Приговор № 1-109/2018 1-3/2019 от 27 января 2019 г. по делу № 1-109/2018

Дело № 1-3/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Кимры 28 января 2019 года

Кимрский городской суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Иванова Ю.И.,

при секретаре судебного заседания Поляковой Р.П.,

с участием государственного обвинителя Кочергина С.А.,

потерпевшей ФИО5 №1, её представителя ФИО1,

подсудимых ФИО6 и ФИО2,

защитников Калашниковой В.В. и Нестеренко С.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда материалы уголовного дела, по которому

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <****>, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, не судимая

обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «а, в, г» ч.2 ст. 163 УК РФ,

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <****>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый

обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «а, в, г» ч.2 ст. 163 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО6 совершили требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия и под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере при следующих обстоятельствах:

ФИО3 в период 11.05.2017 года по 29.06.2017 года встретилась со своим знакомым ФИО4, которому сообщила, что ФИО5 №1 не передает ей денежные средства в размере 290 тысяч рублей за оказанную риэлторскую услугу по продаже жилого дома в г. Кимры, при этом агентским договором или иным письменным документом стоимость данной услуги не подтвердила и в указанный период между ними состоялся сговор на вымогательство указанных денежных средств посредством угрозы применения насилия и под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, направленный на личное обогащение.

С этой той целью ФИО3 29.06.2017 года в дневное время прибыла по месту работы ФИО5 №1 по адресу: <адрес> потребовала у нее передачи денежных средств в размере 290 000 рублей, а когда она ответила отказом, ФИО3 в присутствии коллег по работе высказала угрозу распространения позорящих сведений, а в подтверждение своих намерений в тот же день ФИО3 прислала потерпевшей смс-сообщение с указанием номера своей банковской карты, размера денежной суммы 50 000 рублей, которую ФИО5 №1 должна была перечислить до 17 часов. Не получив требуемое, ФИО3 30.06.2017 года вновь прислала потерпевшей смс-сообщение с угрозой распространения порочащих сведений в социальных сетях.

04.08.2017 года около 17:20 ФИО3 совместно с ФИО6, действуя согласно ранней договоренности, на автомобиле марки «<****>», государственный регистрационный знак №*, под управлением последнего прибыли к дому <адрес>, в котором проживает потерпевшая и члены её семьи, где с целью получения денежных средств стали высказывать ФИО5 №3, отцу потерпевшей, угрозы физической расправы над его внуками, демонстрируя их фотографии и бутылку с кислотой, данные угрозы ФИО5 №3 воспринял реально.

05.08.2017 года, узнав, что ФИО5 №1 не перечислила денежные средства, в ходе телефонного разговора ФИО6 вновь высказал последней угрозу применением насилия.

06.08.2017 года около 20:00 ФИО6 очередной раз прибыл к дому, в котором проживает потерпевшая, где потребовал передачи ему денежных средств.

28.08.2017 года ФИО6 прибыл на место работы ФИО5 №1, где вновь, угрожая ей применением насилия, потребовал передачи ему денежных средств. В ответ на отказ потерпевшей показал ей характерный жест, проведя рукой по своей шее. Во всех описанных случаях потерпевшая ФИО5 №1 воспринимала угрозу применения насилия реально, опасалась её исполнения.

Подсудимая ФИО3 в судебном заседании вину в совершении преступления не признала и пояснила, что она занимается продажей недвижимости, ей принадлежит юридическое лицо «Мир недвижимости», она является его единственным работником. 07.07.2016 года к ней в офис пришел ФИО5 №3, в ходе разговора она поняла, что он хочет продать жилой дом, принадлежащий покойной супруге. Поскольку она с родственниками агентские договора не заключает, она устно разъяснила ФИО5 №3, что её услуги будут стоить пять процентов от суммы сделки, на что он согласился и сказал, что его дочь ФИО5 №1 сама подпишет договор. Первоначальная цена на недвижимость составляла 6 700 000 рублей, но в течение года он неоднократно цену снижал до 6 000 000 рублей, а перед Новым годом попросил убрать цену из объявления. В момент, когда они с ФИО5 №3 договаривались об оказании услуг, в её офисе находился её знакомый ФИО6, который помогал ей в бизнесе, а она взамен рекомендовала его своим клиентам, которые желали заняться строительством или ремонтом. Они вместе с ним и ФИО5 №3 приехали к дому, провели его фотосъемку, после чего 12.07.2016 года она разместила объявления о продаже дома на интернет-сайтах по продаже недвижимости, а так же дала объявления в газету. Эти объявления неоднократно оплачивались ею из собственных средств. На некоторое время она объявления убрала, поскольку не могла связаться с ФИО5 №3, но он сам вновь пришел к ней в офис и сказал, что их соглашение в силе.

