Приговор № 1-45/2019 1-692/2018 от 28 июля 2019 г. по делу № 1-45/2019

Дело № 1-45-2019

(УИД: 42RS0005-01-2018-005557-90)


Приговор

Именем Российской Федерации

«29» июля 2019 года город Кемерово

Заводский районный суд города Кемерово Кемеровской области в составе председательствующего – судьи Быданцева Н.А.,

при секретаре Ашарат К.В., Безменовой А.И.,

с участием:

государственного обвинителя: помощника прокурора Заводского района города Кемерово Медведева Е.Н., помощника прокурора Заводского района города Кемерово Трушниной В.А., помощника прокурора Заводского района города Кемерово Годоваловой Т.В., старшего помощника прокурора Заводского района города Кемерово Зимы Р.С.,

потерпевшей: ФИО1,

подсудимой: ФИО2,

защитника: адвоката НО «Коллегия адвокатов № 3 Заводского района города Кемерово Кемеровской области» Никулиной О.П., представившей удостоверение адвоката № 451 от 17 декабря 2002 года и ордер № 2809 от 21 сентября 2018 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке в помещении Заводского районного суда города Кемерово материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2,

ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, русской, со средним общим полным образованием, незамужней, не имеющей иждивенцев, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, не работающей, являющейся пенсионером, не военнообязанной, не имеющей хронических заболеваний, не являющейся инвалидом, не судимой;

под стражей по уголовному делу не содержавшейся,

копию обвинительного заключения получившей 31 октября 2018 года (т. 1 л.д. 248),

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ,

Установил:

ФИО2 совершила преступление в городе Кемерово при следующих обстоятельствах:

22 июня 2018 года в период времени с 19:00 часов до 20:00 часов ФИО2, находясь по адресу: <адрес>, где также находился потерпевший ФИО3, действуя умышленно, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО3, вызванных противоправным поведением ФИО3, заключающимся в том, что он замахнулся на нее поясным ремнем и ударил им, с целью умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, нанесла не менее 3-х ударов сковородой по левой и правой части головы и лица ФИО3, причинив потерпевшему следующие телесные повреждения:

- закрытую черепно-мозговую травму: перелом правой носовой кости с переходом на край грушевидного отверстия, кровоподтеки области глаз, кровоизлияние в мягких тканях правой орбитально-носо-скуловой области, левой орбитально-скуловой области, правой теменно-затылочной области, кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой на конвекситальных поверхностях правых лобной, височной, теменной и затылочной долей с ушибом вещества височной и теменной долей и формированием внутримозговой гематомы, кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левых лобной и височной долей, правой лобной доли, полушарий мозжечка, ствола мозга, кровоизлияние в просвет желудочков мозга, которая находится в причинной связи с наступлением смерти и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Указанные умышленные действия ФИО2 повлекли по неосторожности смерть потерпевшего ФИО3, который скончался от полученных телесных повреждений 01 июля 2018 года в ГАУЗ КО «ОКБСМП им. М.А. Подгорбунского». Причиной смерти ФИО3 явилась закрытая черепно-мозговая травма в виде перелома костей лицевого скелета справа, кровоизлияний под мягкой мозговой оболочкой, в вещество и в просвет желудочков головного мозга, осложнившаяся полиорганной недостаточностью с преобладанием церебральной.

Подсудимая ФИО2, согласившись давать показания по существу предъявленного ей обвинения, вину в инкриминированном ей преступлении не признала, поскольку ударов ФИО3 не наносила, в судебном заседании пояснила, что к 22 июня 2018 года ФИО3 уже длительное время постоянно употреблял спиртные напитки. 22 июня 2018 года в 18:00 часов ФИО3 начал собираться в ночную стоматологию, расположенную на ул. 50 лет Октября в городе Кемерово. Взял с собой 5000 рублей, попросил её сходить вместе с ним. При этом сказал, что, если она с ним не пойдет, то он заберет все деньги. Она отказалась идти вместе с ним в стоматологию. Тогда ФИО3 забрал 40.000 рублей, после чего у неё осталось только 600 рублей. ФИО3 стал кричать на неё из-за того, что она не хочет идти с ним в стоматологию, и взял ремень. Она, испугавшись того, что он будет бить её ремнем, спряталась от него на кухне. Ранее ФИО3 уже наносил ей удары тем ремнем, который он схватил в тот момент. Ключи от входной двери квартиры были у неё в кармане. ФИО3 понял, что входная дверь открыта, он вышел из дома. Таким образом, примерно, в 18:00 часов он пошел в стоматологию. После того, как он ушел из дома, она ему неоднократно звонила, но телефон ФИО3 был отключен. В этот день сотрудников полиции она не вызывала. Ударов ФИО3 она никогда не наносила, в том числе не наносила их и 22 июня 2018 года. ФИО3 в этот день также не наносил ей ударов.

22 июня 2018 года ФИО3 был одет в джинсы темно-синено цвета, спортивную кофту голубого цвета, в полосатую футболку с воротником.

25 июня 2018 года к ней домой пришел сотрудник полиции и сообщил, что ФИО3 лежит в КГБ № 3 в реанимации, находится в коме. Сотрудник полиции сказал, что у ФИО3 на улице случилась эпилепсия, вследствие которой он сильно бился головой о землю. Она вызвала такси, приехала в КГБ № 3, где ей сообщили, что ФИО3 лежит в реанимационном отделении и находится в коме. Она не стала спрашивать, что произошло. На следующий день она снова приехала в КГБ № 3, где ей сообщили, что динамика у ФИО3 отсутствует. На следующий день она снова приехала в КГБ № 3, где ей сообщили, что у ФИО3 черепно-мозговая травма, динамика отсутствует. 01 июля 2018 года ей позвонили и сообщили, что ФИО3 умер.

Также пояснила, что ФИО3, когда был в трезвом состоянии, всегда помогал ей, то есть был нормальным человеком. Однако, когда ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, он всегда кричал на неё, вел себя агрессивно. Она с ФИО3 совместно всегда распивала спиртные напитки.

Кроме того, в судебном заседании ФИО2 пояснила, что ранее до ФИО3 она была замужем официально. В 2009 году с мужем она развелась. В последующем с ней проживал сын её близкой подруги, который погиб от ножевого ранения, которое она нанесла ему, поскольку действовала в состоянии необходимой обороны; он был очень ревнивый, из-за этого у них были конфликты.

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями подсудимой, данными в судебном заседании, и показаниями, данными в ходе предварительного расследования, в порядке, предусмотренном ст. 276 ч. 1 п. 1 УПК РФ, оглашены в части таких противоречий показания ФИО2, данные ею в ходе предварительного расследования.

