Апелляционное определение № 33-424/2026 33-7837/2025 от 26 января 2026 г.

Судья в суде 1-ой инстанции

Дело № 33-424/2026

ФИО1

УИД 91RS0002-01-2024-005316-37


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27.01.2026 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

Председательствующего судьи

Крапко В.В.,

Судей

Гоцкалюка В.Д.,

ФИО2,

при секретаре

ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Крапко В.В. гражданское дело по исковому заявлению АНО «Фонд защиты вкладчиков» к Российской Федерации в лице ФССП России, ГУ ФССП России по Республике Крым и г. Севастополю, ГМУ ФССП России и Отделу по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России о возмещении вреда, причиненного в рамках проведения исполнительных действий, с апелляционной жалобой представителя ФССП России и ГУ ФССП России по Республике Крым и г. Севастополю на решение Киевского районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

у с т а н о в и л а :

в апреле 2024 года АНО «Фонд защиты вкладчиков» обратилась в суд с иском, в котором, с учетом уточнений, просила о возмещении вреда, причиненного в рамках проведения исполнительных действий, на общую сумму <данные изъяты>, а также распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Требования мотивированы тем, что истец являлся взыскателем в рамках сводного исполнительного производства № о взыскании с ПАО «Марфин Банк» задолженности.

В ходе проведения исполнительных действий в рамках вышеуказанного сводного исполнительного производства, в состав которого входило исполнительное производство № от ДД.ММ.ГГГГ, судебными приставами-исполнителями было выявлено недвижимое имущество, принадлежащее должнику (квартира, общей площадью 286,3 кв.м., кадастровый №, расположенная по адресу: <адрес>). Указанная квартира, на основании постановления судебного пристава-исполнителя, была передана на принудительную реализацию (с целью погашения задолженности в рамках сводного исполнительного производства).

В последующем, в адрес истца со стороны судебного пристава-исполнителя поступило предложение оставить нереализованное в принудительном порядке имущество (квартиру) за собой.

Фонд (истец) принял данное предложение, дав свое согласие на принятие квартиры в счет погашения долга по исполнительному производству № от ДД.ММ.ГГГГ, осуществив доплату в размере <данные изъяты>, которая была обусловлена разницей между стоимостью квартиры (<данные изъяты>) и остатком задолженности по исполнительному производству, в рамках которого, квартира была принята в счет погашения долга (<данные изъяты>).

После оформления акта приема-передачи вышеуказанной квартиры имела место регистрация права собственности истца в отношении этого объекта недвижимости.

Между тем, вступившим в законную силу решением Евпаторийского городского суда Республики Крым, состоявшимся при рассмотрении гражданского дела №, были признаны приемлемыми притязания третьего лица (ФИО4) в отношении квартиры, ранее принятой истцом в рамках сводного исполнительного производства.

При таких обстоятельствах, истец полагает, что действиями судебных приставов-исполнителей истцу как взыскателю по исполнительному производству был причинен вред в размере осуществлённой доплаты стоимости квартиры (<данные изъяты>), поскольку в конечном итоге Фонд лишился и денежных средств на обозначенную сумму, и права собственности на принятое после несостоявшейся реализации имущество.

Решением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ иск АНО «Фонд защиты вкладчиков» был удовлетворен частично.

Взысканы с ФССП России за счет казны Российской Федерации в пользу АНО «Фонд Защиты вкладчиков» денежные средства в сумме <данные изъяты>, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

В остальном в иске было отказано.

Не согласившись с состоявшимся решением суда, представитель ФССП России и ГУФССП России по Республике и г. Севастополю подал апелляционную жалобу, в которой ставится вопрос о его (решении) отмене с принятием нового об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.

Доводы жалобы сводятся к указанию на то, что истцом был выбран ненадлежащий ответчик в лице ГУ ФССП России по Республике Крым и г.Севастополю и ГМУ ФССП России, поскольку действия по реализации имущества были осуществлены Управлением по особо важным исполнительным производствам, в связи с чем, по мнению апеллянта, была нарушена подсудность рассмотрения спора.

Кроме того, апеллянт полагает, что истцом не были представлены суду доказательства, свидетельствующие о наличии противоправности в действиях судебного пристава-исполнителя Межрегионального отделения судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств ГУ ФССП России по Республике Крым либо ГУ ФССП России по Республике Крым и г. Севастополю при реализации имущества должника.

Об указанном, по мнению ответчика, свидетельствует, в том числе, вступившие в законную силу решения судов, состоявшиеся при рассмотрении административных исков ФИО4 об оспаривании действий судебных приставов-исполнителей, осуществленных с целью реализации имущества (квартиры), ранее принадлежащей должнику ПАО «Марфин Банк».

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства суда первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), к участию в деле в качестве соответчика привлечен Отдел по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России с исключением его из состава третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора.

Также к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, была привлечена ФИО4.

В последующем, в процессе рассмотрения настоящего гражданского дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, были привлечены: судебные приставы - исполнители ФИО5 и ФИО6, а также Совет министров Республики Крым.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца настаивал на удовлетворении иска.

Представители стороны ответчика, а также третьего лица – СОСП по Республике Крым и г.Севастополь ГМУ ФССП России, поддержали возражения на иск.

Представитель третьего лица ФИО4 просила в иске отказать.

Иные участники процесса, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, об уважительности причин своей неявки суду не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав судью-докладчика, исследовав материалы дела и обсудив доводы иска, а также возражения на него, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу положений статей 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается как на основания своих доводов или возражений, если иное не установлено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из существа разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВС РФ № 23 от 19.12.2003 года «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Как установлено судом и следует из материалов гражданского дела, на основании исполнительных листов о взыскании с ПАО «Марфин Банк» задолженности перед АНО «Фонд защиты вкладчиков» (далее по тексту – Фонд либо АНО ФЗВ), органами ФССП России были возбуждены исполнительные производства, в последующем объединённые в сводное исполнительное производство №.

В ходе проведения исполнительных действий в рамках сводного исполнительного производства №, в состав которого входило исполнительное производство №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ, судебными приставами-исполнителями было выявлено недвижимое имущество, принадлежащее должнику (банку), среди которого, в том числе, квартира, общей площадью 286,3 кв.м., кадастровый №, расположенная по адресу: <адрес>.

Актом о наложении ареста (описи имущества) от ДД.ММ.ГГГГ МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым (в настоящий момент - СОСП по Республике Крым и г. Севастополю ГМУ ФССП России) был произведен арест вышеуказанного имущества (квартиры).

ДД.ММ.ГГГГ Управлением по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России (в настоящий момент - Отдел по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России) было принято постановление о принятии результатов оценки арестованной квартиры.

ДД.ММ.ГГГГ Управлением по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России (в настоящий момент - Отдел по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России) было принято постановление о поручении МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым (в настоящий момент - СОСП по Республике Крым и г. Севастополю ГМУ ФССП России) осуществить действия по реализации квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым (в настоящий момент - СОСП по Республике Крым и г. Севастополю ГМУ ФССП России) было принято постановление о передаче на торги вышеуказанной квартиры, о чем ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт.

В продолжение реализации принятого постановления ДД.ММ.ГГГГ было размещено извещение о проведении торгов №.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с несостоявшимися торгами МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым (в настоящий момент - СОСП по Республике Крым и г. Севастополю ГМУ ФССП России) было принято постановление о снижении цены переданного на реализацию имущества на 15%.

ДД.ММ.ГГГГ организатором торгов вновь было размещено извещение о проведении торгов №.

В связи с несостоявшимися торгами, ранее переданное на торги имущество было возвращено МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым (в настоящий момент - СОСП по Республике Крым и г. Севастополю ГМУ ФССП России) по акту от ДД.ММ.ГГГГ.

