Решение № 2-1141/2024 2-1141/2024(2-5807/2023;)~М-5154/2023 2-5807/2023 М-5154/2023 от 16 мая 2024 г. по делу № 2-1141/2024

УИД: №59RS0004-01-2023-007759-79

Дело № 2-1141/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2024 года г. Пермь

Ленинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Шпигарь Ю.Н.,

при секретаре судебного заседания Томиловой Е.Д.,

с участием представителя истца ФИО4,

представителей ответчиков:

Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Пермскому краю – ФИО5,

прокуратуры Пермского края – ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Пермскому краю, прокуратуре Пермского края о возложении обязанности принести извинения, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истец обратилась в суд с иском к ответчикам с требованиями с учетом уточнений (л.д.118-120) о возложении обязанности принести извинения, взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ был арестован ее отец, ФИО2. В последующим он был обвинен в многочисленных преступлениях против советской власти, осужден именем Союза Советских Социалистических Республик и некоторое время спустя расстрелян. Истец, начиная с семи лет, является дочерью «врага народа». В 1989 году ее отец был реабилитирован. Ее обида на государство является многолетней и длящейся. Большая часть детства истца в военные годы прошла в детдомах и спецприемниках. Клеймо «дочь врага народа» сопровождало все ее детство и юность. В 1994 году она была признана пострадавшей от политических репрессий, в 2001 году – официально реабилитирована, прокуратурой <Адрес> ДД.ММ.ГГГГ ей была выдана справка о реабилитации. Никто за все эти годы не принес ей устных либо письменных извинений. В 2001 году, когда она была реабилитирована, ей должны были быть принесены официальные извинения от прокуратуры <Адрес>, но этого сделано не было. Самостоятельно с требованиями о принесении извинений она не обращалась, поскольку не знала и не могла знать, не будучи юристом, что такое требование может быть заявлено самостоятельно. Истец имеет право на льготы в соответствии с действующим с ДД.ММ.ГГГГ законом РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий (в настоящее время ФЗ № от ДД.ММ.ГГГГ «О реабилитации жертв политических репрессий»). Истец пользуется мерами социальной поддержки в соответствии с вышеуказанным законом, но они не идут ни в какое сравнение с теми нравственными страданиями и душевными переживаниями, которые она испытывает и ранее испытывала, как минимум, в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. В данное время какая-либо специальная норма закона о возмещении морального вреда реабилитированным жертвам политических репрессий в РФ отсутствует. В связи с этим считает необходимым обратиться с настоящим требованием в суд. Единственный экземпляр справки о реабилитации был сдан истцом в комитет по социальной защите администрации <Адрес> ДД.ММ.ГГГГ. Сведения о выдаче истцу справки о реабилитации имеются в материалах наблюдательного производства в прокуратуре <Адрес>. Нравственные страдания истца носят длящийся характер. Это подтверждается, в том числе, ранее опубликованными воспоминаниями истца. Величину морального вреда истец оценивает в размере 3 000 000 руб. Право истца на честь, достоинство личности, как и право на детство, были нарушены в 1941 году расправой над ее отцом, в 2001 году эти права формально восстановлены прокуратурой <Адрес>, но моральный вред по настоящее время не компенсирован, извинения прокуратурой с 2001 года до настоящего времени не принесены.

В судебное заседание истец при надлежащем извещении не явилась. Представитель истца указал, что исковые требования обоснованы тем, что ФИО7 не только является членом семьи реабилитированного лица, но и сама признана реабилитированной, что подтверждается наличием в материалах дела информации о выдаче ей справки о реабилитации. Истец непосредственно подвергалась политическим репрессиям, преследованию со стороны органов власти, признана пострадавшей от политических репрессий на основании ч.3 ст.2 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О реабилитации жертв политических репрессий».

Представители ответчиков с иском не согласились по изложенным в письменных возражениях доводам (л.д.16-19, 37-39), указав на отсутствие законных оснований для принесения истцу извинений и возмещения компенсации морального вреда.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ комитетом социальной защиты населения администрации <Адрес> истцу ФИО1 выдано свидетельство №, удостоверяющее право на льготы, установленные ст.16 Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий» (л.д.11).

Согласно материалам надзорного производства, хранящимся в архиве прокуратуры <Адрес>, прокуратурой <Адрес> ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выдана справка о признании пострадавшей от политических репрессий, в которой указано, что ФИО1 (ФИО2) М.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., арестованного по политическим мотивам в 1941 году, осужденного по ст.ст. 66, 69 Уголовного кодекса Узбекской ССР ДД.ММ.ГГГГ <Адрес> судом к высшей мере наказания и расстрелянного ДД.ММ.ГГГГ, реабилитированного на основании ч.3 ст.2 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О реабилитации жертв политических репрессий» (л.д.90).

Согласно справке Верховного суда Узбекской ССР от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по обвинению ФИО2 в Верховном суде Узбекской ССР пересмотрено, и постановлением Президиума Верховного суда Узбекской ССР от ДД.ММ.ГГГГ приговор судебной коллегии по уголовным делам Ташкентского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ и определение Верховного суда Узбекской ССР от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 отменены и дело производством прекращено по ст.69 УК УзССР – за отсутствием события преступления, по ст.66 УК УзССР – за отсутствием состава преступления, то есть ФИО2 реабилитирован (л.д.91).

Справка о реабилитации получена ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (л.д.92).

ФИО3 социально-психилогической адаптации и терапии «Доверие» по результатам психологического исследования истца сделаны выводы о том, что исходя из диагностируемого актуального психоэмоционального состояния у ФИО1, эмоциональная неустойчивость, низкая стрессоустойчивость, впечатлительность, повышенная чувствительность к средовым воздействиям, высокая тревожность, склонность к психосоматическим реакциям и «застреванию» на негативных переживаниях – могли оказать существенное влияние на глубину и интенсивность субъективных переживаний, проявившихся в хроническом стрессе не сбывшихся надежд на то, что ей будут принесены положенные извинения за пережитые потрясения. На момент исследования ФИО1 продолжает находиться в длительных и длящихся травматических переживаниях, что резко снижало и снижает ее качество жизни в целом (л.д.71-82).

Согласно Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом; государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52); каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53).

Закон Российской Федерации от 18 октября 1991 г. N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий", целью которого, как следует из его преамбулы, является реабилитация всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1917 г., восстановление их в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение посильной в настоящее время компенсации материального ущерба, направлен на реализацию приведенных конституционных положений в отношении лиц, пострадавших от необоснованных репрессий. Принимая данный Закон, федеральный законодатель исходил из признания того, что за годы Советской власти миллионы людей стали жертвами произвола тоталитарного государства, подверглись репрессиям за политические и религиозные убеждения, по социальным, национальным и иным признакам и что Россия как демократическое правовое государство осуждает многолетний террор и массовые преследования своего народа как несовместимые с идеей права и справедливости.

Абзацем 3 преамбулы названного Закона (в редакции Закона РФ от 03.09.1993 г. N 5698-1) реабилитация предполагала восстановление жертв политических репрессий в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение посильной в настоящее время компенсации материального и морального ущерба.

Федеральным законом от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" из преамбулы Закона Российской Федерации от 18 октября 1991 г. N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий" исключено положение о компенсации морального ущерба (п. 1 ст. 6).

Конституционный Суд Российской Федерации, рассматривая вопросы, связанные с восстановлением прав лиц, пострадавших от политических репрессий, сформулировал правовую позицию, согласно которой Закон Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий" принимался в целях компенсации материального и морального вреда, причиненного репрессированным лицам. Именно поэтому, хотя используемые в нем специальные публично-правовые механизмы компенсации - в отличие от гражданского законодательства - не предполагают разграничение форм возмещения материального и морального вреда, законодатель предусмотрел наряду с возмещением имущественного вреда также ряд мер, направленных на возмещение в том числе неимущественного вреда.

Такое регулирование, предполагающее возмещение, в том числе неимущественного вреда, само по себе нельзя рассматривать как нарушение прав, вытекающих из ст. ст. 52 и 53 Конституции Российской Федерации.

Согласно преамбуле Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий", его целью явилось обеспечение жертв политических репрессий посильной в настоящее время компенсацией материального и морального ущерба и в соответствии с задачами социального государства, закрепленными в ст. 7 Конституции Российской Федерации, предусматривает комплекс мер, направленных на социальную защиту этой категории граждан. По своей правовой природе данные виды государственной социальной поддержки являются льготами, носящими компенсаторный характер, установление порядка предоставления которых законодателем возложено на Правительство Российской Федерации (ст. 17). Право на такого рода льготы непосредственно из Конституции Российской Федерации не вытекает, поэтому определение правовых оснований их предоставления и круга субъектов, на которых они распространяются, входит в компетенцию законодателя.

Предоставление реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, льгот (именуемых теперь мерами социальной поддержки) было направлено на создание благоприятных условий для реализации прав и свобод названными категориями граждан и обеспечение их социальной защищенности.

Следовательно, льготы, которые устанавливались федеральным законодателем для реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в их материальном (финансовом) выражении входят в признанный государством объем возмещения вреда, включая моральный вред.

Приведенная правовая позиция изложена в ряде сохраняющих свою силу Определений Конституционного Суда Российской Федерации (от 10 июля 2003 г. N 282-О, от 5 июля 2005 г. N 246-О, от 27 декабря 2005 г. N 527-О, от 17 октября 2006 г. N 397-О, от 15 мая 2007 г. N 383-О-П, от 24 июня 2008 г. N 620-О-П, от 16 декабря 2010 г. N 1627-О-О и др.).Таким образом, федеральным законодателем в соответствии с требованиями ст. 71 (п. "в") и ст. 76 (ч. 1) Конституции Российской Федерации были установлены порядок и последствия реабилитации, определены формы, способы восстановления прав жертв политических репрессий, способы, формы и размеры возмещения государством вреда реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, в целях компенсации как материального, так и морального ущерба, общие принципы предоставления им мер социальной поддержки, а также гарантируемый минимальный (базовый) уровень такой поддержки. В силу приведенных правовых позиций исключение с 1 января 2005 г. из преамбулы Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" положения о компенсации морального ущерба не может рассматриваться как имеющее целью ущемление конституционных прав репрессированных и допускающее отказ государства от государственной поддержки данной категории граждан, поскольку само по себе не исключает обязательств государства по защите законных интересов реабилитированных лиц. Такой подход согласуется с правом государства, исходя из финансовых возможностей, других социально-экономических факторов, определять виды выплат пострадавшим, которые следует рассматривать как компенсацию причиненного ущерба с тем, чтобы ее размер соответствовал уже признанному государством объему возмещаемого им вреда.Кроме того, на территории Российской Федерации впервые закон, предусматривающий возможность возмещения морального вреда, причиненного неправомерными виновными действиями причинителя вреда, присуждением в его возмещение денежной компенсации, был принят ДД.ММ.ГГГГ Статьей 131 Основ законодательства Союза ССР и республик от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем вреда при наличии его вины. Основы института компенсации морального вреда в Российской Федерации были заложены в ст. 151 Гражданского кодекса РФ, часть первая которого введена в действие с ДД.ММ.ГГГГ В соответствии со ст. 5 Федерального закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", часть первая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. В силу ч. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (п. 1 ст. 54 Конституции РФ). Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 7-О, общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.Установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ признана пострадавшей от политических репрессий как дочь ФИО2, репрессированного по приговору суда Союза ССР и расстрелянного в 1941 году, реабилитированного в 1989 году. В соответствии со ст.2.1 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий" пострадавшими от политических репрессий признаются дети, супруга (супруг), родители лиц, расстрелянных или умерших в местах лишения свободы и реабилитированных посмертно. Статьей 2.1 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1761-1 в редакции, действующей на момент выдачи истцу справки о признании ее пострадавшей от политических репрессий ДД.ММ.ГГГГ, пострадавшими от политических репрессий признавались: дети, находившиеся вместе с родителями в местах лишения свободы, в ссылке, высылке, на спецпоселении; дети, оставшиеся в несовершеннолетнем возрасте без попечения одного или обоих родителей, необоснованно репрессированных по политическим мотивам; дети, супруга (супруг), родители лиц, расстрелянных или умерших в местах лишения свободы и реабилитированных посмертно. Таким образом, с учетом установленных обстоятельств истец признана пострадавшей от политических репрессий как дочь расстрелянного и реабилитированных посмертно лица. То есть обстоятельства причинения морального вреда имели место в период несовершеннолетия истца. Таким образом, право истца на денежную компенсацию морального вреда не возникло.Доводы о том, что сама истец имеет статус реабилитированного лица, поскольку ею получена справка о реабилитации, а также, что к правоотношениям подлежат применению нормы уголовно-процессуального законодательства о реабилитации, включая положения о компенсации морального вреда и принесении официальных извинений от имени государства, несостоятельны.Согласно ст.3 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий" подлежат реабилитации лица, которые по политическим мотивам были: а) осуждены за государственные и иные преступления; б) подвергнуты уголовным репрессиям по решениям органов ВЧК, ГПУ - ОГПУ, УНКВД - НКВД, МГБ, МВД, прокуратуры и их коллегий, комиссий, "особых совещаний", "двоек", "троек" и иных органов, осуществлявших судебные функции; в) подвергнуты в административном порядке ссылке, высылке, направлению на спецпоселение, привлечению к принудительному труду в условиях ограничения свободы, в том числе в "рабочих колоннах НКВД", а также иным ограничениям прав и свобод; г) необоснованно помещены по решениям судов и несудебных органов в психиатрические учреждения на принудительное лечение; д) необоснованно привлечены к уголовной ответственности и дела на них прекращены по нереабилитирующим основаниям; е) признаны социально опасными по политическим мотивам и подвергнуты лишению свободы, ссылке, высылке по решениям судов и внесудебных органов без предъявления обвинения в совершении конкретного преступления.

В соответствии с ч.2 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;

2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (ч.2.1 УПК РФ).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (ч.3 УПК РФ).

Доказательств наличия как обстоятельств, являющихся основанием для признания истца реабилитированной в соответствии со ст.3 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1761-1"О реабилитации жертв политических репрессий", так и дающих право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ, материалы дела не содержат.

Кроме того, лица, которым причинен вред в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования и которые наделяются правом возмещения этого вреда в предусмотренном главой 18 УПК РФ порядке, и лица, являющиеся жертвами политических репрессий – субъекты разных правоотношений.

Таким образом, ФИО1 как пострадавшая от политических репрессий является получателем льгот в соответствии с Законом РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий", положения которого не предусматривают в качестве форм и способов восстановления прав жертв политических репрессий компенсацию морального вреда, включая принесение официального извинения от имени государства.

На основании изложенного, исковые требования ФИО7 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Пермскому краю, прокуратуре Пермского края о возложении обязанности принести извинения, взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб. следует оставить без удовлетворения.

Оснований для отнесения на ответчиков расходов истца по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. в соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО7 отказано.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО7 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Пермскому краю, прокуратуре Пермского края о возложении обязанности принести извинения, взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня принятия мотивированного решения.

Копия верна

Председательствующий Ю.Н.Шпигарь

Мотивированное решение изготовлено 24.05.2024