Приговор № 1-62/2020 от 17 сентября 2020 г. по делу № 1-62/2020

дело № 1-62/2020


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 сентября 2020 года пос. Первомайский Первомайского района Оренбургской области

Первомайский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Тюриной Т.А.,

с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Первомайского района Оренбургской области Красникова В.А., помощника прокурора Первомайского района Оренбургской области Леващевой М.А.,

защитника - адвоката <данные изъяты> ФИО1, представившего удостоверение <данные изъяты> года и ордер <данные изъяты> года и ордер <данные изъяты> года,

подсудимой ФИО2,

при секретарях Зобниной О.Е., Кулаковой А.А., при помощнике судьи Бурковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, <данные изъяты> обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2, ч.1 ст. 292 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершила мелкое взяточничество, то есть получение взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей и служебный подлог.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

ФИО2, в период с 01 декабря 2009 года по 20 июня 2019 года, работая в должности врача терапевта <данные изъяты> (далее <данные изъяты> и с 10 июня 2019 года по 20 июня 2019 года на основании приказа от <данные изъяты> главного врача <данные изъяты> осуществляя свои должностные полномочия в поликлинике <данные изъяты> являясь должностным лицом, получила от <данные изъяты> через медсестру поликлиники <данные изъяты> являющуюся посредником и действующую в интересах <данные изъяты> взятку в размере, не превышающем десяти тысяч рублей.

Так, ФИО2, являясь должностным лицом – врачом терапевтом <данные изъяты> назначенным на указанную должность на основании приказа от <данные изъяты> и с 10 июля 2019 года по 20 июня 2019 года на основании приказа от <данные изъяты> осуществляя свои должностные полномочия врача терапевта <данные изъяты> согласно должностной инструкции врача терапевта <данные изъяты> утвержденной 13 января 2014 года главным врачом <данные изъяты>, обладая организационно-распорядительными функциями, обязана проводить амбулаторный прием больных в соответствии с графиком, утвержденным администрацией поликлиники, обеспечивать своевременную диагностику заболеваний и квалифицированное лечение больных, оказывать экстренную медицинскую помощь больным, проводить экспертизу временной нетрудоспособности в соответствии с действующим положением о ней и своевременно направлять больных на клинико-экспертную комиссию и медико-социальную экспертизу с целью определения трудоспособности, перевода на другую работу, а также обладая административно-хозяйственными функциями по руководству работой подчиненного ей среднего и младшего медицинского персонала, являясь лечащим врачом медицинской организации в системе здравоохранения, имела полномочия по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, а именно осуществлять выдачу листков нетрудоспособности.

10 июня 2019 года в период с 14.00 часов до 15.00 часов, к ФИО2, как к врачу терапевту участковому, в кабинете <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> обратилась медсестра поликлиники <данные изъяты> с предложением об открытии и выдаче фиктивного листка нетрудоспособности <данные изъяты> не имеющему какого-либо заболевания, влекущего временную нетрудоспособность на срок с 11 июня 2019 года по 20 июня 2019 года, за денежное вознаграждение в виде взятки в сумме 2500 (две тысячи пятьсот) рублей.

Во время вышеуказанной беседы с <данные изъяты> у должностного лица – врача терапевта участкового ФИО2, находящейся при исполнении своих служебных полномочий, из корыстной заинтересованности, выразившейся в желании незаконно обогатиться путем получения как должностным лицом взятки в виде денег в размере 2500 (две тысячи пятьсот) рублей за незаконные действия по выдаче фиктивного листка нетрудоспособности <данные изъяты> не имеющему какого-либо заболевания, влекущего временную нетрудоспособность на срок с 11 июня 2019 года по 20 июня 2019 года, возник преступный умысел, направленный на получение взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, используя свои полномочия должностного лица – врача терапевта участкового <данные изъяты> 10 июня 2019 года в период с 14.00 час. до 15.00 час., находясь на рабочем месте – в кабинете <данные изъяты> поликлиники <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> действуя незаконно, умышленно, из корыстных побуждений, с целью незаконного обогащения путем получения от <данные изъяты> взятки в виде денежных средств через медсестру поликлиники <данные изъяты> являющуюся посредником и действующую в интересах <данные изъяты> без проведения медицинского осмотра <данные изъяты> и прохождения им экспертизы временной нетрудоспособности, то есть, совершая действия в пользу взяткодателя, входящие в служебные полномочия ФИО2, осознавая, что <данные изъяты> не нуждается в медицинском обследовании и лечении, соответственно ему не полагается выдача листка временной нетрудоспособности, при отсутствии для этого законных оснований, получила от <данные изъяты> через медсестру поликлиники <данные изъяты> взятку в виде денежных средств в сумме 2500 (две тысячи пятьсот) рублей, за совершение незаконных действий, выражающихся в выдаче <данные изъяты> не имевшему какого-либо заболевания, листка нетрудоспособности в форме электронного документа <данные изъяты> сформированного в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) и предоставляющего право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности с 11 июня 2019 года по 20 июня 2019 года.

Она же, ФИО2, в период с 01 декабря 2009 года по 20 июня 2019 года, работая в должности врача терапевта участкового <данные изъяты> и с 10 июня 2019 года по 20 июня 2019 года на основании приказа от <данные изъяты> главного врача <данные изъяты> осуществляя свои должностные полномочия в поликлинике <данные изъяты> являясь должностным лицом, после получения 10 июня 2019 года, в период с 14.00 часов до 15.00 часов, в кабинете <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> через медсестру поликлиники <данные изъяты> являющуюся посредником и действующую в интересах <данные изъяты> взятки в виде денежных средств в сумме 2500 (две тысячи пятьсот) рублей, за выполнение незаконных действий по выдаче <данные изъяты> листка временной нетрудоспособности, не имевшему какого-либо заболевания, внесла заведомо ложные сведения в официальный документ из корыстной заинтересованности.

Так, ФИО2, являясь должностным лицом – врачом терапевтом участковым <данные изъяты> назначенным на указанную должность на основании приказа от <данные изъяты> главного врача <данные изъяты> и с 10 июня 2019 года по 20 июня 2019 года на основании приказа от <данные изъяты> главного врача <данные изъяты> осуществляя свои должностные полномочия в поликлинике <данные изъяты>, согласно должностной инструкции врача терапевта участкового, утвержденной 13 января 2014 года главным врачом <данные изъяты> обладая организационно-распорядительными функциями, обязана проводить амбулаторный прием больных в соответствии с графиком, утвержденным администрацией поликлиники, обеспечивать своевременную диагностику заболеваний и квалифицированное лечение больных, оказывать экстренную медицинскую помощь больным, проводить экспертизу временной нетрудоспособности в соответствии с действующим положением о ней и своевременно направлять больных на клинико-экспертную комиссию и медико-социальную экспертизу с целью определения трудоспособности, перевода на другую работу, а также обладая административно-хозяйственными функциями по руководству работой подчиненного ей среднего и младшего медицинского персонала, являясь лечащим врачом медицинской организации в системе здравоохранения, имела полномочия по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, а именно осуществлять выдачу листков нетрудоспособности.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 59 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ, экспертиза временной нетрудоспособности граждан в связи с заболеваниями, связанными с временной потерей трудоспособности, проводится в целях определения способности работника осуществлять трудовую деятельность, необходимости и сроков временного или постоянного перевода работника по состоянию здоровья на другую работу, а также принятия решения о направлении гражданина на медико-социальную экспертизу. Экспертиза временной нетрудоспособности проводится лечащим врачом, который единолично выдает гражданам листки нетрудоспособности сроком до пятнадцати календарных дней включительно.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 59 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ, листок нетрудоспособности выдается в форме документа на бумажном носителе или (с письменного согласия пациента) формируется в виде электронного документа, подписанного с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи медицинским работником и медицинской организацией.

Пунктом 5 «Порядка выдачи листков нетрудоспособности», утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 29 июня 2011 года N 624н «Об утверждении Порядка выдачи листков нетрудоспособности» установлено, что выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного (стационарного) больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы.

Таким образом, ФИО2, осуществляя полномочия по проведению экспертизы временной нетрудоспособности и выдаче листка нетрудоспособности в порядке, установленном вышеуказанными нормативными актами, являлась должностным лицом, принимающим решения, имеющие юридическое значение и влекущие определенные юридические последствия, в отношении лиц, не находящихся от нее в служебной зависимости, после получения 10 июня 2019 года, в период с 14.00 час. до 15.00 час., в кабинете <данные изъяты> поликлиники <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> через медсестру поликлиники <данные изъяты> являющуюся посредником и действующую в интересах <данные изъяты> взятки в виде денежных средств в сумме 2500 (две тысячи пятьсот) рублей, сформировала преступный умысел, направленный на внесение заведомо ложных сведений в официальный документ - листок нетрудоспособности, из корыстной заинтересованности.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на внесение заведомо ложных сведений в официальный документ - листок нетрудоспособности, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, 11 июня 2019 года в рабочее время в период с 08.00 часов до 18.00 часов, ФИО2, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> поликлиники <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> без проведения медицинского осмотра <данные изъяты> и прохождения им экспертизы временной нетрудоспособности, с целью выдачи последнему листка временной нетрудоспособности, предоставляющего право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности, при отсутствии для этого законных оснований, при этом осознавая, что <данные изъяты> не нуждается в медицинском обследовании и лечении, соответственно ему не полагается выдача листка нетрудоспособности, действуя в нарушение п. 5 Раздела II своей должностной инструкции и п. 5 «Порядка выдачи листков нетрудоспособности», заведомо осознавая, что сведения, вносимые ею в официальный документ, являются ложными, лично внесла в медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя <данные изъяты> предоставленную ей <данные изъяты> заведомо ложные сведения - результаты якобы осуществленного ею 11 июня 2019 года первичного приема <данные изъяты> указав в качестве диагноза: <данные изъяты>, а также внесла указание о необходимости предоставления листка нетрудоспособности в период с 11 июня 2019 года по 14 июня 2019 года, с последующей явкой 14 июня 2019 года, после чего, в продолжение своего преступного умысла, осознавая, что листок нетрудоспособности открывается и выдается только после медицинского осмотра гражданина для определения его способности осуществлять трудовую деятельность, без проведения указанного осмотра, достоверно зная об отсутствии у <данные изъяты> какого-либо заболевания, дающего право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности, при помощи своего рабочего персонального компьютера через используемую в работе программу «ФСС Листок нетрудоспособности», лично создала в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) официальный документ – листок нетрудоспособности в форме электронного документа <данные изъяты> на имя <данные изъяты> в который, в подтверждение ранее внесенных в медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя <данные изъяты> результатов якобы осуществленного ею 11 июня 2019 года первичного приема и осмотра, лично внесла заведомо ложные сведения, предусматривающие наличие у <данные изъяты>. заболевания, предоставляющего ему право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности в период с 11 июня 2019 года по 14 июня 2019 года.

Далее, в продолжение своего преступного умысла, направленного на внесение заведомо ложных сведений в официальные документы из корыстной заинтересованности, 14 июня 2019 года в рабочее время в период с 08.00 часов до 18.00 часов, ФИО2, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> поликлиники <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> без проведения очередного медицинского осмотра <данные изъяты> с целью выполнения ранее достигнутой договоренности с <данные изъяты> о предоставлении <данные изъяты> фиктивного листка нетрудоспособности, а также с целью продления срока действия листка нетрудоспособности, предоставляющего право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности, при отсутствии для этого законных оснований, при этом осознавая, что <данные изъяты> не нуждается в медицинском обследовании и лечении, соответственно ему не полагается выдача листка нетрудоспособности, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, используя свои служебные полномочия и должностное положение, в нарушение п. 5 Раздела II своей должностной инструкции и п. 5 «Порядка выдачи листков нетрудоспособности», заведомо осознавая, что сведения, вносимые ею в официальный документ, являются ложными, лично внесла в медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя <данные изъяты> ранее предоставленную ей <данные изъяты> заведомо ложные сведения - результаты якобы осуществленного ею 14 июня 2019 года очередного приема и осмотра <данные изъяты> вновь указав в качестве диагноза: <данные изъяты> с необходимостью продолжения лечения и предоставления листка нетрудоспособности в период с 11 июня 2019 года по 19 июня 2019 года, с последующей явкой 19 июня 2019 года, после чего, при помощи своего рабочего персонального компьютера через используемую в работе программу «ФСС Листок нетрудоспособности», лично внесла в официальный документ – ранее созданный в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) листок нетрудоспособности в форме электронного документа № <данные изъяты> на имя <данные изъяты> в подтверждение ранее внесенных в медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя <данные изъяты> результатов якобы осуществленного ею 14 июня 2019 года очередного приема и осмотра, заведомо ложные сведения, предусматривающие наличие у <данные изъяты> заболевания, предоставляющего ему право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности в период с 11 июня 2019 года по 19 июня 2019 года.

Далее, в продолжение своего преступного умысла, направленного на внесение заведомо ложных сведений в официальные документы из корыстной заинтересованности, 19 июня 2019 года в рабочее время в период с 08.00 часов до 18.00 часов, ФИО2, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> поликлиники <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> без проведения очередного медицинского осмотра <данные изъяты> с целью выполнения ранее достигнутой договоренности с <данные изъяты> о предоставлении <данные изъяты> фиктивного листка нетрудоспособности, предоставляющего право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности, при отсутствии для этого законных оснований, при этом осознавая, что <данные изъяты> в вышеуказанный период времени не нуждался в медицинском обследовании и лечении, соответственно ему не полагалась выдача листка нетрудоспособности, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, используя свои служебные полномочия и должностное положение, в нарушение п. 5 Раздела II своей должностной инструкции и п. 5 «Порядка выдачи листков нетрудоспособности», заведомо осознавая, что сведения, вносимые ею в официальный документ, являются ложными, лично внесла в медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя <данные изъяты> ранее предоставленную ей <данные изъяты> заведомо ложные сведения - результаты якобы осуществленного ею 19 июня 2019 года очередного приема и осмотра <данные изъяты> указав в качестве диагноза: <данные изъяты> с необходимостью закрытия листка нетрудоспособности за период с 11 июня 2019 года по 19 июня 2019 года, допустив к труду с 20 июня 2019 года, после чего, 20 июня 2019 года, то есть на следующий день, в рабочее время в период с 08.00 часов до 18.00 часов, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> поликлиники <данные изъяты> расположенной по адресу: <данные изъяты> при помощи своего рабочего персонального компьютера через используемую в работе программу «ФСС Листок нетрудоспособности», лично внесла в официальный документ – ранее созданный в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) листок нетрудоспособности в форме электронного документа № <данные изъяты> на имя <данные изъяты> в подтверждение ранее внесенных в медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя <данные изъяты> результатов якобы осуществленного ею 19 июня 2019 года очередного приема и осмотра, заведомо ложные сведения, указывающие на выздоровление <данные изъяты> от заболевания, предоставляющего ему право на освобождение от работы по причине временной нетрудоспособности в период с 11 июня 2019 года по 20 июня 2019 года, допустив к труду с 21 июня 2019 года, тем самым закрыв данный фиктивный электронный листок нетрудоспособности и в тот же день предоставила <данные изъяты> через <данные изъяты> талон электронного листка нетрудоспособности.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 свою вину в совершении преступления по ч.1 ст. 291.2 УК РФ не признала, вину в совершении преступления по ч.1 ст. 292 УК РФ признала частично, отрицая корыстную цель, объясняя свои действия иной заинтересованностью. Воспользовавшись правом ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний подсудимая ФИО2 отказалась.

По ходатайству государственного обвинителя на основании ст.276 ч.1 п.3 УПК РФ были оглашены показания ФИО2, данные в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемой от 10 февраля 2020 года на л.д. 178-183, т.1, в качестве обвиняемой от 26 марта 2020 года на л.д. 212-214.

Из оглашенных показаний ФИО2 в качестве подозреваемой от 10 февраля 2020 года на л.д. 178-183, т.1 следует, что начиная с 01 декабря 2009 по настоящее время она состоит в должности врача терапевта участкового <данные изъяты> Ее основными должностными обязанностями являются амбулаторный прием больных, посещение больных на дому, ведение медицинских карт амбулаторных больных в бумажном и электронном варианте, проведение экспертизы временной нетрудоспособности, в том числе оформление и открытие листков нетрудоспособности в соответствии с приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 624н от 29 июня 2011 года «Об утверждении Порядка выдачи листков нетрудоспособности», а также иные обязанности, указанные в ее должностной инструкции. Примерно до конца 2017 года, когда ввели электронные листки нетрудоспособности, изготовлением бумажных листков нетрудоспособности занималась медицинская сестра на основании предоставленных ею как врачом документов, а после того, когда ввели электронные листки нетрудоспособности, их оформлением стали заниматься непосредственно они сами, через программу «ФСС Листок нетрудоспособности» в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации), установленную на рабочем компьютере. При этом, практика выдачи бумажных вариантов листков нетрудоспособности имеется до сих пор в зависимости от желания больного, или же в случае, если соответствующее программное обеспечение не имеется, как например в Сергиевской врачебной амбулатории.

