Решение № 2-517/2024 2-517/2024~М-49/2024 М-49/2024 от 18 апреля 2024 г. по делу № 2-517/2024

№ 2-517/2024 74RS0029-01-2024-000074-13


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 апреля 2024 года г. Магнитогорск

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Шапошниковой О.В.,

при секретаре Минцизбаевой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску заявление ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Акционерному обществу НПО «БелМаг» о взыскании компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к АО НПО «БелМаг» о взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование иска, что З, работавший в АО НПО «БелМаг» в должности водителя, погиб во время служебной командировки. Несчастный случай произошел 21 ноября 2023 г., а именно: произошло возгорание грузового автомобиля, в котором находился З, он погиб в результате отравления окисью углерода. ФИО1 является супругой погибшего, ФИО2 приходится дочерью З, ФИО3 является приемной дочерью погибшего. Истцы считают, что несчастный случай произошел по вине работодателя, в результате смерти З им причинены моральные страдания, прост взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 2000000 рублей, в пользу ФИО2, ФИО3 по 1000000 рублей в пользу каждой.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, суду пояснила, что состояла в браке с З с 1988 года, он воспитывал её дочь от первого брака Е, проживали в последнее время совместно с ФИО3 и её сыном, в семье были хорошие отношения. Пояснила, что муж имел большой стаж работы, работал всегда добросовестно, никогда не злоупотреблял спиртными напитками. Пояснила, что супруг работал на старом автомобиле, жаловался на неисправности автомобиля, на состояние проводки, часто езди в командировки. Считает, что З не мог употреблять спиртные напитки во время поездки, так как никогда не пил спиртное накануне рабочего дня. Пояснила, что работодатель предлагал выплатить ей 1000000 рублей с условием, что она откажется от всех других претензий, впоследствии выплатили ей материальную помощь 100000 рублей. Просила исковые требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в полном размере.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, пояснила суду, что проживала с родителями до 2015 года, после вступления в брак продолжала часто общаться с отцом, у них были очень хорошие отношения, они постоянно встречались, созванивались, смерть отца причинила ей моральные страдания. Также пояснила, что её отец не употреблял спиртные напитки, дорожил своей работой, считает, что вина отца в несчастном случае отсутствует.

Истец ФИО3 в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимала, просила рассмотреть дело в её отсутствие, ранее в судебном заседании ФИО3 поддержала заявленные исковые требования, пояснила суду, что проживала с матерью ФИО1 и З, он относился к ней как к своей дочери, у них были хорошие отношения, она воспринимала З как своего отца, с 2005 года по 2012 год проживала отдельно от родителей, после чего с сыном переехала обратно. Пояснила, что в 2019 году она перенесла операцию, ей установлена инвалидность, З оказывал ей большую помощь, помогал материально. Просила удовлетворить её требования о компенсации морального вреда.

Представитель истцов истца ФИО1 адвокат Астанина О.Н., действующая на основании ордера, в судебном заседании поддержала исковые требования, считает, что требования истцов о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными, несчастный случай произошел по вине работодателя АО НПО «БелМаг», в связи с тем, что не было обеспечено надлежащее техническое состояние автомобиля. Ссылается на то, что материалами проверки по факту пожара установлено, что возгорание автомобиля было вызвано неисправностью, также имеются нарушения при оформлении командировки, документов об ознакомлении З с должностными инструкциями. Считает, что к пояснениям свидетеля А следует относиться критически, так как сразу после происшествия он не сообщал о том, что З употреблял спиртное, дал такие пояснения только после получения заключения экспертизы, полагает, что заключение о наличии алкоголя может быть ошибочным. Считает, что в действиях З не имеется грубой неосторожности, работодатель должен возместить причиненный моральный вред.