После осуществления вышеуказанных мероприятий, предусмотренных действующим законодательством об исполнительном производстве, вышеназванный объект недвижимого имущества был предложен Фонду защиты вкладчиков, как взыскателю, в счёт погашения долга в рамках исполнительного производства №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ, входящего в состав сводного исполнительного производства №-СД (осуществив доплату в рамках исполнительного производства), о чем свидетельствует направленное истцу предложение судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ №.

В свою очередь, ДД.ММ.ГГГГ на указанное предложение Фонд защиты вкладчиков выразил свое согласие на принятие имущества должника (квартиры) в счёт погашения долга по исполнительному производству № от ДД.ММ.ГГГГ, при этом, осуществив доплату в размере <данные изъяты> (разница между стоимостью квартиры (<данные изъяты>) и остатком долга (<данные изъяты>) в рамках исполнительного производства).

Постановлением судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ квартира, общей площадью 286,3 кв.м., кадастровый №, расположенная по адресу: <адрес>, была передана Фонду защиты вкладчиков в качестве нереализованного в принудительном порядке имущества должника. Этим же постановлением на Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым была возложена обязанность осуществить регистрационные действия в отношении вышеуказанной квартиры (путем регистрации права собственности на объект за Фондом).

ДД.ММ.ГГГГ, на основании составленного акта между ведущим судебным приставом-исполнителем Межрайонного отделения судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым ФИО6 и представителем Фонда защиты вкладчиков, нереализованное имущество в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, было передано взыскателю в счет погашения долга в рамках исполнительного производства № от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанный акт содержал отметку об отсутствии доступа в квартиру.

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ право Фонда защиты вкладчиков на вышеуказанную квартиру было зарегистрировано в установленном порядке в публичном реестре прав (ЕГРН). Основанием к регистрации права послужил, в том числе и названный выше акт передачи нереализованного имущества.

Из материалов дела также следует, что ранее, в ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, указывая на приобретение вышеназванной квартиры по возмездной сделке у банка (ПАО «Марфин Банк») в марте 2014 года, заявляла иск о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Одновременно с этим иском судом был принят к рассмотрению встречный иск АНО ФЗВ об оспаривании договора купли-продажи, на основании которого ФИО4 приобрела квартиру у банка (ПАО «Марфин Банк»).

Состоявшимися судебными постановлениями в рамках вышеуказанных исковых требований (судом первой и апелляционной инстанции) в удовлетворении, как первоначального, так и встречного иска было отказано.

В последующем, <адрес>, ФИО4 вновь заявила иск о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (по гражданскому делу №).

Ответчиками по этому иску были указаны: АНО ФЗВ и ПАО «МТБ Банк» - ранее ПАО «Марфин Банк». Третьими лицами истец, кроме прочих, также указала: Управление по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России (в настоящий момент - Отдел по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России) и МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым (в настоящий момент - СОСП по Республике Крым и г. Севастополю ГМУ ФССП России).

Вышеуказанным лицам (соответчикам и третьим лицам) сторона истца направила копию своего иска о признании права собственности: Управление по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России получило копию иска ДД.ММ.ГГГГ (трек-№), МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Крым - ДД.ММ.ГГГГ (трек-№), АНО ФЗВ – ДД.ММ.ГГГГ (трек-№) (т.2 л.д. 204-210).

Таким образом, судебным рассмотрением было установлено, что истец достоверно знал о притязаниях третьего лица (ФИО4) на предлагаемую к оставлению за собой квартиру, как минимум начиная ДД.ММ.ГГГГ

Более того, сведения о подаче ФИО4 нового иска в суд о признании права собственности на вышеуказанную квартиру были известны, в том числе и АНО ФЗВ до момента подписания ими акта приема-передачи нереализованного имущества ДД.ММ.ГГГГ, что также подтверждается и отсутствием доступа к квартире в момент её передачи взыскателю.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, состоявшимся при рассмотрении гражданского дела №, были удовлетворены требования ФИО4 о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, а также прекращении права собственности АНО ФЗВ на таковую.

Судебным рассмотрением вышеуказанного гражданского дела № было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «Марфин Банк» и ФИО4 заключен договор купли-продажи <адрес> состоящей из трех жилых комнат, жилой площадью 191,1 кв.м., общей площадью 295,7 кв.м.

Также судом было установлено, что на момент заключения договора ДД.ММ.ГГГГ, ПАО «Марфин Банк» являлся собственником квартиры по указанному адресу.

Удовлетворяя заявленные ФИО4 требования о признании права собственности на квартиру, городской суд исходил из установленных фактов: заключения ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ПАО «Марфин Банк» договора купли - продажи <адрес>, находящейся в <адрес>, фактической передачи продавцом квартиры во владение истца, а также отсутствия у продавца - ПАО «Марфин Банк», претензий к покупателю.

Одновременно, при рассмотрении того гражданского дела, суд принял во внимание обстоятельства неоднократного обращения истца в регистрирующий орган для регистрации права собственности (ДД.ММ.ГГГГ), а также наличия у нее (ФИО4) объективных препятствий в регистрации права собственности на указанную квартиру.

Давая оценку возражениям Фонда защиты вкладчиков при рассмотрении вышеуказанного гражданского дела №, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что им (Фондом) было принято преждевременное решение об оставлении нереализованной с торгов, проведенных в рамках исполнительного производства по взысканию задолженности с ПАО «Марфин Банк», квартиры с перечислением разницы между стоимостью спорной квартиры и остатком долговых обязательств, при осведомленности о притязаниях третьего лица (ФИО4) в отношении этого же объекта недвижимости как минимум ДД.ММ.ГГГГ (с момента вынесения решения суда, которым было отказано в удовлетворении иска Фонда защиты вкладчиков о признании ничтожным договора, послужившего основанием для приобретения ФИО4 спорной квартиры).

Кроме того, удовлетворяя иск ФИО4, суд пришел к выводу о том, что заключенный между истцом и ПАО «Марфин Банк» договор не нарушает права Фонда, поскольку на дату заключения сделки (ДД.ММ.ГГГГ) АНО «Фонд защиты вкладчиков» не обладал статусом юридического лица, зарегистрированным в установленном порядке.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ состоявшееся при рассмотрении гражданского дела № было отменено с принятием нового об отказе в удовлетворении иска.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное апелляционное определение было отменено, а решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ оставлено в силе.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № в передаче кассационной жалобы Фонда защиты вкладчиков на определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, состоявшегося при рассмотрении гражданского дела №, было отказано.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, отменяя апелляционное определение и оставляя в силе решение суда первой инстанции, исходила из того, что у ФИО4, а также у ПАО «Марфин Банк» отсутствовала возможность произвести государственную регистрацию спорного объекта недвижимости согласно действующему законодательству.

При этом, судами было установлено, что договор купли-продажи спорного жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ПАО «Марфин Банк», является действительным, содержание договора соответствует требованиям законодательства, стоимость квартиры оплачена истцом в полном объеме. Квартира была фактически передана во владение истца, который с марта 2014 года по настоящее время осуществляет расходы по содержанию жилья.

Принимая во внимание наличие у истца объективных препятствий в регистрации права собственности на указанное жилое помещение, суд кассационной инстанции, как указал Верховный Суд Российской Федерации, пришел к правильному выводу о наличии оснований, позволяющих признать за ФИО4 право собственности на спорную квартиру.

Таким образом, вступившим в законную силу решением суда по гражданскому делу № был установлен не опровергнутый относимыми и допустимыми доказательствами факт принятия АНО ФЗВ преждевременного решения об оставлении нереализованной квартиры за собой при его объективной осведомленности о наличии притязаний третьего лица в отношении этого же объекта.

Указанное, как раз и обусловило последующее прекращение права собственности Фонда на вышеуказанную квартиру, ранее переданную в счет погашения задолженности в рамках исполнительного производства №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Фонд защиты вкладчиков письменно обратился к начальнику Межрайонного отделения судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств ГУФССП России по Республике Крым и г. Севастополю с ходатайством об отмене постановления об окончании исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного листа ФС № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Арбитражным судом Республики Крым по делу №. Одновременно Фонд просил скорректировать остаток долга на сумму <данные изъяты>.

