Приговор № 1-112/2017 от 22 июня 2017 г. по делу № 1-112/2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Железногорск-Илимский 23 июня 2017 года

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Петровой Т.А., при секретаре Васильеве А.С., с участием государственного обвинителя: помощника прокурора Н-Илимского района Карпуковой Н.А., потерпевшей В., подсудимого ФИО1, его защитника в лице адвоката Паздникова Т.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-112-17 в отношении

ФИО1, ***, судимого *** *** районным судом *** по ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершил убийство при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах:

В период времени с *** *** до *** *** ФИО1 находился в квартире, расположенной по адресу: ***, где совместно с Ф. распивал спиртные напитки. В ходе распития спиртного между ФИО1 и Ф. произошла ссора, в ходе которой Ф. схватил ФИО1 за шею и стал сдавливать ее, перекрывая ФИО1 доступ воздуха, причинив ему телесные повреждения в виде ссадин на передней поверхности шеи справа (2). Освободившись от захвата Ф., ФИО1, не воспринимая действия Ф. как угрозу жизни и здоровью, продолжил сидеть на табуретке в кухне квартиры Ф., употребил спиртное. В этом момент Ф., находившийся сзади ФИО1, ударил его не установленным следствием предметом в левую височную область головы, отчего ФИО1 упал на пол, но телесных повреждений не получил. Когда ФИО1 стал подниматься на ноги, Ф. нанес ему несколько ударов в спину, причинив ему телесные повреждения в виде ссадин в правой лопаточной области (1), на задней поверхности правого предплечья (1), которые оцениваются как не причинившие вреда здоровью.

В ответ на умышленные противоправные действия Ф. ФИО1 вооружился лежавшим на столе кухонного гарнитура ножом, которым умышленно, явно превышая пределы необходимой обороны, желая своими действиями пресечь действия Ф., не смотря на то, что они в тот момент не представляли опасности для жизни и здоровья ФИО1, осознавая, что его (ФИО1) действия явно не соответствуют характеру и степени общественной опасности посягательства со стороны Ф. и являются явно чрезмерными, предвидя явное несоответствие между действиями, которыми угрожал нападавший Ф., и лишением его жизни в результате оборонительных действий, между способами и средствами защиты с одной стороны и способами и средствами нападения - с другой, а также между интенсивностью защиты и нападения, осознавая, что своими оборонительными действиями он причиняет смерть другому человеку, предвидя возможность наступления смерти Ф. и желая этого, нанес множественные удары ножом в жизненно-важную часть тела человека – область шеи, а также в область правого предплечья Ф.

Своими преступными действиями ФИО1 причинил Ф. телесные повреждения в виде: а) колото-резанного ранения передней поверхности шеи в правой надключичной области, проникающего в правую плевральную полость и переднее средостение, с повреждением верхней доли правого легкого, правой подключичной и верхней полых вен, оценивающегося как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, от которого наступила смерть потерпевшего; б) поверхностной колото-резаной раны на передней поверхности шеи в правой надключичной области, оценивающейся, как не причинившая вреда здоровью; в) колото-резаного сквозного ранения правого предплечья в средней трети без повреждения крупных сосудов и нервов, оценивающегося, как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью менее 3-х недель.

Смерть Ф. наступила в период времени с *** *** до *** *** в квартире по адресу: ***, в результате колото-резаного ранения передней поверхности шеи в правой надключичной области, проникающего в правую плевральную полость и переднее средостение, с повреждением верхней доли правого легкого, правой подключичной и верхней полых вен, осложнившегося излитием крови и выделением воздуха в правую плевральную полость, с развитием острой, массивной кровопотери и воздушной эмболии правых отделов сердца, и состоит в прямой причинно-следственной связи с преступными действиями ФИО1

Подсудимый свою вину в причинении смерти Ф. признал и показал следующее:

*** они проводили время вместе с Ф., а именно, распивали спиртное, вдвоем ходили во *** общежитие, из которого вернулись в квартиру Ф..

Уже вечером ***, когда они с Ф., будучи вдвоем, распивали спиртное в квартире последнего по адресу: ***, Ф. стал в агрессивной форме безосновательно обвинять его в том, что он потерял ключи от его квартиры, требовал их найти. Он пытался уйти из квартиры Ф., но тот физически препятствовал ему, хватал за руку, говорил, что он никуда не уйдет, пока не найдет ключи. В какой-то момент, когда он (ФИО1) сидел на стуле в кухне, Ф. подошел к нему сзади и, схватив руками за шею, стал ее сдавливать, в результате чего он не мог дышать, а на его шее остались телесные повреждения. Он смог руками сбросить с себя руки Ф.. В этот момент он опасности для себя не чувствовал, т.к. и ранее во время распития спиртного Ф. вел себя не сдержанно, применял насилие к нему. Он выпил стакан спиртного. После этого почувствовал, как Ф., находившийся сзади, ударил его каким-то предметом в область левого виска головы. От удара он упал на пол и в некоторой степени потерял ориентацию в окружающей обстановке, т.к. в голове у него все плыло. Когда он поднимался на ноги, Ф., по-прежнему находясь сзади него, нанес ему несколько ударов по спине. Уцепившись за кухонный гарнитур, когда поднимался на ноги, ощутил в руке какой-то предмет, им оказался нож, после чего, разворачиваясь в сторону Ф., нанес ему наотмашь несколько ударов ножом. В конкретные части тела не целился, хотел лишь защититься от действий Ф., которые воспринимал как угрозу жизни и здоровью. После нанесения ударов Ф. вышел в зал. Заметив у Ф. кровь, выбежал из квартиры, после чего пошел в *** общежитие *** квартала ***, где поделился своими подозрениями относительно того, что убил человека, с бывшим отчимом Р.. В мусоропровод общежития выкинул нож, которым нанес ранения Ф.. Впоследствии данный нож был обнаружен следователем в ходе осмотра места происшествия.

Оснований усомниться в показаниях подсудимого относительно его причастности к смерти Ф. у суда не возникло, т.к. объективно они согласуются с иными представленными суду доказательствами.

Так, показания ФИО1 относительно того, что *** он провел в компании Ф., согласуются с показаниями свидетелей, потерпевшей, письменными доказательствами.

Так, свидетель Т. показала, что *** около *** часов на крыльце *** общежития *** она встретила своего знакомого Ф., который был с парнем по имени А., в котором узнает подсудимого. В тот же день, когда в *** часу С., с которым она распивала спиртное, по громкой связи звонил по сотовому телефону Ф., ему сначала ответил А., а только потом сам Ф.. Из объяснений последних было понятно, что они, находясь у Ф. дома, употребляют спиртное.

Свидетелем описанного выше разговора С. с Ф. и А. был О. При этом последний в силу личного знакомства сразу узнал ФИО1 по голосу.

Свидетель Ч., проживающая в том же подъезде, что и Ф., лично видела, как вечером *** после *** часов тот пришел домой вместе с ФИО1 и еще одним незнакомым мужчиной. Видимых телесных повреждений у данных лиц она не заметила.

Личность данного мужчины не была установлена, но значения для рассмотрения дела это не имеет, т.к. со слов подсудимого, он покинул квартиру Ф. еще до причинения ранений последнему.

Согласно показаниям потерпевшей В., *** около *** часов ей, будучи в состоянии опьянения, позвонил сын, в разговоре с которым она слышала на заднем плане голос ФИО1, из чего поняла, что ФИО1 и сын находятся вместе по месту жительства последнего.

Подтверждением показаний подсудимого в части его пребывания *** в квартире Ф. и совместного распития спиртного, является заключение судебно-дактилоскопической экспертизы *** от ***, согласно которому, выявленные в ходе осмотра квартиры Ф. отпечатки пальцев рук (л.д.14-35 т.1) были оставлены, в том числе, и руками ФИО1

В частности, след ладони руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен тенаром – *** правой ладони руки ФИО1 След пальца руки на отрезке ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен большим пальцем правой руки ФИО1 След пальца руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен большим пальцем левой руки Ф. След пальца руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен мизинцем правой руки ФИО1 След пальца руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен безымянным пальцем правой руки ФИО1 След пальца руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен большим пальцем правой руки ФИО1 След пальца руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на поверхности пластиковой бутылки из-под пива «***» объемом *** литра, оставлен безымянным пальцем правой руки ФИО1 След ладони руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на стиральной машине, оставлен гипертенаром левой ладони руки ФИО1 След ладони руки на отрезке липкой ленты «скотч», выявленный на кафеле, оставлен тенаром – *** левой ладони руки ФИО1

т. 2 л.д. 23-32.

Именно квартира по адресу: ***, явилась местом причинения Ф. ножевых ранений.

Это усматривается не только из показаний подсудимого, но и из согласующегося с ними протокола осмотра места происшествия, в рамках которого на полу данной квартиры *** в *** был обнаружен труп Ф. с ножевыми ранениями, а также обильные пятна вещества, похожего на кровь.

т. 1 л.д. 14-35

Нет сомнений в достоверности доводов ФИО1 в части того, что орудием причинения Ф. телесных повреждений был нож.

Так, на трупе Ф. были обнаружены характерные для причинения ножом колото-резанные ранения.

В частности, при исследовании трупа обнаружены следующие повреждения:

а) колото-резанное ранение передней поверхности шеи в правой надключичной области, проникающее в правую плевральную полость и переднее средостение, с повреждением верхней доли правого легкого, правой подключичной и верхней полых вен; направление раневого канала (при вертикальном положении тела) спереди-назад, сверху-вниз и справа-налево, длина его около *** см. Данное повреждение оценивается, как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, и состоит в причинной связи с наступлением смерти потерпевшего;

б) поверхностная колото-резаная рана на передней поверхности шеи в правой надключичной области; направление раневого канала (при вертикальном положении тела) спереди-назад, длина его *** см. Данное повреждение оценивается, как не причинившее вреда здоровью, и в причинной связи с наступлением смерти не состоит;

в) колото-резаное сквозное ранение правого предплечья в средней трети, без повреждения крупных сосудов и нервов; направление раневого канала (при нахождении опущенной руки в физиологическом положении) сзади-наперед и слева-направо, длина его *** см. Данное повреждение оценивается, как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью менее 3-х недель, и в причинной связи с наступлением смерти не состоит. Указанные в пп. 2 а,б,в повреждения являются прижизненными и причинены незадолго до наступления смерти потерпевшего, констатированной судебно-медицинским экспертом в ходе осмотра места происшествия, проведенного *** в период времени с *** до *** (л.д.14-24 т.1), в результате не менее 3-х воздействий плоским колюще-режущим предметом (предметами), имеющим лезвие и не заточенный край (обух); высказаться о последовательности их причинения не представляется возможным;

Помимо того были обнаружены ссадины в правой щечной области (1), в проекции правого угла нижней челюсти (1), на задне-наружной поверхности левого локтевого сустава (1); кровоподтеки на передней поверхности правого коленного сустава (2), на передней поверхности голени (1) (п.2 «г» заключения). Данные повреждения образовались от воздействий тупого предмета (предметов), имеют давность в пределах 1-х суток ко времени наступления смерти, оцениваются как не причинившие вреда здоровью, и в причинной связи с наступлением смерти не состоят.

Причиной смерти Ф. явилось колото-резаное ранение передней поверхности шеи в правой надключичной области, проникающее в правую плевральную полость и переднее средостение, с повреждением верхней доли правого легкого, правой подключичной и верхней полых вен, осложнившееся излитием крови и выделением воздуха в правую плевральную полость, с развитием острой, массивной кровопотери и воздушной эмболии правых отделов сердца.

Учитывая выраженность трупных изменений, давность наступления смерти Ф. находится в пределах 1-х суток ко времени исследования трупа в морге, проведенного ***.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа Ф. этиловый алкоголь обнаружен в концентрации ***%, что применительно к живым лицам обычно соответствует легкому опьянению.

т. 1 л.д. 40-44.

Морфологические характеристики обнаруженных у Ф. колото-резанных ранений не исключают возможности их образования от действия клинка ножа с параметрами, как у представленного на экспертизу и изъятого в свою очередь *** в ходе осмотра места происшествия – мусорной камеры, расположенной с задней стороны дома *** *** квартала ***.

т.1 л.д. 87-93, т. 2 л.д. 115-118.

Обнаружение на клинке ножа, изъятого из мусоропровода *** общежития ***, крови мужчины, которая с вероятностью ***% принадлежала Ф., позволяет говорить о том, что именно данный нож был орудием причинения последнему колото-резаных ранений.

Присутствие генетического материала ФИО1 в поте и клетках поверхностного слоя эпидермиса кожи человека, обнаруженных на рукоятке данного ножа, не дает оснований сомневаться в показаниях подсудимого в том, что именно он нанес Ф. данным ножом телесные повреждения (заключение генетической судебной экспертизы *** от ***).

т. 1 л.д. 196-208.

Подтверждением озвученного выше вывода являются и заключения других экспертиз.

Так, согласно заключению генетической судебной экспертизы *** от ***, на куртке, изъятой в ходе выемки у ФИО1 ***, обнаружена кровь мужчины, которая с вероятностью ***% принадлежит Ф. Суммарный генетический профиль, установленный в пятнах крови на куртке, исключает ее происхождение от самого ФИО1

т. 1 л.д. 213-221.

Учитывая морфологические признаки и расположение пятен окрашивания веществом, похожим на кровь (а согласно упомянутому выше заключению эти пятна оставлены кровью Ф.) в виде брызг и помарок, обнаруженных на представленных на экспертное исследование предметах одежды ФИО1, следовоспринимающая поверхность (одежда) располагалась в непосредственной близости от источника следообразования, что опять же подтверждает доводы подсудимого о его причастности к причинению ранений Ф. (заключение судебной экспертизы вещественных доказательств *** от ***).

т. 1 л.д. 181-191.

Время причинения ранений Ф. установлено судом, как период с *** *** до *** ***.

Так, судмедэксперт, не исключил возможности причинения всех повреждений, обнаруженных на трупе Ф., в период времени с *** *** до *** ***. (заключение судебно-медицинской экспертизы *** от ***)

т. 2 л.д. 115-118.

Выводы эксперта в части начала временного периода, в который были причинены телесные повреждения Ф., не противоречат показаниям свидетелей и потерпевшей.

Так, свидетель Е. сделала вывод о том, что *** около *** Ф. был дома, т.к. приблизительно в это время в его квартире что-то упало.

Около *** часов Б., проживавшая по соседству с Ф., слышала, как в его квартиру зашли лица с мужскими голосами, допускает, что одним из них был сам Ф.. Конфликта между пришедшими не было.

В период между *** часами свидетели Т. и О. имели телефонный разговор с ФИО1 и Ф., из которого сделали вывод, что те вместе употребляют спиртное в квартире последнего.

Аналогичный вывод сделала и потерпевшая, разговаривавшая с сыном по телефону в тот день в *** часу.

Свидетель Ч. показала, что *** поздно вечером в квартире Ф. было шумно, слышались крики, ругань, стихло все в районе *** часов.

Окончание временного периода причинения телесных повреждений Ф. следует скорректировать до ***, т.к. в это время сообщение об обнаружении трупа Ф. уже поступило в следственный отдел по *** следственного управления следственного комитета РФ в *** (л.д.3 т.1).

Фактически труп Ф., как показали свидетели Ч., потерпевшая В., был обнаружен раньше приезда следственно-оперативной группы участковым уполномоченным, приехавшим на место по сообщению о драке в квартире, зарегистрированному в ОМВД России по *** в *** (л.д.5 т.1).

Таким образом, совокупность приведенных выше доказательств дает основание констатировать, что именно от действий ФИО1 наступила смерть Ф.

Объясняя мотивы причинения ножевых ранений Ф., ФИО1 ссылается на то, что действовал в состоянии необходимой обороны от противоправных действий последнего.

Так, ФИО1 утверждает, что в ходе распития спиртного между ним и Ф. произошла ссора, в ходе которой Ф. схватил его за шею и стал сдавливать ее, перекрывая тем самым доступ воздуха.

Оснований усомниться в показаниях подсудимого не возникает, т.к. объективно это подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому, у ФИО1 на момент его освидетельствования, проведенного *** с *** до *** часов, имелись повреждения в виде ссадин на передней поверхности шеи справа (2), которые образовались от воздействий тупых твердых предметов с ограниченной контактной поверхностью в пределах 1-2 суток ко времени освидетельствования.

т. 1 л.д. 68.

Говорить о том, что по своим личностным качествам Ф. не мог применить насилие к ФИО1, не приходится по следующим причинам:

Так, свидетель Ч. показала, что Ф. злоупотреблял спиртным, из его квартиры постоянно доносились крики, ругань, там что-то кидали, на замечания Ф. не реагировал, по характеру был агрессивным.

Мать погибшего подтвердила, что в нетрезвом состоянии тот бывал агрессивным и несдержанным, мог избить. Знает со слов сына, что, будучи выпившим, он дрался с ФИО1

Допрошенный в качестве свидетеля О. охарактеризовал Ф. аналогичным образом и добавил, что, когда его кто-то огорчал, он кидался в драку, а однажды в такой ситуации разломал в чужой квартире мебель. Не смотря на свою субтильность, физически Ф. был очень сильным.

Согласно показаниям свидетеля Н., в *** г., когда в процессе совместного распития спиртного ФИО1 и Ф. поругались, Ф. завалил ФИО1 на пол, наступил ему на горло и удерживал таким образом, пока его не оттащили.

Вместе с тем, как показал ФИО1, действия Ф., выразившиеся в сдавлении его горла руками, как угрозу своей жизни и здоровью, он не воспринял, т.к. и ранее Ф. в состоянии опьянения вел себя неадекватно, проявлял агрессию, физическую силу.

Однако, дальнейшее поведение Ф., как настаивает ФИО1, уже дало ему повод опасаться его действий и принять меры для самообороны.

Так, ФИО1 утверждает, что после того, как он сбросил руки Ф. со своей шеи и выпил спиртного, почувствовал удар сзади в височную часть головы каким-то предметом, который не разглядел. От удара упал на пол и был несколько дезориентирован.

Согласиться с обвинением в том, что доводы подсудимого опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому, телесных повреждений на голове ФИО1 в ходе проведенного *** освидетельствования не обнаружено, суд не может, т.к. не всякое физическое воздействие влечет за собой телесное повреждение, а отсутствие последствий в виде телесных повреждений не лишает лицо, на которое совершено посягательство, права на защиту.

Не вызывают сомнения показания подсудимого в части нанесения ему Ф. удара по голове и потому, что они не противоречат показаниям потерпевшей, согласно которым, сын в одном из последних телефонных разговоров с ней *** обещал бить ФИО1 до тех пор, пока он не отдаст ему ключи от квартиры.

Подтверждением того, что в момент, когда ФИО1 поднимался с пола, Ф. нанес ему несколько ударов по спине, является упомянутое ранее заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно которому, в правой лопаточной области (1), на задней поверхности правого предплечья (1) ФИО1 были обнаружены телесные повреждения в виде ссадин со сроками образования в пределах 1-2 суток ко времени освидетельствования.

т. 1 л.д. 68.

Помимо телесных повреждений, упомянутых выше, у ФИО1 была обнаружена ссадина на передней поверхности живота (3). Механизма и времени причинения данной ссадины ФИО1 не помнит, но утверждает, что причинил ему ее Ф..

Оснований усомниться в этом нет, но при этом суд исходит из того, что причинена данная ссадина была до того, как Ф. стал душить ФИО1, т.к. действия Ф. после этого обстоятельства ФИО1 описывает детально, не ссылаясь на то, что, помимо ударов в голову и по спине, Ф. бил его в живот.

Таким образом, суд принимает как установленный факт не опровергнутые стороной обвинения показания подсудимого ФИО1 о том, что со стороны Ф. на него было совершено посягательство.

Следовательно, ФИО1 имел право на самооборону от такого посягательства.

Защита полагает, что ФИО1 не превысил пределы самообороны, вследствие чего состава преступления в его действиях нет.

Согласиться с этим суд не может по следующим причинам:

Так, в силу части первой статьи 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Доказательств применения Ф. к ФИО1 насилия, опасного для жизни и здоровья, как и доказательств наличия угроз применения такого насилия не имеется.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, телесные повреждения, полученные ФИО1 в результате примененного к нему Ф. насилия, вреда его здоровью не причинили.

т. 1 л.д. 68.

Не смотря на то, что Ф. вреда здоровью ФИО1 не причинил, защита, ссылаясь на показания потерпевшей, полагает, что у последнего были все основания воспринимать поведение Ф., как угрожающее его жизни и здоровью.

Так, потерпевшая В. показала, что в районе *** часов ***, когда она последний раз разговаривала с сыном по телефону, тот просил ее вызвать скорую помощь и полицию, т.к. собирался добить ФИО1.

Употребленное Ф. слово «добить», которое подразумевает, что какие-то действия Ф. против ФИО1 уже были предприняты, позволяет, по мнению защиты, говорить о том, что данный разговор между матерью и сыном состоялся после того, как последний ударил ФИО1 по голове, а, следовательно, данные высказывания Ф. давали ФИО1, уже физически пострадавшему, основания реально опасаться действий Ф., бояться за свою жизнь и здоровье.

Не смотря на то, что сомневаться в достоверности показаний потерпевшей не приходится, согласиться с защитой суд не может, т.к. согласно показаниям подсудимого, он разговора Ф. с матерью не слышал.

Защита полагает, что характер действий Ф., а именно нанесение ФИО1 удара по голове позволяли последнему расценить их, как представляющие опасность для жизни и здоровья.

Однако, согласиться с этим суд не может, т.к. сам удар в голову, как уже упоминалось ранее, вреда здоровью не повлек, после нанесенного удара угроз применения опасного для жизни и здоровья насилия Ф. в адрес ФИО1, как последний показал, не высказывал, был безоружен, в его руках ничего не было. ФИО1 это осознавал, следовательно, его эмоциональное и физическое состояние не препятствовали ему оценить характер совершенного на него посягательства и предпринять для его отражения соразмерные меры.

Частью 2.1 ст.37 УК РФ предусмотрены условия, приравненные к необходимой обороне, когда лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения в силу его внезапности.

Оснований полагать, что ФИО1 находился в ситуации, предусмотренной частью 2.1 ст.37 УК РФ, суд не усматривает, т.к. между нанесенным ему Ф. ударом по голове и последовавшими ответными действиями прошло определенное время, за которое Ф., не предпринимая действий на добивание подсудимого, дал ему подняться с пола, при этом, не причинил вреда здоровью ФИО1, угроз в его адрес не высказывал, находился на расстоянии полутора метров. Следовательно, у ФИО1 было время для выбора способа защиты.

Суд считает, что ФИО1 мог прибегнуть к способам защиты, исключающим столь тяжкие последствия.

Однако, в ситуации, когда явных угроз жизни ФИО1, угроз причинения его здоровью тяжкого вреда не было, он прибег к такому способу отражения нападения, который явно не вызывался характером и опасностью посягательства.

В частности, ФИО1, когда вставал с пола, вооружился подобранным со стола ножом и нанес им Ф. множественные удары, в результате которых были причинены телесные повреждения, в том числе повлекшее тяжкий вред здоровью и смерть.

При этом, как пояснил ФИО1, он не понял, что вооружился ножом только в первый момент, когда поднимался с пола, впоследствии же, когда стал отмахиваться от Ф., он уже осознавал, что в качестве орудия у него в руках находится нож.

Не осознавать в такой ситуации возможности причинения тяжкого вреда и потенциальной смерти Ф. ФИО1 не мог.

Таким образом, подсудимый, желая своими действиями пресечь противоправные действия Ф., явно превысил пределы необходимой обороны.

По мнению суда, защищая себя и превышая при этом пределы необходимой обороны, ФИО1 имел цель лишить Ф. жизни.

К такому выводу суд пришел на основании количества и локализации нанесенных ФИО1 Ф. ножевых ранений.

Так, у погибшего обнаружено три колото-резанных ранения, два из которых локализованы в области шеи, т.е. жизненно-важной части тела человека.

Одно из ранений имеет проникающий в область расположения жизненно-важных органов характер, с глубиной погружения ножа около *** см., при этом направление раневого канала сверху-вниз, спереди-назад (заключение СМЭ т. 1 л.д. 40-44).

Характеристики данного телесного повреждения не позволяют расценивать достоверными доводы подсудимого о том, что он лишь отмахивался от Ф., т.к. в такой ситуации проникающего ранения не могло образоваться. Для причинения проникающего ранения, повлекшего тяжкий вред, необходимо было, чтобы ФИО1 находился лицом к лицу с Ф. (т.к. направление раневого канала спереди-назад), он должен был достаточно высоко поднять руку с ножом и замахнуться им на Ф., подняв его острие выше точки удара (т.к. направление раневого канала сверху-вниз) и вложить в удар достаточную силу ( т.к. длина канала *** см).

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ранение наносилось целенаправленно, а исходя из его локализации в жизненно-важной части тела человека, - с умыслом на причинения смерти.

Ссылки защиты на то, что после причинения проникающего ранения Ф. мог совершать активные целенаправленные действия на протяжении минут или их десятков, и то обстоятельство, что ФИО1 покинул квартиру, не убедившись в наступлении смерти Ф., о другой направленности умысла подсудимого не свидетельствуют, т.к. фактически ФИО1 скрылся с места происшествия уже после выполнения объективной стороны преступления и тогда, когда Ф., истекая кровью, лежал на полу комнаты и каких-либо действия не совершал.

О том, что Ф. лежал на полу в момент, когда ФИО1 покинул квартиру, последний показал как в рамках проверки показаний на месте (л.д.104-114 т.1), так и в судебном заседании.

О том, что ФИО1 осознавал характер своих действий и их направленность, говорит тот факт, что, явившись к Р., он сообщил ему, что, скорее всего, убил человека (л.д.75-77 т.2).

На основании изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.1 ст.108 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

В судебном заседании выяснялся вопрос о психическом здоровье подсудимого.

***

т. 1 л.д.227-233

***

Обстоятельств, освобождающих подсудимого от уголовной ответственности или наказания, судом не установлено.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает личность подсудимого, его молодой возраст, состояние здоровья, ***, семейное положение, а также характер, степень, общественную опасность совершенного преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на условия жизни подсудимого.

В частности, суд учитывает, что ФИО1 было совершено умышленное преступление небольшой тяжести против жизни человека, следствием которого явилась смерть человека.

Определяя степень общественной опасности содеянного, суд учитывает, что поводом совершенного преступления послужило противоправное поведение Ф., которое дало основание для самообороны. Не остается без внимания и то, что пределы такой обороны были превышены, вследствие чего наступили тяжкие последствия.

***

***

***.

***

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает признание подсудимым вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в том, что, не воспользовавшись правом, закрепленным ст.51 Конституции РФ и позволяющим не свидетельствовать против себя, ФИО1 сотрудничал со следствием.

В частности, непосредственно после совершения преступления, возвратившись на его место, ФИО1 в присутствии находившихся там участкового и матери погибшего подтвердил свою причастность к смерти Ф.

Будучи в этот же день допрошенным в статусе подозреваемого и не будучи изобличенным какими-либо доказательствами, ФИО1 дал подробные показания об обстоятельствах содеянного, указал место сокрытия орудия преступления, чем способствовал раскрытию преступления, и что фактически расценивается и учитывается судом в качестве такого смягчающего наказание обстоятельства как явка с повинной.

В дальнейшем, в ходе предварительного расследования ФИО1, способствуя расследованию преступления, давал подробные показания об обстоятельствах содеянного, в том числе и в ходе проверки показаний на месте, участвовал в осмотре места происшествия, в рамках которого указал на орудие преступления, что позволило его изъять и добыть в результате его исследования дополнительные доказательства виновности ФИО1, установить детали содеянного.

Не смотря на то, что в момент совершения преступления ФИО1 находился в состоянии опьянения, суд не учитывает это обстоятельство в качестве отягчающего наказание, т.к. в судебном заседании установлено, что причиной содеянного было не состояние опьянения ФИО1, а произошедший по вине погибшего конфликт и примененное в процессе него насилие.

Так, подсудимый пояснил, что спиртное они с Ф. распивали на протяжении двух дней, при этом не скандалили, все было хорошо до тех пор, пока они не вернулись в квартиру Ф. *** вечером.

Данные обстоятельства подтвердили допрошенные по делу свидетели, показания которых приведены ранее.

После этого, как утверждает ФИО1, не обнаружив ключа от входной двери квартиры, Ф. обвинил его в том, что именно он потерял ключ, требовал его найти, препятствовал ему покинуть квартиру до тех пор, пока не отдаст ключ.

Оснований усомниться в показаниях подсудимого не возникает, т.к. они согласуются с показаниями потерпевшей, пояснившей, что во время телефонных разговоров, состоявшихся у нее с сыном вечером ***, тот жаловался на то, что ФИО1 потерял ключ от его квартиры, из-за чего он будет бить его до тех пор, пока тот не отдаст ключ. Фактически, когда она прибыла на место происшествия, ключ от квартиры, действительно, не могли найти. Со слов участкового, его нашли на улице между подъездами.

Насилие первым применил Ф., ФИО1 лишь ответил на его действия.

Таким образом, суд соглашается со стороной обвинения в том, что состояние опьянения ФИО1 не способствовало совершению преступления.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и позволяющих назначить наказание в соответствии со ст.64 УК РФ ниже низшего предела или мягче, чем предусмотрено санкцией статьи, суд не усматривает.

Следовательно, наказание необходимо назначить в пределах санкции совершенного преступления.

Исходя из того, что преступление совершено в период испытательного срока, соразмерным содеянному и личности виновного будет только лишение свободы.

При определении его размера суд учитывает требования ч.1 ст.62 УК РФ ввиду наличия обстоятельств, предусмотренных п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Оснований для сохранения в силу ч.4 ст.74 УК РФ условного осуждения по приговору *** районного суда *** от *** суд не усматривает, т.к. выводов для себя из условного осуждения ФИО1, по мнению суда, не сделал.

К такому выводу суд приходит, исходя из того, что за период испытательного срока он привлекался к административной ответственности за совершение правонарушения, посягающего на общественный порядок, выражающегося в распитии спиртного в общественных местах.

Употребление ФИО1 в период испытательного срока спиртного носило не единичный характер.

Это не отрицает сам подсудимый, подтверждают потерпевшая, свидетели.

Так, свидетель Н. показал, что выпивал спиртное в компании Ф. и ФИО1 в *** г.

Согласно показаниям О., он был свидетелем того, как ФИО1 А. и Ф. распивали спиртное в начале *** г.

Свидетель Ш. показал, что за два дня до смерти Ф. он приходил к нему домой и вместе с ним и ФИО1 распивал спиртное.

Непосредственно совершению преступления в отношении Ф. предшествовало употребление спиртного на протяжении нескольких дней.

Таким образом, на путь исправления ФИО1 не встал, попыток изменить образ жизни не предпринимал, не работал, на учете в центре занятости населения в поисках работы не состоял, не учился, т.е. вел праздный образ жизни, злоупотребляя при этом спиртным.

Изложенное позволяет говорить о том, что условное осуждение не оправдало себя и целей исправления ФИО1 не достигло.

Каких-либо оснований надеяться на то, что сохранение условного осуждения послужит тому, что подсудимый встанет на путь исправления, нет.

Таким образом, окончательное наказание следует назначить в соответствии со ст.70 УК РФ.

Учитывая смягчающие наказание обстоятельства, суд полагает достаточным для достижения целей наказания присоединить не отбытое ФИО1 по приговору *** районного суда *** от *** наказание частично, а не полностью.

Наказание ФИО1 должен отбывать согласно п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Заболеваниями, препятствующими содержанию под стражей, он не страдает.

Время содержания подсудимого под стражей до судебного разбирательства, как и время проведенное под домашним арестом, в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ подлежит зачету в сроки лишения свободы.

***

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.108 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 1 год.

В силу ч.4 ст.74 УК РФ отменить ФИО1 условное осуждение по приговору *** районного суда *** от ***.

В силу ст.70 УК РФ к назначенному наказанию частично в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы присоединить не отбытое наказание по приговору *** районного суда *** от ***, назначив таким образом ФИО1 окончательное наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с ***

Зачесть в срок отбытого ФИО1 наказания время его содержания под стражей, начиная с *** и до ***, когда он был помещен под домашний арест, а также период пребывания под домашним арестом на протяжении времени вплоть до *** включительно. Таким образом зачесть в срок отбытого наказания период с *** по *** включительно.

Меру пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу, которую сохранить до вступления приговора в законную силу, а затем отменить. Взять под стражу в зале суда.

Вещественными доказательствами по вступлении приговора в законную силу распорядиться следующим образом:

***

***

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Н-Илимский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Нижнеилимского районного суда: Петрова Т.А.