Решение № 2-1098/2017 2-1098/2017~М-1012/2017 М-1012/2017 от 27 июля 2017 г. по делу № 2-1098/2017

Дело № 2- 1098/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 июля 2017 года г.Новотроицк

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Этмановой Т.Е., при секретаре судебного заседания Фроловой Н.В., с участием старшего помощника прокурора города Новотроицка Сычевой Е.А., истца ФИО1, представителя ответчика – ФИО2, представителя третьего лица ООО «ПромТЭК» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Уральская Сталь» о компенсации морального вреда причиненного повреждением здоровья,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в размере 1500000 руб.

Заявленные требования мотивированы тем, что 02.06.2014 ФИО1, выполняя свои трудовые обязанности <данные изъяты> ОАО «Уральская Сталь» в результате несчастного случая на производстве получил телесные повреждения, которые квалифицированы как тяжкий вред здоровью. Повреждением здоровья истцу причинен моральный вред. По результатам расследования несчастного случая на производстве была установлена вина ответчика.

Определением от 11.07.2017 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ОАО «СОГАЗ», ООО «ПромТЭК».

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении иска настаивал, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб., дал суду пояснения, аналогичные доводам иска. Дополнительно пояснил, что после получения телесных повреждений в результате несчастного случая на производстве он около месяца находился на стационарном лечении, и более 7 месяцев находился на амбулаторном лечении. Первоначально ему до июня 2015 года была установлена 70% утрата трудоспособности и <данные изъяты> группа инвалидности. С июня 2015 года была определена утрата трудоспособности 40%, с декабря 2015 года по настоящее время ему установлена 30 % утрата трудоспособности. В настоящее время он работает в прежней должности, инвалидности не имеет. Компенсацию морального вреда работодатель обещал выплатить, однако до настоящего времени моральный вред не компенсирован. Просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Уральская сталь» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, просила в иске отказать в полном объеме. Суду пояснила, что работодателем истцу была оказана материальная помощь: на организацию санаторно-курортного лечения, выплачена премия, также истцу страховой компанией была произведена страховая выплата в размере 1400000 руб. в рамках страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта. Соглашение о компенсации морального вреда не заключалось. Считает, что оснований для взыскания с ответчика заявленной суммы компенсации морального вреда нет, поскольку истец в настоящий момент является трудоспособным лицом, инвалидность истцу не установлена, он продолжает работать на предприятии. Кроме того, из акта о несчастном случае на производстве следует, что в произошедшем несчастном случае установлена также вина работников ООО «ПромТЭК». Просит в иске отказать.

Представитель третьего лица ООО «ПромТЭК» ФИО3 в судебном заседании оставил решение по делу на усмотрение суда.

Представитель третьего лица ОАО «СОГАЗ» в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Суд, заслушав истца, представителя ответчика и третьего лица, заключение старшего помощника прокурора города Новотроицка Сычевой Е.А., полагавшей необходимым требования иска о компенсации морального вреда удовлетворить частично с учетом требований разумности и справедливости, приходит к следующему.

Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья3). Обязательность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье25 Всеобщей декларации прав человека и статье11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи2 и 7, часть1статьи20, статья41 Конституции Российской Федерации).

В силу ст.ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, икомпенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 212 ТК РФобязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе, безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

Абзацем 8 ст. 220 ТК РФ установлено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Судом установлено, что истец состоит в трудовых отношениях с АО «Уральская Сталь» в должности <данные изъяты>.

02.06.2014 в 14 часов 40 мин. в коксовом цехе № 1 Коксохимического производства АО «Уральская Сталь» произошел несчастный случай на производстве с несколькими пострадавшими, в том числе с пострадавшим ФИО1, в результате которого он получил телесные повреждения в виде: <данные изъяты>, который относятся к категории тяжелых.

Согласно материалами дела ФИО1 со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил стационарное лечение <данные изъяты>, в последующем на протяжении периода более семи месяцев находился на амбулаторном лечении, проходил курсы восстановительного и санаторно-курортного лечения в результате травмы, полученной на производстве, испытывал постоянную физическую боль, первоначально при освидетельствовании медико-социальной экспертной комиссией установлена утрата трудоспособности в размере 70 % и 2 группа инвалидности на срок 6 месяцев, при переосвидетельствовании в июне 2015 года медико-социальной экспертной комиссией установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40 % без установления группы инвалидности, в результате очередного переосвидетельствования 26.12.2016 установлено 30% утраты трудоспособности на срок до 01.01.2018, группы инвалидности в настоящее время у ФИО1 не имеется.

