Решение № 2-518/2018 2-518/2018 ~ М-97/2018 2-769/18 М-97/2018 от 10 мая 2018 г. по делу № 2-518/2018

...

Дело № 2-769/18


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 мая 2018 года Октябрьский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего судьи Кулинченко Ю.В.,

при секретаре Прокофьевой Д.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истцов

ФИО2, ФИО3, ФИО4 ФИО5,

представителя ответчика ЖСК "Черемушки" ФИО6,

ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО8, ФИО3, ФИО4 к жилищно-строительному кооперативу «Черемушки», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО13 об оспаривании решений общих собраний кооператива и правления кооператива,

установил:

ФИО1, ФИО14 обратились в суд с иском о признании недействительным решение общего собрания членов жилищно-строительному кооперативу «Черемушки» (далее по тексту ЖСК «Черемушки», кооператив) от 05.10.2017.

В обоснование заявленного требований указали, что 05.10.2017 состоялось внеочередное общее собрание в очной форме членов ЖСК «Черемушки», на котором было принято решение в том числе о принятии в члены кооператива ФИО15 Данное решение считают незаконным, поскольку при его проведении нарушена процедура созыва, в частности истцы не были извещены о проведении оспариваемого собрания. Также нарушен порядок проведения собрания, поскольку отсутствовал необходимый кворум для его проведения (менее 50% членов кооператива участвовало в собрании). Нарушена процедура вступления в члены кооператива, а именно заявление ФИО15 о принятии в члены кооператива не было предъявлено правлению кооператива как того требует Устав ЖСК.

Определение Октябрьского районного суда г. Томска от 16.02.2018 (Т.1 л.д. 139) производство по делу в части требования истца ФИО14 к ЖСК «Черемушки», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО7 прекращено в связи с отказом истца от иска.

Кроме того, ФИО1, ФИО2, ФИО8, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ЖСК «Черемушки», в котором просят признать недействительными решения, указанные в протоколе общего собрания членов ЖСК "Черемушки" от 16.12.2017, а также решение правления ЖСК «Черемушки» от 27.12.2017.

В обоснование иска указано, что 16.11.2017 было проведено собрание членов ЖСК "Черемушки", на котором большинством голосов была определена дата проведения следующего собрания – 25.01.2018. Однако вопреки данному решению лицами, голосовавшими за иную дату, 16.12.2017 было проведено собрание, при этом о его проведении члены кооператива уведомлены не были. Полагают, что решение, принятое на указанном собрании, незаконно, поскольку собрание проведено в отсутствие кворума. 27.12.2017 также состоялось заседание Правления ЖСК "Черемушки", на котором, в числе прочего, решен вопрос о переизбрании председателя Правления. Данное решение, по мнению истцов, также является незаконным, поскольку на должность Председателя выбрано лицо (ФИО15), не входящее в состав Правления, и не являющееся членом кооператива. Кроме того, данное решение неправомочно, так как принято лицами, не являющимися членами Правления.

На основании определения Октябрьского районного суда г. Томска от 13.03.2018 (Т.2 л.д. 96) гражданские дела по указанным выше искам объединены в одно производство.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным основаниям. Не оспаривал то обстоятельство, что 16.12.2017 он явился на общее собрание, подтвердил свою явку в листе регистрации, однако было принято решение о переносе собрания, в связи с чем он его покинул.

Представитель истцов ФИО8, ФИО2, ФИО3, ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, 16.12.2017 принимал участие в собрании, оно длилось около полутора часов до того момента, как он его покинул.

Представитель ответчика ЖСК «Черемушки» – ФИО6 в судебном заседании иск не признал в полном объеме по основаниям, приведенным в письменном отзыве на исковое заявление, согласно которому вопрос о переносе собрания на 25.01.2018 общим собранием не решался, а голосование большинства за указанную дату не препятствует проведению еще одного собрания 16.12.2017. О предстоящем собрании 16.12.2017 члены кооператива были заблаговременно уведомлены, истцы присутствовали на нем, подтверждением чего выступает лист регистрации, кворум собрания имелся. Принятие ФИО15 в члены кооператива и члены Правления, а также избрание председателем Правление, осуществлено в установленном законом порядке, поскольку члены правления, принявшие его кандидатуру, избраны членами Правления на собрании 16.12.2017, а вступление ФИО15 в состав Правления произведен путем замены ФИО10 Считал, что оспариваемыми решениями права истцов не нарушаются, поскольку количество их голосов составляет явное меньшинство по сравнению с количеством голосовавших. Принятие же нового члена кооператива и избрание его Председателем Правления не влияет на их имущественные права на пай, а также на возможность дальнейшего голосования, равно как и не изменяет количество голосов на собрании.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Считал, что собрание, проведенное 16.12.2017 является законным, так как проведено при наличии кворума. Что касается собрания, имевшего место 05.10.2017, не оспаривал факт наличия нарушений при его проведения, допускал, что оно проведено в отсутствие кворума, однако указал, что о его проведении все члены кооператива были уведомлены посредством телефонной связи. Считал, что прав иных членов кооператива оно не нарушает. Указал, что Рыжая Е.И., ФИО8, ФИО2, ФИО3, ФИО16 и ФИО4 не имеют право принимать участие в голосовании, поскольку паи ими не оплачены, таким образом их отсутствие на собрании на принятое решение не влияет.

