Апелляционное определение № 33-3-8911/2025 от 16 декабря 2025 г.

Судья Алексеева О.О. дело № 2-1662/2025

дело № 33-3-8911/2025

26RS0010-01-2025-002844-37


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе

председательствующего судьи Калоевой З.А.,

судей Луневой С.П., Берко А.В.,

при секретаре Хубиевой А.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам ФИО18., ФИО19., ФИО20.

на решение Георгиевского городского суда Ставропольского края от 18 сентября 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО21 к ФИО22, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО23, ФИО24 о признании сделки недействительной и истребовании имущества из чужого незаконного владения,

заслушав доклад судьи Луневой С.П.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указала, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 купила трехкомнатную квартиру, площадью 58,9 кв.м., по адресу: <адрес>.

В данной квартире проживает ее дочь ФИО13, которая является инвалидом <данные изъяты> группы, со своим гражданским мужем ФИО9

ФИО1 проживает по адресу: <адрес>, <адрес>.

В декабре 2024 года к ним в квартиру пришел сотрудник Сбербанка и сообщил о том, что квартира находится в ипотеке и ему необходимо проверить ее состояние, поскольку возникла задолженность по платежам. Со слов сотрудника банка ФИО1 узнала, что квартира зарегистрирована на праве собственности на ее правнучку ФИО2, а под залог квартиры получен кредит в Сбербанке.

Квартиру ФИО1 никому не продавала и об этом ничего не знала. Договор купли-продажи ФИО1 не подписывала, запись в графе «Продавец» и подпись выполнены другим лицом.

Просит суд признать недействительным договор купли-продажи трехкомнатной квартиры, площадью 58,9 кв.м., по адресу: <адрес>., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3, ФИО4; договор купли-продажи, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, ФИО4 и ФИО2; истребовать у ФИО2 квартиру, площадью 58,9 кв.м., по адресу: <адрес> возвратить в собственность истца.

Обжалуемым решением Георгиевского городского суда Ставропольского края от 18 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит обжалуемое решение суда отменить, указав, что судом первой инстанции допущено нарушение норм процессуального права, выражающееся в неприменении исковой давности. Судом истребуется имущество у ФИО2 A.M., возвращается ФИО1, при том, что титульным собственником спорного имущества является ПАО «Сбербанк России». Судом при разрешении спора не разрешен вопрос о выплаченных и полученных денежных средствах, которая не отрицала факт перечисления и факт получения денежных средств от продажи спорной квартиры.

В апелляционной жалобе ФИО3, ФИО14 просят обжалуемое решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права. Указывают, что доводы ФИО1 о том, что ей стало известно о реализации жилого помещения без ее ведома в ДД.ММ.ГГГГ года несостоятельны и не подтверждаются материалами дела.

Изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 являлась собственницей квартиры по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО3, действующая в своих интересах и интересах своего сына ФИО4 заключили договор, в соответствии с которым ФИО1 продала спорную квартиру.

Согласно п.3 договора, стороны пришли к соглашению, что квартира оценивается и продается сторонами за 1000000 рублей. Расчеты между покупателями и продавцом производятся наличными и безналичным способом в следующем порядке: часть денежных средств за счет собственных средств в размере 551267,80 рублей, которые уплачены Покупателями продавцу до подписания настоящего договора купли-продажи наличными деньгами. Часть денежных средств в размере 448732,20 рублей оплачивается из средств обслуживания программы «Обеспечение жильем молодых семей» государственной программы РФ «Обеспечение доступным и комфортным жильем и коммунальными услугами граждан РФ» и подпрограммы «Жилище» государственной программы Ставропольского края «Развитие градостроительства, строительства и архитектуры» и муниципальной программы Георгиевского городского округа Ставропольского края «Развитие жилищно-коммунального и дорожного хозяйства, благоустройство Георгиевского городского округа Ставропольского края» № от ДД.ММ.ГГГГ в безналичном порядке в Филиале Ставропольского отделения № ПАО Сбербанк г. Ставрополь, согласно договора от ДД.ММ.ГГГГ открытого в структурном подразделении № на имя ФИО10 на лицевой счет ФИО1 в размере 426295,59 рублей, из бюджета Ставропольского края, денежная сумма в размере 22436,61 рублей из Бюджета Георгиевского городского округа Ставропольского края.

Согласно платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ денежная сумма в размере 448732,20 рублей перечислена на счет ФИО3

Заявку на перечисление бюджетных средств на оплату жилья подавала ФИО3

Извещением исполняющая полномочия главы Геогриевского городского округа СК ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ известила ФИО3, ФИО4, что им предоставляется социальная выплата в размере 448732, 20 рублей за счет бюджета Ставропольского края и 22436,61 рублей из бюджета Георгиевского городского округа Ставропольского края.

В судебном заседании истица пояснила, что зачисленные на её денежный счет 448732,20 рублей она сняла и отдала ФИО3 по ее просьбе для того, чтобы она могла обналичить материнский капитал. О заключении договора купли-продажи квартиры у них договоренности не было. Договор купли-продажи ФИО1 не подписывала, запись в графе «Продавец» и подпись выполнены другим почерком.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно выводов заключения эксперта ФИО12, № от ДД.ММ.ГГГГ рукописная запись «ФИО1» от имени ФИО1 в договоре купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ выполнена не ФИО1, а иным лицом.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, ФИО4, действующей с согласия своей матери ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи спорной квартиры, стоимость которой стороны оценили 5 000000 рублей.

Согласно п.5 стороны установили следующий порядок оплаты: часть стоимости в размере 2000000 рублей за счет собственных денежных средств; оставшаяся часть стоимости в размере 3000000 рублей за счет целевых кредитных денежных средств, предоставляемых Покупателю ПАО Сбербанк России в соответствии с кредитным договором № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между Банком и ФИО2

Стороны пришли к соглашению, что денежная сумма в размере 3000000 рублей оплачивается на основании поручения покупателя на счета продавцов: на имя ФИО3 денежные средства в размере 500000 рублей на счет, открытый в Ставропольском отделении ПАО Сбербанка, на имя ФИО4 денежные средства в размере 2500000 рублей на счет, открытый в Ставропольском отделении ПАО Сбербанка.

Право собственности на квартиру зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ за ФИО2 Также ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирована ипотека сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ на срок 360 месяцев с даты фактического предоставления кредита; лицо в пользу которого установлены ограничения прав и обязанностей объекта недвижимости - ПАО «Сбербанк».

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 160, 166, 168, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив доказательства в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание заключение экспертизы, исходил из того, что ФИО1 договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ не подписывала, учитывая, что отсутствовали законные основания для продажи спорной квартиры ответчику ФИО2 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, пришел к выводу о признании данных сделок недействительными.

При этом судом отклонены доводы относительно пропуска срока исковой давности, поскольку о нарушении своего права истице стало известно в декабре 2024 года, после претензий банка, с данным иском истец обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть в пределах установленного законом трехлетнего срока исковой давности. Кроме того, судом установлено, что исполнение указанной сделки не наступило, ни как со стороны продавца, ни как со стороны покупателей; ФИО1 представила квитанции по оплате коммунальных услуг, где собственником указана она и несет бремя содержания имущества (от уплаты налогов освобождена). Доказательства же наличия оснований для исчисления срока исковой давности с какой-либо иной даты стороной ответчиков не представлено. К Постановлению об отказе в возбуждении дела от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует что ФИО1 было известно о проведенных сделках, и на который ссылаются ответчики в своих возражениях, суд отнесся критически, так как, из постановления следует, что «ФИО1, от дачи пояснений категорически отказалась. Кроме того, письменных объяснений сама ФИО1 в рамках проверки не давала. Подпись в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не принадлежит истцу, следовательно, сама она не могла знать о данном договоре и о нарушении своего права, то есть волеизъявление на отчуждение квартиры не выражала. Каких-либо надлежащих доказательств в подтверждение того, что истица узнала об отчуждении квартиры ранее декабря 2024 года суду не представлено.

Из материалов дела следует, что обстоятельства дела установлены судом на основе надлежащей оценки всех представленных доказательств, имеющих правовое значение для данного дела, в их совокупности, изложенные в оспариваемом судебном акте выводы, соответствуют обстоятельствам дела. Собранные по делу доказательства соответствуют правилам относимости и допустимости. Бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами распределено правильно.

Доводы апелляционных жалоб об истечении срока исковой давности являются несостоятельными, противоречащими материалам дела.

В соответствии с положением ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен статьей 181 ГК РФ, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1).

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019), заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, заключение договора без волеизъявления собственника является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора, что дает основания для вывода о ничтожности сделки и применения соответственно срока исковой давности в три года, начавшего течение с момента, когда истцу стало известно о нарушении права.

Поскольку подпись в договоре купли-продажи не принадлежит истице, она не могла знать о данном договоре и о нарушении своего права. Совокупностью имеющихся в деле доказательств подтверждается, что ФИО1 не знала и не могла знать о том, что спорная квартира выбыла из ее владения.

Кроме того, материалы дела не содержат доказательств получения денежных средств в размере 551267,80 рублей. Из п. 3 Договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что указанная сумма передана до подписания настоящего договора. Расписки о получении денежных средств не представлено, при этом сам договор не может являться такой распиской, ввиду отсутствия указания на это.

Денежные средства в размере 448732,20 рублей ДД.ММ.ГГГГ перечислены УЖКХ администрации ГГО СК получателю ФИО3 в качестве субсидии на предоставление соц.выплат на приобретение жилья молодым семьям согласно договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, извещение № от ДД.ММ.ГГГГ.

Сама ФИО1 заявлений на предоставление указанных сумм не подавала, о том, что указанная сумма является оплатой по договору купли-продажи ей известно не было. Зачисленные на её денежный счет 448732,20 рублей истица сняла и отдала ФИО3 по ее просьбе для того, чтобы она могла обналичить материнский капитал. Материалы дела не содержат доказательств получения денежных средств в размере 448732,20 рублей как Продавца по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 39 Постановления Пленума N 10/22 разъяснено, что, по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Судом установлен факт выбытия спорной квартиры помимо воли ФИО1, в связи с чем она подлежит возврату в ее собственность.

Вместе с тем, заслуживают доводы апелляционной жалобы о том, что судом не решен вопрос о полученных денежных средств Продавцами в размере 5000000 рублей по договору купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

В пункте 80 постановления Пленума ВС РФ N 25 разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

В то же время, суд в рамках заявленных исковых требований ограничился возвратом квартиры в собственность ФИО1 прекращением права собственности ФИО2 на спорную квартиру.

Однако, при этом, суд не учел, что в п. 80 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обращено внимание на то, что по смыслу п. 2 ст. 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

В силу ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из материалов дела, при заключении договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, стороны установили следующий порядок оплаты: часть стоимости в размере 2000000 рублей уплачивается покупателем продавцам за счет собственных денежных средств, которые будут переданы покупателем ФИО3 в течение одного рабочего дня с момента подписания договора; оставшаяся часть стоимости в размере 3000000 рублей за счет целевых кредитных денежных средств, предоставляемых Покупателю ПАО Сбербанк России в соответствии с кредитным договором № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между Банком и ФИО2

Стороны пришли к соглашению, что денежная сумма в размере 3000000 рублей оплачивается на основании поручения покупателя на счета продавцов: на имя ФИО3 денежные средства в размере 500 000 рублей на счет, открытый в Ставропольском отделении ПАО Сбербанка, на имя ФИО4 денежные средства в размере 2500000 рублей на счет, открытый в Ставропольском отделении ПАО Сбербанка.

В суде апелляционной инстанции представитель подтвердила получение указанных сумм в полном объеме.

Поскольку выход за пределы заявленных исковых требований в данном случае прямо предусмотрен федеральным законом (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, ст. 167 ГК РФ) с учетом руководящих предписаний Пленума Верховного Суда РФ, постольку по настоящему гражданскому делу подлежит применению двусторонняя реституция, в связи с чем, последствия недействительности сделки, примененные судом первой инстанции, должны быть дополнены предписанием о взыскании с ФИО3 и ФИО4, действующего с согласия своей матери ФИО3 полученных по недействительной сделке денежных средств, размер которых составляет 5000000 рублей.

С учетом изложенного, решение суда в части применения последствий недействительности сделки подлежит изменению, в связи с чем, резолютивная часть судебного решения должна быть дополнена соответствующим предписанием о взыскании с ФИО3 и ФИО4, действующего с согласия своей матери ФИО3 полученных по недействительной сделке денежных средств, размер которых составляет 5000000 рублей в качестве возврата полученного по недействительной сделке, а в остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст.ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Георгиевского городского суда Ставропольского края от 18 сентября 2025 года дополнить абзацем следующего содержания.

В порядке применения последствий недействительности сделки договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО4, действующего с согласия своей матери ФИО3 взыскать с ФИО3 (паспорт серии №, выдан <данные изъяты>) и ФИО4, действующего с согласия своей матери ФИО3 (паспорт серии №, выдан <данные изъяты>) полученных по недействительной сделке договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО4, действующего с согласия своей матери ФИО3 денежные средства в размере 5000 000 рублей в пользу ФИО2 (паспорт серии №, выдан <данные изъяты>) в качестве возврата полученного по недействительной сделке договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО4, действующего с согласия своей матери ФИО3

В остальной части это же решение суда оставить без изменения.

Апелляционные жалобы без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17.12.2025 года.

Председательствующий

Судьи