Апелляционное определение № 33-1051/2026 от 11 марта 2026 г.

УИД 14RS0035-01-2025-012240-21

Дело №2-8098/2025 №33-1051/2026

Судья Никифорова Н.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Якутск 12 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Удаловой Л.В., судей Кузьминой М.А., Матвеевой М.К. при секретаре Ребровой М.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными

по апелляционной жалобе истца на решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 26 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Кузьминой М.А., пояснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО5, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование своих требований ссылаясь на то, что 05 февраля 2020 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения комнаты, однако данный договор дарения фактически является договором купли-продажи, поскольку истец произвела оплату за нее в размере .......... рублей, о чем имеется расписка ФИО2 Сделка была оформлена как дарение с целью обхода уплаты налоговых сборов, ответчик ФИО3 обязалась оформить в дальнейшем квартиру на истца, однако в дальнейшем подарила ее ФИО4 Истец полагает, что данный договор имеет признаки притворности, заключен для увода недвижимости. Просила признать недействительными договор дарения от 05 февраля 2020 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3, и договор дарения от 27 ноября 2024 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, предметом которых являлась комната с кадастровым № ..., расположенная по адресу: .........., а также применить последствия недействительности сделок.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 26 августа 2025 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4

Решением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 26 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

С данным решением не согласилась истец ФИО1 и обратилась в суд с апелляционной жалобой и дополнением к ней, в которой просит решение суда отменить и направить на новое рассмотрение в ином составе. Жалоба мотивирована тем, что суд не учел участие ответчика ФИО2, которая в судебном заседании признала, что получила за спорную комнату денежные средства и пояснила, что договор дарения скрывал действительную сделку купли-продажи. Суд при этом не упомянул участие ФИО2 в решении, что является нарушением норм материального права и противоречит установленным фактам. Согласно статьям 572, 166, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор дарения может быть признан недействительным, если он мнимый или притворный, заключен без намерения создать правовые последствия или скрывает другую сделку. В данном случае договор дарения прикрывал договор купли-продажи и нарушает права истца как реального покупателя недвижимости. Таким образом, решение суда содержит противоречия, не отражает реальных обстоятельств дела и нарушает нормы материального права. Последующий договор дарения от 27 ноября 2024 года является недействительным, поскольку основан на первоначальной притворной сделке. Кроме того, в момент заключения договора ФИО3 не могла понимать значение своих действий, в связи с чем заявлено ходатайство о назначении судебно-психиатрической экспертизы.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 согласилась с доводами апелляционной жалобы, просила ее удовлетворить. Пояснила, что у нее диагностировали ********, не помнит, при каких обстоятельствах подарила комнату сыну ФИО4, полагает, что собственником комнаты должна быть истец ФИО1

Истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО5 в судебном заседании доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали в полном объеме, просили отменить решение суда и принять новое решение об удовлетворении иска, при этом заявили ходатайство о проведении судебно-психиатрической экспертизы. Дополнительно пояснили, что основанием для признания договоров дарения недействительными является мнимость и притворность.

Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО2, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщено, ходатайств не заявлено.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения дела своевременно в установленном статьями 14, 15 Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» порядке размещена на сайте Верховного Суда Республики Саха (Якутия) (vs.jak.sudrf.ru раздел «Судебное делопроизводство»).

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело при вышеуказанной явке.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнении к ней, отзыва на жалобу, заслушав пояснения истца и ее представителя, судебная коллегия приходит к следующему.

По смыслу статей 327, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года №16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения при рассмотрении данного дела не допущены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 05 февраля 2020 года между ФИО2, дарителем, и ФИО3, одаряемой, был заключен договор дарения объекта недвижимости, по условиям которого жилое помещение с кадастровым № ..., общей площадью 14 кв.м, расположенное по адресу: .........., передано ФИО2 в собственность ФИО3

27 ноября 2024 года между ФИО3, дарителем, и ФИО4, одаряемым, заключен договор дарения недвижимого имущества № ..., предметом которого так же является вышеуказанное жилое помещение.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра недвижимости собственником помещения с кадастровым № ... является ФИО4, право собственности которого зарегистрировано 29 ноября 2024 года.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ФИО1 указывает о том, что первоначальная сделка является притворной сделкой, совершенной с целью прикрыть реальный договор купли-продажи, заключенный между ней и ФИО2, при этом последующая сделка нарушает её права и законные интересы. В подтверждение указанных доводов, истцом представлена расписка от 08 февраля 2020 года, из которой следует, что ФИО2 получила от ФИО1 сумму в размере .......... рублей за продажу комнаты, расположенной по адресу: ...........

