Приговор № 1-352/2019 от 4 августа 2019 г. по делу № 1-352/2019

Дело № 1-352/19


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

** *** 2019 года город Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе

председательствующего судьи Белик Г.В.,

при секретарях Егоровой М.С., Лаврентьевой И.А.,

с участием

государственных обвинителей - Яковлевой М.А., Цыплакова О.А.,

ФИО1

подсудимого ФИО2,

защитника Горовацкого А.В.,

представившего удостоверение №*** и ордер №*** от ** ***2019,

потерпевшего И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2, <данные изъяты> ранее не судимого,

содержащегося под стражей по данному делу с ** ***2018,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил убийство при превышении пределов необходимой обороны, при следующих обстоятельствах:

В период времени с 13 часов 10 минут до 17 часов 10 минут 22.08.2018, ФИО2 и ранее ему знакомый И.В. находились в <адрес> в городе Пскове, по месту жительства ФИО2 в помещении кухни, где между ними произошел конфликт, обусловленный тем, что И.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, оскорбительно выражаясь грубой нецензурной бранью в адрес ФИО2 и его супруги Ю.Е., потребовал у ФИО2 покинуть квартиру, в которой тот проживает, для того, чтобы проживать в данной квартире вместе с супругой ФИО2 – Ю.Е., на что ФИО2 ответил отказом. Тогда И.В. стал угрожать ФИО2 убийством, говоря о том, что зарежет последнего, стал надвигаться на него, схватил за грудки одежды, между ними началась борьба, в результате которой И.В. причинил ФИО2 телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадин. В это время ФИО2, который пребывал на амбулаторном лечении после полученной ** ***2018 травмы (компрессионных переломов пяти позвонков, закрытого перелома крестца и правой руки), понимая, что И.В. с учетом его (ФИО2) состояния здоровья сильнее его, находится в агрессивном состоянии, реально опасаясь исполнения И.В., высказанных им угроз, с учетом имевшихся ранее конфликтных ситуаций, в которых И.В. применял в отношении ФИО2 физическую силу и угрожал применением ножа, находясь в возбужденном состоянии, неверно оценив интенсивность посягательства, опасаясь за свою жизнь и здоровье, взял с поверхности кухонной тумбы нож хозяйственно-бытового назначения, после чего, действуя умышленно, явно превышая пределы необходимой обороны для защиты своей жизни и здоровья, осознавая, что у И.В. в руках отсутствуют предметы, которыми он может нанести телесные повреждения, и понимая, что в результате его (ФИО2) действий может наступить смерть потерпевшего, нанес И.В. два удара указанным ножом в область расположения жизненно важных органов, а именно в область передней брюшной стенки. После чего, И.В., продолжил свои действия, схватил ФИО2 за туловище и попытался повалить, от чего нож выпал из рук ФИО2, при этом И.В. продолжал словесно угрожать ФИО2 убийством, обещая зарезать его. Тогда ФИО2, опасаясь за свою жизнь и здоровье, при продолжающихся угрозах в его адрес со стороны И.В., взял второй нож хозяйственно-бытового назначения, находящийся на столе и нанес И.В. один удар в область задней поверхности грудной клетки.

В результате указанных умышленных преступных действий ФИО2 И.В. были причинены следующие телесные повреждения:

-колото-резаное ранение левой половины передней брюшной стенки, проникающее в брюшную и левую плевральную полости, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей живота, париетальной брюшины, левого купола диафрагмы, сквозным повреждением плевры и ткани нижней доли левого легкого, перикарда и не сквозным повреждением левого желудочка сердца, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью И.В. по признаку опасности для жизни и состоящее в прямой причинной связи с наступлением его смерти;

-колото-резаное ранение правой половины брюшной стенки, проникающее в брюшную полость, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, апоневроза и париетальной брюшины, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью И.В. по признаку опасности для жизни и в прямой причинной связи с наступлением его смерти не состоящее;

-не проникающее колото-резаное ранение задней поверхности грудной клетки с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, причинившее легкий вред здоровью И.В., как кратковременное его расстройство сроком до 21 дня и в прямой причинной связи с наступлением его смерти не состоящее.

Смерть И.В. наступила на месте происшествия через непродолжительное время от острой массивной кровопотери, развившейся вследствие полученного колото-резаного ранения левой половины передней брюшной стенки, проникающего в брюшную и левую плевральную полости, с повреждением мягких тканей живота, париетальной брюшины, левого купола диафрагмы, сквозным повреждением плевры и ткани нижней доли левого легкого, перикарда и не сквозным повреждением левого желудочка сердца.

Подсудимый ФИО2 свою вину в совершении преступления признал полностью и пояснил, что проживал в арендуемой квартире по адресу: г. Псков, <адрес> с супругой – Ю.Е. и двумя малолетними детьми. После рождения второго ребенка, примерно с весны ** *** года супруга стала часто уходить из дома под предлогом того, что ей надо отдохнуть, говорила, что уходит к подруге, она уходила из дома на сутки, на двое. Он оставался с детьми. Его такая ситуация не устраивала, однако он считал, что мать для детей очень важна, а потому терпел поведение супруги. Однажды, в конце лета ** *** года, к ним домой пришел И.В., который предъявил ему претензии, что он (ФИО2) накануне грубо разговаривал со своей супругой. Супруга представила И.В. как своего дальнего родственника (её девичья фамилия И.). Он не поверил такой версии, но супруга категорически в разговоре отрицала наличие каких-либо близких отношений с И.В., говоря о том, что ей надо просто с кем-то поговорить, выпить. Из-за того, что Ю.Е. оставляла на него детей и уходила из дома на несколько дней, он не смог выйти на работу, так как сидел с детьми, поэтому его уволили, затем по этим же причинам он потерял еще одно место работы. Супруга не хотела понимать неправильность своего поведения. Примерно, в конце апреля ** *** года у него случился конфликт с И.В., в ходе которого последний угрожал ему ножом, находясь в состоянии алкогольного опьянения на кухне в его (ФИО3) квартире. Он (ФИО3) оттолкнул нож рукой и порезался, И.В. разорвал на нем футболку, он (ФИО3) ушел из квартиры к своей матери полуодетый, утром на следующий день, вернувшись в квартиру, увидел И.В., который извинился за своё поведение. Он постоянно пытался выяснить у супруги природу взаимоотношений с И.В., однако она всегда отрицала наличие между ними близких отношений. Фактически о наличии близких отношений с И.В. супруга призналась ему только в день убийства. Он устал терпеть поведение супруги и после разговора со своей матерью, принял решение о разводе, на некоторое время ушел жить к своей матери, однако снова вернулся в семью, поскольку любит своих детей, а те по нему скучали. ** ***2018 он получил травму на работе, упал со второго этажа, когда мыл окна. У него был компрессионный перелом пяти позвонков, крестца, правой руки, а также вывих правой руки. В течение месяца он лежал в больнице, затем был выписан на амбулаторное лечение. По рекомендации врача он должен был находиться на больничном еще около полугода, однако в связи с отсутствием денежных средств, он был вынужден примерно за неделю до рассматриваемых событий выйти на работу на легкий труд. Во время движения он использовал ортопедические изделия, которые одевал на руку и поясничную часть позвоночника.