В начале мая 2017 года ей звонила Свидетель №1, интересовалась домом ФИО5 №1 Она согласовала дату осмотра с ФИО5 №3, но сама поехать не смогла. 10.05.2017 года она встретилась с ФИО5 №1 на работе, она передала ей все документы и передала для подписания агентский договор. На следующий день ей отправили недостающие документы, в том числе и покупатель, она подготовила договор купли-продажи, который передала продавцу и покупателю. Они договорились, что сделка будет осуществлена 16.05.2017 года, однако, ей позвонила ФИО5 №1 и сказала, что провести сделку не получится, так как она должна будет заплатить большой налог. Тогда она, ФИО3 проконсультировалась в налоговой инспекции и все рассказала ФИО5 №1, которая сказала, что они ждут процедуры оспаривания кадастровой стоимости дома. В 20-х числах июня она пыталась связаться с Свидетель №1 и ФИО5 №1, но те не отвечали на её звонки и смс-сообщения. Тогда 29.06.2017 года она приехала на работу к потерпевшей, чтобы поговорить с ней, она сказала, что сделку они уже оформили, что покупателя она нашла сама, в договоре, который ФИО3 подготовила, была ошибка, и если она с чем-то не согласна, то может обратиться в суд. В офисе находилась ФИО5 №1 и её коллеги, в присутствии которых ФИО5 №1 предложила ей оплатить 10 000 рублей, ей, ФИО3, стало очень обидно, предложила заплатить хотя бы 50 000 рублей, вечером скинула ей смс-сообщение с номером карты. Она обратилась к коллегам потерпевшей и сказала «Девочки, посмотрите с кем вы работаете». Она не называла ФИО5 №1 мошенницей. 30.06.2017 года она писала ФИО5 №1, к этому времени она была заблокирована во всех социальных сетях. Утверждает, что не высказывала никаких угроз ФИО5 №1 и её семье, напротив она говорила, что если с ней, с её семьёй или имуществом что-то случится, то она обвинит во всем ФИО3, на работе зашла в кабинет и демонстративно сказала «девочки, меня обещали сжечь». Она действительно 30.06.2017 года скидывала потерпевшей скриншоты с её страницы в «Одноклассниках» и угрожала, что она сообщит всем её друзьям о том, что она мошенница, но она сделала это на эмоциях.

04.08.2017 года она была вместе с ФИО6, которого попросила отвезти к дому ФИО5 №1, чтобы она подписала агентский договор, по пути она рассказала ему о сложившейся ситуации. Когда они подъехали к дому, то она вышла из машины, а ФИО6 остался ждать её в машине. Когда к дому подъехала ФИО5 №1 и её супруг ФИО5 №2, ФИО6 подошел к ним. ФИО6 взывал к её совести и просил подписать договор. ФИО5 №1 провоцировала их на конфликт, поэтому ФИО6 мог быть резок. Они не угрожали им физической расправой, не показывали фотографии детей и бутылку кислоты. Ей неизвестно, приезжал ли ФИО6 на следующий день к потерпевшим. Полагает, что потерпевшая их оговаривает, они не развешивали по городу плакаты с указанием, что ФИО5 №3 мошенница, не повреждали её автомобиль и не подбрасывали похоронный венок. Она не просила ФИО6 оказать ей помощь в решении её проблемы.

Подсудимый ФИО6 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал и пояснил, что он знаком с ФИО3, который иногда помогал в её работе – фотографировал и возил на объекты, оказывал иную помощь, а она, в свою очередь, помогала ему в поиске клиентов, которые желали построить садовые дома. 09.07.2016 года он находился в офисе у ФИО3, когда к ней зашел ранее не знакомый ему ФИО5 №3, который сказал, что его дочь хочет продать дом. Его ознакомили с условиями оказания риелторских услуг, в том числе с оплатой в размере 5 процентов от стоимости сделки. Он сказал, что его устраивают предложенные условия, договор подпишет его дочь, как позже узнал ФИО5 №1 Он и ФИО3 приехали к дому, провели фотосъемку. После этого ФИО3 сделала объявления в интернете и газете о продаже дома, оплачивала их за счет собственных средств. О ходе сделки ФИО3 его в курс не вводила, а он не интересовался. 04.08.2017 года ФИО3 попросила его отвезти её на объект, в ходе поездки рассказала, что она продала дом ФИО5 №3, но ей не заплатили деньги, попросила отвезти к дому ФИО5 №1, он согласился. Они подъехали к дому ФИО5 №1 примерно в 17-18 часов. ФИО3 пошла разговаривать с ФИО5 №3, он некоторое время находился в машине, но тоже решил принять участие в разговоре, поскольку хотел помочь ФИО3 ФИО5 №3 сказал, что с этими вопросами им необходимо обратиться к ФИО5 №1, которая подъехала к дому через несколько минут, ФИО5 №3 сразу же сказал ей, что они угрожали ему и показывали фотографии внуков и бутылку кислоты. Во время разговора с ФИО5 №1 он пытался призвать её к совести и оплатить оказанные ФИО3 услуги. Если он сказал что-то грубое или расцененное потерпевшей как угрозу, то это было сказано на эмоциях.

05.08.2017 года он позвонил потерпевшей и узнал, что деньги она не вернула. 06.08.2017 года он и его коллега Свидетель №2 находились в Савелово, он решил снова заехать к ФИО5 №1 Он один подошел к дому, попытался вновь убедить ФИО5 №1 оплатить услуги ФИО3 В ходе разговора к ним подошел Свидетель №2, которого он об этом не просил. Угрожающего жеста потерпевшей он не показывал, просто почесал шею.

