Определение № 33-631/2017 от 26 марта 2017 г. по делу № 33-631/2017

Судья ФИО4 Дело №


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 марта 2017 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда в составе:

председательствующего судьи ФИО5,

судей ФИО2, ФИО6,

при секретаре ФИО7,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи ФИО2 дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Пестяковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО12 к ФИО1 о признании договора недействительным,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО12 обратилась в суд с иском к ФИО1 о признании недействительным договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ.

Исковые требования мотивированы следующими обстоятельствами. ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен договор уступки права требования возмещения убытков. В соответствии с условиями договора ответчик передал истцу право требования возмещения убытков (неустойки), причиненных ответчику в результате дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, произошедшего в г. хх на ул. хх около д. хх. В свою очередь ФИО12, в соответствии с условиями заключенного договора, приняла на себя обязательство уплатить ФИО1 денежную сумму в размере ххх руб. Из результатов исследования, проведенного ххх года НГСЭУ «ххх», истцу стало известно, что повреждения автомашины БМВ Х5, г/н ххх, принадлежащей ФИО1, не соответствуют обстоятельствам дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, основанием для совершения ответчиком сделки (заключения договора уступки права требования) стало право, которым ответчик на момент совершения сделки не обладал. Указанные обстоятельства в силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут недействительность договора, заключенного между истцом и ответчиком. В связи с изложенным, ФИО12 просила суд признать недействительным заключенный с ответчиком договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ. При заключении договора стороны установили, что споры по нему подлежат разрешению Пестяковским районным судом <адрес>.

Решением Пестяковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО12 удовлетворены. Договор, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО12 и ФИО1 об уступке права требования возмещения ущерба, причиненного ФИО1 в результате дорожно – транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <...> около д. ххх, признан недействительным.

С решением не согласился ФИО1, в поданной апелляционной жалобе, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит решение отменить.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ФИО1, истец ФИО12, третье лицо ФИО8, представитель третьего лица – АО «Страховая группа «УРАЛСИБ», не явились, будучи извещенными о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Согласно поступившему в суд апелляционной инстанции ходатайству, ФИО12 просила суд провести судебное разбирательство в ее отсутствие, представлять свои интересы доверила ФИО11 Согласно ходатайству, поступившему в суд апелляционной инстанции от представителя АО «Страховая группа «УРАЛСИБ» ФИО9, последняя просила провести судебное заседание без ее участия. Согласно имеющейся в материалах дела телефонограмме, ФИО1 просил рассмотреть дело без его участия.

В соответствии со ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 167 и ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя ФИО12 по доверенности ФИО11, являющегося также представителем третьего лица ФИО8, поддержавшего апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, оценив доводы жалобы и возражений на нее, поступивших в материалы дела от представителя АО «Страховая группа «УРАЛСИБ», судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что ххх года между ФИО12 (цессионарий) и ФИО1 (цедент) был заключен договор уступки права требования исполнения обязательств, связанных с возмещением убытков. В соответствии с условиями договора ФИО1 передал ФИО12 право требования возмещения убытков (неустойки), причиненных ответчику в результате дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, произошедшего в г. ххх, на ул. ххх около д. хх, а ФИО12 приняла это право и обязалась уплатить ФИО1 денежную сумму в размере ххх руб.

Согласно п. 1.3. договора цедент подтверждает, что деньги от цессионария по данному соглашению об уступке права требования им получены в полном объеме и претензий по оплате настоящего договора не имеет.

В соответствии с п. 2.1 договора цедент в течение 1 дня с момента заключения настоящего договора обязан передать по акту приема – передачи цессионарию документы, удостоверяющие право требования исполнения обязательств, указанных в п. 1.1. договора.

Пунктом 3.1. договора предусмотрено, что цедент несет ответственность перед цессионарием за недействительность переданного требования, указанного в п. 1.1 договора.

Из проверочного материала ЖУИ № ххх следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в г. хх, на ул. хх, около дома № х, произошло дорожно – транспортное происшествие с участием автомашины БМВ Х5 г/н ххх, под управлением ФИО8, являющегося собственником автомобиля и автомашины БМВ Х5, г/н ххх, под управлением ФИО1, также являющегося собственником автомобиля.

Из справки о дорожно – транспортном происшествии ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от ххх года следует, что автомобиль БМВ Х5, г/н ххх в результате дорожно – транспортного происшествия получил механические повреждения.

Заявляя о признании договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой в соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО12 указала на злоупотребление правом со стороны ответчика, выразившееся в передаче ФИО1 по договору права, которым он не обладал, ссылаясь при этом на заключение НГСЭУ «ххх» от ххх года, согласно которому повреждения, зафиксированные в акте осмотра ООО «ххх» от ххх года, не могли быть получены в ходе ДТП от ДД.ММ.ГГГГ.