В ответе на обращение Фонда, старший судебный пристав ФИО7 сообщил заявителю о том, что исполнительное производство, возбужденное на основании исполнительного листа ФС № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Арбитражным судом Республики Крым по делу №, не передавалось отделению, в связи с чем, отменить постановление об окончании исполнительного производства и скорректировать остаток задолженности не представляется возможным.

ДД.ММ.ГГГГ Фонд письменно обратился к начальнику Отдела по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России с ходатайством об отмене постановления об окончании исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного листа ФС № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Арбитражным судом Республики Крым по делу №. Одновременно Фонд просил скорректировать остаток долга на сумму <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ со стороны начальника Отдела по исполнению особо важных исполнительных производств ФССП России Фонду был дан ответ, из которого усматривается, что, по смыслу действующего законодательства возобновление исполнительного производства №-ИП невозможно, в связи с его фактическим исполнением ДД.ММ.ГГГГ (в связи с принятием нереализованного имущества в счет погашения задолженности ПАО «Марфин Банк» перед Фондом). Одновременно указано на невозможность осуществления корректировки суммы задолженности в рамках сводного исполнительного производства №-СД.

На запросы судебной коллегии были предоставлены сведения об уничтожении исполнительного производства, в рамках которого были произведены исполнительные действия по реализации квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Дополнительно, на запросы судебной коллегии, ФССП России предоставило сведения о том, что полученные денежные средства в размере <данные изъяты> были распределены в рамках сводного исполнительного производства преимущественно в пользу АНО ФЗВ как основного взыскателя по обязательствам банка.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, с учетом объема и характера заявленных притязаний, обстоятельств дела и пояснений сторон, судебная коллегия полагает необходимым указать следующее.

1. Судебным рассмотрением был установлен факт уплаты АНО ФЗВ денежных средств как одним из взыскателей по исполнительному производству в отношении ПАО «Марфин Банк» за счет оставленного имущества должника (банка), которые в последующем в преимущественном размере были перераспределены судебным приставом-исполнителем в его же (АНО ФЗВ) пользу, однако уже в рамках иных многочисленных исполнительных производств.

В этой связи следует заметить, что АНО ФЗВ как взыскатель лишился права на удовлетворение своего права требования из имущества должника, поскольку при ином исходе событий (реализации имущества должника в иной способ) истец не лишился бы принадлежащих ему денежных средств и получил бы возмещение по этому и иным многочисленным исполнительным производствам.

Таким образом, предметом настоящего иска является имущественная потеря – вред, связанная с уменьшением денежной массы взыскателя, выраженной в возможности последующего обращения взыскания на имущество должника, приобретенное в рамках исполнительного производства.

При этом, стоит заметить, что действия АНО ФЗВ явно выходили за рамки деятельности некоммерческой организации, поскольку были связаны с приобретением высоко рискованного актива (с неразрешенными притязаниями третьего лица, о чем достоверно был осведомлен сам Фонд) с целью его последующей продажи.

В этой связи, судебной коллегии следует руководствоваться общими началами ответственности за причиненный вред.

1.1. Суждения относительно наличия вступившего в законную силу судебного акта, принятого по итогам рассмотрения гражданского дела №, по обстоятельствам, связанным с признанием права собственности третьего лица (ФИО4) на квартиру, ранее переданную истцу (Фонду защиты вкладчиков) при осуществлении исполнительных действий в рамках сводного исполнительного производства №-СД.

Действующим законодательством установлено, что обстоятельства, установленные в рамках судебного рассмотрения, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (статья 61 ГПК РФ).

Следовательно, факты, установленные вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции, имеющие значение для разрешения вопроса об обстоятельствах, которым уже была дана соответствующая оценка, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в рамках иного гражданского дела.

