Апелляционное постановление № 22-724/2020 от 22 июня 2020 г. по делу № 1-251/2019

Председательствующий Солодарь Ю.А. Дело № <...>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 июня 2020 года город Омск

Омский областной суд в составе председательствующего судьи Курнышовой Е.Г.,

при секретаре Кузнецовой А.С.,

с участием прокурора Ярковой М.А., Михайловой Г.И.,

осужденного Кордониса А.Н.,

адвоката Бастера А.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бастера А.Ю. в интересах осужденного Кордониса А.Н., апелляционным жалобам осужденного Кордониса А.Н., апелляционному представлению государственного обвинителя Федоркиной М.И. на приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...>, которым

Кордонис А. Н., <...> года рождения, уроженец г. Омска, гражданин РФ, имеющий высшее образование, состоящий в зарегистрированном браке, имеющий на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, не военнообязанный, работающий ООО «СТГ Групп» и ООО «Врубелево Тепло» заместителем директора, зарегистрированный и проживающий по адресу: г. Омск, <...>, ранее не судимый,

осужден по ст. 199.2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в доход государства в размере 220000 рублей.

От дальнейшего отбывания наказания Кордонис А.Н. освобожден в соответствии со ст. 78 УК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Постановлено меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлению приговора в законную силу.

Меры, принятые в обеспечение гражданского иска и возможной конфискации имущества, отменены.

Приговором определена судьба вещественных доказательств.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным и осужден за то, что в период с <...> по <...> в нарушение требований ст. 57 Конституции РФ, ст. ст. 45, 46 НК РФ, будучи достоверно осведомленным о наличии на расчетных счетах ООО «ОТКК» непогашенного инкассового поручения, вследствие чего невозможности осуществления расходных операций по ним, а также о размере имеющейся у предприятия задолженности по налогам в крупном размере, имея возможность ее частично погасить, умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, действуя из корыстных побуждений, сокрыл от налоговых органов денежные средства организации в крупном размере на общую сумму 2 337 329,6 рублей, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах, сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, тем самым лишив государственные органы возможности произвести принудительное взыскание возникшей у ООО «ОТКК» задолженности по уплате налогов.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Бастер А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, а также полагает, что судом при рассмотрении уголовного дела были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

В обоснование своей позиции указывает на неправильность установленного судом размера недоимки по налогу на добавленную стоимость в размере 2 337 329, 6 рублей, подлежащей взысканию в бюджет.

Ссылается на представленное защитой соглашение об отступном № <...> от <...>, заключенное между ООО «Омская территориальная коммунальная компания» и ООО «СТГ Групп», согласно которому последнему как кредитору передавалась проектная документация и материалы на межпоселковый газопровод стоимостью 40 956 168 рублей, по которому НДС составил 5 938 399, 5 рублей, относящийся ко 2 кварталу 2017 года.

Обращает внимание, что п. 2.3 соглашения предусматривал срок передачи имущества не позднее <...>, а п. 2.4 регламентировал прекращение обязательств со стороны должника с момента подписания сторонами акта приема-передачи имущества.

Приводит положения гражданского кодекса РФ и судебной практики, настаивая на том, что обязательство должника прекращается не в момент заключения соглашения об отступном, а в момент предоставления отступного.

Ссылается на показания свидетелей Свидетель №10, ФИО2, Свидетель №4, а также ФИО1, полагая, что они подтверждают обстоятельства, при которых фактически имущество не передавалось, акт приема-передачи не составлялся, на баланс ООО «СТГ Групп» имущество не ставилось, в собственность последнего не оформлялось. Ссылаются на представленное защитой письмо ООО «СТГ Групп», согласно которому имущество не передавалось, а также на данные баланса за 2017 год о том, что активы за 2017 год по сравнению с 2016 годом остались неизменными.

Утверждает, что непригодность в использовании имущества привела к расторжению <...> соглашения об отступном, действующего с момента его подписания. Обстоятельства, при которых произошло включение НДС по данному соглашению в налоговую декларацию ООО «Омская территориальная коммунальная компания» за 2 квартал 2017 года объясняет невнимательностью бухгалтера ФИО2, что последняя подтвердила в суде.

В то же время утверждает о том, что уточненная декларация на вычет суммы НДС не была подана в ИФНС, так как ФИО2 и ФИО1 были уволены из компании и считали, что новое руководство устранит эту ошибку.

Отмечает, что обязательства должника исполнены не были. Ссылаясь на нормы ст. ст. 167, 174 Налогового кодекса РФ, регламентирующие уплату НДС по итогам каждого налогового периода, исходя из фактической передачи товаров, утверждает о том, что у ООО «Омская территориальная коммунальная компания» отсутствовала обязанность по уплате НДС в бюджет, исчисленного с учетом соглашения об отступном. В обоснование доводов защиты ссылаются на требования ст. 90 УПК РФ и приговор Кировского районного суда г. Омска от <...>, подтверждающий возникновение у налогоплательщика такой обязанности с момента подписания акта приема- передачи имущества.

Настаивает на том, что при исключении НДС по соглашению об отступном, сумма, подлежащая уплате в бюджет за 2 квартал 2017 года, составляла бы 2 474 638, 5 рублей, соответственно, по требованию об уплате налога от <...> составляла бы 824 879, 5 рублей. Ссылаются на выписки по расчетным счетам, показания заместителя начальника ИФНС ФИО3, согласно которым оплата НДС за 2 квартал 2017 года произведена с конца июля по октябрь 2017 года в размере более 3, 5 млн рублей.

Оспаривая выводы о виновности ФИО1, ставит под сомнение объективность судебной экономической экспертизы, проведенной экспертом ФИО4, отмечая, что вопрос о сумме НДС за 2 квартал 2017 года не исследовался, поскольку данные о задолженности взяты из требования инспекции об уплате налогов от <...> без их проверки.

Считает необоснованным отказ в удовлетворении ходатайства о проведении повторной судебной экономической экспертизы, поскольку доводы защиты в судебном заседании не опровергнуты.

Выражая несогласие с критической оценкой судом позиции защиты со ссылкой на показания свидетеля Свидетель №10, подтвердившего факт передачи строительной документации ООО «СТГ Групп», утверждают, что показания, изложенные в приговоре, искажены. Ссылается на аудиозапись судебного заседания, утверждая, что Свидетель №10 в судебном заседании подтвердил факт того, что имущество и проектная документация не передавались, акты приема-передачи не составлялись, на баланс имущество не ставилось.

В то же время, полагает, что установленный судом факт не предоставления уточненной налоговой декларации является нарушением порядка исчисления и уплаты налога, то есть проступком, исключающим наступление уголовной ответственности по ч.1 ст. 199.2 УК РФ.

В то же время, отмечает, что организация осуществляла самостоятельное гашение недоимки по НДС за 2 квартал 2017 года в сумме 230 000 рублей без указания в поручениях конкретного периода.

Приводит положения п. 7 ч.1 ст. 21 Налогового Кодекса РФ о праве налогоплательщика представлять налоговым органам свои пояснения по исчислению и уплате налогов, и считает, что эта сумма подлежала зачету по требованию от <...>, поскольку перечисления сделаны после указанной даты.

Настаивает, что перечисление было связано с самостоятельной оплатой налога за 2 квартал 2017 года.

Считает, что эксперту ФИО4 необходимы были пояснения налогоплательщика по данным обстоятельствам. Одновременно ссылается на ч.3 ст. 49 Конституции РФ и полагает, что эксперт ФИО4 должна была зачесть добровольное гашение по требованию от <...>, в связи с чем, размер недоимки сократился бы до 2 107 329, 6 рублей, что влечет отсутствие состава преступления в действиях Кордониса. В этой связи также считают, что защитой заявлялось обоснованное ходатайство о проведении повторной экспертизы, в удовлетворении которого судом было отказано.

Оспаривает выводы суда о совершении преступления ФИО1 с привлечением для расчетов ООО «Расчетный центр ОТС», отмечая, что договор об оказании агентских услуг заключен был еще <...> до того, как ФИО1 стал распоряжаться финансами ООО «ОТКК».

Ссылается на сложившуюся практику использования агентских услуг для удобства при расчетах и обращают внимание, что ООО «Расчетный центр ОТС» имело абонентскую базу потребителей коммунальных услуг и осуществляло расчеты с населением от имени «ОТКК» задолго до инкриминируемых событий и возникновения задолженности по налогам.