Несмотря на непризнание вины подсудимыми ФИО6 и ФИО3 их вина в совершении вымогательства под угрозой применения насилия и распространения сведений, позорящих потерпевшего группой лиц в крупном размере подтверждается показаниями потерпевших, свидетелей, письменными материалами дела.

Так, потерпевшая ФИО5 №1 в судебном заседании пояснила, что по праву наследования после смерти матери ей принадлежит дом, расположенный по адресу: <адрес>. Примерно в 2015 году она начала решила продать дом, с этой целью доводила информацию до знакомых. Право собственности на жилой дом она оформила 13.03.2017 года. В мае 2017 года её отец ФИО5 №3. рассказал, что он обратился в агентство недвижимости с целью продажи дома, при этом никакого договора на оказание услуг он не заключал. В начале мая 2017 года ФИО5 №3 позвонила ФИО3 и спросила, сможет ли он показать дом потенциальному покупателю Свидетель №1, на что он согласилась. При осмотре дома из агентства никто не присутствовал, с ней связалась ФИО3, предложила оформить договор купли-продажи в её агентстве, поскольку ФИО5 №3 обращался к ней с целью поиска покупателя, она согласилась на предложение ФИО3 11.05..2017 года она направила ФИО3 правоустанавливающие документы на дом, а 12.05.2017 года ФИО3 принесла ей на работу договор купли-продажи и агентский договор, о котором речи в их разговоре не шло. В нем был указан размер вознаграждения в сумме 290 000 рублей, что всю работу по продаже дома проделало агентство. Поскольку её не устраивали эти условия, она перезвонила ФИО3 и спросила, почему там указаны такие условия, пояснила, что она не согласна с ценой договора, согласна была заплатить лишь за оформление договора купли-продажи и сопровождение сделки в Росреестре. ФИО3 сказала, что она все равно заплатит ей эти деньги, она отказалась от её услуг, о чем сообщила ФИО3 Словам ФИО3 о том, что ей придется заплатить эти деньги, она значения не придала, поскольку никого договора они не заключали, а Свидетель №1 сказала, что о продаже дома ей стало известно от знакомых. Договор купли-продажи составила её коллега по работе Свидетель №4 и 16.06.2017 года они с Свидетель №1 оформили сделку в МФЦ г.Кимры.

29.06.2017 года к ней на работу пришла ФИО3 с ранее незнакомым ей мужчиной, мужем ФИО3, начала говорить, что она понесла много затрат, связанных с продажей дома, оплачивала объявления, на что она предложила все возместить при наличии платежных документов. ФИО3 сказала, что она, ФИО5 №1, живет в частном доме и чтобы она подумала о последствиях. Супруг периодически успокаивал ФИО3, когда та начинала кричать. Поскольку ФИО3 не давала ей сказать ни слова, она вернулась в свой кабинет, но ФИО3 зашла следом за ней и в присутствии коллег Свидетель №4, Свидетель №5 и Свидетель №3 сказала, что они все еще узнают, с кем они работают, что она «кинула её на деньги», после чего её супруг увел её. После разговора она стала очень переживать за себя, членов своей семьи, и за свое имущество, в тот день она получила смс-сообщение от ФИО3 с указанием номера банковского счета, суммы 50 000 рублей и времени 17 часов. Она не поняла, за что у неё требуют деньги, отвечать на смс не стала.

30.06.2017 года ФИО3 прислала ей скриншот списка её друзей и пообещала сделать рассылку и рассказать всем, что она кидает людей на деньги. 04.08.2017 года ей позвонила её соседка Свидетель №10, сообщила, что у её дома стоит черная машина, мужчина и женщина громко кричат на его отца ФИО5 №3 Она уже ехала домой, по приезду сразу же спросила у отца, что случилось. Он рассказал, что пришли мужчина и женщина, мужчина показал ему фотографии внуков и бутылку с кислотой, сказав, представь, что будет с твоими внуками. Она вышла на улицу, из черной машины марки «<****>», вышла ФИО3 и ранее незнакомый ей ФИО6 Разговор она записывала на диктофон, ФИО3 и ФИО6 принуждали её подписать агентский договор и оплатить денежные средства по этому договору, просили её сесть к ним в машину, но она не соглашалась. ФИО6 сказал, что он приедет завтра и пусть готовит деньги, которые она все равно заплатит. 05.08.2017 года ФИО6 позвонил ей, она сказала, что деньги платить она не будет, на что он сказал, что завтра приедет « с людьми решать вопрос». 06.08.2017 года вечером к её дому вновь подъехал автомобиль ФИО6, из которого вышел он и ещё один мужчина по имени Свидетель №2, который спросил, что случилось. Она рассказала ему все, что ей было известно, при этом ФИО6 периодически пытался наброситься на неё, вел себя агрессивно, не разрешал её супругу участвовать в разговоре. После разговора ФИО6 и Свидетель №2 уехали. 28.08.2017 года ФИО6 приехал к ней на работу и в присутствии её коллеги Свидетель №5 вновь высказал требование передачи денежных средств, при этом сделал в её адрес угрожающий жест, проведя по шее рукой. Угрозу, высказанную ФИО6, она восприняла реально.