Так, из оглашенных показаний (т. 1 л.д. 131-135) следует, что 22 июня 2018 года после того, как она отказалась идти с ФИО3 вечером в ночную стоматологию и ФИО3 это не понравилось, он снял с джинсов кожаный ремень, и нанес ей два удара металлической пряжкой от ремня по голове. Удары он ей нанес сначала в комнате. Она почувствовала сильную физическую боль, но крови у нее на голове не было, осталась только шишка. За медицинской помощью она не обращалась. До этого ФИО3 уже причинял ей телесные повреждения, также бил ее металлической пряжкой по голове. После чего она забежала на кухню и закрыла дверь, но замка у них на двери нет, поэтому она ее держала своим весом. ФИО3 начал ломиться в дверь, проломил ее и проник на кухню, после чего еще один раз ударил ее металлической пряжкой от ремня по голове. В этот момент она взяла тефалевую сковородку, которая стояла на печке, и ударила два-три раза данной сковородкой по голове ФИО3, в какую конкретно область пришлись удары, она не помнит. От данных ударов он не падал, крови на голове и лице у него не было. После чего, он успокоился и ушел из дома. В этот день он не вернулся домой; она ему не звонила. 23 июня 2018 года она не звонила ФИО3, так как была сильно на него обижена. 24 июня 2018 года она позвонила ФИО3 на сотовый телефон, но телефон был выключен. 25 июня 2018 года она от сотрудников полиции узнала, что ФИО3 находится в ГКБ № 3. Она сразу приехала в больницу, однако врачи ей сказали, что к нему сейчас нельзя, так как находится в коме. 01 июля 2018 года ей позвонил врач и сказал, что ФИО4 скончался. Она приехала в больницу, забрала паспорт, вещи, телефон и ключи от квартиры ФИО14, которые всегда были при ФИО3 Вещи ФИО3 примерно через три недели она забрала из больницы, потом она их постирала. 22 июня 2018 года она была одета в халат, какого цвета она не помнит. ФИО3 был одет в джинсы, голубую спортивную кофту с черными лампасами. О том, что она ударила ФИО3 сковородкой по голове, она никому не рассказывала. Вину в причинении телесных повреждений ФИО3 она признает.

В свою очередь, из содержания видеозаписей (т. 1 л.д. 122, 136), которые были продемонстрированы в судебном заседании, следует, что ФИО2 в свободном рассказе, непринужденно, спокойно, самостоятельно, последовательно, подробно сообщает о совершенном ей преступлении в отношении ФИО3, в том числе о причинах нанесения ударов сковородой по голове ФИО3, количестве ударов и их локализации, последующем поведении ФИО3

Кроме того, из протокола проверки показаний на месте с участием ФИО2 от 21 сентября 2018 года, следует, что ФИО2 продемонстрировала, каким образом наносила удары сковородой по голове ФИО3 (т. 1 л.д. 137-148).

При этом, будучи допрошенной 26 октября 2018 года (т. 1 л.д. 182-187), ФИО5 ранее данные показания подтвердила частично, пояснив, что нанесла удары ФИО3 при превышении пределов необходимой обороны, так как он ударил ее бляшкой от ремня по голове три раза.

После оглашения показаний, подсудимая не подтвердила ни одни из них. Пояснила, что не знает, почему давала такие показания; полагала, потому, что следователь сказал, что ей будет вменена ст. 108 УК РФ. Также пояснила, что она могла давать такие показания, поскольку было давление со стороны оперативных сотрудников.

При этом пояснила, что следователю показания она давала добровольно, в присутствии защитника, без применения физического насилия.

Считает, что она оговорила себя.

Кроме того, в судебном заседании получены и исследованы показания свидетеля со стороны защиты, содержание которых, в основном, направлено на характеристику личности подсудимой ФИО2

Так, из показаний свидетеля ФИО6 следует, что она знакома с ФИО2, примерно, семь лет, последняя являлась женой её двоюродного брата ФИО3 Охарактеризовала ФИО2 с положительной стороны, как отзывчивую женщину. ФИО2 ухаживала за ФИО3, когда тот лежал в больнице. В состоянии алкогольного опьянения ФИО2 она не видела.

Кроме того, пояснила, что ФИО3 умер, так как у него была черепно-мозговая травма, которую он мог получить в результате приступов эпилепсии, которые у него случались периодически, а в летний период тем более, так как было жарко и у ФИО3 было высокое давление. Так, в конце июня 2018 года ей позвонила ФИО2 и сказала, что ФИО3 ушел из дома, поехал в стоматологию лечить зубы, взяв крупную сумму денег. ФИО2 потеряла ФИО3, звонила ему, но он не отвечал на телефонные звонки.

Кроме того, ФИО3 она охарактеризовала как агрессивного в состоянии алкогольного опьянения. Свидетелем конфликтов между ФИО2 и ФИО3 она не была, но как-то он позвонил ей и жаловался, что ФИО2 не отдает ему его деньги, при этом, ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, ругал ФИО2, выражался нецензурной бранью. Каждый раз он ей звонил, чтобы пожаловаться на ФИО2 Когда ФИО3 находился в трезвом состоянии, то между ними было всё хорошо.

Вместе с тем, вопреки позиции подсудимой, суд считает ФИО2 виновной в совершении описанного выше деяния, что безусловно, достоверно и последовательно подтверждается следующими доказательствами.

Так, в судебном заседании потерпевшая ФИО1 пояснила, что подсудимая является вдовой её погибшего отца – ФИО3 Отношения между ФИО2 и ФИО3 были натянутые, они ссорились. ФИО3 и ФИО2 проживали по адресу: <адрес>, которая принадлежит ФИО2 Отношения между ФИО3 и ФИО2 были официально зарегистрированы. ФИО7 и ФИО2 вместе проживали около восьми лет. Совместных детей у них не было. Между ФИО3 и ФИО2 имели место семейно-бытовые конфликты, они часто ссорились, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Алкогольные напитки ФИО3 и ФИО2 употребляли часто. Ранее ФИО3 находился на лечении в психиатрической больнице. В последнее время отец ушел в запой, так как в 2014 году умерла его мать. В связи с этим он сильно стал злоупотреблять спиртными напитками, уходить в длительные запои. В наследство от смерти её бабушки – матери ФИО3, её отцу досталась квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Данную квартиру она с отцом сдавали. Денежные средства от сдачи квартиры она с отцом делили пополам. Ей и отцу принадлежало по 1/2 данной квартиры. Также в наследство досталась КГТ в общежитии, которая находится по адресу: <...>, зарегистрированная на неё, считалась жилплощадью её отца. Данную КГТ отец также сдавал. В 2018 году она с отцом решили продать квартиру. От продажи квартиры она отцу отдала половину денежных средств. Что произошло с этими деньгами, ей не известно. Известно, только то, что отец помог своему другу оплатить долг за квартплату в размере, примерно, 130.000 рублей. В состоянии алкогольного опьянения ФИО3, если к нему не лезть, вел себя спокойно. Но если начать с ним конфликтовать, то он мог и поднять руку, но на неё руку он никогда не поднимал. О том, были ли у ФИО2 когда-либо за время проживания с ФИО3 телесные повреждения, ей не известно, поскольку она с ФИО3 и ФИО2 виделась редко.

