Апелляционное постановление № 22-1595/2025 22-34/2026 от 19 января 2026 г.

Судья Дикаева Е.М.

Дело № 22-34/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Мурманск

20 января 2026 года

Мурманский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Шиловской Ю.М.,

при секретаре судебного заседания Олейник И.В.,

с участием прокурора Сапко М.С.,

защитника – адвоката Орловой А.Э.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению заместителя прокурора г. Оленегорска Панова Д.В. и апелляционной жалобе защитника Орловой А.Э. на постановление Оленегорского городского суда Мурманской области от 24 ноября 2025 года, которым уголовное дело в отношении:

О., родившегося _ _ в ..., гражданина Российской Федерации,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.2 УК РФ,

возвращено прокурору г. Оленегорска Мурманской области на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Проверив материалы дела, заслушав выступление прокурора Сапко М.С., поддержавшего доводы апелляционного представления и просившего отменить постановление суда, защитника – адвоката Орловой А.Э., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Оленегорского городского суда Мурманской области от 24 ноября 2025 года уголовное дело в отношении О., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.2 УК РФ, возвращено прокурору города Оленегорска Мурманской области на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении заместитель прокурора г. Оленегорска Панов Д.В. находит постановление незаконным, необоснованным. По мнению прокурора, обвинительный акт по уголовному делу составлен в соответствии с требованиями ст.225 УПК РФ, в нем указаны существо предъявленного обвинения, место и время совершения преступления, способ и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи УК РФ, предусматривающей ответственность за данное преступление. Считает необоснованными выводы суда о неконкретном указании места совершения преступления, поскольку улицы Кирова и Мира в г. Оленегорске имеют один перекрёсток Т-образной формы, расположенный в районе домов 2/1 и 1 по улице Мира. Иных перекрестков указанных улиц в городе не существует, поскольку их проезжие части расположены перпендикулярно друг другу. Ссылается на п.п. «з» п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которому действия водителя, связанные с выездом на полосу встречного движения в нарушение требований ПДД РФ, подлежат квалификации по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, при этом поворот транспортного средства должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей оно не оказалось на стороне встречного движения, что прямо предусмотрено пунктом 8.6 ПДД РФ. Таким образом, по мнению автора представления, указанное судом основание для возвращения уголовного дела прокурору, не свидетельствует о нарушении требований к форме и содержанию обвинительного акта и не образует оснований, предусмотренных п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ. Просит постановление суда отменить, уголовное дело передать для рассмотрения по существу в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе защитник Орлова А.Э., не оспаривая законность и обоснованность возвращения уголовного дела прокурору, а также соглашаясь с приведенными судом мотивами, указывает, что судом первой инстанции не в полной мере отражены основания, предусмотренные законом и разъяснениями Пленумов Верховного Суда РФ, которые также препятствуют рассмотрению дела и требуют возвращения его прокурору. При этом указывает, что согласно примечанию к ст.264.2 УК РФ, действие настоящей статьи не распространяется на случаи фиксации административных правонарушений работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото, киносъемки, видеозаписи.

Ссылаясь на п. 10(5) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», отмечает что перечисление в данном пункте административных правонарушений, предусмотренных ч.4 ст.12.9 и ч.4 ст.12.15 КоАП РФ свидетельствует о том, что преюдициальное значение имеют оба постановления о привлечении лица к административной ответственности – как за первое, так и за повторное административное правонарушение. Следовательно, по мнению защитника, обстоятельствами, подлежащими доказыванию и обязательному отражению в обвинительном акте, являются сведения обо всех ранее совершенных обвиняемым административных правонарушениях, учитываемых при привлечении его к уголовной ответственности, с указанием времени их совершения и способов выявления. Однако в обвинительном акте данные сведения отсутствуют, а также в материалах уголовного дела отсутствуют допустимые доказательства, подтверждающие, когда было совершено первое административное правонарушение О., учтенное при его привлечении к уголовной ответственности, и каким образом оно было зафиксировано.

Ссылаясь на п. 10(7) вышеуказанного постановления Пленума и п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами УПК РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», оспаривает вывод суда о том, что сведения о привлечении подсудимого к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, могут быть дополнительно представлены сторонами либо истребованы судом в ходе судебного разбирательства и отсутствие таких сведений в обвинительном акте само по себе не исключало бы возможность вынесения итогового решения. По мнению автора жалобы, данный вывод суда противоречит нормам закона и разъяснениям Верховного Суда РФ и нарушает право О. на защиту. Просит постановление суда изменить, дополнив указанными основаниями для возвращения уголовного дела прокурора.

В возражениях на апелляционное представление защитник Орлова А.Э. просит отказать в его удовлетворении.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Орловой А.Э. государственный обвинитель Панов Д.В. просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, возражений, заслушав мнение участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции находит обжалуемое постановление подлежащим отмене по следующим основаниям.

В силу требований п.2 ст.389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если: обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд, изложив обстоятельства инкриминируемого О. преступления, указал, что из обвинительного акта не представляется возможным установить какой именно пункт ПДД РФ нарушил водитель при выезде на полосу, предназначенную для встречного движения, и что послужило основанием для квалификации его действий по ч.1 ст.264.2 УК РФ. Кроме того, по мнению суда, в обвинительном акте не конкретизировано место совершения вменяемого О. преступления, поскольку отсутствует указание адреса, что является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона.

На основании изложенного суд пришел к выводу об отсутствии возможности постановления приговора или вынесения иного решения на основе имеющегося по делу обвинительного акта.

С данными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Как следует из материалов уголовного дела, О. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264.2 УК РФ, то есть в нарушении правил дорожного движения, предусмотренных ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, лицом, подвергнутым административному наказанию и лишенным права управления транспортным средством за деяние, предусмотренное ч.5 ст.12.15 КоАП РФ.

При этом, при описании преступных действий О. в обвинительном акте указано, что 15 ноября 2024 года не позднее 18 часов 00 минут О., будучи подвергнутым административному наказанию по ч.5 ст.12.15 КоАП РФ за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, то есть за выезд в нарушение Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 «О Правилах дорожного движения» на полосу, предназначенную для встречного движения, будучи лишенным права управления транспортными средствами, в нарушение требований дорожной разметки 1.1 и п.8.6 ПДД РФ, управляя автомобилем «***», г.р.з. *, при пересечении перекрестка улиц Кирова и Мира в г.Оленегорске Мурманской области, осуществляя поворот направо на улицу Мира, выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения. После чего был остановлен сотрудниками ДПС возле дома 2/2 по ул.Мира в г.Оленегорске Мурманской области.

Таким образом, описание события преступления в обвинительном акте является достаточным.

Место совершения преступления в обвинительном акте индивидуализировано, что позволяет его достоверно установить и исключает неопределенность обвинения. Требования ст. ст. 73 и 225 УПК РФ в этой части соблюдены, а вывод суда о неконкретизированности места преступления не основан на материалах дела.

Кроме того, в соответствии с п.п. «з» п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», действия водителя, связанные с нарушением требований ПДД РФ, а также дорожных знаков или разметки, повлекшие выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления (за исключением случаев объезда препятствия (пункт 1.2 ПДД РФ), которые квалифицируются по части 3 данной статьи), подлежат квалификации по ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ. При этом поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения (п. 8.6 ПДД РФ).

Согласно п. 8.6 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 «О Правилах дорожного движения», поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения. При повороте направо транспортное средство должно двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части.

Линия горизонтальной разметки 1.1 согласно приложения № 2 к Правилам дорожного движения РФ разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.

Принимая решение о возвращении дела прокурору суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности квалификации действий подсудимого в связи с тем, что в обвинительном акте не назван конкретный пункт ПДД РФ, нарушенный при выезде на полосу, предназначенную для встречного движения. Между тем, судом не учтено, что обвинительный акт содержит указание на п. 8.6 ПДД РФ и в нем указано, что имел место выезд на полосу дороги, предназначенную для встречного движения.

Таким образом, обвинительный акт составлен в соответствии с требованиями ст.225 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного обвинения, место, время и обстоятельства совершения преступления, способ, мотив, цель. Каких-либо противоречий в обвинении не содержится, а потому суд не имел оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

При указанных обстоятельствах, у суда первой инстанции имелась возможность постановления судом в отношении О. приговора или иного решения, отвечающего требованиям законности, обоснованности и справедливости на основании обвинительного акта, представленного в материалах уголовного дела органом дознания.

Изложенное свидетельствует о том, что допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, повлиявшим на исход дела, в связи с чем апелляционное представление прокурора подлежит удовлетворению, а судебное решение - отмене с передачей уголовного дела для рассмотрения по существу в суд первой инстанции.

По этим же основаниям, поскольку обвинительный акт составлен в соответствии с требованиями ст. 225 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы защитника.

Так, в соответствии с п. 10(4) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», по делам о преступлениях, предусмотренных п. «в» ч.2, п. «в» ч.4 и п. «в» ч.6 ст.264, ч.1 ст.264.2, ст.264.3 УК РФ, суду необходимо установить, что обстоятельства, указывающие на то, что водитель являлся лицом, не имеющим права управления транспортными средствами, или лицом, лишенным такого права, имели место на момент совершения им соответствующего преступления.

Обвинительный акт содержит сведения о привлечении О. постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Оленегорского судебного района Мурманской области от 22 декабря 2023 года, вступившим в законную силу 10 января 2024 года, к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.5 ст. 12.15 КоАП РФ, и назначении ему административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год.

При таких данных, вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствие в обвинительном акте сведений о привлечении О. к административной ответственности по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ не влечет оснований для возвращения уголовного дела прокурору, не исключает возможности постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного акта.

Отменяя постановление суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения избранной в отношении О. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и полагает необходимым оставить ее прежней.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Оленегорского городского суда Мурманской области от 24 ноября 2025 года о возвращении в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору уголовного дела в отношении О. отменить и возвратить уголовное дело в тот же суд на новое рассмотрение в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения О. оставить прежней – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное представление заместителя прокурора г. Оленегорска Панова Д.В. – удовлетворить.

Апелляционную жалобу защитника - адвоката Орловой А.Э. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Ю.М. Шиловская