Как усматривается из материалов дела, притязания истца направлены на взыскание денежных средств в качестве возмещения вреда, причиненного неправомерными действиями судебных приставов-исполнителей, осуществленными в рамках сводного исполнительного производства №-СД (в части неправомерной и преждевременной передачи нереализованного имущества должника его взыскателю – Фонду).

Вступившим в законную силу решением суда, состоявшимся при рассмотрении гражданского дела №, был установлен и в надлежащем порядке не опровергнут факт принятия АНО ФЗВ преждевременного решения об оставлении нереализованной квартиры за собой при его объективной осведомленности о наличии притязаний третьего лица в отношении этого же объекта.

В рамках рассмотрения иска ФИО4 о признании права предметом иска фактически был вопрос разрешения двух конкурирующих притязаний в отношении одного и того же имущества. При этом, суду следовало дать преимущество одному из конкурирующих притязаний о признании, тем самым указав на порочность второго.

Давая преимущество притязанию ФИО4, суд фактически определился с законностью ранее возникшего и приобретенного права одним из конкурирующих лиц. Одновременно, состоявшееся судебное решение не содержало выводов о порочности действий судебных приставов-исполнителей.

Игнорирование в настоящем гражданском процессе вышеуказанных выводов, может привести к преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра.

2. В силу пункта 1 статьи 1, пункта 1 статьи 11, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 3 ГПК РФ предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Заинтересованными являются лица, чьи имущественные права и (или) охраняемые законом интересы могут быть восстановлены в результате удовлетворения иска (статья 12 ГК РФ).

Судебная защита осуществляется путем применения к правонарушителю материально-правовых и процессуальных мер принудительного характера, и должна приводить к защите и восстановлению нарушенных прав этого лица.

Таким образом, юридическое значение для осуществления судебной защиты имеет установление факта наличия нарушенного права истца, а также того обстоятельства, приведет ли избранный истцом способ защиты своего права к защите и восстановлению прав истца, и не будет ли при этом допущено нарушений прав иных лиц. В обратном случае, то есть когда путем предъявления иска не будет достигнут вышеуказанный результат, сама по себе процедура инициирования судебного рассмотрения вызывает обоснованные сомнения.

2.1. В обоснование заявленных в иске притязаний, Фонд защиты вкладчиков указал на подтвержденный материалами дела факт перечисления в пользу ФССП России спорных денежных средств, причитающихся в счет доплаты разницы между стоимостью передаваемого нереализованного имущества (квартиры) должника (ПАО «Марфин Банк») и остатком задолженности в рамках сводного исполнительного производства.

При этом, поскольку переданная в счет погашения перед Фондом задолженности квартира была истребована в пользу третьего лица (ФИО4), путем признания за ней права собственности на таковую, Фонд полагал, что именно неправомерные действия судебных приставов привели к возникновению на стороне истца имущественного вреда, эквивалентного сумме, уплаченной кредитором в порядке принятия нереализованного имущества должника (на сумму <данные изъяты>).

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен такой способ защиты гражданских прав как возмещение убытков.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков представляет собой универсальный способ защиты нарушенных гражданских прав, который применяется для восстановления прав кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (статья 393 ГК РФ), причинением внедоговорного вреда (статья 1064 ГК РФ) и в иных предусмотренных законом случаях.

Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению на основании статей 16 и 1069 ГК РФ.

В силу положений статей 16, 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 года №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (статья 1069 ГК РФ).

Иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ)

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Таким образом, по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

То обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного этими действиями (бездействием), и их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда (пункт 82 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 года №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»).

Как установлено судебным рассмотрением настоящего гражданского дела, факт неправомерной передачи в качестве нереализованного имущества должника его взыскателю в лице Фонда защиты вкладчиков не был установлен вступившим в законную силу решением суда, состоявшимся при рассмотрении гражданского дела №.