** ***2018 он с утра находился на работе, потом был у врача, ему продлили больничный. Ему с утра звонила его супруга, говорила о том, что под дверью их квартиры находится И.В., звонит в дверь, хочет, чтобы она его впустила. Жена сообщила ему о том, что, уловив момент, когда И.В. куда-то ушел, она с младшим ребенком ушла из квартиры к своей подруге. В обеденное время он вернулся домой. Потом пришла супруга с ребенком. И.В. неоднократно звонил супруге по телефону, но та не желала с ним общаться. Он слышал, как супруга просила по телефону И.В. оставить её в покое. Однако, несмотря на это около 15 часов И.В. пришел к ним домой, стал настойчиво звонить в дверь, стучаться, одновременно звонил по телефону супруги, разбудил и испугал ребенка, который заплакал. Супруга говорила по телефону И.В., чтобы он уходил, общаться с ним она не желает. Устав слушать, как И.В. звонит и стучит в дверь, он (ФИО3) открыл ему дверь и сказал, чтобы он уходил. И.В., находившийся в состоянии алкогольного опьянения, грубо оттолкнул его, прошел в квартиру, стал в грубой нецензурной форме говорить о том, что имеет интимные отношения с его супругой, что сейчас при нем и ребенке займется с его женой сексом, грубо оттолкнул жену, державшую на руках ребенка, в тот момент когда она пыталась его (И.В.) успокоить. Он (ФИО3) был трезв, поскольку не пьёт и не курит. После чего И.В. потребовал от него (ФИО3) пройти на кухню, они прошли на кухню, где И.В. в грубой, нецензурной форме продолжил оскорблять его и супругу, а затем потребовал, чтобы он (ФИО3) в течение 5 минут собрал вещи и покинул квартиру, заявив, что останется в этой квартире и будет жить с его супругой. Он ответил категорическим отказом, тогда И.В. стал двигаться на него, схватил его за грудки, стал в грубой форме угрожать тем, что убьет его, зарежет, если он не уйдет, вел себя крайне агрессивно. Понимая, что в силу своего слабого физического состояния, связанного с последствиями травмы, он не может дать отпор И.В., испугавшись реального осуществления, высказываемых И.В. угроз убийством, он схватил лежавший на столе нож и нанес им два удара в область живота потерпевшего. После этих ударов И.В. хватал его руками, пытался повалить, нож у него (ФИО3) выпал из руки и отлетел в коридор. Ему удалось оттолкнуть И.В., но он вновь набросился на него, он (ФИО3) нанес И.В. 5-6 ударов кулаком правой руки в область лица. И.В. обхватил его руками за туловище в районе пояса и пытался его повалить, приподнял от пола, его (И.В.) голова оказалась под левой рукой. И.В. говорил, что теперь его зарежет. Он (ФИО3) испугался, схватил другой нож и нанес ему еще один удар в спину, после чего И.В. упал. Раны И.В. сильно кровоточили, поэтому он (ФИО3) был весь в крови. Плохо понимая происходящее, он снял с себя окровавленную одежду, помылся, переоделся, собрал окровавленную одежду, вытер кровь на кухне тряпкой, после чего вышел из квартиры. На улице во дворе он встретил супругу и сообщил ей, что разобрался с И.В. Забрав дочь из детского садика, они поехали к его матери, где он рассказал супруге и матери, что убил И.В. В настоящее время он плохо помнит, кому и что он рассказывал, помнит, что разговаривал с матерью. Понимая, что его задержат до выяснения обстоятельств, он хотел побыть с детьми, поэтому не сразу обратился в правоохранительные органы. Супруга Ю.Е. хотела взять вину на себя, боясь мести со стороны родственников И.В., однако он понимал, что это неправильно, поэтому, когда вечером к его матери домой приехали сотрудники полиции, он признался им в том, что он убил И.В., добровольно указав место, куда он выкинул окровавленную одежду.

Ранее в ходе следствия давал показания о том, что И.В. ** ***2018 угрожал ему ножом, так ему посоветовали говорить, когда он попал в следственный изолятор, тогда он считал, что это правильно, однако это неправда, у И.В. в момент высказывания в его (ФИО3) адрес угроз убийством ничего в руках не было, однако в остальной части его показания правдивы. Когда его первоначально допрашивал следователь, он находился в шоковом состоянии от случившегося и не придал значения тому, что в явке с повинной и в протоколе допроса указано о том, что он совершил убийство И.В. из ревности, это не соответствует действительности. Считает, что данная ситуация произошла из-за безысходности, из-за того, что он находился в физически слабом состоянии после травмы и не мог бы оказать должное сопротивление И.В., поэтому реально опасался за свою жизнь, учитывая агрессивное поведение И.В.

В ходе проверки показаний на месте от ** ***2018 ФИО2 дал аналогичные показания, детализировав свои действия на месте происшествия, при этом в судебном заседании после оглашения протокола следственного действия уточнил, что ножа у И.В. в руках не было, однако подтвердил, что реально опасался реализации со стороны И.В. высказанных в его адрес угроз убийством, видя, что тот находится в состоянии алкогольного опьянения и ведет себя агрессивно (т. 2, л.д. 162-175).

Согласно справке (том 1, л.д. 125-126) ГБУЗ Псковской области «Псковская городская поликлиника» от ** ***2019 ФИО2, <данные изъяты>, в 2018 году находился на стационарном лечении в ГБУЗ ПО «Псковская городская больница» в травматолога-ортопедическом отделении с ** *** по ** ***2018 с диагнозом: <данные изъяты> (протокол №***) до ** ***2018.

Помимо полного признания подсудимым своей вины его вина в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями экспертиз, протоколами следственных действий и иными доказательствами, а именно:

показаниями потерпевшего И.И. о том, что И.В. приходился ему родным старшим братом, непосредственно об обстоятельствах убийства брата ему ничего не известно, о смерти брата он узнал от сотрудников полиции. Ему известно, что И.В. примерно 1-1,5 года встречался с женщиной по имени Е., которая со слов брата была замужем, у неё есть дети. И.В. также был женат, однако с женой жил не постоянно, поскольку последняя также узнала о его отношениях с Ю.Е. Он неоднократно разговаривал с И.В. на предмет того, чтобы тот разорвал отношения с Ю.Е., однако отношения их продолжались.

Показаниями свидетеля Ю.Е. (супруги ФИО2) подтвердившей наличие близких отношений с И.В., неодобрительное отношение к такому знакомому в её окружении со стороны её супруга, наличие конфликтных отношений между супругом и И.В. Пояснила, что имел место случай, когда И.В. побил мужа. Указала о том, что пыталась скрывать от мужа наличие интимных отношений с И.В.. В последнее время поведение И.В. становилось навязчивым, она приняла решение расстаться с ним, сказав ему об этом ** ***2018. Однако, И.В. желал продолжать с ней отношения, звонил ей, угрожал, говорил о том, что она должна быть с ним, либо он убьет и её, и мужа. ** ***2018 с утра муж повел старшего ребенка в садик, после чего пошел на работу, а в это время к ним домой пришел И.В., который ломился в дверь. Она звонила мужу и говорила о том, что И.В. находится под дверью квартиры. Улучив момент, когда И.В. ушел на улицу за пивом, она ушла с младшим ребенком к подруге. Затем муж вернулся домой, и она пришла домой, после чего около 14 часов снова вернулся И.В., он звонил по телефону, звонил в дверь, стучался и ломился в дверь. От этого проснулся и заплакал ребенок, после чего ФИО3 открыл дверь, между мужем и И.В. начался конфликт. Она просила И.В. уйти, он ударил её, тогда она взяла ребенка и ушла на улицу, муж с И.В. оставался на кухне. Через некоторое время муж позвонил ей, а затем вышел на улицу и сказал, что разобрался с И.В. Они с детьми поехали к матери ФИО2, и только там супруг рассказал, что они дрались с И.В. и он его зарезал. Она поехала домой, увидела труп И.В., вызвала скорую, сказала полиции, что это она совершила убийство.

Показаниями свидетеля А.О. о том, что она является подругой Ю.Е., что об обстоятельствах, предшествующих убийству ей известно со слов Ю.Е. Ей было известно о том, что Ю.Е. имеет близкие отношения с И.В. однако та скрывала от мужа данное обстоятельство, часто просила её прикрыть её (Ю.Е..) перед мужем, однако ФИО2 никогда не искал свою супругу у неё. И.В. приходил в дом к ФИО3, Е. представила его мужу как дальнего родственника или знакомого. Со слов Ю.Е. ей известно, что И.В. не работал. Ю.Е. могла не появляться дома по несколько дней. Ю.Е. в последнее время хотела прервать отношения с И.В., так как его поведение стало навязчивым, он постоянно звонил ей, ждал ночами в подъезде, следил, когда ФИО2 уходил из дома и сразу шёл к Е., когда они находились вместе, не отпускал её. ** ***2018 до обеда к ней пришла Ю.Е. и рассказала, что И.В. всю ночь не давал им спать, она ушла из дома как только тот покинул подъезд. Потом позвонил ФИО2, сказал, что он дома, вернулся с работы, и Ю.Е. ушла домой. В этот же день во второй половине дня Ю.Е. рассказала ей по телефону о том, что И.В. вернулся к ним домой, стал стучать и звонить в дверь, ФИО2 открыл дверь, И.В. находился в неадекватном состоянии, толкнул её с ребенком на руках, кричал о том, что находится с Ю.Е. в интимных отношениях, рассказывал подробно об их интимных связях, бросался на Ю.Е. Муж сказал ей уходить из квартиры, а сам остался с И.В. на кухне. Ю.Е. говорила, что И.В. находится в таком состоянии, что ей было страшно оставаться в квартире, она боялась за мужа, переживала за него. Затем в вечернее время Ю.Е. позвонила ей и сказала, что ФИО2 убил И.В. Ю.Е. хотела взять вину на себя. ФИО2 охарактеризовала исключительно с положительной стороны, как непьющего и некурящего человека, который всегда занимался детьми, работал.

Показаниями свидетеля А.Т. о том, что ФИО2 приходится ей сыном, охарактеризовала его исключительно с положительной стороны. Вместе с семьей сын проживал в съемной квартире. Отрицательно охарактеризовала супругу сына - Ю.Е.., которая позволяла себе вести разгульный образ жизни, могла уйти из дома и не ночевать по несколько дней, оставив детей под присмотр Р.Р., который был вынужден одновременно и работать, и следить за детьми. Периодически употребляла спиртное. Сын очень любил детей и считал, что они должны расти в полной семье, поэтому не хотел разводиться с супругой. Примерно 1,5 года назад у супруги Р.Р. появился знакомый – И.В., который стал приходить к тем домой, вести себя там как хозяин, при этом устраивал там скандалы. Как-то в ** *** года около 22 часов ей позвонил сын и попросил съездить к нему домой, он в это время находился на работе, пояснив, что у него дома находится И.В., просил проведать детей. Дверь квартиры сына ей открыл И.В., она попросила его уйти. Он вел себя как хозяин. Между ними произошел скандал, в ходе которого И.В. стал всячески её оскорблять нецензурной бранью, а также угрожать ей физической расправой. В ходе данного конфликта И.В. схватил её за одежду в области груди и толкнул на диван. Она позвонила своей подруге Л.М., у которой просила помощи или совета, так как была напугана действиями И.В., последний очень громко кричал, был в состоянии алкогольного опьянения и выглядел очень агрессивным, Л.М. предложила ей вызвать сотрудников полиции, она позвонила на телефон экстренной службы «112» и сообщила о произошедшем. После того как она сказала, что по её сообщению сейчас прибудут сотрудники полиции, И.В. в приказном тоне сказал Ю.Е. одеваться и уходить с ним, что та и сделала, ничего не сказав против. Поведение Ю.Е. в данной ситуации её удивило. Она осталась в квартире с детьми до прихода ФИО2 утром с работы. Сотрудник полиции перезвонил ей примерно через три часа и поинтересовался по телефону, требуется ли его прибытие, она сказала, что конфликт уже исчерпан и с заявлением она обращаться не будет. До вышеуказанных событий её конфликта с И.В. был также конфликт ФИО2 с И.В. Это произошло ** *** года, в апреле. ФИО2 позвонил ей на мобильный телефон и сказал, что приедет к ней домой ночевать, спросив может ли она оплатить такси. Сын приехал к ней домой на <адрес> г. Пскова, одетый в ботинки без носков, куртка одета на голое тело, на ладони левой руки у Романа были порезы. Он рассказал, что у него произошел конфликт с И.В., который перерос в драку на кухне своей квартиры. В конфликт вмешалась И.В., которая стала успокаивать И.В., в это время он ушел из квартиры. В полицию по данному поводу он не обращался, за медицинской помощью тоже, не считая это нужным. Вечером ** ***2018 ей на работу позвонил ФИО2 и попросил приехать домой, сказав, что у него к ней серьезный разговор. А когда она приехала домой, то он рассказал ей, что убил И.В., сказав ей: «Мама, он первый на меня напал, я защищался, я только не хотел, чтобы ты видела меня в гробу». У неё произошла истерика, поэтому она плохо помнит, что происходило вокруг. Жена Р.Р. – Ю.Е., которая находилась в состоянии алкогольного опьянения, предложила построить версию так, что это якобы та убила И.В.. Она была против этой версии, поскольку считает, что каждый человек должен отвечать за свои поступки. Об этом она сказала Р.Р.. Тот согласился с ее мнением. Затем Р.Р. и его супруга уехали к себе на квартиру. Но, поскольку плакали дети, она позвонила Р.Р., и он сказал, что приедет, уложит детей. Он приехал, успокоил детей, уложил их спать. Сотрудники полиции забрали сына из её дома.

Показаниями свидетеля Л.М. о том, что она является подругой матери ФИО2, которого знает с детства, охарактеризовала его исключительно с положительной стороны. Ей известно, что ФИО2 в ** *** 2018 года получил серьезную травму, выпав из окна, она старалась помогать материально семье Ю-вых в этот момент. Супругу ФИО2 она не знает, но о складывающихся отношениях в семье Ю-вых ей известно, она не одобряла поведение Ю.Е. Об обстоятельствах убийства ей ничего не известно, кроме того, что мать ФИО2 – А.Т. сказала ей, что сын убил человека, он не хотел его убивать, но тогда бы убили его (ФИО2). Подтвердила показания А.Т.. о том, что примерно за полгода до произошедшего убийства ей поздно ночью звонила А.Т.., которая находилась дома у ФИО2, пояснила, что в квартиру к сыну пришел цыган, угрожает её убить, просила помощи. Она сказала ей, что необходимо вызывать сотрудников полиции. Позднее А.Т. рассказала ей, что полиция по её вызову так и не приехала.

Показаниями свидетеля М.А. (в 2018 году занимавшего должность старшего участкового уполномоченного ОП №1 УМВД России по городу Пскову) о том, что согласно предъявленной ему распечатки телефонных соединений, он полагает, что зафиксированный исходящий звонок в 00:21 часов ** ***2018 продолжительностью 198 секунд с его номера телефона на незнакомый номер мог быть связан с его служебной деятельностью, самого разговора он не помнит (т.1, л.д. 204-206).