Представитель ответчика АО НПО «БелМаг» ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, считает, что работодателем не допущены нарушения требований охраны труда, при направлении в командировку З были обеспечены все необходимые условия для исполнения обязанностей, автомобиль находился в исправном состоянии. Считает, что З допустил нарушения требований безопасности, отказался ночевать в гостинице, ночевал в автомобиле с включенным двигателем, употреблял спиртные напитки, с его стороны имелась грубая неосторожность. АО НПО «БелМаг» оплатило все расходы на погребение З, выплатило ФИО1 денежную компенсацию в размере 100000 рублей, полагает, что отсутствуют основания для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном размере.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав показания свидетелей, заключение помощника прокурора Ленинского района г.Магнитогорска Горшковой Э.А., полагавшей, что исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 подлежат удовлетворению, размер компенсации морального вреда необходимо определить с соблюдением требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что требования истцов о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37). Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная ., свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная . и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной ., распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации.

Из нормативных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками погибшего лица (работника), поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

При рассмотрении дела судом установлено, что 21 ноября 2023 г. произошел несчастный случай, приведший к гибели З при следующих обстоятельствах:

На территории открытой площадки перед гостиницей «Лаванда» по адресу: 47 км. Трассы Уфа-Белорецк, с.Березовка, Архангельского района, Республики Башкортостан 21 ноября 2023 г. в 03-30 часов произошло возгорание автомобиля ГАЗ 33022, государственный регистрационный знак №. З, являющийся работником АО НПО «БелМаг», направленный в служебную командировку, находился в кабине автомобиля, погиб в результате пожара.

В ходе проверки по факту гибели З, проведенной в Уфимском межрайонном следственном отделе СУ СК РФ по Республике Башкортостан, установлено, что причина смерти З носит не криминальный характер, в свзи с чем 30 декабря 2023 г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Согласно заключению Аургазинской межрайонной ОНДиПР УНДиПР ГУ МЧС России по РБ очаг пожара находился в моторном отсеке автомобиля, наиболее вероятной причиной пожара послужило возникновение неисправности механизмов и узлов транспортного средства. В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы причиной смерти З явилось острое отравление окисью углерода. При этом при судебно-химическом исследовании крови погибшего установлено наличие в крови этилового спирта 1,15 мг/ куб.см, что трактуется как легкая степень опьянения.

Согласно акту о расследовании несчастного случая на производстве 27 декабря 2023 г. (л.д.51 т.1), а также акту формы Н-1 от 28.12.2023 г., утвержденному исполнительным директором АО НПО «БелМаг» (л.д.63 т.1), причиной несчастного случая явились: недостатки организации и проведении подготовки работников по охране труда в части допуска к работе работника, не прошедшего в установленном порядке инструктаж, обучение и проверку знаний требований охраны труда; неудовлетворительная организация производства работ, в части отсутствия в инструкции необходимых требований при направлении водителей в длительный рейс; нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившаяся в том, что водитель спал в кабине транспортного средства, находился в состоянии опьянения.

З работал в АО НПО «БелМаг» с 25 ноября 2013 г. в качестве водителя автомобиля, с ним заключен трудовой договор (л.д.82-84т 1). В соответствии с должностной инструкцией от 01.10.2021 (л.д.86 т.1) в должностные обязанности водителя входит управление автомобилем, проверка технического состояния автомобиля перед выездом, устранение мелких неисправностей во время работы на линии и пр. Приказом работодателя от 04.3.2022 за З закреплен автомобиль ГАЗ 33022, государственный регистрационный знак <***>.

20 ноября 2023 г. водитель З приказом № был направлен в командировку в г.Набережные Челны с целью транспортировки автомобильных деталей.

Из материалов расследования несчастного случая на производстве, пояснений в судебном заседании представителя ответчика, свидетелей А, Т, усматривается, что З выехал из г.Магнитогорска отколо 17-00 часов 20 ноября 2023 г., прибыл в с.Березовка, Архангельского района, Республики Башкортостан на площадку возле гостиницы «Лаванда» около 23-00 часов, где встретился с водителем А, который направлялся в командировку на автомобиле КАМАЗ, государственный регистрационный знак №. После совместного ужина водители остались ночевать в своих автомобилях. В 03-30 часов 21 ноября 2023 г. сотрудник гостиницы обнаружил, что с автомобилем ГАЗ 33022 произошел пожар, после того, как пожар был потушен, в кабине автомобиля был обнаружено тело З

Согласно акту о несчастном случае на производстве установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО5 – генеральный директор, Т – начальник автотранспортного участка, водитель З

Оценив указанные, установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства, в совокупности с пояснениями сторон, суд приходит к следующему:

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со ст.1079 Гражданского кодекса РФ Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).В соответствии со ст. ст. 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившего вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежащего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При разрешении заявленных требований суд учитывает, что гибель З произошла при использовании источника повышенной опасности – автомобиля ГАЗ 33022, государственный регистрационный знак <***>. При этом в ходе проверки по факту смерти З установлено, что причиной пожара явилась неисправность механизмов и узлов транспортного средства, то есть причиной причинения не явились какие –либо действия самого З Данные выводы ответчиком в ходе судебного разбирательства не опровергнуты, доказательств того, что возгорание автомобиля возникло вследствие каких-либо действий З ответчик в нарушение требований ст.56 ГПК РФ не представил.

Также суд учитывает, что актом о несчастном случае на производстве, который в установленном законом порядке ответчиком не оспорен и недействительным не признан, установлено наличие вины АО НПО «БелМаг», в лице генерального директора и начальника автотранспортного участка, не надлежащим образом соблюдение правил охраны труда.

При таких обстоятельствах ответственность за причинение вреда вследствие гибели З должна быть возложена на АО НПО «БелМаг» по основаниям ст.ст.1068,1064,1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом суд не может принять во внимание в качестве юридически значимых обстоятельств, освобождающих ответчика от обязанности возмещения причиненного вреда, ссылки представителя ответчика на то, что З ночевал в кабине автомобиля, второй водитель видел, что З курил в кабине, на то, что З спал в кабине с работающим двигателем, поскольку данные действия водителя не находятся в причинно-следственной связи с возникшим пожаром, при этом факт того, что возгорание произошло во время работы двигателя автомобиля в ходе проверки с достоверностью не установлено, так как никто из очевидцев происшествия сам момент возникновения пожара не видел.

При таких обстоятельствах, в силу вышеуказанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, АО НПО «БелМаг» не может быть освобождено от ответственности по возмещению вреда, причиненного в результате смерти З

Суд полагает, что отсутствуют основания полагать, что в несчастном случае на производстве имеется вина или грубая неосторожность З, которые влекут за собой существенное уменьшение размера компенсации причиненного морального вреда.

Согласно положениям пункта 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (абзац первый); при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное; при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй).

В соответствии с ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При этом вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

В то же время, грубой неосторожностью, влияющей на размер возмещения вреда согласно ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с указанными нормами является такое виновное поведение потерпевшего, которое, во-первых, состоит в причинной связи с наступившим вредом, а, во-вторых, связано с нарушением (пренебрежением) общепринятыми нормами безопасности.

Как установлено в судебном заседании причинно-следственная связь между какими-либо действиями З и наступившими последствиями отсутствует, возгорание автомобиля произошло не в результате того, что З ночевал в кабине автомобиля, а в результате его неисправности, предполагаемое нахождение З в легком алкогольном опьянении также не находится в причинно-следственной связи с его гибелью.

При оценке действия З суд учитывает, что З остался на ночь в кабине автомобиля в связи с тем, что поздно прибыл к месту стоянки, близко во времени окончания работы гостиницы, имел намерение продолжить движение по маршруту командировки, что свидетельствует о его добросовестном отношении к служебным обязанностям, но не о грубом пренебрежении нормами безопасности. При этом работодателем не были приняты меры к тому, чтобы обеспечить безопасное следование по маршруту командировки, учитывая, что выезд З состоялся вечером 20 ноября 2023 г. и он не успевал своевременно прибыть к месту стоянки. Также ответчиком не представлены суду доказательства того, что З был разъяснен категоричный запрет на ночевку в кабине автомобиля. При этом из показаний свидетеля А усматривается, что ночевка в кабине автомобиля не являлась строго запрещенным, необычным действием в период длительной командировки.

В ходе рассмотрения дела истцами с достоверностью не опровергнут факт того, что З употреблял спиртное вечером 20 ноября 2023 г., вместе с тем, суд считает, что данный факт не может служить основание для отказа в удовлетворении заявленных истцами требований, поскольку даже если принимать во внимание пояснения свидетеля А в данной части, которые были даны при проведении проверки после получения результатов судебно-химического исследования, доказательств того, что З находился в состоянии опьянения, которое могло повлиять на возникновение пожара, суду не представлено, по пояснениям свидетеля З выпил около двухсот граммов вина, признаков опьянения у него не было.

