Апелляционное постановление № 10-1/2024 от 15 мая 2024 г. по делу № 1-1/2024

Дело № 10-1/2024

УИД 65MS0014-01-2023-002767-93

Мировой судья Самофалов А.Г.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

пгт. Смирных

Сахалинской области 16 мая 2024 года

Суд апелляционной инстанции в составе председательствующего – судьи Смирныховского районного суда Анисимова В.Б., при секретаре судебного заседания Веселовой Л.Ю.;

с участием: прокурора Меркушина В.В., осужденного ФИО1, адвоката ФИО9, представившей удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда посредствам видеоконференц-связи с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области уголовное дело с апелляционным представлением прокурора Смирныховского района Бутенко Е.О., апелляционными жалобами представителя потерпевшего ФИО2, защитника Кукиной И.В., осужденного ФИО11 на приговор мирового судьи судебного участка № 14 Смирныховского района Сахалинской области от 07 марта 2024 года,

которым ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, имеющий среднее профессиональное образование, неработающий, не состоящий в браке, зарегистрированного по адресу: <адрес>, судимого ДД.ММ.ГГГГ Южно-Сахалинским городским судом <адрес> по ч. 1 ст. 111 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 166 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

осужден по ч. 1 ст. 167 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, в соответствии со ст. 70 УК РФ (приговор от ДД.ММ.ГГГГ) к 8 месяцам 10 дням лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, изменена мера пресечения на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда; зачтено время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу; этим же приговором частично удовлетворен гражданский иск в размере 70 682 рублей с осужденного в пользу ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес>, разрешен вопрос о вещественных доказательствах по делу.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, заслушав аргументы сторон, высказанные в настоящем судебном заседании, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

По приговору мирового судьи судебного участка № 14 Смирныховского района от 07 марта 2024 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.167 УК РФ, в уничтожении имущества ФКУ ИК-2 УФСИН России по Сахалинской области с причинением значительного ущерба данному учреждению, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Не согласившись с приговором, прокурор района Бутенко Е.О. подал апелляционное представление, в котором просит об отмене приговора и направлении материалов уголовного дела на новое судебное рассмотрение в связи с допущенными нарушениями судом первой инстанции норм процессуального права, по следующим основаниям.

Обращает внимание, что суд в описательно-мотивировочной части приговора указал, что ФИО1 во время отбывания наказания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес>, находясь на территории жилой зоны указанного учреждения, найденной им возле котельной учреждения кувалдой нанес удары по оборудованию системы контроля и управления доступом в локальные участки отрядов №№ 1,2,3,4,5,6,7, уничтожив такое оборудование со стороны плаца, а также со стороны локального участка отрядов №№ 1 и 2, виду чего указанная система вышла из строя.

Указывает, что по версии суда ФИО1 уничтожено на сумму 70 682 руб., однако, на основании каких выводов суд сделал данные суждения, в приговоре не содержится.

Так же обращает внимание на то, что суд вступил в противоречие между своими выводами, первоначально указав о том, что осмотр оборудования в ходе судебного следствия показал наличие в той или иной степени очевидных механических повреждений, делающих невозможным его использование по прямому назначению, однако далее суд пришел к противоположному мнению (стр. 11), указав, что ФИО1 все же уничтожил не все оборудование.

Полагает, что суд, вопреки требованиям законодательства, вошел в оценку работоспособности предметов, не только не обладая специальными техническими знаниями, но и ставя под сомнение знания допрошенного в суде специалиста ФИО5, который обеспечивал в ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес> обслуживание инженерно-технических средств.

Кроме того считает, что, исключение судом из обвинения части предметов только в связи с тем, что на нем, по его мнению, не имелось визуальных механических повреждений, а также по нему не наносили удары кувалдой, не свидетельствует о его работоспособности, напротив, в данном случае ФИО5 в суде было указано, что оборудование с обратной стороны калитки могло быть выведено в результате нанесения удара с противоположенной стороны, в связи с чем оборудование замкнуло.

Ставит под сомнение выводы суда о причинении значительного ущерба ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес> в размере 70 682 рублей, о чем мнение потерпевшего не выяснялось.

Кроме того указывает, что в соответствии со ст. 246 УПК РФ, государственный обвинитель в ходе судебного следствия исключил из инкриминируемого ФИО1 обвинения уничтожение им кабеля VTP CAT 5Е витая пара - 305 к общей стоимостью износа 10 457 рублей, а также стоимость работ по замене поврежденного имущества в размере 126 525 рублей. Кроме того, государственный обвинитель скорректировал обвинение в части общей стоимости двух замков в размере 4 925 рублей 20 копеек. Однако суд в описательно-мотивировочной части приговора, напротив указал, что государственный обвинитель исключил стоимость 305 м кабеля витая пара VTP CAT 5Е - 10 457 рублей, стоимость одного замка электромеханического AT EL 201А – 2 462,60 рублей, а не инкриминируемые органом следствия предметы посягательств.

В апелляционной жалобе защитник ФИО9 просит обжалуемый приговор отменить, признать недопустимыми ряд доказательств, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В обоснование жалобы указывает в том числе, что по материалам дела невозможно определить размер ущерба, причиненного действиями ФИО1, поскольку в том числе не проводилась какая-либо техническая экспертиза, состав преступления является материальным, а причиненный ущерб не может являться значительным для ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес>.

По аналогичным доводам поданы и жалобы (основная и дополнительная) самим осужденным, в которых он просил приговор отменить, а дело возвратить прокурору.

В апелляционной жалобе представитель ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес> ФИО6, не оспаривая назначенное осужденному ФИО1 наказание, выражает несогласие в части частичного удовлетворения гражданского иска, в данной части просит принять новое решение об удовлетворении иска в неисключенной сумме в полном объеме.

Возражений на апелляционные представление и жалобы не поступило.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представлений и жалоб, заслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Вместе с тем, обжалуемый приговор нельзя признать законным и обоснованным в силу следующих обстоятельств.

Суд первой инстанции, признавая ФИО1 виновным, указав в описательно-мотивировочной части приговора, что ФИО1 уничтожено имущество ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес> на сумму 70 682 руб., не указал в приговоре на основании каких выводов сделал данные суждения, тогда как такая сумма причиненного ущерба не соответствует обвинению (с учетом корректировки его государственным обвинителем); указывая свои суждения, суд первой инстанции вступил в противоречие между своими выводами, первоначально указав о том, что осмотр оборудования в ходе судебного следствия показал наличие в той или иной степени очевидных механических повреждений, делающих невозможным его использование по прямому назначению, однако далее суд пришел к противоположному мнению, указав, что ФИО1 все же уничтожил не все оборудование. Признавая ущерб, причиненный ФИО1 значительным, суд первой инстанции при этом мнения потерпевшего по данным обстоятельствам, которое имеет по делам данной категории определяющее значение, не выяснил, а сделал вывод о значительности ущерба на основании соответствующих сведений о доведенных до учреждения лимитах бюджетных обязательств.

Однако указанные обстоятельства являются не единственными, которые влекут отмену приговору, поскольку по делу имеются обстоятельства, которые вовсе препятствовали суду первой инстанции к рассмотрению дела по существу и постановлению какого-либо окончательного итогового решения, в связи с чем, оснований к направлению дела на повторное рассмотрение судом апелляционной инстанции не имеется, поскольку дело должно быть возвращено прокурору для устранения соответствующих препятствий к его рассмотрению, что исходит из следующего.

Согласно ч. 3 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в части первой и пункте 1 части первой.2 статьи 237 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно постановлению Конституционного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» суд общей юрисдикции при осуществлении производства по уголовному делу может по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, когда в досудебном производстве допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия; при этом устранение допущенных нарушений предполагает осуществление необходимых для этого следственных и иных процессуальных действий, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Смысл указанных положений является общеобязательным и исключает какое-либо иное их толкование в правоприменительной практике.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по делу, помимо прочих относятся: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Состав преступлений, отнесенных к статье 167 УК РФ, - является материальным. Стоимость уничтоженного (поврежденного) имущества является важнейшим обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Согласно предъявленному обвинению ФИО1 инкриминируется уничтожение имущества ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес> (входящего в комплекс системы контроля доступа и наблюдения) путем нанесения ударов кувалдой.

Под уничтожением понимается приведение продукции (вещи, оборудования и т.д.) в такое необратимое состояние, в котором они теряют свои полезные характеристики без какой бы то ни было возможности их восстановления для дальнейшей эксплуатации.

Действия лица и причиненные последствия в виде уничтожения имущества должны состоять в прямой причинно-следственной связи.

Вместе с тем, выводы суда первой инстанции, равно как и материалы уголовного дела, вовсе не содержат указаний на механизм повреждения оборудования (например, полное уничтожение, разделение корпуса оборудования на множество частей и невозможность его восстановления, склейки, сварки и прочее, наличие критических повреждений внутренних электронных компонентов устройств, и невозможность их восстановления, ремонта, а необходимость только полной замены тех или иных, либо всех компонентов устройств и т.д., а также на невозможность (нецелесообразность) восстановления оборудования (например, стоимость поврежденных запасных частей, стоимость восстановительных работ существенно превышает стоимость нового оборудования и т.д.). Данные обстоятельства возможно установить в результате проведения специальных судебных экспертиз, производство которых должно быть поручено компетентному лицу, имеющему специальное образование и познания в данной области, чего не сделано в ходе досудебного производства по делу, равно как и не устранены эти существенные недочеты в суде первой инстанции.

