Решение № 2-453/2019 2-453/2019(2-5396/2018;)~М-4726/2018 2-5396/2018 М-4726/2018 от 4 февраля 2019 г. по делу № 2-453/2019

Дело № 2-453/19


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

05 февраля 2019 года город Новосибирск

Октябрьский районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Барейша И.В.,

с участием прокурора Юрченковой С.И.

при секретаре Горькой Н.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «НЖК» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась с иском к ответчику АО «НЖК» с требованием о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями.

В обоснование своих требований истец указала, что в январе 2012 г. Управлением Роспотребнадзора по НСО на предприятии ответчика проведено расследование случая профессионального заболевания ФИО1, работающей оператором линии у ответчика, в результате чего составлен и утвержден акт о случае профессионального заболевания от 10.02.2012 г., устанавливающий у истца профессиональное заболевание: «Бронхиальная астма (с участием иммуноглобулинов Е), легкое песистирующее течение, частично контролируемая».

Пунктом 18 акта определена причина заболевания истца: Длительное воздействие на организм вредных веществ химической природы: формальдегид 2 класса. Фактическая концентрация 0,34-0,36 мг/м3, (ПДК - 0,5 мг/м3). - вещество с острым направленным механизмом действия, с раздражающим действием, аллерген. Непосредственной причиной заболевания, согласно пункта 20 акта, является воздействие формальдегида.

Актом установлено, что вины истца в профессиональном заболевании нет, а также, что у ФИО1 ранее не имелось профессионального заболевания.

Таким образом, между профессиональным заболеванием истца и негативным воздействием на ее организм вредных производственных факторов, во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь.

В результате наступления у ФИО1 профессионального заболевания, органами МСЭ установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.

ФИО1 противопоказан труд в условиях воздействия пыли, токсических веществ, неблагоприятного микроклимата и т.д., рекомендовано диспансерное наблюдение: терапевта, пульмонолога, эндокринолога, онколога, проведение 2-х курсов профилактического лечения в год, прием лекарств и реабилитация.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, в размере 500 000 рублей.

Истец ФИО1 в суд не явилась, извещена, направила в суд своего представителя по доверенности ФИО2, который в судебном заседании поддержал доводы и требования иска в полном объеме.

Представитель ответчика АО «НЖК» и третьего лица ООО «Торговый Дом «Солнечные продукты» ФИО3 в судебном заседании не признала требования иска в полном объеме, поддержав письменный отзыв.

Прокурор Юрченкова С.И. в судебном заседании в заключении указала, что собранными по делу доказательствами подтверждаются доводы истца о том, что профессиональное заболевание было получено истцом в период трудовой деятельности у ответчика, связи с полученным профессиональным заболеванием истец испытывала нравственные и физические страдания, в связи с чем, возможно частично удовлетворить исковые требования с учетом принципов разумности и справедливости.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требования иска.

При этом суд исходит из следующего.

Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (статья 212 ТК РФ).

Согласно ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТК РФ.

Положениями статьи 22 ТК РФ установлена обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии с абзацем 11 статьи 3 Федерального закона от 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Судом установлено, что истец была трудоустроена в АО «НЖК» в должности оператора линии производства мыла 3 разряда с 18.09.2002 года по 08.07.2014 года (л.д.40).

Управлением Роспотребнадзора по НСО на предприятии ответчика проведено расследование случая профессионального заболевания ФИО1, работавшей оператором линии производства мыла 3 разряда, в результате чего составлен и утвержден акт о случае профессионального заболевания от 10.02.2012 года (л.д. 5-10), устанавливающий у истца профессиональное заболевание «Бронхиальная астма (с участием иммуноглобулинов Е), легкое песистирующее течение, частично контролируемая».

Пунктом 18 указанного акта определена причина заболевания: длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: Длительное воздействие на организм вредных веществ химической природы: формальдегид 2 класса. Фактическая концентрация 0,34-0,36 мг/мЗ, (ПДК - 0,5 мг/мЗ). - вещество с острым направленным механизмом действия, с раздражающим действием, аллерген.

Непосредственной причиной заболевания, в соответствии с п. 20 акта, является воздействие формальдегида.

Пунктом 19 этого же акта установлено, что вины истца в профессиональном заболевании нет, а в пункте 15 указано, что ранее у истца не имелось профессионального заболевания.

Согласно заключению врачебной комиссии № от 25.03.2015 года, истцу был установлен заключительный клинический диагноз: бронхиальная астма (с участием иммуноглобулинов Е), легкое персистирующее течение, частично контролируемая, ДН1. Заболевание профессиональное (л.д.32-33).

Согласно заключению врачебной комиссии № от 25.03.2016 года, истцу был установлен заключительный клинический диагноз: бронхиальная астма, аллергическая, легкое персистирующее течение, неконтролируемая, ДН1. Заболевание профессиональное (л.д.34).

Согласно заключению врачебной комиссии № от 22.02.2018 года, истцу был установлен заключительный клинический диагноз: бронхиальная астма, аллергическая, легкое персистирующее течение, неконтролируемая, ДН 1. Заболевание профессиональное (л.д.35).

Истцу была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 20% с 22.05.2017 года бессрочно, что подтверждается справкой серии № (л.д.23-24).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле (ч. 1 ст. 57).

Согласно положений ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом представлены доказательства наличия у истца профессионального заболевания, возникшего в связи с выполнением трудовых обязанностей в период работы истца в АО «НЖК». Данный вывод суда подтверждается актом о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника, заключения врачебных комиссии, МСЭ.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик.

Между тем, доказательств отсутствия своей вины в наступлении у истца профессионального заболевания, в соответствии с требованиями статьи 56 ГПК РФ, ответчиком по делу не представлено. Вышеуказанные акты, установившие причину заболевания истца, ответчиком оспорены не были в установленном законом порядке.

Истец указывает, что наличие у нее заболевания - бронхиальная астма, причиняет ей моральные и нравственные страдания и переживания, поскольку снизилось качество жизни истца ФИО1, она вынуждена регулярно проходить лечение, принимать лекарственные препараты. Кроме того в связи с наличием у нее профессионального заболевания, истец частично утратила трудоспособность.

Оценив фактические обстоятельства дела, факт причинения морального вреда суд признает установленным, поскольку вред в данном случае причинен здоровью истца, что нашло подтверждение при рассмотрения дела.

Согласно ч. 1 ст. 151 ГК РФ, под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания.

В силу статьи 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень вины ответчика, учитывать при определении размера компенсации морального вреда требования разумности, справедливости и иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Оценивая в совокупности обстоятельства причинения истцу вреда здоровью, отсутствие вины истца, с учетом требований разумности и справедливости, а также учитывая характер физических и нравственных страданий истца, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, суд считает, что требования о взыскании компенсации морального вреда завышены и полагает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей. Доводы представителя ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между болезнью истца и действиями работодателя являются несостоятельными, так как не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Поскольку в силу пп. 1 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении с данным иском в суд, государственная пошлина в размере 300 рублей подлежит взысканию с ответчика АО «НЖК» в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «НЖК» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Взыскать с АО «НЖК» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда с подачей жалобы через Октябрьский районный суд г. Новосибирска.

Мотивированное решение суда изготовлено 13.02.2019 года.

Судья (подпись)

Копия верна, подлинник решения суда подшит в материалах гражданского дела № 2-453/19, которое хранится в Октябрьском районном суде города Новосибирска.

Судья

Подлинник заочного