Апелляционное определение № 22-2369/2026 от 23 апреля 2026 г.судья Салихова Г.Х. дело № 22-2369/2026 24 апреля 2026 года г. Казань Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан, в качестве суда апелляционной инстанции, в составе: председательствующего судьи Миннуллина А.М., судей Хаева И.Р., Беляева М.В., при секретаре судебного заседания Ардиной Я.О., с участием: прокурора Зариповой О.В., адвоката Абдрахманова А.А., в защиту осужденного ФИО1, рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Секерина В.А., в интересах осужденного ФИО1, на приговор Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 02 марта 2026 года в отношении ФИО1. Заслушав доклад судьи Хаева И.Р., изложившего обстоятельства дела, существо принятого решения, мотивы апелляционной жалобы, выслушав выступления адвоката Абдрахманова А.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Зариповой О.В., просившей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия, УСТАНОВИЛА: приговором Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 02 марта 2026 года ФИО1, <данные изъяты>, несудимый, осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года. На основании ст. 73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением определенных обязанностей. Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, определена судьба вещественных доказательств. ФИО1 признан виновным в хищении, путем обмана, денежных средств ФИО2 в размере 57 000 рублей, совершенном с использованием служебного положения. Преступление совершено в период с 26 октября 2022 года по 16 декабря 2023 года в г. Набережные Челны Республики Татарстан при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В судебном заседании ФИО1 вину не признал, пояснив, что с ФИО2 он не знаком, при этом денежные переводы от последнего были. Полагает, что кто-то таким образом через ФИО2 возвращал ему долг. В апелляционной жалобе адвокат Секерин В.А., считая приговор незаконным и необоснованным, просит его отменить, а ФИО1 оправдать. По мнению автора жалобы, суд ошибочно распространил на ФИО1 правовой статус лица, обладающего организационно-распорядительными либо административно-хозяйственными функциями. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», указывает, что ГБУ «БДД» не является государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением в смысле примечания к ст. 285 УК РФ, следовательно, ФИО1 не является субъектом ч. 3 ст. 159 УК РФ. Обращает внимание, что должностная инструкция ведущего специалиста, исследованная в судебном заседании, не наделяет ФИО1 организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями. Указывает, что фактические полномочия ФИО1 сводились к техническому содействию контролирующим органам при весовом контроле, составлению акта взвешивания, и данные действия не относятся к властным полномочиям, поскольку водители (перевозчики) не находятся в его служебном подчинении, и он не вправе принимать обязательные для них решения. Обращает внимание, что прокуратура Республики Татарстан в письме от 19 сентября 2018 года разъяснила руководителю ГБУ «БДД» о том, что сотрудники этого учреждения не являются должностными лицами, а их функции по весовому контролю не относятся к административно-хозяйственным или распорядительным. Автор жалобы считает, что субъектный признак по ч. 3 ст. 159 УК РФ в действиях ФИО1 отсутствует, а квалификация преступления с его вменением является неправильным применением уголовного закона, что влечёт исключение указанного квалифицирующего признака. Выражая несогласие с выводами суда о том, что вина ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и письменными доказательствами, полагает, что анализ этих доказательств не позволяет сделать вывод о совершении ФИО1 именно мошеннических действий. По мнению автора жалобы, в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что ФИО1 сообщал потерпевшему заведомо ложные сведения либо умолчал об истинных фактах с целью получения имущества. Обращает внимание, что свидетель ФИО2 в судебном заседании не указал на конкретные противоправные действия ФИО1, не подтвердил, что передавал ему деньги именно за незаконное бездействие или действие, не указал на наличие обмана со стороны ФИО1 Считает, что суд необоснованно отверг показания ФИО2 как «попытку помочь ФИО1 избежать ответственности». Заявляет, что ФИО2 и ФИО1 не знакомы, что, по мнению адвоката, установлено осмотром переписок в мессенджерах и телефонных контактов ФИО2 и ФИО1, в которых отсутствуют номера последних друг у друга, нет между ними СМС-сообщений. Указывает, что сторона обвинения не представила суду доказательства того, что именно ФИО1 получил от ФИО2 или иных лиц денежные средства; не установлена сумма, способ, время и место передачи денежных средств. Обращает внимание, что доводы ФИО1 о том, что ФИО2 мог перечислять деньги другим сотрудникам ГБУ «БДД», не опровергнуты. Считает, что сам по себе факт нахождения ФИО1 на рабочем месте и составления актов взвешивания не свидетельствуют о хищении. По мнению автора жалобы, из-за противоречий (например, между показаниями свидетелей и объективными данными осмотра телефонов), и отсутствия прямых улик, возникают неустранимые сомнения в виновности ФИО1, которые в силу принципа презумпции невиновности должны быть истолкованы в пользу осужденного. Полагает, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Секерина В.А. государственный обвинитель Семенова Ю.Ф. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений к ней, суд апелляционной инстанции считает приговор суда законным и обоснованным по следующим основаниям. Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности доказательств, исследованных в состязательном судебном разбирательстве и подробно изложенных в приговоре. Так, из показаний ФИО1, оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ, следует, что ему в период с 26 октября 2022 года по 16 декабря 2023 года перечислялись денежные средства в размере 57 000 рублей с банковского счета ФИО2 Кем является последний и при каких обстоятельствах они познакомились, точно не знает, он ФИО2 лично не видел, полагает, что он занимается грузоперевозками. Связь с ФИО2 поддерживали в основном через мессенджер «Телеграмм», последний обращался к нему за консультацией по вопросам, связанным с его деятельностью: его интересовало расположение постов по маршруту его движения, имеются ли на пути следования посты передвижного весового контроля (далее ППВК), каким образом можно их миновать, из-за чего могут быть перегрузы. Такса за указанные действия была в среднем 1000 рублей за одно транспортное средство. ФИО2 обращался с вопросом о беспрепятственном проезде через пункты весового контроля, однако он знал, что автомобили ФИО2 и так могут их проехать, поскольку они не уполномочены останавливать транспортные средства. Знал ли про это ФИО2, он не знает, на эту тему они не общались. В содеянном раскаивается. Свидетель ФИО2 суду показал, что с ФИО1 он не знаком. Он договорился с ФИО7 о том, что его автомобили будут беспрепятственно проезжать через посты весового контроля, за что он будет перечислять денежные средства в размере 1000 рублей за каждый автомобиль. При этом ФИО2 допустил перечисление этих денег ФИО1, общение с последним в мессенджерах, в ходе которых осужденный, возможно, сообщал о том, что может оказать ему содействие, а он, возможно, направлял последнему номера автомобилей. Ему было важно, чтобы его автомобили, груженые бетоном, не задерживались на постах весового контроля, поскольку бетон имеет свойство быстро портиться. Из показаний свидетеля ФИО4, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что с марта 2022 года он работает водителем самосвала-бетономешалки у индивидуального предпринимателя ФИО3 По пути следования между предприятиями ему встречались ППВК ГБУ «БДД», но он их проезжал без проблем. Как правило, сотрудники весового контроля не обращали внимания на них, так как бетономешалка редко была полной. Лично в отношении него протокола за перегруз никогда не составляли. Из показаний свидетеля ФИО5, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что они практически полностью согласуются с показаниями свидетеля ФИО4 Из показаний свидетеля ФИО6, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что он является начальником территориального управления ГБУ «БДД» в г. Набережные Челны. До 2018 года специалисты ГБУ «БДД» осуществляли свою деятельность совместно с сотрудниками ГИБДД – последние останавливали грузовые автомобили, специалисты весового контроля производили взвешивание, а в случае превышения нагрузки, передавали акты определения весовых параметров сотрудникам ГИБДД. После 2018 года сотрудники ГИБДД перестали выезжать к местам дислокации сотрудников ГБУ «БДД», в результате ППВК с помощью весов фиксируют грузовые параметры автотранспортных средств в автоматическом режиме. В случае, если имеется перевес, то составляется акт перегруза, собирается пакет документов и сопроводительным письмом направляется в уполномоченный орган. Вина ФИО1 подтверждается также следующими письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре: - протоколами обысков, согласно которым в жилищах ФИО2 и ФИО1 изъяты сотовые телефоны последних; - протоколом осмотра сотового телефона ФИО2, где обнаружена переписка последнего с разными лицами в мессенджере «Ватсап», в том числе переписка от 26 октября 2022 года, в которой на вопрос ФИО2 «Кто сегодня ?» «Руслан Ргу» отвечает «Ильнур» и направляет номер сотового телефона, принадлежащего осужденному ФИО1; - протоколами осмотра выписок по банковским счетам, принадлежащим ФИО2 и ФИО1, согласно которым в период с 26 октября 2022 года по 16 декабря 2023 года на банковские счета последнего ФИО2 перечислены денежные средства на общую сумму 57 000 рублей; - протоколом обыска, согласно которому в территориальном управлении ГБУ «БДД» в г. Набережные Челны были изъяты постовые ведомости и приказы; -протоколом осмотра постовых ведомостей, согласно которым 26 октября 2022 года, 5 декабря 2022 года, 14 января 2023 года, 24 апреля 2023 года, 6 мая 2023 года, 10 мая 2023 года, 21 июля 2023 года, 29 июля 2023 года, 26 ноября 2023 года и 16 декабря 2023 года, то есть в дни, когда ФИО2 осужденному ФИО1 перечислялись денежные средства, последний был назначен в наряд ППВК и проверял транспортные средства; - приказом от 01 июня 2022 года, согласно которому ФИО1 переведен на должность ведущего специалиста отдела обеспечения весового и габаритного контроля территориального управления в г. Набережные Челны ГБУ «БДД»; - должностной инструкцией, подписанной ФИО1, в которой указаны функциональные обязанности ведущего специалиста отдела обеспечения весового и габаритного контроля территориального управления в г. Набережные Челны ГБУ «БДД», в том числе обязанности по включению автоматических и автоматизированных систем взвешивания, заверению подписью распечатанного акта определения весовых и габаритных параметров транспортного средства, внесению скан-копии акта и сопроводительных документов в информационную систему; -иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре. Все доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке, исследованы в судебном заседании, получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, как каждое в отдельности, так и в совокупности, с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемому событию, и свидетельствуют о том, что суд правильно установил фактические обстоятельства дела, и сделал обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден. Доводы стороны защиты, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом судебной проверки, получили надлежащую оценку в приговоре, обоснованно отвергнуты, о чем в судебном решении приведены убедительные мотивы. Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и оценивая всю совокупность исследованных судом доказательств, в том числе показания ФИО1, данные в качестве подозреваемого, судебная коллегия считает доказанным вину последнего в совершении преступления, за которое он осужден. Суд первой инстанции, верно оценив показания ФИО1, данные в судебном заседании, правильно положил в основу приговора показания последнего, оглашенные в порядке статьи 276 УПК РФ, поскольку показания осужденного, данные в качестве подозреваемого, получены с соблюдением всех необходимых требований уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника, согласуются с иными достоверными доказательствами, приведенными в приговоре. В этих показаниях ФИО1 признал, что ФИО2 обращался к нему с вопросом о беспрепятственном проезде автомобилей через пункты весового контроля ГБУ «БДД», и что они поддерживали связь в мессенджере «Телеграмм» и что он получил от ФИО2 денежные средства на общую сумму 57 000 рублей путем перечисления по банковской карте, зная о том, что последний и так может проехать эти пункты, поскольку они не уполномочены останавливать транспортные средства. Данные показания ФИО1 подтверждаются показаниями ФИО2, который не отрицал перечисления денежных средств осужденному за беспрепятственный проезд автомобилей через посты весового контроля и общение с последним в мессенджерах; протоколами осмотра: выписок по банковским счетам ФИО1 и ФИО2; постовых ведомостей, согласно которым в дни перечисления денежных средств осужденный находился в наряде. Доводы жалобы о недоказанности знакомства ФИО1 и ФИО2, получения ФИО1 денежных средств ФИО2, умолчания осужденным об истинных фактах с целью получения денежных средств ФИО2, и что ФИО2 не указал на конкретные противоправные действия ФИО1, не подтвердил, что передавал ему деньги именно за незаконное бездействие, являются несостоятельными и опровергаются названными достоверными доказательствами. Более того, сам по себе факт знакомства ФИО1 с ФИО2 не является обязательным условием для совершения преступления, за которое ФИО1 осужден. Следовательно, выводы суда о том, что ФИО1 похитил денежные средства ФИО2 путем обмана, являются обоснованными. Вопреки доводам жалобы, в ходе осмотра переписки ФИО2 в мессенджере «Ватсап» установлено, что 26 октября 2022 года, в день начала преступления, за которое ФИО1 осужден, то есть в день получения последним от ФИО2 в первый раз денежных средств в размере 3 000 рублей, последний получил номер сотового телефона, принадлежащего осужденному. При таких обстоятельствах, отсутствие переписки между ФИО1 и ФИО2 в мессенджерах во время осмотра сотовых телефонов последних не свидетельствует о недоказанности совершения ФИО1 преступления, за которое он осужден, поскольку такая переписка могла быть удалена последними либо в автоматическом режиме, более того, они могли использовать иные канали связи. Доводы жалобы о наличии противоречий между показаниями свидетелей и объективными данными осмотра телефонов, и отсутствии прямых улик, являются необоснованными. Вопреки доводам жалобы, осужденный ФИО1 как на следствии, так и в ходе судебного разбирательства не приводил доводы о том, что ФИО2 мог перечислять деньги другим сотрудникам ГБУ «БДД». Как следует из протокола судебного заседания (т. 2 л.д. 250), ФИО1 в судебном заседании признал, что полученные от ФИО2 денежные средства потратил по своему усмотрению. Оценивая доводы стороны защиты о необоснованной квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 159 УК РФ, суд первой инстанции учел разъяснения, содержащиеся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", из которых следует, что под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным п. 1 примечаний к ст. 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации). Принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий", из которых следует, что к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, судебная коллегия, как и суд первой инстанции, приходит к выводу о том, что ФИО1, занимая в государственном бюджетном учреждении должность ведущего специалиста отдела обеспечения весового и габаритного контроля, на которого, в числе прочего, были возложены обязанности по заверению подписью распечатанного акта определения весовых и габаритных параметров транспортного средства, внесению скан-копии акта и сопроводительных документов в информационную систему, использовал для хищения денежных средств ФИО2 путем обмана свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные функции, поскольку названные обязанности ФИО1 указывают на наличие у него полномочий по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, так как на основании этих актов могут быть составлены протокола об административных правонарушениях. Вопреки доводам жалобы, ГБУ «БДД» является государственным учреждением, следовательно, согласно п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ ФИО1, выполняя организационно-распорядительные функции в этом учреждении, является субъектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ. По мнению судебной коллегии, реальное служебное положение ФИО1 позволяло ФИО2 предполагать наличие полномочий у осужденного по обеспечению беспрепятственного проезда автомобилей через посты весового контроля, являлось основанием для оказания последнему доверия, хотя фактически его правомочия никак не влияли на возможность такого проезда. Притом, что сам ФИО1, согласно его показаниям, получал денежные средства от ФИО2 за решение вопроса, связанного с беспрепятственным проездом через пункты весового контроля ГБУ «БДД» грузовых автомобилей последнего, тогда как он знал, что транспортные средства ФИО2 и так могут их проехать, поскольку они не уполномочены осуществлять остановку автомобилей. Как усматривается из дела, ФИО1 наличие у него возможностей по решению названного вопроса перед ФИО2 не отрицал, в отсутствие у него для этого необходимых служебных полномочий последнего не разубеждал, и незаконное денежное вознаграждение от ФИО2 получил, тем самым похитив денежные средства последнего путем обмана и с использованием своего служебного положения. При таких обстоятельствах дела, судебная коллегия, учитывая разъяснения, содержащиеся в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", где идет речь о том, что если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, соглашается с выводами суда первой инстанции о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ. Невыясненных обстоятельств, установление которых могло бы иметь существенное значение при постановлении приговора, в ходе судебного следствия оставлено не было. Все представленные сторонами доказательства судом исследованы тщательно и всесторонне, им дана надлежащая оценка, и у судебной коллегии не имеется оснований сомневаться в правильности выводов суда. Исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств было достаточно для постановления по делу итогового судебного решения, при этом судебное следствие по уголовному делу окончено лишь после того, как стороны завершили представление своих доказательств. Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. Тот факт, что оценка, данная судом собранным доказательствам, не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены, либо изменения судебного решения в апелляционном порядке. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд раскрыл в приговоре содержание всех доказательств, изложив существо показаний осужденного, свидетелей, и сведения, содержащиеся в письменных доказательствах. Другие доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, в своей совокупности не свидетельствуют о наличии сомнений в законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, поскольку не содержат данных о существенных нарушениях уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора, и подлежащих устранению судом апелляционной инстанции. Дав надлежащую оценку приведенным в приговоре доказательствам в их совокупности, суд мотивированно пришел к выводу об их достоверности и допустимости, обоснованно признал достаточными для подтверждения виновности ФИО1 в совершении преступления и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 159 УК РФ. При назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции, исходя из положений ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учел наличие малолетних детей, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, а также то, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, положительно характеризуется, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, Иных обстоятельств, которые могли бы быть расценены судом как смягчающие наказание, из материалов дела не усматривается; не представлено данных об этом и в заседании суда апелляционной инстанции. Отягчающих наказание обстоятельств не имеется. Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом преступления, поведением осужденного до или после его совершения, других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, судом первой инстанции, впрочем, как и судебной коллегией, не установлено, поэтому оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется. Принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступного намерения осужденного, наличие у него прямого умысла на совершение преступления, характер и размер наступивших последствий, а также с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, судебная коллегия, как и суд первой инстанции, не усматривает оснований для применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, поскольку фактические обстоятельства преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности. Суд счел возможным назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, то есть условно с испытательным сроком. Свои выводы в части назначения наказания суд надлежащим образом мотивировал и с данными выводами судебная коллегия соглашается. Обязанности при условном осуждении, возложенные на осужденного, соответствуют требованиям закона. При таких обстоятельствах судебная коллегия находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим личности виновного и общественной опасности совершенного им преступления, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену либо изменение приговора, в ходе производства по делу предварительного расследования и его рассмотрения судом первой инстанции, допущено не было. Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА: приговор Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 02 марта 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Секерина В.А. – без удовлетворения. Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения. В случае пропуска срока, установленного частью 4 статьи 401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий Судьи Суд:Верховный Суд Республики Татарстан (Республика Татарстан ) (подробнее)Судьи дела:Хаев Илдар Рафгатович (судья) (подробнее)Судебная практика по:Злоупотребление должностными полномочиямиСудебная практика по применению нормы ст. 285 УК РФ По мошенничеству Судебная практика по применению нормы ст. 159 УК РФ |