В ходе очных ставок с обвиняемыми ФИО6 и ФИО3 22.06. и 21.06.2018 года (т.3 л.д.58-63, т.3 л.д.104-109) потерпевшая подтвердила свои показания, устранить противоречия в показаниях указанных лиц относительно существенных обстоятельств дела устранить не удалось.

В ходе проверки показаний на месте 07.05.2018 года ФИО5 №1 подробно рассказал о событиях, изложенных ею в судебном заседании, с указанием мест, в которых эти события имели место (т.2 л.д. 140-152).

Кроме того, указанные обстоятельства ФИО5 №1 подтвердила в своих заявлениях в МО МВД России «Кимрский» от 17.08.2017 (т.1 л.д.54), 29.08.2017 года (т.1 л.д.73), от 08.09.2017 года (т.1 л.д. 114), от 23.08.2017 года (т.1 л.д. 138), от 28.08.2017 года (т.1 л.д.164), от 10.09.2017 года (т.1 л.д. 215).

ФИО5 ФИО5 №2 в судебном заседании показал, что ФИО5 №1 его супруга. 04.08.2017 года ей позвонила их соседка Свидетель №10, которая сообщила, что у их дома стоит черная машина, мужчина и женщина кричат на ФИО5 №3 Когда они приехали домой, он рассказал им, что мужчина и женщина показывали ему фотографии внуков и демонстрировали бутылку кислоты, а также угрожали повреждением имущества. ФИО5 №1 пошла на улицу разговаривать с мужчиной и женщиной, как позднее ему стало известно ФИО6 и ФИО3 Когда он вышел на улицу, то услышал, что они требовали подписать агентский договор и оплатить им денежные средства по нему в размере 290 000 рублей, чтобы ФИО5 №1 села к ним в машину. ФИО6 сказал, что она все равно эту сумму заплатит, договор сунул под дворник машины. Ему он объяснил, что они риелторы и занимались продажей дома, принадлежащего его супруге. 05.08.2017 года ФИО5 №1 позвонил ФИО6, которому она сказала, что платить деньги не будет, на что он сказал, что «приедет с людьми решать вопрос». 06.08.2017 года к их дому вновь приехал ФИО6 с мужчиной по имени Свидетель №2. ФИО6 не давал ему, ФИО5 №2, присутствовать при разговоре, кричал супруге, что она мошенница и «кинула их на деньги». ФИО5 №1 описала Свидетель №2 всю ситуацию, на что он сказал ФИО6, что они могут оплатить им все понесенные ими затраты по оплате объявлений о продаже дома.

Указанные обстоятельства ФИО5 №2 подтвердил в своих заявлениях в МО МВД России «Кимрский» от 23.08.2017 года (т.1 л.д.139) и от 01.09.2017 года (т.1 л.д.187).

Из показаний потерпевшего ФИО5 №3, данных им в судебном заседании следует, что в 2015 году он обратился в агентство недвижимости для того, чтобы узнать, можно ли продать дом, принадлежащий его супруге, которая умерла в мае 2016 года, в наследство вступила его дочь ФИО5 №1 В агентстве находились ранее незнакомые ему ФИО3 и ФИО6, которые вместе с ним поехали в дом, где сфотографировали его. Через некоторое время он вновь обратился в это агентство, предложил заключить договор на оказание услуг, на что ФИО3 сказала, что это они еще успеют сделать, стоимость услуг она не озвучила. Поскольку никаких договоров он не заключал, то об этом он ФИО5 №1 не рассказывал. В мае 2017 года ему позвонила ФИО3, спросила, будет ли он дома, на что он ответил положительно. Вечером пришла Свидетель №1, которая осмотрела дом, сказала, что готова его купить, он дал ей номер телефона ФИО5 №1 Сделка была оформлена в середине июня 2017 года. 04.08.2017 года к дому подъехала ФИО7 и ФИО6, которые начали говорить ему, что его дочь мошенница и «кинула их на деньги». ФИО6 на мобильном телефоне показал фотографии его внуков и продемонстрировал бутылку с кислотой. На крики к ним подошла соседка Свидетель №10, которая сказала, что домой уже едет ФИО5 №1 Когда она приехала домой, он рассказал ей о случившемся. В дальнейшем от ФИО5 №1 ему стало известно, что ФИО3 и ФИО6 ТИ.Л. вымогают у неё денежные средства.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснила, что в мае 2017 года её супругу стало известно, что на продажу выставлен дом, расположенный по адресу: <адрес>. Они несколько раз пытались встретиться с хозяевами, но в доме никого не было. Тогда она зашла на сайт «Домофонд», где увидела объявление о продаже этого дома, позвонила по указанному в нем телефону. Ей ответила ФИО3, сказала, что дом действительно продается, через неё она договорилась с продавцом о просмотре дома. После осмотра они решили приобрести дом, изначально сделка планировалась на 16.05.2017 года, но оформить договор в этот день им не удалось. В какой-то из дней мая ФИО3 привезла ей образец договора купли-продажи дома, но в нем было неверно указано её имя. 15.06.2017 года ей позвонила ФИО5 №1, с которой они договорились о сделке на 16.06.2017 года. Про конфликт между ФИО3 и ФИО5 №1 ей ничего неизвестно.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании дал аналогичные показания, что и свидетель Свидетель №1

Свидетель Свидетель №6 в судебном заседании пояснил, что он с 2001 года занимается риелторской деятельностью. Указал, что в среднем по г.Кимры и Кимрскому району риелторы со сделки получают денежное вознаграждение в размере от 1 до 3 процентов со суммы сделки.

