Апелляционное определение № 22-2196/2025 22-23/2026 от 21 января 2026 г.

дело №22-23 судья Зиновьев Ф.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года г. Тула

Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего судьи Вознюк Г.В.,

судей Грацескул Е.В., Сикачева А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Синицыной С.Н.,

с участием прокурора Комиссаровой О.А.,

осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи,

его защитника - адвоката Карасева О.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу и дополнение к ней защитника осужденного ФИО1 – адвоката Зимина А.В. и апелляционное представление Кимовского межрайонного прокурора на приговор Кимовского межрайонного суда Тульской области от 22 августа 2025 года, в соответствии с которым ФИО1 осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Грацескул Е.В., выслушав осужденного ФИО1 и его адвоката, поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших об отмене приговора и оправдании ФИО1, прокурора Комиссарову О.А., полагавшую правильным приговор суда изменить по доводам апелляционного представления, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, судебная коллегия

установила:

ФИО1, <данные изъяты> несудимый,

осужден:

по ч.3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы,

по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 320 часам обязательных работ.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к 7 годам 7 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения,

срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу,

в соответствии с п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 15 марта 2025 года до вступления приговора в законную силу засчитано в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима,

решена судьба вещественных доказательств по делу.

ФИО1 признан виновным и осужден за покушение на убийство, т.е. умышленное причинение смерти Потерпевший №2, которое не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Он же признан виновным в умышленном причинении Потерпевший №1 легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство его здоровья с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступления совершены ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> до <данные изъяты> в <адрес> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник осужденного – адвокат Зимин А.В. считает постановленный приговор незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене, утверждает, что вина ФИО1 в совершении преступлений, исходя из тщательного анализа совокупности показаний свидетелей стороны обвинения, данных ими на стадии предварительного и судебного следствия, не доказана.

Приводя положения ч. 1 ст. 5 УК РФ, утверждает о последовательных и непротиворечивых показаниях своего подзащитного, не признавшего вины в инкриминируемых преступлениях, и указавшего о мотивах и причинах его оговора со стороны потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, показания которых также, как и показания свидетеля ФИО7, находит противоречивыми и взаимоисключающими.

Обращает внимание на то, что в удовлетворении мотивированных ходатайств ФИО1 о вызове и допросе свидетелей для установления и воссоздания всех фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для установления истины по делу, было неоднократно отказано.

Полагает, что принципы состязательности, объективности, равенства сторон и презумпции невиновности судом не соблюдены, условия для всестороннего, полного и объективного исследования всех фактических обстоятельств дела не созданы.

Утверждает о том, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на предположениях, являются необоснованными и несостоятельными.

Считает, что предварительное следствие и судебное разбирательство поведены неполно, надлежащая оценка доводам, аргументам и доказательствам стороны защиты не дана.

Со ссылкой на ч. 1 ст. 88 УПК РФ полагает, что собранные по делу доказательства принципу достаточности для разрешения дела не отвечают, правильная оценка доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достаточности судом не дана.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор, освободив его от уголовной ответственности с прекращением в отношении него уголовного преследования.

В апелляционном представлении прокурор со ссылкой на ст. 297, 307 УПК РФ, п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», утверждает, что суд указал, что, несмотря на непризнание ФИО1 своей вины в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ (абзац шестой л. 2 приговора), его вина в их совершении подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Вместе с тем, органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, что соответствует описанию преступных деяний, отраженных судом в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора.

Решая вопрос о назначении вида наказания за совершенные преступления, суд указал, что за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 30, ч.1 ст. 105 УК РФ, подлежит назначению лишение свободы (абзац второй л. 10 приговора), вместе с тем, ФИО1 было предъявлено обвинение в покушении на убийство, а не в приготовлении и его действия верно квалифицированы в резолютивной части приговора по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Просит приговор изменить, исключить из второго абзаца листа 2 приговора указание на отрицание ФИО1 вины в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ, указав, что ФИО1 отрицает свою виновность в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ; исключить из абзаца второго листа 10 приговора ссылку на ч. 1 ст. 30 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 вину в совершении преступлений за которые он осужден, не признал, утверждал, что ДД.ММ.ГГГГ спиртные напитки не употреблял, в доме ФИО9 не находился, телесных повреждений Потерпевший №2 и Потерпевший №1 не причинял.

