Решение № 2-3/2017 2-3/2017(2-720/2016;)~М-618/2016 2-720/2016 М-618/2016 от 8 августа 2017 г. по делу № 2-3/2017

2-3/2017 2-1674/2015-2015


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Краснокаменск 09 августа 2017 года

Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Яскиной Т.А.,

при секретаре Горбуновой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО18 к Акционерному обществу «Русбурмаш», Государственному учреждению - Забайкальское региональное отделение Фонд социального страхования Российской Федерации о признании несчастного случая на производстве, произошедшем при исполнении трудовых обязанностей, понуждении к выдаче акта о несчастном случае на производстве, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, единовременной страховой выплаты, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, мотивировав его следующим.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в качестве машиниста буровой установки подземного участка бурения подземных рудников ОСП «Буровой участок №» филиала АО «Русбурмаш».

Между АО «Русбурмаш» и ПАО «ППГХО» заключен договор о совместной деятельности.

ДД.ММ.ГГГГ около 3 часов 20 минут с ним (истцом) произошел несчастный случай на производстве в его рабочую смену, на рабочем месте, во время бурения в блоке № между пятым м шестым горизонтами горного участка № ПУР-8 ОАО «ППГХО» на него упала деревянная рама, высотой не менее трех метров, изготовленная из бревен диаметром не менее 30 см., используемая при креплении горной выработки.

В связи с падением данной рамы у него было повреждено левое плечо, расшиблен лоб, ощутил онемение левой руки, ушиб левой стопы с растяжением.

После указанной травмы его подняли на поверхность ствола 14 В ПУР-8 ПАО «ППГХО», куда приехала медицинская сестра и его увезли в медицинский пункт ПУР-8 ПАО «ППГХО», где была оказана первая медицинская помощь, после чего он был доставлен в приемный покой ГУЗ «КБ №», где заместитель начальника бурового участка № АО «Русбурмаш» ФИО1 и и.о. начальника ОСП Бурового участка № АО «Русбурмаш» ФИО3 его уговорили о том, чтобы он везде говорил о том, что данная травма бытовая, получена им при падении в смотровую яму, расположенную в его гаражном боксе, на что он согласился и сказал в приемном покое, что травма бытовая.

ДД.ММ.ГГГГ начальник участка ФИО5 дал ему чистый листок бумаги и попросил расписаться, что он и сделал, однако в последствии выяснилось, что данный листок был использован для заявления на отпуск от его имени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В ГУЗ «КБ №» ему выставили диагноз «сложный перелом левой ключицы», ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «КБ №» г.Читы ему сделали операцию, вставили в ключицу два металлических штыря, после чего произошло отторжение штырей, в связи с чем, ему через четыре дня вновь провели операцию, вытащили указанные штыри.

ГУЗ «КБ №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему выдали больничный лист, а лист нетрудоспособности за время нахождения на лечении в ГУЗ «КБ №» администрация просила его не получать, пообещав, что проставят данные дни как выход на работу.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился в очередном отпуске, который был перенесен в связи с временной нетрудоспособностью ранее предоставленного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с появлением сильной боли он вновь обратился в ГУЗ «КБ №», где находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на амбулаторном лечении в ГУЗ «КБ №».

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он вновь находился на стационарном лечении, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время находится на амбулаторном лечении.

На его обращение к руководству бурового участка № АО «Русбурмаш» о расследовании несчастного случая, выдаче акта по форме Н-1 и направлении документов в ФСС для назначения страховых выплат ему было сказано, что данный случай не страховой, руководство АО «Русбурмаша» отказались провести служенное расследование и составить акт, вынуждая его к увольнению по собственному желанию.

Работодатель отказался перевести его на другую работу, соответствующую медицинскому заключению ВК № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, он вынужден был написать заявление об увольнении по состоянию здоровья и был уволен по п.1 ч.1 ст. 77 ТК РФ – по соглашению сторон, хотя с работы увольняться не желал.

Ссылаясь на ст.ст. 21,22, 212, 219, 227,228, 229, 230-1, 237 ТК РФ, ст.ст. 7-9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» истец просит суд: признать несчастным случаем на производстве, произошедшем при исполнении им трудовых обязанностей в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа 20 минут в его рабочую смену на рабочем месте, во время бурения в блоке № между 5 и 6 горизонтами горного участка № ПУР-8 ПАО «ППГХО» обязав ответчика провести комиссионное расследование и составить надлежаще оформленный акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1; взыскать с ответчиков в его пользу пособие по временной нетрудоспособности в сумме 150 000 рублей и единовременную страховую выплату в соответствии с тяжестью причиненного ему вреда здоровью при данном несчастном случае; взыскать с ОСП «Буровой участок №» филиала АО «Русбурмаш» в его пользу в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей.

В уточнениях исковых требований от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 свои требования уточнил, увеличив сумму компенсации морального вреда до 250 000 рублей, в уточнениях исковых требований от ДД.ММ.ГГГГ, увеличил сумму компенсации морального вреда до 300 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО2, будучи надлежащим образом уведомленный о рассмотрении дела не явился, о причинах неявки не сообщил, направил своего представителя.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО7 исковые требования полностью поддержал, дал пояснения аналогичные, изложенным в исковом заявлении, о том, что травму левой ключицы он получил ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа 20 минут при осуществлении своих трудовых обязанностей, в период бурения между 5 и 6 горизонтами горного участка № ПУР-8, расположенного на территории ПАО «ППГХО» при падении на него деревянной рамы, которая предназначена для удержания кровли горизонта шахты. Рама упала ему в область головы и ключицы. После получения данной травмы на территории ПАО «ППГХО» его осмотрела медсестра предприятия. По просьбе руководства ОСП Бурового участка № АО «Русбурмаш» ФИО1 и ФИО3 он не стал требовать расследования несчастного случая, так как ему обещали в период лечения выплачивать заработную плату. Однако, в связи с тем, что состояние здоровья у него после травмы не восстановилось, а более легкую работу ему не предложили, по настоянию работодателя он уволился по соглашению сторон. За период после получения травмы работодатель ему выплатил материальную помощь 80 000 рублей и 43 000 рублей за лечение, Более каких-либо выплат ему не производилось. Поскольку после указанной травмы состояние его здоровья не восстановилось, он желает, чтобы данную травму признали связанной с производственной, так как он в связи с ее получением по вине работодателя, лишился работы. В связи с полученной травмой он перенес три операции, находился на длительном стационарном лечении, до настоящего времени его здоровье не восстановлено, что приносит ему постоянные физические и нравственные страдания. Гаражного бокса у него не имелось на период ДД.ММ.ГГГГ, в какую-либо яму он в указанную дату не падал.

Представитель истца адвокат Волкова А.А., действующая на основании доверенности уточненные исковые требования полностью поддержала.

Представитель ответчика ОА «Русбурмаш» - ФИО5, действующий на основании прав по должности с исковыми требованиями не согласился, пояснив суду, что ФИО7 получил травму ключицы со слов последнего в бытовых условиях при падении в смотровую яму гаражного бокса, на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа ФИО7 на территории ПАО «ППГХО» не было, соответственно указанную травму он на производстве не получал и получить не мог. В ночь с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО7 действительно была рабочая смена, однако наряд на данную смену ему отменили, так как место, где находился буровой станок, не было готово для работы, в связи с чем, ФИО7 в шахту не спускался. ФИО7 после получения им травмы в быту ДД.ММ.ГГГГ приехал на территорию ПАО «ППГХО» по его (ФИО5) предложению, где его осмотрела медсестра и далее его доставили в приемный покой, где он также пояснял, что травму получил при падении в смотровую яму гаражного бокса. ФИО2 после травмы производились выплаты в размере 48 000 рублей на лечение и 80 000 рублей материальная помощь. В удовлетворении исковых требований просит отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований – ГУ Забайкальское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, о рассмотрении дела уведомлены надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направили. Представитель по доверенности ФИО6 в удовлетворении исковых требований просит отказать, поскольку причина отказа работодателем в принятии листков нетрудоспособности не известна, факт несчастного случае на производстве не установлен, оснований для установления обеспечения по страхованию нет ( т. 2 л.д. ).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – Федеральная служба по труду и занятости Государственная инспекция труда в Забайкальском крае, о рассмотрении дела уведомлены надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направили, о причинах неявки суду не сообщили.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «ППГХО», которые, будучи надлежащим образом уведомленные о рассмотрении дела, в судебное заседание своего представителя не направили, о причинах неявки суду не сообщили.

Выслушав пояснения сторон, свидетелей, заключение прокурора Цыреновой Б.Ч., полагавшей иск подлежащим удовлетворении в части требований к АО «Русбурмаш» и об отказе в исковых требований к ГУ Забайкальское региональное отделение ФСС, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Под несчастным случаем на производстве в силу ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В силу ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой (глава 36 "Обеспечение прав работников на охрану труда") подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

По смыслу части 3 той же статьи Трудового кодекса РФ события, связанные с причинением вреда здоровью, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, подлежат расследованию в установленном порядке как несчастные случаи, если они произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Согласно ст. 229.2 Трудового кодекса РФ несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование.

Таким образом, разрешение настоящего спора зависит от установления фактических обстоятельств причинения вреда здоровью ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, на предмет того, отвечает ли этот случай указанным в законе признакам несчастного случая на производстве.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 состоял в трудовых отношениях с АО «Русбурмаш», где а обособленном структурном подразделении «Буровой участок №» работал в качестве машиниста буровой установки подземного участка бурения подземных рудников ОСП «Буровой участок №» филиала АО «Русбурмаш» ( т.1 л.д. 85-89).

Приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 уволен по основанию п.1 ст. 77 ТК РФ (соглашение сторон).

Между АО «Русбурмаш» (ОСП «Буровой участок №») и ПАО «ППГХО» подписан регламент взаимодействия по выполнению буровых работ и подземных горных выработок (т.1 л.д. ).

Из Распоряжения генерального директора АО «Русбурмаш» от ДД.ММ.ГГГГ и акта проверки следует, что поступило анонимное письмо с информацией о том, что в смену «ночь» ДД.ММ.ГГГГ на буровом участке ПУР № в блоке 8-601 был травмирован машинист буровой установки упавшим креплением рамы НДО, факт обрушения крепления НДО, повлекший за собой нанесение травмы машинисту буровой установки не подтвержден (т.1 л.д.19-20).

Из графика выходов на август 2015 года, утвержденного начальником производства ОСП «Буровой участок №» следует, что ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 были вторые (ночные) рабочие смены (т.1 л.д. 30).

Свидетель ФИО11 суду показал, что был дежурным врачом в приемном покое в ГУЗ «КБ №» ДД.ММ.ГГГГ в ночное время, когда поступил ФИО2, ему был выставлен диагноз полный разрыв АКС левого плечевого сустава. Истец был прооперирован в медицинском учреждении г. Читы впоследствии после операции у него были осложнения, воспаления.

Свидетель ФИО12 суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 23.30 до 7.30 часов она работала на ПУР № в качестве поверхностной стволовой, в ее обязанности входила подача сигнала для спуска в шахту и подъему рабочих. Помнит, что с шестого горизонта в ее смену попросили вывезти травмированного человека. Подземный стволовой ФИО19 вывез данного человека. Она данного травмированного человека не видела.

Свидетель ФИО13 суду показала, что в период ДД.ММ.ГГГГ она работала от ФБГУЗ «МСЧ №» фельдшером на ПУР №, расположенного на территории в ПАО «ППГХО». В 4.30 она на стволе 14 В она осматривала истца ФИО2, который ей на месте пояснил, что на него в шахте упало крепление – рама, он жаловался на боли в левом плече, у него была рана на лбу. Она оказала необходимую первую медицинскую помощь. Каких-либо сомнений, что данные телесные повреждения истец получил в шахте у нее не имелось и не имеется. Все необходимые сведения о травме ФИО2 она отметила в журнале производственного травматизма.

Из копии журнала производственного травматизма здравпункта Р-8 следует, чтоДД.ММ.ГГГГ в 4.30 зафиксирован вызов на ствол, где у ФИО2 зафиксирован ушиб плеча слева, рвано-ушибленная рана лба, со слов последнего упала часть крепления рамы во время работы, ударило по плечу (т.2 л.д. ).

Из копии журнала учета амбулаторных больных ПУР № следуют аналогичные обстоятельства, с отметкой у ФИО2 «производственная травма» (т.2 л.д. 68-73).

Из анамнеза заболевания, указанного ГУЗ Краевая клиническая больница № следует, что ФИО2 выставлен диагноз «закрытый вывих акроминального конца левой ключицы», со слов больного травма на производстве (т.1 л.д. 47).

Из копий листков нетрудоспособности следует, что ФИО2 освобожден от работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, причина нетрудоспособности - код <данные изъяты> (заболевание).

Из заключения ВК № следует, что ФИО2 нуждается в трудоустройстве на поверхности с ограничением нагрузки на левый плечевой сустав ( т.1 л.д. 16).

Из выводов заключения судебно-медицинской экспертизы, проведенной ДД.ММ.ГГГГ на основании определения суда следует, что на момент доставления ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в приемное отделение ГУЗ «Краевая больница №» у него имелись повреждения: полный разрыв связок акромиально-ключичного сочленения слева, закрытый вывих акромиального конца ключицы; рвано-ушибленная рана лобной области слева; ссадины, ушиб, растяжение связок левой стопы.

Полный разрыв связок акромиально-ключичного сочленения слева мог образоваться как в результате ударных травмирующих воздействий тупых твердых предметов (предмета) на область левого акромиально-ключичного сочленения (область левого плечевого сустава) сверху вниз, детальные характеристики травмирующих поверхностей которых в повреждениях не отобразились, так и от ударов о таковой предмет (предметы), в том числе при падении (с соударением) левым плечевым суставом (слева направо). Данные повреждения повлекли развитие длительного расстройства здоровья на срок ;выше трех недель (более 21 дня) и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие средний тяжести вред здоровью.

Рвано-ушибленная рана лобной области слева. Данное повреждение могло образоваться как в результате ударных травмирующих воздействий тупых твердых предметов (предмета) в лобную область слева, детальные характеристики травмирующих поверхности которых в повреждениях не отобразились, так и от ударов о таковой предмет (предметы), в том числе при падении (с соударением) левой лобной областью. Данные повреждения повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель (до 21 дня) и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Ссадины, ушиб, растяжение связок левой стопы могли образоваться как в результате подворачивания стопы внутрь при ходьбе, так и при ударных травмирующих воздействий тупых твердых предметов (предмета) на область левой стопы, детальные характеристики травмирующих поверхностей которых в повреждениях не отобразились, так и при падении (с соударением) левой стопой о таковой предмет (предметы). Данные повреждения повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель (до 21 дня) и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Все вышеописанные повреждения могли образоваться незадолго до 4.30 часов ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 проведены операция ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Образование выявленных телесных повреждений у ФИО2 в результате падения на него ДД.ММ.ГГГГ деревянной рамы, возможно, в результате падения в смотровую яму маловероятно (т.2 л.д. ).

На основании вышеуказанных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ около 3 часов 20 минут, находясь на рабочем месте при исполнении своих трудовых функций на территории блока № между пятым м шестым горизонтами горного участка № ПУР-8 ОАО «ППГХО» при обрушении на него рамы крепления НДО получил телесные повреждения в виде полного разрыва связок акромиально-ключичного сочленения слева, закрытого вывиха акромиального конца ключицы, рвано-ушибленную рану лобной области слева, ссадины, ушиб, растяжение связок левой стопы.

Показания истца ФИО2 о том, что травма была получена им при исполнении трудовых функций, показания свидетеля ФИО14, которая непосредственно осматривала на территории ПУР № ФИО2 после получения им телесных повреждений, свидетеля ФИО12, которая слышала ДД.ММ.ГГГГ в ночную смену о том, что просили вывезти травмированного человека с шестого горизонта, признаются судом достоверными доказательствами, так как объективно подтверждаются медицинскими документами, представленными истцом, заключением судебно-медицинской экспертизы о маловероятном механизме образования травм при падении в смотровую яму гаражного бокса, графиком выхода на август ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 вторая рабочая смена.

Заключение судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ суд признает также достоверными доказательством, так как она проведена на основании медицинских документов, экспертами, обладающими специальными познаниями в области медицины, имеющими большой стаж работы в указанной сфере.

Доводы стороны ответчика, о том, что истец получил указанные вше телесные повреждения в быту, в том числе возможно при падении в смотровую яму гаражного бокса, а также о том, что ФИО2 не выдали на смену ДД.ММ.ГГГГ наряд задание и он покинул территорию ПАО «ППГХО» около 00 часов, не нашли своего подтверждения в связи с чем являются необоснованными и отвергаются судом.

Согласно графика выходов на август ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 8 рабочих смен. Однако, с ДД.ММ.ГГГГ с момента выдачи ему листка нетрудоспособности работодатель на основании заявления ФИО2, которое не датировано, приказом от ДД.ММ.ГГГГ представляет ему ежегодный оплачиваемый отпуск вне графика, что свидетельствует о том, что работодатель, таким образом, пытался скрыть производственную травму ФИО2, так как доказательств того, что указанный отпуск был предоставлен последнему согласно графику, либо по иным причинам, свидетельствующим о добровольности написания заявления на отпуск, суду не предоставлено.

Данное обстоятельство также свидетельствует о том, что травма ФИО2 была получена на рабочем месте при исполнении трудовых функций.

Показания свидетеля ФИО4, представителя ответчика АО «Русбурмаш» ФИО5 о том, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа ФИО2 находясь на ПУР № не был допущен до смены, после чего уехал домой, в шахту не спускалась, а позже около 4 часов ДД.ММ.ГГГГ приехал на ПУР № травмированный и сообщил о получении им травмы при падении в смотровую яму гаражного бокса, суд признает недостоверными, так как данные показания опровергаются приведенными выше доказательствами и расценивает их как способ помочь ответчику, с которым они состоят в трудовых отношениях и от которых зависела безопасность рабочего места истца в исследуемый период, избежать ответственности.

Показания свидетеля ФИО15 о том, что в период нахождения ее на рабочем месте ПУР № ДД.ММ.ГГГГ в период с 23.30 до 07.30 часов сигналов на вывоз травмированных лиц не поступало, суд признает недостоверными, так как они опровергаются приведенными выше доказательствами, данный свидетель находится в трудовых отношениях с ответчиком и заинтересован в указанных показаниях.

Показания свидетеля ФИО16, пояснившей по обстоятельствам написания истцом заявления на отпуск и в последующем заявления на увольнение, отношения к исследуемым по настоящему делу событиям не имеет.

Таким образом, обстоятельства получения травмы ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на производстве установлены судом и являются доказанными.

Как указано в ст. 230 ТК РФ, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию. Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).

В силу пунктов 30, 31, 32 Приложения № к Постановлению Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 73 "Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им и заверенного печатью акта формы Н-1 (Н-1ПС) пострадавшему, а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - доверенным лицам пострадавшего (по их требованию).

Вторые экземпляры утвержденного и заверенного печатью акта формы Н-1 (Н-1ПС) и составленного в установленных случаях акта о расследовании несчастного случая с копиями материалов расследования хранятся в течение 45 лет работодателем (юридическим или физическим лицом), осуществляющим по решению комиссии или государственного инспектора труда, проводивших расследование, учет несчастного случая.

При страховых случаях третий экземпляр утвержденного и заверенного печатью акта формы Н-1 (Н-1ПС) работодатель (его представитель) направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации в качестве страхователя).

В судебном заседании установлено, что представитель ответчика АО «Русбурмаш» ФИО5, свидетель ФИО4 являлись по отношению к ФИО2 непосредственным руководством, которые после получения ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 травмы на производстве не предприняли никаких мер по расследованию несчастного случая и составления соответствующего акта формы Н-1, что противоречит приведенным выше нормам закона.

Исследованными доказательствами подтверждается, что ФИО2 в соответствии с ч. 5 ст. 214 ТК РФ известил своего руководителя о произошедшем несчастном случае, данный факт зафиксирован в журнале производственного травматизма.

Более того, ДД.ММ.ГГГГ в АО «Русбурмаш» поступила информация о травмировании работника (т.1 л.д. 19-20), которая надлежащим образом не проверена, акт по форме Н-1 не составлен.

Таким образом, учитывая, что рассматриваемый несчастный случай произошел в период выполнения работником ФИО2 трудовых обязанностей, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с ним несчастный случай (травма) связан с производством, суд приходит к выводу об обязании ответчика АО «Русбурмаш» составить акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, исковые требования в указанной части также подлежат удовлетворению.

Материалы проверки проведенной по анонимному сообщению о получении работником производственной травмы, представленные АО «Русбурмаш» (т.2 л.д. ), суд признает недостоверными, так как данная проверка заключалась только в отобрании объяснений у работников предприятия, которые состоят в трудовых отношениях с последним, проведена без учета медицинских документов ФИО2, в отсутствии объяснении медицинского работника ФИО14, непосредственно оказывавшей медицинскую помощь ФИО2 на территории предприятия, после получения им травмы.

Разрешая требования искового заявления в части взыскания с ответчика АО «Русбурмаш» пособия по временной нетрудоспособности суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (ч. 2 ст. 184 ТК РФ).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 165-ФЗ).

Субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (абзац второй пункта 2 статьи 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 165-ФЗ).

К застрахованным лицам, как следует из содержания абзаца четвертого пункта 2 статьи 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 165-ФЗ, относятся граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Страхователи (работодатели) обязаны уплачивать в установленные сроки в надлежащем размере страховые взносы (подпункт 2 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 165-ФЗ); выплачивать определенные виды страхового обеспечения застрахованным лицам при наступлении страховых случаев в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе за счет собственных средств (подпункт 6 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 165-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 7 указанного закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

Страховыми случаями признаются достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца, заболевание, травма, несчастный случай на производстве или профессиональное заболевание, беременность и роды, рождение ребенка (детей), уход за ребенком в возрасте до полутора лет и другие случаи, установленные федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (пункт 1.1 статьи 7 названного закона).

Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ).

В статье 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется:

1) в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ установлено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством". Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 16 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" даны разъяснения о том, что за весь период временной нетрудоспособности застрахованного начиная с первого дня до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности за счет средств обязательного социального страхования выплачивается пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов его среднего заработка без каких-либо ограничений (подпункт 1 пункта 1 статьи 8, статья 9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ). Назначение, исчисление и выплата пособий по временной нетрудоспособности производятся в соответствии со статьями 12 - 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" (с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 213-ФЗ) в части, не противоречащей Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ.

В соответствии с частью 1 статьи 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи).

Пособие по временной нетрудоспособности, как следует из положений части 1 статьи 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).

По общему правилу, содержащемуся в части 1 статьи 4.6 данного закона, страхователи выплачивают страховое обеспечение застрахованным лицам в счет уплаты страховых взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Работодателем предоставлена справка о доходах ФИО2 за ДД.ММ.ГГГГ год, а также информация о том, что ФИО2 за спорный период пособие по временной нетрудоспособности не выплачивалось (т.2 л.д. ).

В связи с изложенным, принимая во внимание, что временная нетрудоспособность ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ имела место в связи с травмой на производстве, а также, что его среднемесячный заработок за период работы с февраля по август ДД.ММ.ГГГГ года (включительно) составляет 62 241,30 рублей (425 689,16 рублей/ 7 отработанных месяца), оставаясь в пределах заявленных требований (76 дней), суд удовлетворяет требования истца о взыскании с АО «Русбурмаш» пособия по временной нетрудоспособности в сумме 150 000 рублей.

Разрешая требования истца к АО «Русбурмаш» о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 212 ТК РФ установлена обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда.

Абзац 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан (определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О).

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из того, что вред здоровью средней тяжести истца причинен при исполнении им своих трудовых функций на рабочем, в связи с тем, что работодатель не обеспечил ему безопасных условий труда.

Принимая во внимание степень тяжести полученной истцом травмы, длительность лечения (более 5 месяцев), а также то, что истец в связи с травмой перенес две хирургические операции, его здоровье не восстановилось, поведение ответчика, длительное время не расследовавшего данный несчастный случай на производстве, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. При определении размера компенсации морального вреда, судом учитываются все необходимые критерии.

В удовлетворении требований истца, предъявленных к ГУ – Забайкальское региональное отделение фонда социального страхования суд отказывает по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ Факты, имеющие юридическое значение для назначения обеспечения по страхованию в случае отсутствия документов, удостоверяющих наступление страхового случая и необходимых для осуществления обеспечения по страхованию (акта о несчастном случае на производстве), а также несогласия заинтересованного лица с содержанием таких документов устанавливаются судом.

Из приведенных правовых норм следует, что в случае отсутствия у застрахованного, его доверенного лица, необходимых документов, подтверждающих факт повреждения здоровья, вследствие несчастного случая на производстве (страхового случая), который влечет возникновение у страховщика обязательства осуществлять обеспечения по страхованию, факт наступления страхового случая подлежит установлению в судебном порядке.

Как следует из материалов дела ФИО2 до обращении в суд с настоящим иском с заявлением о назначении единовременной страховой выплаты в ГУ - Забайкальское региональное отделение фонда социального страхования не обращался и необходимые при этом документы не подавались, поэтому право истца на получение таких выплат ответчик не нарушал, что свидетельствует об отсутствии предусмотренных законом оснований для судебной защиты удовлетворения иска к этому ответчику (ст. 3 ГПК РФ).

Согласно ст. 103 ГПК РФ с ответчика АО «Русбурмаш» надлежит взыскать государственную пошлину, подлежащую зачислению в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края, в размере 4 500 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать получение травмы ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, несчастным случаем на производстве, при исполнении трудовых обязанностей в качестве машиниста буровой установки подземного участка бурения подземных рудников ОСП «Буровой участок №» Акционерного общества «Русбурмаш».

Обязать Акционерное общество «Русбурмаш» оформить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1.

Взыскать с Акционерного общества «Русбурмаш» в пользу ФИО2 пособие по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Русбурмаш» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Русбурмаш» в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края государственную пошлину в сумме 4 500 (четыре тысячи пятьсот) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, а также требований к Государственному учреждению – Забайкальское региональное отделение Фонда социального страхования РФ отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Яскина Т.А.