Апелляционное определение № 33-5902/2025 от 10 декабря 2025 г.

г. Сыктывкар Дело № 2-2510/2025(№ 33-5902/2025)

УИД 11RS0005-01-2025-003636-47


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего Ушаковой Л.В.,

судей Захваткина И.В., Шерстнёвой А.А.,

при секретаре Десятке И.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 11 декабря 2025 года дело по иску Федеральной службы судебных приставов к ФИО1 о взыскании материального ущерба,

по апелляционной жалобе Федеральной службы судебных приставов, Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Коми на решение Ухтинского городского суда Республики Коми от 05 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Шерстнёвой А.А., объяснения представителя истца и третьего лица ФИО2, судебная коллегия

установила:

Федеральная служба судебных приставов обратилась в суд с иском к ФИО1 (до перемены фамилии ФИО4) Л.В. о взыскании в пользу казны Российской Федерации в счет возмещения ущерба, причиненного казне Российской Федерации в результате незаконного бездействия ответчика, в размере 636 124 руб.

В обоснование требований указано, что постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от <Дата обезличена> по делу <Номер обезличен> удовлетворены требования индивидуального предпринимателя ФИО3 о взыскании с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации .... убытков, ... руб. судебных расходов. Основанием для взыскания послужил вывод о том, что ответчиком не были приняты меры по обеспечению сохранности и возвращению собственнику арестованного, принудительно изъятого у него и переданного на хранение имущества после отпадения оснований для удержания имущества под арестом. Приказом Управления ФССП России по Республике Коми от <Дата обезличена><Номер обезличен> в отношении ответчика проводилась проверка, подготовлено заключение от <Дата обезличена>, в соответствии с которым факт нарушений ответчика подтвержден, виновность выразилась в непринятии мер по проверке сохранности арестованного имущества на протяжении длительного времени с момента наложения ареста до снятия ареста с имущества, не предприняты меры по передаче арестованного имущества с составлением акта приема – передачи, с участием понятых с соблюдением норм действующего законодательства, не предприняты меры по проверке сохранности арестованного имущества при принятии процессуального решения о снятии ареста с имущества. Руководителем Управления определен размер ущерба ... руб. Платежным поручением от <Дата обезличена><Номер обезличен> денежные средства казны перечислены ФИО3 Направленная ответчику претензия оставлена без удовлетворения.

В судебное заседание стороны, извещенные надлежащим образом, не явились.

Истцом заявлено ходатайство об отложении разбирательства дела в связи с невозможностью организации видеоконференц-связи, в удовлетворении ходатайства отказано, поскольку судебное разбирательство откладывалось неоднократно по ходатайству представителя истца, представителю истца ранее была предоставлена возможность участвовать в судебных заседаниях с использованием видеоконференц-связи.

Ответчик о причинах неявки суду не сообщила, извещена надлежаще.

Решением суда отказано в удовлетворении исковых требований Федеральной службы судебных приставов к ФИО1 о взыскании материального ущерба в размере 636 124 руб.

В апелляционной жалобе представитель истца просит отменить решение суда как незаконное и необоснованное, ссылаясь на нарушение судом норм материального права и неверное определение фактических обстоятельств по делу.

Дело в суде апелляционной инстанции рассматривается в соответствии со ст. 167 и ст. 327 Гражданского процессуального кодекса РФ в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что вступившим в законную силу постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от <Дата обезличена> по делу <Номер обезличен> удовлетворено исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО3, взысканы с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации ... руб. убытков, ... руб. расходов по уплате государственной пошлины.

<Дата обезличена> во исполнение судебного акта денежные средства перечислены платежным поручением <Номер обезличен> от <Дата обезличена> на общую сумму ... руб.

Основанием для взыскания убытков, судебных расходов явился незаконный арест имущества, не принадлежащего должнику, а принадлежащего индивидуальному предпринимателю ФИО3, впоследствии отмененный в судебном порядке, отсутствие имущества по месту хранения на <Дата обезличена> на общую сумму ... руб.

<Дата обезличена> ФИО4 принята на федеральную государственную гражданскую службу и назначена на должность ..., с ней заключен служебный контракт № <Номер обезличен> от <Дата обезличена>; назначена на должность ... <Дата обезличена>, с ней заключен контракт ....

Ответчиком не оспаривается, что сводное исполнительное производство <Номер обезличен>, в ходе которого наложен арест и утрачено имущество индивидуального предпринимателя ФИО3, находилось в производстве ответчика с <Дата обезличена> и до момента проведения служебной проверки, назначенной приказом руководителя УФССП России по Республике Коми от <Дата обезличена><Номер обезличен> «О назначении служебной проверки».

Согласно заключению по результатам служебной проверки в отношении судебного пристава-исполнителя отделения судебных приставов по г.Ухте ФИО4 от <Дата обезличена> установлено, что судебным приставом-исполнителем на протяжении длительного времени с момента наложения до снятия ареста с имущества <Дата обезличена> не принимались меры по проверке сохранности арестованного имущества, не предприняты меры по передаче арестованного имущества от ФИО5 к ФИО6 с составлением акта приема – передачи, с участием понятых с соблюдением норм действующего законодательства, не предприняты меры по проверке сохранности арестованного имущества при принятии процессуального решения о снятии ареста с имущества. Тем самым, ФИО4 нарушены требования ст.15 Федерального закона от 27.07.2004 № 79 – ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», ст.12 Федерального закона от 01.10.2019 № 328 – ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ч.1 ст.12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118 – ФЗ «О судебных приставах» (судебный пристав – исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов), ч.1 ст.64.1, пп.7 ч.1 ст.43 Федерального закона от 02.10.2007 № 229 – ФЗ «Об исполнительном производстве» (заявления, ходатайства лиц, участвующих в исполнительном производстве, могут быть поданы на любой стадии исполнительного производства; «Прекращение исполнительного производства»), а также пп. 3.4.1, 3.4.2, 3.43, 3.4.12 раздела 3 должностного регламента, утвержденного руководителем Управления 24.04.2017, п.п.4.1.1, 4.1.2, 4.1.4,. 4.2.4, 4.2.8 раздела должностной инструкции, утвержденной руководителем Управления от 01.06.2020 (принимать своевременные меры, направленные на обращение взыскания на имущество должников, в том числе по хранению, оценке и учету арестованного и изъятого имущества, его самостоятельной реализации должником, принудительной реализации, передаче нереализованного имущества сторонам исполнительного производства; при выявлении признаков преступлений составлять сообщения об этом и направлять его начальнику органа дознания (старшему судебному приставу) для принятия решения в порядке, установленном уголовно – процессуальным законодательством).

По результатам служебной проверки ответчик к какой-либо ответственности привлечена не была.

Разрешая спор, суд первой инстанции применительно к положениям ст.ст. 238, 239, 247 Трудового кодекса РФ, Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», исходил из того, что основания для привлечения ответчика к материальной ответственности отсутствуют ввиду нарушения истцом установленного статьей 247 Трудового кодекса Российской Федерации порядка проведения проверки с целью установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, недоказанности вины ответчика в причинении ущерба, прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и понесенными истцом расходами.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, находит их основанными на нормах закона и обстоятельствах дела.

Согласно части 4 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328 – ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника при исполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган принудительного исполнения имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган принудительного исполнения может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

За ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством (часть 5 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328 – ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходя из статьи 73 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" Трудовой кодекс Российской Федерации, другие федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, могут применяться к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации".

Исходя из изложенного, нормы Трудового кодекса Российской Федерации применяются к правоотношениям, возникшим при прохождении службы в органах Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, в случаях, предусмотренных специальными правовыми актами либо тогда, когда эти правоотношения не урегулированы ими и требуется применение норм трудового законодательства по аналогии.