В жалобе ссылается на показания свидетелей Свидетель №8, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №11, Свидетель №12, которым было известно об использовании данной схемы расчетов, на показания бухгалтера ФИО2 о том, что оплата налогов осуществлялась со счета ООО «Расчетный центр ОТС» с пометкой за «ОТКК» и о такой схеме расчетов было известно должностным лицам налоговых органов, на данные выписки по расчетному счету ООО «Расчетный центр ОТС», из которой следует, что последнее неоднократно осуществляло оплату налогов и сборов за «ОТКК», согласно агентского договора № <...> от <...>, в том числе, <...> и <...>.

Отмечает, что с сентября по октябрь 2017 года, когда были приостановлены операции по счетам «ОТКК» и приняты решения о списании с них денежных средств в счет погашения недоимки, на расчетный счет «ОТКК» перечислялись денежные средства на сумму более 2, 5 млн рублей. Полагает, что об этом было известно должностным лицам ИФНС № <...> по ЦАО г. Омска, как это следует из показаний свидетеля ФИО3 Считают, что должностные лица ИФНС № <...> по ЦАО г. Омска видели поступление денежных средств в счет недоимки со счета агента.

В этой связи утверждает о прозрачности такой схемы расчетов и отсутствии признаков сокрытия денежных средств с привлечением счета агента в лице ООО «Расчетный центр ОТС». Одновременно полагает о ненадлежащем исполнении обязанностей должностными лицами ИФНС № <...> по ЦАО г. Омска.

Обращает внимание, что денежные средства перечислялись со счета агента ООО «Расчетный центр ОТС» по распоряжению «ОТКК» на расчетный счет последнего в сентябре - октябре 2017 года, что являлось добровольным гашением образовавшейся недоимки. Приводит показания бухгалтера Свидетель №7 о том, что в сентябре 2017 года осуществлялись переводы со счета агента ООО «Расчетный центр ОТС» по распорядительным письмам «ОТКК» на расчетный счет последнего в целях погашения образовавшейся задолженности по НДС.

Ставит под сомнение состоятельность выводов суда о сокрытии денежных средств путем перечисления на счета третьих лиц суммы 2 660 735, 66 рублей, за счет которых могла быть погашена недоимка по НДС, полагая о различии сумм в двух проведенных по делу экспертизах и полагая о недопустимости проведенных по делу экспертиз.

Обращает внимание, что в заключении эксперта № <...> от <...> период определен с <...> по <...>, что не соотносится с периодом инкриминируемого ФИО1 деяния. Указывают, что экспертом анализируются документы не за период с <...> по <...>, а за период с <...> по <...>.

Одновременно анализирует заключение эксперта № <...> от <...>, выполненное экспертом ФИО4, отмечая выводы о том, что в период с <...> по <...> ООО «Расчетный центр ОТС» на расчетные счета третьих лиц перечислило денежные средства за ООО «ОТКК» на общую сумму 2 498 262, 76 рублей.

Ссылается на представленное защитой заключение специалиста № <...>/Ц от <...>, выполненное экспертом Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО» ФИО5, подтвердившее допущенные экспертом ФИО4 нарушения. Обращает внимание, что уголовно- процессуальный закон не содержит требований о предупреждении об уголовной ответственности специалиста при даче им какого-либо заключения, поскольку заключение и показания специалиста являются доказательствами по делу и подлежат проверке и оценке по общим правилам.

Указывает о нарушении судом принципа состязательности сторон, поскольку в приговоре не дано оценки доводам специалиста на предмет их достоверности и в целом заключению специалиста как доказательству. Считает, что, наряду с отказом в проведении повторной судебной экономической экспертизы, эти обстоятельства повлекли существенное нарушение права на защиту ФИО1

Обращает внимание на неоднократно заявленные ходатайства о приглашении специалиста ФИО5 в суд для производства ее допроса с предупреждением об уголовной ответственности путем видеоконференц-связи по обстоятельствам нарушений, допущенных экспертом ФИО4, в чем было судом отказано.

Считает, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что руководителем «ОТКК» не мог быть ФИО6, поскольку таким лицом выступал Свидетель №19

Настаивает, на том, что Свидетель №19 никогда не действовал под именем ФИО6 и не имел отношения к деятельности «ОТКК». Утверждает, что именно ФИО6 осуществлял фактическое руководство и финансово-хозяйственную деятельность компании с момента назначения на должность в августе 2017 года и в инкриминируемый период со <...> по <...>.

Анализирует заключение судебной почерковедческой экспертизы № <...> от <...>, полагает, что не соблюдены требования действующих методик и уголовно-процессуального законодательства. Одновременно оспаривает состоятельность позиции суда о допустимости этого доказательства. Считает, что выводы эксперта предопределили обстоятельства, при которых Свидетель №19 мог скопировать предоставленный почерк и подпись от имени ФИО6 Ссылаются на предоставленные следствием эксперту экспериментальные образцы подчерка и подписи от имени ФИО6 с подражанием его почерку и подписям.

Ссылается на то, что Свидетель №19 в судебном заседании не допрошен, что ставит под сомнение достоверность данных о том, что образцы, представленные на исследование, выполнены Свидетель №19

Ссылается на представленное защитой заключение специалиста № <...>/Ц от <...>, которое подтверждает нарушения, допущенные экспертом ФИО7, исследовавшей экспериментальные образцы. Отмечают, что суд не дал оценки заключению специалиста ФИО8, чем нарушил право ФИО1 на защиту.

Настаивают на проведении повторной судебной почерковедческой экспертизы в связи с наличием сомнений в обоснованности заключения эксперта и наличии противоречий в выводах.

Полагает, что ввиду отсутствия возможности допроса в суде ФИО6 и Свидетель №19, предполагается наличие связи между данными лицами и возможного выполнения отдельных подписей в каких-либо документах Свидетель №19 по просьбе ФИО6, исходя из корыстных или иных побуждений.

Считают, что наличие подписей Свидетель №19 в документах от имени ФИО6 не опровергает возможности ФИО6 осуществлять фактическое руководство и финансово-хозяйственную деятельность.

Оспаривает суждения суда о виновности ФИО1 со ссылкой на то, что Свидетель №19 использовал паспорт на имя ФИО6, фактически выдававшийся Свидетель №20

Ссылаясь на показания последнего полагают, что Свидетель №20 не смог подтвердить, что паспорт выдавался на его имя, а относительно предъявленного ему паспорта на имя ФИО6 пояснил, что он не мог выдаваться ему, так как на титульном листе в нижней части напечатаны личные данные ФИО6 и его дата рождения. Утверждает об искажении смысла показаний Свидетель №20

Ссылается на то, что ответ УВМ УМВД России по Омской области содержит данные о том, что Свидетель №20 получил такой паспорт на основании удостоверения личности гражданина Республики Казахстан в связи с приобретением гражданства Российской Федерации. Обращает внимание, что ответ начальника ОУР ОП № <...> УМВД РФ по г. Омску ФИО9, исследованный в судебном заседании, согласно которому паспортом гражданина Республики ранее документирован Свидетель №20, является фальсифицированным доказательством.

Одновременно полагает о недопустимости и недостоверности фотокопии ответа Департамента регистрационной службы Республики Казахстан об отсутствии сведений о регистрации ФИО6 в базе данных. Обращает внимание, что не заверен документ Арбитражным судом Омской области.

Отмечает, что защите судом отказано в истребовании информации о получении паспорта на имя ФИО6 в уполномоченном органе <...>.

Ссылается на показания Свидетель №4, ФИО10, ФИО1, Свидетель №29, подтверждающих, что ФИО6 имел опрятный внешний вид, грамотную речь, ориентировался в вопросах управления организацией, не производил впечатления человека, злоупотребляющего спиртными напитками. Отмечает показания Свидетель №29 о том, то Свидетель №19 в ходе очной ставки по внешнему виду и манере разговора не являлся ФИО6, а также показания ФИО10, не узнавшего при встрече в СУ СК РФ по Омской области Свидетель №19, так как знаком был с ФИО6, а Свидетель №19, злоупотребляющего спиртными напитками с простой речью, воспринял иным лицом. Ссылаются на показания Свидетель №4 о том, что при предъявлении фотографии Свидетель №19 он не опознал в нем ФИО6, как и ФИО1

Ссылается на показания Свидетель №25 и Свидетель №24 о том, что Свидетель №19 злоупотребляет спиртными напитками и ведет асоциальный образ жизни, опрятно не выглядел, у нотариусов не был, не рассказывал, что являлся директором организации, денежных средств не имел, а при предъявлении им копии паспорта на имя ФИО6 не опознали последнего, как Свидетель №19, указав, что имеется лишь общее сходство. Утверждают об искажении смысла показаний Свидетель №25 и Свидетель №24

Обращает внимание, что по делу не представлено убедительных данных о том, что ФИО6 не проживал с сентября 2017 года по настоящее время по адресу: г. Омск, <...>, ссылается на ответ в т. 9 л.д. 8 о том, что ФИО6 проживает на территории Омской области. Отмечает данные информации ПАО «МТС» о том, что на ФИО6 зарегистрированы три абонентских номера, сам он зарегистрирован по названному выше адресу. Приводит показания Свидетель №25 о том, что его сын Свидетель №19 не пользовался абонентскими номерами ФИО6, показания ФИО10 о том, что ФИО6 написал на копии своего паспорта свой номер телефона.

Считают, неубедительными ссылки суда о факте отсутствия руководства ФИО6 ОТКК, не подтверждает показания свидетелей Свидетель №7, Свидетель №15, ФИО11, Свидетель №28, ФИО2 Отмечает, что ФИО6 никто из них, кроме Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №29, не видел. Указывают, что ФИО11 в сентябре-октябре 2017 года в офисе не появлялся, Свидетель №28 в сентябре-октябре 2017 года в офисе бывал редко, все вопросы решал с Свидетель №4 и Свидетель №7, а Свидетель №15 в сентябре-октябре 2017 года приходила на работу один два раза в неделю и документацию передавала Свидетель №4, а ФИО2 в сентябре 2017 года не работала.

Анализирует показания Свидетель №4, Свидетель №29, Свидетель №6, настаивая на том, что они встречались с ФИО6, при этом Свидетель №4 заключал договор об оказании услуг с ФИО6, получал доверенности, представлял интересы ФИО6

Дает собственную оценку обстоятельствам, при которых на копии паспорта ФИО6 написан номер: «8904798401» с исправлениями на цифре «9», отсутствием одной недостающей цифры. В этой связи считает несостоятельной позицию суда, полагавшего установленным факт принадлежности абонентского номера как «№ <...>» Свидетель №19

Указывает на несостоятельность вывода эксперта ФИО7 о том, что запись на копии паспорта на имя ФИО6 исполнена Свидетель №19, ссылается на исследование с нарушениями методики проведения почерковедческих экспертиз, с использованием экспериментальных образцов почерка Свидетель №19 с подражанием ФИО6, при невозможности допроса Свидетель №19

Оспаривают выводы суда о том, что ФИО1 был уведомлен о требовании от <...>, и в период с <...> по <...> знал, что на расчетные счета организации выставлено инкассовое поручение и вынесены решения о приостановлении операций по счетам.

Ссылаются на то, что в требовании от <...> об уплате налога на добавленную стоимость в сумме 2 804 436 рублей, решении о взыскании налога, приостановлении операций по счетам, отсутствует подпись об ознакомлении ФИО1 с документами.

Обращает внимание на акты приема- передачи от <...>, согласно которым ФИО1 передал, а ФИО6 принял документацию организации и флеш-карту с электронным ключом расчетных счетов, на приказ директора ФИО6 о предоставлении отпуска ФИО1 с <...> по <...> с последующим увольнением, на приказ директора ООО «Врубелево Тепло» о принятии ФИО1 на работу с <...> на должность заместителя директора.

Ссылается на показания ФИО2 о том, что требование от <...> могло дойти не ранее <...>, когда ФИО1 не осуществлял свои должностные обязанности, одновременно указавшей о том, что электронной почтой требование не приходило.

Обращает внимание на показания сотрудника налоговой инспекции ФИО3 о том, что в ИФНС отсутствуют сведения об ознакомлении ФИО1 с названными документами, которые направлялись обычным почтовым отправлением без уведомления.

Полагает не основанным на материалах уголовного дела выводы о том, что в период со <...> по <...> ФИО1 являлся фактическим руководителем «ОТКК» и организовал подготовку и подписание Свидетель №19 от имени генерального директора ФИО6 распорядительных писем и реестров на перечисление денежных средств на расчетные счета контрагентов и направление их в адрес ООО «Расчетный центр ОТС».

Ссылается на позицию ФИО1 о том, что <...> через Свидетель №4 была передана финансово-хозяйственная документация, имелись приказы об отпуске, увольнении, выходе на новое место работы в ООО «Врубелево-Тепло», и вопросами компании он уже не занимался, Свидетель №4 представлял по доверенности интересы ФИО6, с последним не встречался. Ссылаются на позицию ФИО1 о том, что указаний Свидетель №4 никаких не давал, фактическое руководство не осуществлял, денежными средствами не распоряжался, на фотографии в копии паспорта ФИО6 изображен именно ФИО6, а Свидетель №19 он не опознал, так как тот ему не знаком. Настаивают на искажении смысла показаний ФИО1

Приводит содержание показаний Свидетель №4, который с середины августа 2017 работал по договору оказания услуг с ФИО6, осуществлял представительство его интересов по доверенности, в сентябре 2017 по указанию ФИО6 получал сведения о поступлении денежных средств на расчетный счет агента «Расчетный центр ОТС» у директора Свидетель №26, передавал по телефону ФИО6, и последний давал указания через него бухгалтеру Свидетель №7 о подготовке писем и реестров, которые подписывал ФИО6 и Свидетель №7 направляла в ООО «Расчетный центр ОТС», а с конца сентября 2017 года после увольнения ФИО12 ФИО6 самостоятельно готовил письма и реестры и направлял их почтой в адрес ООО «Расчетный центр ОТС», несколько раз в октябре 2017 Свидетель №4 по просьбе ФИО6 доставлял в ООО «Расчетный центр ОТС». Настаивают на достоверности показаний Свидетель №4 о том, что ФИО1 с конца августа 2017 года отношения к деятельности «ОТКК» не имел, фактическое руководство не осуществлял, денежными средствами не распоряжался, указаний ни ему, ни ФИО6 давал. Утверждают об искажении смысла показаний Свидетель №4

Ссылается на показания Свидетель №29, Свидетель №15, Свидетель №27, Свидетель №16, ФИО2, Свидетель №9, которые показали, что ФИО1 исполнял обязанности директора «ОТКК» и осуществлял фактическое руководство только до конца августа 2017, а с сентября 2017 интересы директора ФИО6 по доверенности представлял Свидетель №4, а ФИО1 к руководству отношения не имел, им никаких указаний не давал.

Анализирует оглашенные в суде показания свидетеля Свидетель №28, обращая внимание, что свидетель пояснил, что в ходе допроса следователь сам назвал ему период, когда ФИО1 осуществлял руководство «ОТКК», а он лишь подписал протокол, не вникая в детали.

Оспаривает правильность выводов суда о том, что Свидетель №28 подтвердил показания, данные в ходе предварительного следствия. Утверждает об искажении смысла показаний свидетеля Свидетель №28 и отмечают, что Свидетель №28 под фактическим руководством организацией со стороны ФИО1 понимал обращение за помощью по вопросам передачи техники в августе 2017, на самом деле был введен следствием в заблуждение и не указывал о том, что именно ФИО1 в октябре 2017 года осуществлял распоряжение денежными средствами организации, организовывал подготовку и подписание распорядительных писем и реестров и направление их в ООО «Расчетный центр».

Приводят показания Свидетель №10, согласно которым в октябре 2017 года через Свидетель №4, который являлся представителем по доверенности директора «ОТКК» ФИО6, договорился с ФИО6 о получении кредита для ООО «Врубелево-Тепло», договор был подписан им с ФИО6 через Свидетель №4, ФИО1 с конца августа 2017 отношения к деятельности компании не имел, в переговорах и заключении договора займа не участвовал, с конца сентября 2017 ФИО1 работал его заместителем.

Ссылается на договор займа «ОТКК» и ООО «Врубелево Тепло» от <...>, подписанный ФИО6 и Свидетель №10, подпись в котором последний подтвердил, а Свидетель №4 подтвердил факт заключения договора о займе и подписание его именно ФИО6

Приводит показания свидетеля Свидетель №6 о том, что инициатором приобретения доли «ОТКК» являлся ФИО6, который принимал участие во встречах с Свидетель №6 Указывает, что свидетель никогда не говорил, что действует по указаниям ФИО1 либо в его интересах, не говорил, что именно ФИО1 осуществляет фактическое руководство организацией и распоряжается финансами, ФИО1 после встречи в августе 2017, когда он представлял ФИО6, к нему с вопросами по деятельности «ОТКК» не обращался.

Приводит показания директора ООО «Расчетный центр ОТС» Свидетель №26, из которых следует, что в сентябре 2017 она стала сообщать информацию о поступлении денежных средств «ОТКК» на расчетный счет ООО «Расчетный центр ОТС» Свидетель №4, который действовал от имени директора ФИО6 по доверенности, именно Свидетель №4 передал ей выписку о том, что с августа 2017 директором назначен ФИО6 Ссылается на показания Свидетель №26 о том, что с сентября 2017 распорядительные письма и реестры о перечислении денежных средств поступали курьером, сотрудники компании самостоятельного доступа к расчетному счету ООО «Расчетный центр ОТС», куда поступали денежные средства, не имели, с ФИО1 по вопросам распоряжения денежными средствами не контактировала.

Ссылается на показания контрагентов Свидетель №8, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №11, Свидетель №12, которые показали, что являлись в 2017 контрагентами «ОТКК» и им не было неизвестно, чтобы фактическое руководство, распоряжение финансовыми средствами ОТКК осуществлял ФИО1

Анализирует данные абонентских соединений номера ФИО6, указывая, что последний имел соединения с Свидетель №4, при этом отсутствовали соединения с ФИО1, за исключением двух соединений в начале 2018, то есть в период, не относящийся к настоящему делу.

Объясняет наличие соединений с Свидетель №4 в инкриминируемый период тем, что именно ФИО6, фактически осуществлял руководство «ОТКК».

Ссылается на показания Свидетель №23, Свидетель №22, которые показали, что в период их руководства ФИО1 не осуществлял фактическое руководство компанией и не давал им указаний о распоряжении денежными средствами организации. Обращает внимание, что Свидетель №22 объяснил изменение ранее данных показаний тем, что не вникал в суть допроса и не читал протокол, доверяя следователю. Отмечают что Свидетель №23 показал суду, что был вынужден подписать протокол о том, что фактическое руководство в апреле-июне 2017 осуществлял ФИО1, так как следователь угрожал ему привлечением к уголовной ответственности.

Дает оценку показаниям ФИО13 о том, что ФИО1 в сентябре 2017 руководил «ОТКК» и давал ей указания о перечислении денежных средств и считают их недостоверными, опровергнутыми показаниями ФИО1, Свидетель №4, ФИО2, Свидетель №10, Свидетель №28, Свидетель №27, Свидетель №29, актами приема-передачи документации, приказами на отпуск, увольнение и принятие на работу ФИО1

Полагает несостоятельными выводы суда о том, что ФИО1 в целях избежание уголовной ответственности за совершенное преступление дает показания против Свидетель №7, а показания последней соответствуют действительности лишь потому, что она была предупреждена об уголовной ответственности.

Обращает внимание, что из показаний ФИО2, Свидетель №29, Свидетель №10, Свидетель №4 следует, что Свидетель №7 может давать показания против ФИО1 в связи с обидой по причине увольнения с должности бухгалтера ООО «Врубелево-Тепло», а также в связи с возможным опасением быть привлеченной к ответственности за подготовку и направление распорядительных писем и реестров в адрес ООО «Расчетный центр» в период ее работы.

Отмечают, что свидетели, наряду с Свидетель №7, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Между тем, полагают, что показания Свидетель №7, Свидетель №22, Свидетель №23 не имеют значения по настоящему делу, поскольку относятся к периоду апреля-июня, сентября 2017 года, а не <...> по <...>.

Отмечает, что в приговоре описание преступного деяния, совершенного ФИО1, повторяет описание, изложенное в обвинительном заключении, что является недопустимым в силу закона.

Анализируют показания свидетелей ФИО3, Свидетель №6, находя их содержание идентичным содержанию в обвинительном заключении.

Обращает внимание, что свидетель ФИО3 показаний, о том, что «в период с <...> … заканчивающихся словами…расчет налога по НДС рассчитывался, исходя из представленной налоговой декларации» не давала, о чем стороной защиты поданы замечания на протокол, которые в этой части удостоверены постановлением суда.

Просит приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Федоркина М.И. выразила несогласие с приговором Куйбышевского районного суда г. Омска от <...>. Отмечает, что в резолютивной части приговора судом в нарушении ч. 1 ст. 308 УПК РФ не верно указано о признании ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ.

Указывает, что данные нарушения являются существенными, так как Федеральным законом от <...> № 250-ФЗ в ст. 199.2 УК РФ были внесены изменения, добавлены части 1 и 2, а редакция ст. 199.2 УК РФ является недействующей и предусматривала более строгое наказание.

Просит приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> в отношении ФИО1 изменить, указать в установочной и резолютивной частях приговора правильную квалификацию его действий по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ.

В дополнении к апелляционной жалобе адвоката Бастера А.Ю. и осужденного, осужденный ФИО1 указал, что считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, а также судом при рассмотрении уголовного дела допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Указывает на то, что приговор должен быть основан на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. Указывает на недопустимость перенесения в приговор показаний допрошенных лиц из обвинительного заключения.

Ссылается на аудиозапись судебного заседания и поданные замечания на протокол судебного заседания, на показания свидетеля ФИО3, которые были перенесены судом из обвинительного заключения в приговор и которые свидетель не давала, в связи с чем, замечания защиты в рассматриваемой части были удостоверены.

Указывает о том, что после оглашения приговора защите был представлен протокол судебного заседания с теми же показаниями свидетеля ФИО3

Полагает, что это свидетельствует о фальсификации протокола судебного заседания, влекущей недопустимость протокола судебного заседания от <...> как доказательства. В жалобе подробно приводят показания ФИО3 в судебном заседании.

Утверждает, что в приговоре изложены показания свидетеля Свидетель №6, не соответствующие действительности, а потому полагает о недопустимости протокола судебного заседания от <...>.

Приводят показания свидетеля Свидетель №10 в судебном заседании <...>, показания свидетеля Свидетель №7 в судебном заседании <...>, показания свидетеля ФИО2 в судебном заседании <...>.

Оспаривает правильность фиксации показаний свидетеля Свидетель №15 в заседании <...> изложенных в приговоре, и, ссылаясь на аудиозапись судебного заседания, полагает о недопустимости протокола судебного заседания.

Аналогичным образом приводит показания свидетеля Свидетель №23, настаивая на недопустимости протокола судебного заседания от <...>, как доказательства.

Приводит показания свидетеля Свидетель №22 (протокол <...>), показания свидетеля Свидетель №28 (протокол <...>), показания свидетеля Свидетель №27 (протокол судебного заседания от <...>), полагая о недопустимости доказательств. Обращают внимание, что показания свидетеля Свидетель №27, изложенные в приговоре, полностью перенесены из обвинительного заключения и их свидетель никогда не давал.

Показания свидетеля Свидетель №18, по мнению автора жалобы, перенесены судом из обвинительного заключения по уголовному делу. Просит в этой связи признать протокол судебного заседания от <...> недопустимым доказательством.

Ссылается на аналогичные нарушения, допущенные при изложении показаний свидетелей Свидетель №26, Свидетель №16 и Свидетель №24

Утверждает об искажении содержания показаний свидетеля Свидетель №25, Свидетель №4

Ссылается на аудиозапись протокола судебного заседания от <...> и поданные замечания в части показаний Свидетель №4, в связи с чем, просит признать протокол судебного заседания недопустимым доказательством.

Ссылается на искажение показаний свидетеля Свидетель №20, отмечая, что в части, имеющей значение для уголовного дела, они не приведены судом и им не дана надлежащая правовая оценка. Просит признать недопустимым протокол судебного заседания от <...>. Обращает внимание, что в приговоре не приведено доказательств, опровергающих позицию обвинения в части использования ФИО6 паспорта Республики Казахстан Свидетель №20 Ссылаются на ответ УВМ УМВД России по Омской области, согласно которому Свидетель №20 получил <...> паспорт гражданина Российской Федерации в связи с приобретением гражданства Российской Федерации. Считает, что данное обстоятельство опровергло позицию обвинения о том, что Свидетель №19 использовался паспорт ФИО6, который выдавался Свидетель №20

Указывают, что показания Свидетель №7, данные в ходе очной ставки, не соответствуют действительности. Приводит содержание показаний свидетеля и считает, что отсутствие в приговоре обстоятельств, следующих из оглашенного протокола следственного действия и надлежащей оценки, предопределило несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Считает, что протокол очной ставки мог быть оглашен в судебном заседании только в момент допроса свидетеля Свидетель №7 в судебном заседании при условии отказа свидетеля от дачи показаний, при наличии противоречий в ее показаниях либо при неявке свидетеля Свидетель №7 в судебное заседание.

