Решение № 12-62/2018 12-771/2017 от 25 февраля 2018 г. по делу № 12-62/2018

Дело № 12-62/18


Р Е Ш Е Н И Е

г. Санкт-Петербург 26 февраля 2018 года

Судья Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга Федорова Валентина Сергеевна в помещении Красногвардейского районного суда г. Санкт-Петербурга, расположенном по адресу: 195176, Санкт-Петербург, ул. Краснодонская, д. 14, зал № 410, с участием ФИО1, его защитника – Юнусовой Г.У., В., его представителя ФИО2, рассмотрев жалобу

ФИО1 <дата> рождения,

на постановление № 18810378170340027253 от 23.10.2017 года инспектора по исполнению административного законодательства ОГИБДД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга К. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ, суд.,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением № 18810378170340027253 от 23.10.2017 года инспектора по исполнению административного законодательства ОГИБДД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга К., ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 500 (пятьсот) рублей.

Вина ФИО1 установлена в том, что он 16 сентября 2017 года около 19 часов 18 минут в Санкт-Петербурге у дома № 1 на пр. Ириновском, управляя транспортным средством Фольксваген, государственный регистрационный знак <№>, в нарушение п.п. 8.1, 8.5 ПДД РФ, при развороте заблаговременно не занял соответствующего крайнего положения на проезжей части, не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся попутно прямо и совершил столкновение с транспортным средством БМВ 316, государственный регистрационный знак <№>, под управлением В., в результате имело место дорожно-транспортное происшествие с причинением материального ущерба.

В жалобе ФИО1 просит отменить указанное постановление, поскольку он административного правонарушения не совершал, схема места дорожно-транспортного происшествия составлена неверно. Дорожно-транспортное происшествие произошло в момент, когда автомобиль под его управлением, находился без движения и стоял в крайней левой полосе движения, данное ДТП произошло по вине второго участника ДТП- В. Кроме того, заключение автотехнической экспертизы является недостоверным, так как экспертиза проведена по ходатайству В. и отражает только его позицию. Также в постановлении неверно указана его фамилия, что говорит о формальном подходе инспектора к рассмотрению данного административного дела.

ФИО1 в судебное заседание явился, доводы жалобы поддержал в полном объеме. Пояснил, что 16 сентября 2017 года, около 19 часов 18 минут, он, управляя автомобилем Фольксваген, государственный номер <№>, выехал с прилегающей территории на пр. Ириновский, заняв соответствующее крайнее положение на проезжей части в левом ряду, остановился для совершения маневра разворота, после чего почувствовал удар в заднюю часть машины. В результате столкновения его автомобиль развернуло, и он оказался на трамвайных путях. После дорожно-транспортного происшествия, не дожидаясь сотрудников ОГИБДД, предварительно зафиксировав положение своего автомобиля путем фотографирования, убрал автомобиль с трамвайных путей, чтобы не мешать движению трамваев. Схема, имеющаяся в материалах дела составлена неверно, а именно неверно указана точка столкновения. О своем несогласии со схемой указал в объяснениях. Также показал, что с проведенной экспертизой не согласен.

Защитник- Юнусова Г.У. доводы жалобы поддержала, полагала, что постановление подлежит отмене, как незаконное и необоснованное, а производство по делу подлежит прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения в действиях ФИО1

Потерпевший В. в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения жалобы. Пояснил, что 16 сентября 2017 года в 19 часов 18 минут, управляя автомобилем БМВ, государственный номер <№>, двигался в крайней левой полосе проезжей части Ириновского пр. от Бокситогорской улицы в сторону ул. Передовиков, со скоростью не более 60 км/час, каких-либо маневров не совершал, когда неожиданно перед его автомобилем, перестроился автомобиль Фольксваген, под управлением ФИО1, выехавший с прилегающей территории Ириновских рядов, он применил экстренное торможение, однако столкновения избежать не удалось. Столкновение произошло в момент движения автомобиля Фольксваген, от удара машину ФИО1 развернуло, и он оказался на трамвайных путях. После совершения ДТП, ФИО1 переставил свой автомобиль. Со схемой дорожно-транспортного происшествия, составленной инспектором ОГИБДД, не согласен в части точки столкновения автомобилей, о чем указал в своем объяснении. Точка столкновения автомобилей в схеме указана неверно, при проведении административного расследования им была предоставлена схема, соответствующая действительности. В судебном заседании 19 января 2017 года В. пояснил, что схема, составленная инспектором ГИБДД может соответствовать действительности, так как он, чтобы избежать столкновения мог вывернуть руль вправо.

