02 часов, не обладая достоверными сведениями о причастности М.А.С. к совершению каких-либо преступлений, но, желая повысить показатели своей работы в части раскрытия преступлений, связанных с хищениями аккумуляторных батарей из автотранспорта, продолжая реализацию указанного выше преступного умысла, действуя умышленно, стал требовать от М.А.С. сообщить сведения о совершении им лично, либо иными лицами преступлений. При этом, несмотря на то, что М.А.С. все также какого-либо сопротивления оказывать не пытался, специальные средства - наручники, ограничивающие подвижность его рук, в нарушение Закона, использовать не прекратил. Получив от М.А.С. отказ в признании в совершении каких-либо преступных действий, ФИО2, действуя в продолжение указанного выше преступного умысла, находясь при исполнении своих служебных обязанностей в указанные выше время и месте, превышая полномочия сотрудника полиции, которыми он был наделен в силу занимаемой должности, а также ст. ст. 19, 20, 21 Закона, предусматривающими основания, согласно которымсотрудник полиции имеет право применять физическую силу, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, поскольку ни одного из предусмотренных Законом оснований для применения физической силы к М.А.С. у него не имелось, с целью причинения последнему телесных повреждений, действуя умышленно, применил к М.А.С. насилие, нанеся не менее: 1 удара рукой в область живота, 16 ударов руками по голове, в область шеи и надплечья, при этом неоднократно поднимая скованные за его спиной наручниками руки, то есть с применением специальных средств, причиняя М.А.С. физическую боль. А также, взяв канцелярский степлер, поднес его к уху последнего, высказав угрозу применения им насилия. Указанными умышленными преступными действиями ФИО2 потерпевшему М.А.С. причинены физическая боль, а также кровоподтеки: левой ушной раковины, шеи, в области надплечья слева; ссадины правого лучезапястного сустава.

Тем самым, оперуполномоченный ОУР ОМВД России по г. Копейску Челябинской области ФИО1, являясь должностным лицом и находясь при исполнении своих должностных обязанностей, совершил в отношении М.А.С. действия, явно выходящие за пределы его полномочий, а именно, применяя специальные средства, подверг его избиению, чем причинил физическую боль, унизил его честь и достоинство. Кроме того, своими действиями ФИО1 дискредитировал в глазах граждан Российской Федерации авторитет органов внутренних дел и государственной власти в целом, чем существенно нарушил охраняемые законом интересы общества и государства.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом деянии не признал, пояснив, что работает в правоохранительных органах, в настоящее время занимает должность оперуполномоченного ОУР ОМВД России по г. Копейску. В связи с хищением 05 июня 2017 года на территории г. Копейска из автомобилей аккумуляторных батарей, по указанию начальника ОМВД по г. Копейску, в ночь с 07 на 08 июня 2017 года он совместно со стажером Л., оперуполномоченным Ф., находясь на службе, производили патрулирование по городу, в ходе чего заметили автомобиль МАРКА, передвигавшийся по г. Копейску бесцельно, который заезжал во дворы домов. Когда водитель данного автомобиля понял, что они его преследуют, то попытался скрыться. Заблокировав своими транспортными средствами указанный автомобиль с двух сторон, в результате чего он остановился, находившийся ближе всех стажер Л., подбежал, вытащив на асфальт водителя. Подойдя, он - Гутыч представился, предъявил служебное удостоверение. В связи с пояснением Лакощенко, что водитель, как в дальнейшем было установлено, М., себя ведет неадекватно, им (Гутычем) к нему были применены спецсредства - наручники, после чего он, посадив М. в свой автомобиль, доставил его в отделение полиции, в кабинет № 34, где, установив его личность, стал задавать вопросы относительно хищения аккумуляторных батарей. При этом в данном кабинете постоянно присутствовали и другие сотрудники полиции, один на один с М. он не оставался, а через минут 15-20 поехал продолжать патрулирование по городу, что и делал до 5-6 часов утра 08 июня 2017 года. Никаких телесных повреждений М.А.С. он не причинял, только применил после задержания спецсредства, надев на него наручники, так как не знал, что от него можно ожидать. На уточняющие вопросы также пояснил, что телесные повреждения, в дальнейшем выявленные у М., могли быть получены им в момент его задержания и вытаскивания из автомобиля стажером Л.. Рапорт о применении в отношении М. наручников, не подавал, так как на тот момент еще не долго работал, но за это в дальнейшем получил взыскание. Не отрицал, что когда подъехали к отделу полиции, то он вел М., взяв под руки, на которых были надеты наручники. Допускает, что мог застегнуть наручники сильнее, чем требовалось, в связи с чем на том месте у М. и образовалась ссадина. В отделе полиции М. какого-либо сопротивления не оказывал, вел себя спокойно. С ним, помимо него, беседовали и другие сотрудники уголовного розыска. Почему, несмотря на это, М. поясняет о причинении телесных повреждений именно им - ФИО1, ему не известно. Считает, что он его оговаривает. Все время, находясь в отделе, М. угрожал, что посадит всех, так как у него родственник работает в областной прокуратуре. Также, указал, что, задав все интересующие вопросы М., сняв с него наручники, доставил его в кабинет НОМЕР к оперуполномоченному С., а сам поехал продолжать патрулирование. В дальнейшем с его участием производилось тестирование на полиграфе, считает, что полученные по его итогам результаты связаны с испытываемым в тот момент им волнением из-за всего происходившего. Уточнил, что спецсредства - наручники, выдаются сотрудникам один раз на период службы. Ему они были выданы в апреле 2017 года. В настоящее время он имеет специальное звание - лейтенант полиции.

Несмотря на позицию подсудимого, его вина в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, из показаний потерпевшего М.А.С., принимавшего участие в судебном заседании путем видеоконференц-связи, подтвердившего в полном объеме правильность своих показаний, данных на предварительном следствии в ходе допросов, на очных ставках, проверки показаний на месте, следственном эксперименте, оглашенных в судебном заседании, с объяснением противоречий по причине длительности прошествия времени с момента исследуемых событий, следует, что в ночь с 06 на 07 июня 2017 года, двигаясь на своем автомобиле по пр. Ильича г. Копейска, был блокирован двумя автомобилями. Выбежавший из одной машины незнакомый ему человек в гражданской одежде, приказал ему выйти из автомобиля, а когда он этого не сделал, тот, вытащил его, поставив на асфальт на колени, но ударов ему при этом не наносил, а затем, заведя руки за спину, ему надел наручники на запястья подошедший второй человек, после чего его посадили в автомобиль, доставив в отдел полиции г. Копейска. Всего его задерживало не менее 4 человек, которые не представлялись. В здание полиции его завели в наручниках в согнутом положении, с поднятием рук вверх, отчего он испытывал физическую боль, привели в один из кабинетов уголовного розыска на втором этаже, где стали расспрашивать и предъявлять претензии по поводу краж аккумуляторов, заставляя в них признаться. В кабинете находилось около 4 человек, в том числе, как позднее ему стало известно, Гутыч и Л., которые его и задерживали. Периодически в кабинет кто-то заходил и выходил. Далее Л. ушел, с ним беседовал Гутыч и еще один сотрудник в форменной одежде. Поскольку он не сознавался в свершении краж, Гутыч стал его избивать, приказав встать со стула, нанес ему кулаком удар в область солнечного сплетения, отчего он испытал физическую боль. Затем взял степлер, и, угрожая проколоть ухо, зажал верхнюю часть левой ушной раковины, после чего ударил кулаком в левую часть головы, в область виска, а также нанес не менее 5 подзатыльников, ударяя в левую часть головы, висок. Затем стал наносить удары более сильно, нанеся около 5-10 ударов по голове, отчего ему стало плохо, потемнело в глазах. Удары наносились кулаком или ладонью руки, приходились по голове, а именно, по затылочной части, в височную область слева, по левому уху, а также кулаком по телу, в грудную клетку, в область солнечного сплетения, в область плеча и шеи слева. От всех ударов он ощущал физическую боль, сознание не терял, но было помутнение. Избиение сопровождалось требованием сознаться в краже аккумуляторов. Также, Гутыч, чтобы он испытывал физическую боль, поднимал его руки, на которых были надеты наручники, вверх. Наручники с него Гутыч на протяжении всего времени в отделе не снимал, хотя никакого сопротивления он оказывать, как и ранее, даже не пытался, вел себя спокойно. Наручники с него снял уже потом в 4 часа утра другой сотрудник, в кабинет которого его потом отвел Гутыч. Отпустили его лишь около 09 часов утра 08 июня 2017 года, после чего он сразу же обратился в травмпункт, где сообщил об избиении. Но при первом обращении пояснил врачу, что травму получил в быту, так как на тот момент не хотел никуда обращаться по поводу причиненных телесных повреждений, его беспокоило только состояние здоровья, болела голова, хотел проверить, нет ли сотрясения головного мозга. Но потом, позвонив своему брату, тот сказал ему, что нужно подавать заявление в прокуратуру, поэтому в дальнейшем обстоятельств его избиения именно сотрудником полиции, он скрывать не стал. Гутыч бил его на протяжении длительного времени, как ему показалось, не менее 2 часов, и только в кабинете, в который его завели изначально. Далее, когда его перевели в другой кабинет, там к нему уже никакого насилия не применялось. Также, указал, что повреждения на коленях были получены им при его задержании Л. в момент, когда тот его вытащил из автомобиля. В отделе полиции его по ногам не били. После случившегося, вечером 08 июня 2017 года он попытался запечатлеть имевшиеся у него телесные повреждения, для чего сделал фотографии. Однако в этот момент у него уже стали проходить следы от наручников, ссадины на руках. От удара Гутыча в область грудной клетки - «солнечного сплетения» у него было что-то типа ссадины. Однако он ее не зафиксировал на фотосъемке, о ней не сообщил в больнице, куда обращался дважды, а также ее не выявили и в ходе медицинской экспертизы, поскольку она была небольшая, ее практически не было видно. Также, в ходе экспертизы 09 июня 2017 года у него был выявлен кровоподтек на ушной раковине слева, который он не зафиксировал на фотосъемку, поскольку не заметил, что там что-то есть, хотя ухо у него болело. Когда он сидел в кабинете С., тот с ним просто беседовал, говоря, что отпустить его сможет только тот сотрудник, который его доставил. Возможности самостоятельно покинуть отдел полиции все это время он (М.) не имел. Также, давал пояснения о том, что Л. во время задержания его за руку не хватал, а вытащил за рукав, на шею ногой он также не давил, в связи с чем во время задержания он мог получить только повреждения на коленях, все остальные повреждения он получил при доставлении в отдел полиции, когда Гутыч его вел, загибая руки в наручниках за спиной вверх, а также при дальнейшем избиении Гутычем в кабинете (том 2 л.д. л.д. 121-127, 128-136, 137-146, 147-152, 153-158,160-164, 165-171, 172-177, 178-182, 183-194; том 6 л.д. л.д. 30-35, 36-44). На уточняющие вопросы М.А.С. также пояснил, что каждые следующие свои показания в ходе следствия дополнял какими-то уточнениями, которые ему вспоминались между допросами. С его участием также проводилось тестирование с использованием полиграфа, в ходе которого данные им показания были подтверждены. В отделе полиции кроме Гутыча ему никто телесные повреждения не причинял, В., также присутствовавший в кабинете какое-то время, нанес ему лишь пару несильных подзатыльников, от которых он даже боли не испытал. Также, ему казалось, что избивал его Гутыч на протяжении 2 часов, а фактически оказалось, что меньше. После того как его отпустили, сразу же пошел к жене брата, работавшей в школе, рядом с отделом полиции, рассказал ей о случившемся, она посоветовала ему обратиться в больницу, так как его состояние здоровья вызывало опасения. Кроме того, указал, что в настоящее время заявлять исковые требования не будет, так как не готов назвать сумму за испорченные вещи и оценить причиненный моральный вред, намерен это сделать позднее в порядке гражданского судопроизводства. Настаивает на строгом наказании подсудимого.

Допрошенная в судебном заседании свидетель М.Е.С., подтвердившая в полном объеме правильность своих показаний, данных на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании, с объяснением противоречий по причине длительности прошествия времени с момента исследуемых событий, по факту задержания М.А.С. и доставления его отдел полиции г. Копейска, давала пояснения, в целом аналогичные показаниям М.А.С., со слов последнего. Кроме того, указала, что 08 июня 2017 года, когда он пришел к ней утром на работу, то М.А.С. держался за голову, она видела у него ссадины на коленях, следы от наручников на запястьях, синяк и ссадину за левым ухом. У него сильно болела голова, при этом он пояснил, что его всю ночь продержали в отделе полиции, били. Она зафиксировала следы от наручников на телефон, потом отвезла его в травпункт, где ему поставили диагноз: «ДИАГНОЗ» (том 3 л.д. л.д. 95-100, том 5 л.д. л.д. 53-56). Также, указала, что непосредственно до описываемых событий, вечером М.А.С. был у них дома в гостях, при этом никаких телесных повреждений на нем не было, на состояние здоровья он не жаловался.

Свидетель М.С.С. - брат потерпевшего М.А.С., в судебном заседании охарактеризовал последнего только с положительной стороны. Со слов брата, ему стало известно, что ночью на пр. Ильича в г. Копейске его «заблокировали» 2 автомобиля, после чего, доставив в отдел полиции г. Копейска, один из сотрудников бил его, при этом, заставляя рассказать что-то о хищениях аккумуляторов. Видел у него на следующий день после произошедшего телесные повреждения за ухом, на теле. Непосредственно до случившегося, вечером 07 июня 2017 года, М.А.С. находился у них дома в гостях, при этом никаких телесных повреждений на нем не было, на состояние здоровья не жаловался.

Из показаний свидетелей Б.Е.А., А.Е.К. следует, что со слов своего знакомого М.А.С. им известно о его задержании сотрудниками полиции, один из которых его избил, удары наносил по голове. После того, как М. отпустили, тот вместе с братом 08 июня 2017 года приезжали к ним на «шиномонтажку». М. жаловался на головную боль, говорил о наличии на затылке гематомы. Характеризуют его как обычного парня, знают, что он - студент, учился в ЮУрГУ, подрабатывал на «шиномонтажке», к обману не склонен.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ф.Е.К., также подтвердивший в полном объеме правильность своих показаний, данных на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании, с объяснением противоречий по причине длительности прошествия времени с момента исследуемых событий, по обстоятельствам проведения оперативно-профилактического мероприятия, в ходе которого был задержан М.А.С., после чего доставлен в ОМВД России по г. Копейску, давал пояснения, в целом аналогичные показаниям ФИО1 Кроме того, указал, что по прибытии в отдел полиции, видел, что М. находился в кабинете сотрудников уголовного розыска, кто и о чем с ним разговаривал, ему не известно. Пробыв в отделе минут 5-6, затем он вместе с Л. вновь уехали дальше работать. Что там происходило дальше, не знает, более в отдел полиции не возвращался. Во сколько оттуда уехал Гутыч, точно сказать не может, но в ту ночь Гутыч позднее он продолжил с ними патрулировать по городу примерно до 4 часов утра. В его присутствии никто к М. физической силы не применял, не угрожал, каких-либо телесных повреждений на нем не видел, никаких жалоб тот не высказывал (том 3 л.д. л.д. 5-10, 11-12, том 6 л.д. л.д. 78-81).

Свидетель Е.Н.А. в судебном заседании пояснил, что 08 июня 2017 года около 8 часов утра придя на работу, зашел в служебный кабинет № 29, увидев там С.А.В. и молодого парня, как позже узнал - М.А.С. Далее С. ушел на рапорт, с М. им была проведена устная беседа о причине его нахождения в отделе, после чего тот был отпущен. Со слов других сотрудников, ему известно, что автомобиль М. задержали накануне ночью, после чего тот был доставлен в отдел. Применялись ли к М. физическая сила и спецсредства, ему не известно. Каких-либо телесных повреждений у него не видел, жалоб тот ни на что не высказывал.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Л.А.С., подтвердивший в целом правильность своих показаний, данных на предварительном следствии, в том числе на очной ставке, в ходе следственного эксперимента (за исключением первых показаний, о чем давал пояснения в ходе последующих следственных действий с его участием), оглашенных в судебном заседании, с объяснением противоречий по причине длительности прошествия времени с момента исследуемых событий, по обстоятельствам задержания М.А.С., доставления его в ОМВД России по г. Копейску, давал пояснения, в целом аналогичные показаниям ФИО1 Кроме того, пояснил, что при задержании М. он, находясь ближе всех к его автомобилю, открыл дверь его водительской двери, сказав: «Выходи из машины, полиция». Он не мог предъявить служебное удостоверение, поскольку на тот момент являлся стажером. М. ответил отказом, при этом резко потянулся в сторону переднего пассажирского сидения, из-за чего, в целях личной безопасности, им было принято решение незамедлительно извлечь того из машины, для чего он схватил его за рукав верхней одежды, с силой потянул на себя и почти волоком вытащил, в результате чего тот оказался на асфальте на коленях. Каких-либо телесных повреждений при этом он М. не причинял. В это время подошел Гутыч, который надел на М. средства ограничения подвижности - наручники. Больше на месте задержания М., к нему ни физическая сила, ни иные специальные средства не применялись. Далее Гутыч предложил М. проехать в отдел полиции для дальнейших разбирательств, на что тот согласился. Прибыв в отдел, Гутыч доставил М. в один из кабинетов уголовного розыска, после чего он (Л.) ушел, что происходило дальше, ему не известно. Когда вернулся в кабинет, там все еще находились Гутыч и М., был ли кто-либо еще, не помнит. В его присутствии в отделе полиции никто М. телесных повреждений не причинял, на состояние здоровья он не жаловался. Далее он вновь уехал по своим делам. Более в отдел полиции не возвращался. Во сколько оттуда уехал Гутыч, точно сказать не может, но в ту ночь, позднее, Гутыч продолжил с ними патрулировать по городу примерно до 4 часов утра. Кроме того, с его участием был проведен следственный эксперимент, в ходе которого он продемонстрировал, как левой рукой, взявшись за предплечье левой руки М.А.С., извлек последнего из автомобиля, как произвел загиб его руки за спину, после чего, зафиксировав, стал его просто удерживать рукой, не причиняя при этом каких-либо телесных повреждений (том 3 л.д. л.д. 144-147, 148-154, 155-163, 164-168; том 2 л.д. л.д. 178-182, том 5 л.д. 33-36, том 6 л.д. л.д. 83-87).

Свидетель В.И.В. в судебном заседании пояснил, что с 07 на 08 июня 2017 года он находился на суточном дежурстве в отделе полиции, был в форменной одежде. Ему позвонил Гутыч сообщив, что в его кабинет № 34 будет доставлен М., задержанный по факту краж аккумуляторов. Через некоторое время Гутыч привел к нему в кабинет М., усадил на стул, стоявший при входе в кабинет справа, попросив присмотреть за ним. Он спросил у М., по какой причине его задержали, установил его данные, посмотрел по базам, удостоверил его личность. Также, он задавал ему вопросы по поводу задержания, причине нахождения на территории г. Копейска ночью. Продолжалось это 15-20 минут, после чего в кабинет зашел Гутыч, а он (В.) кабинет покинул по своим делам, отсутствовал где-то 5-7 минут. Когда вновь вернулся в свой кабинет, там находились Гутыч, М. сидел на том же стуле, кто-то еще из сотрудников находился в кабинете, но кто именно, не помнит. Все в кабинете было спокойно, конфликтов не возникало. Так как ему необходимо было отдыхать, он предложил всем покинуть его кабинет, после чего М. увели, а он лег спать. Утром перед сдачей дежурства на рапорте проходил мимо кабинета № 29, видел там М., задал ему вопрос, в связи с чем он до сих пор находится в отделе, на что тот пояснил, что дожидается оперативных сотрудников. Больше М. он не видел. На уточняющие вопросы также указал, что в его присутствии М. никто телесных повреждений не причинял, каких-либо жалоб тот не высказывал. Руки М. находились сзади, поэтому был ли он в наручниках, сказать не может.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С.А.В. дал пояснения о том, что, работая оперуполномоченным уголовного розыска, находясь в ночь с 07 на 08 июня 2017 года на суточном дежурстве, выйдя из кабинета, встретил ФИО3, с которым прошли в кабинет, где находились М., Гутыч и еще кто-то из сотрудников уголовного розыска. Минут через 5-7 он вышел из кабинета, вернулся к себе. Через некоторое время, во сколько точно, не помнит, к нему в кабинет № 29 Гутыч привел М., руки которого сзади были скованы наручниками. При этом Гутыч пояснил, что М. задержали по подозрению в хищении из автомашин аккумуляторов и его необходимо отработать на причастность к данным преступлениям. Видимых телесных повреждений на М. не было, никаких жалоб тот не высказывал. Когда Гутыч ушел, он снял с М. наручники, покраснений на его руках не видел.

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- заявлениями М.А.С. 08, 09 и 15 июня 2017 года, в которых он просит привлечь к ответственности неизвестных сотрудников полиции г. Копейска, задержавших его в ночь с 07 на 08 июня 2017 года по ул. Ильича в г. Копейске и нанесших ему телесные повреждения в отделе полиции (том 1 л.д. л.д. 66, 68, 70),

- справкой, согласно которой травмпункт сообщает в ГУВД 09 июня 2017 года в 12:38:59 поступлении М.А.С., который был избит сотрудниками полиции (том 1 л.д. 78),

- справкой из ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейска» травматолого-ортопедического отделения поликлиники об обращении 08 июня 2017 года М.А.С., которому выставлен диагноз: ДИАГНОЗ» (том 1 л.д. 87),

- заключением служебной проверки от 28 июня 2017 года по заявлению М.А.С., согласно которому, на основании сведений, полученных от сотрудников полиции ФИО2 и Л.А.С., в том числе, было установлено, что ими был задержан автомобиль М.А.С., после чего последний добровольно согласился проехать с ними в отдел полиции для установления личности и беседы (том 1 л.д. л.д. 90-94),

- приказом начальника ОМВД по г. Копейску В.А.В. «О проведении оперативно-профилактического мероприятия» от 04 июня 2017 года НОМЕР, из которого следует, что с 06 июня 2017 года на территории Копейского городского округа проводилось оперативно-профилактическое мероприятие по противодействию, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, в том числе, связанных с кражами аккумуляторных батарей, в котором задействован личный состав указанного отдела полиции (том 1 л.д. л.д. 102-103, 146-147),

- информационным письмом начальника ОРЧ СБ ГУМВД России по Челябинской области от 08 августа 2017 года, из которого, в том числе, следует, что по результатам тестирования оперуполномоченный ФИО2 обладает информированностью о событиях и сознательно искажает и скрывает информацию по данному уголовному делу (том 1 л.д. 105),

- ответом на запрос из ГБУЗ «ГБ №1 г. Копейск», согласно которому М.А.С. обращался в травмпункт указанного учреждения 08 июня 2017 года в 09:43 и 09 июня 2017 года в 11:45 (том 1 л.д. 107),

- справкой специалиста ТО Отдела МВД России по г. Копейску, согласно которой оперуполномоченному ФИО2 10 апреля 2017 года выданы средства фиксации - наручники (том 1 л.д. 137),

- протоколом выемки от 30 ноября 2017 года, согласно которому у М.А.С. изъяты: куртка и брюки, в которые он был одет в ночь с 07 на 08 июня 2017 года, флеш-носитель, амбулаторная карта из медицинского учреждения, с приложением фототаблицы (том 2 л.д. л.д. 27-33),

- протоколом осмотра предметов от 15 декабря 2017 года, из которого следует, что осмотрены амбулаторные карты, заведенные в трамватолого-ортопедическом отделении поликлиники ГБУЗ «Городская больница № 1 г. Копейска»: 1) медицинская карта НОМЕР на имя М.А.С.; на третьей странице имеются записи, согласно которым М.А.С. обратился 08 июня 2017 года в 09.43, прием осуществлял врач Х.; имеется отметка о том, что пациент высказывал жалобы на боль в области ушибов, головную боль, общую слабость, головокружение; со слов пациента указано, что травму он получил в быту в ночь на 08 июня, упал; поставлен диагноз: ДИАГНОЗ»; на оборотной стороне имеется запись об обращении М.А.С. 09 июня 2017 года в 11-15 или в 11-45 часов (неразборчиво), где указано, что 08 июня 2017 года в 01 час ночи он избит в полиции; высказывал жалобы на боли в области коленных суставов; выставлен диагноз: «Ссадины коленных суставов»; 2) медицинская карта НОМЕР на имя М.А.С.: на 5 странице с оборотной стороны имеется направление от 08 июня 2017 года, выданное врачом Х. к неврологу; в данном направлении также отражен диагноз «ДИАГНОЗ»; на 6 странице содержатся сведения о приеме неврологом 22 июня 2017 года, где в качестве жалоб пациент указывал: головные боли, головокружение, тошнота; имеется запись «со слов пациента с 07 на 08 июня был избит. Сознание терял, в травмпункт обращался» (том 1 л.д. л.д. 108-119),

- протоколами осмотра места происшествия от 24 августа и 20 декабря 2017 года, из которых следует, что осмотрены кабинеты № 29, № 34 здания ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, зафиксирована их обстановка, с приложением фототаблиц (том 2 л.д. л.д. 11-12, 19-24),

- протоколом осмотра предметов от 05 февраля 2018 года, из которого следует, что осмотрен DVD фирмы TDK, представленный сотрудниками ОРЧ ОСБ ГУМВД России по Челябинской области с содержащейся на нем видеозаписью с камеры, зафиксировавшей события, происходящие в ОМВД России по г. Копейску Челябинской области, в фойе, а именно, помещении при входе в здание с улицы; в левом углу при проигрывании видеозаписи указано «ФИО4 08/06/2017 и время в формате часы, минуты, секунды; при просмотре видеозаписи установлено, что в 00:08:13 из здания ОМВД на улицу выходят четыре человека, в том числе, Л.А.С.; в 01:18:04 в фойе со стороны улицы заходят М.А.С., ФИО2 и Л.А.С.; при этом исходя из обстановки, следует, что на М.А.С. надеты наручники, поскольку его руки заведены за спину и приподняты вверх; М.А.С. ведет ФИО2, удерживая его правой рукой, которая расположена под руками М.А.С.; пройдя турникет, М.А.С., ФИО2 и Л.А.С. зашли в здание через металлическую решетчатую дверь; в 01:54:29 из здания ОМВД выходит ФИО2 и больше не возвращается; в 09:03:49 из здания выходит М.А.С., разговаривая при этом по телефону (том 2 л.д. л.д. 43-49),

- протоколом осмотра предметов от 08 февраля 2018 года, из которого следует, что осмотрен флэш-носитель «Kingstone DataTravel 1 GB», с содержащимися на нем 11 файлами - изображениями, на которых запечатлены различные части тела М.А.С., а именно, плечо левое (2 фото), на которых видны покраснения; верхние конечности (6 фото), на которых видны линейные покраснения; нижние конечности, а именно, коленные суставы (3 фото), на которых видны осаднения; файл под названием IMG_2443 является видеофайлом, на видеозаписи запечатлен М.А.С. и те участки тела, которые запечатлены на фотографиях; согласно свойствам файлов с фотографиями, их съемка произведена 08 июня 2017 года в период времени с 20:38 до 20:39 часов (том 2 л.д. л.д. 50-61),

- протоколом выемки от 23 мая 2018 года, согласно которому у ФИО2 изъяты наручники, которыми он сковывал руки М.А.С. 08 июня 2017 года (том 3 л.д. л.д. 209-211),

- протоколом осмотра документов от 02 июля 2018 года, из которого следует, что осмотрена детализация телефонных соединений М.А.С. (абонента НОМЕР) за период с 06 до 09 июня 2017 года; за период с 22 часов 07 июня 2017 до 08 часов 08 июня 2017 (с учетом московского времени); последнее исходящее СМС-сообщение по местному времени передано в 00:28 часов 08.06.2017 года; в период с 00:46 до 09:03 часов 08 июня 2017 года телефония не осуществлялась; первое исходящее соединение произошло в 09:03 часов 08 июня 2017 года; при этом как следует из осмотра записи с камеры наблюдения в дежурной части отдела МВД России по г. Копейску Челябинской области в 09:03 часа 08 июня 2017 года, выходя из здания полиции, М.А.С. разговаривал по телефону (том 3 л.д. л.д. 218-220),

- протоколом осмотра документов от 04 марта 2018 года, согласно которому осмотрены детализации телефонных соединений Л.А.С., ФИО2, В.И.В., С.А.В. (приобщенные к уголовному делу по ходатайствам указанных лиц), из которых следует, что указанные абоненты имели соединения в ночь с 07 на 08 июня 2017 между собой, в том числе, около 01:00 часа (том 2 л.д. л.д. 64-70),

- протоколом осмотра места происшествия от 18 июня 2018 года, согласно которому М.А.С. указал на место, где был задержан его автомобиль - обочина напротив дома 11 по пр. Ильича г. Копейска; М.А.С. также указал, что если стоять спиной к пр. Славы, лицом к Коммунистическому проспекту, то его остановили на правой обочине проезжей части пр. Ильича; когда Л.А.С. применил физическую силу, то он усадил М.А.С. на колени перед его (М.) автомобилем прямо на проезжей части пр. Ильича (том 2 л.д. л.д. 72-76),

- заключением судебно-медицинской экспертизы НОМЕР от 09 июня 2017 года,согласно выводам которогоу М.А.С. были выявлены: кровоподтеки левой ушной раковины, шеи, области надплечья слева; ссадины правого лучезапястного сустава и коленных суставов, образовавшиеся в срок, сообщенный обследуемым (в ночь с 07 на 08 июня 2017 года); данные повреждения не повлекли вреда для здоровья (том 2 л.д. л.д. 82-83),

- заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы НОМЕР от 14 декабря 2017 года,из которого следует, чтоу М.А.С. при обращении в лечебное учреждение 09 июня 2017 года имели место: ссадины коленных суставов на передней поверхности; кровоподтеки завитка левой ушной раковины в верхней ее трети на передней поверхности, надключичной области слева, шеи справа; ссадины правого лучезапястного сустава, локализующиеся на передней поверхности; в соответствии с показаниями М.А.С., в тех местах, куда наносились повреждения, у него имел место кровоподтек левой ушной раковины (том 2 л.д. л.д. 93-99),

- заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы НОМЕР от 24 декабря 2018 года,согласно выводам которогоанатомическая локализация и характер повреждений у М.А.С. в области коленных суставов не исключает возможность их образования при обстоятельствах, указанных им в допросе, а именно, при задержании, когда его вытащили за куртку из машины, и он оказался на коленях на земле; повреждения в области головы, туловища, правой верхней конечности не исключает возможность их образования при избиении в отделе полиции, согласно показаниям, данным им на очных ставках, в протоколах допросов, при проверке показаний на месте (том 6 л.д. л.д. 115-121).

- выпиской из приказа НОМЕР от 30 мая 2016 года, из которого следует, что ФИО2 с 18 мая 2016 года назначен на должность оперуполномоченного отделения по раскрытию имущественных преступлений отдела уголовного розыска ОМВД России по г. Копейску Челябинской области (том 4 л.д. 94),

- списком личного состава ОУР ОМД России по г. Копейску содержащим график работы на июнь 2017 года (том 1 л.д. 95),

- копией должностной инструкции оперуполномоченного отдела уголовного розыска ОМВД России по г. Копейску Челябинской области младшего лейтенанта полиции ФИО2, согласно которой он, в том числе, в своей служебной деятельности обязан руководствоваться Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, Федеральным законом «О полиции» от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ, иными Федеральными законами, актами Президента и Правительства Российской Федерации, ведомственными актами МВД России, приказами и распоряжениями руководства; он же, обязан знать и соблюдать требования законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, составляющих правовую основу деятельности отдела уголовного розыска; знать и использовать формы и методы оперативно-розыскной деятельности в работе по выявлению и раскрытию преступлений,порядок осуществления работы по делам оперативного учета, порядок производства и оформления неотложных следственных действий; осуществлять организацию работы в отношении лиц, задержанных в порядке ст. 91 УПК РФ, арестованных по подозрению в совершении преступлений; осуществлять другие полномочия в соответствии с законодательством РФ, нормативно-правовыми актами МВД РФ; он же несет персональную ответственность: за ненадлежащее исполнение и неисполнение должностных обязанностей, предусмотренных настоящей должностной инструкцией; за совершенные в процессе осуществления своей деятельности правонарушения - в пределах, определенных, в том числе, уголовным законодательством Российской Федерации (том 4 л.д. л.д. 95-96),

- выпиской из приказа НОМЕР от 30 июня 2017 года, согласно которому ФИО2 с 18 июня 2017 года присвоено специальное звание - лейтенант полиции.

Все изложенные выше доказательства суд признает достоверными, допустимыми и достаточными для выводов о виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

В судебном заседании, по мнению суда, было достоверно установлено, что именно ФИО1, а не кто-то другой, являясь должностным лицом, превысив должностные полномочия, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего М.А.С., а также охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитировав в глазах граждан авторитет органов внутренних дел и государственной власти в целом, с применением к потерпевшему насилия и специальных средств. Так, ФИО1, будучи сотрудником полиции, в соответствии с приказом начальника ОМВД по г. Копейску Челябинской области НОМЕР от 30 мая 2016 года, и должностной инструкцией оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела МВД России по г. Копейску Челябинской области, осуществлял свои должностные обязанности, принимая участие в оперативно-профилактическом мероприятии на основании соответствующего приказа начальника, находясь в ночь с 07 на 08 июня 2017 года на службе, то есть, в соответствии с Федеральным законом РФ «О полиции», являлся представителем власти, в нарушение указанного Закона, а также иных нормативно-правовых актов, при отсутствии оснований как для применения специальных средств к доставляемому в отдел полиции г. Копейска и не оказывающему какого-либо сопротивления М.А.С., так и физической силы, действуя умышленно, с целью принуждения М.А.С. признаться в причастности к совершению им преступлений, превышая свои должностные полномочия, применил физическое насилие, подвергнув его избиению, а также, используя примененные специальные средства - наручники, неоднократно, как в момент доставления его из автомобиля в отдел полиции г. Копейска, так и позднее в служебном кабинете, поднимал скованные за спиной ими руки М.А.С., причиняя последнему физическую боль, унижая его честь и достоинство. Кроме того, своими действиями ФИО1 дискредитировал авторитет органов внутренних дел, чем существенно нарушил охраняемые законом интересы общества и государства.

К доводам подсудимого о том, что никаких незаконных методов воздействия он в ходе выполнения своих служебных обязанностей в отношении М.А.С. не применял, суд относится критически и расценивает их как способ защиты с целью представить обстоятельства произошедшего в наиболее выгодном для себя свете, и избежать ответственности за содеянное. Указанные доводы подсудимого противоречат совокупности исследованных судом доказательств, приведенных выше, а также фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

Показания потерпевшего М.А.С., свидетелей Ф.Е.К., Л.А.С., М.Е.С. в судебном заседании и на предварительном следствии; свидетелей Б.Е.А., А.Е.К., М.С.С., Е.Н.А., В.И.В., С.А.В. в судебном заседании, суд находит в целом последовательными и не противоречивыми, поскольку они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу. При этом судом в качестве более полных, достоверных и правдивых принимаются показания потерпевшего М.А.С., свидетелей М.Е.С., Ф.Е.К., Л.А.С., данные ими на предварительном следствии и подтвержденные в полном объеме и в судебном заседании (за исключением первых показаний Л.А.С. - в ходе допроса 15 августа 2017 года относительно обстоятельств задержания М.А.С., о чем им было сообщено в ходе дальнейших следственных действий с его участием), с пояснением относительно незначительных противоречий - по причине длительности прошествия времени с момента исследуемых событий. Оснований не доверять указанным лицам, ставить их показания под сомнение, у суда не имеется, какой-либо заинтересованности в исходе дела с их стороны, как и существенных противоречий, влияющих на фактические обстоятельства произошедшего, установленные в судебном заседании, суд не усматривает. Объективных оснований для оговора указанными лицами подсудимого судом не установлено и стороной защиты таковых также, по мнению суда, не приведено. При этом суд признает убедительными объяснения, данные в судебном заседании потерпевшим М.А.С., после оглашения его показаний, данных на предварительном следствии, относительно имевших место дополнений к первоначальным показаниям в ходе последующих следственных действий с его участием.

Доводы стороны защиты об оговоре ФИО2 потерпевшим М.А.С., в том числе, по причине последнему избежать уголовной ответственности за совершение краж аккумуляторных батарей, а также возникновения неприязненных отношений из-за проведенной ночи в отделе полиции, суд оставляет без внимания, поскольку каких-либо обстоятельств, объективно свидетельствующих в подтверждение указанных доводов, помимо голословного указания об этом, стороной защиты не приведено. При этом следует отметить, что как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании перед началом допросов, потерпевший предупреждался об уголовной ответственности, в том числе, за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ. Кроме того, суд считает необходимым особо отметить и то, что согласно пояснениям как самого ФИО1, так и свидетелей (сотрудников полиции), в ходе отработки в отделе полиции г. Копейска М.А.С. на причастность к предполагаемым кражам аккумуляторов, наряду с ФИО2, с потерпевшим беседовали и иные сотрудники полиции, а, кроме того, Л.А.С. непосредственно участвовал в его задержании (применяя физическую силу), в связи с чем у суда вызывает сомнения сама возможность оговора со стороны М.А.С. именно подсудимого ФИО1 Также, следует обратить внимание и на сведения, касаемо личности потерпевшего. Так, М.А.С. к уголовной ответственности никогда не привлекался, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется в целом положительно, с 2016 года является студентом энергетического факультета Политехнического института Южно-Уральского государственного университета, на бюджетной основе обучения (том 2 л.д. л.д. 208, 210, 211, 213). Более того, причастность М.А.С. к совершению какого-либо преступления установлена впоследствии так и не была.

Давая оценку заключениям судебно-медицинских экспертиз, проведенным в рамках расследования настоящего уголовного дела, суд отмечает, что оснований для сомнения в объективности их выводов, не имеется, поскольку таковые были сделаны с учетом имеющихся в распоряжении эксперта материалов дела, иных документов (медицинских карт), а также (при первоначальном исследовании) осмотра самого М.А.С. Сомнений в выводах эксперта, имеющего высшее медицинское образование, высшую квалификационную категорию и значительный стаж работы по специальности (18 лет), у суда не имеется.

Что касается ссылок стороны защиты на возможность получения всех выявленных у М.А.С. телесных повреждений в момент его задержания и вытаскивания из автомобиля Л.А.С., то они во внимание судом не принимаются, поскольку противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам: показаниям потерпевшего М.А.С. (в том числе данным на очной ставке с Л.А.С.); показаниям свидетелей Л.А.С., Ф.Е.К.; сведениям, содержащимся в протоколах следственных экспериментов с участием Л.А.С., М.А.С. (полностью согласующимся между собой); а также выводам судебно-медицинского эксперта.

Факт отсутствия у потерпевшего до его задержания в ночь с 07 на 08 июня 2017 года сотрудниками полиции каких-либо телесных повреждений, помимо показаний самого потерпевшего, также объективно подтвержден показаниями свидетелей М.Е.С., М.С.С.

Ссылки подсудимого на то, что наручники им были с М.А.С. сняты перед передачей последнего оперуполномоченному С.А.В., несостоятельны, поскольку опровергаются как пояснениями по данному поводу самого М.А.С., так и свидетеля С.А.В.

Доводы подсудимого о том, что проведенное им в отделе полиции время после доставления М.А.С. было очень непродолжительным, что исключало саму возможность причинения потерпевшему телесных повреждений, со слов последнего, длительное время, также во внимание не принимаются, поскольку как следует из протокола осмотра видеозаписи с камеры, находящейся в фойе при входе в здание отдела полиции г. Копейска, Гутыч провел М. в указанное здание в 01:18:04, а покинул его в дальнейшем лишь в 01:54:29. Кроме того, как следует из пояснений потерпевшего, избиение его ФИО2 длительное время, является лишь его субъективным мнением, исходя из его ощущений и восприятия на тот момент происходивших событий.

То обстоятельство, что из показаний допрошенных свидетелей Ф.Е.К., Е.Н.А., В.И.В., Л.А.С., С.А.С., в том числе, следует, что в их присутствии в отношении М.А.С. физической силы никем, в том числе, ФИО2, не применялось, жалоб на состояние здоровья потерпевшим не высказывалось, видимых телесных повреждений у него не было, по мнению суда, на доказанность вины подсудимого в инкриминируемом деянии, с учетом совокупности иных исследованных судом доказательств, приведенной выше, никоим образом не влияет, поскольку из пояснений этих же лиц усматривается и то, что: Ф.Е.К. (лишь видел, что М.А.С. находился в кабинете сотрудников уголовного розыска, сам там не присутствовал, пробыв в отделе полиции не более 6 минут, вместе с Л. уехал и более в отдел не возвращался; что там происходило дальше, ему не известно; во сколько оттуда уехал Гутыч, сказать не может), Е.Н.А. (пришел в отдел лишь 08 июня 2017 года около 8 часов утра, когда впервые и увидел М.А.С.), Л.А.С. (видел, что Гутыч доставил М. в один из кабинетов уголовного розыска, после чего он (Л.) ушел, что там происходило дальше, ему не известно; когда вернулся в кабинет, там все еще находились Гутыч и М.; далее он из отдела вместе с Ф. ушел, более туда не возвращался; что там происходило дальше и во сколько оттуда уехал Гутыч, сказать не может), В.И.В. (первоначально находился в кабинете с М., по просьбе Гутыча присмотреть за ним, в ходе чего беседовал с М., а когда пришел Гутыч, выходил из кабинета по своим делам; когда вернулся, в кабинете все также находились Гутыч и М.), С.А.В. (заходил в кабинет уголовного розыска, где находились М. и Гутыч, пробыв там 5-7 минут, ушел обратно в свой кабинет; через некоторое время, какое именно, не помнит, к нему в кабинет Гутыч привел М. в наручниках, которого оставил с ним, после чего ушел).

Исследовав все изложенные выше доказательства, суд считает, что показания потерпевшего М.А.С. соответствуют фактическим обстоятельства дела, так как подтверждаются всей совокупностью изученных в судебном заседании доказательств, и должны быть положены в основу обвинительного приговора.