Указывает на допущенные аналогичные нарушения при оглашении протокола очной ставки между ФИО1 и Свидетель №6, поскольку не изложены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и опровергающие версию о причастности к преступлению.

Отмечает, что свидетель Свидетель №6 в ходе очной ставки показал, что ему не известно, имел ли ФИО1 с момента назначения ФИО6 руководителем отношение к деятельности «ОТКК».

Полагает необоснованной ссылку на наличие абонентских соединений ФИО1 с ФИО6, отмечая, что судом не изложены обстоятельства соединений Свидетель №4 с последним

Оспаривает допустимость заключения эксперта № <...> от <...>, противоречащее заключению эксперта № <...> от <...>, выполненное тем же экспертом ФИО4

Оспаривают выводы суда о доказанности обстоятельств, при которых ФИО1 осуществлял фактическое руководство и распоряжение «ОТКК» в период с <...> по <...> со ссылкой на показания Свидетель №7, Свидетель №23, по обстоятельствам, не относящимся к инкриминируемому периоду преступного деяния.

Ссылаются на показания Свидетель №22 о том, что в сентябре, октябре 2017 года он работал по гражданско-правовому договору и ФИО1 ему никаких указаний, распоряжений по работе не давал, на показания Свидетель №28 о том, что по вопросам с ремонтом техники до конца августа 2017 года он обращался к ФИО1, так как он хорошо разбирался в этом, в сентябре 2017 года узнал от ФИО1, что последний в компании не работает.

Настаивает на достоверности показаний Свидетель №28 в суде, поскольку они согласованы с показаниями свидетелей ФИО2, Свидетель №4, Свидетель №29, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №22, Свидетель №26, Свидетель №10, Свидетель №27, Свидетель №6, допрошенных в судебном заседании, по обстоятельствам руководства компанией.

Анализируют показания Свидетель №15 в судебном заседании о том, что ФИО1 давал ей указания только в июле-августе 2017 года. Оспаривают выводы суда о том, что Свидетель №7 не могла оговаривать ФИО1, давая показания о его руководстве в сентябре 2017 года. Считают, что факт предупреждения судом об ответственности за дачу заведомо ложных показаний о достоверности свидетельствовать не может, так как ФИО2, Свидетель №29, Свидетель №10 также были предупреждены об уголовной ответственности и давали показания, что у Свидетель №7 имелись основания оговаривать ФИО1

Считает, что не учтена позиция защиты о недостоверности показаний Свидетель №7, что объяснимо страхом привлечения к ответственности за направление распорядительных писем и желанием переложить ответственность.

Ссылаются на то, что показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №15, Свидетель №28, Свидетель №27, Свидетель №22, Свидетель №26, согласованы с показаниями ФИО2, Свидетель №29, Свидетель №10 и подтверждают, что ФИО1 «ОТКК» в инкриминируемый период времени не руководил, указаний по финансово- хозяйственной деятельности не давал.

Оспаривает выводы суда о том, что ФИО6 не мог осуществлять руководство «ОТКК» с момента назначения на должность директора со ссылкой на копию ответа Департамента регистрационной службы и организации услуг Министерства юстиции Республики Казахстан с данными о том, что отсутствуют сведения о регистрации ФИО6

Просит обратить внимание, что документ не заверен Арбитражным судом Омской области, в связи с чем определить источник получения данного доказательства не представляется возможным. Полагает, что база данных о регистрации может вестись ненадлежащим образом.

Отмечает, что защите отказано в ходатайства о направлении поручения в Республику Казахстан, для допроса ФИО6, а также установлении его личности и изъятия документов, подтверждающих факт получения паспорта Республики Казахстан. Считает, что без проверки данных фактов и опровержения допустимыми и относимыми доказательствами утверждения суда являются голословными.

Оспаривает выводы судебной почерковедческой экспертизы № <...> от <...>, согласно которой рукописные записи от имени ФИО6 на документах выполнены Свидетель №19

Выражает несогласие с выводами суда о его виновности со ссылкой на показания свидетеля Свидетель №6, которому звонил мужчина, представившийся ФИО6 и сообщил, что он подписывает какие-то бумаги, финансово-хозяйственной деятельности не осуществляет.

Отмечает, что при встречах с Свидетель №6 у нотариуса таких данных не было, поэтому такой звонок не может трактоваться как отсутствие фактического руководства со стороны ФИО6

Дополнительно ссылается на недостоверность изложения судом показаний Свидетель №4, согласно которым ему ФИО6 были выданы доверенности на ведение дел в судах и представление интересов в налоговых органах, так как Свидетель №4 показал суду, что у него была доверенность на представление интересов ФИО6 как директора в государственных и иных организациях с правом получения необходимой информации и документов.

Оспаривает выводы суда со ссылкой на то, что ФИО1 указывал на ФИО6, который намеревался постоянно проживать в Казахстане.

Выражает несогласие с тем, что ФИО1 было достоверно известно о требовании об уплате налога от <...>, приостановлении операций по расчетным счетам и выставлении инкассовых поручений. Ссылается на обстоятельства, изложенные в основной жалобе. Указывает, что из исследованных в судебном заседании вещественных доказательств: копий требований об уплате налога и решений о приостановлении операций также нельзя сделать достоверный вывод об ознакомлении ФИО1

Оспаривает выводы суда со ссылкой на показания свидетеля Свидетель №18 о займе в октябре 2017 года у «ОТКК» ООО «Сибтрансгаз» денежной суммы в размере 1, 2 млн рублей, так как таких показаний Свидетель №18 не давал, а указал, что займ имел место летом 2017 года, то есть задолго до возникновения недоимки по НДС.

Считает надуманным в мотивировочной части приговора изложение судом ситуации с договором займа от <...> между «ОТКК» и «Врубелево-Тепло», так как на момент займа ФИО1 не работал и отношения к денежным средствам не имел, что подтверждено показаниями Свидетель №10 и Свидетель №4

Отмечает, что согласно выводов заключения экспертизы № <...> от <...> установлено перечисление денежных средств в адрес третьих лиц за период с <...> по <...>, тогда как инкриминируется период с <...> по <...>, каких-либо доказательств, подтверждающих перечисление денежных в адрес третьих лиц в период с <...> по <...> суду не предоставлено.

Ссылаются на п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от № <...> «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» и указывают, что состав преступления, предусмотренный статьей 199.2 УК РФ, наличествует, когда размер недоимки равен стоимости сокрытого в крупном размере или превышает ее. Указывают, что в данной ситуации невозможно сделать достоверный вывод о том, что стоимость сокрытого имущества в инкриминируемый ему период времени с <...> по <...> равна или превышает размер вменяемой недоимки по НДС в указанный период, так как достоверными и достаточными доказательствами, исследованными в суде, эти обстоятельства не подтверждены.

Выводы судебной экономической экспертизы № <...> от <...> относятся к исследуемому периоду, не имеющему значение по уголовному делу. Отмечает, что заключение специалиста № <...>/Ц от <...> экспертного Фонда «ТЕХЭКО» ФИО14 отвергнуто судом без оценки, как и заключение ФИО15

Оспаривает выводы суда о фактической реализации имущества по соглашению и, соответственно, возникновении обязанности к уплате НДС.

Отмечает, что Свидетель №10 не давал показаний о том, что какая-то документация передавалась по соглашению от «ОТТК» в адрес «СТГ-групп». Утверждает, что, напротив, Свидетель №10 отметил, что соглашение от <...> было подписано сторонами, но никакое имущество не передавалось, акты приема- передачи не составлялись, на баланс имущество не передавалось. Отсутствие фактической передачи имущества по соглашению <...> подтверждается балансом «СТГ-Групп» за 2017 год, согласно которому активы за 2016 год равны активам за 2017 год.

Считает, что суд путает виды наступления момента обязательств по отступному и новации, так как при отступном факт исполнения обязательств обусловлен фактической передачей отступного и подписанием акта приема-передачи имущества, тогда как при новации факт исполнения обязательств наступает в момент заключения соглашения о новации, о чем собственно и указывает суд в приговоре. Оспаривает выводы суда об отклонении судом позиции защиты о зачете добровольного перечисления «ОТКК» в возмещение недоимки по НДС в сумме 230 000 рублей.

Полагает, что суд при установлении факта неопределенности в периоде гашения недоимки в размере 230 000 рублей должен признать добровольное гашение недоимки по НДС, что влечет отсутствие состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 199.2 УК РФ.

Обращает внимание, что защитой поданы замечания на протоколы судебных заседаний. Указывает что они не приобщены к материалам дела, что не позволит суду апелляционной инстанции дать оценку их обоснованности. Просит приобщить замечания к протоколу судебных заседаний, а также стенограммы к замечаниям.

Прост приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...>, в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ссылается на положения ч.3 ст. 278 УПК РФ, согласно которым первой задает вопросы свидетелю та сторона, по ходатайству которой он вызван в судебное заседание. Ссылаясь на аудиозапись судебных заседаний, протоколы судебных заседаний, утверждает, что на протяжении судебного разбирательства, суд первым начинал задавать вопросы свидетелям Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №12, ФИО3, Свидетель №10

Считает, что судом нарушен принцип состязательности сторон, а также права на защиту, что является существенным нарушением УПК РФ.

Обращает внимание, что органами следствия по ходатайству защиты в список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание для допроса в качестве специалистов, были включены эксперты Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО» ФИО16 и ФИО15, показания которых имеют значение для подтверждения позиции защиты.

Ссылаясь на положения ст. 244 УПК РФ, согласно которым в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равными правами на представление доказательств, указывает, что ходатайство защиты о проведении допроса экспертов со стороны защиты путем видеоконференцсвязи было удовлетворено, а после получения ответа генерального директора Фонда «ТЕХЭКО» ФИО17 о том, что ФИО14 и ФИО8 находились в ежегодных отпусках с выездом из <...>, в удовлетворении ходатайства защиты о переносе допроса экспертов было отказано.

Ссылается на положения ст. 256 УПК РФ, согласно которым по вопросам, разрешаемым судом во время судебного заседания, суд выносит определения или постановления, которые подлежат оглашению в судебном заседании. Приводит положения закона, согласно которым постановление о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии со статьей 237 УПК РФ, о назначении судебной экспертизы, выносится в совещательной комнате и излагается в виде отдельного процессуального документа, подписываемого судьей.

Обращают внимание, что <...> вопросы о назначении повторной судебной-экономической экспертизы, повторной судебной почерковедческой экспертизы, судебной габитоскопической экспертизы по уголовному делу, были рассмотрены судом на месте без удаления суда в совещательную комнату. Аналогичные нарушения допущены судом в судебном заседании, проведенном <...>, где заявленные ходатайства о проведении экспертиз были рассмотрены на месте, за исключением ходатайства о проведении судебной габитоскопической экспертизы, по результатам которого суд в совещательной комнате вынес отдельное постановление.

Ссылаются на ст. 295 УПК РФ, согласно которой, заслушав последнее слово подсудимого, суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора, о чем председательствующий объявляет присутствующим в зале судебного заседания с указанием времени оглашения приговора. Указывает, что <...> суд перед удалением в совещательную комнату объявил о том, что приговор будет оглашен в 17 ч. 00 мин. <...>, а приговор был оглашен в 12 часов 00 минут <...>, что подтверждается датой постановления приговора.

Обращает внимание, что протокол судебного заседания не содержит сведений о времени удаления в суда в совещательную комнату для постановления приговора и времени оглашения приговора, что является существенным нарушением УПК РФ.

Отмечает, что в судебном заседании <...> была в соответствии с положениями ч.7 ст. 241 УПК РФ оглашена только вводная и резолютивная части приговора. Однако указанных данных, как и разъяснения порядка ознакомления с полным текстом приговора, протокол судебного заседания не содержит, что является нарушением требований к протоколу судебного заседания, предусмотренных ст. 259 УПК РФ.

Просит приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор.

Государственным обвинителем Федоркиной М.И. на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Бастера А.Ю. представлены возражения.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 обращает внимание на то, что <...> постановлением Куйбышевского районного суда Омской области замечания на протоколы судебных заседаний частично удостоверены, из протокола судебного заседания исключены показания свидетеля ФИО3, Свидетель №6,Свидетель №7, ФИО2, Свидетель №29, Свидетель №23, Свидетель №22, Свидетель №27, Свидетель №28, Свидетель №18, Свидетель №26, Свидетель №16, Свидетель №24, Свидетель №25, в том виде, в котором они изложены в протоколе, так как данных показаний эти свидетели не давали.

Указывает, что таким образом, изложенные в приговоре показания вышеуказанных свидетелей непосредственно в судебном заседании не исследовались, в связи с чем полагает, что при данных обстоятельствах выводы суда о его виновности не основаны на исследованных в судебном заведении доказательствах.

Просит приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> отменить и вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, возражения прокурора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалоб, а приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в сокрытии денежных средств ООО «Омская территориальная коммунальная компания», за счет которых он мог погасить сформировавшуюся задолженность по налогу на добавленную стоимость, соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Все юридические значимые обстоятельства по делу установлены верно.

Суд подробно изложил в приговоре эти обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО1 осуществлял фактическое руководство ООО «Омская территориальная коммунальная компания», был осведомлен о наличии задолженности в размере 2804436 рублей и принятии решений ИФНС России № <...> по ЦАО г.Омска о принудительном взыскания недоимки, и по этой причине с привлечением иных лиц, не осведомленных о преступном характере его действий, обеспечил подписание и направление в адрес дебитора ООО «Расчетный Центр ОТС» распорядительных писем о перечислении денежных средств его организации на расчетные счета контрагентов ООО «Актив-Айти», ООО «Врубелево-Тепло», ООО «Газпромнефть-корпоративные продажи», ООО «Сибтрансгаз», ООО «Темаск-Информ», ООО «ТК «Антрацит», УФССП России по Омской области, ООО «Коттон Клаб Н», ООО «Омские кабельные сети», ООО «ПСК «Омскдизель», ООО «ПТ-Ресурс», ООО «МП «Арсенал», ООО «Авто<...>», ФИО18, ФИО19, ФИО20, Свидетель №14, ФИО21, ФИО22, ФИО23, помимо основного счета ООО «Омская территориальная коммунальная компания».

Вопреки утверждениям защиты, судом верно на основе исследованных доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, установлены как период, в течение которого ФИО1 скрывал денежные средства, как и сумма сокрытого дохода в 2337329, 60 рублей, превышающая 2250000 рублей, размер задолженности в 2804436 рублей.

Данные выводы суда основаны на всесторонне исследованных и правильно оцененных доказательствах.

Суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил и дал в приговоре надлежащую оценку всем исследованным по делу доказательствам, с точки зрения их относимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для правильного разрешения дела. Ни одно из доказательств, допустимость которого вызывало бы сомнение, вопреки позиции защиты, не положено в обоснование выводов постановленного приговора.

Анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Приведена мотивировка принятых судом решений, в связи с чем доводы жалоб о неполноте судебного разбирательства являются несостоятельными.

Тот факт, что на протокол судебного заседания приносились замечания, которые были удостоверены, в том числе <...>, а именно, из протокола судебного заседания исключены показания ряда свидетелей; а также дополнены и уточнены показания ряда свидетелей, не может свидетельствовать о существенном нарушении уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены состоявшегося судебного решения по следующим основаниям:

Исходя из тех замечаний на протокол судебного заседания, которые были судом удостоверены, фактически можно сделать вывод, что свидетели подтверждали свои показания, но давали их другими словами, чем изложено в приговоре.

Действующее законодательство не обязывает суд излагать в приговоре показания свидетелей именно в том варианте, в котором они озвучивались в суде. Как следует из приговора, судом в приговоре фактически отражена суть данных свидетелями показаний, которая не содержит существенных противоречий с данными свидетелями показаниями в судебном заседании.

Кроме того, из содержания протокола судебного заседания видно, что судом исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, допущено не было.

С достаточной полнотой судом проанализированы показания как осужденного ФИО1, так и сотрудников ООО «Омская территориальная коммунальная компания» и ООО «Расчетный Центр ОТС», контрагентов Свидетель №10, Свидетель №26, Свидетель №9, Свидетель №12, Свидетель №11, Свидетель №2, Свидетель №8, Свидетель №18, данные о которых указаны в приговоре, сотрудника налогового органа ФИО3, иных свидетелей обвинения и защиты, содержание протокол очных ставок с основными свидетелями по делу, а также письменные доказательства, представленные в материалах уголовного дела, включая те, что положены в основу выводов о виновности, заключение почерковедческой и судебно-экономической экспертиз, детализации телефонных соединений, протоколов выемки банковских документов, осмотра изъятых документов, включая, требования об уплате налогов, инкассовые поручения, решения о приостановлении операций по счету, распорядительные письма и т.п.

В судебном заседании ФИО1 подробно изложил свою позицию, согласно которой в инкриминируемый период времени финансово-хозяйственную деятельность в организации ООО «Омская территориальная коммунальная компания» в качестве руководителя осуществлял ФИО6, а не он, при этом, оспаривая размер налоговой задолженности, выдвигая версию о том, что в налоговой декларации за 2 квартал 2017 года в августе 2017 года бухгалтером ошибочно были внесены данные об отчуждении недостроенного газопровода в <...>, несмотря на расторжение соглашения об отступном еще в июле 2017 года и подачу им уточненной налоговой декларации до увольнения из организации, одновременно утверждая о неисполнении бухгалтером его указаний о перечислении 230000 рублей в счет задолженности за иной период, нежели установлено следствием.

Данная версия осужденного ФИО1 тщательно судом проверялась и признана несостоятельной, при этом выводы суда о его виновности представляются суду апелляционной инстанции убедительным.

Выводы суда, прежде всего, основаны на показаниях свидетелей Свидетель №7, Свидетель №15, Свидетель №23, Свидетель №22, Свидетель №27, Свидетель №28, ФИО2, в целом подтверждающие обстоятельства, при которых именно осужденный ФИО1, а не иное лицо, выполнял в организации ООО «Омская территориальная коммунальная компания» управленческие функции, связанные с распоряжением денежными средствами, направлением распорядительных писем в ООО «Расчетный Центр ОТС» о расчетах, минуя ООО «Омская территориальная коммунальная компания».

Соответственно, установленные судом обстоятельства фактического руководства названной организацией позволяют согласиться с тем, что ФИО1, осуществляя руководство финансово-хозяйственной деятельностью, достоверно знал о наличии задолженности по уплатеналогов, а также о том, что налоговой инспекцией производится процедура принудительного взыскания задолженности поналогам.

Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что ФИО1, будучи лишенным возможности расчетов с контрагентами через расчетные счета ООО «Омская территориальная коммунальная компания», игнорируя требования налоговой инспекции об уплате недоимки поналогам, действуя в нарушение налогового законодательства с цельюсокрытияденежных средств и бесспорного взыскания денежных средств принял решение об осуществлении расчетов с контрагентами без зачисления денежных средств на расчетные счета ООО «Омская территориальная коммунальная компания» путем направления в адрес ООО «Расчетный центр ОТС» распорядительных писем с просьбой о перечислении денежных средств напрямую, минуя основные счета.

Факт формального назначения на должность генерального директора ООО «Омская территориальная коммунальная компания» ФИО6 с августа 2017 года, подписание за него документов неким Свидетель №19, не способным занимать руководящую должность в силу асоциального образа жизни, подтвержден рядом доказательств, а именно подробно изложенными показаниями свидетелей Свидетель №24, Свидетель №25, при свидетелю ФИО24 на обозрение представлялся паспорт на имя ФИО6, паспорт на имя Свидетель №19 и фото последнего, на что свидетель показал, что на всех фото изображен человек, очень похожий на его сына Свидетель №19

Эти обстоятельства подтверждены также установленным фактом отсутствия в базе данных <...> сведений о ФИО6, данными экспертного исследования о подписании документов Свидетель №19, показаниями ФИО1 и Свидетель №6 о подписании документов лицом, оставившим данные телефона, номер которого свидетельствует о его принадлежности Свидетель №19

Отсутствие возможности вызвать для допроса в органы следствия и суда как ФИО6, так и ФИО24, подтверждают правильность возникшего у суда убеждения в том, что ФИО1 с целью реализации возникшего умысла на сокрытие денежных средств обеспечил возможность с использованием анкетных данных иных лиц, не осведомленных о преступном характере его действий, получать имущественную выгоду, минуя расчетные счета организации-должника.

Из показаний Свидетель №6 видно, что направлял письма в Казахстан ФИО6, которые никто не получал и на телефон последний не отвечал, в отделе полиции в Свидетель №19 узнал ФИО6. Напротив, из показаний ФИО10 следует, что лицо, представившееся как ФИО6, оставило в распоряжении номер телефона, принадлежащий ФИО24.

Доводы защиты о невиновности со ссылкой на показания свидетеля Свидетель №4 также признаны несостоятельными, поскольку свидетель лишь подтвердил, что работал на основании доверенности на ведение дел в судах, а кто вел финансово-хозяйственную деятельность и вел ли ее ФИО6 свидетелю не было известно.

Факт официального увольнения из ООО «Омская территориальная коммунальная компания» ФИО1 и трудоустройства в иную организацию, на что указывает защита, о его непричастности к совершению преступления, об отсутствии отношений с названной организацией, свидетельствовать не может, поскольку не исключает возможность фактического руководства осужденным ООО «Омская территориальная коммунальная компания».

Стоит согласиться с судом, отразившим в приговоре данные о том, что сотрудники компании Свидетель №28 (начальник транспортного отдела), Свидетель №15 (начальник общего отдела), Свидетель №7 (бухгалтер) были уволены из компании, наряду с ФИО1, и осуществляли свои обязанности на основании гражданско-правового договора.

Это очевидно следует из обстоятельств неспособности организации полноценно осуществлять финансово-хозяйственную деятельность и содержать штат работников. Более того, ФИО1 получал доход, что подтверждено данными справки 2 НДФЛ. (т.11 л.д.220) с января по октябрь включительно.

Вопреки позиции защиты, отсутствуют объективные данные, подтверждающие, что ФИО6 сотрудники организации видели бы в офисе, более того, обращались к нему как руководителю организации.

Из показаний Свидетель №28 видно, что с <...> по <...> он продолжал работать по гражданско-правовому договору, с вопросами обращался к ФИО1, с руководством предприятия не встречался, случайно узнал, оформляя транспортные листы, что руководителем числится ФИО6, но того ни разу не видел.

Показания Свидетель №27 (водитель автокрана) позволяют понять, что с августа 2017 года и в октябре 2017 года он работал по срочному трудовому договору и с июня 2017 по 2018 функции директора исполнял ФИО1, а ФИО6 ему не знаком.

Не видела ФИО6 и свидетель Свидетель №7 (бухгалтер), которая показала что ФИО1 не просто давал указания о перечислении денежных средств в адрес иных предприятий, но и указывал какие суммы и в адрес каких организаций. О том, что директором числился ФИО6, узнала в связи с тем, что в готовила соответствующие документы и в письмах указывала данные ФИО6.

Свидетель №26 (директор ООО «Расчетный центр «ОТС» с <...>) также не видела никогда ФИО6

Ссылка защиты на показания главного бухгалтера ФИО2 как доказательство невиновности ФИО1 несостоятельна, поскольку свидетель утверждал, что в октябре 2017 года она уволилась и передала все делопроизводство Катковой.

Анализируя показания Свидетель №28 на следствии, видно, что он в целом давал аналогичные показания, при этом утверждал, что именно ФИО1 осуществлял фактическое руководство предприятием, и именно его, а не ФИО6, он видел в офисе (т.5 л.д.241-243, т.6 л.д.53-57)

Анализируя показания Свидетель №18, следует согласиться с выводами суда, поскольку его организация ООО «Сибтрансгаз» в октябре 2017 года обслуживала ООО «Омская территориальная коммунальная компания», но ФИО6 ему не был знаком.

Показаниям Катковой на предмет возможного оговора осужденного и показаниям Свидетель №28 на следствии дана правильная оценка.

Суд апелляционной инстанции с ней соглашается в полной мере.

Соответствующий анализ и оценка показаний ФИО10, Свидетель №4, Свидетель №29, которые общались с ФИО6, судом также дан, из которых следует, что объективных данных, позволяющих согласиться с тем, что фактическим руководителем ФИО1 не являлся, по делу не имеется.

Показания свидетеля ФИО3 - начальника отдела по урегулированию задолженности и обеспечения процедур банкротства ИФНС России № <...> по ЦАО г.Омска изложены в приговоре и позволяют понять, что у ООО «Омская территориальная коммунальная компания» постоянно формировалась задолженность и в этой связи неоднократно направлялись требования об уплате налогов, однако Кордонис с использованием счета ООО «Расчетный Центр ОТС» вел финансово-хозяйственную деятельность. В связи с образовавшейся недоимкой по НДС за 2 квартал 2017 года ИФНС направлено требование в адрес компании от <...> в сумме 2804436 рублей со сроком уплаты 25.08.20127 года. В связи с неисполнением указанного требования налоговым органом принято решение о взыскании налога за счет денежных средств на счетах налогоплательщика, на основании которого было выставлено инкассовое поручение на списание задолженности в банке, а также решение о приостановлении операции по расчетному счету. ООО самостоятельно уплату недоимки не осуществляло. Налоговому органу не было известно, что ООО направляло в адрес своих контрагентов распорядительные письма о перечислении денежных средств, узнали в ходе проведения следственного эксперимента про агентские договоры На счета третьих лиц, минуя его расчетные счета, шли поступления активно. В случае поступления указанных денежных средств на расчетные счета они были бы списаны в бесспорном порядке в счет уплаты налогов и сборов. Уточненную декларацию не сдавали и все налоги списаны по инкассовым поручениям, несмотря на то, имелись агентские договоры.

Достоверность показаний допрошенных по делу свидетелей у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку оснований для оговора ФИО1 у них не имеется, их показания согласуются между собой, соответствуют материалам уголовного дела, дополняют друг друга и содержат исчерпывающие сведения относительно подлежащих доказыванию обстоятельств.

Оснований ставить под сомнения выводы судебной почерковедческой № <...> от <...> (т.4 л.д.221-259) у суда апелляционной инстанции также не имеется, экспертиза проведена экспертом, имеющим высшее образование и аттестацию на право самостоятельного производства почерковедческой экспертизы, стаж работы в качестве эксперта по указанной специальности с 1999 года, при проведении экспертизы экспертом исследовались оригиналы документов, свободные и экспериментальные образцы почерка и подписей, исследование проводилось в соответствии с традиционной методикой, визуально и при помощи микроскопа и экспертно-криминалистического видеокомплекса.

Нет оснований сомневаться и в выводах судебно-экономической экспертизы № <...> от <...> (т.4 л.д.166-175), которой установлены, помимо прочего, период в течение которого ФИО1 скрывал денежные средства, так и сумма сокрытого дохода.

Установленных законом оснований ставить под сомнения выводы экспертиз не имеется, поскольку какой-либо прямой или косвенной заинтересованности экспертов в исходе дела из материалов дела не усматривается.

Судом первой инстанции данное доказательство оценивалось на предмет достоверности и допустимости и обоснованно признано допустимым доказательством, по изложенным в приговоре основаниям.

Подвергалось оценке и заключение специалиста № <...>/ц от <...> и с приведением соответствующих мотивов было не принято в качестве доказательства.

Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции нет.

Доводы жалоб о несогласии с данной судом оценкой доказательств по делу, не могут служить основанием к отмене состоявшегося судебного решения, посколькусуд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Правила оценки доказательств судом первой инстанции не нарушены, обоснование выводов суда подробно изложено в решении, оснований к переоценке доказательств суд не усматривает.

Ссылка на незаконность отказа суда в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы также не может быть принята во внимание как основание для отмены приговора.

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности заключения, наличием противоречий в заключении суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам. Назначение повторной экспертизы должно быть мотивировано, при этом суду следует указывать, какие выводы первичной экспертизы вызывают сомнение, сослаться на обстоятельства дела, которые не согласуются с выводами эксперта.В данном случае заключение ясно и полно, в заключении указаны метод исследования, оценка результатов исследования, обоснование и формулировка выводов по постановленным вопросам, при этом материалы, иллюстрирующие заключение эксперта прилагаются к заключению и служат его составной частью, только при их наличии, экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности сформулирован ответ на поставленный вопрос, а несогласие с выводами эксперта не является основанием для назначения повторной экспертизы.

Несогласие с заключением эксперта само по себе не может свидетельствовать о наличии сомнений в правильности или обоснованности экспертного заключения.

Что касается доводов жалоб о расторжении соглашения об отступном, суд первой инстанции не оставил их без внимания.

Указанные доводы стороны защиты обоснованно суд отверг как несостоятельные, мотивировав свои выводы, признал безосновательными доводы о неправильном исчислении размера недоимки, соответствующие суждения содержатся в приговоре. До настоящего времени размер недоимки не оспорен, ООО не обратилось по вопросам излишне начисленных налогов по НДС в налоговый орган и уточненную декларацию не представило.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что эти обстоятельства не влияют на выводы о доказанности вины ФИО1 в сокрытии денежных средств, поскольку все подлежащие доказыванию обстоятельства по данному делу в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ суд установил правильно, в том числе размер сокрытого дохода.

Также суд дал оценку и версии защиты о добровольном погашении налогов на 230000 рублей.

Как верно указал суд, налоговое законодательство предусматривает лишь право налогоплательщика указать период, за который происходит оплата задолженности по налогам и сборам, однако период оплачиваемой задолженности указан не был, что подтверждено и показаниями свидетеля ФИО25

Суд апелляционной инстанции находит верной оценку исследованных доказательств как с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого из них, так и с точки зрения достаточности всей их совокупности для принятия правильного решения по делу и считает обоснованным вывод о виновности в совершении инкриминируемого ему преступления. Соответственно доводы жалоб об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления обоснованными признать нельзя.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы, аналогичные указанным в жалобах, были известны суду, являлись предметом исследования в судебном заседании и мотивированно отвергнуты как противоречащие установленным по делу обстоятельствам, материалам дела, показаниям незаинтересованных лиц.

Материалы уголовного дела свидетельствуют о том, что дело рассмотрено полно, объективно и всесторонне, с соблюдением состязательности сторон, без нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора. Сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Вопреки доводам апелляционных жалоб все ходатайства стороны защиты, в том числе о вызове специалистов о признании доказательств недопустимыми, были разрешенысудомпервой инстанции с приведением соответствующих мотивов и оснований принятых решений.

Иные доводы апелляционной жалобы о невиновности в совершении преступления, повторяют содержание доводов стороны защиты в судебном разбирательстве дела, которые судом первой инстанции были тщательно проверены и оценены. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит.

Суд правильно признал достоверными и не противоречащими друг другу показания свидетелей, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются другими доказательствами. Оснований для оговора осужденного свидетелями судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

К показаниям ФИО1, который не признал свою вину и не согласился с обвинением, суд относится критически, рассматривая показания виновного как способ защиты и желание избежать уголовной ответственности за содеянное.

При наличии в деле доказательств, суд, исходя из отношения ФИО1 к содеянному и направленности его умысла, установив, что последним выполнены действия, направленные на воспрепятствование принудительному взысканию недоимки по налогам в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами совершения преступления действия обоснованно квалифицировал по ч. 1 ст.199.2 УК РФ как сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам и страховым взносам, в крупном размере.

Ошибочное не указание части указанной статьи в резолютивной части приговора, а также во вводной части приговора, на законность и обоснованность постановленного решения не влияет, и расценивается судом апелляционной инстанции как техническая описка, в связи с чем вводную и резолютивные части приговора в указанной части надлежит уточнить.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, судом учтены характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, а именно, наличие на иждивении ребенка, состояние здоровья осужденного и его близких родственников.

Учтена в должной мере положительная характеристика и социальная обустроенность. Наказание в виде штрафа, размер которого соразмерен содеянному, данным о личности, его имущественному положению, всем заслуживающим внимание обстоятельствам, является справедливым.

Вместе с тем, ФИО1 обоснованно освобожден от назначенного наказания за истечением срока давности уголовного преследования, поскольку на момент рассмотрения дела судом истек двухгодичный срок привлечения его к уголовной ответственности со дня совершения им преступления по ч. 1 ст.199.2 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя М.И. Федоркиной удовлетворить.

Приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> в отношении ФИО1 изменить.

Во вводной части приговора считать ФИО1 обвиняемым в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199.2 УК РФ.

В резолютивной части приговора считать правильной квалификацию действий ФИО1 по ч.1 ст.199.2 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренным главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Е.Г. Курнышова