Решение № 2-375/2018 2-375/2018~М-256/2018 М-256/2018 от 15 июля 2018 г. по делу № 2-375/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Черемхово 16 июля 2018 года Черемховский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Шуняевой Н.А., при секретаре Солоненко Ю.А., с участием помощника прокурора г. Черемхово Невидимовой Ю.В., истца ФИО1, представителя истца Юркиной О.Н., представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-375/2018 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЗБСМ МК-162» о компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «ЗБСМ МК-162» о компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, судебных расходов, указав в обоснование своих требований, с учетом уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ, что он находился в трудовых отношениях с ООО «ЗБСМ МК-162» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности водителя автомобиля «Белаз». ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах. Как указывает истец, он со своим напарником водителем ФИО3 около 7 час. 30 мин. ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле «<данные изъяты>, убыли к месту проведения работ- карьер (25 км автодороги Иркутск-Листвянка), управлял указанным автомобилем истец. По прибытии в карьер около 8 час., при выходе из кабины указанного автомобиля, как указывает истец, он поскользнулся и упал на правый бок. В результате чего получил закрытый субкапитальный перелом правой бедренной кости со смещением отломков. По данному факту работодателем составлен акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. В акте указано место несчастного случая - 25 км автодороги Иркутск-Листвянка. Освещенность плохая, видимость ограниченная, скользкая дорога со снегом. Комиссией не установлено нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Факт грубой неосторожности пострадавшего, нарушений им каких-либо нормативно-правовых актов, локальных актов, комиссией также не установлено. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении. Согласно медицинскому заключению ВК ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» ему выставлен диагноз: <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. <данные изъяты>. Рекомендовано санаторно-курортное лечение 1 раз в год, профиль – болезни костно-мышечной системы, медикаментозное лечение длительно, курсами. В соответствии с программой реабилитации ему выставлен заключительный диагноз <данные изъяты>

В связи с полученной травмой истец не мог трудиться, вследствие чего им утрачен заработок, который он мог бы иметь, не получив бы травму. Размер недополученного заработка за период временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составил 181308,3 руб.

В результате произошедшего несчастного случая на производстве, как указывает истец, ему причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. На протяжении длительного времени он претерпевал физические боли при проведении неоднократных оперативных вмешательств в связи с тотальным эндопротезированием правого тазобедренного сустава, смещением бедра и укорочением правой ноги на 2 см. На протяжении длительного времени он вынужден принимать лекарственные средства, которые вызывают побочные эффекты. Нравственные страдания сопровождали и будут сопровождать его всю оставшуюся жизнь, поскольку полностью его здоровье не может быть восстановлено. Находясь в трудоспособном возрасте, в связи с полученной травмой, он лишен возможности выбирать профессию и род деятельности, профессиональную подготовку и переподготовку, повышение квалификации, заниматься физической культурой и спортом, ограничен в передвижении.

В этой связи истец просил суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, утраченный заработок в размере 181308,3 руб., а также судебные расходы по оказанию юридических услуг в размере 25000 рублей. Кроме того, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу расходы на лечение в размере 134496,20 руб.

Определением Черемховского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 к ООО «ЗБСМ МК-162» о взыскании расходов на лечение выделены в отдельное производство.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении, дополнительно пояснив, что в связи с полученной травой на производстве он длительное время находился на лечении, ему проводились различные операции, вследствие чего испытывал физическую боль. В период нахождения его на лечении, у него умер отец, проживавший в другом регионе, которого он не смог проводить в последний путь. В настоящее время он вынужден передвигаться с помощью трости. В целях минимизации вредных последствий от полученной травмы, он вынужден был за свой счет оплачивать оперативное лечение, проведенное ему во внеочередном порядке, стоимость которого составила более 100000 рублей. Указанная сумма, а также дополнительные денежные средства, потраченные на восстановление его здоровья, для их семейного бюджета является существенной. Для этих целей его родственники вынуждены были оформлять кредиты, продать гараж и машину. Он проживает совместно с женой, находящейся на пенсии, получив травму, фактически он остался без средств к существованию. Находясь в трудоспособном возрасте, он стал иждивенцем своей супруги, получающую пенсию по старости. В то время как ответчик не поинтересовался его состоянием здоровья, не оказал ему ни какой материальной помощи на лечение. Просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, утраченный заработок в размере 181308,3 руб., а также судебные расходы по оказанию юридических услуг в размере 25000 рублей.

Представитель истца Юркина О.Н., действующая в порядке ч.6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении.

Представитель ответчика ООО «ЗБСМ МК-162» ФИО2, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, иск не признал, ссылаясь на то, что истцу, находившемуся на лечении в связи с полученной травмой на производстве, работодателем выплачено пособие по временной нетрудоспособности в полном объеме. Заявляя исковые требования о взыскании морального вреда, истец не указывает, в чем заключались неправомерные действия или бездействия ответчика. Комиссией расследования несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, установлено, что причиной случившегося явилась личная неосторожность потерпевшего, нарушений требований законодательства и иных нормативных актов, локальных нормативных актов комиссией не установлено. В связи с чем просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Привлеченные к участию в деле определением Черемховского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьих лица на стороне ответчика - Государственное учреждение Региональное отделение фонда социального страхования РФ по Республике Дагестан, АО «СК «СОГАЗ-Мед», будучи надлежаще извещены о времени и месте судебного заседания, в суд своих представителей не направили, просили о рассмотрении дела в их отсутствии. На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц.

В своем заключении помощник прокурора г. Черемхово Невидимова Ю.В. полагала, что требования истца к ООО «ЗБСМ МК-162» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, взыскании утраченного заработка, обоснованы. При разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда просит учесть требования разумности и справедливости, установление истцу инвалидности 3 группы и степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%.

Выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, допросив свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора г. Черемхово, исследовав представленные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Судом установлено, что ФИО1 находился в трудовых отношениях с ООО «ЗБСМ МК-162» с 01.05.2016 по профессии – водитель автомобиля Белаз 1 класса, что подтверждается трудовым договором №-тд от ДД.ММ.ГГГГ.

Из акта № о несчастном случае на производстве (форма Н-1), утвержденного ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «ЗБСМ МК-162» ФИО4, следует, что в 7.10 ДД.ММ.ГГГГг. начальник вахтового участка Листвянка-2 ФИО5 провел развод, проинструктировал работников по технике безопасности и поставил задачу ИТР и рабочим на выполнение дорожно-строительных работ на участке. Водитель ФИО1, являясь водителем-стажером, совместно с напарником водителем ФИО3 около 7.30 ДД.ММ.ГГГГг. на автомобиле «МАН», госномер №, убыли к месту проведения работ- карьер (25 км автодороги Иркутск-Листвянка). Управлял указанным автомобилем ФИО1 По прибытию в карьер около 8.00 час. они решили сменить друг друга. При выходе из кабины указанного автомобиля водитель ФИО1 поскользнулся, упал на правый бок, почувствовал боль в бедре ноги.

В пунктах 7; 8.3.; 10 названного акта указано место несчастного случая - 25 км автодороги Иркутск-Листвянка. Освещенность плохая, видимость ограниченная, скользкая дорога со снегом. Комиссией не установлено нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов комиссией не установлены, также комиссией не установлен факт грубой неосторожности пострадавшего. Причиной несчастного случая комиссией установлена: личная неосторожность пострадавшего.

В п. 8.2 акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ указано, что согласно медицинскому заключению, выданному ОГАУЗ «МЕДСАНЧАСТЬ ИАПО»: диагноз пострадавшего и код диагноза по <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легкая травма».

В то же время согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести от ДД.ММ.ГГГГ НУЗ «Дорожная клиническая больница на станции Иркутск-Пассажирский ОАО «РЖД», где истец находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и ему проведено оперативное лечение, с диагнозом по МКБ-10 - S-72,0 – закрытый субкапитальный перелом правой бедренной кости со смещением отломков, указанное повреждение здоровья в результате несчастного случая на производстве отнесено к категории тяжелой.

Согласно медицинскому заключению ВК № ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлен диагноз: Последствия производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. Рекомендуется: санаторно-курортное лечение 1 раз в год, медикаментозное лечение.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была определена временная нетрудоспособность, выданы листки нетрудоспособности № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), №, направлен в бюро СМЭ ДД.ММ.ГГГГ, дата регистрации документа СМЭ ДД.ММ.ГГГГ, освидетельствован в бюро СМЭ ДД.ММ.ГГГГ. В указанный период ФИО1 проходил, в том числе и стационарное лечение (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), в ходе которого перенес операцию: тотальное эндопротезирование правого тазобедренного сустава.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты> в связи с несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается справкой серии МСЭ-2009 №, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Бюро №.

Приказом №-л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен с работы ДД.ММ.ГГГГ на основании п. 8 части 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением.

Свидетель О.Л.И., супруга истца, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГг. муж на работе получил производственную травму - <данные изъяты>. Его доставили вначале в одну больницу, где он находился на лечении несколько дней, испытывал сильные физические боли, через каждые 2 часа ему ставили обезболивающие препараты. Но поскольку супруг нуждался в срочной операции по эндопротезированию тазобедренного сустава, но такие операции в первой больнице не делали, то они вынуждены перевезти супруга в другую железнодорожную больницу, где ему провели операцию по эндопротезированию на платной основе. Для оплаты дорогостоящего лечения супруга она вынуждена была продать машину и гараж. На протяжении месяца после операции супруг был прикован к кровати, не мог самостоятельно передвигаться. В этот же период у него умер отец, проживавший в другом регионе, муж даже не смог съездить на похороны отца. По этому поводу он также сильно переживал и нервничал.

Свидетель О.Н.Н., сын истца, пояснил в судебном заседании, что в январе 2017г. его отец получил на производстве травму, повредил ногу, от чего испытывал сильную физическую боль. В результате чего на протяжении длительного времени отец находился на стационарном и амбулаторном лечении, нуждался в постоянном постороннем уходе, который за ним осуществляли сестра и мать. Для проведения операции и проведения послеоперационного лечения, их семья вынуждена была продать машину, гараж, сестра оформила кредит в банке. При этом, работодателем никакой помощи отцу не было оказано.

Свидетель Х.О.В. в судебном заседании пояснила, что в январе 2017г. ее отец ФИО1 на рабочем месте получил производственную травму – перелом бедренной кости. Его состояние здоровья было очень тяжелое, ему срочно необходимо было провести операцию по эндопротезированию в целях сохранения ноги. Чтобы провести такую операцию без очереди, их семье пришлось оплатить ее стоимость, поэтому они вынуждены были продать машину, гараж, а также воспользоваться кредитными средствами. После операции отец долго находился в лежачем состоянии, не передвигался, был прикован к кровати, у него стали образовываться пролежни. В настоящее время отец продолжает проходить лечение, также испытывает физические боли, передвигается он только с тростью, ему установлена инвалидность. По специальности в силу своего состояния здоровья он уже не сможет работать, что причиняет ему нравственные страдания, поскольку из здорового мужчины, он превратился в инвалида.

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями. Данных о какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела нет, их показания соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

Из справок МУП «Содействие» города Черемхово от ДД.ММ.ГГГГ, УПФ РФ (ГУ) в г. Черемхово и Черемховском районе Иркутской области усматривается, что ФИО1 проживает совместно со своей супругой ФИО6, являющейся получателем страховой пенсии по старости в размере 11761,46 руб.

Право на жизнь и на охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда согласно ст. 210 Трудового кодекса РФ являются: обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников; защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ здоровье является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения. Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами.

Из положений ст. 22 Трудового кодекса РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в размере и условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В силу ст. 220 Трудового кодекса РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ст.8 п.3 абзаца 2 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда.

Абзац 2 пункта 3 статьи 8 вышеназванного закона, предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан (определение Конституционного Суда РФ от 26 января 2010 года №145-О-О).

Как установлено в судебном заседании и подтверждено исследованными письменными доказательствами, ФИО1 получил телесные повреждения в виде <данные изъяты>

Составленным работодателем актом формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ в качестве причины несчастного случая вина работодателя не указана, сделана ссылка на личную неосторожность пострадавшего.

В силу положений ст. ст. 229.2, 230 Трудового кодекса РФ если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленной по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Поскольку грубой неосторожности ФИО1, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, им не было допущено, процент его вины в акте правомерно не был отражен.

Учитывая положения ст. ст. 209, 212 Трудового кодекса РФ, именно на работодателя законодатель возложил обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, включая обеспечение: безопасности работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующих требованиям охраны труда условий труда на каждом рабочем месте; организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах; принятия мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

Из акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ видно, что в отношении рабочего места истца проведена специальная оценка условий труда, в соответствии с картой СОУТ водителя автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ оценка условий труда – класс (подкласс) -3.2.

В соответствии с актом формы Н-1 среди опасных и вредных факторов отмечены (п. 7): плохая освещенность, ограниченная видимость, скользкая дорога со снегом.

Таким образом, из материалов дела следует, что работодатель не обеспечил безопасность условий труда истца на рабочем месте, где сама деятельность представляет повышенную опасность, не создал необходимых условий для возможности исполнения истцом правил техники безопасности при выполнении трудовых обязанностей, чтобы минимизировать вероятность несчастного случая на производстве.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Таких доказательств в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ им не представлено.

При указанных обстоятельствах, оценивая представленные суду доказательства в их совокупности, с учетом императивно возложенной на работодателя обязанности по обеспечению работнику безопасных условий труда, которая в данном случае работодателем не была выполнена, суд приходит к выводу о наличии вины работодателя (бездействия) в причинении вреда здоровью истца в связи с указанным выше несчастным случаем на производстве.

Обстоятельств, при наличии которых работодатель освобождался бы от обязанности возместить вред истцу судом не установлено.

В силу положений ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.п., или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении размеров компенсации морального вреда в соответствии со ст. 151, ст. 1101 ГК РФ суд принимает во внимание степень вины ООО «ЗБСМ МК-162», а также характер и степень физических и нравственных страданий ФИО1, длительность нахождения истца на лечении в связи с полученной травмой (семь месяцев), степень утраты профессиональной трудоспособности (30%), наличие инвалидности 3 группы, необратимого последствия травмы в виде укорочения нижней конечности, в связи с чем, последний испытывает физические и нравственные страдания, лишен возможности полноценно трудиться, вести активный образ жизни.

Характер физических и нравственных страданий ФИО1 суд оценивает с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред.

В судебном заседании установлено, что коллективный договор в ООО «ЗБСМ МК-162» не заключался, работодателем выплаты истцу в счет компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью не производились.

С учетом принципов разумности и справедливости, степени вины ответчика, характера физических и нравственных страданий истца, суд полагает возможным взыскать с ООО «ЗБСМ МК-162» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Рассматривая требования истца о взыскании утраченного заработка, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, ФИО1 находился в трудовых отношениях с ООО «ЗБСМ МК-162» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по профессии – водитель автомобиля Белаз 1 класса. Трудовой договор прекращен с истцом на основании п. 8 части 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением.

Актом № о несчастном случае на производстве (форма Н-1) от ДД.ММ.ГГГГ подтвержден факт получение истцом ДД.ММ.ГГГГ производственной травмы в виде закрытого субкапитального перелома правой бедренной кости со смещением отломков. Указанная травма получена истцом по вине работодателя, не обеспечившего безопасность условий труда истца на рабочем месте.

В соответствии с ч.1 ст. 184 Трудового кодекса РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (ч.2 ст. 184 Трудового кодекса РФ).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее - Федеральный закон от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).

Субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (абз. 2 п. 2 ст. 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).

К застрахованным лицам, как следует из содержания абз. 4 п. 2 ст. 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ, относятся граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Страхователи (работодатели) обязаны уплачивать в установленные сроки в надлежащем размере страховые взносы (подпункт 2 п. 2 ст. 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ); выплачивать определенные виды страхового обеспечения застрахованным лицам при наступлении страховых случаев в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе за счет собственных средств (подпункт 6 п. 2 ст. 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).

В соответствии с подп. 2 п.1 ст. 7 указанного закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

Страховыми случаями признаются достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца, заболевание, травма, несчастный случай на производстве или профессиональное заболевание, беременность и роды, рождение ребенка (детей), уход за ребенком в возрасте до полутора лет и другие случаи, установленные федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (п. 1.1. ст. 7 названного закона).

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

В ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

Пунктом 1 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется:

1) в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

2) в виде страховых выплат:

единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти;

ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти;

3) в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая.

Пунктом 1 ст. 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ определено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 16 постановления от 10 марта 2011 г. N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» даны разъяснения о том, что за весь период временной нетрудоспособности застрахованного начиная с первого дня до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности за счет средств обязательного социального страхования выплачивается пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов его среднего заработка без каких-либо ограничений (подпункт 1 п.1 ст. 8, ст. 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ). Назначение, исчисление и выплата пособий по временной нетрудоспособности производятся в соответствии со статьями 12-15 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 213-ФЗ) в части, не противоречащей Федеральному закону от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ.

В соответствии с ч.1 ст. 13 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи).

Пособие по временной нетрудоспособности, как следует из положений ч.1 ст. 14 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ, исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).

По общему правилу, содержащемуся в ч.1 ст. 4.6 данного Закона, страхователи выплачивают страховое обеспечение застрахованным лицам в счет уплаты страховых взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Сумма страховых взносов, подлежащих перечислению страхователями в Фонд социального страхования Российской Федерации, уменьшается на сумму произведенных ими расходов на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам. Если начисленных страхователем страховых взносов недостаточно для выплаты страхового обеспечения застрахованным лицам в полном объеме, страхователь обращается за необходимыми средствами в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации (ч.2 ст. 4.6 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»).

Аналогичные положения о порядке финансового обеспечения расходов страхователей на выплату страхового обеспечения за счет средств бюджета Фонда социального страхования Российской Федерации предусмотрены в ч.2 ст. 15 Федерального закона от 24 июля 2009 г. N 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования».

При всем том Федеральным законом от 24 июня 1998 г. N 125-ФЗ и Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами. Работодатель (страхователь) в данной ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса РФ.

Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется страхователем (работодателем) по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (работника), в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Судом установлено, что в связи с полученной травмой на производстве, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был временно нетрудоспособен, что подтверждается листками нетрудоспособности № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), №, направлен в бюро СМЭ ДД.ММ.ГГГГ, дата регистрации документа СМЭ ДД.ММ.ГГГГ, освидетельствован в бюро СМЭ ДД.ММ.ГГГГ.

За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работодателем начислено пособие по временной нетрудоспособности в размере 100% его среднего заработка, который составил за указанный период в общем размере 70248 руб. 13 коп. (без вычета подоходного налога), которое полностью выплачено истцу за вычетом подоходного налога, что не оспаривалось истцом в ходе судебного разбирательства.

