Апелляционное определение № 11-6477/2026 от 22 апреля 2026 г.

УИД №

Судья Кульпин Е.В.

Дело № 2-109/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-6477/2026
23 апреля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Белых А.А.,

судей Лисицына Д.А., Приваловой Н.В.,

при ведении протокола секретарем Щегольковой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 24 июля 2025 года по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по иску ФИО1, к ФИО4 , ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Лисицына Д.А. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО6, представителей истца ФИО2 – ФИО7, ФИО8, ответчика ФИО3, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском, с учетом уточнения, к ФИО3 о взыскании материального ущерба в размере 841 999 руб., стоимости услуг оценки в размере 10 000 руб., суммы государственной пошлины в размере 13 630 руб., стоимости услуг представителя в размере 30 000 руб., стоимости услуг нотариуса в размере 2 400 руб., процентов за пользование денежными средствами на удовлетворенные судом суммы ущерба и судебных расходов с момента вступления в законную силу решения суда по день фактической уплаты, исходя из ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

В обоснование требований указано, что 06 июля 2024 года на автодороге Озерное-Кусимовский Рудник 1 км произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием автомобиля «Лада», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, собственником которого является ФИО1, автомобиля «Мерседес», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, собственником которого является ФИО2 и автомобиля «Лада», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 (собственник не установлен). ДТП произошло по вине водителя ФИО3 В результате ДТП автомобиль истца «Мерседес» получил механические повреждения. Истец в рамках полиса ОСАГО получил страховое возмещение в лимите ответственности в размере 400 000 руб. Согласно заключению ИП Б.М.В. № от 22 августа 2024 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мерседес» без учета износа составила 1 486 001 руб. Стоимость услуг оценки составляет 10 000 руб.

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о взыскании ущерба в размере 239 900 руб., расходов по оплате услуг оценки в размере 10 000 руб., расходов по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб., расходов по оплате услуг нотариуса в размере 2 200 руб., суммы госпошлины в размере 5 599 руб.

В обоснование требований указано, что 06 июля 2024 года на автодороге Озерное-Кусимовский Рудник 1 км произошло ДТП с участием транспортных средств «Лада», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, принадлежащим ФИО1, «Мерседес», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4 и «Лада», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО5 В результате ДТП автомобилю «Лада», государственный регистрационный знак № причинены механические повреждения. Гражданская ответственность водителя ФИО4 и водителя ФИО9 на момент ДТП застрахована не была. Согласно заключению ИП К.К.А. № от 26 августа 2024 стоимость восстановительного ремонта автомобиля ФИО1 составляет 239 900 руб.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области исковое заявление ФИО2 удовлетворено частично. С ФИО3 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства в счет возмещения причиненного в результате ДТП в размере 841 999 руб., расходы на оценку ущерба в размере 10 000 руб., стоимость услуг нотариуса в размере 2 400 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 30 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 620 руб. С ФИО3 в пользу ФИО2 взысканы проценты за пользование денежными средствами на удовлетворенные судом суммы ущерба и судебных расходов с момента вступления в законную силу решения суда по день фактической уплаты, исходя из ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды. В удовлетворении остальной части требований ФИО2 отказано.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о взыскании ущерба причиненного ДТП отказано в полном объеме. Этим же решением ФИО2 из бюджета возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2 010 руб.

ФИО1 с решением суда не согласилась, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить. Полагает, что судом сделан ошибочный вывод о нарушении водителем ФИО3 правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ), поскольку столкновение транспортных средств произошло на встречной полосе движения в процессе совершения водителем ФИО3 маневра разворота и начала совершения водителем ФИО4 маневра обгона. Указанные обстоятельства, по мнению апеллянта, свидетельствуют о том, что ДТП произошло по вине водителя ФИО4, создавшего опасность для движения, начавшего, в нарушение п. 11.2 ПДД РФ, маневр обгона транспортного средства «Лада», под управлением ФИО3, который уже подал сигнал поворота налево и приступил к маневру разворота. Не согласна с размером взысканного ущерба, полагая, что судом не разграничен ущерб, причиненный автомобилю «Мерседес» в результате всех столкновений.

