Решение № 12-32/2021 от 16 июня 2021 г. по делу № 12-32/2021

Дело № г.

УИД: 05MS0№-62

Судья ФИО2


РЕШЕНИЕ

об отмене постановления по делу об административном правонарушении

17 июня 2021 года РД, <адрес>

Судья Кизлярского районного суда РД ФИО8, рассмотрев

апелляционную жалобу ИДПС полка ДПС ГИБДД МВД по РД ФИО3 на постановление от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении № в отношении ФИО1 по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л :

Постановлением мирового судьи судебного участка N <адрес> Республики Дагестан от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) в отношении ФИО1 прекращено, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В жалобе, поданной в Кизлярский районный суд Республики Дагестан, инспектор ДПС полка ГИБДД МВД по РД ФИО3 ставит вопрос об отмене постановления мирового судьи судебного участка № <адрес> РД, в связи с тем, что судом, в нарушение ст. 26.11 КоАП РФ, не были в полном объеме оценены доказательства по делу об административном правонарушении, а также не были объективно исследованы все обстоятельства дела в их совокупности, что не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Просит постановление мирового судьи отменить и принять по делу новое решение о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Инспектор ДПС полка ГИБДД МВД по РД ФИО3 в суд не явился, по неизвестной суду причине, хотя был извещен надлежащим образом.

ФИО9 будучи надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

В соответствии с п.4 ч.2 ст. 30.6 КоАП РФ выяснены причины неявки участников производства по делу и принято решение о рассмотрении жалобы в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, суд приходит к выводу о необходимости отмены постановления мирового судьи судебного участка № <адрес> и о возвращении дела на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Мировой судья, прекращая производство по делу, в связи с отсутствием состава административного правонарушения исходил из того, что материалы дела не содержат достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО9 административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ. В частности, материалами дела и показаниями лица, в отношении которого ведется производство по делу установлено, что порядок привлечения ФИО1 к административной ответственности был нарушен, поскольку при возбуждении производства по делу последнему не были разъяснены его права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ. Также был нарушен порядок его направления на медицинское освидетельствование. Так в нарушение п.7 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 475 и п. 230 Административного регламента МВД Российской Федерации исполнения государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения (Приказ МВД России от ДД.ММ.ГГГГ N 664), ФИО9 не был проинформирован о порядке освидетельствования, о характеристиках технического средства измерения, целостности клейма государственного поверителя.

Также мировой судья сослался на то, что акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения является недопустимым доказательством, так как в акте не зафиксированы сведения о согласии либо несогласии ФИО1 с результатами освидетельствования и к данному акту не приложен бумажный носитель с записью результатов исследования. Протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен с нарушением требований ч.1 ст. 27.12 КоАП РФ в отсутствие понятых, а в представленной видеозаписи не отражен факт отстранения ФИО1 от управления транспортным средством. Кроме того, в вышеуказанном протоколе не указаны основания отстранения от управления транспортным средством. Имеющийся в материалах дела протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения составлен также с нарушением требований ст. 27.12 КоАП РФ, так как в нем не указаны основания направления на медицинское освидетельствование.

Прекращая производство по делу, мировой судья сделал вывод о том, что ФИО9 в период времени вмененного ему в вину административного правонарушения, транспортным средством не управлял, транспортное средство, в котором он находился в качестве пассажира не задерживалось, имеющаяся в материалах дела видеосъемка проведения процессуальных действий не может быть использована в качестве доказательства по делу, так как невозможно установить участвующих в процессуальном действии лиц, кем производилась видеосъемка, куда скопирована и как опечатана.

Однако с такими выводами мирового судьи согласиться нельзя ввиду следующего.

Исходя из положений части 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Часть 1 статьи 12.26 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

Согласно пункту 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1090 (далее Правила дорожного движения) водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Частью 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Нормы раздела III Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 475 (далее Правила), воспроизводят указанные в части 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельства, являющиеся основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, и устанавливают порядок направления на такое освидетельствование.

В соответствии с пунктом 3 вышеуказанных Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Согласно требованиям п. 7 Правил освидетельствования, при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения должностное лицо, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, проводит отбор пробы выдыхаемого воздуха в соответствии с инструкцией по эксплуатации используемого технического средства измерения.

В пункте 230 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения (Приложение N 1 к Приказу МВД России от ДД.ММ.ГГГГ N 664) прямо предусмотрено, что перед освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения сотрудник информирует освидетельствуемого водителя транспортного средства о порядке освидетельствования с применением специального технического средства, целостности клейма государственного поверителя, наличии свидетельства о поверке или записи о поверке в паспорте технического средства измерения.