В судебном заседании установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец не трудился, поскольку ДД.ММ.ГГГГ был направлен на освидетельствование в бюро МСЭ, где освидетельствован ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % в связи с несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 10689,70 руб., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 10956,94 руб., что подтверждается приказом и.о. управляющего ФСС РФ по Республике Дагестан от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке-расчету, составленному ГУ РФ ФСС РФ по РД, на основании сведений представленных ООО «ЗБСМ МК-162», средний осовремененный заработок на момент установления утраты профессиональной трудоспособности при первичном освидетельствовании истца составил в размере 34261,86 руб. Размер среднего заработка истца в указанной справке представителем ответчика в судебном заседании не оспаривался, доказательств иного размера среднего размера заработной платы истца ответчиком суду не представлено.

Таким образом, исходя из среднего месячного заработка ФИО1, равного 34261,86 руб., последний за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ мог бы иметь без вычета подоходного налога заработок в общем размере 235412,14 руб. (январь 2017г. – 15473,1 руб., с февраля по июль 2017г. – 205571, 16 руб. (6 х 34261,86 руб.), август 2017г. – 14367,88 руб.).

Как видно из материалов дела, работодателем ООО «ЗБСМ МК-162» ФИО1 за период временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с трудовым увечьем начислено пособие по временной нетрудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, что составило 70248,13 руб. (без вычета подоходного налога), которое полностью выплачено истцу за минусом подоходного налога. Однако разница между размером пособия по временной нетрудоспособности и размером заработка ФИО1, который он мог иметь за период временной нетрудоспособности, составляющая 165164,01 руб. (без вычета подоходного налога) (235412,14 руб. - 70248,13 руб.=165164,01 руб.), работодателем истцу не компенсирована, что свидетельствует о неполном возмещении ответчиком утраченного ФИО1 заработка за период его временной нетрудоспособности вследствие производственной травмы. Следовательно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 165164,01 руб.

Согласно ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу п.3 ст.10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Понесенные расходы должны предполагаться разумными, пока это не опровергнуто другой стороной.

Как явствует из копии договора поручения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и адвокатом Юркиным Э.В., в лице помощника адвоката – Юркиной О.Н., доверитель поручает и обязуется оплатить, а поверенный обязуется совершить от имени и за счет доверителя следующие юридические действия: проведение юридических консультаций, сбор юридически значимых документов, составление искового заявления с расчетом суммы исковых требований, представительство в судебных заседаниях по гражданскому делу по иску ФИО1 к ООО «ЗБСМ МК-162» о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба, причиненного повреждением здоровью в связи с несчастным случаем на производстве. Вознаграждение поверенного за исполнение поручений доверителя составляет 25 000 рублей.

В подтверждение понесенных истцом ФИО1 расходов, связанных с оказанием юридических услуг, последним представлена копия квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ об оплате в адвокатский кабинет Юркин Э.В. 25000 руб.

Из материалов данного гражданского дела усматривается, что представитель истца Юркина О.Н. оказывала истцу ФИО1 следующие юридические услуги: проведение юридических консультаций, сбор юридически значимых документов, подготовка искового заявления, уточненного искового заявления, участие при подготовке дела к судебному разбирательству – ДД.ММ.ГГГГ, участие в судебных заседаниях – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая представленные доказательства, подтверждающие фактически понесенные истцом расходы, а также конкретные обстоятельства, количество судебных заседаний и их продолжительность, в которых участвовал представитель истца, с учетом принципа разумности, суд находит правильным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Следовательно, с ООО «ЗБСМ МК-162» с учетом положений ст. 333.19 НК РФ в доход бюджета муниципального образования «город Черемхово» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4803,28 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЗБСМ МК-162» о взыскании морального вреда, причиненного повреждением здоровья, утраченного заработка, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЗБСМ МК-162» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., утраченный заработок в размере 165164,01 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЗБСМ МК-162» в доход бюджета муниципального образования «город Черемхово» государственную пошлину в размере 4803 рублей 28 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд путем подачи жалобы через Черемховский городской суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: Н.А. Шуняева