Непосредственно по существу пояснила, что основным местом работы у нее является <данные изъяты> расположенная по адресу: <данные изъяты> Начиная с 10 июня 2019 года, в связи с расширением зоны обслуживания на период листа нетрудоспособности врача терапевта участкового <данные изъяты> она исполняла обязанности врача терапевта в кабинете <данные изъяты> Указанные обязанности она исполняла с 10 июня 2019 года по 13 сентября 2019 года и в данный период времени постоянно находилась на рабочем месте в <данные изъяты> рабочий день был с 09.00 часов до 18.00 часов.

Так, 10 июня 2019 года, она находилась на рабочем месте в кабинете <данные изъяты> В послеобеденное время, то есть после 14.00 часов, к ней в кабинет пришла медицинская сестра поликлиники <данные изъяты> которая работает в кабинете по выдаче листков нетрудоспособности. Последняя принесла с собой амбулаторную карту на имя <данные изъяты> и обратилась к ней с просьбой открыть больничный лист на срок до 10 дней ее родственнику <данные изъяты> который якобы заболел и сейчас сидит в коридоре. Сама она <данные изъяты> не осматривала, поверила <данные изъяты> В итоге она решила помочь <данные изъяты> так как последняя является ее коллегой, она старается всегда по возможности помогать своим знакомым и друзьям. При этом, она согласилась помочь <данные изъяты> бескорыстно и безвозмездно. После чего <данные изъяты> оставила у нее амбулаторную карту <данные изъяты> и ушла.

На следующий день, то есть 11 июня 2019 года, она, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> оформила первичный осмотр больного, где указала данные пациента, а также указала все данные о первичном приеме со слов <данные изъяты> она не видела как в этот день, так и 10 июня 2019 года. По всем симптомам, которые ей привела <данные изъяты> она сделала вывод о том, что у <данные изъяты><данные изъяты> именно указанный диагноз ею был выставлен. 11 июня 2019 года через свой рабочий компьютер, на имя <данные изъяты> ею был открыт электронный больничный листок нетрудоспособности, о чем она лично через программу «ФСС Листок нетрудоспособности» в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) ввела сведения и заверила своей электронной подписью. Также ею фиктивно был оформлен лист первичного приема от 11 июня 2019 года. При этом, <данные изъяты>. каких-либо денежных средств за данную услугу ей не передавала, сделала она это все по просьбе последней безвозмездно и бескорыстно. Также в листе первичного приема от 11 июня 2019 года ею было указанно, что <данные изъяты> необходимо было явиться на прием 14 июня 2019 года, именно по указанный день она изначально открыла больничный листок, но в этот день последний к ней на прием не приходил.

Далее, точно не помнит при каких обстоятельствах, 14 июня 2019 года, после того как <данные изъяты> не пришел к ней на прием, она спросила у <данные изъяты> о его состоянии здоровья, последняя сказала, что симптомы болезни у <данные изъяты> сохраняются, поэтому она продлила срок больничного по 19 июня 2019 года, о чем находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты>, лично через программу «ФСС Листок нетрудоспособности» в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) внесла соответствующие сведения и заверила своей электронной подписью. В тот же день, то есть 14 июня 2019 года, также находясь на своем рабочем месте, в кабинете <данные изъяты> она оформила фиктивный лист приема от 14 июня 2019 года.

19 июня 2019 года <данные изъяты> к ней на прием также не приходил, со слов <данные изъяты> он выздоровел, поэтому она собиралась закрыть больничный листок <данные изъяты> и допустить его к труду с 20 июня 2019 года. Так как <данные изъяты>. к ней на прием фактически не пришел, она вновь, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> оформила фиктивный лист приема от 19 июня 2019 года, где указала о выздоровлении <данные изъяты> а также о его допуске к труду с 20 июня 2019 года. Далее ей нужно было в тот же день внести соответствующие сведения в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) через программу «ФСС Листок нетрудоспособности», однако в этот день у нее сделать этого не получилось, поскольку программа работала некорректно, а позже в этот день об этом она забыла.

Уже на следующий день 20 июня 2019 года, она, находясь на своем рабочем месте в кабинете <данные изъяты> лично через программу «ФСС Листок нетрудоспособности» в информационной системе страховщика (Фонда социального страхования Российской Федерации) внесла соответствующие сведения о закрытии больничного листка нетрудоспособности на имя <данные изъяты> в связи с чем, согласно указанному листку нетрудоспособности, последний был допущен к труду только 21 июня 2019 года. Внесенные сведения были заверены ее электронной подписью, после чего, в тот же день она отдала медицинскую карту и талон электронного листка нетрудоспособности на имя <данные изъяты> медицинской сестре <данные изъяты> и более по данному вопросу с последней не разговаривала. <данные изъяты>. сама лично она никогда не видела, лично его не знает.

Понимает, что открыла больничный электронный листок нетрудоспособности на имя <данные изъяты> незаконно и фиктивно, поскольку последнего фактически никогда не видела и не осматривала. Листы приема от 11 июня 2019 года, 14 июня 2019 года и 19 июня 2019 года она составила также фиктивно, без фактического приема <данные изъяты> однако указанные листы приема не являются документами строгой отчетности и могут заполняться врачом в любой форме.

Ей известно о том, что бланк листка нетрудоспособности является документом строгой отчетности.

Ознакомившись с представленной в ходе допроса ей на обозрение медицинской картой на имя <данные изъяты> в которой имеются листы приема от 11 июня 2019 года, 14 июня 2019 года и 19 июня 2019 года, осмотрев их, ФИО3 подтвердила, что там стоят ее подписи, указанные листы она оформляла лично в своем рабочем кабинете <данные изъяты>

Таким образом, она признает вину в совершении служебного подлога, но совершила она его не из корыстных побуждений, а из иной личной заинтересованности, выразившейся в оказании помощи <данные изъяты> как своей коллеге. Она сожалеет, что доверилась <данные изъяты> поверила в искренность и правдивость ее просьбы. Получение денежного вознаграждения за указанные выше действия она категорически отрицает. Она допускает, что возможно <данные изъяты> и получила от <данные изъяты> определенные денежные средства, но об это ей ничего не говорила и никаких денежных средств ей не передавала, присвоила их себе и таким образом обманула <данные изъяты> которому преподнесла то, что деньги необходимы для врача. Чтобы не нести ответственность за свое личное мошенничество, <данные изъяты> оговаривает ее, мотив имеется, этими показаниями уличает ее в том, что она получала денежное вознаграждение, фактически выводя себя из сферы уголовной ответственности за личные мошеннические действия в отношении <данные изъяты> С учетом этого, просит не доверять показаниям <данные изъяты> последняя является заинтересованным лицом, которая действует с целью уйти от личной и персональной ответственности.

Личные неприязненные отношения с <данные изъяты> не имелись, в противном случае она бы не решила помочь последней.

Из оглашенных показаний ФИО2, допрошенной в качестве обвиняемой от 26 марта 2020 года на л.д. 212-214, т.1 следует, что свою вину в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2, ч. 1 ст. 292 УК РФ, признала частично, так как каких-либо денежных средств от <данные изъяты> через медсестру <данные изъяты> она не получала, а служебный подлог совершила не из корыстной заинтересованности, а из иной заинтересованности, выразившейся в желании откликнуться на просьбу своей коллегии и помочь ей. В остальной части она полностью подтверждает ранее данные ею показания в качестве подозреваемой.

Все незаконные действия по внесению ложных сведений в медицинскую карту <данные изъяты> а также в листок нетрудоспособности в форме электронного документа на имя <данные изъяты> 11 июня 2019 года, 14 июня 2019 года, 19 июня 2019 года и 20 июня 2019 года ею совершались исключительно в рабочее время поликлиники, то есть не ранее 08.00 часов утра и не позднее 18.00 часов вечера, но точное время она назвать не может, так как не помнит. От дальнейшей дачи показаний в соответствии со ст. 51 Конституции РФ ФИО2 отказалась.

В судебном заседании обозревались протоколы: допроса подозреваемой ФИО2 от 10 февраля 2020 года на л.д. 178-183, т.1, в качестве обвиняемой от 26 марта 2020 года на л.д. 212-214, т.1, все разделы каждого протокола заполнены, каждый протокол изготовлен на компьютере, подписана каждая страница протокола ФИО2, адвокатом. В каждом протоколе имеется собственноручная запись ФИО2 « С моих слов записано верно, мной прочитано ( подпись ФИО2)».

Суд, исследовав представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, изучив материалы дела, выслушав прения сторон и последнее слово подсудимой, приходит к следующему.

Виновность ФИО2 в совершении инкриминируемых ей преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, которые приводятся одновременно по каждому из преступлений:

- показаниями свидетеля <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- протоколом очной ставки свидетеля <данные изъяты> с подозреваемой ФИО2 от 24 марта 2020 года <данные изъяты>

<данные изъяты>

- показаниями свидетеля <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- показаниями свидетеля <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- показаниями свидетеля <данные изъяты>

<данные изъяты>

Виновность ФИО2 в совершении инкриминируемых преступлений подтверждается и исследованными в ходе судебного заседания письменными доказательствами:

- рапортом заместителя руководителя Первомайского МСО СУ СК РФ по <данные изъяты>

- рапортом оперуполномоченного ГЭБ и ПК ОМВД России по Первомайскому району <данные изъяты>

- протоколом осмотра места происшествия от 21 января 2020 года <данные изъяты>

- протоколом осмотра предметов (документов) от 18.03.2020 <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 19 марта 2020 <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- протоколом осмотра места происшествия от 24 марта 2020 года <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- протоколом осмотра места происшествия от 20 апреля 2020 года <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- протокол осмотра предметов (документов) от 18 апреля 2020 <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- копией постановления мирового судьи судебного участка в административно-территориальных границах всего Первомайского района Оренбургской области от 10 июня 2019 года <данные изъяты>

- копией книги учета лиц, содержащихся в камере административно арестованных ОМВД России по <данные изъяты>

- копией протокола явки с повинной <данные изъяты> от 10 января 2020 года, <данные изъяты>

- выпиской из приказа главного врача <данные изъяты>

- копией должностной инструкции врача терапевта участкового, утвержденной <данные изъяты> года главным врачом <данные изъяты> на <данные изъяты>

- выпиской из приказа главного врача <данные изъяты>

- копией приказа главного врача <данные изъяты>

- копией трудовой книжки ФИО2 <данные изъяты>

- сведениями Государственного учреждения – Оренбургского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 12 марта 2020 года, <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

При оценке исследованных доказательств суд приходит к выводу, что все они являются допустимыми, поскольку каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении в ходе судебного разбирательства по делу судом не установлено.

Давая правовую оценку действиям ФИО2., суд исходит из исследованных доказательств, собранных в соответствии с требованиями УПК РФ и установленных на их основе обстоятельств дела, признанных судом доказанными.

Вопреки доводам стороны защиты, виновность ФИО2 в совершении мелкого взятничества и служебного подлога, то есть внесения должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений из корыстной заинтересованности, подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Факт получения ФИО2 взятки в виде денег 2500 рублей и совершения служебного подлога подтверждается не только показаниями самой подсудимой, которая не отрицала, что листок нетрудоспособности на имя <данные изъяты> оформлен и подписан ею, но и показаниями свидетеля <данные изъяты> которая непосредственно общалась с ФИО2 и передала ей денежные средства в размере 2500 рублей за оформление листка нетрудоспособности, хотя <данные изъяты> никаким заболеванием не страдал, в период с 11 по 20 июня 2019 года, на который выдан листок нетрудоспособности, отбывал административное наказание в виде административного ареста по постановлению мирового судьи.

Показания свидетеля <данные изъяты> соответствуют всем фактическим обстоятельствам дела и истинной картине происшедшего, в связи с чем суд считает их правдивыми.

Свидетель <данные изъяты> давала показания, будучи предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, что подтверждается подпиской свидетеля, приобщенной к протоколу судебного заседания. Кроме того, ее показания согласуются с показаниями свидетеля <данные изъяты> который подтвердил факт передачи им денежных средств для врача за фиктивный больничный лист, который выдавался врачом ФИО2

Свидетель <данные изъяты> подтвердила свои показания в ходе очной ставки с ФИО2, что подтверждается протоколом очной ставки от 24 марта 2020 года на л.д. 197-202, т.1.

Вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает каких- либо противоречий в показаниях <данные изъяты> данных в ходе предварительного расследования и в судебном заседании. Указание <данные изъяты> в судебном заседании более подробно и детально об обстоятельствах разговора с ФИО2 за день до выдачи листка нетрудоспособности <данные изъяты> суд не считает изменением показаний свидетеля <данные изъяты>

Кроме того, показания свидетеля <данные изъяты> о том, что после вызова к следователю, ФИО2 ей неоднократно звонила и просила дать ложные показания, не сознаваться и ничего не говорить следователю, объективно подтверждаются детализацией телефонных соединений <данные изъяты> и ФИО2, из которых следует, что в период с 13 января 2020 года по 21 января 2020 года с телефона ФИО2 на телефон <данные изъяты> поступили 11 входящих звонков, а также протоколом осмотра и прослушиванием фонограммы разговора <данные изъяты> и ФИО2

Суд учитывает, что у свидетеля <данные изъяты> отсутствует личная заинтересованность в определенном для ФИО2. исходе дела, либо иные причины для дачи показаний, не соответствующих действительности, в том числе для оговора подсудимой, что дополнительно свидетельствует о правдивости показаний свидетеля <данные изъяты>

Свидетель <данные изъяты> с подсудимой в неприязненных отношениях не состояли и ее показания, в частности касающейся фактического участия ФИО2 в выполнении объективной стороны преступлений, соответствуют совокупности других представленных доказательств, полученных из иных незаинтересованных источников, в том числе сведениями о телефонных переговорах и соединениях.

Умозаключение защиты об оговоре <данные изъяты> подсудимой несостоятельно, поскольку основано исключительно на предположениях.

Оснований не доверять показаниям свидетелей <данные изъяты> не имеется, поскольку их показания последовательны и согласованы не только между собой, но и с указанными исследованными в судебном заседании письменными доказательствами. Показания указанных свидетелей суд берет в основу обвинительного приговора.

Давая оценку письменным доказательствам, представленным стороной обвинения, суд исходит из того, что осмотры произведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, они не противоречат фактическим обстоятельствам дела и согласуются между собой, а также с показаниями свидетелей.

Довод стороны защиты о том, что аудиозапись, представленная <данные изъяты> органам следствия, является недопустимым доказательством, поскольку <данные изъяты> производя негласную запись на диктофон разговора с ФИО2, фактически в нарушение закона осуществляла оперативно-розыскное мероприятие, суд отвергает. При этом суд исходит из того, что в соответствии с ч.2 ст.45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. <данные изъяты> записывала на диктофон разговор с ФИО4, при котором последняя просила <данные изъяты> сказать о том, что она <данные изъяты> оговорила ФИО2, факта передачи денег не было и не сознаваться ни в чем, как вести себя со следователем, тем самым защищала свои права от противоправного посягательства. То, что запись на диктофон телефона осуществлялась без участия правоохранительных органов, имеющих право на проведение подобного рода оперативно-розыскных мероприятий, не противоречит ч.2 ст.23 Конституции РФ и ст.13, 185 УПК РФ. Впоследствии указанная аудиозапись была осмотрена (прослушана) следователем и в установленном порядке закреплена в деле как доказательство.

При этом вопреки утверждению стороны защиты аудиозапись разговора содержится в памяти диктофона сотового телефона <данные изъяты> аудиозапись была изъята с первоисточника на диск CD-R. В ходе предварительного расследования диск, на котором содержится аудиозапись разговора встречи <данные изъяты> ФИО2 в установленном законом порядке был осмотрен, по результатам осмотра были составлен протокол осмотра, который соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона- ст. ст. 164, 176 ч.1 -4 ст. 177 УПК РФ, приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства.

Следовательно, аудиозапись получена в соответствии с нормами действующего закона, и является допустимым доказательством.

Отсутствие фоноскопической экспертизы не делает эту запись недопустимым доказательством, тем более, что свидетель <данные изъяты> подтвердила содержание разговора, указывая, что в разговоре участвовала она и ФИО2 По этой же причине не требовалось проверки записи на предмет монтажа или редактирования содержания путем использования звуковых редакторов.