Согласно пункту 10 Правил, направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит: при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Как следует из материалов дела, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ в 03 часа 20 минут на 333км. ФАД «Астрахань-Махачкала», управляя автомобилем ВАЗ 21124, государственный регистрационный знак <***>, с признаками опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы, в нарушение требований пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации не выполнил законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела: протоколом об административном правонарушении <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в котором отражены событие правонарушения, место, время, обстоятельства его совершения и субъект, протоколом об отстранении от управления транспортным средством <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Вышеуказанные письменные доказательства согласуются с видеозаписью, которая последовательно воспроизводит события, имевшие место ДД.ММ.ГГГГ, и свидетельствует об отказе ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Так из видеозаписи, просмотренной в ходе судебного разбирательства, следует, что ФИО1 на месте остановки транспортного средства предлагалось пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с помощью измерительного прибора. От прохождения данного освидетельствования ФИО9 отказался.

Данное обстоятельство, согласно п.10 Правил, и явилось основанием для направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Тот факт, что в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения такое основание отсутствует, не является существенным процессуальным нарушением, влекущим признания вышеназванного протокола недопустимым доказательством по делу, поскольку такое подтверждено видеозаписью. Таким образом, доводы мирового судьи о нарушении порядка направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения прямо противоречат имеющимся в деле доказательствам. При этом следует обратить внимание, что предъявление технического средства измерения и свидетельства о его поверке лицам, отказавшимся от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, Правилами не предусмотрено, указанные действия подлежат совершению в ходе освидетельствования, начать которую в отсутствие добровольного согласия водителя не представляется возможным.

Мотивы решения мирового судьи о том, что в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не зафиксированы сведения о согласии либо несогласии ФИО1 с результатами освидетельствования, а в материалах дела отсутствует бумажный носитель с записью результатов исследования, не могут быть приняты во внимание. Из материалов дела, видеосъемки усматривается, что ФИО9 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отказался, в связи с чем, бумажный носитель не мог быть технически распечатан. Кроме того, в силу пункта 9 Правил, в случае отказа водителя транспортного средства от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составление акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не требуется, а, следовательно, отсутствует необходимость в наличии бумажного носителя, фиксирующего такой отказ.

Также нет оснований согласиться с суждениями мирового судьи о том, что ФИО1 сотрудниками ГИБДД не разъяснены права и обязанности, предусмотренные КоАП РФ. Согласно протоколу об административном правонарушении, ФИО1 были разъяснены права, предусмотренные статьей 51 Конституции РФ, статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, от дачи объяснений и подписания протокола он отказался, что зафиксировано инспектором ГИБДД в соответствии с требованиями ч.5 ст. 28.2 КоАП РФ. Отказ привлекаемого лица от подписания соответствующей графы протокола об административном правонарушении о разъяснении прав, предусмотренных законом, как и от подписи в самом протоколе, не свидетельствует о том, что права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП РФ и статьей 51 Конституции Российской Федерации, ему не разъяснялись. Каких-либо возражений, замечаний, в ходе видеосъемки со стороны ФИО1 не последовало.

По смыслу статьи 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и статьи 14 Международного пакта от ДД.ММ.ГГГГ "О гражданских и политических правах" лицо само определяет объем своих прав и реализует их по своему усмотрению. Отказ в силу личного волеизъявления от дачи объяснения, от подписания составленных в отношении лица, привлекаемого к ответственности, процессуальных документов и получения их копий является способом реализации по своему усмотрению процессуальных прав гражданина.

Нежелание давать объяснения, расписываться в процессуальных документах и получать их копии не относится к процессуальным нарушениям, допущенным при производстве по делу об административном правонарушении, и не может служить основанием для отмены вынесенных по делу судебных постановлений.

Кроме того, разъяснение законных прав ФИО1 должностным лицом зафиксировано на видеозаписи.

Ссылка на то, что в протоколе об отстранении от управления транспортным средством не указаны основания отстранения, не влечет признание данного протокола недопустимым доказательством. Данный документ составлен инспектором ГИБДД с соблюдением требований статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Согласно материалам дела, основанием для отстранения водителя ФИО1 от управления транспортным средством явились достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения. При этом необходимо указать, что часть 4 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, определяющая сведения, которые должны быть указаны в данном протоколе, не требует обязательного перечисления в протоколе признаков опьянения.