Эти доводы осужденного ФИО1, аналогичные по содержанию с доводами, изложенными в апелляционных жалобах адвоката, тщательно проверялись судом первой инстанции и отвергнуты в приговоре с приведением убедительных мотивов принятых решений.

Вопреки доводам жалоб, виновность осужденного ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч.1 ст.105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, установлена:

- показаниями потерпевшего Потерпевший №2 о том, что ДД.ММ.ГГГГ он, Потерпевший №1, ФИО1 и ФИО9 в доме ФИО9 распивали спиртные напитки. В процессе употребления спиртного ФИО1, проявляя агрессию по отношению к нему и сказав, что «завалит» его, выбежал из дома, затем возвратился в дом с топором, которым нанес ему удар в область затылочной части головы. Продолжая угрожать ему убийством, попытался нанести ему не менее двух ударов топором, но не смог этого сделать, т.к. Потерпевший №1 и ФИО9 удерживали ФИО1, а затем Потерпевший №1 выбил топор из его рук. После этого ФИО1, захватив с собой нож, лежавший на столе, скрылся в комнате и нанес Потерпевший №1, пытавшемуся с ним поговорить, один удар ножом в грудь.

Свои показания потерпевший Потерпевший №2 подтвердил на очной ставке с осужденным;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в доме ФИО9 он, Потерпевший №2, ФИО1 и ФИО9 распивали спиртные напитки. Между Потерпевший №2 и ФИО1 произошла ссора, они выходили во двор, конфликтовали между собой, он их успокоил. По возвращению на кухню ФИО1 угрожал Потерпевший №2 убийством, вышел из кухни и возвратился с топором, которым нанес по затылку Потерпевший №2 один удар. Он и ФИО9 отталкивали ФИО1 от Потерпевший №2, когда тот пытался нанести повторные удары. Он выбил топор из рук ФИО1, и ФИО1 скрылся в соседней комнате. Когда он подошел к двери комнаты, в которой закрылся ФИО1, тот через образовавшийся проем нанес ему удар ножом в область груди;

- показаниями свидетеля ФИО9, которые согласуются с показаниями потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о том, что ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший №2 и ФИО1 выясняли между собой отношения, и что во время ссоры ФИО1, выйдя из дома, возвратился в дом с топором, которым ударил Потерпевший №2 по затылку. Оттаскивая ФИО1 от Потерпевший №2 вместе с Потерпевший №1, Потерпевший №1 выбил топор из рук ФИО1. ФИО1 забежал в комнату, а затем ножом ударил Потерпевший №1 в грудь;

- показаниями свидетеля ФИО11 о том, что ДД.ММ.ГГГГ она видела своего мужа Потерпевший №1 в компании с Потерпевший №2 и ФИО1, они были пьяными. От своего мужа, которого домой привел его брат, ей стало известно о том, что ФИО1 в ходе конфликта топором ударил Потерпевший №2 по голове, а ее мужа пырнул ножом в левую часть груди;

- показаниями свидетеля ФИО12 о том, что по дороге к дому ФИО9 он встретил ФИО2, ехавшего ему навстречу на мотороллере. В доме ФИО9 его брат Потерпевший №1 лежал на полу в крови, Потерпевший №2 закрывал ему рану на груди. Со слов Потерпевший №2 ему стало известно, что Гудков ударил его по голове топором, а брата – ножом;

- показаниями свидетеля ФИО13, из которых следует, что в составе бригады скорой медицинской помощи в ходе вызова по факту ножевого ранения, причиненного Потерпевший №1, ей от Потерпевший №2 стало известно, что ФИО1 в ходе распития спиртного ударил его (Потерпевший №2) топором по голове, а Потерпевший №1 – ножом в грудь;

- показаниями свидетеля ФИО14 о том, что в приемный покой ГУЗ «<данные изъяты>» в состоянии алкогольного опьянения был доставлен Потерпевший №1 с резаной раной в области груди. От Потерпевший №1 ей стало известно, что рану ему причинил собутыльник. Потерпевший №2 с ушибленной раной на голове поступил в приемный покой в тот же день позднее, он также находился в состоянии алкогольного опьянения и пояснил, что рану ему причинил знакомый.

Суд первой инстанции правомерно признал достоверными показания вышеуказанных потерпевших и свидетелей, обоснованно указав, что они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой и не содержат существенных противоречий.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о недостоверности показаний потерпевших и вышеуказанных свидетелей ввиду какой-либо их заинтересованности в исходе дела, не имеется.

Свидетели давали показания о тех событиях, которые непосредственно наблюдали либо указывали источник своей осведомленности.

Оснований для оговора осужденного со стороны допрошенных по делу лиц суд обоснованно не усмотрел и указал, по каким основаниям он признал одни доказательства допустимыми и отверг другие.

Вопреки доводам жалобы суд пришел к обоснованному выводу о том, что показания потерпевших и свидетелей обвинения логичны, последовательны, и, с учетом их уточняющего характера, не имеют существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного ФИО1

Имеющиеся противоречия в показаниях судом устранены путем их оглашения.

Сведения, сообщенные потерпевшими и свидетелями обвинения, о времени, месте, мотивах и целях преступлений согласуются в деталях и по существенным моментам с иными доказательствами, приведенными в приговоре с достаточной полнотой, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия – помещения дома <адрес>, где были обнаружены и изъяты нож с деревянной ручкой и топор, сделан смыв вещества бурого цвета с межкомнатной двери,

- протоколами освидетельствования, в ходе которого у Потерпевший №2 обнаружена ушибленная рана теменной области головы, ушитая хирургическими нитками, у Потерпевший №1 обнаружена колото-резаная рана в области груди слева, ушитая медицинским швом, у ФИО3 телесных повреждений не обнаружено, сделаны смывы, срезы кромок ногтевых пластин пальцев рук,

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования – образцов слюны Потерпевший №2, Потерпевший №1 и ФИО3,

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому обнаруженное у Потерпевший №1 повреждение – <данные изъяты> - причинено не менее чем однократным ударным действием плоского клинкового оружия типа ножа, давностью 2-4 суток к моменту освидетельствования (ДД.ММ.ГГГГ) и как повлекшее кратковременное расстройство здоровья имеет медицинские критерии легкого вреда здоровью,

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому обнаруженное у Потерпевший №2 повреждение – <данные изъяты> – причинено не менее чем однократным ударным действием тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью, давностью 2-4 суток к моменту освидетельствования (ДД.ММ.ГГГГ) и как повлекшее кратковременное расстройство здоровья имеет медицинские критерии легкого вреда здоровью,

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что на представленных на исследование топоре, ноже крови человека, следов рук, пота, пригодных для идентификации личности, не обнаружено. Топор и нож являются предметами хозяйственно-бытового назначения и к категории холодного оружия не относятся,

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в смыве вещества бурого цвета, представленном на исследование, обнаружена кровь человека, произошедшая с вероятностью более 99,9% от Потерпевший №1,

- протоколом осмотра изъятых предметов,

- картой вызова скорой медицинской помощи, согласно которой вызов к Потерпевший №1 по адресу: <данные изъяты> поступил ДД.ММ.ГГГГ,

- справкой ГУЗ <данные изъяты>» о поступлении Потерпевший №1 по поводу резаной раны грудной клетки в области грудины в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ

Каждое из исследованных доказательств проверено и оценено судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все доказательства в их совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, то есть в соответствии с требованиями ст.ст. 87 и 88 УПК РФ.

Проведенным по делу экспертизам судом первой инстанции дана надлежащая оценка; каких-либо противоречий выводы экспертных заключений не содержат, поэтому оснований не доверять им у суда не имелось.

Каких-либо данных, свидетельствующих о существенном нарушении норм уголовно-процессуального закона, недопустимости проведенных по делу следственных действий, существенном нарушении при этом прав участников судопроизводства не установлено.

Принцип состязательности и равноправия сторон председательствующим судьей соблюден, стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств, все представленные доказательства и все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для его разрешения, все ходатайства участников процесса по данному делу рассмотрены в соответствии с требованиями УПК РФ, принятые по ним решения являются мотивированными и обоснованными.

Относимость, допустимость и достоверность доказательств, которые положены в основу обвинительного приговора в отношении ФИО3, в полном объеме проверены судом первой инстанции и сомнений у судебной коллегии не вызывают.

Расследование по делу проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Рассмотрение дела проведено судом в соответствии с положениями УПК РФ, предусматривающими общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела, что подтверждается протоколом судебного разбирательства.

Как видно из материалов уголовного дела, предварительное и судебное следствие проведены достаточно полно и объективно.

Обстоятельства, при которых совершены преступления, и которые, в силу ст.73 УПК РФ, подлежали доказыванию, судом установлены, подтверждающие их доказательства проанализированы, надлежащим образом оценены, виновность осужденного в совершении преступлений полностью нашла свое подтверждение.

Не допущено нарушений закона и при составлении приговора, его описательно-мотивировочная часть соответствует требованиям ст.302, 307 УПК РФ.

В приговоре, как это и предусмотрено ст.307 УПК РФ, содержится описание преступных деяний, совершенных ФИО3, с указанием места и времени совершения, изложены доказательства виновности осужденного, приведены основания, по которым положенные в основу приговора доказательства признаны судом достоверными; судом обоснованно указано на достаточность представленных доказательств для подтверждения виновности осужденного в совершении преступлений, изложенных в описательной части приговора.

Установленные в судебном заседании обстоятельства дела изложены правильно, приведенные в приговоре показания соответствуют протоколу судебного заседания.

Протокол по форме и содержанию соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Версия осужденного ФИО3 о его непричастности к совершению преступлений судом была проверена с достаточной полнотой, она обоснованно отвергнута и признана несостоятельной. Показаниям свидетеля ФИО15 в защиту осужденного ФИО3, содержащим существенные противоречия, судом дана надлежащая оценка, как недостоверным.

Доводы осужденного ФИО3 о возможной причастности к совершению преступлений иных лиц, проверялись судом и обоснованно признаны голословными, поскольку опровергаются полученными в ходе судебного заседания доказательствами.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что выводы экспертиз в части отсутствия на топоре и ноже, которые использовались ФИО3 при совершении преступлений, следов крови нельзя считать доказательством невиновности ФИО3, поскольку выводы суда первой инстанции основываются на совокупности иных доказательств, которая признана достаточной для установления вины осужденного, объективного рассмотрения дела и принятия правильного решения.

Судебная коллегия не усматривает существенных, фундаментальных ошибок и отступлений от законной процедуры судопроизводства путем искажения в любой форме подлинных обстоятельств, имевших место при судебном рассмотрении дела и способных повлечь отмену судебного решения.

Доводы жалоб сводятся по существу к переоценке выводов суда первой инстанции для чего судебная коллегия оснований не усматривает.

Выводы суда о квалификации действий осужденного основаны на доказательствах, совокупность которых явилась достаточной для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора в отношении ФИО3 по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Оснований для вынесения оправдательного приговора в отношении осужденного, о чем поставлен вопрос в апелляционных жалобах, не имеется. Мотивы, приведенные судом в обоснование принятого решения, являются убедительными.

Все диспозитивные и квалифицирующие признаки совершенных преступлений мотивированы судом в приговоре, с данной судом оценкой действиям осужденного судебная коллегия согласна.

В соответствии со ст.300 УПК РФ суд обсудил вопрос о вменяемости осужденного ФИО3, при этом признал, что как в момент совершения преступлений, так и в период рассмотрения уголовного дела он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Вывод суда о вменяемости осужденного основан на всесторонне исследованных доказательствах, материалах дела, данных о его личности, а также выводах комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, оснований сомневаться в правильности которых у суда не имелось.

Психическое состояние осужденного судом исследовано с достаточной полнотой, и ФИО3 обоснованно признан вменяемым и подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Наказание осужденному назначено в пределах санкций соответствующих статей УК РФ, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания судом учтено, что осужденный на учете врача психиатра и нарколога не состоит, имеет место регистрации, к административной ответственности не привлекался, не является военнообязанным, участковым уполномоченным охарактеризован с отрицательной стороны.

В качестве смягчающего наказания обстоятельства судом первой инстанции обоснованно признан в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ престарелый возраст осужденного.

Все данные о личности осужденного, которые были известны суду первой инстанции на момент вынесения приговора, учтены судом при определении вида и размера назначенного наказания.