Ответчики ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, были извещены о дате и времени судебного разбирательства надлежащим образом (Т.3 л.д. 180-184). Согласно письменному отзыву на иск, собрание, имевшее место 05.10.2017, было созвано в экстренном порядке в связи с обстоятельствами, свидетельствовавшими о намерении захватить имущество кооператива, лишить кооператив статуса застройщика, таким образом целью оспариваемого собрания являлось принятие соответствующих мер и не допустить такой захват. Истцы были уведомлены о собрании посредством телефонной связи. Собрание проведено при наличии кворума, так как на нем присутствовали члены, обладающие большинством голосов. Вопрос о принятии в члены кооператива ФИО15 решен в установленном порядке на основании поданного им заявления и после уплаты необходимых взносов. Считали, что другие лица, кроме тех, кто участвовал в оспариваемом собрании, свое право на голосование не подтвердили, поскольку не представили доказательств полной оплаты пая. Таким образом считали, что решение общего собрания, состоявшегося 05.10.2017, никаких прав и интересов иных членов кооператива не нарушает.

Ответчик ФИО11, будучи уведомленным (Т.3 л.д. 180-184), не явился. Ранее в судебном заседании полагал, что оснований для признании решения общего собрания от 05.10.2017 недействительным не имеется. Пояснял, что присутствовал на общем собрании 05.10.2017, о проведении которого его уведомили посредством телефонной связи.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО17, будучи уведомленной (Т.3 л.д. 180-184), в суд не явилась. Ранее в судебном заседании поясняла, что присутствовала на собрании 16.12.2017, осуществляла подсчет голосов. На данном собрании был решен ряд вопросов, однако некоторые члены покинули его после решения вопроса об отсутствии у них возможности голосовать по полным паям.

Истцы ФИО8, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ответчики ФИО13, ФИО12, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков ФИО15, Рыжая Е.И., ФИО16, ФИО14, извещенные о месте и времени разбирательства по делу в установленном порядке, подтверждением чему служат телефонограммы от 16.04.2018 (Т.3 л.д. 180-184), в судебное заседание не явились, причины неявки не сообщили.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Судом установлено, что 10.01.2014 был создан жилищно-строительный кооператив «Черемушки» в целях удовлетворения потребностей его членов в жилых помещениях и нежилых помещениях, а также управления имуществом в кооперативном доме в рамках действующего Жилищного законодательства РФ (Т.1 л.д. 13-18, п. 1.1 Устава ЖСК от 23.12.2013, Т.1 л.д. 22).

В силу п.9 ч.1 ст. 4 Жилищного кодекса РФ отношения по поводу создания и деятельности жилищных и жилищно-строительных кооперативов регулируется жилищным законодательством.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации жилищное законодательство находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (ст. 5 ЖК РФ).

Согласно ч.4 ст. 49 Гражданского кодекса РФ гражданско-правовое положение юридических лиц и порядок их участия в гражданском обороте (статья 2) регулируются настоящим Кодексом. Особенности гражданско-правового положения юридических лиц отдельных организационно-правовых форм, видов и типов, а также юридических лиц, созданных для осуществления деятельности в определенных сферах, определяются настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами.

Так, статья 110 ЖК РФ признает жилищным или жилищно-строительным кооперативом добровольное объединение граждан и в установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами случаях юридических лиц на основе членства в целях удовлетворения потребностей граждан в жилье, а также управления многоквартирным домом.

Жилищные и жилищно-строительные кооперативы (далее также - жилищные кооперативы) являются потребительскими кооперативами.

Согласно ч.3 ст. 110 ЖК РФ члены жилищно-строительного кооператива своими средствами участвуют в строительстве, реконструкции и последующем содержании многоквартирного дома.

В соответствии с п.п. 1, 3 ст. 115 ЖК РФ органами управления жилищного кооператива являются общее собрание членов жилищного кооператива и правление жилищного кооператива и председатель правления жилищного кооператива.

На основании ч.ч. 1, 2 ст. 116 ЖК РФ высшим органом управления жилищного кооператива является общее собрание членов кооператива (конференция), которое созывается в порядке, установленном уставом кооператива.

Так, в силу п. 5.10 Устава ЖСК от 23.12.2013 (Т.1 л.д. 25) внеочередное общее собрание членов кооператива созывается по инициативе правления Кооператива, по требованию ревизора кооператива или по требованию членов кооператива, составляющих не менее 5-ти процентов от общего числа членов кооператива, зарегистрированных на день предъявления требования о созыве внеочередного общего собрания членов кооператива.

Как видно из материалов дела 05.10.2017 было проведено внеочередное общее собрание членов ЖСК «Черемушки», в котором приняло участие четыре члена кооператива: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО7 (протокол № 40 от 05.10.2017, Т.1 л.д. 19-20).

На повестку дня были поставлены вопросы выбора председателя собрания, секретаря, лица, ведущего подсчет голосов, принятия в члены ЖСК нового члена – ФИО15, а также вопрос о недопущении действий, направленных на изменение застройщика многоквартирного жилого дома по ул. Обская, 23 в г. Томске и назначение даты проведения внеочередного общего собрания членов ЖСК «Черемушки».

Согласно ч.3 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

На основании ст. 123.1 ЖК РФ жилищно-строительный кооператив обязан вести реестр своих членов, содержащий сведения о фамилии, имени и (при наличии) отчества члена жилищно-строительного кооператива.

Как следует из п. 7.3 Устава ЖСК «Черемушки» от 23.12.2013 (Т.1 л.д. 27) для обеспечения учета членов Кооператива и отчетности о деятельности, Кооператив ведет реестр членов Кооператива.

Как видно из представленных реестров членов ЖСК «Черемушки» по состоянию на 30.09.2017, на 05.10.2017 (Т.1 л.д. 32, 167) и списка членов по состоянию на 04.10.2017 (Т.1 л.д. 157) истец ФИО1 являлся членом указанного кооператива. При этом данный факт никем из лиц, участвующих в деле, в суде не оспаривался.

Следовательно поскольку ФИО1 по состоянию на 05.10.2017 являлся членом ЖСК «Черемушки», участия в собрании от 05.10.2017, как видно из протокола № 40, не принимал, то в силу приведенных требований закона он вправе оспаривать названное решение общего собрания.

Согласно ч.2 ст. 181.1 ГК РФ решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Согласно ст. 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение).

Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

В силу п.2 ст. 181.5 ГК РФ если иное не предусмотрено законом решение собрания принятое при отсутствии необходимого кворума ничтожно.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 106 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», допускается возможность предъявления самостоятельных исков о признании недействительным ничтожного решения собрания; споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого лица, имеющего охраняемый законом интерес в таком признании.

Согласно ч.1 ст. 181.2 ГК РФ решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Статья 117 ЖК РФ закрепляет требование о том, что общее собрание членов жилищного кооператива является правомочным, если на нем присутствует более пятидесяти процентов членов кооператива.

Аналогичные положения относительно кворума собрания закреплены в п. 5.8 Устава ЖСК от 23.12.2017.

Как видно из приведенной нормы кворум общего собрания ЖСК определяется большинством членов жилищного кооператива.

При этом в соответствии с положениями Устава ЖСК от 23.12.2013 (Т.1 л.д. 22) член кооператива это физическое или юридическое лицо, принятое в Кооператив, для участия в его деятельности по строительству, реконструкции или ремонту объектов недвижимости.

Таким образом, кворум общего собрания ЖСК определяется количеством членов – физических или юридических лиц, а не количеством приходящегося на каждого из членов кооператива паев, как ошибочно полагают ответчики.

Из реестров членов ЖСК «Черемушки» по состоянию на 30.09.2017, на 05.10.2017 (Т.1 л.д. 32, 167) и списка членов по состоянию на 04.10.2017 (Т.1 л.д. 157) следует, что количество членов кооператива на тот момент определялось в количестве 13 человек, в связи с чем для наличия кворума необходимо было присутствие минимум 7 человек, тогда как согласно оспариваемому протоколу № 40 от 05.10.2017 (Т.1 л.д. 19) на собрании присутствовало 4 члена кооператива.

Согласно ч.2 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания не может быть признано судом недействительным по основаниям, связанным с нарушением порядка принятия решения, если оно подтверждено решением последующего собрания, принятым в установленном порядке до вынесения решения суда.

В соответствии с разъяснениями Верхового Суда, содержащимися в п. 108 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания, принятое с нарушением порядка его принятия и подтвержденное впоследствии новым решением собрания, не может быть признано недействительным, за исключением случаев, когда нарушение порядка принятия выразилось в действиях, влекущих ничтожность решения, в частности решение принято при отсутствии необходимого кворума (пункт 2 статьи 181.5 ГК РФ).

Исходя из изложенного доводы ответчиков о том, что решение собрания от 05.10.2017 впоследствии было подтверждено решением собрания от 16.12.2017 судом отклоняются, поскольку ничтожное решение собрания (в отсутствии кворума) не может быть подтверждено впоследствии новым решением собрания.

Таким образом виду отсутствия необходимого кворума для проведения собрания от 05.10.2017 его решение должно быть признано недействительным (ничтожным).

Что касается общего собрания от 16.12.2017, то суд приходит к следующему.

На повестку дня данного общего собрания были поставлены следующие вопросы:

1. Об избрании председателя собрания, секретаря собрания, лица, ведущего подсчет голосов.

2. Отчет ревизора ЖСК ФИО7 и избрании ревизора ЖСК.

3. Об утверждении реестра членов ЖСК.

4. О выборах Правления ЖСК.

5. О принятии в члены ЖСК «Черемушки».

6. Об исключении из членов ЖСК.

7. О действительности протокола внеочередного общего собрания № 40 от 05.10.2017.

8. Об утверждении места хранения протокола, места размещения протоколов и информации.

9. О дате, времени и повестке дня следующего собрания.

Из протокола общего собрания № 41 от 16.12.2017, листа регистрации (Т.2 л.д. 126-135), и реестров членов ЖСК «Черемушки» по состоянию на 30.09.2017, на 05.10.2017 (Т.1 л.д. 32, 167) видно, что для участия в собрании зарегистрировалось 14 членов кооператива. Фактическая явка на собрание перечисленных в протоколе № 41 от 16.12.2017 членов никем из сторон не оспаривалась.

Среди перечисленных в протоколе членов кооператива отмечен ФИО15, участие которого в собрании не может быть признано правомерным, поскольку решение собрания от 05.10.2017, на котором последний был принят в члены кооператива признано судом недействительным. Иных решений о принятии ФИО15 в члены ЖСК общее собрание в период с 05.10.2017 по 16.12.2017 не принимало.

Таким образом, численный состав членов кооператива по состоянию на 16.12.2017 составлял 13 человек. Из протокола № 41 от 16.12.2017 видно, что после принятия собранием решения по шестому вопросу повестки дня, которым было принято решение об исключении из состава членов 6 человек, собрание покинули исключенные из членов кооператива 6 человек.

То есть до момента окончания обсуждения шестого вопроса на собрании присутствовали все члены кооператива, а потому кворум имел место.

Доказательств тому, что истцы покинули собрание до момента начала обсуждения вопросов повестки дня, на чем настаивают истцы, суду не представлено, а представленная ответчиком видеозапись фиксирует лишь события, предшествующие началу собрания по повестке дня.

Ссылка истцов на реестр голосования от 16.12.2017 (Т.2 л.д. 35), в соответствии с которым большинством членов ЖСК было принято решение провести общее собрание 25.01.2018 не может быть признана судом состоятельной в качестве доказательства незаконности проведения собрания 16.12.2017, поскольку как видно из буквального содержания данного реестра голосования такое голосование проводилось по вопросу выбора даты проведения общего собрания членов с вопросами повестки дня, обозначенными в уведомлениях от 07.112017, тогда как в имеющемся в материалах дела уведомлении от 07.11.2017 (Т.1 л.д. 137) повестка планируемого общего собрания несколько отличается от той повестки, которая обсуждалась на оспариваемом собрании от 16.12.2017 (планировался вопрос об оценке долей пайщиков, который не был поставлен на собрании от 16.12.2017, вопрос о принятии новых членов кооператива отличается от тех претендентов, которые рассматривались на собрании от 16.12.2017).

Таким образом, говорить о том, что большинство членов ЖСК проголосовало о переносе собрания от 16.12.2017 на другой день и как следствие о незаконности такого собрания по данному основанию нельзя.

Вместе с тем, суд отмечает следующее.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ решение собрания может быть признано недействительным в части, если будет доказано, что оно могло бы быть принято и без включения в него недействительной части (п. 110 Постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с положениями статьи 117 ЖК РФ решение общего собрания членов жилищного кооператива, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, считается принятым при условии, если за него проголосовало более половины членов жилищного кооператива, присутствовавших на таком общем собрании, а по вопросам, указанным в уставе жилищного кооператива, - более трех четвертей членов жилищного кооператива, присутствовавших на таком общем собрании.

Таким образом, приведенная норма закона обуславливает принятие собранием решения голосованием не количеством голосов в соответствии с объемом принадлежащих каждому члену паев, как ошибочно полагают ответчики, а количеством членов жилищного кооператива, присутствовавших на таком общем собрании, то есть фактическим количеством физических или юридических лиц членов кооператива.

Статья 117 ЖК РФ, как видно, диспозитивна, однако допускает возможность иного порядка голосования лишь в случае если это предусмотрено Жилищным кодексом РФ и ничем иным. Поэтому установленный п. 5.4 Устава кооператива порядок определения голосов исходя из количества паев не может быть принят судом во внимание. Положения ч.3 ст. 48 ЖК РФ к рассматриваемым правоотношениям не могут быть применены, поскольку определяют количество голосов собственника помещения в многоквартирном доме на общем собрании собственников помещений в данном доме, пропорционально его доле в праве общей собственности на общее имущество в данном доме.

Аналогия закона (ст. 7 ЖК РФ) в данном случае по мнению суда также невозможна, поскольку порядок голосования членов жилищно-строительных кооперативов законом урегулирован.

Как видно из протокола № 41 от 16.12.2017 по первому вопросу повестки дня (об избрании председателя собрания, секретаря собрания, лица, ведущего подсчет голосов) решение было принято всеми членами кооператива единогласно, а потому в отсутствии доказательств иному следует признать принятым.

По второму вопросу повестки дня (отчет ревизора ЖСК ФИО7 и избрании ревизора ЖСК) против проголосовало 8 голосов, за – 14 голосов. Из протокола видно, что при подсчете голосов исходили из того, что у ФИО9 имелось 6 паев, у ФИО7 – 4 пая, у остальных по одному. С учетом того, что участвующие в настоящем деле в качестве ответчиков ФИО9 и ФИО7 голосовали за принятие решения, то в соответствии с законным порядком принятия решения (1 член – 1 голос) следует признать, что 8 членов ЖСК проголосовало против, соответственно, исключив голос ФИО15 по указанным выше основаниям, за принятие решения проголосовало 5 человек (13 – 8), в связи с чем решение по данному вопросу нельзя признать принятым.

По третьему вопросу повестки дня (об утверждении реестра членов ЖСК) в протоколе указано на то, что оно не было принято по причине большинства голосов против принятия решения.

По четвертому вопросу повестки дня (о выборах Правления ЖСК) против проголосовало 8 голосов, за – 14 голосов. По тем же основаниям следует признать, что 8 членов ЖСК проголосовало против, соответственно, исключив голос ФИО15, за принятие решения проголосовало 5 человек (13 – 8), в связи с чем решение по данному вопросу нельзя признать принятым.

По пятому вопросу повестки дня (о принятии в члены ЖСК «Черемушки») против принятия в члены ФИО13 проголосовало 2 голоса, за – 20 голосов. Таким образом, следует признать, что 2 члена ЖСК проголосовало против, соответственно, исключив голос ФИО15, за принятие решения проголосовало 11 человек (13 – 2), в связи с чем решение по данному вопросу следует признать принятым.

По вопросу принятия в члены ФИО12 все члены кооператива проголосовали утвердительно. Доказательств иному вопреки довода истца ФИО1 суду не представлено.

По вопросу принятия в члены ФИО15 против проголосовало 8 голосов, за – 16 голосов. По тем же основаниям следует признать, что 8 членов ЖСК проголосовало против, соответственно, исключив голос ФИО15, за принятие решения проголосовало 5 человек (13 – 8), в связи с чем решение по данному вопросу нельзя признать принятым.

По шестому вопросу повестки дня (об исключении из членов ЖСК) против проголосовало 8 голосов, за – 16 голосов. По тем же основаниям следует признать, что 8 членов ЖСК проголосовало против, соответственно, исключив голос ФИО15, за принятие решения проголосовало 5 человек (13 – 8), в связи с чем решение по данному вопросу нельзя признать принятым.

Кроме того, суд отмечает, что из тех членов кооператива, которые были исключены оспариваемым решением, не являются истцами по настоящему делу Рыжая Е.И. и ФИО16 Вместе с тем, принимая во внимание, что эти лица участвуют в настоящем деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, на стороне истцов, ранее инициировали вопрос о вступлении в дело в качестве соистцов, то в таком случае суд считает возможным признать недействительным решение собрания от 16.12.2017 не только в части исключенных членов, которые являются истцами по делу, но и в части третьих лиц Рыжей Е.И. и ФИО16

По седьмому вопросу повестки дня (о действительности протокола внеочередного общего собрания № 40 от 05.10.2017) вне зависимости от распределения голосов такое решение нельзя признать правомерным по причинным, приведенным выше, ввиду ничтожности решения общего собрания № 40 от 05.10.2017 и недопустимости последующего утверждения ничтожного собрания.

По восьмому и девятому вопросам повестки дня (об утверждении места хранения протокола, места размещения протоколов и информации, о дате, времени и повестке дня следующего собрания) суд отмечает следующее.

Согласно ч.4 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица.

После принятия решения по шестому вопросу, исключив из членов ЖСК 6 человек, данные лица покинули собрание о чем отмечено в протоколе собрания (Т.2 л.д. 134). Однако, даже несмотря на незаконность решения об исключении данных лиц из членов кооператива решения последующих вопросов повестки собрания (восьмой и девятый), не могло повлиять на результат решений принятых собранием по восьмому и девятому вопросам, поскольку они был приняты единогласно, а при условии 6 голосов «против» большинство голосов «за» (7 «за» и 6 «против»). При этом решения собрания об утверждении места хранения протокола, места размещения протоколов и информации (восьмой вопрос повестки), о дате, времени и повестке дня следующего собрания (девятый вопрос повестки) не влечет существенных неблагоприятных последствий для истцов.

Таким образом, принимая во внимание, что решение собрания от 16.12.2017 в части решения об избрании председателя собрания, секретаря собрания, лица, ведущего подсчет голосов (первый вопрос повестки дня) о принятии в члены кооператива ФИО13 и ФИО12 (пятый вопрос повестки дня) могло быть принято и без включения в него недействительной части суд признает решение общего собрания от 16.12.2017 недействительным в части вопросов повестки дня № 2, № 4, № 5 (в части принятия в члены ФИО15), № 6, № 7.

Согласно ст. 118 Жилищного кодекса РФ правление жилищного кооператива избирается из числа членов жилищного кооператива общим собранием членов жилищного кооператива (конференцией) в количестве и на срок, которые определены уставом кооператива.

Правление жилищного кооператива осуществляет руководство текущей деятельностью кооператива, избирает из своего состава председателя кооператива и осуществляет иные полномочия, не отнесенные уставом кооператива к компетенции общего собрания членов кооператива (ч.3 ст. 118 ЖК РФ).

Что касается решения правления ЖСК «Черемушки», оформленное протоколом от 27.12.2017 (Т.2 л.д. 36), то оно также недействительно ввиду незаконного состава правления, поскольку было избранно оспоренным в соответствующей части решением общего собрания кооператива от 16.12.2017.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 118 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, если гражданско-правовое сообщество представляет собой юридическое лицо, то оно является ответчиком по иску о признании решения недействительным.

Учитывая изложенное, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО7, ФИО13, ФИО12 являются ненадлежащими ответчиками по настоящему делу, в связи с чем исковые требования к ним не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1, ФИО2, ФИО8, ФИО3, ФИО4 удовлетворить частично.

Признать решение общего собрания членов ЖСК «Черемушки», оформленное протоколом № 40 от 05.10.2017, недействительным.

Признать решение общего собрания членов ЖСК «Черемушки», оформленное протоколом № 41 от 16.12.2017, недействительным в части вопросов повестки дня № 2, № 4, № 5 (в части принятия в члены ФИО15), № 6, № 7.

Признать решение правления ЖСК «Черемушки», оформленное протоколом от 27.12.2017, недействительным.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Судья /подпись/

...

...

...

...

...