В материалы дела представлена копия расписки ФИО2 от 08 февраля 2020 года о получении у ФИО1 наличными средствами .......... рублей за продажу комнаты по адресу: ...........

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что фактически сложившиеся между сторонами отношения по договору дарения свидетельствуют о реальном исполнении договора дарения, подтверждают достижение тех правовых целей, которые были достигнуты при заключении договора дарения, и на которые была направлена воля сторон при заключении договора дарения. Доказательства того, что стороны оспариваемого договора не имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей или желали установления иных правоотношений, нежели определенных договором дарения, отсутствуют. Также указано, что истцу в ходе подготовительного и предварительного судебного заседания предлагалось провести психиатрическую экспертизу в отношении ее матери ФИО3, однако истец отказалась от её проведения, ссылаясь на то, что её мать осознавала свои действия, ******** не страдает со ссылкой на нецелесообразность её проведения.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции юридически значимые обстоятельства определены правильно, собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам дана надлежащая правовая оценка, нормы материального и процессуального права применены правильно.

Статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве признаков договора дарения определяет следующие: безвозмездность, увеличение имущества одаряемого за счет уменьшения имущества дарителя, наличие у дарителя намерения принести дар лицу одаряемому и согласие одаряемого лица на получение дара. Основной квалифицирующий признак договора дарения состоит в его безвозмездности, которая заключается в том, что одна сторона предоставляет либо обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Признак безвозмездности договора дарения означает, что если по договору предполагается встречное предоставление, такой договор признается притворной сделкой, что закреплено в пункте 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, и к нему применяются соответствующие правила о недействительности сделки (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено из материалов дела, воля сторон при заключении договора дарения от 05 февраля 2020 года была направлена передачу права собственности на вышеуказанное жилое помещение с кадастровым № ..., общей площадью 14 кв.м, расположенное по адресу: .........., от ФИО2 к ФИО3 Об этом также свидетельствуют пояснения истца о том, что между нею и ее матерью ФИО3 имелась устная договоренность об оформлении комнаты на ФИО3 с последующим переоформлением права на истца.

Далее, ФИО3 по договору дарения от 27 ноября 2024 года право собственности на вышеуказанное жилое помещение передано ФИО4, право собственности которого на данное имущество зарегистрировано в установленном законом порядке.

При этом ФИО3 на момент совершения сделок недееспособной или ограниченно дееспособной не признана, истец полагает указанные сделки дарения ничтожными в силу мнимости и притворности.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25, следует, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 87 названного постановления Пленума разъяснено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

В данном случае ФИО1 стороной оспариваемых договоров дарения не является, доказательств того, что у нее имеются какие-либо права в отношении жилого помещения с кадастровым № ..., общей площадью 14 кв.м, расположенного по адресу: .........., не представлено.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Как разъяснено в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25, по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Пунктом 4 названной статьи предусмотрено, что суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В силу пункта 5 данной статьи заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Там образом, из совокупности исследованных по данному делу доказательств установлено, что между ответчиками были заключены договоры дарения вышеуказанного жилого помещения, которые фактически исполнены сторонами.

Доводы истца о притворности указанных договоров обоснованно признаны несостоятельными, поскольку фактически сложившиеся между сторонами правоотношения по договору дарения свидетельствуют о реальном исполнении договора дарения и достижения тех правовых последствий, на которые были направлены воли сторон при их заключении.

Заявленное истцом в суде апелляционной инстанции ходатайство о назначении судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО3, основанные на справках врача государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «********» от 06 и 17 февраля 2026 года, согласно которым ФИО3 получает амбулаторное лечение и наблюдение у врача-******** с диагнозом «********», судебное коллегией отклонено, поскольку правовыми основаниями недействительности договоров дарения истцом заявлены мнимость и притворность сделок.

Изменение основания заявленных требований в силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей проверку законности и обоснованности решения суда в пределах требований, рассмотренных судом первой инстанции, на стадии апелляционного производства не допускаются.

Следовательно, оснований для назначения судебно-психиатрической экспертизы для установления психического и психологического состояния стороны сделки в рамках настоящего дела не имеется.

Суд первой инстанции исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую правовую оценку представленным доказательствам, выводы суда соответствуют установленным судом обстоятельствам, материалам дела и требованиям закона, и оснований для признания их неправильными, судебная коллегия не находит.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено.

Принимая во внимание то, что апелляционная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о допущенных судом первой инстанции нарушениях норм права, которые в силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов в апелляционном порядке, основания для ее удовлетворения, а равно и основания для отмены или изменения решения суда отсутствуют.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 26 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

Определение изготовлено 24 марта 2026 года.