Представитель потерпевшего ФИО2 также полагал, что жалоба ФИО1 удовлетворению не подлежит, а постановление инспектора ОГИБДД К. является законным и обоснованным. В судебное заседание 26.02.2018 года ФИО2 не явился, был извещен надлежащим образом, потерпевший В. не возражал против рассмотрения жалобы в его отсутствие, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие ФИО2

Опрошенный в качестве свидетеля инспектор ДПС ОР ДПС ГИБДД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга Р. пояснил, что 16.09.2017 года он выезжал на место дорожно-транспортного происшествия между водителями В. и ФИО1 и оформлял соответствующие документы, также им была составлена схема ДТП, в которой им было указано местонахождение автомобилей на момент составления данной схемы. Со слов водителей ему известно, что после ДТП ФИО1 его автомобиль был перемещен с трамвайных путей с целью недопущения помех движению трамваем. Место столкновение автомобилей В. и ФИО1 в схеме была указана им со слов водителей, со схемой В. и ФИО1 были согласны и поставили свои подписи.

Опрошенный в качестве свидетеля инспектор по ИАЗ ОГИБДД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга К. пояснил, что в его производстве находился административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия с участием водителей ФИО1 и В., в рамках рассмотрения которого, по ходатайству В., им была назначена комплексная трасолого-автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено судебному эксперту У. Для проведения экспертизы эксперту было предоставлено дело об административном правонарушении в полном объеме, также эксперт был предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. По результатам проведения экспертизы, а также иных доказательств, он пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ, о чем было вынесено соответствующее постановление. Кроме того, инспектор К. пояснил, что экспертная организация, привлеченная для проведения экспертизы, была определена им самостоятельно и оснований не доверять выводам эксперта не имелось.

Опрошенный в качестве эксперта У. в судебном заседании полностью подтвердил составленное им экспертное заключение, при этом показал, что при проведении экспертизы руководствовался схемой, имеющейся в материалах административного дела, с которой, согласно схеме, участники ДТП были согласны, о чем свидетельствовали их подписи. То, что оба участника ДТП – В. и ФИО1 в своих объяснениях указали о несогласии со схемой ДТП, он не видел. По результатам проведения экспертизы он пришел к выводу, что версия водителя В. более состоятельна, вследствие чего был сделан вывод о нарушении водителем ФИО1 п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 8.5 ПДД РФ. Данный вывод основан на схеме ДТП, а также иных материалах административного дела. Кроме того эксперт показал, что в случае изменения места столкновения автомобилей, как то указывает ФИО1, выводы о нарушении ФИО1 правил дорожного движения не изменятся.

Опрошенный в качестве эксперта Г. в судебном заседании полностью подтвердил составленное им экспертное заключение, при этом показал, что экспертиза проводилась на основании представленных материалов ДТП, фото и видеоматериалов, а также им были осмотрены транспортные средства. В ходе проведения экспертизы был установлен угол под которым транспортные средства столкнулись и углы, под которыми транспортные средства находились относительно границ проезжей части, а исходя из этого определено место столкновения транспортных средств, удовлетворяющее механизму ДТП. Получив минимально возможный радиус поворота транспортного средства марки «Фольксваген» было получено положение, которое автомобиль мог занимать непосредственно перед самим столкновением. На основании полученных данных был сделан вывод о том, что непосредственно перед столкновением, маневр автомобиля «Фольксваген» осуществлялся не из крайнего положения, то есть полностью всей габаритной шириной, транспортное средство марки «Фольксваген» не находилось в крайней левой полосе движения. Автомобиль марки «БМВ» двигался на этот момент в крайнем левом положении, то есть в крайней левой полосе движения, непосредственно перед столкновением, «БМВ» двигалось с некоторым смещением вправо, что вероятнее всего обусловлено применением водителем «БМВ» маневра уклонения от столкновения. Произошел скользящий контакт между транспортными средствами, в ходе которого автомобиль «Фольксваген» развернуло, и он занял конечное положение частично на трамвайных путях попутного направления, что зафиксировано на фотографиях, которые были предоставлены с места столкновения, а также на видеозаписи, сделанной участником ДТП. На видеозаписи зафиксировано конечное положение транспортного средства «Фольксваген». На основании этих объективных данных был реконструирован сам механизм ДТП. На основании выводов по механизму дорожно-транспортного происшествия были сделаны выводы, что водитель транспортного средства «БМВ» с момента возникновения опасности для движения, увидев пересекающий его траекторию движения автомобиль «Фольксваген» должен был действовать согласно п. 10.1, то есть тормозить, при необходимости до полной остановки, а водитель автомобиля «Фольксваген», должен был руководствоваться п. 8.1 и 8.5 ПДД РФ, то есть не создавать помех и занять крайнее левое положение, момент возникновения опасности наступает для водителя «БМВ» с момента выезда в его полосу движения «Фольксваген», пересекающего траекторию его движения, с этого момента он обязан применить все возможное для предотвращения столкновения посредствам торможения. Согласно расчетам технической возможности у водителя БМВ предотвратить ДТП, не было. Действия водителя БМВ не противоречили требованиям ПДД, а водитель «Фольксваген» не занял крайнее левое положение и его действия не соответствовали п.п 8.1 8.5 ПДД РФ. Согласно представленным материалам дела, в том числе и схеме, составленной от руки, даже относительно указанного в ней места столкновения, видно, что центр тяжести «Фольксваген» переместился в поперечном направлении, относительно движения ТС и столкновения, это говорит о том, что данное ТС имело некую скорость, если ТС движется в повороте оно имеет свой крутящий момент относительно центра тяжести, с этим связано что автомобиль развернуло. Действия водителя «БМВ» не противоречили правилам ПДД, а водитель автомобиля «Фольксваген» не занял крайнее левое положение, и его действия не соответствовали п.п. 8.1 8.5 ПДД РФ. Место столкновения автомобилей найдено экспертом самостоятельно, путем проведения математических расчетов.

Выслушав объяснения ФИО1, его защитника, потерпевшего В. и его представителя, показания опрошенных свидетелей Р., К., экспертов Г. и У. исследовав доводы жалобы и представленные материалы дела об административном правонарушении в полном объеме, суд приходит к выводу о том, что жалоба ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Постановление по делу об административном правонарушении вынесено законно и обоснованно, в соответствии с требованиями ст. 28.6, 29.9, 29.10 КоАП РФ. Каких-либо существенных процессуальных нарушений, влекущих отмену постановления инспектора по ИАЗ ОГИБДД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга К. не имеется. Вина ФИО1 в ходе проведения административного расследования была доказана собранными по делу доказательствами, а именно протоколом об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ за совершение нарушения п. 8.5 ПДД РФ, а именно, ФИО1, управляя автомобилем Фольксваген, 16.09.2017 года в 19 часов 18 минут, двигаясь по пр. Ириновскому у дома 1, перед поворотом (разворотом) заблаговременно не занял соответствующего крайнего положения на проезжей части; справками по дорожно-транспортному происшествию, согласно которым 16.09.2017 года в 19 часов 18 минут на пр. Ириновском у дома 1 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Фольксваген, под управлением ФИО1 и БМВ, под управлением водителя В.; схемой места дорожно-транспортного происшествия от 16.09.2017 года; письменными объяснениями В.; заключением автотехнической экспертизы, согласно выводов которой с технической точки зрения версия водителя В. выглядит более состоятельной, в данной дорожно-транспортной ситуации, водитель ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 8.5 Правил дорожного движения РФ. Водитель В. должен был действовать с момента возникновения опасности для движения, в соответствии с требованиями п. ч.2 10.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель ФИО3 имел техническую возможность предотвратить ДТП, своевременно и полностью выполнив п.п. 1.3,1.5,8.1,8.4,8.5 ПДД РФ. Водитель В. не имел технической возможности предотвратить данное ДТП. В данной дорожно-транспортной ситуации, действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям п.п. 1.3,1.5.,8.1,8.4,8.5 Правил дорожного движения РФ. Действия водителя В. не противоречили ПДД РФ. С технической точки зрения, непосредственной причиной данного ДТП, явилось невыполнение водителем ФИО1 требований п.п. 1.3,1.5, 8.1, 8.4, 8.5 Правил дорожного движения РФ; и иными материалами дела. Также вина ФИО1 подтверждается показаниями потерпевшего В., свидетелей К., Р., экспертов Г., У., допрошенных в судебном заседании, не доверять показаниям которых у суда оснований не имеется.

Доводы ФИО1 о неверном составлении схемы дорожно-транспортного происшествия в связи с чем она не может быть признана допустимым доказательством, суд находит несостоятельными.

Так, из объяснений водителей ФИО1 и В., данных при рассмотрении жалобы следует, что схема дорожно-транспортного происшествия составлена неверно в части указания точки столкновения транспортных средств, в остальной части – места расположения транспортных средств, проведенных замеров, ни водитель В., ни ФИО1 возражений не высказали.

Установленные неточности в схеме места дорожно-транспортного происшествия в части неверного указания места столкновения не влечет недопустимость схемы в целом как доказательства по делу об административном правонарушении.

В ходе рассмотрения жалобы судом путем проведения судебной трасолого-автотехнической экспертизы место столкновения транспортных средств было установлено. Согласно выводам судебной трасолого-автотехнической экспертизы, проведенной экспертом Г. в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки БМВ, В. должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД РФ, а водитель ФИО1 в соответствии с требованиями п.8.1.,8.5 ПДД РФ. Водитель автомобиля марки БМВ, В. не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, водитель автомобиля Фольксваген, ФИО1 имел объективную возможность предотвратить ДТП. В данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля марки БМВ, В. не противоречили требованиям ПДД РФ. Действия водителя марки Фольксваген, ФИО1 не соответствовали требованиям п. 8.1, 8.5 ПДД РФ. С технической точки зрения непосредственной причиной данного дорожно-транспортного происшествия являются действия водителя автомобиля марки Фольксваген, ФИО1 Автомобиль Фольксваген под управлением водителя ФИО1 в момент столкновения автомобилей двигался.

При этом в судебном заседании был опрошен эксперт Г., который полностью подтвердил свое заключение, показав, что им была реконструирована точка столкновения, исходя из математических расчетов, фото и видеоматериалов, которая действительно не соответствует точке, указанной в схеме. Однако, согласно реконструкции механизма перемещения автомобилей на стадиях сближения-контакт-разлет, занятия конечного положения автомобилей, с учетом габаритных характеристик автомобиля, анализа фотоснимков, схемы ДТП, в той части, в которой она не оспаривается участниками ДТП, им установлено, что автомобиль Фольксваген, под управлением водителя ФИО1 выполнял маневр, не заняв крайнее положение на проезжей части и действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям п.8.1, 8.5 ПДД РФ.

Таким образом, оценивая представленные суду доказательства, показания экспертов Г., У., свидетелей К., Р., потерпевшего В., суд считает, что ФИО1 обоснованно вменяется нарушение требований п.8.5 ПДД РФ, согласно которого перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении. Данные требования ПДД РФ ФИО1 выполнены не были.

Невыполнение требований п.8.5 ПДД РФ влечет привлечение к административной ответственности по ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ.

Учитывая вышеизложенное, суд считает вину ФИО1 по ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ полностью доказанной материалами дела, квалификация его действий дана правильно.

Наказание назначено с учетом личности ФИО1 в пределах санкции статьи. Оснований для прекращения дела на основании ст.2.9 КоАП РФ за малозначительностью совершенного правонарушения суд не усматривает.

Доводы ФИО1 о том, что инспектором в постановлении неверно указана его фамилия не влекут отмену обжалуемого постановления, кроме того суд учитывает, что инспектором допущенная неточность в написании фамилии была устранена самостоятельно, путем вынесения определения в порядке ст. 29.12 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, жалоба ФИО1 удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.1-30.9 КоАП РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Жалобу ФИО1 на постановление № 18810378170340027253 от 23.10.2017 года инспектора по исполнению административного законодательства ОГИБДД УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга К. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ - оставить без удовлетворения, а постановление без изменения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской

суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии решения.

Судья: (подпись)

Копия верна: судья