Апелляционное постановление № 22-2361/2023 от 26 апреля 2023 г. по делу № 1-285/2022

Судья Буинова Е.В. дело №22–2361/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 27 апреля 2023 года

Нижегородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Свящевой О.Ю.,

с участием:

прокурора Лимоновой Н.А.,

осуждённого ФИО17,

адвоката Спеховой Е.А.,

при секретаре Чистяковой А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО17 – адвоката Щенникова М.М. на приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 20 декабря 2022 года, которым

ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ года приговором <данные изъяты> по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ (2 преступления) к 1 году 3 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, освобожден по отбытию срока наказания ДД.ММ.ГГГГ года;

- ДД.ММ.ГГГГ года приговором <данные изъяты> с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ года, по ч.1 ст.161 УК РФ, ч.3 ст.30 - ч.1 ст.161 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожден по отбытию срока наказания ДД.ММ.ГГГГ года;

- ДД.ММ.ГГГГ года приговором <данные изъяты> по ч.3 ст.30 - ч.1 ст.161 УК РФ к 1 году 5 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожден по отбытию срока наказания ДД.ММ.ГГГГ года,

осуждён по ч.1 ст.161 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО17 в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО17 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ года до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО17 в пользу ООО «<данные изъяты>» в счет возмещения материального ущерба <данные изъяты> рублей.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств судом разрешён.

Стороны уведомлены о месте, дате и времени судебного заседания в суде апелляционной инстанции с соблюдением требований ч.2 ст.38911 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Свящевой О.Ю., выступления осужденного ФИО17 и адвоката Спеховой Е.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника, мнение прокурора Лимоновой Н.А., полагавшей необходимым обжалуемый приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Указанным приговором суда ФИО17 признан виновным и осужден за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ года на <адрес> области, при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО17 – адвокат Щенников М.М. ставит вопрос об отмене приговора суда первой инстанции ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что показания представителя потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 являются противоречивыми, недостоверными и не соответствуют имеющейся в материалах дела видеозаписи из <данные изъяты>, а суд в приговоре показаниям указанных лиц дал неверную оценку. Оспаривает допустимость такого доказательства, как следственный эксперимент с участием ФИО3 и статиста, указывая на то, что достоверно не установлено, были ли <данные изъяты> у ФИО17 в <данные изъяты>, в то время как эксперимент проводился со статистом с <данные изъяты>, более того, <данные изъяты>, принадлежащие ФИО17, использованные при проведении следственного эксперимента, не были признаны вещественным доказательством по делу, не учтены и индивидуальные особенности и различия слуха ФИО17 и статиста. Адвокат полагает, что по данному делу не доказан умысел ФИО17 на открытое хищение чужого имущества, его вина в совершении инкриминированного преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ, не доказана. ФИО17 прошел к выходу, <данные изъяты> не оборачиваясь и не оглядываясь при этом, и он не слышал требований остановиться. Все неустранимые сомнения в виновности лица должны истолковываться в пользу обвиняемого. Кроме того, адвокат просит признать смягчающим обстоятельством полное признание ФИО17 исковых требований потерпевшего, считает, что при наличии смягчающих обстоятельств у суда имелись основания для применения ч.3 ст.68 УК РФ и назначения более мягкого наказания.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель Илларионова Е.В. считает доводы жалобы несостоятельными и просит оставить без изменения приговор суда первой инстанции как законный, обоснованный и справедливый.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина ФИО17 в совершении преступления, указанного в приговоре, а именно в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества в ходе судебного разбирательства установлена в полном объёме и подтверждена совокупностью доказательств, надлежащим образом исследованных в суде и приведённых в приговоре, которые получили надлежащую оценку суда.

Показания представителя потерпевшего ФИО4 и свидетеля ФИО5 о фактических обстоятельствах совершенного ФИО17 преступления являются полными, логичными, последовательными, не имеющими существенных противоречий.

Показания представителя потерпевшего ФИО6 и свидетеля ФИО7, данные на следствии и подтвержденные ими в судебном заседании, суд первой инстанции обоснованно признал допустимыми, достоверными и положил их в основу приговора, поскольку они согласуются с другими исследованными судом доказательствами: показаниями свидетеля ФИО8 и иными, письменными доказательствами, добытыми в ходе предварительного следствия с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в том числе с протоколом осмотра <данные изъяты><данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года и с протоколом следственного эксперимента с участием представителя потерпевшего ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ года.

