Решение № 2-909/2018 2-909/2018 ~ М-715/2018 М-715/2018 от 27 июня 2019 г. по делу № 2-909/2018

Дело № 2-909/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю.,

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием прокурора – Ильинской Е.В.,

истца – ФИО1,

представителя ответчика – Публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО2, действующей на основании доверенности № от 10.03.2017г., сроком действия до 27.06.2019г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске Кемеровской области

«08» июня 2018 года

гражданское дело по иску

ФИО1

к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России»

о взыскании компенсации морального вреда, убытков, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в Киселёвский городской суд с иском к ответчику – Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее по тексту – ПАО «Сбербанк России») о взыскании компенсации морального вреда, убытков, судебных расходов, ссылаясь на следующие обстоятельства.

27 января 2018 года в 12 часов 38 минут, при выходе из отделения № ПАО «Сбербанк России», расположенного в <адрес>, истец <данные изъяты>, когда открывала входную дверь, в результате чего получила <данные изъяты>, что квалифицируется как легкий вред здоровью. В тот же день истец обратилась в травмпункт Центральной городской больницы г.Киселёвска, где была оказана первая медицинская помощь, в том числе <данные изъяты>. Для лечения и <данные изъяты> истец приобрела лекарственные препараты и перевязочные материалы на общую сумму 1059 рублей, однако, чеки не были сохранены. По данному факту истец обращалась в отдел полиции «Афонино» ОМВД России по городу Киселёвску, где было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации и рекомендовано обратиться к мировому судье. Мировой судья отказал в принятии заявления частного обвинения, поскольку вред здоровью причинен юридическим лицом, в результате несоблюдения ответчиком требований по обеспечению безопасной эксплуатации зданий.

В день получения травмы истец направила ответчику письменную претензию, которая оставлена без удовлетворения.