При рассмотрении дела судом первой инстанции, по ходатайству ответчика ФИО1 по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой суд поручил ООО «ххх» (М.А.М.).

В материалы дела поступило заключение эксперта ООО «хх» № хх от хх года, согласно выводам эксперта все повреждения автомобилей БМВ Х5 г/н хх и БМВ Х5, г/н ххх соответствуют обстоятельствам и механизму ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, за исключением повреждений передней правой фары автомобиля БМВ Х5 г/н ххх, стекла ветрового автомобиля БМВ Х5 г/н ххх; рыночная стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля БМВ Х5 г/н ххх на дату дорожно – транспортного происшествия, исходя из среднерыночных цен Ивановского региона, действовавших на момент ДТП, составляет хх рублей, рыночная стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля БМВ Х5 г/н ххх на дату дорожно – транспортного происшествия, исходя из среднерыночных цен Ивановского региона, действовавших на момент ДТП, составляет ххх рубля.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции указал в обжалуемом решении, что в рассматриваемом договоре цессии от ДД.ММ.ГГГГ, заключенном между ФИО12 и ФИО1, содержание уступаемого права сформулировано с достаточной степенью определенности – право требования возмещения ущерба причиненного ответчику в результате дорожно – транспортного происшествия в сумме ххх руб. Руководствуясь результатами проведенной по делу судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 обладал правом требования возмещения ущерба в результате дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ на сумму ххх рубля, и получение им от ФИО12 денежных средств в сумме ххх рублей, без законных оснований, расценил как злоупотребление правом со стороны ответчика.

Судебная коллегия считает ошибочным вышеуказанный вывод суда первой инстанции и соглашается с доводами апелляционной жалобы ФИО1 о том, что денежная сумма в размере ххх руб. является ценой договора цессии, а не размером убытков, причиненных ответчику в результате дорожно - транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Заключение эксперта ООО «ххх» № хх от хх года не является относимым по данному спору доказательством, в связи с чем выводы суда первой инстанции, мотивированные ссылкой на данное заключение, не основаны на законе и не могут быть признаны верными.

При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Согласно ч. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ, действовавшей на дату заключения сторонами договора уступки права требования), право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с ч. 3 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, уступивший требование другому лицу обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Применительно к п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" суду апелляционной инстанции в том случае, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 ГПК РФ), следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства.

Судебная коллегия, руководствуясь вышеизложенными разъяснениями, предложила сторонам представить дополнительные доказательства добросовестности поведения при заключении договора уступки права.

Представленные в материалы дела представителем ФИО12 ФИО11 в качестве дополнительных (новых) доказательств по делу документы, свидетельствуют о том, что при заключении договора уступки права ФИО1 передал ФИО12: копию Полиса добровольного комплексного страхования автотранспортного средства № ххх от ххх года (КАСКО + ДГО), заключенного между страховщиком ЗАО «Страховая группа «УралСиб» и страхователем ФИО8 (виновником ДТП), копию диагностической карты от ххх года с перечнем повреждений, выявленных в результате диагностики автомобиля БМВ Х5, г/н хх, принадлежащего ФИО1, копию договора заказ – наряда на работы № хх от хх года с перечнем выполненных ремонтных работ в отношении автомобиля БМВ Х5, г/н хх, на сумму ххх руб.

Из пояснений представителя ФИО12 по доверенности ФИО11 в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что иных документов, удостоверяющих право требования исполнения обязательств по договору ответчиком истцу не передавалось, акт приема – передачи таких документов между цедентом и цессионарием не составлялся.

По ходатайству представителя АО «Страховая группа «УралСиб», судебная коллегия, признав в соответствии с ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации причины невозможности предоставления доказательств в суд первой инстанции уважительными, в связи с закрытием в <адрес> филиала АО «Страховая группа «УралСиб» ДД.ММ.ГГГГ, приняла к рассмотрению дополнительные (новые) доказательства по делу: копии исковых заявлений ФИО1 и ФИО8 в Октябрьский районный суд <адрес> о взыскании с ЗАО «Страховая группа «УралСиб» страхового возмещения по событию ДТП от ДД.ММ.ГГГГ; копию заключения специалиста № ххх года, выполненного специалистом Негосударственной экспертизы Ч.А.Ю., копию судебной экспертизы, выполненной ООО «хх» № хх от ххх года; копию судебной экспертизы, выполненной экспертами ООО «хх» № хх от хх года; копию заявление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от исковых требований к ЗАО «Страховая группа «УралСиб» о взыскании страхового возмещения по событию ДТП от ДД.ММ.ГГГГ; копию определения Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу по иску ФИО1 и по иску ФИО8 к ЗАО «Страховая группа «Уралсиб» о взыскании страхового возмещения.

Из указанных документов следует, что после произошедшего ДД.ММ.ГГГГ дорожно – транспортного происшествия, ФИО1 обратился хх года в АО «Страховая группа «УралСиб» с заявлением о страховой выплате, в последующем им был подан иск в Октябрьский районный суд <адрес> о взыскании со страховой компании убытков, причиненных в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, в размере ххх руб., компенсации морального вреда в размере ххх руб., штрафа. Второй участник дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 после произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП обратился ДД.ММ.ГГГГ в АО «Страховая группа «УралСиб» с заявлением о страховой выплате, в последующем им был подан иск в Октябрьский районный суд <адрес> о взыскании со страховой компании убытков, причиненных в результате ДТП в размере ххх руб., компенсации морального вреда в размере хх руб., штрафа. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ указанные иски объединены в одно производство (дело № года).

Согласно заключению специалиста № хх года от хх года, выполненному специалистом Негосударственной экспертизы ФИО10 на основании ходатайства директора Ивановского филиала ЗАО СГ «УралСиб», весь комплекс повреждений на автомобиле БМВ Х5 г/н ххх не соответствует заявленному механизму ДТП от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению эксперта ООО «ххх № хх от ххх года, повреждения, зафиксированные в акте осмотра ООО «ххх1» от ххх года, не могли быть получены в ходе ДТП от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению экспертов ООО «ххх3» № хх от ххх года, повреждения автомобиля БМВ Х5, г/н ххх, указанные в акте осмотра от хх года, носят различный характер образования, то есть причинены при различных обстоятельствах и имеют признаки наложения одних повреждений на другие, не соответствуют обстоятельствам исследуемого ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, за исключением возможности образования царапин. Повреждения автомобиля БМВ Х5, г/н хх, указанные в акте осмотра от хх1 года, носят различный характер образования, то есть причинены при различных обстоятельствах и имеют признаки наложения одних повреждений на другие, не соответствуют обстоятельствам исследуемого ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, за исключением возможности образования царапин.

Из указанных документов также следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и представитель ФИО8 по доверенности ФИО11 подали в Октябрьский районный суд <адрес> заявления об отказе истцов от исковых требований к ЗАО «Страховая группа «УралСиб» о взыскании страхового возмещения по событию ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, производство по делу определением суда от ДД.ММ.ГГГГ было прекращено.

Поскольку из представленных истцом дополнительных (новых) доказательств, пояснений в судебном заседании суда апелляционной инстанции представителя ФИО12 по доверенности ФИО11 следует, что вышеуказанные документы ФИО12 ФИО1 при заключении договора уступки права не передавались, судебная коллегия принимает указанные документы в качестве доказательств невыполнения ФИО1 обязанности по передаче ФИО12 документов, удостоверяющих право требования, и сообщению сведений, имеющих значение для осуществления требования, как это предусмотрено пунктом 3 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, исследовав дополнительные (новые) доказательства, судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции о недействительности договора уступки обоснованными, а доводы апелляционной жалобы об обратном несостоятельными, в силу следующего.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Положения гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права, подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Между тем, предоставление ФИО1 ФИО12 при заключении договора уступки права от ДД.ММ.ГГГГ неполной информации, умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения (имеющих значение для заключения договора и его исполнения), в том числе, о наличии на момент заключения договора цессии судебного спора по взысканию со страховой компании убытков, причиненных в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, объективно нельзя признать добросовестными действиями цедента ФИО1, на оценку которых не влияет заключение судебной экспертизы ООО «ххх» № хх от ххх года.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

При изложенных обстоятельствах, апелляционная жалоба ФИО1 не подлежит удовлетворению судом апелляционной инстанции, поскольку суд первой инстанции по существу верно удовлетворил исковые требования ФИО12, признав заключенный ДД.ММ.ГГГГ между сторонами спора договор уступки права требования возмещения ущерба причиненного в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Несмотря на то, что суждения суда первой инстанции о том, что злоупотребление правом со стороны ФИО1 выразилось в получении от ФИО12 без законных оснований денежных средств в сумме превышающей размер ущерба, правом требования возмещения которого ответчик обладал, являются ошибочными, они не повлияли на законные выводы суда об удовлетворении исковых требований ФИО12 о признании договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Допущенные судом нарушения принятия неправильного решения не повлекли.

При таком положении судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Пестяковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: