Постановление № 1-601/2023 22-4626/2023 от 17 июля 2023 г. по делу № 1-601/2023

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №22-4626/2023

Дело № 1-601/2023 Судья Юзелюнас Е.А.

АПЕЛЛЯЦИОНННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт – Петербург 18 июля 2023 года

Судья Судебной коллегии по уголовным делам Санкт – Петербургского городского суда Резникова С.В.,

при секретере ФИО1,

с участием

прокурора отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга Плотникова Д.И.,,

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, – ФИО2,

защитника – адвоката Кобыфа А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление старшего помощника прокурора Выборгского района Санкт-Петербурга ФИО3 на постановление Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 22 мая 2023 года, которым в отношении

ФИО2, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, трудоустроенного заместителем генерального директора ООО «<...>», женатого, имеющего малолетнего ребенка <дата> года рождения, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ,

производство по уголовному делу прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, в соответствии со ст. 76 УК РФ ФИО2 освобождён от уголовной ответственности.

Заслушав доклад судьи Резниковой С.В., выступление прокурора Плотникова Д.И., поддержавшего апелляционное представление, просившего постановление суда отменить; мнение ФИО2 и его защитника – адвоката Кобыфа А.А., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, просивших постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 предъявлено обвинение в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ.

Постановлением Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга от 22 мая 2023 года, вынесенным по результатам предварительного слушания, уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено в связи с примирением с сторон на основании ст. 25 УПК РФ.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора Выборгского района Санкт-Петербурга ФИО3 выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным в связи с неправильным применением уголовного закона и существенным нарушением уголовно-процессуального закона, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В обоснование апелляционного представления помощник прокурора указывает, что суд не принял во внимание все обстоятельства данного уголовного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния; обращает внимание на задачи Уголовного кодекса Российской Федерации, на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 24 апреля 2003 года № 7-П, Определении от 04 июня 2007 года № 519-О-О, разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», что судом не учтен ряд обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, в недостаточной степени учтены обстоятельства дела, вывод о заглаживании вреда не мотивирован, а компенсация морального вреда родственникам погибшего, отсутствие претензий, является обстоятельств, смягчающим наказание.

При этом, помощник прокурора ссылает, что преступление посягает на два охраняемых законом объекта, что в результате совершения преступления наступила смерть человека, что невозможно компенсировать или загладить денежными средствами ни в каком размере; и недостаточным образом мотивировано, какие именно действия ФИО2 способствовали восстановлению нарушенных интересов общества и государства, почему совершенное преступление утратило общественную опасность, и не имеется сведения о том, какие ФИО2 принял действия, чтобы загладить вред, причиненный общественным отношениям в сфере охраны жизни и здоровья людей; и сама по себе компенсация причиненного морального и материального ущерба потерпевшей Потерпевший №1 и примирение с ней никоим образом не свидетельствует о заглаживании ФИО2 вреда, причиненному основному объекту преступного посягательства – отношениям в сфере обеспечения общественной безопасности при введении строительных или иных работ.

ФИО2 не предпринял мер к устранению условия, способствовавших наступлению гибели человека, остался в занимаемой должности, то есть не понес никакой ответственности; и большая часть компенсации потерпевшей поступила не лично от ФИО2, а от ООО «<...>».

Принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельность, что само по себе несоизмеримо с понятием социальной справедливости.

Суд не принял во внимание, что ФИО2, не приняв меры по исключению и снижению до уровня допустимого воздействия на работников вредных и опасных последствий производственных факторов, не организовав до начала выполнения работ мер по ограждению территории, поставил под угрозу жизнь и здоровья не только погибшего ФИО4, но и неопределенного круга лиц.

На апелляционное представление адвокатом Кобыфа А.А. подано возражение, в котором он считает, что постановление суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционное представление удовлетворению не подлежит.

При этом защитник указывает, что в апелляционном представлении в нарушение ч. 2 ст. 8 УПК РФ предрешена виновность ФИО2, при этом ФИО2 были приняты добровольно все возможные меры для заглаживания вреда потерпевшей, сумма компенсации морального вреда и оплата расходов на погребение является разумной и достаточной для потерпевшей, что отражено в её заявлении; и при этом после произошедшего ФИО2 принял участие в организации городских соревнований по баскетболу на колясках среди детей, состоявшегося <дата>; также ФИО2 хоть и остался на занимаемой должности, но понес негативные последствия, связанные с привлечением к уголовной ответственности, понес дисциплинарную ответственность. Также защитник обращено внимание на то, что вопреки доводам апелляционного представления, действующее законодательство не ставит возможность прекращения судом уголовным дел по преступлениям небольшой и средней тяжести с примирением с потерпевшим в зависимости от видового и непосредственного объекта преступного посягательства и степени общественной опасности.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления и возражений на него, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и обоснованным.