О произошедшем ей стало известно от ФИО2, которая 25 июня 2018 года позвонила и сообщила, что ФИО3 умер в больнице. Она не поверила, так как ФИО2 иногда ей звонила, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Затем она перезвонила в КГБ № 3, где ей сказали, что её отец действительно лежит в КГБ № 3 в реанимации. Но ей не разрешили приехать к нему. Кроме того, ФИО2 ей пояснила, что ей позвонили сотрудники полиции, сообщили, что её отец уже несколько дней лежит в больнице. Также сказала, что её отец шел по улице, у него случился приступ эпилепсии, он ударился головой, ему вызвали «Скорую помощь», после чего, его увезли в КГБ № 3. Также ФИО2 рассказала, что у её отца болели зубы. Он ей говорил, что хочет пойти в больницу. Он взял 5000 рублей, но, так как он находился в нетрезвом состоянии, он попросил ФИО2 пойти с ним. Но ФИО2 отказалась, сидела с подругой, выпивали. Её отец пошел один в больницу. Как ей сказал отец, он пришел в больницу, но там ему не смогли дать сдачу и он пошел менять деньги. Но денежные средства у него отобрали. Затем отец пришел домой. ФИО2 отказалась давать ему деньги на врача, также отказалась с ним идти в больницу. Также ФИО2 ей сказала, что 22 июня 2018 года вечером, они поругались, так как ФИО2 не пускала ФИО3 в больницу, поскольку он находился в состоянии алкогольного опьянения. На что отец стал ругаться с ней, просить у неё деньги на врача. После ссоры отец ушел из дома.

Подсудимую ФИО2 в трезвом состоянии охарактеризовала как нормальную, адекватную женщину. Однако в состоянии алкогольного опьянения она «остра на язык», но физическую агрессию по отношению к ней ФИО8 не проявляла. ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения также мог вести себя агрессивно.

Кроме того, показаниями свидетеля ФИО9, допрошенной в судебном заседании, подтверждается, что 21 июня 2018 года она была в гостях у ФИО2 и ФИО3 С утра они выпили бутылку водки на двоих, и до обеда она ушла из гостей. ФИО2 выпила немного. После распития водки, ФИО3 взял 5000 рублей и пошел в стоматологию. Вернулся он, примерно, через 40 минут, был злой, сказал, что у него отняли 5000 рублей. В этом он обвинил ФИО2 и её, так как они отказались идти с ним в стоматологию. На этой почве начался конфликт. ФИО3 кинулся на неё, но не ударил. О том, что произошло 22 июня 2018 года, ей не известно. Но когда 23 июня 2018 года она пришла к ним в гости, то было все нормально. ФИО2 ей сказала, что ФИО3 ушел, не звонит и не отвечает на звонки. ФИО2 была удивлена, что ФИО3 ей не звонит и не отвечает на мобильный телефон.

Свидетель ФИО9 также пояснила, что ФИО2 не часто употребляла спиртные напитки. С марта по июнь 2018 года ФИО3 употреблял спиртные напитки каждый день. ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения ведет себя адекватно; ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения вел себя непредсказуемо. Он мог просто так начать скандал, дрался. Он мог кинуться на неё, но не мог её ударить, так как она ему никто. Он «цеплялся» к жене. Он никогда не бил руками, хватал сопутствующие предметы, такие как гладильная доска, трубка от пылесоса, ремень, кружка. При ней он как-то ударил ФИО2 гладильной доской по голове. ФИО2 по этому поводу жаловалась участковому. В полицию она обращалась, но заявления на ФИО3 не писала.

Показаниями свидетеля ФИО10, допрошенной в судебном заседании, подтверждается, что 22 июня 2018 года она находилась на работе в киоске, который расположен по адресу: <...>. Дверь киоска была полузакрытой. Она услышала стук, похожий на падение кого-либо. Она открыла двери и увидела лежащего мужчину. Она подумала, что данный мужчина находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Подошла к нему, стала с ним разговаривать, но он не мог ничего ответить. Она попросила мимо проходивших парней, чтобы они перенесли мужчину в тенёк, так как на улице было сильно жарко. После чего, она вызвала скорую помощь, которая приехала, примерно, через 40 минут. Данный мужчина никаких слов не произносил. Мужчина был одет в кофту и джинсы. Каких-либо телесных повреждений у данного мужчины она не видела. В момент обнаружения мужчина был один, рядом с ним никого не было. У мужчины из кармана выпал паспорт. Но как звали мужчину, она не помнит. Его паспорт она передала сотрудникам бригады скорой помощи.

Показаниями свидетеля ФИО11, допрошенного в судебном заседании, подтверждается, что с ФИО3 он был знаком несколько лет. О произошедших событиях ему известно со слов сожительницы – ФИО9 ФИО3 попал в больницу, в последующем скончался. Также ему известно со слов ФИО9, что ФИО3 были причинены телесные повреждения. Он считает, что его кто-то сильно попинал. ФИО3 нашли недалеко от киоска, расположенного по адресу: <...>, где продают спиртные напитки. Рядом с данным киоском находится лесопосадка, где люди распивают спиртные напитки. Также со слов ФИО12 ему известно, что ФИО2 и потерпевший ФИО3 периодически ругались. Но об этом ФИО9 говорила ему ещё задолго до смерти ФИО3 Последний раз ФИО3 он видел в мае 2018 года. ФИО3 приходил к нему домой, по адресу: <...>, где он, ФИО3 и ФИО9 распивали спиртные напитки. Во время распития с ФИО3 спиртных напитков между ним и ФИО3 случались конфликты, они часто ссорились, находясь в состоянии алкогольного опьянения. В последний раз между ними была ссора из-за того, что он оскорбил ФИО9, в результате чего они подрались. Он первым нанес ФИО3 два удара рукой по лицу, после чего, ФИО3 подошел к нему, попытался его ударить, он его оттолкнул, от чего ФИО3 присел на кресло. Затем у них была словесная перепалка, после чего ФИО3 ушел. От его ударов у ФИО3 была краснота. Он с ФИО3 периодически сидели на улице, на лавочке, беседовали. ФИО2 ему также знакома, их познакомил ФИО3 Он периодически приходил к ним в гости, они распивали спиртные напитки. Однако, ФИО2 не нравилось, когда ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, но драк между ними он не видел.

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями свидетеля ФИО11, данными в судебном заседании, и показаниями, данными в ходе предварительного расследования, в порядке, предусмотренном ст. 281 ч. 3 УПК РФ, оглашены в части таких противоречий показания свидетеля ФИО11, данные им в ходе предварительного расследования.

Так, оглашенными показаниями (т. 1 л.д. 75-77) подтверждается, что в начале июня 2018 года ФИО3 был в гостях и они втроем: ФИО11, ФИО9 и ФИО3 распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртных напитков между ним и ФИО3 произошла драка из-за того, что он оскорбил ФИО9 У них произошла небольшая драка, в ходе которой они нанесли друг другу несколько ударов по лицу, но потом конфликт был исчерпан. ФИО7 извинился перед ФИО9 Со слов ФИО2 ему известно, что 21 июня 2018 года ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в вечернее время пошел в стоматологию, взяв с собой деньги в размере 5000 рублей. Однако, в стоматологию он не попал, так как по дороге кто-то выхватил у него денежные средства из рук, но в полицию они не заявляли, так как ФИО3 не запомнил лицо выхватившего деньги; применяли ли к нему насилие в этот день, он не знает. После чего в середине июня 2018 года ФИО2 рассказала его сожительнице ФИО9, что ФИО3 находится в больнице в коме, так как 22 июня 2018 года упал и ударился головой о бордюр около ул. Патриотов и его забрали в больницу. Спустя несколько дней ФИО2 рассказала, что ФИО3 умер в больнице. Он не знает, падал ли ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения или нет, побитым он его никогда не видел.