Отстранение от управления транспортным средством произведено после выявления у водителя ФИО1 признаков алкогольного опьянения с применением видеозаписи, о чем свидетельствуют находящиеся в материалах дела процессуальные документы. Все существенные моменты, необходимые для правильного разрешения дела, в процессуальных документах и в видеозаписи отражены.

Согласно ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные могут быть установлены не только протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, но и иными доказательствами, к которым в силу ч.2 ст. 26.2 КоАП РФ могут быть отнесены материалы фото-и киносъемки, звуко-и видеозаписи.

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Согласно части 6 статьи 25.7 КоАП РФ в случае применения видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий, за исключением личного досмотра, эти процессуальные действия совершаются в отсутствие понятых, о чем делается запись в соответствующем протоколе либо акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Изложенная в абзаце 5 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" позиция указывает на то, что при оценке видеозаписи на предмет ее достоверности и допустимости необходимо учитывать ее непрерывность, полноту (обеспечивающую в том числе визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи) и последовательность, а также соотносимость с местом и временем совершения административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах.

Из содержащихся в материалах настоящего дела об административном правонарушении процессуальных протоколов усматривается, что при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 понятые отсутствовали, однако процедура применения мер принуждения фиксировалась на видеозапись, которая была приложена к материалам дела об административном правонарушении при направлении дела в суд.

Исследование данной видеозаписи показало, что она получена в соответствии с требованиями закона, отвечает требованиям относимости, достоверности и допустимости доказательств, последовательно воспроизводит события, имевшие место ДД.ММ.ГГГГ. Оснований для признания видеозаписи недопустимым доказательством у мирового судьи не имелось. Отсутствие информации о техническом средстве, на которое производилась видеозапись, а также лице, ее производившем, не влечет признание видеозаписи недопустимым доказательством, поскольку законом не предусмотрены какие-либо определенные требования к записывающему видеоустройству и его оператору. Из приложенного к материалам дела СД-диска с видеозаписью процедуры составления административного материала следует, что запись хорошего качества, звук четкий, лица и голоса отчетливо видны и слышны.

Вывод мирового судьи о том, что ФИО9 не является субъектом правонарушения, так как транспортным средством не управлял и транспортное средство не задерживалось, сделан преждевременно, в судебное заседание ни свидетель ФИО4, ни сотрудник ДПС ФИО5 не вызывались и не допрашивались. При этом в основу решения положены лишь показания лица, привлекаемого к административной ответственности и свидетеля ФИО6, являющейся родственницей ФИО1

В обоснование освобождения ФИО1 от административной ответственности мировой судья также указал на то, что протокол о задержании транспортного средства подлежит исключению из числа доказательств, поскольку транспортное средство не задерживалось.

Между тем, состав правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ образуют действия, выразившиеся в невыполнение водителем транспортного средства законного требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. В этой связи довод в постановлении мирового судьи о том, что транспортное средство не задерживалось, безотносителен к существу рассматриваемого правонарушения. Тем не менее, в материалах дела имеется расписка о том, что транспортное средство передано трезвому водителю – ФИО7

Нельзя признать состоятельной ссылку на нарушение сотрудниками ГИБДД требований Административного регламента, поскольку порядок производства по делам об административных правонарушениях установлен нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и в данном случае нарушен не был.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств должны быть установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Вопреки данным предписаниям закона, приведенные выше суждения позволяют сделать вывод о том, что требования о всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, мировым судьей не выполнены, положенные в основу состоявшегося постановления от ДД.ММ.ГГГГ суждения противоречат материалам дела и вышеуказанным требованиям законодательства об административных правонарушениях.

Поскольку существенное нарушение процессуальных требований не позволило суду в данном случае всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, судебное решение не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене.

Таким образом, выводы, приведенные в постановлении мирового судьи, являются неправильными, оснований для прекращения производства по делу по мотивам, указанным судьей, в том числе со ссылкой на отсутствие состава правонарушения, не имелось.

Учитывая, что предусмотренный ст. 4.5 КоАП РФ годичный срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ не истек, дело подлежит направлению судье, правомочному его рассмотреть.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить допущенное нарушение закона, и принять по делу законное и обоснованное решение.

Основываясь на изложенном, руководствуясь ст. 30.17 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л :

Жалобу инспектора ИДПС полка ДПС ГИБДД МВД по РД ФИО3 на постановление от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении № в отношении ФИО1 по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка № <адрес> РД ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в отношении ФИО1 - отменить.

Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

Федеральный судья ФИО8