При этом вызывают объективные сомнения и выводы суда первой инстанции, и позиция органа предварительного следствия о том, что путем нанесения ударов по оборудованию с внешней стороны ограждения локальных участков, действиями ФИО1 могло быть уничтожено и оборудование с внутренней стороны, поскольку, во-первых, какое-либо экспертное мнение компетентного лица по данному вопросу при рассмотрении дела не получено, во-вторых, свидетели ФИО3 и Житников, осуществлявшие демонтаж оборудования, имеющие техническое образование и соответствующие познания, дали противоположные друг другу пояснения, поскольку соответственно первый указал, что выход из строя оборудования с внутренней стороны предположительно могло быть из-за ударов по внешнему оборудованию (которые вовсе являются предположениями, на которых действительные выводы не могут быть основаны), тогда как Житников данные обстоятельства при допросе категорически исключил, указав, что повреждения внутренних компонентов не могли образоваться от ударов по внешним. Каких-либо иных доказательств, которые бы раскрывали причиненный урон оборудованию, материалы дела не содержат.

Более того, некоторые материалы уголовного дела, напротив указывают на отсутствие видимых внешних повреждений (например, т.1, л.д. 43, где отображена IP-панель видеодомофона, л.д. 47 (с обратной стороны), где отображены IP-панели видеодомофона, л.д. 48, где отображен считыватель), что в свою очередь подтверждает доводы о необходимости их исследования специалистами с целью выявления скрытых повреждений и оценки возможности и стоимости восстановления.

При этом, несмотря на наличие оборудования без каких-либо визуальных повреждений, ФИО1 инкриминируется именно его (оборудования) уничтожение, оценка же действий ФИО1 на предмет повреждения имущества органом предварительного следствия не давалась.

Что касается вопроса оценки значительности причиненного ущерба преступлением, в совершении которого обвиняется ФИО1, то ни орган предварительного расследования, ни в дальнейшем суд первой инстанции не дал надлежащей оценки этим обстоятельствам, не выяснив причины, по которым до настоящего времени работа указанных комплектов доступа в локальные секторы отрядов не восстановлена, направлялись ли учреждением запросы о направлении соответствующих бюджетных ассигнований для решения данных вопросов, какие иные были приняты меры, направленные на восстановление неработающих систем доступа и наблюдения, либо причины, по которым этим меры не были приняты вовсе, и т.д. При этом израсходованный лимит денежных средств по статье «текущий ремонт» в размере 200 000 (двухсот тысяч) рублей не может являться безусловным основанием для признания причиненного ущерба значительных без оценки иных приведенных выше судом апелляционной инстанции обстоятельств.

Указанные обстоятельства входят в перечень подлежащих доказыванию. Восполнение указанных недостатков не возможно при повторном рассмотрении дела судом первой инстанции, поскольку требует проведения комплекса следственных и процессуальных действий, судебных экспертиз и т.д.

Допущенные нарушения прав обвиняемого (подсудимого) на защиту как в отдельности, так и в совокупности между собой являются существенными, поскольку они не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства судом, препятствуют объективному и беспрепятственному рассмотрению судом данного уголовного дела, исключают возможность постановления приговора или вынесения судом иного решения по существу уголовного дела.

Вместе с тем, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты; суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Прокурор Смирныховского района Сахалинской области, утвердивший обвинительное заключение по уголовному делу, не принял мер к устранению допущенных нарушений уголовно-процессуального закона.

В связи с изложенным, уголовное дело на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса РФ подлежит возвращению прокурору Смирныховского района Сахалинской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Что касается иных доводов представления и жалоб, в том числе об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, необходимости признания недопустимыми ряда доказательства, в связи с вышеуказанными основаниями отмены приговора, они (иные доводы) не могут быть рассмотрены судом апелляционной инстанции.

Учитывая, что судом апелляционной инстанции принимается настоящее решение, а наказание по предыдущему приговору от ДД.ММ.ГГГГ, по которому ФИО1 на момент вынесения приговора отбывал наказание, к настоящему времени им отбыто в полном объеме, оснований к сохранению меры пресечения в виде заключения под стражей не имеется, в связи с чем, она подлежит отмене, с сохранением ранее избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а ФИО1 подлежит освобождению из-под стражи.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление прокурора Смирныховского района Бутенко Е.О. – удовлетворить частично.

Апелляционные жалобы защитника Кукиной И.В., осужденного ФИО1 – удовлетворить частично.

Приговор мирового судьи судебного участка № 14 Смирныховского района Сахалинской области от 07 марта 2024 года в отношении ФИО1 – отменить.

Уголовное дело возвратить прокурору Смирныховского района на основании ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО4 отменить, сохранив подписку о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО1 из-под стражи освободить в связи с отбытием наказания по приговору Южно-Сахалинским городским судом Сахалинской области от 04 февраля 2020 года.

Апелляционную жалобу представителя потерпевшего ФИО2 – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. Стороны вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Решение изготовлено в полном объеме 16 мая 2024 года.

Судья

Смирныховского районного суда В.Б. Анисимов