Также суд принимает во внимание, что при рассмотрении дела не было установлено и подтверждено относимыми и допустимыми доказательствами, наличие существенных неисправностей автомобиля ГАЗ 33022, о которых было известно сотрудникам АО НПО «БелМаг». Пояснения истцов и свидетеля П с достоверностью данный факт не подтверждают. Вместе с тем, суд учитывает, что закрепленный за З автомобиль, 2007 года выпуска, имел значительный пробег и износ, ранее нуждался в ремонте в виде замены проводов (л.д.144 т.4), в связи с чем, именно работодатель несет ответственность за возгорание автомобиля вследствие технической неисправности, даже если такая неисправность не была своевременно обнаружена.

В связи с изложенным суд не усматривает оснований для уменьшения размера ответственности ответчика по возмещению ущерба, причиненного смертью З

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 1501-О-О, п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении юридическим лицом либо гражданином вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, во взаимосвязи с положениями его ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства, вследствие причинения вреда" данного Кодекса, в частности ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации "Право регресса к лицу, причинившему вред", а также гл. 39 "Материальная ответственность работника" Трудового кодекса Российской Федерации направлен на обеспечение реальной защиты прав потерпевших с учетом необходимости соблюдения баланса прав всех заинтересованных лиц.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" - учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено, что истец ФИО1 является супругой З, состояла с ним в браке и проживала совместно длительное время, более 30 лет. Из пояснений истцов, показаний свидетелей Г, П следует, что между супругами существовали близкие доверительные отношения, З выражал любовь и заботу по отношению к супруге и дочерям, смерть З причинила ФИО1 существенные нравственные страдания, так как она потеряла заботу и поддержку со стороны супруга, тяжело переживала его гибель.

Истец ФИО2 также пояснила в судебном заседании, что испытывает горе и боль в связи со смертью отца, так как имела теплые и доверительные отношения с погибшим, в связи со смертью отца также лишена помощи и заботы, испытывает существенные морально-нравственные страдания.

Суд считает, что истец ФИО3, которая не является родной дочерью погибшего З, имеет право на получение компенсации морального вреда, причиненного в связи с его смертью

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации). Круг членов семьи умершего, которым может быть присуждена компенсация морального вреда, не ограничивается лицами с различной степенью родства. Наличие компенсируемого в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации морального вреда определяется исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи.

Как установлено в судебном заседании, ФИО3, являясь приемной дочерью погибшего З, имела с последним тесные семейные связи, с несовершеннолетнего возраста воспитывалась в семья ФИО1 и З, воспринимала его в качестве отца. Из пояснений ФИО3, других истцов, показаний свидетелей усматривается, что ФИО3 имела с З близкие, теплые отношения, на момент смерти проживала совместно с З как член его семьи, пользовалась его помощью и поддержкой в связи с тем, что в настоящее время является инвалидом второй группы, З поддерживал ФИО6 материально, помогал в воспитании её несовершеннолетнего ребенка. Принимая во внимание, что в связи со смертью З истцу ФИО3 причинены нравственные страдания, в той же степени, что его супруге и родной дочери, суд считает, что требования ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда следует удовлетворить.

Учитывая изложенное, исходя из требований справедливости и разумности, принимая во внимание характер спорных правоотношений, поведение ответчика после несчастного случая, компенсацию в добровольном порядке расходов на погребение, частичную выплату денежной компенсации в пользу ФИО1, характер морально-нравственных страданий каждого из истцов, степень его связи с погибшим, суд полагает определить размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 в сумме 900000 рублей, размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 в сумме 500000 рублей, размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО3 в сумме 400000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к АО НПО «БелМаг» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества НПО «БелМаг» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 №) компенсацию морального вреда 900000 рублей,

Взыскать с Акционерного общества НПО «БелМаг» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 №) компенсацию морального вреда 500000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества НПО «БелМаг» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 ( №) компенсацию морального вреда 400000 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме, путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г.Магнитогорска.

Председательствующий:

Мотивированное решение составлено 27 апреля 2024 г.