После оглашения показаний, свидетель ФИО11 подтвердил их в полном объеме.

Показаниями свидетеля ФИО13, допрошенной в судебном заседании, подтверждается, что с февраля по июль 2018 года она не проживала по адресу: город Кемерово, <адрес>, так как в квартире делали ремонт. Она только периодически там появлялась. Отношения между ней и ФИО2 были конфликтные, поскольку ФИО2 не нравилось, что у них дома идёт ремонт, её не устраивал шум. Ей известно, что у ФИО2 и ФИО3 были конфликты, она часто слышала крики, разговоры на повышенных тонах. Охарактеризовать ФИО2 она никак не может. Также ей не известно, поднимал ли ФИО3 на ФИО2 руку, были ли между ними драки, но она слышала периодически, что в их квартире был шум, но что именно это было, не знает. Кроме того, было такое, что ФИО3 сидел на лестничной площадке, находясь в состоянии алкогольного опьянения, и стучался в двери.

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями свидетеля ФИО13, данными в судебном заседании, и показаниями, данными в ходе предварительного расследования, в порядке, предусмотренном ст. 281 ч. 3 УПК РФ, оглашены в части таких противоречий показания свидетеля ФИО13, данные ею в ходе предварительного расследования.

Так, оглашенными показаниями (т. 1 л.д. 78-81) подтверждается, что ФИО13 проживает по адресу: <адрес>. С ней на одной лестничной площадке, в <адрес>, проживает мужчина с женщиной, анкетных данных она не знает. С данными соседями она не общается. Ранее, более полугода назад, она слышала, что между ними происходили скандалы, драки, очень часто она выгоняла своего сожителя из дома, он сидел, ночевал на лестничной площадке, долбился в двери. На каком фоне происходили скандалы, ей не известно. Данных соседей может охарактеризовать отрицательно. Ни раз видела их в состоянии алкогольного опьянения, в подъезде всегда стоял характерный запах перегара. Чтобы к ним приходили посторонние лица, она не видела. По поводу смерти ее сожителя она ничего не знает, ей никто ничего не рассказывал. Дополняет, что в. адекватности своей соседки она сомневается. Бывало, что она стучалась, ломилась к ней в квартиру, выражалась нецензурной бранью, вела себя неадекватно, агрессивно, стучалась неоднократно к ней в квартиру через стенку.

После оглашения показаний, свидетель ФИО13 подтвердила их в полном объеме.

Показаниями свидетеля ФИО14, допрошенного в судебном заседании, подтверждается, что ФИО3 он знал с 1987 года. Между ними были дружеские отношения. ФИО2 являлась женой ФИО3 Об обстоятельствах 22 июня 2018 года ему ничего не известно. О смерти ФИО3 ему стало известно 30 июня 2018 года, ему позвонила дочь ФИО3 – ФИО1 и сказала, что ФИО3 умер. Причину смерти она ему не сообщала. 22 июня 2018 года он ФИО3 не видел. Последний раз он видел ФИО3 15 июня 2018 года, тот приходил к нему в гости, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Последние пять месяцев он постоянно употреблял спиртные напитки. В тот день, ни о каких конфликтах между ним и ФИО2 ФИО3 не рассказывал. В состоянии алкогольного опьянения ФИО3 вел себя каждый раз по-разному: «бубнил», выражался нецензурной бранью, но не дрался. Как-то ФИО3 пришел к нему в гости и рассказал, что ФИО2 выгнала его из дома. Он употреблял спиртные напитки также и совместно с ФИО2 В состоянии алкогольного опьянения ФИО2 его иногда выгоняла из дома. ФИО3 проживал у ФИО2, поскольку продал квартиру матери. Также ФИО3 сдавал общежитие. По просьбе ФИО3 он дал ему ключи от своей квартиры. ФИО3 приходил к нему домой, когда хотел. ФИО3 жаловался ему иногда, что он не может попасть к себе домой. По какой причине это происходило, он не выяснял. Также ФИО3 оплачивал коммунальные услуги за его квартиру, так как это было его желание помочь ему. Он не просил его этого делать. Также ему известно, что ФИО2 получала от ФИО3 денежные средства после продажи последним квартиры, которые она положила на свой счет в банке.

ФИО2 охарактеризовал с положительной стороны. В состоянии алкогольного опьянения она ведет себя нормально, неагрессивно. ФИО3 ему рассказывал, что между ним и ФИО2 были случаи, что они ругались в состоянии алкогольного опьянения, но не дрались. Также ФИО3 говорил ему, что у них с ФИО2 были скандалы, ввиду чего даже вызывали сотрудников полиции. ФИО3 сообщал ему, что ФИО2 вылила на него кипяток, показывал ему свою обожженную ногу. При их ссорах он не присутствовал. По его мнению, ФИО2 не могла вылить на ФИО3 кипяток. ФИО3 мог сказать ему не правду, так как он постоянно что-то придумывал. После смерти ФИО3 он приходил на поминальный обед, там видел ФИО2 О причинах смерти ФИО3 он с ФИО2 не разговаривал. На похоронах ФИО3 говорили, что его нашли во дворе дома. В день произошедшего он был не в городе Кемерово.

В свою очередь, судом проверена версия подсудимой относительно того, что травмы, повлекшие смерть ФИО3, могли быть причинены ему во время эпилептического припадка, конвульсий, поскольку последний мог неоднократно удариться в результате проявления эпилепсии, и таковая полностью опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, заключением судебно-медицинской экспертизы № 1081 от 20 июля 2018 года (т. 1 л.д. 154-158) подтверждается, что смерть ФИО3 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде перелома костей лицевого скелета справа, кровоизлияний под мягкой мозговой оболочкой, в вещество и просвет желудочков головного мозга, осложнившаяся полиорганной недостаточностью с преобладанием церебральной, что подтверждается морфологическими признаками: очаговая гнойная бронхопневмония, нефропатия (белковая дистрофия эпителия извитых канальцев вплоть до выраженной, с некробиозом, некрозом, наличием белковых и пигментных цилиндров в канальцах, тубулодилятация), отек и дислокация головного-мозга: полушария мозга не равны, срединная щель незначительно смещена влево, рельеф борозд и извилин резко сглажен, на нижних поверхностях полушарий мозжечка, ближе к миндалинам, четко выраженная полоса вдавления от краев большого затылочного отверстия, «вторичные» кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левых теменной и затылочной долей, в вещество головного мозга, ишемические. Дистрофические изменения нейронов, серозно-гнойное воспаление стенок групп сосудов в мягкой мозговой оболочке и веществе левой теменной доли, серозно-гнойный энцефаловаскулит.

Смерть ФИО3, согласно записи в медицинской карте, наступила 01 июля 2018 года в 17 часов 10 минут.

При экспертизе трупа из повреждений, помимо следов от медицинских манипуляций (хирургические раны правой височно-теменной области, правой подключичной области, передней, поверхности шеи (состояние после трепанации черепа и удаления внутримозговой гематомы катетеризации правой подключичной вены, трахеотомии); следы давления в окружности лучезапястных суставах с кровоподтеком области левого лучезапястного сустава, кровоподтек с инъекционной раной области правой локтевой ямки), обнаружены:

- закрытая черепно-мозговая травма: перелом правой носовой кости с переходам на край грушевидного отверстия, кровоподтеки области глаз, кровоизлияние в мягких тканях правой орбитально-носо-скуловой области, левой орбитально-скуловой области, правой теменно-затылочной области, кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой на конвекситальных поверхностях правых лобной, височной, теменной и затылочной долей с ушибом вещества височной и теменной долей и формированием внутримозговой гематомы, кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левых лобной и височной долей, правой лобной доли, полушарий мозжечка, ствола мозга, кровоизлияние в просвет желудочков мозга. Данная травма прижизненная, образовалась в пределах нескольких (около 2-12) часов до поступления в стационар (при операции трепанации черепа от 22 июня 2018 года удалены внутримозговые гематомы в жидкой части, в жидкой части и сгустках, кровоизлияния с продуктивной и лейкоцитарно-продуктивной реакцией), от не менее 3-х воздействий твердым тупым предметом (предметами) в правую орбитально-носо-скуловую область, левую орбитально-скуловую область, правую теменно-затылочную область, находится в причинной связи с наступлением смерти, привела к развитию угрожающего жизни состояния – полиорганной недостаточности с преобладанием церебральной и, в соответствии с действующими нормативными документами («Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденные Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522, Приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, п. 6.1.3 п. 6.2.2 раздела 2) квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- кровоподтек и ссадина правого предплечья, кровоподтеки области левого плечевого сустава, левого предплечья, правого предплечья, левой голени, правого бедра, которые прижизненные, образовались в пределах нескольких (около 9-10) суток до наступления смерти (кровоподтеки тусклые, с нечеткими контурами, бледно-серо-синюшные в центре, желто-зеленые по периферии), от не менее 6-ти воздействий твердым тупым предметом (предметами), в области, соответствующие локализации повреждений, в причинной связи с наступлением смерти не находятся и, в соответствии с действующими нормативными документами («Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденные Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522, Приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, п. 9 раздела 2), как в отдельности, так и в совокупности, не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Согласно результату лабораторного исследования крови ФИО3, проведенному 22 июня 2018 года в стационаре, обнаружен этиловый спирт в концентраций 3,25 промилле, что может соответствовать тяжелой степени алкогольного опьянения.

Кроме того, заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 145/1081-18 от 04 октября 2018 года (т. 1 л.д. 171-175) подтверждается, что при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО3, помимо следов от медицинских манипуляций, кровоподтеков и ссадины конечностей, из повреждений обнаружена закрытая черепно-мозговая травма в виде перелома костей лицевого скелета, кровоизлияний под оболочки, в вещество и в просвет желудочков головного мозга. Данная травма образовалась от не менее 3-х воздействий твердым тупым предметом (предметами) в правую орбитально-носо-скуловую область, левую орбитально-скуловую область, правую теменно-затылочную область, в пределах нескольких (около 2-12) часов до поступления в стационар – 22 июня 2018 года в 21 час 10 минут. Сковорода, обозначенная в установочной части постановления в протоколе проверки показаний на месте от 21 сентября 2018 года, как травмирующий предмет, является твердым тупым предметом. Таким образом, образование черепно-мозговой травмы, обнаруженной у ФИО3, при обстоятельствах, указанных в постановлении «…нанесла около 3 ударов бортом сковороды по правой и левой части лица и головы», а также в ходе проверки показаний на месте от 21 сентября 2018 года «…взяла на печке сковороду и ударила его 2 или 3 раза обухом сковородки по голове, как по левой, так и по правой части головы», с учетом фото №№ 6, 7 фототаблицы к протоколу проверки показаний на месте подозреваемой ФИО2, не исключается.

Кроме того, относительно выводов проведенных вышеуказанных экспертиз в судебном заседании допрошена эксперт ФИО15, показаниями которой подтверждается, что ФИО3 с указанными в заключениях эксперта травмами мог совершать активные действия. Также эксперт пояснила, что ФИО3 упал в результате потери сознания – отека головного мозга. Черепно-мозговую травму он получил до его падения.

В свою очередь, заключением эксперта № 66/1081-18 от 03 апреля 2019 года (т. 2 л.д. 97-102) подтверждается, что:

1. при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО3 из повреждении обнаружены:

- закрытая черепно-мозговая травма в виде перелома костей лицевого скелета, кровоизлияний под оболочки, в вещество и в просвет желудочков головного мозга. Данная травма образовалась от не менее 3-х воздействий твердым тупым предметом (предметами) в правую орбитально-носо-скуловую область, левую орбитально-скуловую область, правую теменно-затылочную область, в пределах нескольких (около 2-12) часов до поступления в стационар – 22 июня 2018 года в 21 час 10 минут;

- кровоподтек и ссадина правого предплечья, кровоподтеки области левого плечевого сустава, левого предплечья, правого предплечья, левой голени, правого бедра, которые образовались в пределах нескольких (около 9-10) суток до наступления смерти, от не менее 6-ти воздействий твердым тупым предметом (предметами), в области, соответствующие локализации повреждений. Множественность, локализация выше перечисленных повреждений на различных частях и поверхностях тела, позволяют исключить возможность их образования в результате однократного падения ФИО3 с высоты собственного роста.

2. Согласно данным медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 43076, диагноз «эпилепсия» был впервые установлен 03 февраля 2015 года на основании жалоб «...вчера утром упал потерял сознание пена изо рта (со слов жены накануне 2 дня злоупотреблял спиртным». С 04 февраля 2015 года по 16 марта 2015 года ФИО3 находился на стационарном лечении в 21 отделении КОКД с диагнозом: энцефалопатия сложного генеза (токсическая). Синдром вестибулопатии. Эписиндром. Согласно выписке из истории болезни № 2681но, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. находился в приемном отделении ГБУЗ КО «КГКБ№2» 22-23.12.2017 г. с диагнозом: энцефалопатия сложного генеза (токсическая, посттравматическая), последствия ОНМК в левой СМА? (2014г), судорожный синдром. Состояние после генерализованного эпиприступа. Цефалгия, вестибулоатаксия. Таким образом, судя по данным медицинской карты, у ФИО3 имелось заболевание в виде энцефалопатии, одним из клинических проявлений которого являлся судорожный синдром.