Показаниями свидетеля Ю.С. о том, что ФИО2 приходится ему младшим братом, который проживает отдельно от матери в съемном жилье со своей семьей. Сам он с семьей проживает вместе с матерью. Ему известно о том, что до момента убийства брат собирался разводиться. Также знает, что в ** *** 2018 года брат получил серьезную травму, выпав из окна, у него был переломан таз, рука. В день убийства И.В. приезжал к нему домой и предъявлял ему претензии о том, что он накануне грубо разговаривал с Е. (супругой брата), говорил о том, что если такое повторится, то будет беда. В тот день он увидел И.В. впервые. После того, как ФИО2 убил И.В., он с семьей приехал к ним домой, и Ю.Е. сказала, что он (ФИО2) убил И.В. Конкретные обстоятельства убийства ему не известны.

Показаниями свидетеля Ю.Т. о том, что родной брат её супруга - ФИО2 проживал отдельно с женой Ю.Е. и двумя малолетними детьми. ** ***2018 около 13.00 часов, когда она ещё была на работе, ей на мобильный телефон звонил муж и рассказывал о том, что к ним домой <адрес> пришел некий цыган в состоянии алкогольного опьянения и разговаривал с Ю.С. о Ю.Е.. Со слов мужа цыган говорил о том, что если кто-нибудь тронет Ю.Е. или обидит, то в их дом придет беда. Когда она возвращалась домой после работы, ей на мобильный телефон позвонила Ю.Е., которая попросила ее зайти в аптеку и купить успокоительного, пояснив, что ФИО2 убил цыгана по имени И.В., именно того, который ранее днем приходил к ним домой. Когда она вернулась домой около 19.00 часов, в это время у них дома на <адрес> находились А.Т., Ю.С., его брат ФИО2 с женой Ю.Е., а также их дети. Она и Ю.С. пытались поговорить с ФИО2, однако, тот был немногословен, о подробностях не рассказывал. Также она помнит, что ФИО2 говорил о том, что И.В. сам напал на него. Ей было известно о связи Ю.Е. и И.В., самого И.В. она видела один раз в кафе.

Показаниями свидетеля И.Т. о том, что И.В. приходился ей сыном, охарактеризовала его положительно. Сын был женат. Ю.Е. она узнала, когда та пришла к ней домой пьяная с целью употребить спиртные напитки с И.В. Несмотря на то, что она прогнала ту из дома, Ю.Е. в последующем неоднократно приходила к ним домой и общалась с И.В. Сын рассказал, что у него с Ю.Е. любовные отношения. Ей известно, что у Ю.Е., есть муж и дети. Ю.Е. неоднократно приглашала сына к себе в квартиру по месту жительства для любовных встреч, когда мужа не было дома. Она неоднократно ругала И.В. за то, что тот связался с замужней женщиной, являясь женатым мужчиной. Тот обещал прекратить общение с Ю.Е. Мужа Ю.Е. она никогда не видела, ничего о нем не знает. ** ***2018 ей на мобильный телефон позвонила Ю.Е., у которой был её номер мобильного телефона, и сообщила, что И.В. дерется с её мужем у неё в квартире, просила забрать сына. Ю.Е. вызвала для неё такси, но забыла назвать таксисту свой адрес, поэтому она не знала куда ехать, а трубку та уже не брала. Сын также на телефонные звонки не отвечал. О том, что И.В. был убит, она узнала в последних числах ** *** 2018 года.

Показаниями свидетеля И.А. о том, что И.В. приходился ей супругом, у них имеется совместный ребенок. Она знала, что И.В. встречается с другой женщиной, но семью он бросать не собирался. ** *** 2018 года ей стало известно о том, что И.В. убили. В день его убийства, то есть ** ***2018, матери И.В. звонила Ю.Е., она вызвала для матери И.В. такси, чтобы та приехала к ним домой, но забыла назвать свой адрес, а телефоны её (Ю.Е..) и И.В. не отвечали. Об обстоятельствах убийства ей ничего не известно.

Показаниями свидетеля Н.Д. (начальника смены дежурной части отдела полиции № 1 УМВД России по городу Пскову) о том, что ** ***2018 в дежурную часть отдела полиции № 1 УМВД России по городу Пскову поступило сообщение от гражданки Ю.Е. об убийстве человека.

Показаниями свидетеля В.А. (старшего оперуполномоченного отделения уголовного розыска отдела полиции № 1 УМВД России по городу Пскову) о том, что ** ***2018 он в составе следственно-оперативной группы выезжал по сообщению о совершении убийства в квартиру по <адрес>, в которой находилась женщина, которая сообщила о том, что убийство совершила она. Однако, в связи с тем, что она давала путаные пояснения, было понятно, что женщина врет.

Показаниями свидетеля Ф.А. (занимавшего должность начальника отдела полиции № 1 УМВД России по городу Пскову) о том, что ** ***2018 он выезжал по сообщению о совершенном убийстве в квартиру по адресу: г. Псков, <адрес>. Сотрудники скорой помощи, находившиеся в квартире, указали, что на кухне квартиры труп с ножевыми ранениями. Также в квартире находилась женщина невысокого роста - Ю.Е., которая по внешним признакам находилась в состоянии легкого алкогольного опьянения. На вопросы об обстоятельствах совершенного преступления Ю.Е. отвечала, что это она совершила убийство И.В. Однако давала противоречивые пояснения, из чего он сделал вывод о том, что Ю.Е. сообщает ложную информацию. Сотрудники уголовного розыска были направлены за ФИО2, который по прибытии в отдел полиции в ходе проведенного оперативно-розыскного мероприятия «Опрос» в присутствии иных сотрудников полиции признался в том, что совершил убийство И.В. Как причину совершенного убийства ФИО2 назвал то, что И.В. пришел к нему домой в состоянии алкогольного опьянения, вел себя грубо и выражался нецензурной бранью, а также говорил о том, что сейчас вступит в половую связь с его женой Ю.Е. и сделает это прямо при нем. Также ФИО2 говорил о том, что нанес в общей сложности три удара ножом И.В., отчего тот скончался на месте происшествия. Впоследствии ФИО2 указал место, куда выбросил свою одежду со следами крови (том 2, л.д. 94-97).

Аналогичные показания дал свидетель О.А. (занимавший должность начальника отдела уголовного розыска отдела полиции № 1 УМВД России по городу Пскову), который ** ***2018 совместно с сотрудниками полиции Ф.А., В.А., Ш.Д., Б.А. находился на месте совершения преступления, и в присутствии которого проводилось ОРМ «Опрос» (том 2 л.д. 98-101).

Показаниями свидетеля Б.А. (занимавшего должность заместителя начальника отдела уголовного розыска УМВД России по городу Пскову) о том, что ** ***2018 он выезжал по сообщению об убийстве в квартиру по адресу: г. Псков, <адрес>. В квартире, кроме сотрудников полиции находилась гражданка Ю.Е., которая сделала сообщение в отдел полиции об убийстве И.В. Она сообщала, что данное убийство совершила она, но было понятно, что она врет. Он и Ш.Д. с целью проверки на причастность ФИО2 к убийству И.В. направились за ФИО2 по адресу: г. Псков, <адрес>, откуда доставили его в отдел полиции. В ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Опрос» ФИО2 признался в том, что совершил убийство И.В.

Аналогичные показания об обстоятельствах выезда на место происшествия и проведения ОРМ «Опрос» дал свидетель Ш.Д., занимавший должность оперуполномоченного отдела по раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений (том 2, л.д. 102-105).

Показаниями свидетелей М.А. (фельдшер скорой медицинской помощи ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи») и К.А. (медицинская сестра скорой медицинской помощи ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи») о том, что ** ***2018 в 20 часов 07 минут они выезжали в квартиру по адресу: г. Псков, ул<адрес>, где констатировали смерть мужчины, труп которого находился на кухне с ножевыми ранениями, смерть наступила за несколько часов до приезда скорой помощи.

Показаниями свидетеля Н.Э. о том, что ее сын Н.Б., скончавшийся ** ***2013, состоял в браке с Ю.Е. Они развелась в 2002 году по причине того, что Ю.Е. вела свободный образ жизни, от родительских обязанностей уклонялась, постоянно гуляла, по нескольку дней могла не приходить домой. После развода Е. с внуком съехала в свою квартиру. Со слов внука ей известно, что мать продолжала гулять, приводить домой посторонних людей, употреблять спиртные напитки. Затем Е. вышла замуж за ФИО2, о котором внук никогда ничего плохого не говорил. Внук ей рассказывал, что ФИО2 не пьет и не курит, работает, делает домашние дела. Она ФИО2 характеризует положительно, как спокойного, вежливого молодого человека, любящего детей. В ** *** 2018 года она случайно встретилась с матерью Е., которая ей сообщила, что та изменяет ФИО2 с каким-то цыганом и ведет разгульный образ жизни. Та пожаловалась, что никак не может повлиять на дочь, и что та неисправима. ** ***2018 внук ей сказал, что ** ***2018 ФИО2 убил этого цыгана у себя на съемной квартире. Со слов внука, этот цыган сам пришел в квартиру к ФИО3 и рассказал находившемуся там ФИО2 о своих любовных отношениях с Е. (том 2, л.д. 39-42).

Показаниями свидетеля Н.С. о том, что он проживает с бабушкой Н.Э. Его мать ** *** 2012 года стала сожительствовать с ФИО2 Примерно через год мать стала уходить по вечерам гулять с подругами. Те отдыхали в кафе, клубах, ходили куда-то в гости. ФИО2 очень переживал по этому поводу, часто звонил матери. Сам ФИО2 никогда гулять не ходил, постоянно после работы находился дома, помогал ему делать уроки. Тот очень домашний человек, не пил и не курил. Мать в свою очередь стала неоднократно приходить домой поздно, зачастую приходила утром, иногда слегка пьяная. ФИО2 очень ревновал его мать, предъявлял ей претензии, подозревая в изменах. Мать измены отрицала. В 2014 году осенью мама и ФИО2 поженились. Примерно в 2016 году мать и ФИО2 вместе с дочерью переехали на съемную квартиру по адресу: г. Псков, <адрес>. Примерно 1,5 года назад ему стало известно, что мать, находясь в кафе «Б», познакомилась с И.В., с которым у матери завязались любовные отношения. Периодически мать ездила к И.В. в гости, а его просила её «прикрыть». Затем в ходе разговора с матерью он узнал, что И.В., будучи в нетрезвом виде, ** ***2018 ворвался с ножом в руках в их квартиру, хотел всех убить и тогда ФИО2 его зарезал. Со слов матери, И.В. кричал на всю квартиру, что спит с ней на протяжении 1,5 лет, после чего между ними завязалась драка, в ходе которой ФИО2 убил И.В. Во время этой драки его мать убежала с ребенком на улицу. ФИО2 позднее вышел на улицу и сказал, что разобрался с И.В. Считает, что ФИО2 совершил убийство из ревности (том 2, л.д.45-48).

Кроме показаний потерпевшего и свидетелей, вина ФИО2 подтверждается следующими доказательствами:

-протоколом явки с повинной ФИО2 от ** ***2018, в которой он сообщил о совершенном им преступлении следующее, что ** ***2018 примерно в 15.00 часов, находясь на кухне квартиры <адрес> г. Пскова, в ходе ссоры, возникшей на почве ревности, нанес 2 удара цельнометаллическим ножом в область живота под ребра и один удар ножом посередине спины ранее незнакомому И.В., от чего тот скончался на месте, то есть умышленно убил И.В. (том 2, л.д.134-135);

-протоколом осмотра места происшествия от ** ***2018 (с 21 часа 10 минут до 22 часов 35 минут), в ходе которого зафиксирована обстановка в квартире по адресу: г. Псков, ул<адрес> осмотрен труп И.В., зафиксированы имеющиеся на трупе повреждения, изъяты нож с рукояткой белого цвета, цельнометаллический нож, мобильный телефон марки <данные изъяты>, мобильный телефон марки <данные изъяты>, вырез обоев кухни квартиры с пятном вещества бурого цвета (том 1, л.д. 40-62);

-протоколом осмотра трупа И.В. от ** ***2018, в ходе которого зафиксированы имеющиеся на теле погибшего телесные повреждения, их локализация (том 1, л.д. 63-66);

-протоколом осмотра местности от ** ***2018, произведенного с участием ФИО2, согласно которому на участке местности по <адрес> города Пскова в мусорном контейнере обнаружены и изъяты предметы одежды ФИО2, в которых тот находился в момент совершения убийства И.В. (том 3, л.д. 51-58);

-протоколом осмотра предметов от ** ***2018, согласно которому осмотрены предметы одежды ФИО2, в которых тот находился в момент совершения убийства И.В., изъятые в ходе осмотра местности ** ***2018, а именно, футболка, шорты, мужские трусы, на которых зафиксировано наличие вещества бурого цвета (том 4, л.д. 34-35);

-протоколом освидетельствования ФИО2 от ** ***2018, в ходе которого у ФИО2 выявлены телесные повреждения в виде ссадины в области груди слева, ссадины на запястье правой руки, ссадины на левом колене (том 3, л.д. 59-60);

-справкой, представленной начальником ИВС УМВД России по городу Пскову от ** ***2018, согласно которой ФИО2 доставлен в ИВС ** ***2018 в 03 часа 20 минут, при поступлении жалоб на здоровье не высказывал, имелись видимые телесные повреждения в виде гематомы на левой стороне груди и ссадина на правом плече (том 3, л.д. 17);

-протоколом осмотра предметов от ** ***2019, в ходе которого осмотрен с участием свидетеля Ю.Е. принадлежащий ей мобильный телефон марки <данные изъяты>, установлен факт наличия в журнале вызовов телефона за ** ***2018 четырнадцати пропущенных вызовов с абонентского номера №***, использовавшегося потерпевшим И.В., осуществленые последним в период с 14 часов 45 минут до 15 часов 00 минут ** ***2018. Со слов Ю.Е. после пропущенного вызова в 15 часов 00 минут ФИО2 открыл входную дверь их квартиры И.В., после чего те вдвоем зашли в квартиру и произошел конфликт. Также зафиксирован факт наличия в журнале вызовов телефона сведений об осуществленных Ю.Е.. ** ***2018 телефонных переговорах с ФИО2, свидетелями А.О., И.Т., А.Т., Ю.С., Ю.Т. (том 4, л.д. 16-22);

-протоколом осмотра предметов от ** ***2019, согласно которому осмотрен принадлежащий погибшему И.В. мобильный телефон марки <данные изъяты>, зафиксирован факт наличия в журнале вызовов телефона за ** ***2018 двадцати исходящих вызовов на принадлежащий Ю.Е. абонентский номер №***, записанный в телефонной книге мобильного телефона, как «Ж», осуществленных в период с 14 часов 37 минут до 15 часов 01 минуты ** ***2018 (том 4, л.д. 31-33);

-протоколом осмотра документов от ** ***2019, согласно которому осмотрены детализации телефонных соединений абонентов сотовой связи Ю.Е. и И.В., использующих абонентские номера мобильных телефонов, соответственно №*** и +№***, за период с ** ***2018 по ** ***2018, представленные на оптическом диске CD-R; зафиксированы соединения абонентских номеров Ю.Е. и И.В. ** ***2019, то есть в день убийства последнего. Установлен факт осуществления Ю.Е. ** ***2018 телефонных переговоров с обвиняемым ФИО2, свидетелями А.О., И.Т., А.Т., Ю.С., Ю.Т.., погибшим И.В., зафиксирован исходящий вызов на номер экстренных служб № 112 в 19 часов 50 минут 48 секунд с телефона Ю.Е., зафиксирован факт осуществления погибшим И.В. ** ***2018 телефонных переговоров со свидетелем Ю.Е., и И.И. (том 4, л.д. 96-121);

-заключением судебно-медицинской экспертизы №*** от ** ***2018, согласно которому при проведении судебно-медицинской экспертизы трупа И.В. обнаружены следующие телесные повреждения:

-Группа А (условно) колото-резаное ранение левой половины передней брюшной стенки, проникающее в брюшную и левую плевральную полости, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей живота, париетальной брюшины, левого купола диафрагмы, сквозным повреждением плевры и ткани нижней доли левого легкого, перикарда и не сквозным повреждением левого желудочка сердца, у живых лиц является опасным для жизни в момент причинения и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью; с данными повреждениями потерпевший мог жить и передвигаться промежуток времени, исчисляемый секундами, единицами минут.

- Группа Б (условно) колото-резаное ранение правой половины брюшной стенки, проникающее в брюшную полость, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, апоневроза и париетальной брюшины, у живых лиц является опасным для жизни в момент причинения и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью, с данными повреждениями потерпевший мог жить и передвигаться неопределенно длительный промежуток времени в зависимости от клинического течения данных повреждений;

-Группа В (условно) не проникающее колото-резаное ранение задней поверхности грудной клетки с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, у живых лиц влечет кратковременное расстройство здоровья сроком до 21 дня и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью, с данными повреждениями потерпевший мог жить и передвигаться неопределенный промежуток времени.

Смерть И.В. наступила от острой массивной кровопотери, развившейся в результате причинения телесных повреждений группы А (условно).

Все телесные повреждения образовались (каждое) в результате однократного травматического воздействия острым предметом (всего имело место три воздействия), обладающим колюще-режущими свойствами, (каковым мог быть нож), достоверно установить последовательность их нанесения не представляется возможным, они образовались во временной промежуток исчисляемый секундами, единицами минут до наступления смерти в быстрой последовательности один за другим.

Между повреждением группы А (условно) и смертью И.В. имеется причинно-следственная связь, между повреждениями группы Б и В (условно) и смертью И.В. причинно-следственная связь отсутствует.

При исследовании части крови от трупа И.В. этиловый спирт обнаружен в концентрации 2,0 г/л. (том 3, л.д. 79-95);

-заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №*** от ** ***2019, согласно которому давность наступления смерти И.В. на момент осмотра трупа последнего на месте происшествия составляет около 4-8 часов (том 3, л.д. 106-109);

-заключением медико-криминалистической судебной экспертизы №*** от ** ***2019, согласно которому образование, зафиксированных на трупе И.В. колото-резаных ранений не исключается в результате воздействия клинка ножа с рукояткой белого цвета, цельнометаллического ножа, изъятых ** ***2018 в ходе осмотра места происшествия, а также в результате воздействия клинка ножа с черной пластиковой ручкой, изъятого ** ***2018 в ходе выемки у свидетеля Ю.Е., кроме образования, зафиксированного на трупе И.В. колото-резаного ранения в области передней брюшной стенки слева при воздействии клинка ножа изъятого у Ю.Е. (том 3, л.д. 135-149);

-заключением криминалистической судебной экспертизы холодного оружия №*** от ** ***2019, согласно которому нож с рукояткой белого цвета и цельнометаллический нож, изъятые ** ***2018 в ходе осмотра места происшествия – квартиры по адресу: г. Псков, <адрес>, а также нож с черной пластиковой ручкой, изъятый ** ***2018 в ходе выемки у свидетеля Ю.Е., изготовлены заводским способом, являются ножами хозяйственно-бытового назначения и к холодному оружию не относятся (том 3, л.д. 155-157);

-заключением молекулярно-генетической судебной экспертизы №*** от ** ***2018, согласно которому на предметах одежды ФИО2, в которых тот находился в момент совершения убийства И.В., изъятых в ходе осмотра местности ** ***2018, обнаружены следы крови, которая произошла от И.В. (том 3, л.д. 163-184);

-заключением биологической судебной экспертизы №*** от ** ***2019, согласно которому на вырезе с обоев стены кухни, изъятом ** ***2018 в ходе осмотра места происшествия – квартиры по адресу: г. Псков, <адрес>, обнаружена кровь человека (том 4, л.д. 5-9);

-заключением ситуационной медико-криминалистической судебной экспертизы №*** от ** ***2018, согласно которому образование зафиксированных на трупе И.В. колото-резаных ранений при обстоятельствах, указанных ФИО2 при его допросе в качестве подозреваемого по уголовному делу ** ***2018, а также при производстве проверки его показаний на месте ** ***2018, не исключается (том 3, л.д. 120-129);

- копией карты вызова скорой медицинской помощи №*** от ** ***2018, согласно которой в 20 часов 07 минут фельдшером М.А. в квартире по адресу: г. Псков, <адрес> констатирована смерть И.В., которая наступила до приезда бригады скорой медицинской помощи (том 2, л.д. 76).

Из заключения стационарной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы №*** от ** ***2018, следует, что ФИО2 в настоящее время хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает. В период инкриминируемого ему деяния ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Из выводов эксперта-психолога следует, что подэкспертный отличается стремлением избегать конфликтов, склонностью ориентироваться на общепринятые нормы, нерешительностью и ответственностью, что проявляется в излишней осмотрительности, осторожности, тенденции к отказу от самореализации; характерны самоограничения, сдерживание активности, подавление спонтанности; проявляет хорошие адаптивные возможности, развитость эмпатических способностей сочетается с низким уровнем агрессивности, сдержанностью в проявлении эмоций, высокой развитостью личностных структур, сдерживающих проявление агрессии в реальном поведении. В период совершения инкриминируемых действий индивидуально-психологические особенности ФИО2 не нарушали его способности правильно воспринимать события, сознавать их характер и значение, руководить своими действиями. В период совершения инкриминируемого деликта ФИО2 находился в состоянии эмоционального возбуждения, с преобладанием эмоций страха (за свою безопасность, жизнь); свои агрессивные действия ФИО2 описывает как ответ на агрессивное поведение погибшего (том 3, л.д. 32-35).

Исследовав представленные доказательства, суд находит их достаточными для установления вины подсудимого. Все доказательства являются допустимыми, поскольку они добыты без нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, достоверными и относящимися к исследуемым событиям.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, которые последовательны, логичны и взаимно дополняют друг друга, а также выводам экспертиз, которые научно обоснованы, мотивированы, построены на исследованном в полном объеме материале.

Доводы стороны обвинения о том, что показания ФИО2 об обстоятельствах причинения смерти И.В. являются его позицией защиты и направлены на то, чтобы избежать уголовной ответственности за убийство, не основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Так, из показаний свидетелей А.Т., Ю.Е. и других следует, что между ФИО4 имели место конфликтные отношения, что было обусловлено тем, что супруга ФИО2 – Ю.Е. имела близкие отношения с И.В., и, несмотря, на очевидность таких отношений, скрывала их от мужа, приводя в дом И.В. и представляя его мужу как своего дальнего родственника, а когда тот не поверил в это, как знакомого своего бывшего супруга. При этом такая ситуация длилась не один месяц, однако ни кем из свидетелей не указано о том, что ФИО2 когда-либо первым повел себя агрессивно по отношению к И.В., спровоцировал бы конфликт. Допрошенные по делу свидетели Н.Э., Н.С., А.О. и другие указали, что ФИО2 являлся неконфликтным человеком, спиртное не употреблял, любил детей. О крайне низком уровне конфликтности и отсутствии агрессии в поведении также указано в заключении психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2 Мать ФИО2 – А.Т. подтвердила то, что сын знал истинную природу взаимоотношений между Ю.Е. и И.В., даже имел намерение развестись, но жалел детей, и потому не уходил из семьи.