Специальными законами материальная ответственность должностных лиц Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации не регулируется, поэтому при рассмотрении данного дела применению подлежат нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами (часть 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Таким образом, необходимым условием для взыскания с ответчика убытков в силу вышеприведенным норм материального права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации является установление наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам, вместе с тем, таких обстоятельств не установлено.

Доводы, приведенные истцом о наличии оснований для взыскания с ФИО1 ущерба, не являются основанием для отмены обжалуемого судебного постановления, поскольку доказательств наличия совокупности условий для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения ущерба, в материалах дела не имеется. В нарушение приведенных норм трудового права, истцом не соблюден порядок привлечения ответчика к материальной ответственности, проверка по факту причинения ущерба не проводилась, письменные объяснения у ответчика не истребовались, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и наступившим ущербом не установлены.

После исполнения истцом решения о возмещении убытков ФИО3, приказ о проведении проверки не издавался, заключение по результатам проверки не составлялось, объяснения у ответчика не истребованы.

Формальное направление в адрес ответчика претензии о возмещении ущерба <Дата обезличена> не может являться безусловным доказательством установления её вины в причинении ущерба.

Из представленного в материалы дела судебного акта арбитражного суда от <Дата обезличена> по делу <Номер обезличен> (в котором ответчик принимала участие в качестве третьего лица и судебные акты не обжаловала) следует, что судебным приставом-исполнителем не были приняты достаточные меры по обеспечению сохранности и возвращению собственнику арестованного, принудительно изъятого у него и переданного на хранение имущества после отпадения оснований для удержания данного имущества, однако указанные выводы не являются достаточным доказательством наличия причинной связи между противоправным бездействием ответчика и наступившими последствиями.

Вина, причинно-следственная связь между конкретными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, отвечающего за сохранность арестованного имущества, и утратой имущества в предмет доказывания в указанном деле не входила, указанные обстоятельства не устанавливались. Таким образом, решение арбитражного суда, на которое ссылается истец, не устанавливает виновность и противоправность действий ответчика, а также наличие причинной связи между поведением ответчика и наступившим у работодателя ущербом.

Сам по себе факт возложения обязанности на Российскую Федерацию в лице компетентного органа возместить убытки за счет казны Российской Федерации, вступившим в законную силу судебным актом, не предполагает наличие вины ответчика в причиненном третьему лицу ущербе.

Поскольку бремя доказывания наличия оснований для привлечения ФИО1 к материальной ответственности лежит на истце, который не представил суду достаточных, допустимых доказательств, подтверждающих наличие оснований для такой ответственности, суд обоснованно сделал вывод об отказе в удовлетворении исковых требований.

Суд правильно пришел к выводу, что служебная проверка в отношении ответчика не проводилась, то есть истцом не был соблюден порядок привлечения сотрудника к материальной ответственности, а наличие судебного акта о взыскании с работодателя в пользу третьих лиц ущерба, причиненного его работниками, само по себе не является безусловным основанием для возмещения ущерба в порядке регресса.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец в силу положения статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет процессуальную обязанность по доказыванию виновных, противоправных действий со стороны ответчика, которые находятся в причинно-следственной связи с причинением вреда ФИО3 соблюдению порядка привлечения к материальной ответственности. Такая обязанность истцом не исполнена.

Доводы апеллянта о необязательности проведения служебной проверки основаны на ошибочном толковании норм материального права, и не являются основанием для отмены решения суда.

Судебная коллегия полагает, что все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом определены правильно, им дана надлежащая оценка.

В целом доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, изложенную при рассмотрении спора в суде первой инстанции, а потому не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, так как не опровергают вышеизложенных выводов суда, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции и правового значения не имеют. Нормы материального права применены судом первой инстанции правильно, нарушений норм процессуального права судом допущено не было, следовательно, оснований для отмены решения суда не имеется.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда является законным и обоснованным и по доводам апелляционной жалобы отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ухтинского городского суда Республики Коми от 05 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Федеральной службы судебных приставов, Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Коми - без удовлетворения.

Мотивированное определение составлено 16 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи