Апелляционное определение № 33-1863/2026 от 7 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Владимирова А.А. 1-я инстанция: № 2-3589/2025

УИД: 18RS0002-01-2024-007390-05

Докладчик Хохлов И.Н. Апел. производство: № 33-1863/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

8 апреля 2026 года г.Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Хохлова И.Н.,

судей Батршиной Ф.Р., Фокиной Т.О.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беловой Н.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» на решение Первомайского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 18 ноября 2025 года по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу Страховая компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда, штрафа.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Хохлова И.Н., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику публичному акционерному обществу Страховая Компания «Росгосстрах» (далее – ПАО СК «Росгосстрах») о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда, штрафа, которым, с учётом уточнения исковых требований в соответствии со ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), окончательно просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 12 800 руб., убытки в размере 219 387,58 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф, судебные расходы.

Требования мотивированы тем, что 16 мая 2024 г. произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием транспортных средств Skoda Rapid, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, и Lada Vesta, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 В результате ДТП принадлежащему истцу транспортному средству Lada Vesta были причинены механические повреждения. ДТП произошло в результате действий ФИО2, нарушившего требования Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ). На момент ДТП гражданская ответственность владельца транспортного средства Lada Vesta была застрахована в ПАО «САК «Энергогарант», а владельца транспортного средства Skoda Rapid в ПАО СК «Росгосстрах». 23 мая 2024 года истец обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении в натуральной форме. Письмом от 13 июня 2024 года ПАО СК «Росгосстрах» сообщило истцу, что за страховым возмещением ему необходимо обратиться в ПАО «САК «Энергогарант». 28 июня 2024 года истец повторно обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении. 4 июля 2024 года ПАО СК «Росгосстрах» произвело выплату страхового возмещения в размере 315 700 руб. 19 августа 2024 года ПАО СК «Росгосстрах» произвело доплату страхового возмещения в размере 71 500 руб. 19 сентября 2024 года истец обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией, которая последним была оставлена без удовлетворения. Не согласившись с позицией страховщика, истец обратился к уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг (далее – финансовый уполномоченный) с требованиями о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» доплаты страхового возмещения, убытков. Решением финансового уполномоченного от 26 ноября 2024 г. в удовлетворении указанных требований ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» было отказано.

Протокольным определением суда от 3 марта 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 и ПАО «САК «Энергогарант».

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело было рассмотрено в отсутствие сторон и третьих лиц, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО3 уточненные исковые требования поддержала.

Вышеуказанным решением суда постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, убытков, морального вреда, штрафа – удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) страховое возмещение в размере 12 800 руб., убытки в размере 219 387,58 руб., штраф в размере 200 000 руб., моральный вред 5 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 45 000 руб., почтовые расходы в размере 302,40 руб.

Во взыскании морального вреда в большем размере отказать.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования «город Ижевск» государственную пошлину в размере 10 966 руб.».

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО4 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении требований о взыскании штрафа и убытков отказать. Отмечает, что страховое возмещение в размере 387 200 руб., от которого судом был исчислен штраф, было выплачено ответчиком в добровольном досудебном порядке, в связи с чем не имеется оснований для взыскания штрафа. Считает, что поскольку страховое возмещение должно быть рассчитано только на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утв. положением Банка России от 4 марта 2021 года №755-П (далее – Единая методика №755-П), постольку взыскание со страховщика убытков в виде разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства и произведенной страховой выплатой является неправомерным. Полагает, что сумма доплаты, превышающая установленный подп. «б» ст.7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) лимит страхового возмещения, подлежит исключению при расчете убытков, подлежащих взысканию со страховщика, так как подлежит взысканию с виновника ДТП. Выражает несогласие с размером взысканных судом судебных расходов на оплату услуг представителя, полагая их чрезмерными, подлежащими снижению.

В соответствии со статьями 167, 327 ГПК РФ судебное заседание суда апелляционной инстанции проведено в отсутствие сторон и третьих лиц, надлежащим образом извещённых о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы.

Изучив материалы настоящего гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований для его отмены.

Судебной коллегией установлено и подтверждается исследованными доказательствами, что 16 мая 2024 г. в 16 час. 20 мин., в с.Якшур-Бодья Удмуртской Республики у д.8 по ул.Кирова произошло ДТП с участием транспортных средств Skoda Rapid, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, и Lada Vesta, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1

В результате ДТП указанные транспортные средства получили механические повреждения (т.1, л.д.214).

Постановлением должностного лица ГИБДД от 16 мая 2025 г. ФИО2, за нарушение требований п.13.12 ПДД РФ, привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1 000 руб. (т.1, л.д.212).

Из указанного постановления следует, что 16 мая 2024 г. в 16 час. 20 мин. в с.Якшур-Бодья Удмуртской Республики у дома №8 по ул.Кирова, водитель автомобиля Skoda Rapid ФИО2 при повороте налево не уступил дорогу встречно идущему транспортному средству Lada Vesta под управлением ФИО1, в результате чего произошло столкновение.

Постановлением судьи Якшур-Бодьинского районного суда Удмуртской Республики от 24 июня 2024 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 руб. (т.1, л.д.222-223).

Из указанного постановления следует, что 16 мая 2024 г. в 16 час. 20 мин., в с.Якшур-Бодья Удмуртской Республики у дома №8 по ул.Кирова, водитель автомобиля Skoda Rapid ФИО2, в нарушение п.13.12 ПДД РФ, а именно на перекрестке равнозначных дорого, при выезде с обочины главной дороги и повороте налево на ул.Тельмана, не уступил дорогу транспортному средству Lada Vesta под управлением ФИО1, движущемуся во встречном направлении по главной дороге, совершив с ним столкновение, в результате которого водителю ФИО1 причинен вред здоровью средней тяжести.

На момент ДТП собственником транспортного средства Skoda Rapid являлся ФИО2 (т.1, л.д.214).

На момент ДТП собственником транспортного средства Lada Vesta являлся ФИО1 (т.1, л.д.7).

На момент ДТП гражданская ответственность владельца транспортного средства Skoda Rapid была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» на основании полиса ТТТ №7049922603 (т.1, л.д.214).

На момент ДТП гражданская ответственность владельца транспортного средства Lada Vesta была застрахована в ПАО СК «Энергогарант» на основании полиса ХХХ №0350006710 (т.1, л.д.214).

23 мая 2024 г. ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении.

7 июня 2024 г. по направлению ПАО СК «Росгосстрах» специалистом ООО «Фаворит» проведен осмотр транспортного средства Lada Vesta, о чем составлен акт осмотра (т.1, л.д.127 оборот).

Письмом от 13 июня 2024 г. ПАО СК «Росгосстрах» сообщило истцу о необходимости обращения за страховым возмещением в ПАО «САК «Энергогарант» (т.1, л.д.10).

28 июня 2024 г. ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении в натуральной форме, выплате расходов на оплату услуг по эвакуации транспортного средства (т.1, л.д.11).

4 июля 2024 г. ПАО СК «Росгосстрах» перечислило ФИО1 страховое возмещение в размере 315 700 руб. (т.1, л.д.13).

16 июля 2024 г. по направлению ПАО СК «Росгосстрах» специалистом ООО «Фаворит» проведен дополнительный осмотр транспортного средства Lada Vesta, о чем составлен акт осмотра (т.1, л.д.65-66).

Согласно экспертному заключению ООО «Фаворит» №19999433 от 13 августа 2024 г., выполненному по заказу ПАО СК «Росгосстрах», стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Lada Vesta, рассчитанная в соответствии с Единой методикой, составляет без учета износа 553 800 руб., с учетом износа 387 200 руб. (т.1, л.д.36-46).

19 августа 2024 г. ПАО СК «Росгосстрах» доплатило ФИО1 страховое возмещение в размере 71 500 руб. (т.1, л.д.14, 62).

Таким образом, общая сумма выплаченного истцу страхового возмещения составила 387 200 руб. (315 700 руб. + 71 500 руб.).

19 сентября 2024 г. ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией об осуществлении страхового возмещения в натуральной форме. В случае отказа в организации и оплате восстановительного ремонта просил доплатить страховое возмещение, выплатить убытки в виде рыночной стоимости восстановительного ремонта, компенсировать моральный вред в размере 20 000 руб. (т.1, л.д.15).

Письмом от 25 сентября 2024 г. ПАО СК «Росгосстрах» отказало ФИО1 в удовлетворении претензии (т.1, л.д.16).

Не согласившись с позицией страховщика, истец обратился к финансовому уполномоченному с требованиями о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» доплаты страхового возмещения, убытков.

Решением финансового уполномоченного от 26 ноября 2024 г. № У-24-111293/5010-008 в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» доплаты страхового возмещения, убытков отказано (т.1, л.д.94-98).

Принимая указанное решение, финансовый уполномоченный руководствовался выполненным по его поручению экспертным заключением ООО «Алтос» от 18 ноября 2024 г. №У-24-111293/3020-005, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Lada Vesta, рассчитанная в соответствии с Единой методикой, составляет без учета износа 518 383,42 руб., с учетом износа 351 700 руб. (т.1, л.д.101-135).

Согласно экспертному заключению ИП ФИО5 №13110/24 от 5 декабря 2024 г., выполненному по заказу истца, рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Lada Vesta составляет без учета износа 737 771 руб. (т.1, л.д.165-193).

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 151, 309, 310, 393, 397, 931, 936 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); статей 98, 100, 103 ГПК РФ; статей 1, 6, 12, 16.1 Закона об ОСАГО; разъяснениями, содержащимися в пунктах 38, 49, 56, 62, 81, 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г № 31); в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»; в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из неправомерности действий страховой компании по изменению формы осуществления страхового возмещения с натуральной на денежную, и, поскольку ответчиком ПАО СК «Росгосстрах» в установленный Законом об ОСАГО срок не была надлежащим образом выполнена обязанность по осуществлению обязательного восстановительного ремонта поврежденного автомобиля истца, постольку, с учетом установленного судом факта частичной выплаты истцу страхового возмещения в виде стоимости восстановительного ремонта с учетом износа, рассчитанной в соответствии с Единой методикой, он обязан выплатить истцу страховое возмещение в виде разницы между размером произведенной страховой выплаты и стоимостью восстановительного ремонта, рассчитанной в соответствии с Единой методикой в пределах лимита, установленного подп. «б» ст.7 Закона об ОСАГО (400 000 руб.), а также убытки в виде разницы между стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа, рассчитанной в соответствии с Единой методикой, и рыночной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства.

Определяя сумму доплаты страхового возмещения, суд основывался на экспертном заключении ООО «Алтос» от 18 ноября 2024 г. №У-24-111293/3020-005, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Lada Vesta, рассчитанная в соответствии с Единой методикой, составляет без учета износа 518 383,42 руб.

Определяя размер причинённых истцу убытков, суд основывался на экспертном заключении ИП ФИО5 №13110/24 от 5 декабря 2024 года, согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Lada Vesta составляет без учета износа 737 771 руб.

В связи с чем, учитывая размер ранее произведённой ответчиком истцу страховой выплаты в размере 387 200 руб., судом взысканы с ответчика в пользу истца в счет доплаты страхового возмещения 12 800 руб. (400 000 руб. – 387 200 руб.) и убытки в размере 219 387,58 руб. (737 771 руб.- 518 383,42 руб.).

Также судом взыскан с ответчика в пользу истца штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потерпевшего в размере 200 000 руб. (400 000 руб. х 50%). Оснований для снижения штрафа в порядке ст. 333 ГК РФ суд не усмотрел.

Установив факт нарушения страховщиком прав истца как потребителя, учитывая требования разумности и справедливости, суд взыскал с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В соответствии с положениями процессуального законодательства, судом распределены указанные выше судебные расходы.

Перечисленные в решении выводы и их мотивировку судебная коллегия находит правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, оценка представленным доказательствам дана судом с соблюдением требований главы 6 ГПК РФ.

При разрешении спора судом в целом полно и правильно определены юридически значимые обстоятельства. Поскольку мотивировка в решении данных выводов является полной и правильной, коллегия не усматривает необходимости повторно приводить мотивировку этих выводов в настоящем определении.

Довод жалобы, выражающий несогласие с выводами суда о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика доплаты страхового возмещения и убытков в вышеуказанных размерах, отклоняется судебной коллегией как направленный на переоценку соответствующих правильных мотивированных выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Как правильно указал суд первой инстанции, законодатель предусмотрел только один способ осуществления страховщиком страхового возмещения потерпевшему – путём организации и (или) оплаты восстановительного ремонта повреждённого легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации (п. 1 и п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО).

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с п.п.15.2 и 15.3 указанной статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего.

Пунктом 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО определены случаи, когда страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств вместо организации и оплаты восстановительного ремонта осуществляется в форме страховой выплаты.

В п.п. 37, 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года № 31 разъяснено, что перечень случаев, когда вместо организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи.

В отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Материалами дела достоверно установлено отсутствие соглашения между сторонами о страховом возмещении путём осуществления страховой выплаты в денежной форме.

Таким образом, из материалов дела следует, что действительная воля истца при обращении к страховщику с заявлением о прямом возмещении убытков была направлена на возмещение ущерба в натуральной форме.

Страховщик не организовал ремонт на соответствующей установленным Законом об ОСАГО требованиям СТОА, не предлагал потерпевшему в соответствии с абзацем шестым п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО организовать и оплатить ремонт на СТОА, несоответствующей установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта, от проведения которого бы последний отказался, не дав письменного согласия.

Обстоятельств, в силу которых страховщик имел право в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме судом первой инстанции правомерно не установлено.Не могут быть приняты во внимание и ссылки апеллянта на то, что страховая выплата была произведена истцу на основании подп. «д» п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО, поскольку направление на ремонт автомобиля на СТОА с предложением произвести доплату за ремонт, от которой бы потерпевший ФИО1 отказался, страховщиком потерпевшему не выдавалось.

При этом в случае исполнения ПАО СК «Росгосстрах» обязательств по организации и оплате ремонта транспортного средства потерпевший ФИО1, по общему правилу, следуемому из абзаца третьего п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, мог претендовать на получение возмещения без учёта износа.

В абзаце 2 п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года № 31 разъяснено, что стоимость восстановительного ремонта легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, определяется страховщиком без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (абзац третий пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Таким образом, установив, что у страховщика не имелось оснований для осуществления страхового возмещения в денежном выражении суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что страховое возмещение должно быть выплачено ФИО1 без учёта износа, выводы о чем судом подробно изложены в мотивировочной части проверяемого решения.

Размер недоплаченного страхового возмещения, как правильно установил суд первой инстанции, составляет 12 800 руб. (400 000 руб. – 387 200 руб.).

Иной подход влечет возникновение ситуации, когда в результате неисполнения страховщиком обязанности по организации и оплате ремонта транспортного средства в натуре размер возмещения потерпевшему уменьшается, в отличие от возмещения, полученного в случае надлежащего исполнения соответствующей обязанности, что противоречит конституционному принципу равенства и может повлечь извлечение страховщиком необоснованного преимущества, которое в силу п. 4 ст. 1 ГК РФ является недопустимым.

Убытки, причиненные по вине страховщика, подлежат возмещению по общим правилам возмещения убытков, причиненных неисполнением обязательств, предусмотренным статьями 15, 393 и 397 ГК РФ, ввиду отсутствия специальной нормы в Законе об ОСАГО.

В противном случае эти убытки, несмотря на вину и недобросовестность страховщика, не были бы возмещены, а потерпевший был бы поставлен в неравное положение с теми потерпевшими, в отношении которых обязательство страховщиком исполнено надлежащим образом.

Не могут быть переложены эти убытки и на причинителя вреда, который возмещает ущерб потерпевшему при недостаточности страхового возмещения, поскольку они возникли не по его вине, а вследствие неисполнения обязательств страховщиком.

Иное означало бы, что при незаконном и необоснованном отказе страховщика в страховом возмещении причинитель вреда отвечал бы в полном объеме, как если бы его ответственность не была застрахована вообще.

Поскольку возмещение убытков, причиненных неисполнением страховщиком обязательств по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, не является страховым возмещением ущерба, причиненного в результате ДТП, применение к ним положений п. «б» ст. 7 Закона об ОСАГО о лимите страхового возмещения является необоснованным.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 г.) в случае неправомерного отказа страховщика от организации и оплаты ремонта транспортного средства в натуре и (или) одностороннего изменения условий исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме в отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, потерпевший вправе требовать полного возмещения убытков в виде стоимости такого ремонта без учета износа транспортного средства.

В случае неисполнения обязательства в натуре кредитор вправе поручить исполнение третьим лицам и взыскать с должника убытки в полном объеме.

Поскольку, как правильно установлено судом первой инстанции, в нарушение требований Закона об ОСАГО проведение восстановительного ремонта не было организовано страховщиком, последний обязан возместить убытки истцу за ненадлежащее исполнение обязательства в размере рыночной стоимости восстановительного ремонта, который должен был, но не был выполнен, без учета износа.

Поскольку денежные средства в размере разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства и стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства без учёта износа, рассчитанной в соответствии с Единой методикой, являются не страховым возмещением, а убытками истца (расходами, которые истец должен будет произвести для восстановления нарушенного права), их размер не мог быть рассчитан на основании Единой методики, которая не применяется для расчета понесенных убытков, постольку, ввиду установленного судом факта нарушения страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта, указанные убытки подлежат возмещению страховщиком в размере 219 387,58 руб. (737 771 руб.- 518 383,42 руб.).

Возмещение страховщиком убытков в указанном размере означает, что потерпевший будет постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом.

Довод жалобы о том, что судом неправомерно взыскан штраф в размере 200 000 руб. исчисленный с суммы страхового возмещения 400 000 руб., из которых 387 200 руб. ответчиком было выплачено в досудебном порядке, отклоняется судебной коллегией как несостоятельный.

В соответствии с п.3 ст.16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

При этом, в п.82 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года N 31 разъяснено, что наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по его осуществлению в добровольном порядке, в связи с чем страховое возмещение, произведенное потерпевшему - физическому лицу в период рассмотрения спора в суде, не освобождает страховщика от уплаты штрафа, предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п.81 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года № 31 взыскание штрафа за неисполнение страховщиком в добровольном порядке требований потерпевшего - физического лица, предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, в силу прямого указания закона относится к исключительной компетенции суда.

При удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица суд одновременно разрешает вопрос о взыскании с ответчика штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО). Если такое требование не заявлено, то суд в ходе рассмотрения дела по существу ставит вопрос о взыскании штрафа на обсуждение сторон (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

В п.83 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года № 31 разъяснено, что штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего - физического лица определяется в размере 50 процентов от разницы между надлежащим размером страхового возмещения по конкретному страховому случаю и размером страхового возмещения, осуществленного страховщиком в добровольном порядке до возбуждения дела в суде. При этом суммы неустойки (пени), финансовой санкции, денежной компенсации морального вреда, а также иные суммы, не входящие в состав страхового возмещения, при исчислении размера штрафа не учитываются (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО).

В силу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации основанием для применения штрафных санкций является ненадлежащее исполнение страховщиком обязательств по договору обязательного страхования. Из установленных обстоятельств дела следует, что страховщик в одностороннем порядке осуществил страховое возмещение в денежной форме.

При этом указанных в п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО обстоятельств, дающих страховщику право на замену формы страхового возмещения, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Таким образом, должник без установленных законом или соглашением сторон оснований изменил условия обязательства, в том числе изменил способ исполнения.

Поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства на СТОА, то в силу общих положений ГК РФ об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов, рассчитанных без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), и других убытков на основании ст. 397 ГК РФ, согласно положениям которой в случае неисполнения должником обязательства выполнить определенную работу или оказать услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.

При этом то обстоятельство, что судом взыскиваются убытки в размере не исполненного страховщиком обязательства по страховому возмещению в натуре, не меняет правовую природу отношений сторон договора страхования и не освобождает страховщика от взыскания штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего - физического лица, являющегося потребителем финансовой услуги. Штраф в таком случае исчисляется не из размера убытков, а из размера неосуществленного страховщиком страхового возмещения.

В рассматриваемом случае, как правильно установил суд первой инстанции, штраф подлежит исчислению от полного размера неосуществленного страховщиком страхового возмещения в натуральной форме, то есть стоимости восстановительного ремонта без учета износа, определенной по Единой методике.

С учетом установленных по делу обстоятельств, нарушения прав истца на получение страхового возмещения в надлежащей форме, что привело к судебному спору о взыскании страхового возмещения, с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 50% от стоимости восстановительного ремонта без учета износа по Единой методике, но в пределах лимита, установленного подп. «б» ст. 7 Закона об ОСАГО, что составляет 200 000 руб. (400 000 руб. х 50%).

Довод жалобы, выражающий несогласие с размером взысканных судебных расходов на оплату услуг представителя сам по себе не свидетельствует об их чрезмерности.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1) разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ) (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. №1).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. №1).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (определения от 17 июля 2007 года № 382-О-О, от 22 марта 2011 года № 361-О-О).

По смыслу изложенного, разумность предела судебных издержек на возмещение расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией и подлежит установлению судом в каждом конкретном случае при подробном исследовании обстоятельств, связанных с участием представителя в судебном разбирательстве.

При определении размера расходов на оплату услуг представителя суд первой инстанции правомерно исходил из объема оказанных представителем истца юридических услуг, конкретных обстоятельств дела и характера спорных правоотношений и пришёл к выводу об удовлетворении требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 45 000 руб., сочтя его разумным.

Исходя из установленных обстоятельств, с определенным судом первой инстанции размером указанных расходов с учётом принципа разумности – 45 000 руб. суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку в этой части выводы суда в целом соответствуют вышеперечисленным требованиям процессуального законодательства и разъяснениям.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что вопреки позиции апеллянта определенный судом размер указанных расходов с учётом принципа разумности – 45 000 руб. не превышает минимальные ставки вознаграждения за оказываемую гражданам юридическую помощь в гражданском судопроизводстве, установленные решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 28 сентября 2023 г. «Об утверждении рекомендуемых минимальных ставок вознаграждения за юридическую помощь, оказываемую адвокатами Адвокатской палаты Удмуртской Республики».

Доводы жалобы о неразумности размера взысканных судебных расходов на оплату услуг представителя, не подтверждены какими-либо доказательствами. При этом, автором жалобы не учтено, что согласно вышеуказанным разъяснениям, разумность расходов является оценочной категорией, и установление её соответствия объёму оказанной представителем помощи отнесено к компетенции суда.

Таким образом, оснований для снижения размера взысканных судом расходов на оплату услуг представителя судебной коллегией не усматривается.

Выводы суда подробно мотивированы в решении, соответствуют содержанию доказательств, собранных и исследованных в соответствии со ст. ст. 56, 67 ГПК РФ, и не вызывают у судебной коллегии сомнений в их законности и обоснованности.

Наличие у апеллянта иной позиции по делу не является основанием для отмены судебного акта, так как в соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду.

Доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, не ставят под сомнение законность постановленного решения, сводятся к переоценке выводов суда и субъективному изложению обстоятельств спора, не содержат фактов, не проверенных и не учтённых судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи, с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

Процессуальных нарушений, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, являющихся основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Первомайского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 18 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО СК «Росгосстрах» - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 17 апреля 2026 года.

Председательствующий И.Н. Хохлов

Судьи Ф.Р. Батршина

Т.О. Фокина