Согласно данным карты вызова скорой медицинской помощи № 310 СП от 22 июня 2018 года (л.д. 196, том 1): «больной не контактен, со слов окружающих ок. 20 минут назад без видимой причины на улице потерял сознание, упал, возможно ударился головой об асфальт... общее состояние тяжелое, сознание заторможенное, сопор, мышечный тонус снижен в левой руке, параорбитальная гематома. А\д 210X110 мм.рт.ст., Т тела 36,4, ЧСС 84 в мин., пульс 84в мин., ЧД 18 в мин. Диагноз: 1.ЗЧМТ, СГМ? Ушиб мягких тканей головы.2. ОНМК? Гемипарез слева», судорожного синдрома («эпилептического припадка (эпилептических конвульсий)»), состояния эпилептического статуса на момент осмотра потерпевшего бригадой скорой медицинской помощи зафиксировано не было. Не было зафиксировано и симптомов, которые, как правило, сопровождают судорожный синдром (эпилептический статус): синюшность лица и кожных покровов, непроизвольное мочеиспускание, дыхание хриплое, клокочущее, прикус языка и слизистой оболочки рта, пена в области рта. Также, состояние судорожного синдрома, эпилептического статуса не было зафиксировано при поступлении потерпевшего ФИО3 в стационар 22 июня 2018 года в 21 час 10 минут. На основании только пояснений свидетеля ФИО10 (« Я сразу подошла к нему, попыталась у него спросить, что произошло, но он ничего мне не ответил, так как его сильно трясло, и толком ничего пояснить не мог.»), без подтверждения судорожного синдрома объективными медицинскими критериями и данными, невозможно категорично высказаться о причине возникновения состояния потерпевшего ФИО3 «его сильно трясло». Кроме того, в протоколе допроса свидетеля ФИО10 от 03 августа 2018 года (л.д. 68-70 том 1) не содержится объективной информации о травмирующей ситуации, а именно, ударе головой во время падения ФИО3 «...я услышала какой-то глухой удар, как будто кто-то упал... увидела лежащим на асфальте мужчину... мужчина лежал на левом боку, левая часть лица находилась на асфальте, никаких следов крови на голове и на теле не было...». Ввиду выше изложенного, вынести объективное и категоричное экспертное суждение о том, что ФИО3, находясь в состоянии судорожного синдрома («эпилептического припадка, конвульсий»), в момент падения получил одно из повреждений на голове, не представляется возможным.

Кроме того, состояние судорожного синдрома, эпилептического статуса («эпилептического припадка, конвульсий»), его начало и течение, не предполагает множественные падения и множественные удары различными частями тела о какой-либо твердый тупой предмет, что позволяет исключить возможность образования множественных повреждений на теле ФИО3 в результате «эпилептического припадка, конвульсий».

Таким образом, суд расценивает версию подсудимой о том, что смерть ФИО3 могла быть результатом травм, полученных от ударов головой об асфальт во время эпилептического припадка, конвульсий, несостоятельной, надуманной, поскольку таковая полностью опровергнута совокупностью выше приведенных доказательств.

Тем самым, суд считает такую версию способом защиты от предъявленного обвинения.

Кроме того, в целях проверки версии подсудимой относительно ее невиновности в инкриминированном деянии, а также проверки ее показаний относительно обстоятельств получения от нее объяснений, в которых ФИО2 сообщает о совершенном ею преступлении, в судебном заседании допрошены в качестве свидетелей сотрудники полиции ФИО16 и ФИО17

Так, показаниями свидетеля ФИО16 подтверждается, что 21 сентября 2018 года при беседе с ФИО2 выяснилось, что между ней и её мужем периодически происходили конфликты. ФИО2 пояснила, что 22 июня 2018 года между ними произошел конфликт, ФИО3 на неё накинулся: сломал дверь на кухне, где находилась ФИО2, стал нападать на неё с ремнем. ФИО2, отбиваясь от него, нанесла потерпевшему ФИО3 удары сковородой по голове. Потерпевший был доставлен бригадой скорой помощи с ул. Патриотов, д. 30; в последующем он скончался. Всё, что ФИО2 рассказывала при допросе, было зафиксировано на видеозапись. ФИО2 была согласна на то, чтобы их беседа была записана на видеозапись. Данная видеозапись была в последующем предоставлена следователю. Кроме того, согласно судебно-медицинской экспертизе, было установлено, что в момент причинения травм потерпевшему он находился дома. Также в ходе беседы с ФИО2 выяснилось, что у ФИО2 с потерпевшим неоднократно происходили конфликты. ФИО2 поясняла, что он периодически над ней издевался. Показания ФИО2 давала добровольно в форме свободного рассказа. Так же, как было установлено со слов ФИО2, ранее ФИО2 вызывала полицию по факту избиения своим мужем. Результаты рассмотрения данных обращений ему не известны. Обращался ли потерпевший ФИО3 в отдел полиции с заявлением на ФИО2, ему также это не известно.

В свою очередь, показаниями свидетеля ФИО17 подтверждается, что ранее он работал оперуполномоченным в отделе полиции «Южный» Управления МВД России по городу Кемерово по раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений против личности. Ранее в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело по ст. 111 ч. 4 УК РФ, которое в последующем было прекращено. Затем в отдел полиции поступило сообщение о том, что гражданину были причинены телесные повреждения, который в последующем скончался. Стало известно, что данный гражданин являлся сожителем ФИО2 Он дал поручение своему сотруднику пригласить ФИО2 в отдел полиции «Южный» Управления МВД России по городу Кемерово для составления беседы по возбужденному на тот момент уголовному делу. Беседу с ФИО2 вели он и ФИО16 в служебном кабинете № 202. Обещаний о том, что ФИО2 будет вменена более мягкая статья, он ФИО2 не давал. С ФИО2 велась беседа относительно причинения телесных повреждений ФИО3 ФИО2 было разъяснено, что она является подозреваемой. Изначально ими была проведена проверка, ряд ОРМ. Был установлен маршрут следования ФИО3 ФИО18 того, что ФИО3 были причинены телесные повреждения по пути его следования, установлено не было. В ходе беседы ФИО2 пояснила, что ФИО3 постоянно конфликтовал с ней, провоцировал её на скандалы, постоянно употреблял спиртные напитки, причинял ей телесные повреждения, не был трудоустроен. ФИО2 сказала, что ФИО3 спровоцировал её на причинение ему телесных повреждений.

Для осуществления следственных действий, для допроса ФИО2 был приглашен следователь. Каких-либо документов в ходе беседы с ФИО2 составлено не было, но была осуществлена видеозапись беседы, которая проводилась им и ещё одним сотрудником полиции в служебном кабинете. ФИО2 была предупреждения, что ведется видеозапись, она не возражала. Данную видеозапись он представил в качестве материалов ОРМ. Информацию ФИО2 давала добровольно, ни физического, ни психологического давления на ФИО2 не оказывалось. При беседе с ФИО2 присутствовал только он и ФИО16. Доставку ФИО2 в отдел полиции «Южный» Управления МВД России по городу Кемерово осуществлял оперативный работник, который являлся подчиненным ФИО16, его фамилия ему не известна. Беседу он не составлял, так как ему не было дано такого указания.

Таким образом, суд расценивает версию подсудимой о том, что она оговорила себе под воздействием давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, уверения ее в том, что ей будет вменена ст. 108 УК РФ, надуманной, поскольку таковая, будучи исчерпывающе проверена судом, не нашла своего подтверждения в судебном заседании и, напротив, полностью опровергается совокупностью представленных доказательств, признанных судом достоверными и допустимыми.

Тем самым, суд считает данную версию подсудимой способом защиты от предъявленного обвинения.

Кроме того, виновность подсудимой ФИО2 в совершении описанного выше преступления в отношении ФИО3 также достоверно подтверждается следующими письменными и вещественными доказательствами.

Так, протоколом осмотра места происшествия от 21 сентября 2018 года и фототаблицей к нему, подтверждается, что по адресу: <адрес>, была изъята сковорода (т. 1 л.д. 39-51), которая приобщена в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 119).

Протоколом осмотра документов от 26 октября 2018 года подтверждается, что следователем был произведен осмотр материалов оперативно-розыскной деятельности, в том числе видеозаписи объяснений ФИО2; материалы ОРМ приобщены в качестве вещественных доказательств к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 123-124, 125-126, 128).

Заключением судебно-медицинской экспертизы № 5350 от 24 сентября 2018 года (т. 1 л.д. 164) подтверждается, что на момент осмотра у ФИО2 каких-либо повреждений в виде кровоподтеков, ссадин, ран, а также их последствий в виде рубцов и пигментных пятен, соответствующих дате – 22 июня 2018 года, на коже лица, волосистой части головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей не обнаружено.

Таким образом, оценивая каждое из перечисленных выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности в соответствии с требованиями УПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Оценивая признательные показания подсудимой ФИО2, данные ею на предварительном следствии, суд расценивает как достоверные доказательства, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и полностью согласуются с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, признанными судом достоверными и допустимыми, а также объективно подтверждаются совокупностью вышеприведенных доказательств, принятых судом. В этой же связи суд исключает возможность самооговора подсудимой.

Вместе с тем, показания подсудимой ФИО2 относительно того, что она не наносила ударов сковородой ФИО3, давала признательные показания под давление со стороны сотрудников правоохранительных органов, ФИО3 мог получить травмы, повлекшие его смерть, в результате ударов об асфальт при проявлении эпилепсии, суд считает недостоверными, поскольку, как уже было подробно указано судом выше, они полностью опровергаются вышеприведенными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей, протоколами произведенных следственных действий, заключениями экспертиз.

Суд считает, что подсудимая намеренно, с целью избежания ответственности за совершенное ею преступление, сообщила в судебном заседании недостоверные сведения относительно применения по отношению к ней давления оперативными сотрудниками во время проведения оперативно-розыскных мероприятий.

При этом суд отмечает, что подсудимая в ходе предварительного расследования меняла свою позицию относительно своих действий по отношению к погибшему ФИО3, поскольку в ходе допроса 26 октября 2018 года (т. 1 л.д. 182-187) ФИО5, вопреки ранее данным признательным показаниям, поясняла, что нанесла удары ФИО3 при превышении пределов необходимой обороны, так как он ударил ее бляшкой от ремня по голове три раза.

В свою очередь, в судебном заседании ФИО2 вновь изменила свою позицию, пояснив, что вообще не наносила каких-либо ударов ФИО3

Тем самым, суд считает показания ФИО2 непоследовательными.

В свою очередь, показания ФИО2 относительно того, что она нанесла удары ФИО3 при превышении пределов необходимой обороны, так как он ударил ее бляшкой от ремня по голове три раза, данные в ходе допроса 26 октября 2018 года (т. 1 л.д. 182-187), суд по приведенным выше основаниям также считает недостоверными и расценивает их как способ защиты.

Кроме того, суд исключает, что ФИО2 во время инкриминированного ей деяния действовала в состоянии необходимой обороны, поскольку во время ссоры с ФИО3 нападению, опасному для ее жизни и здоровья не подвергалась. Противоправное поведение ФИО3, явившееся поводом для преступления, не представляло опасности для жизни и здоровья ФИО2, что следует из обстановки, предшествующей преступлению, а также последующего поведения ФИО3, который после нанесенных ему сковородой ударов по голове, ушел из дома, в то время, как имел реальную возможность, в случае наличия такого умысла, причинить подсудимой вред здоровью. Указанное подтверждается как показаниями самой подсудимой, так и всей совокупностью доказательств, исследованных по настоящему уголовному делу и приведенных в приговоре.

Таким образом, показания подсудимой ФИО2, данные в судебном заседании относительно ее невиновности в инкриминированном преступлении, суд расценивает как недостоверные, считая их способом защиты с целью облегчить свою участь, в связи с чем, отвергает такие показания.

Оценивая приведенные выше показания потерпевшей и свидетелей, суд считает, что они последовательны, подробны, полностью согласуются с теми показаниями подсудимой, которые признаны судом достоверными, заключениями экспертиз, иными доказательствами, получены с соблюдением требований закона, закреплены в установленной уголовно-процессуальным законом форме, и потому признает их допустимыми и достоверными доказательствами.

В свою очередь, суд считает, что оперативно-розыскные мероприятия проведены сотрудниками правоохранительных органов в соответствии с требованиями, при наличии оснований и при соблюдении условий для проведения оперативно-розыскных мероприятий, установленных ст.ст. 7 и 8 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Полученная в результате проведенных с соблюдением требований Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» оперативно-розыскных мероприятий информация предоставлена следственному органу в установленном порядке.

Суд расценивает как надуманную позицию стороны защиты относительно недопустимости результатов проведенных оперативно-розыскных мероприятий, поскольку таковая не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, а напротив, полностью опровергается вышеприведенными доказательствами.

Тем самым, суд считает, что использованные в процессе доказывания результаты оперативно-розыскной деятельности, в силу ст. 89 УПК РФ, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом.

Оценивая протоколы следственных действий, иные документы, приведенные в качестве доказательств, суд считает, что они соответствуют требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом, полностью согласуются с другими доказательствами по настоящему уголовному делу, сомнений у суда не вызывают, и потому признает их допустимыми и достоверными доказательствами.

Оценивая заключения проведенных по настоящему уголовному делу судебных экспертиз, суд находит их обоснованными, поскольку экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона компетентными и квалифицированными экспертами на основе утвержденных методик, заключения полны, ясны и обоснованны, содержащиеся в них выводы мотивированы, сомнений у суда не вызывают, и потому суд признает их допустимыми и достоверными доказательствами.

В судебных прениях, подсудимая ФИО2 и её защитник – адвокат Никулина О.П. просили подсудимую оправдать.

Суд не может согласиться с позицией стороны защиты об оправдании подсудимой, поскольку оснований для этого в ходе судебного заседания не установлено, а причастность подсудимой к совершенному преступлению нашла свое полное подтверждение в судебном заседании.

Таким образом, оценив приведенные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, суд считает их в своей совокупности достаточными, чтобы признать установленной и доказанной вину подсудимой ФИО2 в совершении ею 22 июня 2018 года вышеописанного умышленного причинения ФИО3 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности смерть ФИО3, которая наступила 01 июля 2018 года в 17 часов 10 минут, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Мотивом совершения преступления явилась возникшая у подсудимой неприязнь к ФИО3 на почве ссоры в результате противоправного поведения погибшего, явившегося поводом для преступления.

Суд считает доказанным, что подсудимая в момент причинения тяжкого вреда здоровью ФИО3 осознавала, что совершает умышленные действия, направленные на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, и желал их совершения.

При этом, суд приходит к выводу, что в момент причинения тяжкого вреда здоровью ФИО3, ФИО2 не предвидела возможность наступления смерти потерпевшего от её действий, однако, в силу своего жизненного опыта, учитывая, что нанесла неоднократные удары в область жизненно важного органа (головы) сковородой, при необходимой внимательности и предусмотрительности могла и должна была предвидеть данные последствия.

При решении вопроса о направленности умысла подсудимой суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывает способ совершения преступления, количество нанесенных ударов, их характер и локализацию, применение сковороды как предмета, используемого в качестве оружия.

Таким образом, суд считает, что действия ФИО2 образуют состав оконченного умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть ФИО3, с применением предмета, используемого в качестве оружия, в связи с чем, квалифицирует действия подсудимой по ст. 111 ч. 4 УК РФ.

Выводы суда о квалификации действий подсудимой подтверждаются всей совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

Суд считает, что установленные в судебном заседании обстоятельства друг другу не противоречат, а напротив, согласуются между собой, взаимно дополняя одно другое.

Таким образом, суд приходит к выводу, что отсутствуют какие-либо неустранимые сомнения в виновности ФИО2, которые могли бы быть, в соответствии со ст. 49 Конституции Российской Федерации и ст. 14 УПК РФ, истолкованы в пользу подсудимой.

При этом суд исключает возможность переквалификации деяния подсудимой на иной вид преступления, в том числе предусмотренный ст. 108 ч. 1 УК РФ, – убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, поскольку суд исключает саму необходимую оборону, что уже было указано выше.

Учитывая изложенное, материалы настоящего уголовного дела, касающиеся личности подсудимой, обстоятельства совершения ею преступления, ее последующее поведение, а также ее поведение в судебном заседании, адекватный речевой контакт, суд считает, что отсутствуют сомнения во вменяемости ФИО2

Суд, принимая во внимание изложенные обстоятельства, в том числе учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, не находит оснований для применения в отношении подсудимой правил ст. 76.2 УК РФ.

Таким образом, суд считает необходимым назначить подсудимой уголовное наказание, исходя из требований статей 6 и 60 УК РФ.

Назначая подсудимой ФИО2 наказание, суд исходит из конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного ею преступления, а также данных, характеризующих личность подсудимой: удовлетворительно характеризующуюся по месту жительства участковым уполномоченным полиции (т. 1 л.д. 212), не состоящей на учете у психиатра и нарколога (т. 1 л.д. 210, 211), а также учитывает влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и условия жизни её семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд принимает во внимание фактическое полное признание вины и раскаяние в содеянном в ходе досудебного производства, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний изначально в ходе предварительного следствия, объяснения ФИО2, данные ею сотрудникам правоохранительных органов под видеозапись, из которых следует, что она добровольно сообщает о совершенном ею преступлении, в связи с чем, расцениваемые судом как явка с повинной (т. 1 л.д. 122, 136), противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, посещение ФИО3 в больнице, что является проявлением заботы о погибшем, а также совершение преступления впервые, оплату расходов на погребение и поминальный обед, преклонный возраст потерпевшей.

При назначении наказания подсудимой суд также учитывает состояние ее здоровья.

Суд также учитывает психо-эмоциональное состояние подсудимой во время совершения преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, судом не установлено.

Учитывая, что в отношении ФИО2 установлено наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 61 ч. 1 п. «и» УК РФ, в то время, как отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства, суд считает необходимым при назначении наказания подсудимой применить правила ст. 62 ч. 1 УК РФ.

Судом не установлено оснований для применения при назначении подсудимой наказания ст. 64 УК РФ, поскольку в судебном заседании не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории совершенного подсудимой преступления на менее тяжкую в соответствии с правилами ст. 15 ч. 6 УК РФ.

Таким образом, принимая во внимание, в соответствии со статьями 6 и 60 УК РФ, установленные в судебном заседании обстоятельства в совокупности, суд полагает, что достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 ч. 2 УК РФ, возможно только при назначении ФИО2 наказания в виде лишения свободы.

При этом, совокупность изложенных обстоятельств, а также достижение цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденной и предупреждения новых преступлений, привели суд к убеждению о не возможности исправления и перевоспитания ФИО2 без реального отбывания наказания, в связи с чем, правила ст. 73 УК РФ не подлежат применению.

Суд, принимая во внимание изложенные обстоятельства, в том числе учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, не находит оснований для замены наказания в виде лишения свободы, назначаемого подсудимой, на принудительные работы в соответствии со ст. 53.1 ч. 2 УК РФ.

В соответствии со статьями 6 и 60 УК РФ, с учетом целей наказания, суд не находит оснований для назначения подсудимой дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Исходя из требований ст. 58 ч. 1 п. «б» УК РФ, отбывание наказания подсудимой должно быть назначено в исправительной колонии общего режима.

Поскольку ФИО2 настоящим приговором назначается наказание в виде лишения свободы, которое она будет отбывать реально, то в целях обеспечения исполнения наказания, а также обеспечения апелляционного рассмотрения настоящего приговора в случае его обжалования, суд, исходя из требований статей 97, 99, 108, 110, 255 УПК РФ, считает необходимым до вступления настоящего приговора в законную силу избранную подсудимой меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взяв ФИО2 под стражу в зале суда.

В соответствии со ст. 72 ч. 3.1 п. «б» УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ), время содержания подсудимой под стражей со дня ее заключения под стражу – 29 июля 2019 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу необходимо зачесть в срок отбывания наказания, из расчета: один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, за исключением случаев, предусмотренных ст. 72 ч. 3.3 УК РФ.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства суд считает необходимым:

- сотовый телефон «Fly TS 113» (т. 1 л.д. 115, 116) – оставить в законном владении ФИО2;

- сковороду (т. 1 л.д. 119) – уничтожить;

- материалы оперативно-розыскной деятельности (т. 1 л.д. 120-121), диски DVD-R (т. 1 л.д. 122, 128, 136) – хранить при материалах уголовного дела до истечения срока хранения последнего.

Гражданский иск по настоящему уголовному делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307-309 УПК РФ, суд

Приговорил:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, исчисляя срок наказания с 29 июля 2019 года.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО2 до вступления настоящего приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда, содержать в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Кемеровской области.

В соответствии со ст. 72 ч. 3.1 п. «б» УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ), зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО2 под стражей по настоящему приговору со дня ее заключения под стражу – 29 июля 2019 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета: один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, за исключением случаев, предусмотренных ст. 72 ч. 3.3 УК РФ.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства:

- сотовый телефон «Fly TS 113» – оставить в законном владении ФИО2;

- сковороду – уничтожить;

- материалы оперативно-розыскной деятельности, диски DVD-R – хранить при материалах уголовного дела до истечения срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд всеми участниками процесса в течение 10 (десяти) суток со дня его провозглашения, а осужденной ФИО2, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора.

Разъяснить ФИО2 право ходатайствовать о ее личном участии при рассмотрении настоящего уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: (Н.А. Быданцев)