Апелляционное постановление № 22-667/2025 от 21 июля 2025 г. по делу № 1-108/2025

№ 22-667/2025 судья ФИО2


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Рязань 22 июля 2025 года

Суд апелляционной инстанции в составе:

председательствующего судьи Рязанского областного суда Владимировой С.В.,

при секретарях судебного заседания Собашниковой Т.Г., Зиминой В.А.,

с участием

прокурора Шкробот А.В.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Вилкова Н.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Вилкова Н.А. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Московского районного суда г. Рязани от 7 мая 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес><адрес>, гражданин <адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, имеющий <скрыто> образование, <скрыто>, несовершеннолетних детей не имеющий, работающий <скрыто>», невоеннообязанный, ранее не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком 2 года с возложением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО1 лишен права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Мера процессуального принуждения – обязательство о явке – до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, после чего постановлено отменить.

Также по делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Владимировой С.В., выслушав выступление осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Вилкова Н.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших приговор суда изменить, выступления прокурора Шкробот А.В., полагавшей приговор подлежащим изменению, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что являясь лицом, управляющим другим механическим средством, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления признал полностью.

В апелляционной жалобе защитник осужденного - адвокат Вилков Н.А., не оспаривая событие и состав совершенного ФИО1 преступления, просит приговор суда изменить в части назначения наказания в сторону смягчения, указывая на то, что при назначении наказания судом в приговоре необоснованно исключено из числа смягчающих вину обстоятельств – противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ) и нарушение ею требования п. 1.8 Инструкции по охране труда для всех работающих ИОТ 1-2022, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ <скрыто>», которые в полной мере соответствуют требованиям п. 4.1 Правил дорожного движения РФ, поскольку она двигалась не вдоль края проезжей части, а на расстоянии 2,9 м от него, что не позволило ФИО1 вовремя ее обнаружить и исключить наезд на нее,

суд назначил ФИО1 дополнительное наказание в виде права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, без учета требований ч. 1 ст. 264 УК РФ, ч. 3 ст. 47 УК РФ, разъяснений, данных в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», и постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», и не учел, что ФИО1 свою вину в совершении преступления с момента наезда и до вынесения приговора признавал полностью, своих показаний не менял, активно участвовал в следственном действии – проверке показаний на месте, ранее к уголовной ответственности не привлекался, также не привлекался к административной ответственности за нарушения правил дорожного движения, сопряженные с опасностью для других участников дорожного движения, произошедшие события стали трагической случайностью, ФИО1 всю жизнь работал и до настоящего времени работает водителем, по месту работы характеризуется исключительно положительно, профессия водителя является единственным источником его дохода, в случае лишения его прав, он будет лишен возможности зарабатывания средств для существования и возмещения потерпевшей стороне ущерба в случае подачи соответствующего иска, также, необходимость назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, суд мотивировал лишь допущенным подсудимым нарушением Правил дорожного движения РФ, вследствие чего наступили последствия в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшей, то есть суд мотивировал только объективной стороной совершенного ФИО1 преступления, за что уже УК РФ предусматривает наказание,

приговором на осужденного возложены ограничения, в том числе в виде обязанности являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации, между тем в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ указанная явка является не ограничением, а обязанностью.

Защитник просит приговор Московского районного суда г. Рязани от 7 мая 2025 года изменить, признать в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего вину ФИО1 обстоятельства - противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, не применять к ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на основании ч. 1 ст. 53 УК РФ исключить из числа установленных осужденному ФИО1 ограничений, - явку в специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации, и возложить на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации ежемесячно в установленное время.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника старший помощник прокурора Московского района г. Рязани ФИО7 просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, приговор Московского районного суда г. Рязани от 7 мая 2025 года без изменения, указав на отсутствие нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства при вынесении приговора, считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, суд учел все обстоятельства, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, осужденному назначено справедливое наказание, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, при этом суд учел все установленные смягчающие наказание обстоятельства и правильно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания поведения потерпевшей противоправным.

В судебном заседании защитник Вилков Н.А. уточнил доводы апелляционной жалобы, пояснив, что им ошибочно указано о возложении приговором суда на осужденного явки в специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации как ограничения, а не обязанности, поскольку из приговора следует иное.

Выслушав участников процесса, проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при постановлении приговора в отношении ФИО1 не выполнено.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства дела. Все представленные доказательства судом исследованы, проанализированы, проверены и оценены в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности и все собранные доказательства с точки зрения их достаточности для разрешения уголовного дела.

На основании этой оценки, по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ, судом сделан обоснованный вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления.

Процедура судопроизводства соблюдена. Судебное разбирательство проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона, объективно и с достаточной полнотой, в условиях состязательности и равноправия сторон, в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ.

Приведенные в приговоре доказательства сторонами не оспариваются.

Суд апелляционной инстанции находит, что все принятые судом доказательства согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам и дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей допустимости и достоверности, они были правильно приняты в подтверждение виновности осужденного ФИО1

Как правильно указал суд первой инстанции, исследованная в судебном заседании совокупность доказательств явилась достаточной для вывода о доказанности вины осужденного в совершении инкриминируемого ему преступления.

Анализ имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Вместе с тем, несмотря на правильность выводов суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, имеются основания для изменения приговора.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционной жалобы и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Уголовная ответственность по ч. 1 ст. 264 УК РФ наступает в случаях нарушения лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Из обжалуемого приговора следует, что суд первой инстанции, излагая краткую формулировку обвинения ФИО1, указал, что «он, являясь лицом, управляющим другим механическим средством, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека», при этом, установил, что тот управлял грузовым автомобилем марки «LADA, RS015L LADA LARGUS», государственный регистрационный знак № что в полной мере соответствует обстоятельствам, относящимся к объективной стороне преступления, приведенным в приговоре.

Также, квалифицируя действияФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части указал, чтоквалифицирует его действия «как нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим автомобилем, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека», что влечет изменение приговора с указанием в его описательно-мотивировочной части (при изложении краткой формулировки обвинения) вместо управления другим механическим средством, управление автомобилем.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из того, что данное изменение не влечет ухудшение положения осужденного, не изменяет ни содержание, ни объем обвинения, поскольку согласно п. 1.2 Правил дорожного движения РФ «Механическое транспортное средство - транспортное средство, приводимое в движение двигателем», к чему относится грузовой автомобиль марки «LADA, RS015L LADA LARGUS», государственный регистрационный знак №», то есть существо предъявленного ФИО1 обвинения не изменяется, как и не изменяется существо установленного судом преступного деяния.

При описании преступного деяния судом первой инстанции указано, что ФИО1 нарушены требования п.п. 1.3, 1.2, 1.5, 8.1, 8.12, 10.1 Правил дорожного движения РФ, и посчитал, что их нарушение находится в прямой причинной связи с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия.

Между тем суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что из описания преступного деяния, содержащегося в описательно-мотивировочной части приговора, подлежит исключению указание о нарушении ФИО1 следующих пунктов Правил дорожного движения РФ:

1.3 «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами» и 1.5 «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», которые относятся к общим положениям правил дорожного движения, указанные пункты правил не находятся в непосредственной причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжких телесных повреждений потерпевшей ФИО8;

1.2 «Уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость», поскольку при описании события совершенного ФИО1 преступления не указано в чем конкретно выразилось нарушение им данного пункта, не указаны обстоятельства, свидетельствующие о наличии у потерпевшей ФИО8 права на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к ФИО1 и обязанности у последнего уступить ей дорогу;

10.1 «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», поскольку при описании события совершенного ФИО1 преступления судом указано, что ФИО1 начал движение задним ходом со скоростью примерно 1-2 км/ч, которая не обеспечила ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, вследствие чего центральной задней частью кузова управляемого им транспортного средства совершил наезд на пешехода ФИО8 Между тем, как следует из обстоятельств совершенного преступления, установленных судом первой инстанции, наезд на пешехода ФИО8 произошел не в виду потери водителем ФИО1 контроля за управлением автомобилем, а в связи с тем, что ФИО1 не убедился в безопасности своего маневра, вследствие чего не обнаружил пешехода ФИО8, а предполагаемое нарушение водителем ФИО1 требований п. 10.1 Правил дорожного движения РФ не свидетельствует о том, что оно состоит в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием,

п. 8.1. «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», поскольку из обстоятельств совершенного преступления, установленных судом первой инстанции, а также из видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, содержащейся на компакт-диске, приобщенном к материалам уголовного дела, следует, что перед началом маневра - движение задним ходом ФИО1 подавал световые сигналы фонарями заднего хода, что не может свидетельствовать о допущенном им нарушении п. 8.1 ПДД РФ.

Помимо этого, суд первой инстанции, установив нарушение ФИО1 п.п. 1.3, 1.2, 1.5, 8.1, 8.12, 10.1 Правил дорожного движения РФ и признав доказанным факт совершения им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, при квалификации действий осужденного, указал на нарушение ФИО1 только п.п. 8.12 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, что является дополнительным основанием для исключения указания на нарушение ФИО1 п.п. 1.3, 1.2, 1.5, 8.1 Правил дорожного движения РФ при описании преступного деяния.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что осужденным был нарушен п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, согласно которому движение транспортных средств задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам дорожного движения, поскольку нарушение ФИО1 указанного пункта Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинно-следственной связи с данным дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО8

Также судом первой инстанции верно указано, что квалифицирующий признак «причинение тяжкого вреда здоровью человека» нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшей ФИО8 был причинен тяжкий вред здоровью. Оснований ставить под сомнение выводы данной экспертизы не имеется.

В судебном заседании ФИО1 правильно ориентировался в судебной ситуации и принимал активное участие в исследовании доказательств по делу, при отсутствии каких-либо сомнений в его способности осознавать окружающую обстановку и адекватно реагировать на происходящие события. Учитывая изложенное, суд первой инстанции признал его вменяемым по отношению к инкриминируемому ему деянию.

С учетом исследованных материалов уголовного дела в качестве смягчающих наказание осужденного ФИО1 обстоятельств суд обоснованно в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учел активное способствование расследованию преступления, поскольку ФИО1 давал признательные показания, участвовал в следственных действиях, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учел признание им вины, раскаяние в содеянном, частичное возмещение ущерба потерпевшей в размере 50000 рублей.

Оснований полагать, что при назначении осужденному ФИО1 наказания суд не учел подлежащие учету в силу уголовного закона смягчающие обстоятельства, не имеется, данных о наличии таких обстоятельств материалы уголовного дела не содержат и суду апелляционной инстанции не представлены.

Доводы апелляционной жалобы о необходимости признания смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, нарушение потерпевшей ФИО3 п. 4.1 Правил дорожного движения РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст. 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, Правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и в виду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил, эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание.

При этом, не любые нарушения Правил дорожного движения потерпевшим могут признаваться судом обстоятельствами, смягчающими наказание, а только те из них, которые наряду с нарушениями, допущенными водителем транспортного средства, находятся в причинной связи с наступившими последствиями.

Также, противоправность поведения лица по смыслу п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ должна иметь место не вообще, а являться именно поводом для совершения конкретного преступления, как это и указано в уголовном законе.

Как следует из материалов уголовного дела, потерпевшая ФИО8 непосредственно в момент дорожно-транспортного происшествия двигалась по проезжей части, по левой, по ее ходу движения стороне, навстречу движению транспортных средств, поскольку на данном участке местности отсутствовали тротуары, пешеходные дорожки, велопешеходные дорожки и обочины. Между тем, в момент дорожно-транспортного происшествия она двигалась на расстоянии 2,9 м от левой границы проезжей части, где и произошел наезд на нее грузового автомобиля марки «LADA, RS015L LADA LARGUS», государственный регистрационный знак №», под управлением водителя ФИО1, то есть потерпевшая не в полном объеме соблюдала требования п. 4.1 Правил дорожного движения РФ, а именно, в части соблюдения обязанности двигаться в данном случае по краю проезжей части, поскольку расстояние 2,9 м от края проезжей части при ширине дороги 6,1 м не свидетельствует об этом. Между тем, данное нарушение правил дорожного движения потерпевшей не находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, так как оно произошло только по вине водителя ФИО1, который двигался следом за потерпевшей на автомобиле задним ходом, не убедившись в безопасности своих действий. Наезд на потерпевшую произошел со спины, она не знала и не должна была знать о том, что водитель припаркованного автомобиля марки «LADA, RS015L LADA LARGUS», государственный регистрационный знак №», осуществит движение задним ходом, поскольку в тот момент, когда она проходила мимо него, он движения не осуществлял, а затем, начав движение, звуковой сигнал не подавал, а световые сигналы потерпевшая видеть не могла. Тогда как водитель ФИО1 перед началом движения задним ходом должен был убедиться в том, что не создает опасность и помех другим участникам дорожного движения, в том числе с помощью других лиц.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований для признания частичного нарушения потерпевшей ФИО8 п. 4.1 Правил дорожного движения РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, ни в порядке п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, ни в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ. Суд апелляционной инстанции также не находит оснований для этого.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

В приговоре суд первой инстанции мотивировал невозможность применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ.

Основное наказание судом назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, тяжести совершенного преступления, наступления последствий, с учетом данных о личности осужденного, а также с учетом влияния наказания на его исправление и условия жизни.

Руководствуясь принципами справедливости и индивидуализации наказания, с учетом вышеуказанных обстоятельств и для достижения целей наказания, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что исправление ФИО1 возможно при назначении наказания в виде ограничения свободы. Принятое решение надлежаще мотивировано в приговоре.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что требования ч. 1 ст. 53 УК РФ судом первой инстанции в целом выполнены, наказание в виде ограничения свободы назначено, поскольку обязательные ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, не менять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, как и обязанность являться для регистрации в орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, осужденному судом установлены.

Между тем при установлении ограничения в виде «запрета не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы» судом первой инстанции не учтены разъяснения, данные в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» согласно которым, в случае назначения ограничения свободы в качестве основного наказания в приговоре необходимо устанавливать территорию, за пределы которой осужденному запрещается выезжать и в пределах которой ему запрещается посещать определенные места без согласия уголовно-исполнительной инспекции.

ФИО1 фактически проживает в городе Рязани, который является муниципальным образованием, а поэтому, учитывая, что положение осужденного не ухудшается, надлежит уточнить формулировку указанного ограничения путем указания наименования муниципального образования, за пределы территории которого осужденному запрещается выезжать без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, - <адрес>.

Также допущенная судом первой инстанции формулировка ограничения «не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы» требует уточнения путем исключения явно излишней ссылки на ограничение изменения места пребывания, поскольку из материалов уголовного дела видно, что у осужденного имеется постоянное место жительства и регистрации в городе Рязани.

С учетом вносимого изменения в объем обвинения (исключение п.п. 1.2, 1.3, 1.5, 8.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ) размер назначенного основного наказания в виде ограничения свободы подлежит смягчению до справедливого предела.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ судом первой инстанции применено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, при этом, суд мотивировал свое решение тем, что из-за допущенного ФИО1 нарушения Правил дорожного движения РФ наступили последствия в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Суд находит, что дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначено без достаточного обоснования и влияния наказания на условия жизни ФИО1

Согласно ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Согласно разъяснениям, данным в абз. 3 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» по смыслу ст. 47 УК РФ при назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью при наличии к тому оснований и с учетом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, следует обсуждать вопрос о целесообразности его применения в отношении лица, для которого соответствующая деятельность связана с его единственной профессией.

Судом первой инстанции мотивы назначения дополнительного наказания при наличии смягчающих наказание обстоятельств не приведены, не учтено, что ФИО1 длительное время работает водителем, по месту работы характеризуется положительно. Несмотря на это суд не обсудил вопрос целесообразности применения в отношении него такого вида наказания, хотя довод ФИО1 о том, что работа водителем для него единственный источник дохода не опровергнут.

ФИО1 также имеет средне-специальное образование по специальности слесарь-механик (т. 2 л.д. 149), однако суд первой инстанции не выяснял вопрос возможности работы ФИО1 по данной специальности.

Также суд первой инстанции применение именно дополнительного наказания никак не мотивировал, указал лишь на допущение ФИО1 нарушений Правил дорожного движения РФ, вследствие чего наступили последствия в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшей. Между тем, как верно указано защитником в апелляционной жалобе, это является объективной стороной преступления.

Учитывая установленные смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние наказания на условия жизни ФИО1, который ранее к уголовной и административной ответственности, в том числе по гл. 12 КоАП РФ, не привлекался, положительно характеризуется по месту жительства и работы, о чем свидетельствует характеристика-ходатайство <скрыто>», в том числе содержащая ходатайство о сохранении за ФИО1 права управления транспортными средствами, его предпенсионный возраст, работу им водителем как единственный источник дохода, принимая во внимание пояснения ФИО1, данные в суде апелляционной инстанции о том, что он никогда не работал по специальности слесарь-механик, навыки которой в настоящее время утрачены, всю жизнь осуществляет трудовую деятельность в должностях водителя, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что назначение ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, не согласуется с принципом справедливости и целями наказания, установленными ст. ст. 6 и 43 УК РФ.

Также судом учитывается, что при сохранении ФИО1 вышеуказанного права у него будет иметься возможность возмещения потерпевшей причиненного преступлением вреда в случае предъявления ею гражданского иска к ФИО1 и удовлетворения его судом.

Таким образом суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимание доводы апелляционной жалобы защитника Вилкова А.В. в части необоснованного назначения судом первой инстанции дополнительного наказания, в связи с чем приходит к выводу о частичному удовлетворении апелляционной жалобы и изменению приговора путем исключения из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на назначение ФИО1 в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Иных оснований для изменения приговора, в том числе по другим, вышеуказанным доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Вопросы о мере процессуального принуждения и о вещественных доказательствах разрешены судом первой инстанции верно.

Оснований для отмены приговора суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Московского районного суда г. Рязани от 7 мая 2025 года в отношении ФИО1 – изменить.

Уточнить в его описательно-мотивировочной части при изложении краткой формулировки обвинения вместо «управления другим механическим средством» указав «управление автомобилем».

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора:

- из описания преступного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, указание на нарушение ФИО1 пунктов 1.2, 1.3, 1.5, 8.1, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации,

- суждение суда при квалификации действий осужденного о нарушении им пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на назначение в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Смягчить ФИО1 назначенное по ч. 1 ст. 264 УК РФ основное наказание до 1 года 6 месяцев ограничения свободы.

Уточнить в резолютивной части приговора при назначении ФИО1 ограничения свободы наименование муниципального образования, за пределы территории которого осужденному запрещается выезжать без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, - <адрес>.

Исключить из резолютивной части приговора указание на ограничение изменения места пребывания в формулировке ограничения «не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы».

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционную жалобу защитника адвоката Вилкова Н.А. в защиту осужденного ФИО1 – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции (г. Москва) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае рассмотрения дела в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья С.В. Владимирова