Апелляционное определение № 33-3713/2025 от 30 ноября 2025 г.

УИД: 68RS0024-01-2025-000578-96

Номер дела № 33-3713/2025

Судья: Одинарова О.А. (№2-422/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тамбов 1 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

Председательствующего Юдиной И.С.

судей: Александровой Н.А., Дюльдиной А.И.

при секретаре Лопатовой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, об устранении препятствий в праве пользования жилым помещением, вселении,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Сосновского районного суда Тамбовской области от 5 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Александровой Н.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратился с иском к ФИО2, указывая, что он, ФИО1, проживал в доме *** с детства, с родителями, также в доме проживали его бабушка и дедушка, это их родовой дом. В 1999 году ФИО1 зарегистрировал брак с ФИО3 Истец являлся собственником данного дома, получил его в наследство от родной бабушки по завещанию, проживал совместно с женой и сыном в вышеуказанном доме. С 2022 года отношения между ним и женой стали портиться. В связи с этим, он находился в сложной для него моральной и психологической ситуации, сильно переживал, был подавлен. Используя его состояние, жена оказала на него сильное психологическое давление, сознательно ввела его в заблуждение и убедила, а фактически заставила подписать договор дарения вышеуказанного жилого дома и земельного участка. В обсуждении условий договора дарения и в его составлении он участия не принимал, более того, до самого момента подписания, даже не видел его. ФИО1 находясь в сложном состоянии психологической подавленности и моральной растерянности, 18 апреля 2023 года фактически был приведен женой для подписания договора, ему дали договор уже напечатанным, он подписал договор, даже не читая его, после этого, жена не оставила ему второго экземпляра договора. И как раз, в этот же день, ровно после подписания им договора, жена фактически выгнала его из дома, выбросив все его вещи на улицу, он остался зарегистрированным по данному адресу. Выгнанный из собственного дома, он ушел, жил у друга, потом попытался вернуться, его пустили, некоторое время он там жил, но в августе 2024 года жена вновь выгнала его из дома, жена сменила замки в доме. С августа 2024 года он стал проживать в гараже, расположенном на этом же земельном участке, что и дом. Долго жить в гараже не смог, ушел жить к своим родителям, в настоящее время он там и проживает, дом маленький, всего 60 кв.м., он состоит из двух небольших комнат, в одной проживают его родители, а в другой проживает он, там же хранит свои вещи. Брак между истцом ФИО1 и ФИО3 расторгнут в январе 2025 года. Сын истца, ФИО2, постоянно проживает в г.Воронеж, где работает врачом, проживает в квартире, которая принадлежит его бывшей жене, в р.п.Сосновка постоянно не проживает. Приезжает лишь погостить, домом постоянно не пользуется. На основании вышеизложенного истец был лишен собственности, под воздействием бывшей жены подписал договор дарения, был изгнан из собственного дома. Был лишен возможности проживать в этом доме, пользоваться им и находящимся при нем земельным участком. Просил признать договор дарения жилого дома *** и земельного участка площадью 1398 кв.м. по *** от 18 апреля 2023 года недействительным, расторгнуть его, вернуть стороны в первоначальное положение. Устранить препятствия в праве пользования жилым помещением.

Решением Сосновского районного суда Тамбовской области от 5 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, об устранении препятствий в праве пользования жилым помещением, вселении - отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение Сосновского районного суда Тамбовской области от 5 сентября 2025 года, разрешить вопрос по существу.

Возражает против выводов суда о том, что при заключении спорного договора сторонами были согласованы все существенные условия и выражено волеизъявление на заключение договора дарения.

Указывает, что в период заключения договора он находился в тяжелом психологическом состоянии, в связи с чем ему была безразлична судьба его имущества, имелся порок воли.

Считает, что тяжелое морально-психологическое состояние подтверждено свидетельскими показаниями, а также наличием у него контузии.

Настаивает на повторном допросе в судебном заседании специалиста-психотерапевта ФИО14., полагая, что в суде первой инстанции она давала уклончивые, неутвердительные пояснения.

Выражает несогласие со ссылкой в решении суда на то, что истец проходит ежегодный профилактический медицинский осмотр, подтверждающий отсутствие расстройств психики, обращая внимание на то, что в спорный период данное обследование он не проходил.