По фактунесчастного случая на производстве составлен акт формы Н-1 от 26.06.2014 № 7, согласно которому причиной несчастного случая на производстве явилось отклонение от проектного положения в виде деформации отдельных элементов металлоконструкции пространственной фермы моста газопровода коксовой батареи № 1 коксового цеха № 1, в результате температурных воздействий с последующим его обрушением. Сопутствующие причины, выразившиеся в неудовлетворительной организации безопасного производства работ при проведении ремонтных работ на мосту газопровода коксовой батареи № 1 коксового цеха № 1: допуск обслуживающего и ремонтного персонала на проведение обслуживания технологического оборудования на мосту газопровода при его неудовлетворительном техническом состоянии; отсутствие проектного решения по защите металлоконструкций фермы моста газопровода от длительного теплового воздействия в течение срока эксплуатации при особенностях технологического процесса получения кокса; некачественное проведение экспертного обследования коксовой батареи при отсутствии документально подтвержденных исследований в заключении экспертизы промышленной безопасности; не осуществление контроля за технически правильной эксплуатацией оборудования и координацией работы коксового цеха № 1; не обеспечение безопасной организации работ на участке коксового цеха № 1; не обеспечение прекращения работы, угрожающей опасностью для жизни; не обеспечение содержания агрегатов и сооружений в исправном состоянии, не проведение работы по созданию безопасных условий труда, соблюдению правил охраны труда персоналом цеха; не организована безаварийная работа оборудования; не осуществление контроля за безопасной организацией работ повышенной опасности.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются Р.С.В.. – начальник КЦ №1 КХП ОАО «Уральская Сталь», - не осуществлял контроль за технически правильной эксплуатацией оборудования и координацией работы в структурных подразделениях цеха; Л.В.Н.. – начальник КХП ОАО «Уральская Сталь», не обеспечил прекращение работы, угрожающей опасностью для жизни; Б.Е.Б.. – мастер, занятый на горячих участках работ КЦ № 1 КХП ОАО «Уральская Сталь», - не обеспечил безопасную организацию работ на участке; Л.О.В.. – заместитель начальника КЦ №1 КХП ОАО «Уральская Сталь», - не обеспечил содержание агрегатов и сооружений в исправном состоянии, не провел работу по созданию безопасных условий труда, соблюдению правил охраны труда персоналом цеха; А.А.В.. – заместитель начальника КХП ОАО «Уральская Сталь» - не организовал безаварийную работу оборудования; А.Л.А.. – помощник начальника КХП ОАО «Уральская Сталь» по промышленной безопасности, - не осуществляла контроль за безопасной организацией работ по повышенной опасности; Т.С.А.. – генеральный директор ООО «ПромТЭК» - выдал заключение экспертизы промышленной безопасности, которое содержало формальные выводы о техническом состоянии моста газопровода без подтвержденных инструментальных обследованиях; Д.Д.Н.. и Г.А.Г.. – эксперты ООО «ПромТЭК» - выдали заключение экспертизы промышленной безопасности, которое содержало формальные выводы о техническом состоянии моста газопровода без подтвержденных инструментальных обследований.

В соответствии с п. 10.10 Акта юридическое лицо ОАО «Уральская Сталь» не обеспечило безопасное производство работ на опасном производственном объекте. Нарушено требование ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

Положениями ст. 237 ТК РФ определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из разъяснения, содержащегося в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу части 8 статьи 229.2 ТК РФ степень вины застрахованного устанавливается в процентах только, если грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличениювреда, причиненного его здоровью.

Трудовым и иным законодательством не предусмотрено установление вины работодателя в процентном отношении, поскольку работодатель в силу части 2 статьи 22 и статьи 212 ТК РФ обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников средствами индивидуальной защиты, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей.

Моральный вред заключается в физических и нравственных страданиях потерпевшего ФИО1, вызванных физической болью, переживаниями от происшедшего события и наступивших последствий, невозможностью вести активный образ жизни. В связи с полученной травмы истец испытывал и испытывает страдания. Этот факт является очевидным, общеизвестным и не подлежит доказыванию.

Из материалов дела следует, что при расследовании несчастного случая установлены причины несчастного случая, в качестве которых не указано на нарушение работником ФИО1 трудового распорядка и дисциплины труда.

Из акта о несчастном случае на производстве не следует, что в действиях ФИО1 имелась грубая неосторожность. Указанные акты подписаны уполномоченным представителем работодателя и с его стороны в указанной части не оспорены.

Таким образом, суд не соглашается с доводами представителя работодателя о том, что исходя из обстоятельств произошедшего события, имеет место не только вина работодателя.

Доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для взыскания с АО «Уральская Сталь» суммы компенсации морального вреда в пользу ФИО1 с учетом полученных истцом ранее денежных средств, суд признает несостоятельными, поскольку из представленных со стороны ответчика документов следует, что сумма, выплаченная истцу по приказу от 27.06.2014 № 735кв в размере 11600 руб. является премией, начисленной за выполнение особо важной работы. В соответствии с приказом от 13.11.2014 №1150кв для организации санаторно-курортного лечения ФИО1 выплачена сумма в размере 25000 руб. Указанные суммы не могут быть приняты судом в качестве компенсации морального вреда потерпевшему.

Доказательств компенсации морального вреда ФИО1 ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено. Соглашение о компенсации морального вреда между работодателем и работником не заключалось.

При этом сумма, полученная истцом от страховой компании АО «СОГАЗ» за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте не является суммой выплаченной за счет средств работодателя и не может признаваться или приниматься в зачет суммы компенсации морального вреда, которую просит взыскать истец с ответчика как с виновника произошедшей аварии на производстве.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011г. №2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в п. 7 гласит, что следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998г. №125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.

Федеральный закон от 27 июля 2010г. №225-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте" (с изменениями и дополнениями) п. 4 ст. 8 предусматривает, что по договору обязательного страхования страховщик не возмещает убытки, являющиеся упущенной выгодой, в том числе связанные с утратой товарной стоимости имущества, а также моральный вред.

Довод представителя ответчика о том, что установлена частичная вина работодателя, поскольку имеется вина работников ООО «ПромТЭК», в связи с чем, компенсация вреда не подлежит взысканию с ответчика, суд признает необоснованной, поскольку потерпевший ФИО1 является работником АО «Уральская Сталь» и именно работодателем ему не обеспечены безопасные условия труда при выполнении им трудовых обязанностей. АО «Уральская Сталь» кроме того, является собственником опасного производственного объекта – коксового цеха № 1, и в силу ст. 1079 ГК РФ, именно на него возложена обязанность компенсации морального вреда потерпевшему. При этом АО «Уральская Сталь» не лишено права регрессного требования к иным лицам, виновным в произошедшем несчастном случае.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Оценивая представленные в деле доказательства, принимая во внимание характер физических и нравственных страданий ФИО1 по поводу состояния своего здоровья, наступления возможных неблагоприятных последствий для здоровья, поскольку в результате травмы ему причинен тяжкий вред здоровью; тот факт, что истец длительное время находился на лечении, испытывал физическую боль, в настоящее время испытывает боли <данные изъяты>, что подтверждено им в судебном заседании, принимая во внимание возраст и семейное положение истца, учитывая принципы разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения истца, а также индивидуальные особенности потерпевшего (ст. 1100 ГК РФ), принимая во внимание, то, что то к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), кроме того, право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Возможность уменьшения размера возмещения вреда допускается только с учетом имущественного положения гражданина (п. 3 ст.1083 ГК РФ), в то время как ответчик является юридическим лицом.

На основании изложенного требования истца подлежат частичному удовлетворению.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика АО «Уральская Сталь» подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования г. Новотроицк в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Уральская Сталь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300000 руб.

В удовлетворении иска в остальной части ФИО1 отказать.

Взыскать с акционерного общества «Уральская Сталь» в доход бюджета муниципального образования город Новотроицк государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано и опротестовано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Новотроицкий городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: Т.Е. Этманова

Мотивированное решение составлено 02 августа 2017 года

Судья Т.Е. Этманова ФИО4 судья Т.Е. Этманова 03.08.2017 года