Напротив, состоявшимся судебным актом был установлен, как уже было указано ранее, факт принятия АНО ФЗВ преждевременного решения об оставлении нереализованной квартиры за собой при его объективной осведомленности о наличии притязаний третьего лица в отношении этого же объекта.

Неправомерность действий судебных приставов, которая всецело повлияла бы на возникновение у истца убытков через формирование волевого решения об оставлении нереализованного имущества должника за собой, не была установлена в ходе рассмотрения и настоящего гражданского дела.

Так, процесс ограничения в обороте спорного имущества с ДД.ММ.ГГГГ, с последующей оценкой и передачей на торги ДД.ММ.ГГГГ, не содержит в себе явного порока при осуществлении и реализации процедурных решений.

Более того, относимыми и допустимыми доказательствами указанные обстоятельства, на которые ссылается истец (виновные и неправомерные действия судебного пристава при совершении исполнительных действий) в условиях диспозитивности и состязательности гражданского процесса, своего подтверждения не нашли. Более того, сам истец не ссылался в обоснование своего иска на конкретные действия либо бездействия судебного пристава-исполнителя, которые могли бы привести к подобного рода последствиям.

Заявляя настоящий иск о взыскании денежных средств, истец не принял во внимание, что такой убыток в виде реального ущерба был сформирован за период после принятия им решения об оставлении высоко рискованного актива должника, в отношении которого имеются неразрешенные притязания третьего лица.

В результате истец не учел вопросы об условиях и самой возможности достижения им как взыскателем, преследуемой цели – последующей продажи оставленного за собой имущества, в том числе и в случае признания судом правомерности притязаний третьего лица на этот же актив.

Исходя из принципа достоверности публичного реестра прав (к моменту совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий), не участия судебного пристава-исполнителя при рассмотрении предшествующего гражданского дела по искам ФИО4 и Фонда (ДД.ММ.ГГГГ), а также необходимости своевременного осуществления действий принудительного характера, Фонд не вправе требовать возмещения своих убытков в виде платежей по оставленному за собой имуществу, когда, самостоятельно приняв на себя объективные риски при осведомленности о неразрешенных притязаниях третьего лица в отношении актива должника, не предпринял соответствующих мер к митигации таковых.

Судебной коллегией не установлено конкретных разумных мер, которые должны и могли были быть предприняты Фондом, действующим добросовестно, разумно и осмотрительно, являющимся к тому же некоммерческой организацией, при осведомленности о подаче иска в суд после фактической оплаты оставляемой квартиры, для исключения объективно возможных и могущих быть предвидимыми убытков в указанной части.

Судебная коллегия при проверке правомерности требования о взыскании суммы убытков, полагает необходимым установить также форму и степень вины каждой из сторон спорного правоотношения в наступлении предъявленных ко взысканию сумм.

При оценке формы и степени вины судебного пристава-исполнителя, судебной коллегией учтено, что действия принудительного характера осуществлялись, как в интересах иных взыскателей, так и преимущественно в интересах самого же истца, более того, приняты во внимание и длительные (с 2015 года) сроки наложенных обременений на выявленную квартиру банка, предшествующая регистрация этой квартиры за должником в публичном реестре прав в рамках процедуры принудительного исполнения судебных решений, не участие судебного пристава-исполнителя при рассмотрении предшествующего гражданского дела по искам ФИО4 и Фонда (в 2017 году), а также отсутствие явных пороков при осуществлении действий, связанных с принудительной реализацией выявленного имущества должника, которая к тому же была признана несостоявшейся. Более того, у судебного пристава-исполнителя не имелось возможности с учетом принятых мер по ограничению выявленного имущества в обороте с ДД.ММ.ГГГГ, отказаться от проведения торгов в одностороннем порядке при неосведомленности о притязаниях третьего лица.

При оценке формы и степени вины обеих сторон судебная коллегия установила, что именно истец (Фонд) знал или должен был знать, действуя разумно и осмотрительно, о высокой степени риска, связанной с принятием решения об оставлении имущества должника за собой, а само по себе предложение судебного пристава-исполнителя не предполагало обязательного его акцептирования со стороны Фонда, тем более при известных ему обстоятельствах, связанных с неразрешенными притязаниями третьего лица.

Таким образом, нельзя согласиться с доводами иска о то, что именно конкретные неправомерные действия судебных приставов на стадии исполнения решения суда, которым в пользу Фонда была взыскана задолженность ПАО «Марфин Банк», фактически привели к возникновению имущественного вреда на сумму, ранее уплаченную истцом (взыскателем) в качестве разницы между стоимостью нереализованного имущества (квартиры) и остатком задолженности в рамках сводного исполнительного производства, поскольку только лишь сам по себе факт последующего прекращения в судебном порядке права собственности истца (взыскателя) на объект недвижимости, ранее переданный ему на основании постановления судебного пристава, таким обстоятельством не является.

При этом, поскольку факт уплаты денежных средств в испрашиваемом истцом размере был обусловлен принятием Фондом самостоятельного решения о совершении по сути высоко рискованной операции для последующей продажи обремененного актива, что не опровергалось и самой стороной истца, судебная коллегия соглашается с возражениями обратной стороны настоящего спора.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что заявленные требования следует признать необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Отдельно судебная коллегия полагает необходимым остановиться на доводах апеллянтов, поскольку таковые не должны быть оставлены без оценки, несмотря на принятие решения по существу.

Доводы ответчика о том, что истцом был выбран ненадлежащий соответчик в лице ГУФССП России по Республике Крым и г. Севастополю и ГМУ ФССП России, поскольку действия по реализации имущества осуществлены Управлением по особо важным исполнительным производством, не могли быть приняты судебной коллегией в качестве самостоятельного оснований для отказа в иске.

Так, по смыслу вышеприведенных норм законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, надлежащим ответчиком является ФССП России, наделенная полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

Более того, Отдел по исполнению особо важных исполнительных производств является структурным отделом Центрального аппарата ФССП России.

К тому же, само по себе указание истцом неверного ответчика не может служить основанием для отказа в иске, поскольку, как было указано ранее, обязанность привлечь к участию в деле надлежащего ответчика по аналогичного рода искам, возлагается на суд.

Более того, ГМУ ФССП России было привлечено в качестве соответчика при рассмотрении настоящего гражданского дела по ходатайству самого апеллянта, заявленному как письменно, так и устно в судебном заседании, состоявшемся в суде первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ.

Не подлежат принятию судебной коллегией и доводы ответчика о несоблюдении правил подсудности.

Так, в силу разъяснений, изложенных в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 года №16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, устанавливающих правила подсудности, не является основанием для применения судом апелляционной инстанции пункта 1 части 4 статьи 330 ГПК РФ.

Решение суда может быть отменено ввиду нарушения подсудности, если на нарушение правил подсудности указано в апелляционных жалобе, представлении и суд апелляционной инстанции установит, что лицо, подавшее жалобу, или прокурор, принесший представление, заявляли в суде первой инстанции ходатайство о неподсудности дела этому суду и о передаче его по подсудности в соответствующий суд или арбитражный суд либо что у них отсутствовала возможность заявить в суде первой инстанции такое ходатайство по причине их неизвещения о времени и месте судебного заседания или непривлечения к участию в деле либо вследствие невозможности явиться в суд по уважительной причине, а также если нарушены правила подсудности, установленные статьями 26 и 27 ГПК РФ, либо правила об исключительной подсудности.

Поскольку вопрос о передаче дела по подсудности в другой суд на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции не ставился, судебная коллегия находит несостоятельными доводы ответчика в указанной части, равно как и не находит оснований для выходы за пределы указанного процессуального вопроса.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам,

о п р е д е л и л а :

решение Киевского районного суда г. Симферополь Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменить и принять новое, которым в удовлетворении иска АНО «Фонд Защиты вкладчиков» отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий судья: Крапко В.В.

Судьи: Гоцкалюк В.Д.

ФИО2

апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 30.01.2026 года