Приговор № 1-169/2018 от 5 ноября 2018 г. по делу № 1-169/2018

Дело № 1-169/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Рязань 06 ноября 2018 года

Октябрьский районный суд г. Рязани в составе

председательствующего судьи Крайневой Ю.А.,

при секретаре Сафонкиной К.Г.,

с участием государственных обвинителей помощников прокурора Октябрьского района г.Рязани Котовой Ю.И., ФИО1, ст. помощника прокурора Октябрьского района г. Рязани Добровольской Н.С.,

подсудимого ФИО23 ,

его защитника адвоката коллегии адвокатов № 10 г. Рязани ФИО8, представившего удостоверение № и ордер №,

а также потерпевших ФИО, ФИО3, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы уголовного дела в отношении ФИО23 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, судимого 19.07.2001 года Октябрьским районным судом г. Рязани по ч. 1 ст. 105, п. «д» ч. 2 ст. 127 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденного 19.03.2010 года по отбытию срока наказания; 24.10.2016 года Михайловским районным судом Рязанской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 100 часам обязательных работ, наказание в виде обязательных работ отбыто 07.01.2017 года, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 162, ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО23 совершил грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества; и он же совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

21 декабря 2017 года в 23 час. 17 мин. ФИО23, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вместе со своими знакомыми ФИО2 и ФИО5 пришел в магазин «<данные изъяты>» ИП ФИО3, расположенный по адресу: <адрес>, с целью приобретения спиртных напитков. Находясь в указанном магазине, ФИО23 стал высказывать продавцу-кассиру магазина ФИО свое недовольство по поводу высоких цен на товар, выражаясь при этом нецензурной бранью. ФИО ответил, что свои претензии по указанному поводу ФИО23 может высказать хозяину магазина, после чего последний вышел из помещения магазина.

В период с 23 час. 17 мин. до 23 час. 30 мин. 21 декабря 2017 года у ФИО23, находящегося в состоянии алкогольного опьянения рядом с входной дверью в магазин «<данные изъяты>», возник преступный умысел, направленный на открытое хищение денежных средств из кассы данного магазина с целью потратить их на личные нужды.

Реализуя задуманное, в 23 час. 30 мин. 21 декабря 2017 года ФИО23 зашел в магазин «<данные изъяты>» ИП ФИО3, расположенный по адресу: <адрес>, и после того, как ФИО2 и ФИО5 вышли из магазина, подошел к продавцу-кассиру ФИО и потребовал, чтобы тот вышел из-за прилавка в торговый зал. ФИО, видя, что ФИО23 находится в состоянии алкогольного опьянения и ведет себя агрессивно, испугавшись за сохранность имущества магазина, вышел из-за прилавка, а затем по требованию ФИО23 вышел с ним в тамбур. Находясь в тамбуре указанного магазина, ФИО23, продолжая реализовывать задуманное, осознавая, что его действия очевидны для ФИО и игнорируя данное обстоятельство, действуя открыто, умышленно, с корыстной целью, потребовал от ФИО передать ему выручку магазина или денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., выругавшись при этом нецензурными словами. ФИО, видя агрессивное поведение и алкогольное опьянение ФИО23, прошел в торговый зал и достал из кассового аппарата денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., двумя купюрами по <данные изъяты> руб. каждая, принадлежащие ИП ФИО3 ФИО23, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на открытое хищение имущества ИП ФИО3, осознавая, что его действия очевидны для ФИО и находящегося в торговом зале ФИО6, и игнорируя данное обстоятельство, действуя открыто, умышленно, с корыстной целью, взял из руки ФИО денежные средства в размере <данные изъяты> руб., после чего с похищенными денежными средствами ФИО23 из магазина «<данные изъяты>» ушел, скрывшись тем самым с места совершения преступления и совершив открытое хищение чужого имущества.

Похищенными денежными средствами ФИО23 распорядился по своему усмотрению, а именно передал их своему знакомому ФИО11 в счет уплаты долга.

В результате преступных действий ФИО23 ИП ФИО3 был причинен материальный ущерб на сумму <данные изъяты> руб.

Не позднее 17 час. 20 мин. 22 декабря 2017 года, точное время не установлено, у ФИО23 возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств или иного ценного имущества у ранее знакомого ему ФИО2, с целью впоследствии денежные средства потратить на личные нужды, а иным ценным имуществом распорядиться по своему усмотрению.

Реализуя задуманное, около 17 час. 20 мин. указанного дня ФИО23 с разрешения ФИО2 зашел к нему в квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, где в тот момент также находился их общий знакомый ФИО5, и вместе с ФИО2 прошел в кухню. Находясь в кухне указанной квартиры около 17 час. 20 мин. 22 декабря 2017 года, ФИО23, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на хищение имущества ФИО2, осознавая, что его действия очевидны для последнего и для находящегося в квартире ФИО5, и игнорируя данное обстоятельство, действуя открыто, умышленно, с корыстной целью, потребовал от ФИО2 передать ему денежные средства либо надетые на нем ювелирные изделия, что последний сделать отказался.

Услышав отказ и увидев на шее ФИО2 золотую цепь, продолжая преступление, ФИО23 в указанные день и время, схватившись правой рукой за висевшую на шее ФИО2 цепь, сорвал с его шеи цепь из золота 585 пробы весом <данные изъяты> г, стоимостью <данные изъяты> коп. за грамм, на сумму <данные изъяты>., с находившимися на ней золотым крестом 585 пробы весом <данные изъяты> г, стоимостью <данные изъяты>. за грамм, на сумму <данные изъяты> коп., и подвеской из золота 585 пробы весом <данные изъяты> г, стоимостью <данные изъяты> коп. за грамм, на сумму <данные изъяты> коп., которые забрал себе.

Не останавливаясь на достигнутом, увидев на руке ФИО2 золотые браслет и кольцо, ФИО23, схватив со стола в кухне нож хозяйственно-бытового назначения и используя его в качестве оружия, напал на ФИО2 и, находясь от него на расстоянии 30-50 см, размахивая лезвием ножа перед лицом последнего, потребовал, чтобы тот снял с себя и передал ему золотые браслет и кольцо, сказав: «Снимай рыжье», пригрозив, что в случае невыполнения его требования зарежет его, угрожая тем самым применением насилия, опасного для жизни ФИО2 ФИО2, увидев в руке ФИО23 нож и видя его агрессивное поведение, будучи уверенным, что тот действительно применит в отношении него нож, если он не отдаст ему свое имущество, воспринял угрозу последнего, как реальную опасность для своей жизни и, сняв с руки, передал ФИО23 свои браслет из золота 585 пробы весом <данные изъяты> г, стоимостью <данные изъяты> коп. за грамм, на сумму <данные изъяты> коп., и кольцо из золота 585 пробы весом <данные изъяты> г, стоимостью <данные изъяты> коп. за грамм, на сумму <данные изъяты> коп.

Взяв указанные золотые изделия у ФИО2 и убрав их в карман надетой на нем куртки, ФИО23, положив нож на кухонный стол, из квартиры ушел, скрывшись тем самым с места совершения преступления и совершив хищение чужого имущества.

Впоследствии ФИО23 распорядился похищенным имуществом по своему усмотрению, а именно золотую цепь, золотой крест, золотую подвеску и золотое кольцо в этот же день сдал в скупочное предприятие ИП ФИО9, расположенное по адресу: <адрес>, за <данные изъяты> руб., которые потратил на личные нужды, а золотой браслет отдал своему знакомому ФИО11 в счет уплаты долга.

В результате преступных действий ФИО23 ФИО2 был причинен материальный ущерб на общую сумму <данные изъяты>. и моральный вред.

Подсудимый ФИО23 в судебном заседании вину в совершении открытого хищения имущества ИП ФИО3 признал и пояснил, что 21 декабря 2017 года он в состоянии алкогольного опьянения пришел в магазин «<данные изъяты>», расположенный в торговом центре «<данные изъяты>», с ФИО2 и ФИО5, с которыми познакомился в тот же день в кафе. В магазине он стал говорить продавцу ФИО о высоких ценах на товары, на что ФИО предложил ему позвонить директору, номер телефона которого была указан на входной двери. Он (ФИО23) вышел из магазина, позвонил по номеру телефона, указанному на двери, но ему никто не ответил. Тогда он решил похитить денежные средства из указанного магазина, для чего вернулся в магазин и сказал продавцу ФИО выйти из зала. Находясь в тамбуре магазина вместе со ФИО, он потребовал передать ему <данные изъяты> руб., при этом он (ФИО23) выражался нецензурной бранью. ФИО ответил, что в кассе только <данные изъяты> руб., после чего они вернулись в зал магазина, и ФИО, открыв кассовый аппарат, передал ему две купюры достоинством по <данные изъяты> руб. каждая, взяв которые, он (ФИО23) ушел. Данные денежные средства он отдал своему знакомому ФИО11 в счет погашения долга. Угроз он продавцу не высказывал, фразу о том, что он убьет продавца, не произносил.

Суд находит вину ФИО23 в совершении открытого хищения имущества ИП ФИО3 доказанной совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:

- показаниями потерпевшего ФИО3, показавшего в судебном заседании, что он является индивидуальным предпринимателем, у него имеется магазин «<данные изъяты>», расположенный по адресу: <адрес>, где продаются пиво и продукты питания. В магазине ему помогает его девушка – ФИО4, с которой они совместно проживают. В магазине ведется видеонаблюдение, однако тамбур магазина видеонаблюдением не оборудован. Также у продавцов-кассиров имеется «тревожная кнопка» в виде брелока, которую во время своей смены они носят при себе в кармане.

С 21 на 22 декабря в магазине работал ФИО Примерно в 23 час. 40 мин. 21 декабря 2017 года ему (ФИО3) на мобильный телефон поступил звонок от ФИО, который в ходе разговора пояснил, что в магазин приходил мужчина, который, выражаясь нецензурной бранью, требовал у него выручку или <данные изъяты> руб. ФИО сказал, что по требованию мужчины передал последнему <данные изъяты> руб., при этом ФИО также пояснил, что данный мужчина должен был звонить ему на мобильный телефон. После разговора со ФИО он и ФИО4, посмотрев мобильный телефон, увидели пропущенный звонок с номера №. Когда они перезвонили на данный номер, то на звонок ответил мужчина, который выражался нецензурной бранью, по голосу мужчина был нетрезв. Впоследствии с данного номера поступали еще звонки, а около 04 часов 22 декабря 2017 года данный мужчина вновь позвонил, представился <данные изъяты> по кличке «<данные изъяты>» и стал просить прощения и извиняться за свой поступок, обещая вернуть денежные средства на следующий день, однако этого не сделал. В дальнейшем ему стало известно, что этим мужчиной был ФИО23

Общая выручка за 21 декабря 2017 года составила <данные изъяты>., из которых <данные изъяты>. были оплачены наличными, и <данные изъяты> руб. - по безналичному расчету. 21 декабря 2017 года он (ФИО3) около 21 часа забирал выручку из магазина, и у кассира ФИО оставались в кассе <данные изъяты> руб. на сдачу. Таким образом, когда он в ночное время 22.12.2017 года приехал в магазин, то в кассе должно было быть <данные изъяты> руб., полученные за товар наличными денежными средствами, и <данные изъяты> руб., которые остались на размен. Однако, в кассе не доставало <данные изъяты> руб., которые ФИО и передал ФИО23 по требованию последнего, то есть ущерб от действий ФИО23 составил <данные изъяты> руб.;

- показаниями в суде допрошенного в качестве потерпевшего ФИО, из которых следует, что в декабре 2017 года он работал продавцом-кассиром у ИП ФИО3 в магазине «<данные изъяты>», расположенном на втором этаже торгового центра «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>.

21 декабря 2017 года он находился на работе, и около 22 час. 30 мин. этого же дня к нему в магазин пришел его знакомый ФИО6, который купил себе пива, после чего проследовал к барной стойке, расположенной у входа в магазин. Примерно в 23 часа этого же дня в магазин зашли трое неизвестных ему (ФИО) мужчин, фамилия, имя и отчество одного из которых после проведенного опознания ему стали известны - ФИО23 Все мужчины были в состоянии алкогольного опьянения. Данные трое мужчин сначала подошли к ФИО6, а после этого мужчины подошли к кассовой зоне и заказали продать им три литра разливного пива. Он (ФИО) стал наливать пиво из кеги, расположенной за барной стойкой, и пока оно наливалось, подошел к кассе, чтобы принять заказ у данных мужчин. В этот момент ФИО23 увидел на витрине открытого типа пакеты с фисташками, на ценнике которых стояла сумма <данные изъяты> руб. за пакет 100 г, и стал возмущаться и выражаться нецензурной бранью по поводу высокой цены за фисташки. Он (ФИО) указал на входную дверь в магазин, где на вывеске был указан сотовый телефон директора, предложив высказать свое недовольство по поводу завышенной цены за фисташки директору магазина. ФИО23 вышел из помещения магазина, а пришедшие с ним мужчины остались в магазине, один из которых расплатился за пиво и рыбу. В этот момент в помещение магазина снова зашел ФИО23 и, подойдя к мужчинам, с которыми он пришел, сказал им, чтобы они ждали его на улице. Мужчины вышли из торгового зала магазина, после чего ФИО23, который стоял около кассовой зоны, потребовал, чтобы он (ФИО) вышел из-за прилавка в торговый зал. В связи с тем, что ФИО23 находился в состоянии алкогольного опьянения и был агрессивен, он побоялся, что тот может повредить имущество магазина и вышел из-за прилавка. Затем ФИО23 потребовал, чтобы он (ФИО) вышел в тамбур перед входом в магазин, что он и сделал. В тамбуре ФИО23 потребовал, чтобы он (ФИО) отдал ему всю выручку магазина или денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., при этом ФИО23 выражался нецензурной бранью. Он (ФИО) нажал на брелоке, который находился в одежде, «тревожную кнопку», чтобы вызвать сотрудников охраны, после чего прошел за кассовую зону в торговом зале, где, открыв кассу, достал денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, а именно две купюры по <данные изъяты> руб. каждая. Он показал данные денежные средства ФИО23, сказав, что это вся выручка и больше денег нет. После чего ФИО23 взял у него из рук денежные средства и из магазина ушел;

- протоколом очной ставки между потерпевшим ФИО и обвиняемым ФИО23, из содержания которого следует, что при требовании передачи денежных средств ФИО23 выражался нецензурной бранью, после чего ФИО прошел к кассе, откуда достал денежные средства в размере <данные изъяты> руб. и передал их ФИО23 (т. 1 л.д. 124-126);

- показаниями свидетеля ФИО6, показавшего в судебном заседании, что 21 декабря 2017 года примерно с 22 час. 30 мин. он находился в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, где работал его знакомый ФИО Так как в магазине никого не было, то ФИО подошел к нему к барной стойке, где они стали общаться. Примерно в 23 часа этого же дня в помещение магазина зашли трое мужчин в состоянии алкогольного опьянения. ФИО сразу же прошел к кассовой зоне за прилавок, а мужчины подошли к нему (ФИО6) и один из них представился Д.Ю., позже ему стала известна его фамилия - ФИО23, после чего спросил, хорошее ли здесь пиво. Он попросил ФИО23 отойти и не беспокоить его. После чего указанные трое мужчин подошли к кассовой зоне и заказали три литра пива. ФИО стал наливать пиво из кеги, расположенной за барной стойкой. Пока наливалось пиво, ФИО23 увидел на витрине открытого типа пакеты с фисташками, где на ценнике стояла сумма <данные изъяты> руб. за 100 г. ФИО23 по этому поводу стал возмущаться и выражаться нецензурной бранью. ФИО указал ему на входную дверь в магазин, где на вывеске был указан сотовый телефон директора, и предложил высказать претензии директору. После этого ФИО23 вышел из магазина, а в магазине остались двое пришедших с ним мужчин, фамилии которых ему стали известны в ходе предварительного следствия - ФИО2 и ФИО5, которые, расплатившись за пиво и рыбу, направились к выходу из магазина. В этот момент в помещение магазина «<данные изъяты>» зашел ФИО23, который сказал ФИО2 и ФИО5 ждать его на улице, после чего те вышли. ФИО23 подошел к кассовой зоне, за которой на тот момент находился ФИО, и потребовал последнего выйти из-за прилавка в торговый зал. При этом ФИО23 находился в возбужденном состоянии, разговаривал со ФИО громко, выражаясь нецензурной бранью. ФИО выполнил требование ФИО23 и вышел из-за прилавка. ФИО23 потребовал, чтобы ФИО вышел в тамбур, расположенный перед входом в магазин. ФИО вышел в тамбур, а ФИО23 вышел за ним следом. Так как он (ФИО6) сидел лицом к тамбуру, то слышал, как ФИО23 на повышенных тонах потребовал у ФИО отдать ему выручку магазина или денежные средства в сумме <данные изъяты> руб. ФИО пытался его успокоить, говорил, что в магазине имеются видеокамеры. Однако это не остановило ФИО23, и он на повышенных тонах потребовал от ФИО выручку, выражаясь при этом нецензурной бранью. После этих слов ФИО сразу пошел в кассовую зону и, открыв кассу, вынул из ящика денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., купюрами достоинством по <данные изъяты> руб. каждая. ФИО23, забрав данные денежные средства, вышел из магазина;

- протоколом очной ставки между свидетелем ФИО6 и обвиняемым ФИО23, из содержания которого следует, что ФИО23, выражаясь нецензурной бранью, требовал у ФИО передать ему выручку за день, после чего в присутствии ФИО6 ФИО передал ФИО23 денежные средства в размере <данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 101-103);

- показаниями свидетеля ФИО4, показавшей в суде, что она проживает с ФИО3 и помогает ему в осуществлении предпринимательской деятельности. ФИО3 является индивидуальным предпринимателем и арендует помещение, расположенное по адресу: <адрес>, в котором у него имеется магазин «<данные изъяты>». В данном магазине осуществляется реализация пивной продукции и товаров к пиву - рыбы, чипсов, фисташек и т.д. Магазин работает с 10 часов утра до 02 часов ночи. У ФИО3 заключен договор с ЧОП «<данные изъяты>» для обеспечения последними помощи при нажатии «тревожной кнопки», кроме того, в магазине установлены видеокамеры, однако они снимают только происходящее в зале, в тамбуре видеокамер нет.

21 декабря 2017 года в магазине работал продавец ФИО, который позвонил ей и ФИО3 в ночное время и сообщил, что в магазин приходили два наглядно знакомых ему молодых человека, которые являются постоянными клиентами магазина, и один ранее не знакомый ему мужчина, который, выражаясь нецензурно, потребовал отдать выручку из кассы. ФИО сказал, что он испугался и передал из кассы <данные изъяты> руб. ФИО также сказал, что когда мужчина требовал с него деньги, он (ФИО) успел нажать «тревожную кнопку», однако по прибытию сотрудников ЧОП «<данные изъяты>» мужчина уже скрылся. Кроме этого, ФИО сказал, что указанный мужчина звонил им, чтобы высказать свои претензии по поводу высоких цен в магазине. После этого они с ФИО3 увидели пропущенный звонок с абонентского номера №, и сразу же перезвонили на него. Им ответил мужчина, который представился Д. по кличке «<данные изъяты>» и пояснил, что это он совершил преступление в магазине, после чего с ним продолжил разговаривать ФИО3 Когда они с ФИО3 приехали в магазин, там уже были сотрудники полиции, которых вызвал дежурный ЧОП «<данные изъяты>»;

- показаниями свидетеля ФИО10, оглашенными в суде, из которых следует, что он работает в ЧОП «<данные изъяты>», в его обязанности входит охрана помещений и общественных заведений по срабатыванию «тревожных кнопок». 21 декабря 2017 года он заступил на суточное дежурство с 07 час. 50 мин. до 07 час. 30 мин. 22 декабря 2017 года с напарником ФИО7 В 23 час. 30 мин. 21 декабря 2017 года от дежурного ЧОПа поступила информация о том, что сработала «тревожная кнопка», установленная в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>. После этого они с ФИО7 на служебном автомобиле <данные изъяты> в 23 час. 37 мин. 21 декабря 2017 года прибыли по указанному адресу, где прошли внутрь помещения магазина, и от работника данного магазина ФИО узнали, что несколько минут назад в магазин приходил мужчина, который, потребовал отдать выручку. ФИО испугался и отдал ему денежные средства из кассы в сумме <данные изъяты> руб. После прибытия на место ни в магазине, ни на улице по приметам, описанным ФИО, они никого не обнаружили, о чем доложили на пульт в ЧОП «<данные изъяты>». Затем дежурный позвонил в полицию и сообщил о случившемся. По прибытию сотрудников полиции Октябрьского района они с ФИО7 уехали (т. 1 л.д. 229-230);

- аналогичными оглашенными показаниями свидетеля ФИО7, из которых усматривается, что он работает в ЧОП «<данные изъяты>», в его обязанности входит охрана помещений и общественных заведений по срабатыванию «тревожных кнопок», он является водителем-охранником. 21 декабря 2017 года он заступил на суточное дежурство с 07 час. 50 мин. до 07 час. 30 мин. 22 декабря 2017 года с напарником ФИО10 В 23 час. 30 мин. 21 декабря 2017 года от дежурного ЧОПа поступила информация о том, что сработала «тревожная кнопка», установленная в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>. Он на служебном автомобиле <данные изъяты> совместно с напарником ФИО10 прибыл по указанному адресу, где они прошли внутрь помещения магазина, и от работника данного магазина ФИО узнали, что несколько минут назад в магазин приходил мужчина, который, потребовал отдать выручку. ФИО испугался и отдал ему денежные средства из кассы в сумме <данные изъяты> руб. При этом ФИО пояснил, что с указанным мужчиной были еще двое мужчин, которые находились на улице. Когда они (ФИО7 и ФИО10) приехали, время было 23 час. 37 мин. 21 декабря 2017 года, и никого ни в магазине, ни на улице по приметам, описанным ФИО, они не обнаружили, о чем доложили на пульт в ЧОП «<данные изъяты>». Затем дежурный позвонил в полицию и сообщил о случившемся. По прибытию сотрудников полиции Октябрьского района они с ФИО10 уехали далее нести службу (т. 1 л.д. 233-234);

- показаниями потерпевшего ФИО2, показавшего в суде, что 21 декабря 2017 года он находился в кафе в торговом центре «<данные изъяты>» со своим другом ФИО5 В кафе они познакомились с ФИО23, вместе с которым затем ушли из кафе и пошли в магазин «<данные изъяты>». Купив в магазине пиво и рыбу, он и ФИО5 вышли из магазина и стояли на улице, когда из магазина вышел ФИО23, и сообщил им, что он требовал от продавца <данные изъяты> руб., но тот дал ему только <данные изъяты> руб. Денежные средства, которые ФИО23 похитил из магазина, он отдал молодому человеку в букмекерской конторе по кличке «Белый», после чего он, ФИО5 и ФИО23 пошли к нему (ФИО2) домой пить пиво;

- показаниями в суде свидетеля ФИО5, показавшего, что 21 декабря 2017 года примерно в 22 часа он со своим другом ФИО2 находился в баре в торговом центре «<данные изъяты>», где распивали спиртные напитки. В данном кафе они познакомились с ФИО23, который представился им Д. по кличке «<данные изъяты>». Примерно в 23 часа этого же дня они с ФИО2 вышли из бара и решили зайти в магазин «<данные изъяты>», который расположен на втором этаже ТЦ «<данные изъяты>». Вместе с ними за пивом пошел и ФИО23 Зайдя в торговый зал данного магазина, ФИО23 подошел к человеку, сидящему за барной стойкой, и на повышенных тонах начал разговаривать с ним, выражаясь нецензурной бранью, при этом что-то спрашивая. Молодой человек спокойным тоном попросил ФИО23 отойти от него и больше не беспокоить. Он (ФИО5) и ФИО2 сразу пошли к прилавку, где продавалось пиво, и заказали разливное пиво и рыбу. Продавец пробил чек, и они оплатили товар. В этот момент к ним подошел ФИО23, который велел ему и ФИО2 покинуть магазин и ждать его на улице у входа в магазин. Они с ФИО2 вышли из магазина и стали ждать ФИО23, чтобы пойти продолжить распивать спиртные напитки. Когда ФИО23 вышел на улицу из магазина, то сообщил им, что забрал у продавца денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., и продемонстрировал им две купюры достоинством по <данные изъяты> руб. каждая, которые у него находились в руке. Затем они зашли в букмекерскую контору «<данные изъяты>», расположенную в том же торговом центре, где ФИО23 отдал находившемуся там своему знакомому молодому человеку указанные денежные средства, после чего они втроем пошли в квартиру ФИО2 распивать спиртные напитки;

- показаниями свидетеля ФИО11, подтвердившего в суде, что у него имеется знакомый ФИО23, который осенью 2017 года занял у него денежные средства в сумме <данные изъяты> руб. В конце декабря 2017 года, точную дату не помнит, он (ФИО11) находился в букмекерской конторе «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, где к нему подошел ФИО23 и отдал часть долга в сумме <данные изъяты> руб.;

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 25 мая 2018 года, согласно которому было осмотрено помещение магазина ««<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, где ФИО23 совершил открытое хищение денежных средств, принадлежащих ИП ФИО3, то есть установлено место совершения преступления (т. 1 л.д. 94-98);

- протоколом выемки от 17 мая 2018 года, в ходе которого у свидетеля ФИО4 был изъят CD-R диск с видеозаписью от 21 декабря 2017 года с камер видеонаблюдения, установленных в помещении магазина ««<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 241-243);

- протоколом осмотра предметов от 21 мая 2018 года, согласно которому был осмотрен изъятый в ходе выемки у свидетеля ФИО4 CD-R диск с видеозаписью от 21 декабря 2017 года с камер видеонаблюдения, установленных в помещении магазина ««<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, и в ходе просмотра видеозаписи установлено, что в 23 час. 31 мин. ФИО в присутствии ФИО6 открыл кассовый аппарат, после чего в 23 час. 32 мин. достал из кассового аппарата денежные средства в размере <данные изъяты> руб., купюрами достоинством по <данные изъяты> руб. ФИО23 забрал у ФИО денежные средства в размере <данные изъяты> руб., после чего повернулся в сторону выхода из магазина (т. 2 л.д. 70-81);

- справкой об ущербе ИП ФИО3, согласно которой 21 декабря 2017 года в результате хищения денежных средств в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, ИП ФИО3 причинен материальный ущерб на сумму <данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 93).

Оценивая в совокупности доказательства стороны обвинения, суд приходит к выводу о достаточности представленных стороной обвинения доказательств виновности подсудимого ФИО23 в совершении открытого хищения чужого имущества, так как приведенные выше доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства происшедшего, оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется.

Органами предварительного расследования действия ФИО23 по факту хищения имущества ИП ФИО3 были квалифицированы по ч. 1 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

В ходе судебных прений государственный обвинитель Добровольская Н.С. просила суд переквалифицировать действия подсудимого ФИО23 с ч. 1 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ. В обоснование своей позиции государственный обвинитель указала, что в ходе судебного следствия из показаний подсудимого ФИО23, потерпевшего ФИО, свидетеля ФИО6 следует, что угрозу убийством ФИО23 потерпевшему ФИО не высказывал, а при требовании передачи ему денежных средств выражался нецензурной бранью.

Суд соглашается с позицией государственного обвинения, поскольку в судебном заседании не нашло своего подтверждения предъявленное ФИО23 обвинение по ч. 1 ст. 162 УК РФ и позиция обвинения не ухудшает положение подсудимого ФИО23

В ходе судебного следствия установлено, что ФИО23, высказывая ФИО требование передать ему денежные средства, выражался нецензурной бранью, при этом потерпевший ФИО в ходе судебного следствия показания, данные в ходе предварительного следствия в части того, что ФИО23 высказывал ему угрозы убийством, не подтвердил, указав, что при требовании передать ему денежные средства в размере <данные изъяты> руб. или выручку за день ФИО23 выражался нецензурной бранью, и смысл этих фраз потерпевший субъективно воспринял как угрозу применения насилия. Однако он понимает, что оснований опасаться за свои жизнь и здоровье у него не было, так как реальных действий ФИО23, не имевший при себе каких-либо предметов, не совершавший каких-либо действий, свидетельствующих о возможном применении насилия, в равно высказываний четких и понятых угроз применения насилия, опасного для жизни и здоровья, не совершал. Данные показания ФИО согласуются с показаниями свидетеля ФИО12, показавшего в суде, что угрозу убийством ФИО23 ФИО не высказывал, а при требовании передачи ему денежных средств выражался нецензурной бранью, а также с показаниями подсудимого ФИО23 о том, что угроз он продавцу не высказывал, фразу о том, что он убьет ФИО, не произносил.

Показания потерпевшего ФИО3, свидетелей ФИО4, ФИО10, ФИО7 о том, что ФИО23 угрожал ФИО применением физической силы, являются производными от показаний потерпевшего ФИО, который и сообщил указанным лицам о произошедшем, однако сами они непосредственными очевидцами преступления не являлись. Поскольку ФИО в суде пояснил, что у него не имелось оснований опасаться за свои жизнь и здоровье, конкретных угроз ФИО23 ему не высказывал, суд приходит к выводу, что показания потерпевшего ФИО3, свидетелей ФИО4, ФИО10, ФИО7 в этой части не опровергают установленных судом обстоятельств.

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым переквалифицировать действия ФИО23 по факту хищения имущества ИП ФИО3 с ч. 1 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ.

По обстоятельствам нападения на ФИО2 в целях хищения его имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, подсудимый ФИО23 вину в совершении преступления не признал, отрицая применение ножа в качестве предмета, используемого в качестве оружия, и высказывание угрозы применения насилия, опасного для жизни, и по обстоятельствам дела показал, что 21 декабря 2017 года в кафе он познакомился с ФИО2 и ФИО5, с которыми из кафе он пошел в магазин «<данные изъяты>». В магазине ФИО5 приобрел пиво, а он (ФИО23) похитил <данные изъяты> руб. После этого они втроем пошли к ФИО2 домой по адресу: <адрес>, где продолжили распивать спиртные напитки, и примерно в 2 часа ночи он ушел домой. На следующий день 22 декабря 2017 года он после предварительного телефонного звонка пришел домой к ФИО2 и сказал, что для решения вопроса по поводу произошедшего накануне в магазине события необходимы деньги, так как надо уладить вопрос с полицейскими. ФИО2 и ФИО5 согласились, что вопрос нужно решить, но пояснили, что денег у них нет и предложили заложить золотые изделия ФИО2 в ломбард. ФИО2 не возражал. После чего они втроем вышли на улицу, однако ФИО2 и ФИО5 передумали идти в ломбард и вернулись домой к ФИО2 В обеденное время примерно в 13 часов 30 минут он (ФИО23) снова позвонил ФИО2, и после 16 часов этого дня пришел к ФИО2 домой. Он (ФИО23) прошел в кухню, где находились ФИО2 и ФИО5, и у него с ФИО2 состоялся разговор на повышенных тонах, в ходе которого он (ФИО23) схватил висевшую у ФИО2 на шее цепочку и сорвал ее. ФИО2 стал возмущаться, после чего он (ФИО23) сказал: «Снимай остальное золото», и ФИО2 снял с себя золотой браслет и золотое кольцо, передал ему, и он спокойно ушел из квартиры ФИО2 После этого он пошел в ломбард, расположенный в торговом центре «<данные изъяты>», и сдал золотые изделия, кроме золотого браслета, который он в счет погашения долга передал ФИО11

Суд находит вину ФИО23 в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, доказанной совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:

- показаниями потерпевшего ФИО2 в ходе предварительного следствия и в суде, из которых следует, что 21 декабря 2017 года он находился в кафе со своим другом ФИО5 В кафе они познакомились с ФИО23, вместе с которым затем ушли из кафе и пошли в магазин «<данные изъяты>». Находясь на улице возле магазина, ФИО23 сообщил ему и ФИО5 о том, что он требовал от продавца <данные изъяты> руб., но тот дал ему только <данные изъяты> руб. Денежные средства, которые ФИО23 похитил из магазина, он отдал молодому человеку в букмекерской конторе, по кличке «<данные изъяты>», после чего он, ФИО5 и ФИО23 пошли к нему (ФИО2) домой пить пиво. Находясь у него дома по адресу: <адрес>, они с ФИО23 обменялись номерами телефонов. Примерно в 17 час. 15 мин. 22 декабря 2017 года ФИО23 позвонил ему и сказал, что сейчас придет к нему домой, и практически сразу примерно через 5 минут пришел. ФИО23 прошел на кухню, где у них состоялся разговор, в ходе которого ФИО23 сказал, что он (ФИО2) должен дать ему денежные средства, якобы, для решения вопроса по поводу хищения денежных средств из магазина «<данные изъяты>». При этом ФИО23 сразу же сказал ФИО5, чтобы тот ушел в комнату, после чего ФИО23 начал требовать от него (ФИО2) денежные средства в сумме <данные изъяты> руб. На слова ФИО23 он вновь сказал, что ничего давать не будет, и денег у него нет. ФИО23 разозлился и подошел к нему на расстояние примерно 30-50 см и правой рукой дернул за золотую цепочку 585 пробы, длиной 45 см, плетения «Бисмарк», весом 7,330 г, стоимостью <данные изъяты>., которая висела у него на шее, тем самым сорвав ее вместе с находившимися на ней золотым крестом 585 пробы, весом 1,710 г, стоимостью <данные изъяты>., и золотой подвеской 585 пробы, весом 1,310 г стоимостью <данные изъяты>. После этого ФИО23 схватил со стола кухонный нож и, размахивая лезвием ножа перед его (ФИО2) лицом на расстоянии 30-50 см, сказал: «Снимай рыжье», то есть ФИО23 требовал, чтобы он снял со своей руки золотой браслет и золотое кольцо, при этом ФИО23 выражался нецензурными словами и угрожал <данные изъяты>. Он (ФИО2) сильно испугался за свою жизнь, воспринял угрозу ФИО23 как реальную опасность для своей жизни, поскольку был уверен, что ФИО23 действительно зарежет его, и сам снял с себя браслет золотой 585 пробы, плетения «Бисмарк», длиной 19 см, весом 6,15 г, стоимостью <данные изъяты>., и золотое кольцо 585 пробы, весом 1,210 г, стоимостью <данные изъяты>., которые передал ФИО23 ФИО23 сразу же положил кухонный нож на стол, а ювелирные украшения - в карман своей куртки и вышел из квартиры.

Когда через некоторое время в ходе телефонного разговора он спросил у ФИО23, где его ювелирные украшения, тот ответил, что сдал их в ломбард и что вернет их через месяц. Потом ФИО23 несколько раз перезванивал и угрожал, если он обратится в полицию, то ему будет плохо. Он сначала боялся, а потом спустя три недели, хорошо подумав, все же обратился в полицию.

В результате совершенного ФИО23 хищения ему был причинен материальный ущерб на общую сумму <данные изъяты> и моральный вред;

Свои показания потерпевший ФИО2 подтвердил в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО23, из протокола очной ставки следует, что потерпевший ФИО2 настаивал на своих показаниях о том, что ФИО23 под угрозой физической расправы, используя в качестве орудия преступления нож, похитил у него золотые изделия (т. 1 л.д. 149-152);

- показаниями свидетеля ФИО5, показавшего в суде, что 22 декабря 2017 года он находился в гостях у своего знакомого ФИО2 по адресу: <адрес>, куда в послеобеденное время пришел ФИО23, с которым они познакомились накануне. ФИО23 стал требовать с ФИО2 деньги, чтобы разрешить ситуацию с хищением денежных средств в магазине «<данные изъяты>». Он (ФИО5) в это время находился в комнате, а ФИО2 и ФИО23 находились в кухне квартиры. Услышав разговор на повышенных тонах, он (ФИО5) прошел в кухню, где остановился возле дверного проема. В тот момент, когда он (ФИО5) подходил к кухне, он увидел, что ФИО23 держался рукой за висевшую на шее ФИО2 золотую цепочку. Увидев его (ФИО5), ФИО23 взял в правую руку лежавший на кухонном столе нож, и держа нож в руке, пошел в его (ФИО5) сторону. Он ФИО5 стал отступать назад и зашел в комнату. ФИО23 зашел за ним и велел ему сидеть в комнате и не выходить, после чего вернулся в кухню. Находясь в комнате, он (ФИО5) слышал, как ФИО23 требовал от ФИО2 снять с себя золотые украшения, говорил при этом: «Снимай рыжье» и угрожал зарезать их и «положить здесь». Через некоторое время ФИО23 забрал золотые изделия ФИО2 и из квартиры ушел;

Аналогичными являются показания свидетеля ФИО5 в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО23, из протокола очной ставки следует, что свидетель видел, как ФИО23 держал правой рукой за цепочку на шее ФИО2, а затем, взяв с кухонного стола нож, пошел в его (ФИО5) сторону в комнату, а после того, как вернулся в кухню, он (ФИО5) слышал, как ФИО23, угрожая <данные изъяты> ФИО2 и его, требовал от ФИО2 отдать ему золотые украшения (т. 1 л.д. 158-160);

- показаниями свидетеля ФИО11, показавшего в суде, что осенью 2017 года его знакомый ФИО23 занял у него денежные средства в сумме <данные изъяты> руб. В конце декабря 2017 года, точную дату он не помнит, ФИО23 передал ему в счет окончательного погашения долга золотой браслет. Откуда ФИО23 взял браслет, он не знает, так как не спрашивал об этом. Данный золотой браслет он (ФИО11) сдал в частное заведение, принимающее ювелирные изделия под залог, на что ему был выдан залоговый билет № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указан вес браслета - 6,15 г;

- показания свидетеля ФИО13, оглашенными в суде, из которых следует, что ранее она работала в ломбарде товароведом. 22 декабря 2017 года в ломбард обратился ФИО23, который по своему паспорту сдал ювелирные изделия, согласно квитанции - золотое кольцо 585 пробы весом 1,210 г, золотую цепь весом 7, 330 г, золотую подвеску 585 пробы весом 1, 310 г, золотой крест 585 пробы, весом 1,710 г, на общую сумму <данные изъяты> руб. Указанные золотые изделия были утилизированы, так как сданы были без права выкупа, в конце декабря 2017 года (т. 1 л.д. 224-226);

- показаниями свидетеля ФИО14, подтвердившей в суде, что она работает в ООО «<данные изъяты>» бухгалтером. 04 марта 2018 года ФИО11 заложил по своему паспорту ювелирные изделия, среди которых был золотой браслет 585 пробы, весом 6,15 г с правом выкупа. По истечении 2-х месяцев ФИО11 не обратился за выкупом, в связи с чем браслет был реализован ИП ФИО15 по акту приема-передачи движимого имущества, приобретенного на аукционе № от ДД.ММ.ГГГГ;

- протоколом осмотра места происшествия от 16 января 2018 года, согласно которому была осмотрена квартира, расположенная по адресу: <адрес>. В ходе осмотра был обнаружен и изъят нож, который ФИО23 применил в качестве оружия при совершении разбойного нападения (т. 1 л.д. 65-69);

- протоколом осмотра предметов от 26 мая 2018 года и постановлением о признании и приобщении к материалам дела вещественного доказательства, согласно которым был осмотрен и приобщен в качестве вещественного доказательства нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия, который ФИО23 применял в качестве оружия при совершении разбойного нападения на ФИО2 (т. 2 л.д. 84-86);

- протоколом выемки от 07 мая 2018 года, согласно которому у свидетеля ФИО11 был обнаружен и изъят залоговый билет №, согласно которому ФИО11 сдал в ООО «<данные изъяты>» золотой браслет, весом 6,15 г, переданный ему ФИО23, который последний похитил в ходе разбойного нападения на ФИО2 (т. 1 л.д. 249-251);

- протоколом осмотра предметов от 07 мая 2018 года, согласно которому был осмотрен изъятый в ходе выемки у свидетеля ФИО11 залоговый билет № (т. 2 л.д. 62-63);

- заключением эксперта № – К от 11 мая 2018 года, согласно которому стоимость бывшей в употреблении золотой цепочки 585 пробы, длиной 45 см, плетение «Бисмарк», весом 7,330 г, на момент хищения 22 декабря 2017 года составляет <данные изъяты>. Стоимость бывшего в употреблении золотого креста 585 пробы, длиной не менее 2 см, весом 1,710 г, на момент хищения 22 декабря 2017 года составляет <данные изъяты>., стоимость бывшей в употреблении золотой подвески 585 пробы, весом 1,310 г, на момент хищения 22 декабря 2017 года составляет <данные изъяты>. Стоимость бывшего в употреблении золотого браслета 585 пробы, плетение «Бисмарк», длиной 19 см, весом 6,15 г, на момент хищения 22 декабря 2017 года составляет <данные изъяты>. Стоимость золотого кольца 585 пробы, весом 1,210 г, на момент хищения 22 декабря 2017 года составляла <данные изъяты>. (т. 2 л.д.32-53);

- квитанцией, согласно которой 22 декабря 2017 года ФИО23 по своему паспорту сдал похищенные им у ФИО2 золотую цепь, золотой крест, золотую подвеску и золотое кольцо в скупочное предприятие ИП ФИО9, расположенное по адресу: <адрес> за <данные изъяты>. (т.1 л.д. 75);

- оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаниями ФИО23, данными им на предварительном следствии 16.01.2018 года при допросе в качестве подозреваемого, из которых следует, что 22 декабря 2017 года примерно в обеденное время он пошел в гости к ФИО2 по адресу: <адрес>. Находясь в квартире, в ходе разговора он стал требовать у ФИО2 деньги, в какой сумме - не помнит, чтобы отдать их в магазин продавцу, у которого 21 декабря 2017 года он отобрал деньги, но ФИО2 отказал по причине отсутствия денег. Тогда он предложил ФИО2 заложить в ломбард золотые ювелирные украшения, которые были надеты на последнем, а именно цепочку с кулоном, браслет и обручальное кольцо. ФИО2 стал возмущаться, в результате чего между ними произошел словесный конфликт. Он (ФИО23) разозлился, повернулся к ФИО2, сидевшему рядом с ним, после чего сорвал, разорвав звенья, с его шеи золотую цепочку с кулоном и зажал ее в свой правый кулак, после чего потребовал, чтобы ФИО2 снял с руки (какой именно, он не помнит) браслет и кольцо, но тот отказался и между ними произошел словесный конфликт. В этот момент ФИО5 стал заступаться за ФИО2, и он отправил его в комнату, расположенную у кухни, после чего приказал ему сидеть и не выходить из данной комнаты, а сам вернулся сразу на кухню, где находился ФИО2 Он подошел к ФИО2 и повторно потребовал отдать ему золотые браслет и кольцо, надетые на его руке. ФИО2 отказал, тогда он (ФИО23) схватил за рукоять лежавший на поверхности кухонного гарнитура кухонный нож, лезвие которого направил вниз, а именно в пол, после чего ФИО2 сразу снял с пальца руки кольцо и с запястья браслет, и отдал их ему. Он зажал все золотые украшения в кулаке своей правой руки и сразу оделся и ушел из данной квартиры. Выйдя на улицу, он сразу пошел в ломбард, расположенный в ТЦ «Черезово» в Дашково-Песочне г. Рязани, где сдал данные ювелирные украшения на сумму около <данные изъяты> руб. по своему паспорту. Денежные средства в последующем он потратил на приобретение спиртных напитков (т. 1 л.д. 176-179);

Показания ФИО23, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, являются допустимыми доказательствами, поскольку не вызывают сомнения с точки зрения законности, а потому подлежат оценке в совокупности с иными доказательствами по делу. При этом в судебном заседании установлено, что допрос ФИО23 в качестве подозреваемого производился с участием защитника адвоката ФИО16 Протокол допроса ФИО23 соответствует требованиям закона, подписан участвовавшими лицами, и замечаний к его содержанию не было ни со стороны защитника, ни со стороны самого ФИО23

После оглашения показаний, данных в ходе предварительного следствия ФИО23, подсудимый ФИО23 пояснил, что оговорил себя под давлением оперативных сотрудников ОМВД по Октябрьскому району г. Рязани, которые применяли в отношении него недозволенные методы ведения следствия, чтобы он дал признательные показания. В правоохранительные органы он по данному факту не обращался.

Доводы подсудимого об оговоре себя в связи с недозволенными методами ведения следствия, примененными к нему, были проверены судом и не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения уголовного дела, а также по результатам проведенной проверки в порядке ст. ст.144-145 УПК РФ.

Из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО23 16.01.2018 года в период с 19 час. 20 мин. до 20 час. 00 мин. был допрошен в качестве подозреваемого с участием защитника, перед допросом ФИО23 были разъяснены права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, а также ФИО23 было разъяснено, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и в случае последующего отказа от своих показаний. В ходе допроса и по его окончанию замечаний, дополнений, либо возражений относительно неполноты, либо неточности изложения его показаний, ни от ФИО23, ни от его защитника не поступало. Также в протоколе допроса ФИО23 в качестве подозреваемого имеется запись, что показания он дает добровольно, без какого-либо принуждения, в протоколе имеются подписи подозреваемого и его защитника адвоката ФИО16 В тот же день 16.01.2018 года в 20 час. 20 мин. ФИО23 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ, с задержанием согласился, о чем имеется собственноручная подпись в протоколе задержания подозреваемого (том 1 л.д. 161-162).

По заявлению ФИО23 о применении в отношении него недозволенных методов ведения следствия была проведена проверка, в ходе которой были опрошены оперуполномоченные ФИО31., ФИО17, УУП ФИО18, которые показали, что никакого физического и психического воздействия на ФИО23 ими не оказывалось, видимых телесных повреждений на открытых участках тела ФИО23 они не видели, объяснения ФИО23 давал добровольно, без какого-либо принуждения.

В ходе проверки были исследованы сведения, полученные из МЧ-10 ФКУЗ МСЧ-62ФСИН России по Рязанской области, согласно которым ФИО23 находился под наблюдением медицинской части с 18.01.2018 года, при первичном осмотре 18.01.2018 года каких-либо отклонений в состоянии здоровья и телесных повреждений не выявлено.

По результатам проведенной по заявлению ФИО23 проверки 31.10.2018 года старшим следователем Железнодорожного МСО г. Рязань СУ СК России по Рязанской области ФИО19 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению ФИО23 о совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 285, 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления.

Учитывая, что ФИО23 на предварительном следствии был обеспечен защитником, и в ходе допроса в качестве обвиняемого 26.01.2018 года в присутствии того же защитника адвоката ФИО16 изменил позицию, отрицая вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, по факту хищения имущества ФИО2, при этом с жалобой на действия оперативных сотрудников после дачи им показаний не обращался, заявил о применении в отношении него недозволенных методов ведения следствия в суде по прошествии длительного времени от описываемых им событий, и с учетом результатов проведенной проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ, суд приходит к выводу, что утверждения ФИО23 о применении к нему недозволенных методов ведения следствия с целью получения от него признательных показаний являются надуманными, поскольку не подтверждены объективными доказательствами. В связи с чем оснований сомневаться в правдивости показаний ФИО23 при допросе в качестве подозреваемого у суда не имеется.

Давая оценку показаниям ФИО23, данным им в качестве подозреваемого на предварительном следствии, исследованным в судебном заседании, суд считает их достоверными, поскольку они согласуются с иными доказательствами стороны обвинения, собранными по делу и исследованными в судебном заседании, в том числе с показаниями потерпевшего ФИО2, свидетеля ФИО5, письменными материалами дела. Допрос ФИО23 в качестве подозреваемого был произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального кодекса - в присутствии адвоката, после разъяснения положений ст. 46 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ. Перед началом допроса ФИО23 предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, даже в случае последующего отказа от них. В ходе допроса и по его окончанию замечаний, дополнений, либо возражений относительно неполноты, либо неточности изложения его показаний не поступало, а поэтому суд расценивает их как достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие обстоятельства совершения ФИО23 преступления.

Оценивая вышеприведенные доказательства стороны обвинения в совокупности, суд приходит к выводу о достаточности представленных стороной обвинения доказательств виновности подсудимого ФИО23 в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, и ее доказанности, так как приведенные выше доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства происшедшего, оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется.

Представленные стороной обвинения в качестве доказательств показания свидетеля ФИО5, данные им в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 155-157), и не подтвержденные в суде свидетелем, суд не принимает в качестве доказательства, поскольку данное доказательство является недопустимым ввиду нарушения норм ч. 1 ст. 189 УПК РФ и ч. 5 ст. 164 УПУК РФ, так как перед допросом свидетель ФИО5 не был предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Доводы защиты о том, что ФИО23 нож в качестве предмета, используемого в качестве оружия, не применял и угрозу применения насилия, опасного для жизни, ФИО2 не высказывал, а потому его действия необходимо переквалифицировать с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

В ходе судебного следствия потерпевший ФИО2 показал, что ФИО23 сорвал с его шеи золотую цепочку с находившимися на ней золотым крестом и подвеской, после чего схватил со стола нож и, направив в его (ФИО2) в сторону, держа на расстоянии 30-50 см, размахивая перед его лицом, потребовал снять золотой браслет и кольцо, высказывая при этом угрозы убить его (ФИО2). Указанную угрозу он воспринял как реальную опасность для своей жизни, и, испугавшись, снял браслет и кольцо, которые ФИО23, забрав с собой, из квартиры ушел. В ходе осмотра места происшествия, проведенного 16.01.2018 года в присутствии ФИО2, потерпевший указал на нож, который ФИО23 использовал, высказывая <данные изъяты>, и данный нож был изъят. Впоследствии нож был осмотрен и в ходе осмотра зафиксированы его индивидуальные признаки. Данные признаки соотносятся с рисунком, приобщенным ФИО2 к протоколу его допроса. В ходе судебного следствия потерпевший ФИО2 уверенно указал на приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства нож, показав, что именно этот нож ФИО23 схватил с кухонного стола, после чего, размахивая им перед его лицом, потребовал снять золотой браслет и кольцо, высказывая при этом угрозы убийством.

Показания потерпевшего ФИО2 в ходе предварительного следствия и в суде являются стабильными, последовательными, причин оговора ФИО23 ФИО2 в суде не установлено.

Кроме того, показания потерпевшего ФИО2 о применении ФИО23 ножа и высказывания угроз применения насилия, опасного для жизни, подтверждаются показаниями допрошенного в суде свидетеля ФИО5, который показал, что на столе в кухне квартиры ФИО2 лежал нож, который ФИО23 схватил и, держа в руке, пошел в его (ФИО5) сторону. Он (ФИО5) и ФИО23 зашли в комнату, где ФИО23 велел ему (ФИО5) сидеть и не выходить, а сам с указанным ножом вернулся в кухню, и свидетель слышал, как ФИО23 требовал от ФИО2 передать ему золотые изделия, угрожая убить его. Также показания потерпевшего ФИО2 и свидетеля ФИО5 согласуются с показаниями ФИО23, данными им в качестве подозреваемого, и признанными судом допустимым и достоверным доказательством.

В связи с чем оснований для переквалификации действий ФИО23 у суда не имеется.

Доводы защиты об обращении ФИО2 в правоохранительные органы спустя три недели после произошедших событий не свидетельствуют об отсутствии события преступления, обстоятельств его совершения, при этом заявление о преступлении ФИО2 было рассмотрено в установленные законом срок и порядке.

Давая юридическую оценку содеянному ФИО23, суд квалифицирует его действия по факту хищения имущества ИП ФИО3 – по ч. 1 ст. 161 УК РФ, так как он совершил грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества; по факту хищения имущества ФИО2 – по ч. 2 ст. 162 УК РФ, так как он совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

По данным ГБУ Рязанской области «Областная клиническая психиатрическая больница им. ФИО20» ФИО23 под диспансерным наблюдением диспансерного отделения не находится, обращался консультативно по поводу психического расстройства в форме остаточных явлений органического поражения центральной нервной системы с задержкой речевого и умственного развития (т. 2 л.д. 111).

Согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от 16 марта 2018 года ФИО23 в период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, каким-либо психическим расстройством, слабоумием, временным психическим расстройством или иным болезненным состоянием психики, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал, равно как и не страдает в настоящее время. <данные изъяты>. В применении к нему принудительных мер медицинского характера ФИО23 не нуждается (т. 2 л.д. 8-9).

Учитывая сведения ГБУ Рязанской области «Областная клиническая психиатрическая больница им. ФИО20», вышеизложенное заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов, а также адекватное поведение подсудимого во время судебного разбирательства, суд признает ФИО23 вменяемым в отношении совершенных им преступлений и подлежащим наказанию за их совершение.

Обсуждая вопрос о мере наказания, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО23 совершил умышленное преступление, относящееся к категории средней тяжести, направленное против собственности, и умышленное преступление, относящееся к категории тяжких, направленное против собственности и личности.

ФИО23 на учете в ГБУ Рязанской области «Областной клинический наркологический диспансер» не состоит; согласно характеристике <данные изъяты> от 14.02.2018 года по месту содержания под стражей характеризуется удовлетворительно; согласно характеристике <данные изъяты> по месту прежнего отбывания наказания ФИО23 характеризуется отрицательно, признавался злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. Согласно характеристике Октябрьского межмуниципального филиала ФКУ УИИ УФСИН России по Рязанской области по месту исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста ФИО23 характеризуется отрицательно.

Допрошенные в ходе судебного следствия свидетели ФИО21 и ФИО22 охарактеризовали ФИО23 с положительной стороны.

При назначении ФИО23 наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, обстоятельством смягчающим наказание в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает наличие малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, суд признает добровольное возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, потерпевшему ФИО3, что подтверждается представленной в материалах дела распиской о получении ФИО3 в счет возмещения материального ущерба <данные изъяты> руб.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает признание ФИО23 своей вины, раскаяние в содеянном, наличие заболевания.

ФИО23 совершил умышленное преступление средней тяжести, имея судимости по приговору Октябрьского районного суда г. Рязани от 19.07.2001 года и по приговору Михайловского районного суда Рязанской области от 24.10.2016 года за ранее совершенные умышленные преступления, в связи с чем в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ в его действиях имеется рецидив преступлений, что согласно п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим наказание.

Ввиду наличия отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, правовых оснований для изменения категории преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Учитывая степень общественной опасности содеянного, данные о личности ФИО23, непродолжительный период времени после отбытия им наказания по приговору Михайловского районного суда Рязанской области от 24.10.2016 года, наказание ФИО23 назначается с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ в виде лишения свободы, оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ суд не усматривает. Исключительных обстоятельств, которые позволили ли бы суду назначить наказание ФИО23. с применением ст. 64 УК РФ, судом не установлено.

Несмотря на наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, имеется обстоятельство, отягчающее наказание, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, в связи с чем оснований для применения при назначении ФИО23 наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, правил ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

При назначении ФИО23 наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, обстоятельством смягчающим наказание в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает наличие малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения; в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, суд признает активное способствование розыску имущества, добытого преступным путем, поскольку при допросе в качестве подозреваемого 16.01.2018 года ФИО23 указал ломбард, в который он сдал похищенные у ФИО2 ювелирные изделия.

При назначении ФИО23 наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, обстоятельством, смягчающим наказание, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает наличие заболевания.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим наказание, рецидив преступлений, вид которого в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным, поскольку ФИО23 совершил тяжкое преступление, имея судимость по приговору Октябрьского районного суда г. Рязани от 19.07.2001 года за ранее совершенное особо тяжкое преступление.

Учитывая наличие отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, правовых оснований для изменения категории преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Учитывая степень общественной опасности содеянного, данные о личности ФИО23, непродолжительный период времени после отбытия им наказания по приговору Михайловского районного суда Рязанской области от 24.10.2016 года, наказание ФИО23 за совершенное им преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 УК РФ, назначается с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ в виде лишения свободы, оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ суд не усматривает. Исключительных обстоятельств, которые позволили ли бы суду назначить наказание ФИО23 с применением ст. 64 УК РФ, судом не установлено. При назначении наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, суд считает возможным не назначать ФИО23 дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы ввиду достаточности основного наказания.

Несмотря на наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, имеется обстоятельство, отягчающее наказание, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, в связи с чем оснований для применения при назначении наказания ФИО23 за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, правил ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Поскольку одно из преступлений, совершенных ФИО23, относится к категории тяжких, окончательное наказание подлежит назначению с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО23 преступлений, конкретные обстоятельства дела, а также принимая во внимание данные о личности подсудимого ФИО23, влияние назначенного наказание на его исправление, суд считает, что достижение социальной справедливости и исправление ФИО23 возможны лишь в условиях изоляции подсудимого от общества в виде реального лишения свободы. Учитывая наличие в действиях ФИО23 при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, опасного рецидива преступлений, исходя из требований п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ, оснований для назначения ФИО23 наказания с применением ст. 73 УК РФ, предусматривающей условное осуждение, не имеется.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания судом не установлено.

Видом исправительного учреждения для отбывания ФИО23 наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ является исправительная колония строгого режима. При этом суд считает необходимым в целях обеспечения исполнения приговора суда меру пресечения в отношении ФИО23 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Из материалов дела следует, что ФИО23 был задержан в порядке ст.91 УПК РФ 16.01.2018 года, постановлением Октябрьского районного суда г. Рязани от 18.01.2018 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой был продлен постановление суда от 13.02.2018 года.

Апелляционным постановлением Рязанского областного суда от 12.03.2018 года мера пресечения в отношении ФИО23 изменена с заключения под стражу на домашний арест, срок которой был продлен постановлениями Октябрьского районного суда г. Рязани от 16.03.2018 года, 18.04.2018 года.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Рязани от 25.05.2018 года мера пресечения в отношении ФИО23 была изменена с домашнего ареста на заключение под стражу, срок которой был продлен 18.06.2018 года, 10.07.2018 года.

Разрешая вопрос о зачете в срок отбывания наказания времени содержания подсудимого под стражей, суд учитывает, что в соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания по стражей засчитывается время домашнего ареста, и согласно ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 года № 420-ФЗ) время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывалось в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Федеральным законом № 186-ФЗ от 03.07.2018 года в ст. 72 Уголовного кодекса РФ внесены изменения, согласно которым в соответствии с ч. 3.4 данной статьи время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

Учитывая, что изменения, внесенные в Уголовный кодекс РФ Федеральным законом № 186-ФЗ от 03.07.2018 года ухудшают положение подсудимого, суд полагает необходимым применить ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 года № 420-ФЗ), и зачесть ФИО23 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время задержания в порядке ст. 91 УПК РФ, время содержания под домашним арестом и под стражей в качестве меры пресечения с 16.01.2018 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ суд полагает необходимым вещественные доказательства - СD-R диск с видеозаписью, залоговый билет хранить при уголовном деле, нож, являющийся орудием преступления, - уничтожить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.299, 303, 304, 307-309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО23 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 161, ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание:

по ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации - 1 (Один) год 6 месяцев лишения свободы;

по ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации - 3 (Три) года 6 месяцев лишения свободы;

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить – 4 (Четыре) года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания исчислять с 06 ноября 2018 года.

В соответствии с требованиями ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420- ФЗ) зачесть ФИО23 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время задержания в порядке ст. 91 УПК РФ, время содержания под домашним арестом и время содержания под стражей в качестве меры пресечения с 16 января 2018 года по день вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день за один день.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО23 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражу.

Вещественные доказательства: СD-R диск с видеозаписью, залоговый билет хранить при уголовном деле, нож – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Рязанского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО23 в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, через Октябрьский районный суд г. Рязани. Осужденный ФИО23 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Ю.А.Крайнева