Апелляционное определение № 33-3209/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья Шандецкая Г.Г.

УИД: 61RS0003-01-2025-005681-43

Дело № 33-3209/2026

Дело № 2-3563/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года

г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда

в составе председательствующего Алферовой Н.А.,

судей Хомич С.В., Корецкого А.Д.

при секретаре Аверкиной А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2 об обращении в доход государства денежных средств по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 23 октября 2025 года. Заслушав доклад судьи Алферовой Н.А., судебная коллегия

установила:

Первый заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в интересах Российской Федерации обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО2 об обращении в доход государства денежных средств, указав, что при осуществлении надзора за расследованием Следственным комитетом Российской Федерации уголовного дела НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по обвинению бывшего заместителя Губернатора Ростовской области – министра транспорта ФИО1 по ч. 6 ст. 290, ч. 1 ст. 222 УК РФ в получении взятки, а также незаконных приобретении, хранении, перевозке, ношении огнестрельного оружия и боеприпасов к нему Генеральной прокуратурой Российской Федерации установлено, что проверкой сведений ФИО1 о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера при трудоустройстве в 2024 г. на должность заместителя Губернатора Ростовской области – министра транспорта выявлен факт совершения им коррупционного нарушения и возникновения неурегулированного конфликта интересов по службе.

Проверка материального состояния ФИО1 по состоянию на 25.11.2024 выявила незаконное наличие у него наличных денежных средств в размере 102 157 000 рублей.

В иске также указано, что ФИО2 была вовлечена в разработанную ФИО1 коррупционную схему и в 2020-2024 гг. размещала на своем банковском счете незаконно полученные им денежные средства.

В частности, ФИО2 17.03.2020, 03.02.2022 и 28.02.2024 внесла на свой счет НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, открытый в ПАО Банк «ВТБ», наличные денежные средства в сумме 63 500 000 рублей.

ФИО1 и ФИО2 от дачи показаний в ходе расследования уголовного дела отказались, сведения о получении названных денег из законных источников представить не смогли.

Прокурорской проверкой установлено наличие по состоянию на 25.11.2024 у ФИО1 и ФИО2 денежных средств в сумме 165 657 000 рублей, что с учетом приобретения ФИО2 недвижимости значительно превышает сумму доходов их семьи за 2010-2023 гг. и указывает на их получение из не предусмотренных законом источников.

Приведенные факты свидетельствуют о том, что в период исполнения обязанностей по замещаемой государственной должности субъекта Российской Федерации ФИО1 нарушен установленный для данной категории работников запрет на получение из не предусмотренных законодательством Российской Федерации денежного вознаграждения от физических и юридических лиц (п. 7 ч. 3 ст. 121 Закона № 273 от 25.12.2008 "О противодействии коррупции", п. 6 ч. 1 ст. 17 Закона № 79 от 27.07.2004). Однако, несмотря на указанный запрет, ФИО1 принял денежные средства от неустановленных лиц, о чем по месту службы не сообщил, своевременных мер к возврату денежных средств не принял. Своими действиями ФИО1 нарушил требования ч. 41, 41-1 ст. 121 Закона № 273 от 25.12.2008 «О противодействии коррупции», поскольку, являясь должностным лицом, вступил в конфликт интересов по службе и его не урегулировал.

На основании изложенного, прокурор просил суд обратить в доход Российской Федерации изъятые у ФИО1 денежные средства в размере 102 157 000 рублей, хранящиеся на лицевом счете Следственного комитета Российской Федерации НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в межрегиональном операционном управлении Федерального казначейства, как имущество, полученное из не предусмотренных законом источников; взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу Российской Федерации солидарно 63 500 000 рублей как имущество, полученное из не предусмотренных законом источников.

Решением Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 23 октября 2025 года исковые требования Первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2 об обращении в доход государства денежных средств удовлетворены. Суд обратил в доход Российской Федерации изъятые у ФИО1 денежные средства в размере 102 157 000 рублей, хранящиеся на лицевом счете Следственного комитета Российской Федерации НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в межрегиональном операционном управлении Федерального казначейства, как имущество, полученное из не предусмотренных законом источников; взыскал солидарно с ФИО1, ФИО2 в доход Российской Федерации 63 500 000 рублей.

С решением суда не согласилась ФИО2, в апелляционной жалобе полагает его незаконным и необоснованным, просит отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства принадлежности конкретному лицу изъятыми в ходе оперативных мероприятий 24 ноября 2024 денежными средствами в размере 102 157 000 руб., полагая, что само по себе изъятие не образует юридического факта владения.

Заявитель обращает внимание на то, что предметом иска стали 63 500 000 руб., внесённые ФИО2 наличными на счёт в ПАО «ВТБ» (НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН) 17.03.2020, 03.02.2022 и 28.02.2024, однако суд признал эти суммы поступлениями из «непредусмотренных законом источников», между тем в материалы дела представлены доказательства законности происхождения средств в виде договора беспроцентного займа от 27.02.2024 и личных накоплений, связи с чем вывод суда о неподтвержденности законности указанных средств является необоснованным.

Автор жалобы утверждает, что обращение денежных средств в доход государства произведено при отсутствии совокупности условий, необходимых для применения пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, при этом обращает внимание на отсутствие доказательств уведомления ответчиков о проведении контроля в порядке ст.ст. 7, 12 ФЗ №230-ФЗ, при котором они могли своевременно представить договор беспроцентного займа и иные документы, что устранило бы спор по происхождению средств.

Апеллянт выражает несогласие с расчетом суда о превышении доходов над расходами, полагая его не соответствующим требованиям ФЗ №230 в связи с отсутствием указаний отчетного периода, определения сумм, относящихся к расходам и к законным поступлениям.

Апеллянт утверждает, что суд неправильно квалифицировал сумму в размере 63 500 000 руб., проигнорировав договор займа на сумму 40 000 000 руб., при этом материалах дела имеется справка о доходах, расходах, об имуществе и обязательств имущественного характера, которое ФИО1 направил в Управление по противодействию коррупции при Губернаторе Ростовской области, в котором указал договор беспроцентного займа от 27.02.2024 между ФИО2 и ГАЕ на 40 000 000 руб. в разделе 6.2 Срочные обязательства финансового характера.

Также апеллянт обращает внимание на то, что иск прокурора затрагивает имущество, приобретённое в браке, а также затрагивает жилищные права несовершеннолетнего ребенка ответчиков и проживающих в спорном жилом помещении родителей ФИО2, однако суд не обеспечил участие в деле всех лиц, чьи права и обязанности могли быть непосредственно затронуты, не рассмотрел заявленное ходатайство о привлечении к участию в деле органа опеки и попечительства, а также родителей, зарегистрированных в принадлежащем ей жилом помещении, не удалился совещательную комнату для разрешения заявленного ходатайства, не огласил определение, не отразил мотивы отказа либо удовлетворения, что, по мнению апеллянта, влечет безусловную отмену решения суда.

По мнению автора жалобы, рассмотрение дела произведено с нарушением принципа полноты исследования доказательств, закреплённого в ст.ст. 12, 56, 67, 157 ГПК РФ, поскольку суд ограничился анализом материалов, представленных прокуратурой, не обеспечив всестороннюю проверку обстоятельств, подтверждающих законность происхождения денежных средств, и не дал оценки представленным доказательствам защиты, в нарушение ч. 4 ст. 198 ГПК РФ не указал мотивы, по которым суд отказался учитывать договор займа от 27.02.2024 и иные доказательства законного происхождения средств и какие именно доказательства подтверждают вывод о «коррупционном происхождении» изъятых сумм, кроме того, ссылка суда на «отказ ФИО2 от дачи показаний» в рамках уголовного дела не имеет отношения к процедуре контроля расходов, так как это разные процессуальные институты, регулируемые различными нормами права. Право не давать показания в рамках уголовного дела дано ФИО3 Конституцией РФ.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие ФИО1, извещенного о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав ФИО2, ее представителя и представителя ФИО1, поддержавших апелляционную жалобу, прокурора, просившего решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 21.06.2010 по 14.11.2011 ФИО1 занимал должность помощника главы администрации (Губернатора) Ростовской области, с 15.11.2011 по 05.02.2014 – заместителя и первого заместителя руководителя аппарата Правительства Ростовской области, с 06.02.2014 по 06.11.2016 – министра транспорта Ростовской области, с ноября 2016 по апрель 2019 г. – главы администрации г. Ростова-на-Дону, с июля 2021 по сентябрь 2021 г. – председателя совета директоров АО «Региональная корпорация развития», с 19.09.2021 по 24.05.2024 депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.

Распоряжением Губернатора Ростовской области от 11.06.2024 НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН ФИО1 назначен на государственную должность Ростовской области – заместителя Губернатора Ростовской области – министра транспорта.

В соответствии с указом Губернатора Ростовской области от 13.01.2015 № 1 «О распределении обязанностей между заместителями Губернатора Ростовской области» ФИО1, занимая указанную должность, был наделен полномочиями, в том числе осуществлять непосредственное руководство министерством транспорта Ростовской области, курировать деятельность министерства строительства, архитектуры и территориального развития, региональной службы государственного строительного надзора и других государственных учреждений и унитарных предприятий Ростовской области.

Распоряжением врио Губернатора Ростовской области от 09.12.2024 НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН ФИО1 от замещаемой должности заместителя Губернатора Ростовской области – министра транспорта освобожден и с 20.12.2024 уволенпо собственному желанию.

Таким образом, с 11.06.2024 по 20.12.2024 ФИО1 являлся лицом, замещавшим государственную должность субъекта Российской Федерации и обязанным представлять сведения о доходах и расходах, а равно соблюдать установленные законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции для данных категорий работников запреты и ограничения.

При назначении на указанную должность ФИО1 представлялись сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также своей супруги ФИО2

Проверкой сведений ФИО1 о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера при трудоустройстве в 2024 г. на должность заместителя Губернатора Ростовской области – министра транспорта выявлен факт совершения им коррупционного нарушения и возникновения неурегулированного конфликта интересов по службе.

Установлено, что общий доход ФИО1 с 01.01.2010 по 31.12.2023 составил 41 585 379 рублей 80 копеек:

- за 2010 г. – 600 769 рублей 89 копеек;

- за 2011 г. – 1 421 912 рублей 24 копейки;

- за 2012 г. – 1 811 001 рубль 04 копейки;

- за 2013 г. – 2 174 213 рублей 93 копейки;

- за 2014 г. – 2 671 205 рублей 19 копеек;

- за 2015 г. – 2 105 137 рублей 93 копейки;

- за 2016 г. – 2 797 791 рубль 38 копеек;

- за 2017 г. – 2 905 007 рублей 63 копейки;

- за 2018 г. – 2 630 289 рублей 54 копейки;

- за 2019 г. – 1 888 257 рублей 22 копейки;

- за 2020 г. – 2 495 546 рублей 15 копеек;

- за 2021 г. – 4 870 083 рубля 90 копеек;

- за 2022 г. – 6 335 103 рубля 19 копеек;

- за 2023 г. – 6 879 060 рублей 57 копеек.

Проверка материального состояния ФИО1 по состоянию на 25.11.2024 выявила незаконное наличие у него наличных денежных средств в размере 102 157 000 рублей.

В частности, в ходе проведенных 24.11.2024 и 25.11.2024 оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в его жилищах по адресам: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН; АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, по месту его работы по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, и при нем обнаружены и изъяты денежные средства в указанном размере.

ФИО2 в 2010 г. работала в Южном филиале ЗАО «Комстар», в 2011-2012 гг. – в ОАО «Таганрогмежрайгаз» и ОАО «Ростовоблгаз», в 2013-2023 гг. – в ПАО «Газпром Газораспределение» и ООО «Морозовский торговый комплекс», с 01.01.2010 по 31.12.2023 ее доход составил 156 062 925 рублей 77 копеек, при этом основной доход она получила в период 2014-2023 гг. от сдачи в аренду Морозовского рынка по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

Названный объект недвижимости, включающей в себя здания и земельные участки, приобретен ФИО2 в 2013-2016 гг. путем выкупа публичного предложения администрации Морозовского района Ростовской области за счет ипотечного кредита, полученного в ОАО «Донской коммерческий банк».

Доход ФИО2 составил:

- за 2010 г. – 50 864 рубля 08 копеек;

- за 2011 г. – 447 219 рублей 72 копейки;

- за 2012 г. – 178 803 рубля 77 копеек;

- за 2013 г. – 646 600 рублей;

- за 2014 г. – 8 250 000 рублей;

- за 2015 г. – 16 504 139 рублей 08 копеек;

- за 2016 г. – 14 625 250 рублей 48 копеек;

- за 2017 г. – 18 574 714 рублей;

- за 2018 г. – 16 149 429 рублей;

- за 2019 г. – 16 225 287 рублей;

- за 2020 г. – 16 425 444 рубля 69 копеек;

- за 2021 г. – 15 555 843 рубля 54 копейки;

- за 2022 г. – 20 251 507 рублей 41 копейка;

за 2023 г. – 12 177 823 рубля.

При этом установлено, что ФИО2 за счет совместного с супругом дохода за вышеуказанный период, а также полученных в 2022-2024 гг. займов в размере 110 млн. рублей от ГАЕ, 47 820 203 рублей в ПАО Банк «ВТБ» в 2022-2024 гг. приобретен ряд дорогостоящих объектов недвижимости по адресам: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, в том числе находящихся на стадии строительства: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, общей стоимостью 326,3 млн. рублей.

В ходе проведения проверок установлено, что ФИО2 была вовлечена в разработанную ФИО1 коррупционную схему и в 2020-2024 гг. размещала на своем банковском счете незаконно полученные им денежные средства.

В частности, ФИО2 17.03.2020, 03.02.2022 и 28.02.2024 внесла на свой счет НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, открытый в ПАО Банк «ВТБ», наличные денежные средства в сумме 63 500 000 рублей.

ФИО1 и ФИО2 от дачи показаний в ходе расследования уголовного дела отказались, сведения о получении названных денег из законных источников представить не смогли.

Прокурорской проверкой установлено наличие по состоянию на 25.11.2024 у ФИО1 и ФИО2 денежных средств в сумме 165 657 000 рублей, что с учетом приобретения ФИО2 недвижимости значительно превышает сумму доходов их семьи за 2010-2023 гг. и указывает на их получение из не предусмотренных законом источников.

Из материалов дела следует, что в рассматриваемых правоотношениях соответчик ФИО2 достоверно знала о коррупционном происхождении денежных средств, полученных ФИО1 в размере 165 657 000 рублей, поскольку они состоят в браке и проживают совместно в одном жилище, где хранились денежные средства, кроме того, часть из них она самостоятельно размещала на своем банковском счете.

Действия названных лиц являлись самостоятельной стадией в реализуемом длительном и поэтапном коррупционном правонарушении, были основанием для перехода к последующим этапам и достижению конечной цели по незаконному обогащению ФИО1

Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции руководствовался положениями главой 59 ГК РФ, ст.ст. 1, 5, 10, 128, 150, 235, 1080 ГК РФ, Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» и исходил из того, что в период исполнения обязанностей по замещаемой государственной должности субъекта Российской Федерации ФИО1 нарушен установленный для данной категории работников запрет на получение из не предусмотренных законодательством Российской Федерации денежного вознаграждения от физических и юридических лиц, однако, несмотря на указанный запрет, ФИО1 принял денежные средства от неустановленных лиц, о чем по месту службы не сообщил, своевременных мер к возврату денежных средств не принял, являясь должностным лицом, вступил в конфликт интересов по службе и его не урегулировал. В рамках проверочных мероприятий, проведенных Генеральной прокуратурой Российской Федерации, доказательств приобретения указанного имущества на законные доходы не получено, при этом установлено, что ответчики принимали непосредственное участие в процессе приобретения имущества, пользовались и распоряжались им. Кроме того, ФИО2 знала о прохождении ФИО1 государственной службы, имела представление об официальном уровне его доходов, однако получала денежные средства, обеспечивала их сохранность и учет, тратила на свои нужды и извлекала из них прибыль, являясь тем самым выгодоприобретателем незаконно полученных средств, регистрировала на себя спорные объекты недвижимости, несмотря на то, что их стоимость значительно превышала размер их доходов, в связи с чем действия ответчиков по преобразованию коррупционных доходов не отвечают правилам сложившегося делового оборота, подлежат признанию незаконными. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об удовлетворении требований об обращении взыскания в доход государства незаконно полученных денежных средств с ответчиков в солидарном порядке.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда, так как они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона.

В соответствии с подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производится, в том числе обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» лицо, замещающее (занимающее) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений, если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки.

В силу ч. 3 ст. 16 данного Федерального Закона, в случае, если в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов данного лица, а также расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, материалы, полученные в результате осуществления контроля за расходами, в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 указанного Федерального Закона генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в течение четырех месяцев со дня получения материалов, предусмотренных частью 3 статьи 16 настоящего Федерального закона, рассматривают их в пределах своей компетенции, установленной Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», после чего в порядке, предусмотренном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно.

Статья 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» во взаимосвязи с другими его положениями предполагает, что подлежащее изъятию имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, может принадлежать как самому государственному (муниципальному) служащему, так и членам его семьи - супруге (супругу) и несовершеннолетним детям, которые тем самым претерпевают неблагоприятные последствия презюмируемого нарушения им антикоррупционного законодательства.

Такое правовое регулирование обусловлено налагаемыми на государственного (муниципального) служащего ограничениями, вытекающими из его правового статуса, и призвано минимизировать риск злоупотреблений при оформлении того или иного имущества в собственность, а потому не может рассматриваться как несоразмерное ограничение конституционных прав членов семьи государственного (муниципального) служащего, тем более что федеральный законодатель в целях соблюдения баланса публичных и частных интересов ограничил круг лиц, за чьими расходами осуществляется контроль, теми членами семьи государственного (муниципального) служащего, которые, как правило, ведут с ним общее хозяйство, а именно супругой (супругом) и их несовершеннолетними детьми (пункт 2 части 1 статьи 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

Категории лиц, в отношении которых осуществляется контроль за расходами, и порядок осуществления такого контроля установлены Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

Из системного толкования положений п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ и правовых норм антикоррупционного законодательства Российской Федерации, в том числе ст. 3 ст. 17 Федерального закона № 230-ФЗ от 23.11.2012 г., следует, что, поскольку в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции не представлены доказательства приобретения ответчиками денежных средств на законные доходы, то по решению суда данное имущество может быть обращено в доход государства.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного Суда РФ указано на презумпцию незаконности доходов, возможность применения такой особой меры государственного принуждения как безвозмездное изъятие имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным служащим неправомерного деяния коррупционной направленности.

Кроме того, из Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2017 года, прямо следует, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчиков.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что в период исполнения обязанностей по замещаемой государственной должности субъекта Российской Федерации ФИО1 нарушен установленный для данной категории работников запрет на получение из не предусмотренных законодательством Российской Федерации денежного вознаграждения от физических и юридических лиц, однако, несмотря на указанный запрет, ФИО1 принял денежные средства от неустановленных лиц, о чем по месту службы не сообщил, своевременных мер к возврату денежных средств не принял.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к правильному выводу о том, что ответчики в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представили в материалы дела относимые, допустимые, достоверные и достаточные доказательства о законности происхождения истребуемых денежных средств, в связи с чем обратил в доход государства денежные средства, как имущество, полученное из не предусмотренных законом источников.

Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется. Мотивы, по которым суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не имеется.

Доводы жалобы о том, что ответчиками представлены доказательства, подтверждающие законность происхождения денежных средств, в частности, в виде заключенного договора займа, судебная коллегия находит несостоятельными и не опровергающими выводов суда первой инстанции, поскольку к данному договору судебная коллегия относится критически, учитывая его содержание, явно не характерное для обычаев гражданского оборота - в займ предоставлено беспроцентно 40000000 руб., на 10 лет, с ежегодным возвратом суммы займа в размере 4000000 руб., а также отсутствие реального его исполнения со стороны заемщика. При этом, займ предоставлен лицом, не находящимся в близких либо каких-либо деловых отношениях в семьей К-вых, в период, когда ФИО2 были приобретены объекты недвижимости в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН и когда ФИО1 переназначался на государственную должность. Приведенные обстоятельства в своей совокупности позволяют не принимать во внимание ссылки апеллянта на то, что ФИО1 декларировал данный договор, поскольку последний преследовал цель подтверждения законности приобретения объектов недвижимости его семьей.

Доводы апелляционной жалобы о неприменимости положений подп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, основанными на неверном толковании норм законодательства в сфере противодействия коррупции в силу следующего.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31.10.2024 N 49-П, обращение в доход государства имущества в данном случае имеет своей целью реализацию публичного интереса, состоящего в противодействии коррупции, а не восстановление имущественного положения участников гражданского оборота, в связи с чем не является по своей природе способом защиты гражданских прав. Такое изъятие активов служит особого рода неблагоприятным последствием противоправного поведения, применяемым в случае несоблюдения лицом антикоррупционных требований и запретов.

Фактически в данном случае речь идет об обращении в доход Российской Федерации соответствующего имущества не столько в качестве имущества, в отношении которого в установленном порядке не было представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законно полученные доходы, сколько в качестве имущества, в отношении которого установлено, что оно приобретено посредством совершения противоправных деяний коррупционной направленности (включая несоблюдение антикоррупционных запретов).

Меры, предполагающие обращение в доход государства имущества и денежных средств, в отношении которых не опровергнута презумпция незаконности происхождения или установлена незаконность происхождения, направлены на борьбу с коррупцией. Их наличие и действенное применение призваны повысить результативность противодействия коррупции, предотвратить риски, связанные с возможностью сращивания публичной власти и бизнеса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31.10.2024 N 49-П).

В связи с этим государство обязано принимать такие меры, которые любую попытку достигнуть цели незаконного обогащения делали бы бессмысленной и бесперспективной. Это согласуется с принципом неотвратимости ответственности за совершение противоправных деяний коррупционной направленности.

При таких обстоятельствах обращение имущества в доход государства служит особого рода неблагоприятным последствием противоправного поведения, применяемым в случае несоблюдения лицом антикоррупционных требований и запретов.

Переход такого имущества в собственность Российской Федерации допустим на основании подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ путем обращения по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Из выраженных в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 26-П и от 9 января 2019 года N 1-П и Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2017 года N 1163-О позиций следует, что обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, относится к особым правовым мерам, применяемым в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства и направленным на эффективное противодействие коррупции и защиту конституционно значимых ценностей.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия признает решение суда об удовлетворении требований прокурора и взыскании денежных средств в доход государства в соответствии с подп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации законным и обоснованным с учетом того, что ответчиками не опровергнута незаконность полученных ими денежных средств, размещенных на личном счете и обнаруженных в принадлежащих и используемых лично ими помещениях при превышении их официальных доходов над принадлежащим им имуществом. Вопреки доводам апелляционной жалобы суд подробно привел в решении расчет такого превышения, который не опровергнут ответчиками.

Доводы жалобы относительно того, что ответчик не уведомлен о проведении контроля, отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 7 Федерального закона N 230-ФЗ, государственные органы (подразделения государственных органов), подразделения либо должностные лица, указанные в ст. 6 настоящего Федерального закона, не позднее чем через два рабочих дня со дня получения решения об осуществлении контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего Федерального закона, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей обязаны уведомить его в письменной форме о принятом решении и о необходимости представить сведения, предусмотренные п. 1 ч. 4 ст. 4 настоящего Федерального закона.

Вопреки доводам жалобы, нарушений установленного законом срока для уведомления допущено не было, ФИО1 был надлежащим образом уведомлен о проведении проверки, что соответствует вышеизложенным требованиям Федерального закона № 230-ФЗ.

Довод жалобы о том, что суд не рассмотрел ходатайство о привлечении к участию в деле органа опеки и попечительства и родителей, зарегистрированных в принадлежащем ФИО2 жилом помещении, так как решением затрагиваются их права и интересы несовершеннолетнего ребенка, судебная коллегия находит необоснованным, поскольку исходя из положений статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 56 Семейного кодекса Российской Федерации, защиту прав несовершеннолетних детей осуществляют, прежде всего, родители, в то время как обязательное участие органов опеки и попечительства возможно в определенных законом случаях, к числу которых данный спор не относится, а обращение же на жилое помещение, где проживают родители и несовершеннолетний ребенок, предметом настоящего рассмотрения не является.

Ссылка в жалобе на нарушение процессуальных норм, так как суд для рассмотрения заявленного ходатайства не удалился в совещательную комнату, не вынес определение, судебной коллегией не принимаются во внимание, поскольку основана на неправильном толковании норм процессуального права.

В соответствии с п. 2 ст. 224 ГПК РФ при разрешении несложных вопросов суд или судья может выносить определения, не удаляясь в совещательную комнату. Такие определения заносятся в протокол судебного заседания.

При этом судебная коллегия отмечает, что заявленное ходатайство рассмотрено, что подтверждается протоколом судебного заседания от 15.10.2025 года (л.д. 144).

Доводы жалобы о том, что суд не привлек к участию в деле надлежащих участников и принял решение без участия лиц, чьи права и обязанности затрагиваются, не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, при этом, судебная коллегия отмечает, что правильное по существу решение не может быть отменено лишь по формальным основаниям.

В целом доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в целом направлены на переоценку собранных по делу доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.ст. 67,198 ГПК РФ, и построены на неверном толковании норм права.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что суд с достаточной полнотой исследовал представленные по делу доказательства в их совокупности, дал им надлежащую правовую оценку, правильно определил обстоятельства дела, имеющие существенное значение, нормы действующего законодательства применил верно. Процессуальных нарушений судебная коллегия также не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 23 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 марта 2026 года.