Указывает, что о нарушении своих прав ему стало известно только в 2025 году, в связи с чем срок исковой давности не пропущен.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители ответчика и третьего лица просили решение суда оставить без изменения.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно ст. 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении данного дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены, поскольку, разрешая спор, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, и дал им надлежащую оценку в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Собственник по своему усмотрению вправе совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пункта 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Судом установлено и из материалов дела следует, 18 апреля 2023 г. между ФИО1 (дарителем) и ФИО2 (одаряемым) был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: ***. по условия которого ФИО1 подарил ФИО2 принадлежащие ему земельный участок и расположенный на данном участке жилой дом. Настоящий договор составлен в двух экземплярах, имеющих равную юридическую силу, один из которых находится у дарителя, второй - у одаряемого.

19.04.2023 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тамбовской области была сделана запись регистрации перехода права за номером *** на основании договора дарения земельного участка с домом.

Подарив жилое помещение ФИО2, ФИО1 совершил действия, направленные согласно пункту 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации на прекращение своего права собственности в отношении этого имущества. Последствием прекращения права собственности является прекращение права пользования данным имуществом.

Истцом оспаривается договор дарения от 18.04.2023, по основаниям, указанным в ч.1 ст.178 ГК РФ, а именно, что данный договор заключен под влиянием заблуждения, когда истец, находясь в тяжелом психологическом состоянии, моральной растерянности, фактически был приведен его супругой для подписания договора, не читая подписал его, договор был заключен между сторонами недобровольно, последствия заключения договора дарения ФИО1 не были известны, кроме того, спорный жилой дом является единственным жильем для истца.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Положениями статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В силу пункта 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств наличия предусмотренных законом оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительными истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Из материалов дела следует, что право собственности на спорное имущество за ответчиком зарегистрировано в установленном законом порядке, стороны самостоятельно явились в МФЦ для регистрации перехода права собственности на жилой дом с земельным участком, оспариваемая сделка породила именно те правовые последствия, которые соответствуют намерениям сторон при заключении договора дарения жилого помещения - переход права собственности на принадлежащие объекты недвижимого имущества к ответчику.

При этом доказательств, что на момент заключения договора дарения у истца имелись какие – либо психологические факторы которые бы препятствовали ФИО1 понимать характер и значение совершаемых им действий и руководить ими, не представлено, следовательно он мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Ходатайства о назначении по делу экспертизы истцом не заявлялось, в суде апелляционной инстанции представитель истца заявил, что ходатайства им заявляться не будет.

Доказательств того, что волеизъявление ФИО1 выраженное в договоре дарения, не соответствовало его действительным намерениям, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено.

Заблуждение относительно мотивов сделки в соответствии с пунктом 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По состоянию здоровья ФИО1 мог самостоятельно осуществлять свои права, исполнять свои обязанности, осознавать суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения. Доказательств обратному суду не представлено.

Вопреки доводам жалобы обстоятельства обратного свидетельскими показаниями подтверждаться не могут.

В апелляционной жалобе указано о несогласии с выводами суда по заявленному ходатайству о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Установлено, что дарение совершено истцом 18 апреля 2023 года, с настоящим иском истец обратился 18 июня 2025 года, то есть, с пропуском исковой давности, Доказательств, что ранее истец предпринимал действия по обращению в суд с иском об оспаривании договора, иным образом заявлял о расторжении договора, в материалы дела не представлено.

Бесспорных доказательств, позволяющих полагать, что ФИО1 подписал договор дарения без прочтения и уяснения содержащихся в нем условий, под влиянием заблуждения, у судебной коллегии не имеется. Объективных препятствий для ознакомления с условиями договора у истца не имелось. Добровольность заключения договора подтверждена самим ФИО1 путем подписания договора.

В силу статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО1 был вправе устраниться от изучения договора как в момент его заключения, так и после, что является одним из проявлений диспозитивности при осуществлении гражданских прав. Однако подобное отношение к их реализации не освобождает сторону договора от исполнения возникших обязанностей.

Исходя из обстоятельств рассматриваемого дела, положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений по ее применению, приведенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25, действуя добросовестно, ФИО1 должен был ознакомиться с условиями договора и подписать его лишь при условии безоговорочного согласия с ними.

Действуя добросовестно, в случае неясности условий договора, истец мог и должен был ознакомиться с его условиями непосредственно до либо после его заключения или в кратчайшие сроки после этого. Однако, с иском о защите нарушенных прав обратилась спустя более два года лет после заключения договора.

Вопреки доводам жалобы, о том, что спорный объект является единственным местом жительства ФИО1 не являются основанием для признания договора дарения недействительными.

На основании вышеизложенного судебная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности принятого судом решения и отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы истца.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что оспариваемый договор подписан истцом под влиянием заблуждения и обмана, суд при разрешении спора оставил без должного внимания наличие контузии, что не позволило определить правовую природу заключаемой сделки, не дана судом оценка наличия действительного волеизъявлении истца на совершение, а также, что спорный дом им получен по наследству, является его единственным жильем, сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и повторяют изложенную ранее заявителем позицию, которая была предметом исследования и оценки суда и была им правомерно отвергнута.

По мнению судебной коллегии, оспаривание истцом договора дарения из желания в будущем составить завещание в пользу того лица противоречит принципу стабильности гражданского оборота.

Оснований для иной оценки исследованных доказательств судебная коллегия не усматривает и отмечает, что разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным оспариваемого договора дарения по основаниям, предусмотренным статьей 178 ГК РФ, т.к. истцом не представлено доказательств в обоснование заявленных требований, а именно, совершения сделки под влиянием заблуждения о ее природе, поскольку доказательств преднамеренного создания у него не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете представлено не было.

Ссылка заявителя о нарушении жилищных прав истца подлежит отклонению, поскольку таких доказательств не представлено.

Как разъяснено в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман, однако доказательств данных обстоятельств истцом не представлено.

Договор дарения является безвозмездной сделкой без встречных обязательств одаряемого, в тексте договора дополнительные условия отсутствуют.

Разрешая требования ФИО1 о вселении, устранении препятствий в пользовании жилым помещением и передаче ключей от замков спорного жилого дома, суд первой инстанции согласился с тем, что истец заинтересованности в проживании в доме не имеет, подарил его своему сыну, в жилом помещении не появляется, проживает в другом месте, расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг не несет.

Делая такой вывод, суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства в совокупности, основывался на положениях статей 209, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 30 и 31 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Частью 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им).

Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 6 договора дарения, на момент его заключения недвижимое имущество никому не подарена, вещными и обязательными правами третьих лиц не обременена, ограничений в использовании не имеет.

Право собственности на указанное жилое помещение по данному договору было зарегистрировано Управлением Росреестра.

ФИО2 приходится сыном ФИО1

По условиям договора не предусмотрено, что на дату подписания договора в доме зарегистрирован ФИО1, который имеет право постоянного проживания в нем.

Лиц, сохраняющих право пользования домом после отчуждения, в том числе временно отсутствующих, а также сохраняющих право пользования жилым помещением не имеется (статья 558 Гражданского кодекса Российской Федерации). Соглашения между собственником спорного имущества ФИО2 и истцом ФИО1 о порядке пользования спорным имуществом и проживания в нем, не заключалось.

В качестве возражений на заявленные требования ФИО2 указал, что он против проживания истца в спорном жилом доме по причине того, что в данном доме проживает его мать, брак между ФИО3 и ФИО1 расторгнут в январе 2025 года., бывшие супруги имеют конфликтные отношения, и совместное проживание с ФИО1 не возможно, поскольку членами одной семьи они не являются,

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что истец добровольно покинул спорный жилой дом, забрав свои личные вещи, коммунальные услуги за спорную квартиру не оплачивает, до июня 2025 года попыток вселиться в нее не предпринимал.

Доводы апелляционной жалобы истца по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем не влекут отмену обжалуемого судебного акта.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения в соответствии с ч. 4 и ч. 5 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 328 – 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Сосновского районного суда Тамбовской области от 5 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированные апелляционное определение изготовлено 15 декабря 2025 года.