Свидетель Свидетель №10 в судебном заседании пояснила, что она проживает по адресу: <адрес>. 04.08.2017 года около 17 часов она услышала разговор на повышенных тонах, выглянула в окно и увидела автомобиль марки «<****>» черного цвета, государственный регистрационный знак №*, и мужчину и женщину, которые кричали на её соседа ФИО5 №3, размахивали руками и были явно агрессивно настроены против него. Она сразу же позвонила его дочери ФИО5 №1, рассказал ей об увиденном. Мужчина в это время кричал, что она мошенница, продала дом, а риелторам платить не хочет. После звонка она вышла на улицу и сказала, что домой едет ФИО5 №1, после чего мужчина и женщина сели в автомобиль. ФИО5 №3 рассказал ей, что они демонстрировали ему бутылку с кислотой и фотографию внуков, требовали денежные средства. В судебном заседании опознала, что мужчина и женщина, высказывавшие угрозы, это ФИО6 и ФИО8 Через некоторое время к дому приехала ФИО5 №1, от которой они требовали подписания какого-то документа, кричали, что она должна им денег. В этот же вечер ФИО5 №1 рассказала ей, что они заставляют её подписать агентский договор и оплатить услуги риелтора в размере 290 000 рублей. Кроме того, от ФИО5 №1 ей известно, что ФИО6 звонил ей на телефон, говорил, что приедет с ней разговаривать с компетентными людьми. 06.08.2017 года она была дома и наблюдала за домом ФИО5 №1 Вечером она увидела туже черную машину, из которой вышел ФИО6 и незнакомый ей мужчина, они разговаривали с ФИО5 №1 ФИО6 вновь вел себя агрессивно.

Свидетель Свидетель №4 в судебном заседании пояснила, что ФИО5 №1 её коллега по работе. 29.06.2017 года она, ФИО5 №1, Свидетель №5 и Свидетель №3 находились на рабочем месте, когда в кабинет зашла ранее незнакомая ей ФИО3 и незнакомый ей мужчина, которые начали разговаривать с ФИО5 №1, вышли в коридор. Через некоторое время там начался скандал, она слышала голос ФИО3, а через несколько минут в кабинет вернулась ФИО5 №1, рассказала, что с неё требуют деньги. В этот момент в кабинет вбежала ФИО3 и мужчина, в агрессивной форме она сказала, что ФИО5 №1 «кинула их на деньги», знайте, с кем Вы работаете», «я тебя ославлю на все Кимры», после чего мужчина вывел её из офиса. Она на протяжении долгого времени знакома с ФИО5 №1, в июне 2017 года помогала ей с оформление договора купли-продажи жилого дома, оставшегося после смерти матери ФИО5 №1 От потерпевшей ей известно, что после продажи дома к ней начала обращаться ФИО3, с требованием о передаче денежных средств в размере 290 000 рублей за оформление сделки купли-продажи, а также об угрозах, которые она при этом ей высказывала.

Свидетель Свидетель №5 в судебном заседании пояснила, что ФИО5 №1 её коллега по работе. По обстоятельствам, имевшим место 29.06.2017 года, дала аналогичные показания, что и свидетель Свидетель №4 Кроме того пояснила, что 28.08.2017 года к ним на работу пришел ранее неизвестный ей ФИО6, который стал требовать от ФИО5 №1 передачи денежных средств, на её отказ сказал, что если она не хочет по хорошему, то будет по плохому и, выходя из кабинета, показал угрожающий жест, проведя рукой по шее. От ФИО5 №1 ей также известно, что он угрожал расправой над её детьми.

В ходе очной ставки между Свидетель №5 и ФИО6 22.06.2018 года Свидетель №5 подтвердила свои показания, устранить противоречия в показаниях указанных лиц относительно существенных обстоятельств дела устранить не удалось (т.3 л.д.54-57).

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании пояснила, что она бывшая коллега ФИО5 №1 29.06.2017 года она находилась на работе вместе с ФИО5 №1, Свидетель №5 и Свидетель №4, когда в кабинет пришла ФИО3, с которой ФИО5 №1 вышла разговаривать в коридор, оттуда слышались крики. Свидетель №4 рассказала, что ФИО3 требует с ФИО5 №1 деньги за продажу дома. Когда ФИО5 №1 вернулась, за ней в кабинет зашла ФИО3, которая сказала, что она расскажет всему городу, что она мошенница, после чего мужчина, который был с ней, увел её. ФИО5 №1,В. рассказала им, что ей угрожают и требуют деньги.

Из показаний свидетеля Свидетель №12, оглашенных в судебном заседании с согласия сторон в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что она знакома с Свидетель №8 – дочерью потерпевшей, от которой ей известно, что у ФИО5 №1 в собственности находился дом, который она продала, после чего к ней начала приходить женщина риелтор и требовать от неё денег, хотя никаких договоров ФИО5 №1 с ней не заключала (т.2 л.д.120-122).

Свидетель Свидетель №11 в судебном заседании дала аналогичные показания, что и свидетель Свидетель №12

Свидетель Свидетель №8 в судебном заседании пояснила, что ФИО5 №1 её мать. В августе 2017 года она находилась в лагере «Салют», к ней приехала её мама и сказала, что если про неё или семью скажут что-то плохое, то не слушать, и сразу звонить ей. Ей известно, что мама продала дом бабушки и дедушки, после чего к ней начала приходить женщина риелтор и требовать от неё денег, хотя никаких договоров она с ней не заключала.

Несовершеннолетний свидетель Свидетель №9 в судебном заседании дал аналогичные показания, что и свидетель Свидетель №8

Из показаний свидетеля Свидетель №13, оглашенных в судебном заседании с согласия сторон в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что ФИО3 арендует у него помещение, в котором располагается её агентство недвижимости. Он несколько раз видел в этом помещении ФИО6, который арендовал это же помещение после того, как закончился договор аренды с ФИО3 Ему неизвестно, занимался ли ФИО6 риелторскими услугами (т.2 л.д. 125-127).

Показания свидетелей Свидетель №14, Свидетель №15 и Свидетель №7 суд в основу приговора не кладет, поскольку они не относятся к существу обвинения.

Кроме того, вина ФИО3 и ФИО6 подтверждается в инкриминируемом преступлении следующими доказательствами:

- проколом выемки от 07.05.2018 года, согласно которому потерпевшая добровольно выдала DVD-R диск (т.2 л.д. 154-156), который осмотрен 17.05.2018 года (т.2 л.д.164-205) и приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства (т.2 л.д.206). На указанном диске имеется аудиозапись «2017-08-04 17-33-03» разговора между ФИО5 №1, ФИО3 и ФИО9, «2017-08-06 20-30-23» между ФИО5 №1, ФИО5 №2, ФИО9 и неизвестным мужчиной, «2017-08-28 16-03-22-0-61» запись разговора между ФИО5 №1 и ФИО9, на всех записях лица ругаются, ФИО6 и ФИО3 требуют от ФИО5 №1 передачи им денежных средств, при этом высказывания ФИО6 о том «при свидетелях не хочу бить», «тебе одной я покажу потом, что с тобой будет» «без свидетелей я тебе покажу» в контексте с неоднократными требованиями передачи денежных средств судом расцениваются как угрозы применения насилия;

- протоколом выемки от 21.06.2018 года, согласно которому у ФИО6 изъят принадлежащий ему автомобиль марки «<****>», государственный регистрационный знак №* (т.3 л.д.17-20), который осмотрен в тот же день (т.3 л.д. 21-27) и признан вещественным доказательством (т.3 л.д.29);

- распечатка сообщений с мессенджера Viber от 30.06.2017 года, из которого следует, что между ФИО3 и ФИО5 №1 велась переписка относительно сделки по продаже дома, в ходе которой ФИО3 продемонстрировала потерпевшей скриншот страницы социальной сети «Одноклассники» и указала, что всем расскажет о том, кто она такая (т.1 л.д. 56-70).

Суд, оценив представленные сторонами защиты и обвинения доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также в их совокупности приходит к убеждению о доказанности вины ФИО6 и ФИО3 в совершении вымогательства группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

Показания потерпевших ФИО5 №1, ФИО5 №3, ФИО5 №2, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, несовершеннолетнего Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15 подробны и в целом не противоречивы по существенным обстоятельствам дела, взаимодополняемы, согласуются как между собой, так и с иными доказательствами, исследованными судом, а поэтому суд признает их достоверными, поскольку они являются последовательными, логичными и объективными, подтверждаются другими доказательствами и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, какой-либо заинтересованности со стороны потерпевших и свидетелей, как и оснований для оговора подсудимых, судом не установлено. Несущественные противоречия в показаниях указанных лиц на существо обвинения не влияют, противоречия в показаниях потерпевшей объясняются эмоциональной составляющей, что могло повлиять на хронологию описываемых ею событий. Все указанные лица на протяжении предварительного расследования и судебного следствия четко и без сомнений указывают на причастность ФИО6 и ФИО3 к совершению вымогательства.

Противоречия в показаниях подсудимых ФИО6 и ФИО2, и показаниях потерпевших и свидетелей обвинения относительно существенных обстоятельств обвинения объясняются созданием для себя благоприятных условий, которые суд расценивает как способ защиты и их показания в основу приговора не кладет, поскольку данные им показания опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательствами.

Содержание письменных доказательств по делу показывает наличие реквизитов для данных видов доказательств, достоверность и допустимость этих доказательств не оспаривается стороной защиты и обвинения. Поэтому суд вышеперечисленные письменные доказательства признает достоверными.

Давая оценку показаниям ФИО6 и ФИО2 суд исходит из того, что подсудимые вправе пользоваться любыми способами защиты и давать любые показания, а равно не давать их вообще, с учетом заинтересованности подсудимых в благоприятном для них исходе дела, те или иные показания признает достоверными лишь в том случае, если они согласуются между собой и объективно подтверждаются другими доказательствами по делу, достоверность которых не вызывает сомнений.

Доводы подсудимых и защиты о том, что в их действиях не имеется признаков состава преступления, предусмотренного ст. 163 УК РФ, а их действия должны быть квалифицированы по ст. 330 УК РФ – самоуправство, являлись предметом исследования в ходе судебного разбирательства, и оценивая их с фактическими обстоятельствами, установленными на основании перечисленных доказательств, суд находит их неубедительными, так как они противоречат доказательствам, признанным судом достоверными, опровергаются показаниями свидетелей, приведенными в приговоре.

Суд признает неубедительным довод подсудимых о том, что у них не было предварительного сговора и умысла на вымогательство, поскольку их активные совместные и согласованные действия, которые сопровождались высказыванием угроз применения насилия и угроз под распространением сведений, позорящих потерпевших, а также желание достичь преступного результата дают основания суду сделать вывод, что ФИО3 и ФИО6 действовали с прямым умыслом по предварительному сговору с целью получения для себя материальной выгоды. Каждый из них в соответствии с распределением ролей совершал отдельные действия, входящие в объективную сторону вымогательства.

Так, подсудимые указывают, что между ФИО3 и ФИО5 №3 в 2016 году была достигнута устная договоренность, согласно которой ФИО3 оказывает помощь потерпевшей в поиске покупателей жилого дома, а она, в свою очередь, обязуется оплатить её услуги в размере 5 процентов от стоимости сделки. Сделка по купле-продаже жилого дома состоялась, по мнению ФИО3, в связи с её активными действиями по поиску покупателей, однако, ФИО5 №1 по собственной инициативе сорвала сделку с её участием и продала жилой дом тому же покупателю без указания её, ФИО3, как посредника, а на её неоднократные требования подписать агентский договор ФИО5 №1 отвечала отказом.

В материалах уголовного дела отсутствуют письменные доказательства, что между ФИО5 №1 с одной стороны и ФИО4, ФИО3 с другой стороны имелись какие-либо гражданско-правовые обязательства, не представлено таковых и в судебном заседании, что могло бы поставить под сомнение вывод суда о виновности ФИО6 и ФИО3 в вымогательстве.

Исходя из показаний подсудимых следует, что ФИО6 не являлся стороной сделки, он лишь оказал содействие ФИО3 в фотосъемке жилого дома, никакой договоренности о передаче ему денежных средств за услуги по продаже дома потерпевшей достигнуто не было, таким образом, суд приходит к единственному верному выводу о том, что никаких законных оснований для требований о передаче денежных средств у ФИО6 и ФИО3 не имелось.

Об умысле подсудимых на совершение вымогательства, сопряженного с угрозой применения насилия и угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, свидетельствуют активные действия ФИО6 и ФИО3, направленные на получение денежных средств от потерпевшей, в том числе неоднократные встречи, в ходе которых потерпевшей высказывались угрозы, которые она воспринимала реально, учитывая численное и физическое превосходство подсудимых, высказывания требований неоднократно в грубой форме, демонстрацию соответствующих жестов и предметов, при этом угрозы высказывались в присутствии близких родственников потерпевшей, а также незаинтересованных лиц коллег по работе.

Таким образом, действия ФИО3 и ФИО6 носили совместный и согласованный характер, направленный на достижение единой преступной цели - получение для себя материальной выгоды, каждый участник преступления совершал активные действия, исполняя их в соответствии с ранее состоявшейся между ними договоренностью, реализуя при этом совместный умысел на совершение вымогательства, умыслом всех осужденных охватывалось угроза применения насилия и распространения сведений, позорящих потерпевшего, потерпевшая расценивала действия каждого из подсудимых, как совершенные совместно с остальными, поскольку каждый из подсудимых поддерживал действия другого, при этом требования были настойчивыми и неоднократными, а потому, оснований для иной квалификации их действий, не имеется, в том числе по самоуправству.

В судебном заседании государственный обвинитель просил уменьшить объем обвинения и исключить из объема обвинения подсудимым квалифицирующий признак «с применением насилия», поскольку в ходе судебного следствия не добыто доказательств причинной связи между применением подсудимым ФИО6 насилия в отношении ФИО5 №2 и умыслом подсудимых на вымогательство, напротив достоверно установлено, что телесные повреждения ФИО6 причинил на почве личных неприязненных отношений в ходе возникшего конфликта. Кроме того, просил исключить из обвинения указание на распространение ФИО6 и ФИО3 сведений, позорящих потерпевшую, в части распространения плакатов с надписью «ФИО5 №3 мошенница», уничтожения и повреждения имущества семьи ФИО5 №1 путем опрокидывания банки с краской на автомобиль марки «Рено Сценик», государственный регистрационный знак №*, и лакокрасочной жидкости на автомобиль и забор ФИО5 №1, а также указание на угрозу применения насилия путем передачи похоронного венка на участок семьи ФИО5 №1, поскольку материалами дела причастность ФИО6 и ФИО3 не подтверждена.

Суд соглашается с предложенной позицией государственного обвинителя, что не противоречит ч.7 ст.246 УПК РФ, а поэтому принимает отказ государственного обвинителя об уменьшении объема обвинения по настоящему делу.

В связи с вышеизложенным, суд квалифицирует действия ФИО6 и ФИО3 по п. «а, г» ч.2 ст. 163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия и под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Изучением личности ФИО6 установлено, что он женат (т.3 л.д.157), его супруга инвалид 3 группы (т.3 л.д.158-159), имеет на иждивении двоих малолетних детей (т.3 л.д.160, 161), не судим (т.3 л.д.162-163), зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (т.3 л.д.164), на учете у врача нарколога и психиатра не состоит (т.3 л.д.167), по месту жительства характеризуется положительно, к административной ответственности не привлекался (т.3 л.д.168), военнообязанный.

Изучением личности ФИО3 установлено, что она замужем (т.3 л.д.176), имеет на иждивении двоих детей, один из которых малолетний (т.3 л.д.173, 174), не судима (т.3 л.д.177-178), зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, на учете у врача нарколога и психиатра не состоит (т.3 л.д.181), по месту жительства характеризуется положительно, к административной ответственности не привлекался (т.3 л.д.182).

С учетом поведения ФИО3 и ФИО10 в судебном заседании, правильного восприятия ими окружающей обстановки, наличия логического мышления и активного адекватного речевого контакта их вменяемость у суда сомнений не вызывает, в связи с чем они в соответствии со ст. 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО6, суд в силу п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ признает наличие малолетних детей у виновного, в силу ч.2 ст. 61 УК РФ признает положительные характеристики, публичное принесение извинений перед потерпевшей, наличие на иждивении супруги инвалида третьей группы.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО3, суд в силу п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ признает наличие малолетних детей у виновного, в силу ч.2 ст. 61 УК РФ признает положительные характеристики, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, публичное принесение извинений перед потерпевшей.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО6 и ФИО3, в силу ч.1 ст. 63 УК РФ не установлено.

Преступление относится к категории тяжких в соответствии ч.4 ст. 15 УК РФ. С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, несмотря на отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, суд приходит к выводу об оставлении категории преступления по настоящему делу и не применять положения ч.6 ст.15 УК РФ.

Переходя к вопросу о виде и мере наказания, в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновных, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи, а так же род занятий и состояние здоровья, а в силу ч.1 ст. 67 УК РФ, кроме того, характер и степень фактического участия в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновных, суд приходит к выводу, что наказание ФИО6 и ФИО3 следует назначить в виде лишения свободы в пределах санкции статьи, предусмотренной за данное деяние.

По мнению суда, данное наказание будет являться справедливым, послужит достижению целей уголовного наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ, а именно: восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

С учетом данных о личности подсудимых и их имущественного положения, возможности получения ими дохода, суд считает возможным не назначать дополнительные виды наказания по инкриминируемому преступлению в виде ограничения свободы и штрафа.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, суд не усматривает, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступления, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления, не установлено.

Учитывая, что ФИО3 и ФИО6 совершили впервые преступление, характеризуются положительно, с учетом совокупности обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствие отягчающих, а так же мнения потерпевшей, которая на строгой мере наказания не настаивает, суд приходит к выводу о возможности их исправления без изоляции от общества, а поэтому назначает им окончательное наказание в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно, но с возложением обязанностей, способствующих исправлению осужденных без изоляции от общества.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО3 и ФИО6 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств решить в соответствии со ст. 81 УПК РФ. Гражданский иск не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО6 и ФИО3 виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а, г» ч.2 ст. 163 УК РФ, по которой назначить наказание

- ФИО6 в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев;

- ФИО3 в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года.

На основании ст. 73 УК РФ данную меру наказания каждому считать условной с испытательным сроком на 2 (два) года.

Возложить на условно осужденных ФИО3 и ФИО6 исполнение определенных обязанностей: не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного. По вступлению приговора в законную силу встать на персональный учет по месту жительства в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, и являться один раз в месяц на регистрацию в указанный орган в дни, установленные данным органом.

Меру пресечения ФИО3 и ФИО6 подписку о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по вступлению в законную силу:

- DVD-R диск с аудио и видеозаписями – хранить при материалах уголовного дела;

- автомобиль марки «<****>», государственный регистрационный знак №*, находящийся на ответственном хранении у ФИО6, возвратить по принадлежности ФИО6;

- плакаты с фотографией ФИО5 №1, похоронный венок и металлическую банку из-под краски, хранящиеся в камере хранения МО МВД России «Кимрский», хранить до принятия процессуального решения по заявлениям ФИО5 №1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Кимрский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения или вручения копии приговора.

Осужденному разъяснено, что в случае подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 дней со дня вручения приговора и поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. О своем желании иметь защитника в суде апелляционной инстанции или о рассмотрении без защитника осужденному необходимо сообщить в суд, постановивший приговор, в письменном виде и в срок, установленный для подачи возражений.

Судья Ю.И.Иванов