Апелляционное определение № 33-8478/2025 от 9 декабря 2025 г.

УИД 29RS0021-01-2025-001057-84

Судья Залогова А.П.

№ 2-747/2025

10 декабря 2025 г.

Докладчик Зайнулин А.В.

№ 33-8478/2025

г. Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Зайнулина А.В., Поповой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Пономаревой Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области к ФИО1, ФИО2 о взыскании материального ущерба по апелляционной жалобе Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области, Федеральной службы исполнения наказаний на решение Плесецкого районного суда Архангельской области от 27 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Зайнулина А.В., судебная коллегия

установила:

Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области (далее – УФСИН России по Архангельской области) обратилось в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о взыскании материального ущерба.

В обоснование заявленных требований указано, что решением <данные изъяты> суда Архангельской области от <данные изъяты> г. с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу Ж. взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей. По данному факту причинения ущерба казне Российской Федерации в УФСИН России по Архангельской области была проведена служебная проверка, по результатам которой установлена вина <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> ФИО3 и <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> ФИО1 Данные сотрудники в настоящее время службу в уголовно-исполнительной системе не проходят, возмещать ущерб в размере 3 000 рублей в добровольном порядке не пожелали. В связи с этим истец просил взыскать с ФИО1 и ФИО2 причиненный материальный ущерб в размере 1 500 рублей с каждого.

Решением Плесецкого районного суда Архангельской области от 27 августа 2025 г. отказано в удовлетворении исковых требований УФСИН России по Архангельской области к ФИО1, ФИО2 о взыскании материального ущерба.

С указанным решением не согласились УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России, в поданной апелляционной жалобе представитель истца и третьего лица просит решение отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы ссылается на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для разрешения гражданского дела; несоответствие вывода суда первой инстанции, изложенного в решении, обстоятельствам дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела.

Ссылаясь на положения действующего законодательства, указывает на то, что в случае причинения федеральным государственным гражданским служащим при исполнении служебных обязанностей вреда гражданину или юридическому лицу его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации. Лицо, возместившее вред, причиненный федеральным государственным гражданским служащим при исполнении им служебных обязанностей, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Поскольку стороной в обязательствах по возмещению вреда, предусмотренных статьей 1069 Гражданского кодекса РФ, является государство, иск о возмещении вреда осужденным был предъявлен к государству. Соответственно, в случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, ФСИН России от имени Российской Федерации имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения.

Полагает, из заключения служебной проверки и собранных материалов, следует, что вина конкретных должностных лиц исправительного учреждения в нарушении прав и законных интересов Ж. была установлена в полном объеме, в связи с чем вред, причиненный незаконными действиями ответчиков при исполнении ими своих должностных обязанностей, подлежит возмещению. Именно в действиях ответчиков имеется состав правонарушения, включающего в себя наступление вреда, противоправность (незаконность) действий причинителей вреда, прямая причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими последствиями, а также наличие размера причиненного вреда. Обстоятельств, исключающих привлечение к материальной ответственности ФИО1 и ФИО2 в ходе проведения служебной проверки не установлено. Суду первой инстанции были предоставлены аргументированные доказательства, свидетельствующие о противоправном поведении ответчиков; указано, в чем заключается их вина в причинении прямого действительного ущерба ФСИН России, сумма, которую в порядке регресса требуется взыскать с ответчиков.

Ответчики ФИО1 и ФИО2 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, представителей не направили. Судебная коллегия по гражданским делам, руководствуясь положениями части 3 и 4 статьи 167, части 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Согласно положениям части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения представителя истца и третьего лица ФИО4, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ответчик ФИО2 проходил службу в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и в период с <данные изъяты> г. по <данные изъяты> г. исполнял служебные обязанности в должности <данные изъяты> ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области.

На основании приказа начальника УФСИН России по Архангельской области от <данные изъяты> г. № 14-лс ответчик ФИО2 уволен из органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации <данные изъяты> г. по выслуге срока службы, дающей право на пенсию.

Ответчик ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и в период с <данные изъяты> г. по <данные изъяты> г. исполнял служебные обязанности по должности <данные изъяты> ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области.

На основании приказа начальника УФСИН России по Архангельской области от <данные изъяты> г. № 243-лс ответчик ФИО1 уволен из органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации <данные изъяты> г. по выслуге срока службы, дающей право на пенсию.

Вступившим в законную силу решением <данные изъяты> суда Архангельской области от <данные изъяты> г. (гражданское дело № <данные изъяты>) установлены нарушения со стороны администрации ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области личных неимущественных прав осужденного Ж. в результате незаконного наложения на него взыскания от <данные изъяты> г. в виде водворения в штрафной изолятор и от <данные изъяты> г. в виде объявления выговора. В связи с этим с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу осужденного Ж. взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей.

Во исполнение указанного решения <данные изъяты> г. в адрес взыскателя Ж. перечислены денежные средства в размере 3 000 рублей.

По данному факту на основании приказа УФСИН России по Архангельской области от <данные изъяты> г. № 290 проведена служебная проверка, результаты которой отражены в заключении, утвержденном <данные изъяты> г.

Согласно указанному заключению, комиссия нанимателя установила, что Ж. отбывал наказание в ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области с <данные изъяты> г.

Постановлением <данные изъяты> ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области от <данные изъяты> г. на осужденного Ж. наложено дисциплинарное взыскание в виде водворения в штрафной изолятор на срок 10 суток за невыход на работу <данные изъяты> г. без уважительной причины.

Постановлением <данные изъяты> ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области от <данные изъяты> г. осужденный Ж. подвергся мере взыскания в виде выговора за совершение аналогичного нарушения порядка и условий отбытия наказания, допущенного <данные изъяты> г.

Не согласившись с данными взысканиями, Ж. обратился с жалобой в специализированную прокуратуру.

Постановлениями <данные изъяты> прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от <данные изъяты> г. постановления <данные изъяты> исправительного учреждения от <данные изъяты> г. и <данные изъяты> г. отменены.

Как следует из постановлений прокурора, дисциплинарные взыскания были наложены на Ж. незаконно, с нарушением требований статьи 117 УИК РФ, поскольку не были надлежащим образом установлены обстоятельства нарушения, а именно не учтено, что осужденный Ж. прибыл в ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области для дальнейшего отбывания наказания <данные изъяты> г. Вместе с тем, согласно приказу начальника учреждения от <данные изъяты> г. № 56, осужденный Ж. трудоустроен в качестве <данные изъяты>, то есть Ж., согласно приказу, был трудоустроен до своего фактического прибытия в исправительное учреждение в нарушение требований статьи 103 УИК РФ.

По итогам служебной проверки комиссия пришла к выводу, что лицами, допустившими необоснованное привлечение осужденного Ж. к взысканиям от <данные изъяты> г. и от <данные изъяты> г., явились <данные изъяты> ФБУ ИК<данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области ФИО2 и <данные изъяты> этого же исправительного учреждения ФИО1

По результатам проведения служебной проверки истцом принято решение о взыскании с ФИО2 и ФИО1 денежных средств, выплаченных Ж., в качестве ущерба, причиненного казне Российской Федерации.

Разрешая рассматриваемый спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено доказательств вины ответчиков в причинении материального ущерба ФСИН России. Факт причинения вреда ФИО2 и ФИО1 в рамках рассмотрения настоящего дела не подтвержден. Также суд учел, что в заключении не содержится сведений о том, какие конкретно незаконные действия (бездействия) были совершены ответчиками, которые определенно указывали бы на их виновность, противоправность их действий, причинно-следственную связь между их действиями и наступившими последствиями в виде возмещения ФСИН России причиненных убытков. Установленные обстоятельства в рамках служебной проверки не свидетельствует о причинении ответчиками прямого действительного ущерба органу уголовно-исполнительной системы своим виновным противоправным бездействием (действиями) и наличии причинно-следственной связи между ними; достоверных и достаточных доказательств в подтверждение противоправности поведения ответчиков ФИО2 и ФИО1 и их вины в причинении ущерба в сумме 3 000 рублей истец в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ не представил.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют доказательствам, которые получили надлежащую оценку суда по правилам статьи 67 ГПК РФ.

В период прохождения ответчиками службы в уголовно-исполнительной системе и в период незаконного привлечения осужденного Ж. к дисциплинарным взысканиям от <данные изъяты> г. и от <данные изъяты> г. правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительную систему, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника регулировались Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», Инструкцией о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Минюста России от 6 июня 2005 г. № 76, и Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. № 4202-1.

Указанными нормативными правовыми актами (в редакции по состоянию на <данные изъяты> г. и <данные изъяты> г.) не были урегулированы вопросы материальной ответственности сотрудников за ущерб, причиненный учреждению и (или) органу уголовно-исполнительной системы, в связи с чем на такие правоотношения распространялись положения Трудового кодекса РФ.

С 1 августа 2018 г. правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительную систему, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника установлены Федеральным законом от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее – Федеральный закон от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ).

В соответствии с частью 5 статьи 15 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ за ущерб, причиненный учреждению и (или) органу уголовно-исполнительной системы, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством Российской Федерации.

Из положений статьи 238 Трудового кодекса РФ следует, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса РФ).

В статье 241 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу частей 1 и 2 статьи 242 Трудового кодекса РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В статье 247 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств, а также размера причиненного ущерба законом возложено на работодателя.

Кроме того, в пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 5 декабря 2018 г., разъяснено, что необходимым условием привлечения работника к материальной ответственности является наличие у работодателя ущерба, который должен быть подтвержден доказательствами, отвечающими требованиям закона.

Однако судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований к указанным ответчикам, поскольку истцом не доказана вина ФИО2 и ФИО1, а также противоправность их поведения (действий или бездействия) и причинно-следственная связь между их действиями и наступившим ущербом.

Из содержания вышеприведенных норм права следует, что при привлечении работника (сотрудника) к материальной ответственности работодатель (наниматель) обязан определять, в чем заключалась противоправность поведения работника (сотрудника), какие конкретно нарушения трудовой (служебной) дисциплины были допущены по вине работника (сотрудника), явившиеся поводом к привлечению к материальной ответственности.

Однако в заключении по результатам служебной проверки не содержится сведений о том, в чем выразилась вина ответчиков ФИО2 и ФИО1, какие локальные нормативные акты и нормативные правовые акты ими не исполнены надлежащим образом, а также какие нарушения ими допущены, которые повлекли причинение материального ущерба.

Формальная ссылка нанимателя на судебные акты, принятые в ходе рассмотрения гражданского дела № <данные изъяты>, а также на обстоятельства установленными ими не может свидетельствовать о полном и всестороннем исследовании и оценке всех обстоятельств причинения нанимателю материального ущерба, об установлении истцом вины ответчиков в его причинении, а следовательно, об обоснованности заявленных требований.

При этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что решением <данные изъяты> суда Архангельской области от <данные изъяты> г. (гражданское дело № <данные изъяты>) действия (бездействие) ответчиков незаконными не признавались, судебными постановлениями противоправность, виновность действий (бездействия), причинно-следственная связь между ущербом и действиями (бездействием) ответчиков также не установлены.

Сам факт подписания <данные изъяты> ФБУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области ФИО2 постановлений от <данные изъяты> г. и от <данные изъяты> г. в отношении осужденного Ж. в отсутствие сведений о нарушенных им локальных нормативных актах и нормативных правовых актах при подписании данных постановлений, не может свидетельствовать о вине указанного ответчика, а также о наличии причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и взысканием судом в пользу Ж. компенсации морального вреда.

Ссылка нанимателя на то, что ответчик ФИО1 готовил материалы в отношении осужденного Ж., на основании которых были вынесены постановления от <данные изъяты> г. и от <данные изъяты> г., является несостоятельной, поскольку истцом не предоставлено доказательств, подтверждающих данное обстоятельство. При этом ни материалы служебной проверки, ни материалы настоящего гражданского дела не содержат сведений о том, что именно <данные изъяты> ФИО1 готовил какие-либо материалы для применения к Ж. указанных дисциплинарных взысканий.

В отсутствие доказательств вины ответчиков в причинении ущерба, а также доказательств противоправности их поведения (действий или бездействия) и наличия причинно-следственной связи, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Все обстоятельства, на которые ссылался податель апелляционной жалобы в обоснование своих доводов, получили соответствующую правовую оценку судом первой инстанции, исходя из положений подлежащего применению к правоотношениям сторон законодательства.

По существу в апелляционной жалобе не содержится новых данных, не учтенных судом при рассмотрении дела. Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, доводы жалобы не содержат, выводов суда не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними, сводятся к переоценке установленных судом фактических обстоятельств дела и иному толкованию правовых норм законодательства.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции определены верно на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, судебная коллегия в пределах доводов апелляционной жалобы оснований к отмене или изменению оспариваемого решения не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Плесецкого районного суда Архангельской области от 27 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 декабря 2025 г.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

А.В. Зайнулин

Т.В. Попова