Ссылаясь на физические и нравственные страдания вследствие вышеназванной травмы, просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, убытки в виде расходов на лекарства в размере 1059 рублей и расходы по оплате юридических услуг в размере 5500 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные требования по изложенным в иске доводам. Дополнительно пояснила, что в момент получения травмы она находилась одна, её муж с ребенком ждали её в машине около отделения Сбербанка. Она сняла деньги в банкомате и направилась к входной двери, в руке держала кошелек. Входная пластиковая дверь, которая не закрывается на замок, так как ведет к отделению с банкоматами, работающими в круглосуточном режиме, была разбита изнутри, осколки стекла торчали по периметру стеклопакета. Она видела, что дверь разбита, потому старалась взяться за пластиковую ручку при открывании двери, но, видимо, <данные изъяты>. В момент получения травмы <данные изъяты> она боли не почувствовала и не увидела <данные изъяты>, а когда вышла на улицу и направлялась к машине, а впоследствии села в машине за руль, <данные изъяты> увидела, что <данные изъяты>. Она поняла, что <данные изъяты> при открывании двери, рассказала об этом супругу. Они поехали в аптеку, купили пластырь, по дороге встретили знакомую К., которая посоветовала ехать в больницу и <данные изъяты>. Они поехали в больницу, там на <данные изъяты>, рекомендовали <данные изъяты> регулярно и не <данные изъяты>. Поскольку на работе в тот момент она замещала руководителя, то от больничного листа отказалась, перевязки делала сама. Старалась <данные изъяты>, хотя это было сложно, с учетом необходимости выполнения всей работы по дому и ухода за малолетним ребенком. Сразу после больницы, в тот же день, она вернулась в отделение Сбербанка и сфотографировала входную дверь. Вечером того же дня направила ответчику претензию и снимки. 05.02.2018г. ей пришло смс-сообщение от Сбербанка с извинениями относительно сложившейся ситуации, уведомлением о повреждении входной двери неизвестными лицами на новогодних праздниках (04.01.2018г.) и установке новой входной двери 29.01.2018г. Её денежные требования были оставлены ответчиком без удовлетворения. Тогда она обратилась в отдел полиции, прошла судебно-медицинскую экспертизу, впоследствии обратилась к мировому судье. Ей было везде отказано в принятии заявления или возбуждении уголовного дела, в связи с чем обратилась в суд. Не считает свои действия неосновательным обогащением, сумма морального вреда не является значительной. Удовлетворение её требований является принципиальной позицией, поскольку полагает, что в данной ситуации ответчик не должен оставаться безнаказанным за свое виновное бездействие.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск (л.д.46-47). Считает, что представленные истцом доказательства не свидетельствуют и не подтверждают вину ответчика в причинении вреда здоровью истца. Так, при просмотре видеозаписи с ВСП № по адресу <адрес>, а именно – места входа граждан в помещение ВСП у входной двери (дата и время записи 27.01.2018г., 12 часов 38 минут) не установлен факт получения <данные изъяты> ФИО1 Видеозаписью фиксируется и не оспаривается истцом, что истец, выходя из здания отделения банка, обычным движением руки открывает дверь, у двери не останавливается, обычным шагом идет к своей машине. Установить непосредственное прикосновение <данные изъяты>, исходя из данной видеозаписи, невозможно. Поведение истца при выходе из помещения банка не свидетельствует о получении какой-либо <данные изъяты>, тем более учитывая пояснения истца о том, что <данные изъяты>. Исходя из представленных истцом фотографий входной двери, ручка двери находится на значительном расстоянии от места, где расположен стеклопакет двери, в частности, от оставшихся в двери осколков стекла. Около ручки двери имеется минимальное количество осколков стекла, оставшихся в двери. Таким образом, сложно предположить, каким образом истец открывала входную дверь, если видела и знала, что она разбита; какие меры предосторожности приняла для того, чтобы разумно избежать причинения себе вреда. По заключению судебно-медицинской экспертизы, в связи с недостаточным описанием морфологических свойств <данные изъяты> в медицинских документах, невозможно установить конкретный механизм образования данной <данные изъяты>, по этой же причине нельзя ответить на вопрос – возможно ли образование данной <данные изъяты> в результате <данные изъяты>. Сотрудниками полиции по результатам проверки по заявлению истца вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором указано, что ФИО1 причинила сама себе телесные повреждения по неосторожности, при выходе из отделения Сбербанка. При осмотре двери сотрудниками полиции 09.02.2018г. никаких повреждений двери не зафиксировано. Таким образом, все обстоятельства причинения вреда здоровью истца установлены только со слов самой пострадавшей. Свидетели очевидцами получения истцом травмы не являлись, о случившемся знают со слов истца. Также представитель ответчика не согласна с доводами истца о бездействии банка относительно установки входной двери. Входная дверь в отделение № была разбита неизвестными лицами 04.01.2018г., вследствие чего банк обратился в отдел полиции «Афонино» ОМВД России по городу Киселёвску с заявлением от 05.01.2018г., что подтверждается талоном-уведомлением. После окончания новогодних каникул, 10.01.2018г. ООО «Профальянс» (организация, с которой банком заключен договор на оказание услуг по содержанию и обслуживанию зданий и помещений Кемеровского отделения № ПАО «Сбербанк России») с целью замены разбитой входной двери заказало новый стеклопакет в ООО «Меридиан», но в связи с низкой температурой на улице длительное время новый стеклопакет не был доставлен. 25.01.2018г. ООО «Меридиан» уведомило банк о том, что монтажные работы приостановлены по причине низких температур воздуха. 31.01.2018г. стеклопакет был доставлен в г.Киселёвск, но был поврежден, повторно новая дверь была привезена 07.02.2018г. и в тот же день установлена. Таким образом, банк принял все необходимые активные действия для того, чтобы устранить повреждения двери, заказать и установить новую дверь.

Прокурор Ильинская Е.В. в своем заключении ссылается на обоснованность заявленных истцом требований, просит удовлетворить требования истца о взыскании компенсации морального вреда, в удовлетворении остальной части требований отказать в связи с их недоказанностью.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из способов защиты гражданских прав является взыскание компенсации морального вреда.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Моральный вред, в соответствии со ст.151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, определен как физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Более подробное понятие морального вреда дается в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в котором говорится, что под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Положения пункта 1 статьи 7 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» предусматривают право потребителя на то, чтобы услуга при обычных условиях использования была безопасна для жизни и здоровья потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

Согласно пункту 1 статьи 14 указанного Закона вред, причиненный здоровью потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков услуги, подлежит возмещению в полном объеме.

Аналогичные положения содержатся в ст.1095 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял ли потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

При этом, в соответствии со статьей 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 5 статьи 14 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 года №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

Из приведенных норм права следует, что исполнитель обязан обеспечить безопасность услуги в процессе ее оказания потребителю, и он отвечает за вред, причиненный здоровью потребителя, вследствие недостатков услуги, если не докажет, что данный вред здоровью возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования предоставляемой услугой.

По смыслу указанной нормы обязательство по возмещению вреда возникает независимо от вины причинителя, то есть для возникновения соответствующего обязательства достаточно наличия вреда у потерпевшего и причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и возникшим у потерпевшего вредом.

В судебном заседании установлено, что 27 января 2018 года в 12 часов 38 минут истец ФИО1 получила телесные повреждения <данные изъяты>, расположенного во входной двери, при выходе из отделения № ПАО «Сбербанк России», расположенного в городе Киселёвске <адрес>.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями истца ФИО1, логичными и последовательными, с момента направления претензии ответчику и последующих объяснений в отделении полиции, и до момента дачи показаний в суде.

Доводы истца подтверждены показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей: Е., супруга ФИО1, который узнал об обстоятельствах получения травмы непосредственно от истца сразу после случившегося, когда истец вернулась из отделения банка в автомобиль; К., знакомой истца, которая встретила ФИО1 в день получения травмы, знала о случившемся со слов пострадавшей и рекомендовала истцу обратиться в больницу за получением квалифицированной медицинской помощи.

Доводы истца об обращении в тот же день за медицинской помощью и <данные изъяты> подтверждаются медицинской справкой от 27.01.2018г., а сведения о <данные изъяты> подтверждаются справкой из медицинского учреждения от 05.02.2018г. (л.д.6).

При обращении в больницу 27.01.2018г. в 13 часов 40 минут, то есть непосредственно после получения трамы, истец сообщила об обстоятельствах получения травмы следующим образом: «около 12-45 в Сбербанке <данные изъяты>», что отражено в медицинской карте пациента ФИО1 (л.д.26).

В своем заявлении в отдел полиции от 07.02.2018г. истец сообщила о случившемся так же, как и в судебном заседании (л.д.7).

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.02.2018г. следует, что ФИО1 получила травму правой кисти при обстоятельствах, указываемых ею в исковом заявлении (л.д.34).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы от 26.02.2018г. следует, что ФИО1 была причинена <данные изъяты>. Однако, в связи с недостаточным описанием морфологических свойств <данные изъяты> в медицинских документах, невозможно установить конкретный механизм причинения данной <данные изъяты>. По этой же причине нельзя ответить на вопрос «возможно ли образование данной <данные изъяты> в результате <данные изъяты>». Имевшаяся <данные изъяты> могла образоваться от однократного воздействия травмирующего предмета, незадолго до обращения за медицинской помощью, квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до 3-х недель (л.д.27).

Кроме того, в судебном заседании была воспроизведена видеозапись с места событий, а именно: с камер наблюдения у места входа граждан в помещение ВСП № по адресу <адрес>, у входной двери; а также прилегающей к отделению территории со стороны улицы (дата и время записи 27.01.2018г., 12 часов 38 минут). При этом установлено, что в момент открывания входной двери истец не останавливается (что согласуется с показаниями истца о том, что она не сразу обнаружила травму), а при передвижении по улице к своей машине истец поднимает правую руку и смотрит на нее.

По мнению суда, истцом представлены допустимые и достоверные доказательства факта получения травмы при открывании входной двери на выходе из отделения № ПАО «Сбербанк России», расположенного в городе Киселёвске <адрес>.

Несмотря на отсутствие непосредственных очевидцев происшествия, у суда не осталось сомнений, с учетом анализа всех доказательств в совокупности, что травма получена истцом именно при тех обстоятельствах, которые изложены в исковом заявлении и заявлении в полицию.

Данное обстоятельство позволяет сделать вывод, что вред здоровью истца причинен по вине ответчика, не принявшего меры по обеспечению безопасности людей в помещении отделения Сбербанка, не осуществившего содержание помещения в надлежащем состоянии, исключающем возможность получения посетителями банка травм от осколков стекла во входной двери.

Довод представителя ответчика об обязанности истца представить доказательства в подтверждение вины ответчика является несостоятельным.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При этом, в соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 28.05.2009г. №581-О-О положение пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан.

Таким образом, ссылаясь на отсутствие вины в причинении вреда здоровью ФИО1, ответчик обязан был представить доказательства в подтверждение данного факта. Таких доказательств суду не представлено.

Необоснованными являются и доводы представителя ответчика о том, что истец ФИО1, зная о разбитой двери, не предприняла мер предосторожности с целью избежать причинения вреда здоровью.