Таким образом, с учетом совокупной оценки представленных и исследованных в судебном заседании доказательств суд приходит к выводу, что, несмотря на то, что ФИО2 мог испытывать чувство неприязни и ревности к И.В., поскольку к тому имелись все основания, однако мотивом к нанесению И.В. телесных повреждений, повлекших его смерть, явились иные побуждения, а именно страх за свою жизнь и здоровье, обусловленный в том числе состоянием здоровья самого подсудимого, не позволившего ему надлежащим образом оценить опасность посягательства

О том, что ** ***2018 сложилась нестандартная, выходящая за пределы ранее имевшихся отношений ситуация, свидетельствуют ряд исследованных обстоятельств. Так, впервые Ю.Е., оценила ситуацию как крайне опасную, поскольку обратилась за помощью к матери погибшего И.В., пояснив той, что между И.В. и ФИО2 происходит драка, вызвала ей такси, чтобы она приехала по адресу их (Ю-вых) жительства, однако, забыла указать адрес своего жительства. В этот день также впервые И.В., ранее всегда скрывавший истинную природу своих отношений с ФИО2, в открытую заявил ФИО2 о наличии интимных отношений с его супругой, а также потребовал у ФИО2 покинуть его (ФИО2) жилище, что явно указывает на неадекватность поведения И.В., обусловленное алкогольным опьянением. На глазах у ФИО2 И.В. наносит удар ФИО5, которая держит на руках малолетнего сына, после чего Ю.Е. сразу покидает квартиру с ребенком, хотя ранее при имевшемся конфликте между ФИО4 вмешалась в конфликт и пыталась успокоить И.В., что также указывает о сильной степени выраженности агрессии со стороны И.В. Ю.Е., рассказывая своей подруге А.О. о происходящих ** ***2018 событиях, предшествующих убийству, указывает на неадекватность поведения И.В., которая напугала её, выражает опасение за безопасность супруга.

Суд кроме противоправного поведения И.В., который после длительных звонков и стука в дверь квартиры, без согласия Ю-вых ворвавшийся к ним в жилище в состоянии алкогольного опьянения, в грубых нецензурных выражениях оскорбляя супругов, требовал удалиться ФИО2, учитывает и то, что в это время ФИО2 находился в болезненном состоянии, пребывая на амбулаторном лечении по поводу многочисленных переломов, в том числе позвоночника, что подтверждено справкой медучреждения и показаниями многочисленных свидетелей, что в определенной мере влияло на возможность ФИО2 оказать надлежащее сопротивление в ответ на противоправные действия со стороны И.В. Кроме того, суд принимает во внимание, что ФИО2 в момент высказанных И.В. в его адрес угроз убийством находился в ограниченном пространстве, в помещении кухни, в возбужденном состоянии в связи с унизительными и оскорбительными высказываниями И.В., который в том числе угрожал ему тем, что займется с его женой сексом в присутствии его и его малолетнего ребенка, поэтому приходит к выводу, что данные обстоятельства в своей совокупности не позволили ФИО2 правильно оценить степень имеющейся в тот момент угрозы его жизни и здоровью, а именно факт того, что у И.В., который высказывал угрозы тем, что убьет, зарежет ФИО2, не имелось в руках каких-либо колюще-режущих предметов для осуществления данных угроз.

Показания сотрудников полиции о том, что в своих первоначальных объяснениях ФИО2 не пояснял о том, что И.В. напал на него, не могут свидетельствовать о том, что обстоятельства, изложенные ФИО2 не соответствуют действительности, поскольку сотрудниками полиции подробности причинения смерти И.В. не выяснялись, а фиксировался лишь факт причастности к причинению смерти именно ФИО2, что на тот период для сотрудников полиции имело первостепенное значение с учетом того, что Ю.Е. пыталась оговорить себя в совершении преступления.

Вместе с тем, свидетели А.Т., Ю.Т. и другие сообщают о том, что еще до обращения в правоохранительные органы, несмотря на то, что ФИО2 был немногословен, излагая обстоятельства преступления, однако пояснил, что И.В. напал на него первым, а он (ФИО2) не хотел, чтобы его мать видела его (ФИО3) в гробу, поэтому защищался.

ФИО2 логически обоснованно поясняет причины, по которым в своих первоначальных показаниях указывал о том, что у И.В. в руках был нож в момент нападения, поясняя в настоящее время об отсутствии в руках И.В. ножа в момент нападения на него, оснований не доверять показаниям ФИО2 у суда не имеется, каких-либо доказательств, опровергающих пояснения ФИО2 в судебном заседании о причинах и мотивах совершенного преступлениях, суду не представлено.

Довод стороны обвинения о том, что на мотив преступления указывает поведение ФИО2, который после совершения убийства был спокоен, помылся, переоделся, избавился от окровавленной одежды, а супруге пояснил, что разобрался с И.В., суд находит несостоятельным, поскольку последующая после причинения смерти реакция подсудимого, который сам по себе с учетом сложившегося в судебном заседании психологического портрета является человеком с маловыраженной внешней эмоциональной реакцией на происходящие события, не может свидетельствовать о ложности его показаний относительно восприятия им реальности угрозы его жизни и здоровья во время нападения со стороны И.В. Кроме того, испытываемые подсудимым негативные эмоции к И.В., в том числе ревность, сами по себе не могут указывать на ложность показаний подсудимого относительно конкретных обстоятельств совершения преступления.

Высказанные рядом свидетелей доводы о том, что ФИО2 мог совершить убийство И.В. на почве ревности, не опровергают показания ФИО2 об обстоятельствах совершения преступления, поскольку данные свидетели не были очевидцами произошедших событий, и их показания относительно мотивов преступления являются лишь предположением.

Довод стороны обвинения о том, что о ложности пояснений ФИО2 о мотивах преступления свидетельствует тот факт, что он не обратился своевременно в полицию, что могло привести к устранению конфликтной ситуации, а впустил И.В. в свою квартиру, суд находит несостоятельным. Обращение или не обращение в полицию по тому или иному поводу само по себе никак не может подтверждать либо опровергать показания подсудимого, а указывает лишь на степень и уровень доверия к правоохранительным органам у подсудимого, которому было известно, что по вызову его матери ранее в связи с угрозами со стороны И.В. никто из сотрудников полиции не явился, что зафиксировано в материалах дела.

Показания ФИО2 об обстоятельствах убийства И.В. согласуются с показаниями свидетелей о неадекватности и агрессивности поведения погибшего ** ***2018, а также с документами, подтверждающими наличие у ФИО2 телесных повреждений в момент доставления его в ИВС, и медицинской справкой о том, что ФИО2 ** ***.2018 находился на амбулаторном лечении по поводу многочисленных переломов позвоночника, костей таза, руки.

Несмотря на то, что ФИО2, защищаясь от посягательства, причинил И.В. более одного ножевого ранения, данное обстоятельство не может само по себе, вопреки доводам государственного обвинения, указывать на иной, чем указан подсудимым мотив преступления, поскольку нанесения И.В.. неоднократных ножевых ранений обусловлено агрессивным и неадекватным поведением И.В., который после причинения первых ранений продолжил применение насилия к ФИО2, а подсудимый, достоверно не зная тяжести причиненных им повреждений, ошибочно полагал о возможности реализации высказываемых И.В. угроз причинением смерти.

Вместе с тем, суд, признавая доказанным тот факт, что ФИО2 в сложившейся ситуации имел основания реально опасаться за свою жизнь и здоровье, приходит к выводу, что ФИО2 с учетом своего возбужденного состояния неверно оценен характер и интенсивность посягательства со стороны И.В., в руках у которого отсутствовали какие-либо колюще-режущие предметы, которыми тот мог причинить ФИО2 телесные повреждения, то есть выбранный ФИО2 способ защиты явно не соответствовал примененному в отношении него насилию, поэтому ФИО2 превысил пределы необходимой обороны.

При изложенных обстоятельствах суд считает вину ФИО2 в совершении умышленного убийства недоказанной, поскольку убийство И.В. совершено ФИО2 при превышении пределов необходимой обороны, поскольку меры защиты своей жизни и здоровья, примененные ФИО2, явно не соответствовали характеру и опасности посягательства, поэтому квалифицирует его действия по ч.1 ст. 108 УК РФ, поскольку ФИО2 совершил убийство при превышении пределов необходимой обороны. Поведение подсудимого в судебном заседании не вызвало у суда сомнений в его психической полноценности, ФИО2 заключением психиатрической экспертизы признан не страдающим психическими расстройствами, на учете у врача-психиатра не состоит, поэтому суд признает ФИО2 вменяемым в отношении инкриминируемого ему преступления, он подлежит уголовной ответственности и назначению наказания.

Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности и наказания не имеется.

ФИО2 впервые привлекается к уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести (том 2, л.д.241-244), на учете в наркологической и психоневрологической службах ГБУЗ <данные изъяты> ФИО2 не состоит (том 2, л.д.247, л.д.248), по месту жительства ФИО2 характеризуется удовлетворительно (том 2, л.д.250), по месту работы в ООО «О» характеризуется положительно (том 3, л.д.4), по месту пребывания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Псковской области характеризуется удовлетворительно (том 3, л.д.6).

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает полное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, наличие явки с повинной, состояние здоровья подсудимого, наличие двоих малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

При определении вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности подсудимого и его образе жизни, конкретные обстоятельства совершенного преступления, поэтому в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений назначает ФИО2 наказание в виде ограничения свободы с учетом требований, предусмотренных ч.1 ст. 56 УК РФ, с возложением на него запретов и ограничений.

С учетом того, что ФИО2 совершил преступление небольшой тяжести, то отсутствуют основания для обсуждения вопроса о применении правил ч.6 ст. 15 УК РФ

Исключительных обстоятельств существенно снижающих степень общественной опасности совершенного преступления для применения правил ст. 64 УК РФ не имеется.

Решая вопрос о вещественных доказательствах, суд руководствуется ч.3 ст. 81 УПК РФ.

Процессуальные издержки по уголовному делу в виде выплаченного вознаграждения адвокату Малову С.Б. в размере 1650 рублей в ходе предварительного следствия по назначению следователя, подтверждены постановлением следователя об оплате труда адвоката за счёт государства, и подлежат взысканию с подсудимого в доход федерального бюджета.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 108 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

На период отбывания наказания в виде ограничения свободы установить осужденному следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания с 23 до 06 часов, не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не выезжать за пределы муниципального образования «Город Псков», не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО2 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц на регистрацию по графику, установленному специализированным государственным органом.

Меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, освободить его из-под стражи немедленно в зале суда.

Срок наказания исчислять с ** *** 2019 года.

В соответствии с ч.3 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с ** ***2018 до постановления приговора зачесть в срок ограничения свободы из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

С учетом срока содержания под стражей до постановления приговора считать ФИО2 отбывшим наказание полностью.

В соответствии с ч.1 ст.132 УПК РФ взыскать с ФИО2 процессуальные издержки по оплате труда адвоката Малова С.Б. в ходе предварительного следствия в размере 1650 (одна тысяча шестьсот пятьдесят) рублей 00 копеек, в доход государства.

Вещественные доказательства:

- нож с рукояткой белого цвета, цельнометаллический нож, вырез обоев кухни квартиры с пятном вещества бурого цвета, изъятые ** ***2018 в ходе осмотра квартиры по адресу: г. Псков, <адрес>; образец крови от трупа И.В., нож с черной пластиковой ручкой, изъятый ** ***2018 в ходе выемки у Ю.Е.; одежду ФИО2 (футболку, шорты, мужские трусы, изъятые ** ***2018 в ходе осмотра местности – участка <адрес> в городе Пскове; образцы крови ФИО2; образцы крови Ю.Е.– хранящиеся в материалах уголовного дела, уничтожить;

- мобильный телефон марки <данные изъяты>, изъятый ** ***2018 в ходе осмотра квартиры по адресу: г. Псков, <адрес>, вернуть по принадлежности Ю.Е.;

- мобильный телефон марки <данные изъяты>, изъятый ** ***2018 в ходе осмотра квартиры по адресу: г. Псков, <адрес>, принадлежащий И.В., вернуть потерпевшему И.И.;

- оптический диск DVD-R с видеозаписью оперативно-розыскного мероприятия «Опрос» в отношении ФИО2; оптический диск CD-R с детализациями телефонных соединений абонентов сотовой связи Ю.Е. и И.В., использующих абонентские номера мобильных телефонов, соответственно №*** и +№***; детализацию телефонных соединений абонента сотовой связи ФИО2, использующего абонентский номер мобильного телефона №***; детализацию телефонных соединений абонента сотовой связи И.В., использующего абонентский номер мобильного телефона №*** – хранить при уголовном деле до окончания срока его хранения;

- оптический диск с видеозаписью допроса свидетеля Ю.Е. от ** ***2018 (том 1, л.д.123), оптический диск с видеозаписью допроса свидетеля Ю.Е. от ** ***2018 (том 1, л.д.152), оптический диск с видеозаписью допроса свидетеля А.Т. от ** ***2018 (том 1, л.д.184), оптический диск с видеозаписью допроса свидетеля Ю.С. от ** ***2018 (том 1, л.д.238), оптический диск с материалами психофизиологического исследования с использованием полиграфа (полиграмма) (том 1, л.д.247), оптический диск с видеозаписью допроса свидетеля Ю.С. от ** ***2018 (том 2, л.д.14), DVD-R диск с видеозаписью допроса несовершеннолетнего свидетеля А.Е. от ** ***2018 (том 2, л.д.38), CD-R-диск с аудиофайлом, содержащим запись телефонного разговора начальника смены дежурной части ОП №1 УМВД России по г. Пскову Н.Д. ** ***2018 в 19 часов 56 минут с диспетчером станции скорой медицинской помощи (том 2, л.д.90), DVD-R диск с видеозаписью оперативно-розыскного мероприятия, полученного ** ***2018 из УМВД России по г. Пскову (том 2, л.д.115), DVD-R диск с видеозаписью проверки показаний на месте обвиняемого ФИО2 от ** ***2018 (том 2, л.д.176) - в соответствии со ст.84 УПК РФ, хранить в материалах дела в течение всего срока его хранения.

Приговор может быть обжалован в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Псковского областного суда.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а если дело подлежит рассмотрению по представлению прокурора или по жалобе другого лица, то в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу или представление, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья Псковского городского суда Г.В. Белик

Приговор обжалован в апелляционном порядке. Оставлен без изменения, вступил в законную силу.