Наличие каких-либо других смягчающих наказание обстоятельств, которые не были бы установлены и приняты во внимание судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Разрешая вопрос о возможности признания состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в момент совершения преступлений отягчающим наказание обстоятельством, суд в соответствии с требованиями закона принял во внимание характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения, влияние состояния опьянения на поведение осужденного при совершении преступлений, а также данные о личности виновного, которые во взаимосвязи с опьянением обусловили мотивационную составляющую преступных деяний.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда в этой части, принимает во внимание характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения и приходит к выводу, что состояние алкогольного опьянения ФИО3, в которое осужденный сам себя привел, повлекло снижение критического порога оценки происходящих событий, существенно повлияло на его поведение, облегчило открытое проявление агрессии в отношении потерпевших, способствовало формированию умысла на совершение преступлений и явилось важным условием для их совершения.

Назначая наказание, суд сделал обоснованный вывод, что восстановление социальной справедливости, исправление и перевоспитание осужденного, а также предупреждение совершения им новых преступлений могут быть достигнуты только при назначении ему наказания по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы, по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ в виде обязательных работ.

Суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения к виновному положений ст. 64, 73, 531 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ и назначения дополнительного вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Положения ч. 3 ст. 66 УК РФ при определении размера наказания по ч. 1 ст. 105 УК РФ с учетом совершения ФИО3 неоконченного преступления суд первой инстанции применил верно.

С учетом тяжести, конкретных обстоятельств совершенных преступлений и данных о личности осужденного оснований для применения ст. 64, 73, 531 УК РФ и ч.6 ст.15 УК РФ судебная коллегия не усматривает.

Назначенное ФИО3 наказание судебная коллегия находит справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных им преступлений и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Вид исправительного учреждения правильно определен судом на основании требований п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока отбывания наказания, судьбе вещественных доказательств разрешены судом верно.

Каких-либо нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебная коллегия не усматривает.

Между тем, приговор в отношении осужденного подлежит изменению по следующим основаниям.

Исходя из требований ч. 2 ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ч. 3 ст. 69 УК РФ, если хотя бы одно из преступлений, совершенных по совокупности, является тяжким или особо тяжким преступлением, то окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 69 УК РФ, если все преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более строгим либо путем частичного или полного сложения назначенных наказаний.

Как видно из содержания приговора, ФИО3 осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, т.е. за покушение на совершение особо тяжкого преступления и за совершение преступления небольшой тяжести.

Следовательно, при назначении окончательного наказания подлежат применению правила ч. 2 ст. 69 УК РФ и приговор подлежит изменению.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, принятых во внимание судом при определении вида и размера наказания ФИО3, принцип частичного сложения наказаний при определении окончательного наказания осужденному применен судом первой инстанции верно, оснований для изменения принципа назначения окончательного наказания судебная коллегия не находит.

Поскольку при назначении ФИО1 наказания по совокупности преступлений судом был применен принцип частичного сложения назначенных наказаний, а не принцип поглощения менее строгого наказания более строгим, то допущенная ошибка не является безусловным основанием для отмены или изменения приговора. Она подлежит устранению в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора, но при установленных обстоятельствах не является основанием для снижения либо иного смягчения окончательно назначенного наказания.

Допущенные в описательно-мотивировочной части приговора (л.3 и л. 15) ошибки - при указании на отрицание ФИО1 вины в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ, и при излишнем указании на ч. 1 ст. 30 УК РФ, являются явными и техническими.

Так, исходя из представленных материалов уголовного дела, содержания приговора в целом, судебной коллегией установлено, что ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, и он высказывал свое отношение к предъявленному обвинению именно по преступлениям, квалифицированным по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Эти технические ошибки очевидна, они не влекут за собой отмену приговора суда, не влияют на законность и обоснованность принятого судом решения, вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым внести изменения в судебное решение в этой части.

Иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38915, 38920, 38928, 38933, 38935 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кимовского районного суда Тульской области от 22 августа 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из второго абзаца листа 3 приговора указание на отрицание ФИО1 вины в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ, указав, что ФИО1 отрицает свою виновность в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ;

исключить из абзаца второго листа 15 приговора ссылку на ч. 1 ст. 30 УК РФ.

в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора считать правильным применение положений ч. 2 ст. 69 УК РФ при назначении окончательного наказания осужденному.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнение к ней адвоката осужденного - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в течение шести месяцев в Первый кассационный суд общей юрисдикции, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья

Судьи