В данной ситуации меры предосторожности должен был соблюдать сам ответчик, который, зная о наличии разбитой двери и наличии осколков в стеклопакете еще 04.01.2018г., не предпринял мер к скорейшей замене двери, а в случае невозможности выполнения работ по замене двери в силу погодных условий, не приостановил деятельность отделения Сбербанка, допустил обычную эксплуатацию входной двери посетителями банка, подвергая опасности жизнь и здоровье большого количества людей, пользующихся услугами банка. Как установлено судом и не оспаривается представителем ответчика, банк не предпринимал никаких мер к оповещению посетителей банка об опасности в виде разбитой двери, не размещал соответствующие объявления, не принял мер к закрыванию участков разбитой двери или хотя бы удалению всех осколков стекла из разбитого стеклопакета. При изложенных обстоятельствах не имеют логического аспекта и правового значения доводы представителя ответчика о том, на каком расстоянии от ручки входной двери находились осколки стекла, количество этих осколков и т.д.

Отказ в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации по заявлению ФИО1 не свидетельствует об отсутствии правовых оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности за причинение вреда здоровью истца.

Доводы представителя ответчика о том, что на момент осмотра 09.02.2018г. сотрудниками полиции входная дверь повреждений не имела, подтверждают лишь то обстоятельство, что на указанную дату входная дверь была заменена, что подтверждается и документами о замене двери, представленными стороной ответчика (л.д.49-61). Доводы истца указанные обстоятельства не опровергают. Представителем ответчика не оспаривается, что на момент получения истцом травмы входная дверь в отделение Сбербанка находилась именно в том состоянии, в каком она изображена на представленных истцом в материалы дела фотографиях (л.д.5, 43-45).

Из приведенных выше фактических обстоятельств дела следует, что вред здоровью истца был причинен в результате ненадлежащего обеспечения ответчиком безопасности предоставляемой услуги, поскольку ответчик не принял должных мер безопасности, не содержал должным образом помещение отделения Сбербанка и не принял меры для безопасного передвижения посетителей.

В соответствии с п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца, в том числе его возраст и состояние здоровья, степень вины ответчика, длительного характера неисполнения законных требований, требования разумности и справедливости.

В соответствии с ч.1 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Умысла либо грубой неосторожности в действиях потерпевшей ФИО1 судом не установлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что в результате полученных телесных повреждений истцу был причинен моральный вред, обусловленный пережитыми в результате получения травмы нравственными и физическими страданиями, повлекшими за собой изменение привычного уклада и образа жизни. В результате получения <данные изъяты> истец длительное время не могла вести привычный образ жизни, выполнять работу по дому, <данные изъяты>, не могла в полной мере осуществлять уход за малолетним ребенком.

Также суд учитывает поведение ответчика, который не ответил на претензию, не возместил вред в добровольном порядке, что явилось причиной для обращения истца в суд за защитой нарушенных прав.

С учётом характера нарушенных прав истца, объёма причиненных истцу нравственных страданий, характера полученных истцом телесных повреждений, продолжительности лечения, а также исходя из того, что компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, учитывая индивидуальные особенности истца, требования разумности и справедливости, суд полагает возможным исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в полном объёме, взыскав в её пользу с ответчика 20000 рублей.

По мнению суда, указанный размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Убытки истца в виде расходов на лекарственные препараты и перевязочные материалы в размере 1059 рублей ничем не подтверждены, а потому, при условии оспаривания данных требований ответчиком, возмещению за счет ответчика не подлежат.

Расходы на представителя в размере 5500 рублей должным образом не подтверждены, поскольку из представленного в материалы дела договора на оказание юридических услуг (л.д.41-42) не представляется возможным определить, по какому делу эти услуги оказаны. Из содержания предмета договора следует, что истцом оплачены правовые услуги за составление заявления в полицию, составление заявления в порядке частного обвинения, что к рассматриваемому делу отношения не имеет.

При этом суд считает необходимым отметить, что требование о взыскании понесенных по делу судебных расходов может быть заявлено стороной на любой стадии гражданского процесса, в том числе и после вступления решения в законную силу, в связи с чем истец не лишена права в дальнейшем повторно обратиться в суд с указанным требованием, подтвердив несение данных расходов надлежащим образом.

Согласно ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец ФИО1 при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, то по требованию о взыскании компенсации морального вреда (требование неимущественного характера) государственная пошлина в размере 300 рублей должна быть взыскана с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Публичного акционерного общества «Сбербанк России» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Сбербанк России» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о взыскании расходов на лекарства в размере 1059 рублей и расходов по оплате юридических услуг в размере 5500 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 13 июня 2018 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.