Апелляционное определение № 33-2586/2026 от 8 февраля 2026 г.

Судья Шайдуллина Р.И. УИД 16RS0040-01-2025-000062-59

дело № 2-886/2025

№ 33-2586/2026

Учет № 212 г


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

9 февраля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Сахиповой Г.А., Фахриева М.М.,

с участием прокурора Халиуллина И.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Арутюняном Ш.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Сахиповой Г.А. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО1 – ФИО4 на решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 2 октября 2025 года, которым иск ФИО5 был удовлетворен частично и постановлено:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 60 000 руб.

Взыскать с ФИО2 в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, апелляционной жалобы, заслушав истца ФИО11, ее представителя ФИО12, представителя ответчика ФИО2 – ФИО23, заключение прокурора ФИО9, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО1, ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении вреда здоровью.

В обоснование требований указывается, что 25 июля 2023 года в 21 час. 50 мин. по адресу: <адрес>, водитель автомобиля «Сузуки Гранд Витара», государственный регистрационный знак ...., ФИО1 грубо нарушил правила расположения транспортного средства на проезжей части, в результате чего совершил наезд на пешеходов, двигавшихся по обочине, в числе которых была она.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) пешеходы ФИО3 и ФИО13 получили телесные повреждения и были доставлены в ЦРБ г.Зеленодольска Республики Татарстан.

В момент ДТП она испытала большой испуг, физическую боль, все это было для нее стрессом.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз №666, №667 от 30 ноября 2023 года ей и другой потерпевший ФИО13 были причинены телесные повреждения, которые судебно-медицинской оценке не подлежат.

При обращении в травмпункт сразу после ДТП ей был диагностирован ушиб левого бедра, СГМ.

Ответчик не был привлечен к административной ответственности, однако это обстоятельство не освобождает его от ответственности и не умаляет его вины.

При отсутствии вины пешехода, водитель должен отвечать за наезд, так как автомобиль относится к источнику повышенной опасности, а его владелец обязан компенсировать вред.

После ушиба она находилась в больнице на амбулаторном лечении с жалобами на боли в левом бедре, усиливающиеся при ходьбе, с назначением лечения: покой, прием анальгина при болях, долобене 2р., УВЧ №5.

Также после удара у нее случилась аменория. Ранее у нее никогда подобного рода проблем не было. На проведение медицинских исследований для выявления причин и приобретение лекарств истцом понесены затраты в общей сумме 11 665 руб. 20 коп.

Виновными действиями ответчика в виде его неправомерного выезда на обочину на нее, как на пешехода, причинил ей ушиб ноги, впоследствии после полученного стресса, испуга, и физической боли наступившей аменореи. Все это причинило моральный вред, который она оценивает в 100 000 руб.

На основании вышеизложенного, уточнив в ходе судебного разбирательства исковые требования, истец просила суд взыскать с ответчика возмещение расходов на восстановление здоровья 41 045 руб. 80 коп., компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.

Судом к участию в деле в качестве соответчика привлечено ПАО СК «Росгосстрах».

Определением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 4 марта 2025 года иск ФИО3 в части требований к ФИО2, ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании в возмещение расходов на восстановление здоровья 41 045 руб. 80 коп. оставлен без рассмотрения.

Истец и её представитель в судебном заседании требования в части компенсации морального вреда поддержали.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчиков ФИО1, ПАО СК «Росгосстрах», извещённых о времени и месте судебного заседания надлежащим образом и не сообщивших суду уважительных причин неявки.

В своем заключении прокурор заявленные требования не обоснованными. Прокурор с иском не согласился.

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении требований в приведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представитель ответчика, выражая несогласие с данным судебным постановлением, просит уменьшить размер компенсации морального вреда. Указывается на принятие решения без учета имеющих существенное значение для дела обстоятельств, связанных с тем, что причинно-следственная связь между хронической посттравматической головной болью истца и его виновными действиями не установлена. При этом не принято во внимание его материальное положение. Считает размер компенсации морального вреда необоснованно завышенным и не отвечающей принципу разумности и справедливости.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал, истец и ее представитель против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

В своем заключении участвующий по делу прокурор полагал решение суда подлежащим оставлению без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, будучи извещенным о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, не явились.

С учетом положений части 3 статьи 167, абзаца второго части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в их отсутствие.

Проверив законность, обоснованность решения суда по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено судом первой инстанции, обстоятельства, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, подтверждаются материалами по делу.

Так, 25 июля 2023 года в 21 часов 50 минут по адресу: <адрес>, водитель автомобиля «Сузуки Гранд Витара», государственный регистрационный знак ...., ФИО1, нарушив п. 9.1. ПДД РФ (правила расположения транспортного средства на проезжей части), совершил наезд на пешеходов, которые находились в этот момент на обочине. В результате ДТП пешеходы получили телесные повреждения и были доставлены в Центральную районную больницу г.Зеленодольска (далее – ЦРБ г.Зеленодольска).

Пешеход ФИО3 была доставлена в ЦРБ г.Зеленодольска с диагнозом: СГМ, ушиб левого бедра.

25 июля 2023 года ИДПС ОВДПС ГИБДД ОМВД России по Зеленодольскому району в отношении ФИО1 возбуждено дело об административном правонарушении.

25 июля 2023 года постановлением по делу об административном правонарушении №18810216231133751348 ФИО1 за нарушение пункта 9.1 ПДД РФ привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 12.15 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в размере 1 500 руб.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ» №667 от 30.11.2023, проведенной в отношении ФИО3, эксперт пришел к выводам: 1. Выставленный, в представленной медицинской документации, диагноз: «Сотрясение головного мозга?» - объективными клинико-неврологическими признаками характерной для данного вида травмы, не подтвержден, что в свою очередь, не позволяет решить вопрос о наличии «сотрясения головного мозга», следовательно, оценить её с судебно-медицинской точки зрения, а потому согласно приказа Минздравасоцразвития России от 24.04.2008 №194 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (пункт 27) судебно-медицинской оценке не подлежит.

2. Выставленный, в представленной медицинской документации, диагноз: «Ушиб левого бедра» достоверными клиническими признаками не подтвержден, выставлен на основании жалоб потерпевшей, а потому согласно приказа Минздравасоцразвития России от 24.04.2008 №194 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (пункт 27) судебно-медицинской оценке не подлежит.

11 января 2024 года начальником ОГИБДД ОМВД России по Зеленодольскому району ФИО14 вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 по факту причинения телесных повреждений в результате ДТП ФИО15, ФИО13, ввиду отсутствия состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 КоАП РФ на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ.

После ДТП истец 26 июля 2023 года повторно была на приеме у травматолога-ортопеда, которым выставлен диагноз: ушиб мягких тканей, прописано лечение. В связи с аменорией истец обратилась за консультацией в ООО «МЦ «Айболит-Зеленодольск» к врачу-гинекологу, которым проведены обследования (УЗИ, цитологические исследования, анализы), также проходила амбулаторное лечение у невролога.

Таким образом, истцу причинены травмы, физическая боль, нравственные страдания источником повышенной опасности, поэтому истец имеет право требовать компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда.

Определением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 28 марта 2025 года по ходатайству истца по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУ РМЭ «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению экспертов ГБУ РМЭ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 №26-К/2025 от 19.05.2025-11.07.2025 пришли к следующим выводам:

Вопрос №1. Определить перечень телесных повреждений и травм, полученных ФИО3, 19.06.2002г. рождения, в результате наезда на неё 25.07.2023 автомобиля «Сузуки Гранд Витара», государственный регистрационный знак ....?

У гражданки ФИО11, <дата> г.р., каких-либо повреждений не обнаружено.

Вопрос №2. Определить степень тяжести вреда, причиненного здоровью ФИО3, 19.06.2002г. рождения, в результате наезда на неё 25.07.2023 автомобиля «Сузуки Гранд Витара», государственный регистрационный знак <***>?

Установленные диагнозы: сотрясение головного мозга, ушиб левого бедра объективными данными: клинико-неврологическими, динамическим клиническим наблюдением, видом повреждений не подтверждены, сущность вреда здоровью определить не представляется возможным и оценке степени тяжести вреда. Причиненного здоровью человека не подлежат (п.27 приложения приказа №194н от 24.04.2008 Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Вопрос №3. Определить имеется ли прямая причинно-следственная связь между полученными ФИО3, 19.06.2002г. рождения, телесными повреждениями и травмами, в результате наезда на неё 25.07.2023 автомобиля «Сузуки Гранд Витара», государственный регистрационный знак ...., и выставленными ей после 25.07.2023 диагнозами (G44.3 Хроническая посттравматическая боль, ВСД по симпато-адреналовому типу (л.д. 20); [91.2] Аменорея неуточненная (л.д. 19)?

Установленные диагнозы: хроническая посттравматическая головная боль, вегето-сосудистая дистония по симпато-адреналовому типу от 03.12.2024 не подтверждены данными: жалоб, анамнеза, объективного клинического и инструментального исследований; диагноз: аменорея неуточненная (неустановленной причины) не подтвержден анамнезом и клиническим течением, в прямой причинно-следственной связи с ДТП от 25.07.2023 не стоят.

Заключение экспертов соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведённых исследований, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованные правовые акты и литературу, ответы на поставленные судом вопросы, является обоснованным, ясным, полным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение.

Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

Допустимых и достоверных доказательств, опровергающих данное заключение экспертов, свидетельствующих о его необоснованности и недостоверности, не имеется, поэтому суд признает экспертное заключение относимым, допустимым и достоверным доказательством.

Судебная коллегия не находит оснований для признания выводов суда первой инстанции о компенсации морального вреда незаконными, поскольку они соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям.

Вместе с тем, с определенным судом размером компенсации морального вреда согласиться нельзя.

В силу требований вышеназванных положений закона, по общему правилу, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда и его вина.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

В рассматриваемом случае, факт причинения истцу нравственных страданий материалами дела подтвержден, вина ответчика в совершении наезда, в результате которого ей причинен моральный вред установлена, в связи с чем, суд пришел к верному выводу о наличии оснований для возложения на ответчика ФИО1 обязанности по возмещению истцу морального вреда.

Из пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом, суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 14 и 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии с положениями, указанными в пунктах 21, 25-30 Постановления моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами. Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

При этом, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Вместе с тем, определяя размер компенсации подлежащего взысканию с ответчика морального вреда, суд первой инстанции не установил все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела.

Так, из представленных суду апелляционной инстанции материалов следует, что на иждивении ФИО1 находится двое несовершеннолетних детей : сын Савелий, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и сын Гордей, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Сам он не трудоустроен, заработок его супруги ФИО6 составляет в среднем 59 452 руб. 08 коп., ежемесячные расходы по коммунальным услугам составляют 12 538 руб. 12 коп. (л.д. 72-73, 77-79 том 2)

Учитывая данные обстоятельства, а также необходимость соблюдения баланса интересов обеих сторон, оценив представленные доказательства по правилам ст. ст. 56 и 67 ГПК РФ в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о снижении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ФИО1 в пользу ФИО5 до 20 000 руб.

По мнению судебной коллегии, такой размер компенсации не нарушит баланса интересов обеих сторон, будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Оснований для снижения размера компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не усматривает.

Согласно пункта 3 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела является основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.

С учетом изложенного, решение суда нельзя признать законным и обоснованным, подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329, пунктом 3 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 2 октября 2025 года по данному делу в части размера компенсации морального вреда изменить.

Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

В остальной части обжалуемое решение оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 12 февраля 2026 года

Председательствующий

Судьи