Решение № 2-383/2019 2-383/2019~М-278/2019 М-278/2019 от 2 июля 2019 г. по делу № 2-383/2019

КОПИЯ

2-383/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Малояз Салаватского района РБ 03 июля 2019 года

Салаватский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе:

Председательствующего судьи Муллахметова Р.Р.,

при секретаре Сафиной Л.А.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2 и ФИО3 и их представителя ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей за себя и за несовершеннолетних детей К.А.Р. и К.Р.Р., ФИО2 и ФИО3 о компенсации морального вреда к Обществу с ограниченной ответственностью «ДримНефть»,

у с т а н о в и л:

ФИО1, действующая за себя и за несовершеннолетних детей К.А.Р. и К.Р.Р., ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с настоящим иском, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай на буровой установке «Уралмаш 3000 ЭУК-1М» зав. №, год выпуска 1994, смонтированной на скважине № кустовой площадки № <адрес> месторождения на опасном производственном объекте «Управления по бурению Западная Сибирь» в Обществе с ограниченной ответственностью (далее по тексту – ООО) «ДримНефть», в результате которого ДД.ММ.ГГГГ в 03 час. 30 мин. погиб К.Р.М., работавший по найму по профессии помощник бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда, который приходился мужем ФИО1, отцом К.Р.Р. и К.А.Р., а также сыном ФИО2 и ФИО3 По результатам проведенной ООО «Ютар» экспертизы промышленной безопасности буровая установка «Уралмаш-3000 ЭУК-1М» зав. №, год выпуска 1994 не соответствует требованиям промышленной безопасности, установленных Федеральным законом № 116-ФЗ от 21.07.1997 «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», правилам и нормативно-техническим документами. Также ряд других нарушений техники безопасности на производстве указывают на нарушителя ООО «ДрифНефть», действия (бездействия) которого привели к смерти работника К.Р.М. на буровой установке. К.Р.М., которому был всего 31 год, был замечательным сыном для родителей, мужем, прекрасным семьянином, нежным и любящим мужем, у К.Р.М. осталось двое детей. Нравственные страдания выразились в форме страданий по поводу смерти мужа, отца и сына, истцы испытывают горе, чувство утраты, беспомощности и одиночества.

Просят взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 5000000 руб., из которых 3000000 руб. в пользу ФИО1, с учетом оставшихся без отца двоих детей, по 1000000 руб. в пользу ФИО2 и ФИО3

Определениями Салаватского межрайонного суда Республики Башкортостан от 12.04.2019 и 30.04.2019 соответственно к участию в деле в качестве третьих лица, не заявляющих самостоятельных требований привлечены ФИО5, ФИО6, ООО «Каюм-Нефть» и ООО «Юкатекс-Югра».

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2 и ФИО3 и их представитель ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, указав, что вины погибшего К.Р.М. в произошедшем несчастном случае нет.

На судебном заседание ответчик ООО «ДримНефть», третьи лица ФИО5, ФИО6, ООО «Каюм-Нефть» и ООО «Юкатекс-Югра», извещенные надлежаще о времени и месте судебного заседания не явились. ООО «ДримНефть» и ФИО6 обратились с заявлениями о рассмотрении дела без их участия, от остальных лиц ходатайства об отложении судебного заседания не поступили.

Представитель ответчика ООО «ДримНефть» представила письменные отзыв и пояснения по иску, в которых просила отказать в удовлетворении исковых требований, так как истцами не представлены доказательства, подтверждающие причинение морального вреда, размеры компенсации морального вреда не обоснованы и не подтверждены, расчеты не представлены, а также в несчастном случае имеется вина самого погибшего ввиду нарушения последним требований безопасности труда.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) суд полагает возможным принятие решения при имеющейся явке.

Выслушав участвующих лиц, исследовав материалы гражданского дела и оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующему.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ), предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Кроме того, ТК РФ закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 ТК РФ).

В соответствии со ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 ТК РФ).

Работодатель обязан обеспечить, в частности: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; применение прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

В судебном заседании установлено, что К.Р.М. работал помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда ООО «ДримНефть».

ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай на буровой установке «Уралмаш 3000 ЭУК-1М» зав. №, год выпуска 1994, смонтированной на скважине № кустовой площадки № <адрес> месторождения на опасном производственном объекте «Управления по бурению Западная Сибирь» в ООО «ДримНефть», в результате которого ДД.ММ.ГГГГ в 03 час. 30 мин. погиб К.Р.М.

Согласно актов о расследовании тяжелого несчастного случая и акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, несчастный случай произошел при выполнении аварийных работ по ликвидации прихвата бурового инструмента стальных буровых труб с наружным диаметром 127 мм., (далее - СБТ-127) на буровой установке «Уралмаш 3000 ЭУК-1М» зав. №, год выпуска 1994 смонтированной на скважине № кустовой площадки № <адрес> месторождения, на опасном производственном объекте: «Управления по бурению Западная Сибирь», в Обществе с ограниченной ответственностью «ДримНефть» (объект не зарегистрирован в государственном реестре опасных производственных объектов, полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте - отсутствует, лицензия на осуществление деятельности по эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности - отсутствует, свидетельство о членстве в СРО - отсутствует). Организацией недропользователем является Закрытое Акционерное общество «Каюм Нефть», лицензия на пользование недрами ХМН № (НЭ) от ДД.ММ.ГГГГ. Организация, эксплуатирующая опасный производственный объект («Фонд скважин Западно-Каюмовского месторождения», класс опасности №, полис страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном производственном объекте серия 111 №) Общество с ограниченной ответственностью «Юкатекс-Югра», лицензия на эксплуатацию взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, осуществляющая свою деятельность в соответствии с договором об оказании услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ЗАО «Каюм Нефть» и ООО «Юкатекс-Югра».

По результатам проведенной ООО «Ютар», экспертизы промышленной безопасности буровая установка «Уралмаш-3000 ЭУК -1» зав. №, 1994 года выпуска не соответствует требованиям промышленной безопасности, установленных законом № 116-ФЗ от 21.07.1997 «О промышленной безопасности опасности опасных производственных объектов», правилам и нормативно-техническим документам на основании которых проведена экспертиза.

Работодатель ООО «ДримНефть» - как работодатель не обеспечило безопасность работников при эксплуатации, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве оборудования, безопасных условий и охраны труда, систем контроля, предусмотренных инструкциями по эксплуатации оборудования, допустило монтаж оборудования и технологических линий с нарушением требований безопасности, не проинформировало работников об условиях труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, не обеспечило соблюдение нормативных технических документов в области промышленной безопасности, выраженных в несоблюдении работниками общества требований должностных инструкций, инструкций по охране труда, по видам работ, повлекших за собой групповой несчастный случай со смертельным исходом, а именно:

ввод в эксплуатацию технического устройства буровой установки, вспомогательных сооружений и технических устройств на участке ведения буровых работ без проверки качества вышкомонтажных работ, опробования технических устройств, без укомплектованной буровой бригады и положительных результатов испытаний и проверок. Готовность к пуску не оформлена актом рабочей комиссии буровой организации, с участием представителей заказчика, подрядчиков и территориального органа Ростехнадзора;

отсутствие разработанных в установленном порядке мероприятий по профилактике и ликвидации типовых осложнений;

отсутствие разработанного в установленном порядке плана мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте «Участок ведения буровых работ» в состав, которого входит буровая установка БУ Уралмаш - 3000 ЭУК -1М заводской №;

отсутствие разработанных в установленном порядке квалификационных инструкций для персонала буровой бригады, инструкций по видам работ;

не обеспечено оформление наряда допуска на одновременные опасные работы на кустовой площадке № между ООО «Юкатекс-Югра», ООО «ДримНефть»;

не обеспечено выполнение комплекса мероприятий обеспечивающих безопасное выполнение работ (по ликвидации прихвата) предусмотренных нарядом допуском который не оформлялся;

эксплуатация технического устройства (БУ Уралмаш - 3000 ЭУК -1М заводской №), выработавшего нормативный срок эксплуатации, установленный изготовителем и не имеющего положительного заключения экспертизы промышленной безопасности с целью продления сроков безопасной эксплуатации;

эксплуатация технического устройства (БУ Уралмаш - 3000 ЭУК -1М заводской №) не соответствующего требованиям правил промышленной безопасности и проектной документации в части монтажа оборудования и систем контроля, предусмотренных проектной документацией и обеспечивающих безопасную эксплуатацию буровой установки в процессе строительства скважин. Отсутствует система приточно-вытяжной вентиляции с механическим побуждением, обеспечивающая воздухообмен в соответствии с требованиями санитарных норм и правил, сблокированной с системой датчиков контроля загазованности, системой светового звукового оповещения, срабатывающих при превышении порога загазованности смеси воздуха с углеводородами в помещениях буровой установки №, зав. №, смонтированной на скважине №, кустовой площадки №, <адрес> лицензионного участка;

электрооборудование (машины, аппараты, устройства), контрольно-измерительные приборы, электрические светильники, средства блокировки, и сигнальные устройства к ним, установленные (помещение насосно-емкостного блока №, зав. №, смонтированной на скважине №) во взрывоопасной зоне класса 1а (установлены не во взрывозащищенном исполнении и не имеют уровень взрывозащиты в соответствии с требованиями правил;

по истечении 10 рабочих дней со дня начала эксплуатации буровой установки БУ 3000 ЭУК, зав. №, смонтированной и эксплуатируемой на кустовой площадке №, Западно-Каюмовского лицензионного участка не представлено в регистрирующий орган на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью, заявление на регистрацию опасного производственного объекта (участок ведения буровых работ) в государственном реестре опасных производственных объектов;

отсутствие полиса обязательного страхования гражданской ответственностиза причинение вреда в результате аварии на опасном производственном объекте(участке ведения буровых работ) в состав, которого входит буровая установка БУУралмаш - 3000 ЭУК -1М заводской №;

отсутствие договора на обслуживание с профессиональными аварийно-спасательными службами или с профессиональными аварийно-спасательными формированиями,

нарушив тем самым: ст. 22, 212 Федерального закона от 30.12.2001 № 197-ФЗ Трудового кодекса Российской Федерации»: п. 2 «Положения о лицензировании эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II, III классов опасности», утвержденного постановлением Правительства РФ от 10.06.2013 № 492; ч. 5 ст. 2, ч. 1 ст. 7, ч. 1 ст. 9, ч. 1 ст. 10, ст. 13 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п.п. 4, 6, 12, 47, 48, 50, 52, 53, 54, 64, 67, 68, 90, 92, 105, 107, 142, 172, 185, 219, 335 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности» утв. приказом Ростехнадзора от 12.03.2013 № 101; п.п. 2, 3, 4 постановления Правительства РФ от 26.08.2013 № 730 «Положения о разработке планов мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на опасных производственных объектах»; п. 26 «Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору» (РД 03-20-2007) утв. приказами Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37, от 05.07.2007 № 450, от 15.12.2011 № 714, от 19.12.2012 № 739, разделов 3, 4 «Инструкции по безопасности одновременного производства буровых работ, освоению и эксплуатации скважин на кусте» PД 08-435-02, утв. постановлением Госгортехнадзора России от 11.03.2002 № 14.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми. В том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 06.02.2007 № 6) (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ООО «ДримНефть» должно доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцам в связи со смертью К.Р.М., в результате несчастного случая, произошедшего на производстве.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 ГПК РФ).

Однако, в нарушение ст. 56 ГПК РФ ООО «ДримНефть» не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие ее вины в смерти К.Р.М., в результате несчастного случая, произошедшего на производстве.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела достоверно установлено и ответчиком не опровергнуто, что несчастный случай, повлекший смерть К.Р.М., произошел по вине работодателя, не осуществлявшего надлежащего контроля за ведением работ и тем самым не обеспечившего безопасные условия труда погибшего.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что буровая установка «Уралмаш-3000 ЭУК-1М» зав. №, год выпуска 1994, при эксплуатации которой произошел несчастный случай с К.Р.М., относится к источнику повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

В силу ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

Из п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 следует, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 ГК РФ). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчик не представил доказательств, что вред здоровью К.Р.М., повлекший смерть последнего причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего.

Таким образом, с ответчика в пользу истцов безусловно подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Материалами дела подтверждается, что умерший К.Р.М. приходился мужем ФИО1, отцом К.Р.Р. и К.А.Р., а также сыном ФИО2 и ФИО3, что подтверждается материалами дела, т.е. является близким родственником истцов, что дает им право на обращение в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, принимая во внимание, что в результате смерти К.Р.М. истцам были причинены физические и нравственные страдания, поскольку негативные последствия этого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав, и с учетом требований разумности и справедливости, определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу ФИО1 в размере 1500000 руб., в пользу ФИО2 - 500000 руб., в пользу ФИО3 - 500000 руб.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, соответствует фактическим обстоятельствам настоящего дела, является разумным и справедливым, отвечающим требованиям добросовестности и объему перенесенных истцами страданий.

С учетом положений ст. 98 и ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета муниципального района <адрес> Республики Башкортостан подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истцы освобождены.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, действующей за себя и за несовершеннолетних детей К.А.Р. и К.Р.Р., ФИО2 и ФИО3 о компенсации морального вреда к Обществу с ограниченной ответственностью «ДримНефть» удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДримНефть» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДримНефть» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДримНефть» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДримНефть» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд РБ через Салаватский межрайонный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий подпись Р.Р. Муллахметов

СОГЛАСОВАНО

Судья Р.Р. Муллахметов