Нарушений норм УПК РФ, влекущих прекращение уголовного дела или оправдание подсудимого ФИО1, при производстве предварительного расследования по настоящему уголовному делу, не усматривается. Все указанные в приговоре и исследованные в судебном заседании доказательства являются достаточными, достоверными и допустимыми.

Таким образом, исследовав материалы уголовного дела, подвергнув анализу все исследованные в судебном заседании доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, суд пришел к выводу о том, что, с учетом позиции прокурора, просившего в прениях сторон об исключении, как излишне вмененных: из фабулы обвинения указания на необоснованность доставления М.А.С. в территориальный отдел полиции, на применение физической силы при помещении в служебный автомобиль, на высказывание во время движения угрозы применения к потерпевшему насилия; а также из квалификации действий подсудимого признака «с угрозой применения насилия», «повлекших существенное нарушение прав и законных интересов организаций» (при этом указанную позицию прокурора в сторону смягчения, суд считает наиболее правильной и обязательной в силу ст. 246 УПК РФ), действия ФИО1 должны быть квалифицированы по п. п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ - превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, либо охраняемых законом интересов общества или государства, совершенные с применением насилия и специальных средств.

Каких-либо сомнений во вменяемости ФИО1 не имеется, в связи с чем он подлежит наказанию за совершенное преступление.

При назначении ему наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает требования справедливости, характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства его совершения, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказание на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. Также, суд учитывает его материальное и семейное положение, поведение на предварительном следствии и в судебном заседании, возраст и состояние здоровья.

Совершенное подсудимым деяние, в соответствии с положениями ч. 4 ст. 15 УК РФ, отнесено к категории тяжких преступлений.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, является беременность его супруги (что подтверждено соответствующим документом).

Однако суд не может признать указанное обстоятельство значительно уменьшающим степень общественной опасности совершенного подсудимым деяния и достаточных оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении ему наказания не находит.

В качестве сведений, характеризующих личность подсудимого, суд принимает во внимание, что ранее он к уголовной ответственности никогда не привлекался; в настоящее время состоит в зарегистрированном браке, ожидает появление ребенка; имеет постоянное место жительства и работы, где характеризуются только с положительной стороны.

С учетом изложенного, тяжести и общественной опасности преступления, его конкретных обстоятельств, личности подсудимого, а также, руководствуясь принципом справедливости, суд приходит к выводу, что достижению целей наказания - восстановлению социальной справедливости, исправлению ФИО1 и предупреждению совершения им новых преступлений, будет соответствовать назначение ему наказания в виде лишения свободы, в пределах санкции ч. 3 ст. 286 УК РФ. При этом, с учетом отсутствия отягчающих и наличия смягчающего обстоятельства, указанного выше, суд считает возможным и не противоречащим закону применение в отношении ФИО1 положений ст. 73 УК РФ, с возложением соответствующих обязанностей.

Вместе с тем, принимая во внимание факт совершения преступления против государственной власти, интересов государственной службы, возможности для применения в отношении подсудимого ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не находит.

Исходя из того, что санкцией ч. 3 ст. 286 УК РФ предусмотрено назначение наказания в виде лишения свободы с обязательным дополнительным видом наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, обсуждение вопроса о необходимости назначении данного дополнительного наказания ФИО1, при отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ (о чем высказано суждение выше), нецелесообразно.

С учетом того, что подсудимым совершено преступление против государственной власти, интересов государственной службы, с использованием виновным своего служебного положения, суд считает необходимым назначить ему по ч. 3 ст. 286 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения его права занимать определенные должности - должности в правоохранительных органах Российской Федерации, на определенный срок.

Кроме того, в соответствии со ст. 48 УК РФ, при осуждении за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, с учетом личности виновного, суд может лишить его, в том числе, специального звания.

Принимая во внимание обстоятельства, характер и тяжесть совершенного ФИО1 преступления, посягающего на права, законные интересы и здоровьеграждан, а также направленного на дискредитацию авторитета органов внутренних дел, повлекшую существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, охраняемых законом интересов общества и государства, суд, несмотря на личность подсудимого, ранее ни в чем предосудительном незамеченного, а также, несмотря на применение судом при назначении основного наказания положений ст. 73 УК РФ, в данном конкретном случае считает необходимым лишить ФИО1 специального звания: «Лейтенант полиции» (присвоенного ему 30 июня 2017 года).

По мнению суда, назначение подсудимому именно такого наказания будет являться адекватной мерой правового воздействия характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления, его личности, а также в должной мере отвечать целям уголовного наказания и предупреждения совершения им новых преступлений.

В соответствии с требованиями ст. ст. 81-82 УПК РФ, суд считает необходимым после вступления приговора в законную силу разрешить судьбу вещественных доказательств по делу. При этом в силу требований ч. 3 ст. 81 УПК РФ документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока его хранения; ценности либо иное имущество - подлежат возврату законному владельцу.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года 6 (шесть) месяцев, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах Российской Федерации сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 основное наказание в виде лишения свободы считать условным, установив испытательный срок 3 (три) года.

Обязать ФИО1 в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, один раз в месяц в нем отмечаться.

На основании ст. 48 УК РФ лишить ФИО2 специального звания: «Лейтенант полиции».

В соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ назначенное ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах Российской Федерации сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев и лишение специального звания «Лейтенант полиции» - исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1, до вступления приговора в законную силу оставить прежней, после чего отменить.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства, по вступлении приговора в законную силу:

- куртку, спортивные брюки, флэш-носитель, возвращенные потерпевшему М.А.С., оставить в его распоряжении, освободив от ответственного хранения,

- DVD диск, детализации телефонных соединений, хранящиеся при уголовном деле, оставить при деле,

- наручники металлические, возвращенные ФИО1 для ответственного хранения, ранее выданные ему в ОМВД России по г. Копейску, передать для распоряжения в указанный орган.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Стороны вправе подать ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционных жалоб другими участниками судопроизводства, затрагивающих интересы осужденного, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подается осужденным в течение 10 суток с момента вручения ему копии апелляционного представления либо апелляционных жалоб.

Председательствующий