Поэтому что касается доводов защиты о том, что в связи с отсутствием в материалах фоноскопической экспертизы невозможно сделать вывод о принадлежности ФИО2 голоса на имеющейся фонограмме, суд приходит к выводу, что данные доводы несостоятельны в силу того, что отсутствие фоноскопической экспертизы, целью которой является определение личности по голову и звучащей речи, не может являться основанием для признания фонограммы недопустимым доказательством, так как ее достоверность установлена судом в совокупности с иными доказательствами.

Все исследованные судом доказательства стороны обвинения согласуются между собой не производны одно от другого, получены в разных, не зависимых один от другого источников, при отсутствии сведений указывающих на наличие у свидетелей обвинения оснований для оговора подсудимой, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении противоправных действий по мелкому взятничеству и служебному подлогу, указанных в описательно - мотивировочной части приговора.

Давая оценку показаниям подсудимой ФИО2, данных в ходе следствия и оглашенных в суде, принимает их лишь в той части, в которой они согласуются с доказательствами стороны обвинения. К показаниям подсудимой в части того, что она не получала взятку и совершила служебный подлог не из корыстной, а иной заинтересованности, суд относится критически, считая их избранным способ защиты от выдвинутого в ее адрес обвинения. Основанием для такой оценки этих показаний подсудимой служит то обстоятельство, что они полностью опровергаются совокупностью допустимых и достоверных доказательств стороны обвинения, исследованных судом.

В материалах уголовного дела не содержится и в судебном заседании не добыто данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств либо их фальсификации.

Совокупность исследованных доказательств свидетельствует также и о том, что инкриминируемые преступления совершены ФИО2 как должностным лицом, обладающим организационно-распорядительными функциями при проведении экспертизы временной нетрудоспособности и выдачи листков нетрудоспособности, которые влекут определенные юридические последствия: освобождение от работы в связи с временной нетрудоспособностью.

Таким образом, анализ представленных стороной обвинения доказательств, с учетом объективных действий подсудимой, мотива, обстоятельств и способа совершения преступлений, следует то, что ФИО2, являясь должностным лицом, получила взятку через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, а также совершила служебный подлог, то есть внесла в официальные документы заведомо ложные сведения из корыстной заинтересованности.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч.1 ст.291.2 УК РФ, а именно получение взятки, выражается в получении должностным лицом лично или через посредника взятки, в размере, не превышающем десяти тысяч рублей за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе. Понятие должностного лица применительно к этому преступлению определено в пункте 1 примечаний к статье <данные изъяты>, согласно которому должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, государственных компаниях, государственных и муниципальных унитарных предприятиях, акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

Согласно закону, к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности... ).

В соответствии с Приказом Министерства Здравоохранения и социального развития РФ № 624н от 29 июня 2011 года «Об утверждении порядка выдачи листков нетрудоспособности », выдача листков нетрудоспособности осуществляется лицами, имеющими в соответствии с законодательство РФ лицензию на медицинскую деятельность, включая работы (услуги) по экспертизе временной нетрудоспособности, при предъявлении документа, удостоверяющего личность, в том числе и лечащим врачом медицинской организации, при этом его выдача и продление осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы. Кроме того, листок нетрудоспособности не выдается гражданам, обратившимся за медицинской помощью в медицинскую организацию, если у них не выявлено признаков временной нетрудоспособности, а за нарушение установленного порядка выдачи медицинскими организациями листков нетрудоспособности медицинские организации, а также медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ.

Таким образом, основанием для выдачи листка нетрудоспособности лечащим врачом является наличие у обратившегося гражданина заболевания или иного состояния, связанного с временной потерей трудоспособности.

Тогда как в ходе судебного следствия было установлено, что на имя <данные изъяты> был выдан листок нетрудоспособности, хотя он никакими заболеваниями не страдал, листок нетрудоспособности ему был нужен для освобождения от работы на определенный период по обстоятельствам, не связанным с заболеванием.

В суде установлено, что 10 июня 2019 года при разговоре между ФИО2 и свидетелем <данные изъяты> действующей в интересах <данные изъяты> состоялась договоренность на выдачу листка нетрудоспособности на имя <данные изъяты> при отсутствии фактического заболевания, на срок с 11 по 20 июня 2019 года с получением за указанные действия денежного вознаграждения в сумме 2500 рублей. Макаровой Н.ЛД. были получены деньги в сумме 2500 рублей и выдан больничный лист на имя <данные изъяты> на период с 11 по 20 июня 2019 года.

Суд считает, что в судебном заседании нашел свое подтверждение такой признак служебного подлога, как совершение его из корыстной заинтересованности, поскольку несомненно то, что подсудимая ФИО2 внесла заведомо ложные сведения в листок нетрудоспособности о якобы имевшемся у <данные изъяты> заболевании с целью получения денежного вознаграждения за свои незаконные действия, то есть с корыстной целью.

Совершая эти действия, ФИО2 понимала и осознавала противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий.

При совершении всех преступлений подсудимая действовала из корыстной заинтересованности, так как из показаний свидетеля <данные изъяты> данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде и признанных судом достоверными, следует, что он обратился за фиктивным больничным листом нетрудоспособности за денежное вознаграждение врачу, который будет делать больничный листок.

Незаконные действия ФИО2 осуществлялись уже после получения взятки от <данные изъяты> через посредника <данные изъяты>

Взятка получена подсудимой за совершение действий, входящих в ее служебные полномочия как должностного лица, которые она имела права совершать в пределах своей служебной компетенции.

Листы временной нетрудоспособности, медицинские карты являются официальными документами, так как они удостоверяют факты, влекущие юридические последствия в виде предоставления или лишения прав, возложения или освобождения от обязанностей, изменения объема прав и обязанностей.

Отнесение вышеуказанных документов к официальным документам прямо предусмотрено п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 июля 2013 года N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», медицинские карты удостоверяют факт заболевания, на основании записей в медицинской карте, удостоверенных врачом, выдается лист нетрудоспособности, медицинская карта является документом государственного учреждения.

Подсудимой в официальные документы внесены заведомо ложные сведения, так как в них отражены заведомо не соответствующие действительности факты о производствах осмотров и их результатах.

ФИО2 знала, что внесение записей в медицинскую книжку о результатах осмотра пациента, выдача на основании этого осмотра листка временной нетрудоспособности возможны только после фактического осмотра пациента, что подтверждено самой подсудимой. Таким образом, внося вышеуказанные сведения без осмотра пациента, ФИО2 понимала, что данные сведения являются ложными.

Переходя к правовой оценке содеянного подсудимой, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя в судебном заседании, а также на содержании предъявленного ей органами предварительного следствия обвинения.

Органами предварительного расследования действия подсудимой ФИО2 квалифицированы по ч.1 ст. 291.2 УК РФ и ч.1 ст. 292 УК РФ. Данную квалификацию в прениях государственный обвинитель поддержал полностью.

Суд квалифицирует действия ФИО2 по ч.1 ст. 291.2 УК РФ как мелкое взяточничество, то есть получение взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, по ч.1 ст. 292 УК РФ как – служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенное из корыстной заинтересованности.

Разрешая вопрос о наказании, которое может быть назначено подсудимой, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии с ч.2 ст.43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

В соответствии со ст.6 УК РФ назначенное подсудимой наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновной.

Согласно ч.2 ст.15 УК РФ преступления по ч.1 ст. 291.2, ч.1 ст. 292 УК РФ, в совершении которых обвиняется ФИО2, отнесены законом к категории преступлений небольшой тяжести.

Как следует из положений ч.3.ст.60 УК РФ, при назначении наказания учитываются не только характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 в соответствии со ст.61 УК РФ суд признает раскаяние в содеянном, состояние здоровья после перенесенной з вирусной пневмонии в июле 2020 года.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, предусмотренных ст. 63 УК РФ, в суде не установлено

ФИО2 по месту жительства зарекомендовала себя положительно, что подтверждается бытовой характеристикой на л.д. 236, т.1 по месту работы в <данные изъяты> зарекомендовала себя грамотным специалистом, трудолюбива и дисциплинирована, обслуживает самый большой врачебный участок с населением 3120 человек, пользуется авторитетом среди коллег и населения, что подтверждается характеристикой на л.д. 243, т.1, имеет ведомственные награды и отличия, что подтверждается представленными в судебное заседание почетными грамотами и благодарностями, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (л.д.245, 247, т.1 ).

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных ФИО2 преступлений, конкретные обстоятельства совершения преступлений, учитывая личность подсудимой, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд считает необходимым назначить ей наказание по ч.1 ст. 291.2 УК РФ в виде штрафа, по ч.1 ст. 292 УК РФ в виде штрафа.

Окончательное наказание ФИО2 назначить по совокупности преступлений с учетом требований ч.2 ст. 69 УК РФ.

По мнению суда, данный вид наказания будет наиболее полно соответствовать целям наказания - восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимой и предупреждению совершения ею новых преступлений.

Согласно ч. 3 ст. 46 УК РФ размер штрафа определяется судом с учетом тяжести совершенных преступлений и имущественного положения подсудимой, который является трудоспособной и имеет реальную возможность в будущем получать доходы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением как во время, так и после совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, не имеется, в связи с чем суд не усматривает оснований для применения к подсудимой при назначении ей наказания положений ст. 64 УК РФ.

Кроме того, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, предусмотренного ч.1 ст. 291.2 УК РФ, учитывая, что указанное преступление ФИО2 совершено с использованием должностных обязанностей врача, суд приходит к выводу о необходимости в соответствии с положениями ч. 3 ст. 47 УК РФ назначения ей дополнительного наказания в виде лишения права заниматься медицинской деятельностью, связанной с выдачей и продлением листков нетрудоспособности.

Судьбу вещественных доказательств по уголовному делу следует разрешить соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

Руководствуясь ст.ст. 303, 304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2 УК РФ и ч.1 ст. 292 УК РФ и назначить ей наказание:

- по ч.1 ст. 291.2 УК РФ в виде штрафа в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей и в соответствии с положениями ч.3 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься медицинской деятельностью, связанной с выдачей и продлением листков нетрудоспособности на срок 6 (шесть) месяцев;

- по ч.1 ст. 292 УК РФ в виде штрафа в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

На основании ч.2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание назначить в виде штрафа в размере 120 000 (сто двадцать тысяч) рублей и в соответствии с ч.3 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься медицинской деятельностью, связанной с выдачей и продлением листков нетрудоспособности на срок 6 (шесть) месяцев.

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную с илу оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

<данные изъяты>

<данные изъяты> оставить при уголовном деле.

Реквизиты, необходимые в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы штрафа, предусмотренными законодательством Российской Федерации о национальной платежной системе: УФК по Оренбургской области (Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Оренбургской области л/с <***>) ИНН/КПП <***>/561001001, БИК 045354001 в ОТДЕЛЕНИИ ОРЕНБУРГ Г.ОРЕНБУРГ, р/с <***>, ОКТМО 53701000, КБК 41711621010016000140.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда в течение десяти суток со дня постановления приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в случае подачи ею апелляционной жалобы, осужденная вправе заявить в течение десяти суток со дня вручения ей копии приговора, а в случае обжалования приговора другими участниками процесса – в течение десяти суток со дня вручения ей копии апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих ее интересы.

Председательствующий: