Решение № 2-690/2020 2-690/2020~М-654/2020 М-654/2020 от 24 сентября 2020 г. по делу № 2-690/2020

УИД 36RS0010-01-2020-000982-55

2-690/20


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 сентября 2020 года г. Борисоглебск

Борисоглебский городской суд Воронежской области в составе:

председательствующего - судьи Ишковой А.Ю.,

при секретаре Панариной Ю.С.,

с участием:

представителя истца - ФИО1,

ответчика - ФИО2,

третьего лица - ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 9» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Воронежской области к ФИО2 о возмещении материального ущерба,

установил:

Представитель ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области обратился в суд с иском (л.д.3-4), в котором указывает, что ФИО2 в УИС - с 01.11.2004; с 05.06.2018 проходил службу в должности заместителя начальника колонии - начальника центра ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области; с 05.11.2019 - в должности заместителя начальника учреждения - начальника центра ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области; уволен 09.06.2020.

21.05.2019 с ответчиком был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому, он принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества. |

Приказом ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области от 08.07.2019 №345 была назначена комиссия по проведению инвентаризации на складах и в местах хранения ТМЦ. 10.07.2019 была проведена инвентаризация на складе готовой продукции, в результате которой обнаружена недостача материальных ценностей в размере 55 444,18 рублей.

По утверждению представителя истца, в отсутствие ФИО3 - инженера группы по организации учебно-производственного процесса центра трудовой адаптации осуждённых ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области, заведующего складом отдела материально-технического обеспечения учебно-производственного процесса и сбыта продукции центра трудовой адаптации осуждённых (0,5 ставки по совместительству с основным местом работы), в связи с нахождением его в отпуске без сохранения заработной платы по семейным обстоятельствам с 08.07.2019 по 09.08.2019, за материальные ценности, перечисленные в описи, отвечал заместитель начальника колонии - начальник центра ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области ФИО2

Из иска следует, что по результатам инвентаризации на складе готовой продукции у материально - ответственного лица ФИО3 установлена недостача мангал-чемодана, плитки тротуарной в количестве 185 куб.м., секции ажурной, двух шкатулок, шахмат общей стоимостью 55 444,18 рублей.

Частично ответчиком недостача была погашена, по приходно-кассовым ордерам он внес в кассу предприятия в общей сложности денежную сумму 21 490,16 рублей. До настоящего времени числится задолженность в размере: 33 954 рубля 02 коп.

Истец также указывает, что с ответчика было затребовано объяснение о причинах случившегося. Такое объяснение он предоставить отказался, о чем 09.06.2020 составлен соответствующий акт.

Причиной возникновения ущерба, по мнению истца, стало бездействие ответчика, выразившееся в неполном исполнении своей обязанности по устранению недостачи на складе готовой продукции. Причиненный ущерб ответчик отказался возместить в добровольном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 233, 243, 248 Трудового кодекса РФ, представитель истца просит взыскать с ФИО2 сумму причиненного ущерба: 33 954 рубля 02 копейки.

Представитель истца - ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области ФИО1, действующая на основании доверенности от 25.03.2020 (л.д.29), поддержала заявленные требования, представила дополнительные письменные пояснения (л.д.128-132), в которых указала, что вина ответчика в причинении ущерба предприятию заключается в нарушении им пунктов 41, 101 и 132 Должностной инструкции, в соответствии с которыми: заместитель начальника учреждения обязан беречь государственное имущество, в том числе имущество, предоставленное ему для исполнения служебных обязанностей; осуществлять сбыт выпускаемой продукции по договорам поставок; нести ответственность, в том числе, за ущерб, причинённый учреждению и (или) органу уголовно-исполнительной системы, - материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством Российской Федерации.

Так как ответчик являлся заместителем начальника учреждения - начальником центра ФКУ ИК-9, курирующим производственную деятельность учреждения, у него в подотчёте числились товарно - материальные ценности, с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому, ответчик принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества.

По мнению представителя истца, недостача товарно-материальных ценностей, вверенных ответчику, произошла вследствие ненадлежащего исполнения возложенных на него должностных обязанностей и ненадлежащего контроля за сохранностью товарно-материальных ценностей, находящихся у него в подотчёте.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражает против заявленных требований, объяснив, что выявленная в 2019 году недостача сложилась задолго до его назначения на должность, договор о полной материальной ответственности он подписывал, однако, имущество по акту ему не передавалось, нарушений должностных обязанностей он не допускал. Согласно его объяснениям, в период работы он, действительно, внес часть денежных средств в погашение выявленной недостачи, поскольку хотел продолжать работать. После увольнения материальных средств для погашения не имеет.

ФИО3, занимавший 0,5 ставки должности заведующего складом центра трудовой адаптации осуждённых, на котором была обнаружена недостача, привлеченный судом к участию в деле в качестве третьего лица (л.д.147), заявленные к ФИО2 требования считает не обоснованными. В судебном заседании объяснил, что недостача сложилась гораздо раньше, чем ФИО2 пришел на должность заместителя начальника. И главный бухгалтер, и начальник колонии об этом знали. Недостача образовалась в 2014 году. У колонии был заключен контракт на изготовление тротуарной плитки. Цех колонии подал сведения в бухгалтерию, что плитка изготовлена, а на самом деле ее не было. На тот момент невозможно было продолжать ее изготавливать, так как у заказчика закончились деньги и финансирование прекратилось.

Выслушав объяснения участников процесса и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ответчик ФИО2 работал в уголовно – исполнительной системе с 01.11.2004.

Приказом № от 06.06.2018 с 05.06.2018 ФИО2 освобожден от должности старшего оперуполномоченного оперативного отдела и назначен на должность заместителя начальника колонии - начальника центра ФКУ ИК-9 (л.д.6).

С 05.11.2019 в связи с внесением изменений в штатные расписания, ответчик занимал должность заместителя начальника учреждения - начальника центра ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области (приказ от 05.11.2019 № –л.д.7).

Приказом от 02.06.2020 № ФИО2 уволен со службы 09.06.2020 (л.д.9-10).

Согласно материалам дела, 21.05.2019 между сторонами был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности №000000136 (л.д.18).

По условиям названного договора работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества (п. 1), и не несет материальной ответственности, если ущерб причинен не по его вине (п.4).

Приказом ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области от 08.07.2019 №345 была назначена комиссия по проведению инвентаризации на складах и в местах хранения ТМЦ (л.д.12-об.)

Согласно Акту документальной ревизии финансово – хозяйственной деятельности ФКУ ИК – 9, проведенной в период с 08.07.2019 по 01.08.2019 (л.д.69-117) по результатам инвентаризации на складе готовой продукции у материально - ответственного лица ФИО3 установлена недостача мангал-чемодана в количестве 1 шт. на сумму 2 311,67 рублей, плитки тротуарной в количестве 185 куб.м. на сумму 49 882,35 рублей, секции ажурной в количестве 1 ед. на сумму 495,75 рублей, шкатулок в количестве 2 ед. на сумму 2182,33 рублей, шахмат в количестве 1 ед. на сумму 572,08 рублей. Общая сумма недостачи составила 55 444,18 рублей (л.д.102).

После частичного внесения ФИО2 в декабре 2019 года, в феврале и мае 2020 года, в добровольном порядке в кассу предприятия в счет погашения задолженности 21 490,16 рублей за ним числится задолженность в размере 33 954 рубля 02 коп.

Сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами (ч. 1 ст. 232 ТК РФ).

Статьей 233 ТК РФ определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса РФ урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ). В соответствии со ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Согласно ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 ст. 242 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с Трудовым кодексом РФ или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (ст. 243 ТК РФ).

Частью 1 ст. 244 ТК РФ предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

В п. 8 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ даны разъяснения, согласно которым при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (ст. 242 ТК РФ).

Из приведенных положений Трудового кодекса РФ и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными виновными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности.

Согласно п.8 Положения «О Центре трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области» - л.д.48-49 (далее – ЦТАО): ЦТАО учреждения возглавляет заместитель начальника колонии - начальник центра, который непосредственно подчиняется начальнику учреждения. К основным целям и задачам ЦТАО, в том числе относится организация собственной производственной деятельности учреждения в порядке, предусмотренном действующим законодательством (п. 11 Положения о ЦТАО). Заместитель начальника колонии - начальник центра осуществляет общее руководство хозяйственной деятельностью ЦТАО учреждения (п.32 Положения о ЦТАО).

В соответствии с п. 41 Должностной инструкции заместителя начальника колонии - начальника центра ФКУ ИК-9 УФСИН России по Воронежской области майора внутренней службы ФИО2 (л.д.37-43), заместитель начальника учреждения обязан беречь государственное имущество, в том числе имущество, предоставленное ему для исполнения служебных обязанностей, а в соответствии с п. 101 – он обязан осуществлять сбыт выпускаемой продукции по договорам поставок.

Поскольку в должностные обязанности ФИО2 входили работы по отпуску, реализации товаров, и он достиг возраста восемнадцати лет, заключение с ним договора о полной материальной ответственности соответствует требованиям ст. 244 ТК РФ, а также Постановления Минтруда РФ от 31.12.2002 N 85 "Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности".

Вместе с тем, в судебном заседании установлено и не отрицается истцом, что по акту приема-передачи какие-либо материальные ценности (имущество) ответчику не передавались; какой-либо документ, подтверждающий факт передачи ему материальных ценностей (имущества) в период занятия им должности заместителя начальника колонии - начальника центра не составлялся; проверка наличия или отсутствия товара (имущества) в указанный период до инвентаризации, установившей недостачу, не производилась.

Представленная в материалы дела копия требования - накладной № 00000118 от 12.04.2018, подписанная старшим оперуполномоченным оперативного отдела ФИО2 (л.д.63-67), вопреки утверждению представителя истца, исходя из её содержания, не может рассматриваться, как документ, подтверждающий передачу ответчику товарно – материальных ценностей.

Кроме того указанная требование – накладная составлена до назначения ФИО2 на должность лица, связанного с обслуживанием товарно – материальных ценностей, и до заключения с ним договора о полной материальной ответственности.

Поскольку установлено, что имущество ФИО2 в установленном законом порядке не вверялось, отсутствует его вина в образовании недостачи.

Кроме того, истцом не доказано наличие противоправности действий ФИО2, а также причинной связи между его противоправным действием (бездействием) и имущественным ущербом у работодателя,

В иске указано, что причиной возникновения ущерба явилось бездействие ответчика, выразившееся в неполном исполнении своей обязанности по устранению недостачи на складе готовой продукции (л.д.4).

На конкретные действия (бездействие) ФИО2, вызвавшие образование недостачи, истец не ссылается, причин её возникновения не указывает.

В соответствии со ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Поскольку имущество работнику в установленном законом порядке истцом не передавалось, следует считать, что работодатель не исполнил обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, что исключает материальную ответственность последнего.

В судебном заседании также установлено, что истцом нарушен порядок установления размера ущерба, предусмотренный ст. 247 ТК РФ.

Согласно указанной норме, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно объяснениям представителя истца, проверка для установления причины возникновения ущерба не проводилась, комиссия не создавалась. Требование о предоставлении объяснений ответчика по факту образования недостачи было ему предъявлено лишь в день его увольнения - 09.06.2020, спустя почти год после её выявления.

ФИО3, занимавший должность начальника – склада, на котором обнаружена недостача, подтвердил довод ФИО2 о том, что недостача возникла задолго до его назначения на должность.

При этом, несмотря на то, что, согласно Акту ревизии рассматриваемая недостача обнаружена на центральном складе у материально – ответственного лица ФИО3 (л.д.102), он не привлекался истцом к разрешению вопроса о причинах её образования, требований о её возмещении к нему не заявлялось.

Таким образом, истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств вины ответчика в причинении ущерба, противоправности его поведения. Факт передачи работодателем ответчику товарно-материальных ценностей не установлен, что на основании ст.239 ТК РФ исключает материальную ответственность истца.

Факт добровольного внесения денежных сумм в погашение ущерба вину ФИО2 в его образовании не подтверждает. Ответчик объяснил эти свои действия желанием продолжать работать в учреждении.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 9» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Воронежской области к ФИО2 о возмещении материального ущерба отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий

УИД 36RS0010-01-2020-000982-55

2-690/20