ФИО2 просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, о чем предоставила письменный отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца ФИО1 – ФИО6, доводы жалобы поддержал, представители истца ФИО2 – ФИО7, ФИО8 против удовлетворения жалобы возражали, считали приведенные в жалобе доводы необоснованными, ответчик ФИО3 с доводами апелляционной жалобы согласился. Истцы ФИО2, ФИО1, ответчики ФИО4, ФИО5, представитель третьего лица САО «ВСК» не явились, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом. Судебная коллегия на основании ст.ст. 167, 327 ГПК РФ признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО6, представителей истца ФИО2 – ФИО7, ФИО8, ответчика ФИО3, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно положений ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба (ст. 1072 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 06 июля 2024 года на 1 км. автодороги Озерное – Кусимовский Рудник, расположенной в Абзелиловском районе Республики Башкортостан, в 12 час. 45 мин. произошло ДТП с участием транспортных средств: «Мерседес», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, «Лада Приора», государственный регистрационный знак № (далее – «Приора»), под управлением ФИО3 и «Лада», государственный регистрационный знак № (далее – «Лада»), под управлением ФИО5

Собственником автомобиля «Мерседес» является ФИО2, автомобиль «Лада» принадлежит ФИО10, автомобиль «Приора» принадлежит ФИО5 (т. 1 л.д. 72 - 74).

На момент ДТП ответственность водителя ФИО3 была застрахована по договору ОСАГО в САО «ВСК», гражданская ответственность водителей «Мерседес» ФИО4, «Лада» ФИО5 не была застрахована по договору ОСАГО.

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что в момент совершения ДТП, была сухая солнечная погода, без осадков. Дорожное покрытие асфальтовое, сухое. В месте ДТП автодорога имеет две полосы движения (по одной в каждом направлении), разделенные линией дорожной разметки 1.3. Общая ширина проезжей части составляет 7 м. Ширина каждой полосы автодороги по ходу движения автомобилей составляет 3,5 метра. В момент, предшествующий ДТП, все автомобили двигались в одном (попутном) направлении. Водитель автомобиля «Приора» ФИО3 двигавшийся впереди, намеревался совершить маневр разворота в обратном направлении.

Как следует из объяснения водителя автомобиля «Приора» ФИО3 данных им непосредственно после ДТП 06 июля 2024 года, он, управляя указанным автомобилем, двигался по трассе в сторону озера Соленое со скоростью около 50 км/ч, после поворота на озеро Соленое, метров через триста он решил развернуться, посмотрев в зеркала заднего вида, включил левый указатель поворота, убедившись в безопасности маневра приступил к развороту. При совершении разворота, последовало два удара от автомобиля «Мерседес» и от автомобиля «Лада» (т. 1 л.д. 177).

Из объяснения водителя автомобиля «Мерседес» ФИО4 от 06 июля 2024 года следует, что он, управляя указанным автомобилем, двигался со стороны п. Красная Башкирия в сторону Озерного, со скоростью 40-50 км/ч. Дорога состояла из двух полос, которые разграничены прерывистой разметкой. Включив левый сигнал поворота он выехал ускоряясь на встречную полосу со скоростью 60-80 км.ч. с целью совершения маневра обгона. Когда полностью выехал на встречную полосу движения, то увидел через пару машин, машину с государственным регистрационным знаком № (автомобиль «Приора») с включенным сигналом поворота, после она выехала на разворот и ФИО4 начал тормозить, в итоге въехал в машину с государственным регистрационным знаком №, та от удара откатилась на левую обочину. После машина с государственным регистрационным знаком № (автомобиль «Лада») уклоняясь от удара съехала на обочину и ударила машину с государственным регистрационным знаком №. От удара автомобиль «Приора» отлетела в правый кювет (т. 1 л.д. 178).

Из объяснения водителя автомобиля «Лада» ФИО5, 06 июля 2024 года следует, что он управляя указанным автомобилем, двигался по дороге от села Озерное в сторону д. Якты-Куль. Он двигался со скоростью 50-55 км/ч. По ходу его движения перед ним двигался автомобиль «Мерседес». Он решил произвести обгон данного транспортного средства, убедился, что встречная полоса свободна, сзади его никто не обгоняет, включил левый поворот, перестроился на полосу встречного движения и начал ускорение. В этот момент водитель автомобиля «Мерседес» начал перестроение в полосу встречного движения, применил экстренное торможение, в этот момент он тоже применил экстренное торможение и принял в лево на обочину, совершил столкновение правой передней частью автомобиля, далее на обочине оказался автомобиль «Приора», с которым произошло столкновение передней частью его автомобиля. (т. 1 л.д. 179).

Сотрудниками ГИБДД в действиях водителя ФИО3 установлены нарушения требований п. 8.1 Правил дорожного движения (при развороте не убедился в безопасности своего маневра, в результате чего совершил ДТП с транспортными средствами «Мерседес» и «Лада»), о чем составлен протокол по делу об административном правонарушении и постановлением по делу об административном правонарушении от 11 июля 2024 года (т. 1 л.д. 180).

На месте ДТП инспектором ИДПС ГДПС ГИБДД ОМВД России по Абзелиловскому району мл. лейтенантом полиции А.Р.Д. составлена схема ДТП, с указанной схемой водители согласились (т. 1 л.д. 176).

Из показания допрошенного судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО11 следует, что он находился в автомобиле «Мерседес» в качестве пассажира на переднем сиденье. Водитель ФИО4 решил обогнать впереди идущие транспортные средства. Водитель ФИО4 обогнал два автомобиля, автомобиль «Приора» начала резкий разворот, в результате автомобиль «Мерседес» ударил «Приора» в заднее крыло, автомобиль «Приора» выехал на левую сторону, на обочину, их автомобиль сзади «зацепил» автомобиль «Лада», после чего, автомобиль «Лада» столкнулся с автомобилем «Приора». Был ли включен сигнал поворота на автомобиле «Приора» свидетель не видел. По словам свидетеля в момент столкновения автомобиль «Приора» стоял поперек дороги.

Из показаний допрошенной судом первой инстанции свидетеля ФИО12 следует, что в момент ДТП была на пассажирском сиденье в автомобиле «Приора» рядом с водителем ФИО3 Чтобы избежать пробки водитель ФИО3 решил сделать разворот. Встречная полоса была пустая, ФИО3 включил поворот и не останавливаясь пошел на разворот, они встали перпендикулярно дороге, перед ней была обочина. Произошел удар, через пару секунд второй удар. Когда пришли в себя были уже на совсем другой стороне. После чего, ФИО3 на некоторое время потерял сознание.

По ходатайству представителя истца ФИО1 – ФИО6, судом первой инстанции по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту П.Н.А. . Перед экспертом поставлены следующие вопросы:

1) Определить механизм ДТП, произошедшего 06 июля 2024 года на 1 км. автодороги Озерное-К.Рудник, с участием автомобиля «Мерседес» под управлением ФИО4, автомобиля «Приора» под управлением ФИО3, автомобиля «Лада» под управлением ФИО9, в том числе определить как двигались транспортные средства в ходе произошедшего ДТП, как они должны были двигаться в соответствии с правилами дорожного движения в Российской Федерации?

2) Какова стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мерседес» без учета износа рассчитанная на основе, «Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки» (ФБГУ РФЦСЭ при Минюсте России, 2018) а также наступила ли полная гибель автомобиля «Мерседес» в результате указанного ДТП?

Согласно заключению эксперта П.Н.А. №, в исследовательской части описан следующий механизм столкновения автомобилей «Лада», «Мерседес» и «Приора» в ДТП от 06 июля 2024 года:

Столкновение «Мерседес» и «Приора»:

1 фаза:

- первоначально автомобиль «Приора» двигался по автодороге Озерное- Кусиновский рудник в сторону п. Кусимовский рудник со скоростью примерно 50 км/ч (со слов водителя).

- первоначально автомобиль «Мерседес» двигался позади в направлении, попутном автомобилю «Приора» со скоростью 40-45 км/ч, впоследствии включив сигнал поворота перестроился на встречную полосу для совершения маневра обгона нескольких автомобилей, ускорившись до 60-80 км/ч (со слов водителя).

- водитель автомобиля «Приора» включил сигнал поворота и приступил к совершению маневра разворота (со слов водителя).

- водитель автомобиля «Мерседес» обогнав два автомобиля, обнаружил опасность при совершении водителем автомобиля «Приора» маневра разворота, применил торможение (со слов водителя), следы юза от шин автомобиля «Приора» в «Мерседес» на схеме места ДТП не зафиксированы.

2 фаза:

- первоначально автомобиль «Мерседес» контактировал правой передней угловой частью (передним бампером, правой фарой, капотом, крылом передним правым) под острым углом около 40-45 гр. с задней левой боковой частью (задним крылом, задним левым колесом и дверью) автомобиля «Приора», сменившегося справа налево, при этом скорость автомобиля «Мерседес» была выше скорости автомобиля «Приора».

3 фаза:

- после столкновения, автомобиль «Приора» в результате эксцентричного удара разворачивает против часовой стрелки, отбрасывает на левую обочину (где впоследствии произойдет столкновение с автомобилем «Лада»).

- после столкновения, автомобиль «Мерседес», продвигается по инерции вперед, со смещением влево, после чего он занимает конечное положение, отраженное на схеме места ДТП, фото с места ДТП.

Столкновение «Мерседес» и «Лада»:

1 фаза:

- первоначально автомобиль «Лада» двигался позади, в направлении, попутном автомобилю «Мерседес» со скоростью 50-55 км/ч, (со слов водителя).

Водитель автомобиля «Лада» включил сигнал поворота и приступил к выполнению маневра обгона автомобиля «Мерседес», (со слов водителя).

- первоначально автомобиль «Мерседес» двигался в направлении, попутном автомобилю «Приора» со скоростью 40-45 км/ч, впоследствии включив сигнал поворота перестроился на встречную полосу для совершения маневра обгона нескольких автомобилей, ускорившись до 60-80 км/ч (со слов водителя).

- водитель автомобиля «Лада» обнаружил опасность в виде перестроившегося на встречную полосу и применившего торможение автомобиля «Мерседес», применил торможение (следы юза на схеме не зафиксированы), попытался уйти влево на обочину.

2 фаза:

- первоначально автомобиль «Лада» контактировал правой передней угловой частью (передним бампером, передним правым крылом, правой фарой) под острым углом с задней левой угловой частью (задним бампером) автомобиля «Мерседес», применившего торможение, при этом скорость автомобиля «Мерседес» была ниже скорости автомобиля «Лада».

3 фаза:

- после столкновения, автомобиль «Мерседес», продвигается по инерции вперед, со смещением влево, после чего он занимает конечное положение, отраженное на схеме места ДТП, фото с места ДТП.

Столкновение «Лада» и «Приора»:

1 фаза столкновения автомобилей является одновременно 3 фазой для автомобиля «Лада», после столкновения с автомобилем «Мерседес» и 3 фазой для автомобиля «Приора», после столкновения с автомобилем «Мерседес».

1 фаза:

- водитель автомобиля «Лада» после столкновения с автомобилем «Мерседес», двигается в направлении левой обочины.

- автомобиль «Приора» в результате эксцентричного удара разворачивает против часовой стрелки, отбрасывает на левую обочину.

- водитель автомобиля «Лада» обнаружил опасность в виде автомобиля «Приора», находящегося на левой обочине, применил торможение (следы юза на схеме не зафиксированы).

2 фаза:

- первоначально автомобиль «Лада» контактировал передней частью (передним бампером, решеткой радиатора, капотом) под острым углом с передней левой угловой частью передним бампером, левой фарой, крылом передним левым) автомобиля «Приора».

3 фаза:

- после первоначального контакта, автомобиль «Лада», продвигается по инерции вперед, со смещением влево, после чего он занимает конечное положение, отраженное на схеме места ДТП, фото с места ДТП.

- после первоначального контакта, автомобиль «Приора» отбрасывает на правую обочину, после чего он занимает конечное положение, отраженное на схеме места ДТП, фото с места ДТП.

Установить точные места столкновения транспортных средств на проезжей части, расположение транспортных средств относительно продольной оси дороги, скорости движения транспортных средств перед столкновением, в какой очередности водители транспортных средств приступили к выполнению маневров, включение сигналов поворотов водителями – методами автотехнической экспертизы по имеющимся материалам установить не представляется возможным.

Применительно к данной дорожной обстановке, опасность для движения водителю автомобиля «Мерседес» возникла в тот момент, когда автомобиль «Приора» приступил к выполнению маневра разворота. Опасная обстановка наступала тогда, когда водитель автомобиля «Мерседес» мог увидеть включение светового указателя сигнала поворота налево, движущегося впереди автомобиля «Приора», если его включение имело место и автомобиль «Приора» изменил направление движения (начал маневр разворота)

Применительно к данной дорожной обстановке, опасность для движения водителю автомобиля «Лада» возникла в тот момент, когда автомобиль «Мерседес» приступил к выполнению маневра обгона. Опасная обстановка наступила тогда, когда водитель автомобиля «Лада» мог увидеть включение светового указателя сигнала поворота налево, движущегося впереди автомобиля «Мерседес», если его включение имело место и автомобиль изменил направление движения (начал маневр обгона).

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что причиной ДТП являются действия водителя ФИО3, который совершал маневр разворота в нарушении требований Правил дорожного движения РФ, поскольку ширина проезжей части дороги не позволяла произвести разворот без нарушений, не создавая опасности для движения транспортных средств.

Как следствие, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в случившимся ДТП имеет место вина исключительно водителя ФИО13 В действиях водителей ФИО4 и ФИО5 судом первой инстанции вины в ДТП не установлено.

С выводами суда первой инстанции о наличии вины в произошедшем ДТП водителя ФИО3 судебная коллегия соглашается.

Так, согласно требований п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Как предписано п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 8.5 ПДД РФ перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Согласно п. 10.1 ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Как указано в п. 11.1 ПДД РФ прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если:

транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия;

транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево;

следующее за ним транспортное средство начало обгон;

по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (п. 11.2 ПДД РФ).

Как следует из материалов дела, столкновение автомобилей «Мерседес» и «Приора» произошло в момент, когда автомобиль «Мерседес» выехал на встречную полосу с целью совершения обгона двигавшихся впереди в попутном с ним направлении автомобилей, в том числе автомобиля «Приора».

При этом, водитель автомобиля «Приора» приступил к маневру разворота в момент, когда автомобиль «Мерседес» уже находился на встречной полосе выполняя обгон двигавшихся впереди автомобилей и успел обогнать два автомобиля.

Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями водителя ФИО4, показаниями свидетеля ФИО11, показаниями допрошенного в судебном заседании от 17 июля 2025 года эксперта П.Н.А. Кроме того, характер повреждений на автомобилях «Мерседес» и «Приора», полученных в результате контактного взаимодействия автомобилей также свидетельствуют о том, что в момент столкновения автомобили находились друг по отношению к другу под углом 40-45 градусов, из чего следует, что автомобиль «Приора» только начал смещаться влево на встречную полосу, в то время как автомобиль «Мерседес» уже двигался по встречной полосе.

Сам по себе факт включения водителем ФИО3 сигнала поворота налево не дает последнему преимущественного права совершения маневра разворота, при том, что двигавшейся позади автомобиль «Мерседес» уже находился на полосе встречного движения в процессе совершения маневра обгона. Водитель ФИО3 во всяком случае не имел права приступать к выполнению маневра разворота даже при условии включения им сигнала поворота, поскольку такой маневр создавал опасность для движения автомобиля «Мерседес», который находился на встречной полосе совершая обгон.

Доводы о том, что автомобиль под управлением ФИО3 в момент столкновения с автомобилем «Мерседес» располагался поперек дороги опровергаются фактическими обстоятельствами, поскольку судебным экспертом по характеру повреждений достоверно установлено, что столкновение автомобилей «Мерседес» и «Приора» произошло под углом 40-45 градусов, что исключает утверждение ФИО3 о том, что в момент столкновения его автомобиль находился по отношению к проезжей части перпендикулярно, то есть под углом 90 градусов.

Доводы о том, что столкновение автомобилей «Мерседес» и «Приора» произошло в момент, когда автомобиль «Мерседес» только начал смещаться влево, в то время, как автомобиль «Приора» уже находился на полосе встречного движения опровергаются выводами судебного эксперта, также показаниями свидетеля ФИО11, водителя ФИО4, которые утверждали, что до момента столкновения с автомобилем «Приора» их автомобиль уже обогнал два автомобиля. Кроме того, из объяснений водителя ФИО5 следует, что идущей впереди него автомобиль «Мерседес» уже перестроился на встречную полосу, после чего применил экстренное торможение. Совокупность указанных обстоятельств исключает версию о том, что автомобиль под управлением ФИО3 приступил к маневру разворота раньше, чем автомобиль под управлением ФИО4 выехал на встречную полосу для совершения обгона.

Таким образом, именно действия водителя ФИО3, не убедившегося в безопасности своих действий, начавшего маневр разворота в тот момент, когда двигавшейся позади него автомобиль «Мерседес» уже находился на встречной полосе в процессе совершения обгона, создали опасность для движения автомобиля «Мерседес» и привели к столкновению с указанным автомобилем и последовавшими за этом столкновениям автомобиля «Лада» с автомобилем «Мерседес» и автомобиля «Лада» с автомобилем «Приора».

Доводы о нарушении водителем ФИО4 требований пунктов 11.1 и 11.2 ПДД РФ несостоятельны и подлежат отклонению.

Как следует из материалов дела, и достоверно установлено на основании представленных доказательств, водитель ФИО4 приступил к маневру обгона и выехал на полосу встречного движения до того момента, как автомобиль под управлением ФИО3 приступил к выполнению маневра разворота. К моменту начала обгона полоса движения для водителя ФИО4 была свободна, двигавшиеся впереди автомобили, в том числе автомобиль ФИО3 не совершали маневров, которые препятствовали бы ФИО4 совершать обгон. Сигнал поворота налево, поданный водителем ФИО3, был замечен водителем ФИО4 в момент, когда последний уже находился на встречной полосе. Перед началом обгона водитель ФИО4 сигнала поворота не видел. Таким образом, предусмотренных ПДД РФ обстоятельств, запрещающих приступить к выполнению обгона у водителя ФИО4 не имелось.

То обстоятельство, что автомобили «Мерседес» и «Лада» одновременно находились на встречной полосе и выполняли маневр обгона выводов о виновности в ДТП водителя ФИО3 не опровергают, поскольку первопричиной столкновения автомобилей являются именно действия водителя ФИО3 которые привели к столкновению с автомобилем «Мерседес», а затем с автомобилем «Лада». Таким образом, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что лицом, ответственным за причинение вреда имуществу ФИО14 является ответчик ФИО3, чьи действия находятся в непосредственной причинно-следственной связи с произошедшем ДТП, повлекшим причинение ущерба.

То обстоятельство, что суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях водителя ФИО3 нарушений требований пунктов 8.7 и 8.8 ПДД РФ не привело к принятию судом неправильного решения. Поскольку судом первой инстанции верно определено лицо, виновное в ДТП, а именно, установлена виновность водителя ФИО3, решение суда в части взыскания с последнего в пользу истца денежных средств в счет возмещения причиненного ущерба по существу является правильным.

Согласно выводов судебного эксперта, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мерседес», получивший механические повреждения в результате ДТП от 06 июля 2024 года, с участием автомобиля «Приора», рассчитанная по рыночным ценам, составляет без учета износа 1 241 999 руб.

Полная гибель автомобиля «Мерседес» в результате указанного ДТП 06 июля 2024 года не наступила, при этом экспертом установлено, что рыночная стоимость автомобиля «Мерседес» составляет 1 999 000 руб. (т. 2 л.д. 4-47).

Также установлено, что истцом ФИО15 от САО «ВСК» было получено страховое возмещение в лимите ответственности в размере 400 000 руб.

Следовательно, с учетом выплаченной страховщиком суммы страхового возмещения, суд обоснованно взыскал с ответчика ФИО3 в счет полного возмещения ущерба сумму, превышающую лимит ответственности страховой организации 841 999 руб. (1 241 999 - 400 000).

В целом, доводы жалобы повторяют позицию ФИО1 относительно отсутствия вины в произошедшем ДТП со стороны водителя ФИО3, на что она указывала при рассмотрении дела судом первой инстанции. Вместе с тем, вопреки доводов жалобы, виновность в ДТП водителя ФИО3 достоверно установлена на основании представленных в материалы дела доказательств. Правильность выводов суда о том, что ущерб имуществу истца ФИО2 был причинен именно действиями водителя ФИО3 доводы жалобы не опровергают.

Нарушений норм материального либо процессуального права, которые в соответствии со ст. 330 ГПК РФ являлись бы основанием для отмены судебного решения судебной коллегией по доводам жалобы не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 24 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 05 мая 2026 года.