Потерпевший и свидетели по делу предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований считать, что они оговорили ФИО17, у суда первой инстанции не имелось.

Представленные стороной обвинения доказательства, признанные судом допустимыми, являются достоверными и достаточными, согласуются между собой, проанализированы в приговоре суда, выводы которого мотивированы.

Объективная и субъективная стороны совершённого ФИО17 преступления установлены судом на основе всестороннего анализа показаний допрошенных по делу лиц, протоколов следственных и процессуальных действий, иных письменных материалов дела.

Выводы суда являются верными, основанными на правильном применении уголовного закона.

Суд оценил собранные по делу доказательства в их совокупности и дал правильную юридическую оценку действиям ФИО17 по ч.1 ст.161 УК РФ, при этом суд мотивировал свои выводы, с которыми суд апелляционной инстанции полностью согласен.

Анализ совокупности исследованных судом доказательств позволил суду первой инстанции сделать обоснованный вывод о том, что ФИО17 действовал с корыстной целью и умыслом, направленным именно на открытое хищение чужого имущества.

Как достоверно установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 открыто похитил <данные изъяты> стоимостью <данные изъяты> рублей из <данные изъяты> «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>.

Доводы осужденного ФИО17 о том, что он совершил тайное хищение имущества, которое должно быть признано мелким хищением, судом тщательно проверялись и отвергнуты как несостоятельные. По смыслу закона, открытым является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда виновный осознает, что присутствующие при этом понимают противоправный характер его действий. Сделав вывод о совершении осужденным именно открытого хищения чужого имущества, суд обоснованно исходил из показаний представителя потерпевшего и свидетеля, являющихся очевидцами произошедшего, которые прямо изобличили осужденного в открытом хищении имущества из <данные изъяты>.

Так, представитель потерпевшего ФИО10 пояснила, что изначально действия ФИО17 носили для неё открытый характер, поскольку она наблюдала, как он взял со стеллажа <данные изъяты>. ФИО17, проходя мимо кассы, не оплатил товар, она его окрикнула на выходе, он стал интенсивнее дергать за ручку двери и ускорил шаг, то есть он понимал, что она пыталась его остановить. Аналогичные показания даны свидетелем ФИО11

Данные показания последовательны, непротиворечивы и согласуются между собой, они опровергают показания ФИО17 о том, что он полагал, что действует незаметно для других лиц. Поводов для оговора ФИО17 данными лицами судом не установлено, основания не доверять показаниям представителя потерпевшего и свидетеля отсутствуют.

Похищенная <данные изъяты> была изъята у ФИО17 при личном досмотре, что не отрицается им самим.

В ходе следственного эксперимента установлено, что, находясь в <данные изъяты>, ФИО17 мог слышать требование работника остановиться, они находились на близком расстоянии, видели друг друга.

Так, согласно протоколу следственного эксперимента с участием представителя потерпевшего ФИО12, она указала на стеллаж, откуда ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ года была похищена <данные изъяты>, также указала на место между <данные изъяты>, где она находилась в момент открытого хищения имущества; статисту был предоставлен <данные изъяты>, проведен эксперимент на предмет слышимости ФИО17 требования остановиться, который согласно просмотренной записи, в момент открытого хищения имущества находился в <данные изъяты>, после того, как представитель потерпевшего ФИО13 крикнула статисту «стой», последний остановился и пояснил, что отчетливо услышал требования. Таким образом, в момент открытого хищения имущества ФИО17, стоя на расстоянии менее <данные изъяты> метра от ФИО14, видел её и мог слышать её требование остановиться.

Таким образом, из показаний представителя потерпевшего и свидетелей, а также из протокола осмотра <данные изъяты> ясно усматривается, что ФИО17 всем своим поведением среагировал на окрик ФИО15, а именно ускорил шаг и стал интенсивнее дергать ручку входной двери, что свидетельствует о том, что ФИО17 услышал требования представителя потерпевшего, однако их проигнорировал и продолжил свои преступные действия.

Доводы жалобы адвоката о том, что протокол следственного эксперимента с участием ФИО16 и статиста является недопустимым доказательством, поскольку достоверно не установлено, были <данные изъяты> у ФИО17 в <данные изъяты>, в то время как эксперимент проводился со статистом с <данные изъяты>, при этом <данные изъяты>, принадлежащие ФИО17, не были признаны вещественным доказательством по делу, не учтены и индивидуальные особенности и различия слуха ФИО17 и статиста, - являются несостоятельными.

Следственный эксперимент проведен в соответствии со ст.181 УПК РФ в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела, в сходных условиях, с участием двух понятых и с фотофиксацией хода и результатов данного следственного действия.

Те обстоятельства, что для проведения следственного эксперимента использовались <данные изъяты>, принадлежащие ФИО17, которые не были признаны вещественным доказательством по делу, не учитывались индивидуальные особенности и различия слуха ФИО17 и статиста, - не влияют на достоверность установленных в ходе эксперимента обстоятельств и не свидетельствуют о недопустимости и незаконности указанного следственного действия. Согласно протоколу осмотра <данные изъяты>, у ФИО17 <данные изъяты>, в связи с чем следственный эксперимент проведен с участием статиста, <данные изъяты> у которого был также в <данные изъяты>. Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы №№ от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО17 обнаруживает признаки <данные изъяты>.

Совокупность исследованных судом доказательств свидетельствует о том, что изначально умысел осужденного был направлен на тайное хищение чужого имущества, осуществляя который, ФИО17 умышленно завладел имуществом со <данные изъяты>, однако затем его действия стали очевидны для представителя потерпевшего и свидетеля – сотрудников <данные изъяты>, одна из которых потребовала остановиться, однако осужденный, осознавая, что его действия стали очевидными и явными для окружающих, не реагируя на законные требования, действуя уже открыто, удерживая при себе похищенное имущество, покинул место совершения преступления, что подтверждается, кроме показаний представителя потерпевшего и свидетеля, и протоколом осмотра <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Наказание ФИО17 назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осуждённого, наличия смягчающих наказание обстоятельств, в качестве которых судом признаны: частичное признание осужденным своей вины, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья; наличия отягчающего обстоятельства – рецидива преступлений; влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на достижение других целей уголовного наказания.

Обстоятельств, которые бы суд первой инстанции не учёл при назначении ФИО17 наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы о том, что суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства полное признание ФИО17 исковых требований потерпевшего, являются несостоятельными, поскольку, как видно из материалов дела, ФИО17 признал свою вину в части хищения им <данные изъяты>, согласившись с её стоимостью в размере <данные изъяты> руб., данное обстоятельство суд верно расценил как частичное признание вины и учел его в качестве смягчающего наказание обстоятельства, оснований для повторного учета данного обстоятельства в качестве смягчающего суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершённого ФИО17 преступления, данные о личности осуждённого, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу, что достижение целей уголовного наказания в отношении осуждённого возможно только в условиях изоляции его от общества, не находя оснований для применения положений ст.ст.64, 73 УК РФ, с которым суд апелляционной инстанции полностью согласен, поскольку в рамках реального лишения свободы осуждённого будет обеспечено выполнение требований закона о необходимости сохранения разумного баланса между интересами осуждённого, включая избрание наказания, не влекущего для него чрезмерные, не обусловленные целями наказания тяготы и лишения, и интересом публичным, в соответствии с которым для исправления осуждённого необходимо применение адекватных мер воздействия в рамках более строгого правоограничения осуждённого, как условия эффективного воспитательного процесса, направленного на изменение такого лица до уровня социально приемлемого.

Фактических и правовых оснований для изменения категории совершённого ФИО17 преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ у суда не имелось.

С учётом наличия отягчающего обстоятельства – рецидива преступлений основания для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ у суда первой инстанции отсутствовали, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции.

Также суд первой инстанции обоснованно применил правила ч.2 ст.68 УК РФ ввиду наличия в действиях ФИО17 рецидива преступлений, при этом суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ, с данным решением суд апелляционной инстанции полностью согласен, а доводы жалобы защитника в указанной части несостоятельны.

Назначенное осужденному ФИО17 наказание является справедливым, соответствует содеянному и установленным данным о его личности, чрезмерно суровым не является. Выводы суда мотивированы должным образом.

Таким образом, оснований для смягчения назначенного ФИО17 наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд первой инстанции правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ определил, что наказание в виде лишения свободы ФИО17 должен отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Нарушений уголовно-процессуального закона на стадии предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не установлено.

Доводы апелляционной жалобы защитника не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не являющимися основанием к отмене или изменению приговора суда.

Поэтому суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката, поскольку приговор суда первой инстанции в отношении ФИО17 является законным, обоснованным и справедливым.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 20 декабря 2022 года в отношении ФИО17 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Щенникова М.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: О.Ю. Свящева