Исходя из положений ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», в соответствии со ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

По смыслу закона, при рассмотрении вопроса о применении положений ст. 76 УК РФ к лицам, совершившим преступление, последствием которого явилась смерть пострадавшего, следует учитывать положения ч. 8 ст. 42 УПК РФ о переходе прав потерпевшего в таких случаях к одному из близких родственников погибшего, а также иметь ввиду, что примирение лица, совершившего преступление, с такими потерпевшими может служить основанием для освобождения его от уголовной ответственности (п. 12 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года № 19).

Эти и другие требования УК РФ и УПК РФ, вопреки доводам апелляционного представления, судом соблюдены, постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 вынесено с учетом характера и степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств его совершения и данных о личности ФИО2

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 236 УПК РФ суд вправе по итогам предварительного слушания принять решение о прекращении уголовного дела, в том числе и по основанию, предусмотренном ст. 25 УПК РФ.

10 мая 2023 года судом было вынесено постановление о назначении по уголовному делу в отношении ФИО2 предварительного слушания на <дата>, с учетом наличия об этом ходатайства обвиняемого ФИО2 для решения вопроса о прекращения уголовного дела.

Согласно протокола судебного заседания, было исследовано заявление потерпевшей Потерпевший №1 о том, что она примирилась с ФИО2, который загладил моральный и материальный вред, она его простила и претензий к нему не имеет, и потерпевшая заявляла о том, что просит рассмотреть дело в её отсутствие. Также в материалах дела представлено и повторное заявление от потерпевшей о том, что она примирилась с ФИО2, ей в полном объеме возмещен физический и моральный вред.

При этом, потерпевшая была извещена своевременно о проведении предварительного следствия, и настаивала на рассмотрении дела в её отсутствие. Присутствие потерпевшей при проведении предварительного следствия, решения вопроса о прекращении уголовного дела не является обязательным в силу требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, при его надлежащем извещении, что имеется в рассматриваемом случае.

В судебном заседании ФИО2 было поддержано ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, указано, что примирение достигнуто, что ему (ФИО2) понятно, что данное основание не является реабилитирующим, и ФИО2 просил прекратить дело в связи с примирением сторон.

Принимая решение по заявленному ходатайству, суд принял во внимание, как позицию стороны защиты, так и мнение стороны обвинение, а именно, что государственный обвинитель возражал против удовлетворения ходатайства, сводя свои доводы, как и в апелляционном представлении, к изложению объективной стороны инкриминируемого ФИО2 преступления, приводя к тому, что при наступлении смерти человека, как последствия преступления, невозможно разрешения вопроса о прекращении уголовного дела, что противоречит самому уголовно-процессуальному и уголовному праву Российской Федерации, в рамках которого законодатель отнес данную категорию преступлений к средней тяжести, предоставил возможность разрешения вопроса о прекращении уголовного дела по данной категории, исключая дискредитацию относительно объектов преступного посягательств, к которой по сути приводит прокурор в своем апелляционном преставлении, не приводя доводы, которые действительно бы препятствовали принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, к которым не относиться лишь цитирование решений Конституционного Суда Российской Федерации.

Как указано выше, в разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 9 Постановления от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», закреплено, что способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим; и в разъяснениях отнесены данные требование о предоставлении потерпевшей права выбирать способ и размер заглаживания вреда относительно для целей ст. 76 УК РФ. При этом, также отмечено, что уголовно-процессуальный закон не содержит каких-либо ограничений в процессуальных правах лиц, признанных потерпевшими в порядке, установленном ч. 8 ст. 42 УПК РФ, примирение лица, совершившего преступление, с такими потерпевшими может служить основанием для освобождения его от уголовной ответственности.

Указание в апелляционном представление о том, что денежные средства также были выплачены потерпевшей ООО «Паркон Плюс», что уменьшает значение данного возмещения ущерба, несостоятельно, поскольку в соответствии с разъяснениями п. 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 возмещение ущерба и (или) заглаживание вреда (ст. 76 УК РФ) могут быть произведены не только лицом, совершившим преступление, но и по его просьбе (с его согласия) другими лицами.

Так потерпевшей определено, что она примирилась с ФИО2, к нему претензий не имеет, и ей заглажен моральный и материальный вред.

При этом материалы дела содержат сведения о том, что потерпевшей были перечислены денежные средства в сумме 90 000 рублей <дата>, 30 000 рублей <дата>, из решения Вышневолоцкого межрайонного суда <адрес> от <дата> следует, что Потерпевший №1 получена страховая выплата в размере 1 000 000 рублей из средств Фонда социального страхования; и ООО «<...>» <дата> Потерпевший №1 перечислена сумма в 1 000 000 рублей, которая именно судом в решении от <дата> определена, как обоснованная для компенсации морального вреда.

Несмотря на то, что денежные средства также Потерпевший №1 в счет заглаживания вреда выплачивались не только ФИО2, но и иными лицами, данные лица не лишены возможности далее обратиться для взыскания данных денежных сумм с ФИО2 Вместе с этим, все данное возмещения осуществлено именно в рамках рассматриваемого инкриминируемому ФИО2 деяния, и потерпевшей заявлено об отсутствии претензий к ФИО2, что с его стороны заглажен вред, она с ним примирилась.

Доводы о том, что выплата денежных средств матери погибшего не может свидетельствовать о возмещении причиненного ущерба в сфере охраны труда и компенсировать моральный вред, основаны на ошибочном толковании автором представления норм уголовного закона.

Согласие государственного обвинителя на прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон не предусмотрено ни положения ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ, ни ст. 27 УПК РФ, которая предусматривает наличие обязательного согласия подозреваемого или обвиняемого. При этом, законодателем не предусмотрено наличие согласие виновного лица с предъявленным обвинением, признания вины, в связи с чем оспаривание вины ФИО2, при том, что им добровольно заявлено о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, последствия прекращения уголовного дела по данному основанию ему поняты, он проконсультировался с защитником, - не является основанием отказа в прекращении дела в связи с примирением сторон.

Кроме того, в опровержение доводов апелляционного представления о том, что ФИО2 не понес ответственности представлено приказ о том, что он привлечен к дисциплинарной ответственности за не надлежащий контроль за работниками и ему объявлен выговор. Также факт прекращения уголовного дела в связи с применением сторон не является реабилитирующим основанием, и наличие привлечения ФИО2 к уголовной ответственности имеет место быть. Кроме того, представлен и приказ №.../ОТ от <дата>, то есть после инкриминируемого деяния, о том, что генеральным директором ООО «<...>» назначено иное лицо, ответственным за контроль выполнения требований охраны труда, от данных обязанностей отстранен ФИО2

Часть вторая статьи 216 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение правил безопасности при ведении строительных или иных работ, если это повлекло по неосторожности смерть человека.

Из диспозиции данной нормы уголовного закона следует, что состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 216 УК РФ, является материальным, уголовная ответственность за совершение данного преступления наступает вследствие такого нарушения обязательных норм и правил в сфере обеспечения безопасности строительных и иных работ, которое повлекло за собой наступление последствий в виде смерти человека по неосторожности и отнесено законом к числу обязательных признаков объективной стороны состава преступления, при отсутствии которых, квалификация оконченного деяния по ч. 2 ст. 216 УК РФ невозможна.

В связи с этим принятые ФИО2 и организацией, в которой он работает, и которая имеет право заявления регрессного иска, меры по заглаживанию причиненного вреда, направлены на восстановление, именно, тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения конкретного уголовно-наказуемого деяния, в котором ФИО2 обвинялся. Суд обоснованно признал данные меры достаточными для уменьшения общественной опасности содеянного ФИО2 и позволяющие отказаться от его дальнейшего уголовного преследования.

Кроме того, представлены сведения и о том, что ФИО2 оказал помощь, о чём ему представлена благодарность, Санкт-Петербургской общественной организации Физкультурно-спортивному клубу инвалидов «БасКИ», при организации соревнований на колясках среди детей, что соотносимо по вопросу уменьшения общественной опасности инкриминируемого содеянного с последствием смерти человека по неосторожности, поскольку благотворительная организация, которой оказал помощь ФИО2, оказывает помощь инвалидам, что следует из представленной благодарности.

Доводы апелляционного представления о том, что прекращение уголовного дела лишает возможности рассмотрение вопроса о назначении ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельность, несостоятельны, сводятся по сути к предрешению прокурором данного вопроса, с указание на социальную справедливость, к тому, что данное дополнительное наказание подлежит обязательному назначению, однако, законодателем предусмотрена альтернатива назначения данного наказания, и суд вправе назначить дополнительное наказание лишь при том, когда придет к выводу, что цели основного наказания не будут достигнуты без назначения дополнительного наказания, которое не является обязательным, для чего доводов в апелляционном представлении не приведено, а сама занимаемая должность не может являться единственным основанием.

Принимая решение по заявленному ходатайству, суд учел, что ФИО2 впервые совершил преступление средней тяжести, ранее не судим, примирился с потерпевшим, полностью загладил причиненный преступлением вред.

Вывод суда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон, вопреки доводам апелляционного представления, является правильным, так как в материалах уголовного дела содержались достаточные сведения, которые позволили принять такое решение.

При этом суд не просто констатировал наличие указанных в законе оснований для прекращения дела, а принял мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих обстоятельства совершения преступления, личность виновного, проверил факт возмещения причиненного потерпевшей ущерба, добровольность заявленного потерпевшим ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением, позволяющего освободить обвиняемого от уголовной ответственности, отсутствие отягчающих обстоятельств.

Приведенные обстоятельства указывают на изменение степени общественной опасности ФИО2, как лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшей.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что все условия, необходимые для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности по указанным в ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ основаниям, ФИО2 были выполнены.

При этом судом должным образом учтена вся совокупность данных, характеризующих особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения уголовно наказуемого деяния, конкретные действия, предпринятые обвиняемым для заглаживания причиненного преступлением вреда.

Суд первой инстанции располагал всеми необходимыми сведениями для принятия решения по существу дела, которые приняты во внимание и в должной степени учтены при вынесении обжалуемого постановления. Обжалуемое решение надлежаще мотивировано, оснований ставить под сомнение изложенные в нем выводы, не имеется.

Тот факт, что ранее было отменено решение о прекращении уголовного дела на основании ст. 25.1 УПК РФ, не может явиться основанием для отказа в прекращении уголовного дела на основании ст. 25 УПК РФ, поскольку законом предусмотрены разные последствия по вопросу прекращения уголовных дел по данным основаниям, и после отмены решения о прекращении уголовного дела на основании ст. 25.1 УПК РФ, появились новые обстоятельства, в частности о размере осуществлённых выплат потерпевшей, принятие ФИО2 участия в благотворительной деятельности, наличие дисциплинарного взыскания, что не учитывалось первоначально при принятии решения.

Вопреки выводам стороны обвинения, уголовный закон не содержит положений, препятствующих прекращению уголовного дела за примирением сторон в случае, если по уголовному делу установлено два объекта преступного посягательства.

Объектами преступления, предусмотренного ч.2 ст. 216 УК РФ, являются общественные отношения, обеспечивающие общественную безопасность в сфере производства отдельных видов работ, здоровье человека, отношения собственности, жизнь человека.

Положения ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ устанавливают условия, соблюдение которых дает возможность освобождения лица от уголовной ответственности по указанному основанию. При этом ни характер, ни общественная опасность содеянного не предусмотрены уголовным законом в качестве условия или основания для отказа в применении ст. 76 УК РФ и освобождении ФИО2 от уголовной ответственности.

При этом само апелляционное представление не содержит ссылки на то, какие же конкретно действия должен был выполнить ФИО2 по восстановлению нарушенных им прав в сфере обеспечения общественной безопасность в сфере производства отдельных видов работ, что бесспорно снизило бы степень общественной опасности совершенного преступления.

В то же время, суд первой инстанции при вынесении оспариваемого постановления принял во внимание, что ФИО5 участвует в благотворительной деятельности.

Так, с учтём изложенного, обстоятельств, принятых судом первой инстанции при вынесении обжалуемого решения, отраженных выше сведений о компенсации потерпевшей морального вреда, возмещения имущественного ущерба, что она примирилась с потерпевшим, отсутствие у неё претензий, что ФИО2 был подвергнут дисциплинарному взысканию, оказал помощь благотворительной организации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что вред, причиненный ФИО2 общественным отношениям в сфере производства строительных или иных работ, заглажен, так как вред может быть возмещен в любой форме, позволяющей компенсировать негативные изменения, причиненные преступлением охраняемым уголовным законом общественным отношениям; а по вопросу заглаживания вреда способ и его размер отнесены на усмотрение потерпевшей, которой заявлено о достаточности принятых мер.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении уголовного дела, влекущих отмену или изменение постановления суда, судом допущено не было.

При этом судом первой инстанции не установлено иных основания для прекращения уголовного дела. Таковых оснований не усматривает и суд апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах апелляционное представление прокурора удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 22 мая 2023 года в отношении ФИО2 – оставить без изменения.

Апелляционное представление старшего помощника прокурора Выборгского района Санкт-Петербурга ФИО3 – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ. Кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

ФИО2 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья