Апелляционное определение № 33-3247/2026 от 14 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

УИД 91RS0010-01-2025-000430-28

дело №2-408/2025 судья первой инстанции – ФИО2

дело №33-3247/2026 докладчик – судья апелляционной инстанции Онищенко Т.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего, судьи

Онищенко Т.С.,

судей

ФИО5, ФИО6,

при секретаре

ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Онищенко Т.С. гражданское дело по иску Никулинского межрайонного прокурора г. Москвы в интересах ФИО8 к ФИО9 о взыскании неосновательного обогащения, третьи лица – ФИО10, отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Феодосии (ОМВД России по г. Феодосии), отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по району Раменки г. Москвы (отдел МВД России по району Раменки г. Москвы), отделение судебных приставов по г. Красноперекопску и Красноперекопскому району Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Крым и г. Севастополю (ОСП по г. Красноперекопску и Красноперекопскому району ГУФССП России по Республики Крым и г. Севастополю), по апелляционной жалобе ФИО9 на решение Красноперекопского районного суда Республики Крым от 16 декабря 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

Никулинский межрайонный прокурор г. Москвы, действуя в защиту прав и законных интересов ФИО3, 28 марта 2025 года (отправлено почтой) обратился в суд с указанным иском и просил взыскать со ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 300 000 руб. /т.1, л.д. 1-3/.

Заявленные требования обоснованы тем, что 24 июля 2024 года неустановленное лицо путём обмана, представившись сотрудником ПАО «Мегафон», в ходе видео-звонка через WhatsApp получило удалённый доступ к телефону и онлайн-банку ФИО3, оформило на его имя кредит и перевело похищенные денежные средства, в т.ч. 300 000 руб., на банковский счёт ФИО1 № в АО «Т-Банк».

Указанные средства переведены без воли и осознанного намерения ФИО3, без каких-либо обязательств между сторонами и без законных оснований, что образует неосновательное обогащение на стороне ответчика, подлежащее взысканию в соответствии со статьёй 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением суда (протокольно) от 27 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО10 /т.1, л.д. 111/.

Определением суда (протокольно) от 22 июня 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён Отдел МВД России по району Раменки г. Москвы /т.1, л.д. 133/.

Определением суда (протокольно) от 18 сентября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён ОМВД России по г. Феодосии /т.1, л.д. 177/.

Определением суда (протокольно) от 17 ноября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён ОСП по г. Красноперекопску и Красноперекопскому району ГУФССП России по Республики Крым и г. Севастополю /т.1, л.д. 233/.

Решением Красноперекопского районного суда Республики Крым от 16 декабря 2025 года иск удовлетворён.

Взыскано со ФИО1 в пользу ФИО3 неосновательное обогащение в размере 300 000 руб.

Взыскано со ФИО1 в доход бюджета муниципального образования городской округ Красноперекопск государственную пошлину в размере 10 000 руб. /т.2, л.д. 7-9/.

Не согласившись с данным решением суда, ответчик – ФИО1 подала апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение норм материального и процессуального права /т.2, л.д. 21-24/.

В частности, основные доводы жалобы заключаются в том, что суд не оценил условия пользовательских соглашений, в которых прямо указано, что при добровольной передаче удалённого доступа все действия третьего лица юридически считаются действиями самого владельца устройства. ФИО3 добровольно предоставил доступ, следовательно, его представитель действовал от его имени. Ответчик заявляла о сделке купли-продажи криптовалюты USDT именно с представителем ФИО3, которого тот сам наделил полномочиями.

Возражений на апелляционную жалобу не поступало.

Информация о движении дела (в т.ч. о времени и месте рассмотрения дела) размещена 06 марта 2026 года на официальном сайте Верховного Суда Республики Крым в сети Интернет по адресу: vs.krm@sudrf.ru /т.2, л.д. 46/.

Лица, участвующие в деле (их представители), будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте рассмотрения дела, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, что с учётом положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку законности и обоснованности решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства, если признает, что они не могли быть представлены стороной в суд первой инстанции; подтверждает указанные в обжалованном решении суда факты и правоотношения или устанавливает новые факты и правоотношения.

Заслушав доклад судьи Онищенко Т.С., проверив материалы дела, законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» №23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции соответствует изложенным требованиям.

Согласно статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции при принятии решения таких нарушений не допустил.

В соответствии со статьёй 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счётной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определённых условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счёт другого лица (за чужой счёт), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2019), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, из приведённых правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Таким образом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, суду необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

Судом установлено, что СО ОМВД России по району Раменки г. Москвы 06 августа 2024 года возбуждено уголовное дело №12401450105000557 в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации /л.д. 5/.

Согласно представленным материалам указанного уголовного дела, ответчик – ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ обратился в ОМВД России по району Раменки <адрес> в связи с тем, что не позднее ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо, находясь в неустановленном следствием месте, путём обмана ФИО3, в ходе телефонного разговора в сети «WhatsApp» с абонентского номера телефона +<данные изъяты>, представившись сотрудником ПАО «Мегафон», под предлогом улучшения качества интернет-соединения, введя последнего в заблуждение, незаконно завладело, принадлежащими ФИО3 денежными средствами в размере 2 140 000, 00 руб., которые последний перевёл 8 транзакциями на общую сумму 1 540 000 руб. на банковские счета неизвестных ФИО3 лиц. После чего ФИО3 с заявлением обратился в ОМВД России по району Раменки <адрес>.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 посредством видеотелефонного звонка через приложение «WhatsApp» связалось лицо, представившиеся сотрудником ПАО «Мегафон». Указанное лицо путём обмана и злоупотребления доверия неустановленным дистанционным способом завладело доступом к мобильному телефону ФИО3 После чего неустановленное лицо в онлайн-приложении банка ПАО «ВТБ» заключило кредитный договор на сумму 270 044, 22 руб. Полученные денежные средства были переведены на банковскую карту АО «Т-банк» №, принадлежащую ФИО3, откуда в последующем 8 транзакциями на общую сумму 1 540 000 руб. были переведены на счета неизвестных потерпевшему лиц. В целях совершения преступления и хищения денежных средств ФИО3 неустановленным лицом использовался банковский счёт, зарегистрированный в АО «Т-Банк» №. Следствием по делу установлен владелец счета 40№. Согласно полученному ответу из АО «Т-Банк» владельцем указанного счета является ФИО1 На указанный банковский счёт ДД.ММ.ГГГГ поступил перевод денежных средств в размере 300 000 руб. /л.д. 4-28/.

Указанные денежные средства до настоящего времени ФИО3 со стороны ФИО1 не возвращены, что сторона ответчика не отрицает.

Постановлением от 21 апреля 2025 года отказано в возбуждении уголовного дела по пункту 1 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного статьёй 159 Уголовного кодекса Российской Федерации за отсутствием события преступления /л.д. 106-107/.

ФИО1 07 мая 2025 года на имя прокурора г. ФИО4 была подана жалоба на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам мошенничества /л.д. 100-101/.

13 мая 2025 года в удовлетворении жалобы ФИО1 отказано, в связи с отсутствием состава уголовно наказуемого деяния /л.д. 104/.

Таким образом, 24 июля 2024 года ФИО3 стал жертвой мошенничества: под видом сотрудника «Мегафон» злоумышленник через WhatsApp ввёл его в заблуждение, получил доступ к его телефону и онлайн-банку, оформил кредит в ПАО «ВТБ» на 270 044,22 руб. и перевёл денежные средства в общей сумме 1 540 000 руб. на счета третьих лиц. В числе получателей денежных средств фигурирует ответчик – ФИО1 Факт поступления на банковский счёт ФИО1 (АО «Т-Банк» №) денежных средств в размере 300 000 руб., принадлежащих ФИО3 и похищенных в результате мошеннических действий неустановленных лиц, подтверждается материалами уголовного дела № и ответами кредитной организации.

Представленные материалы позволяют сделать вывод о том, что указанные денежные средства в сумме 300 000 руб. были переведены со счета ФИО3 на счёт ФИО1 без воли и осознанного намерения ФИО3, не во исполнение какого-либо обязательства ФИО3 перед ФИО1 и без законных оснований передачи указанных денежных средств в её пользу.

Следовательно, ФИО1 приобрела имущество в сумме 300 000 руб. за счёт другого лица (ФИО3) без установленных законом или сделкой оснований, что образует неосновательное обогащение, подлежащее возврату.

Сведений о том, что между истцом и ответчиком имелись какие-либо обязательства, материалы дела не содержат, и стороны об этом не заявляют.

Таким образом, стороной истца доказан факт приобретения имущества ответчиком за счёт истца без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Обстоятельств, исключающих возврат неосновательного обогащения в соответствии со статьёй 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

Установив указанные обстоятельства, оценив предоставленные доказательства в их совокупности, и применив указанные нормы материального и процессуального права, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска.

Выводы суда мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам и требованиям закона, а доводы апелляционной жалобы их не опровергают и подлежат отклонению по следующим основаниям.

Ответчик (апеллянт) ссылается на условия пользовательских соглашений (в том числе банковских приложений и сервисов), согласно которым при добровольной передаче удалённого доступа к устройству или аккаунту все действия третьего лица якобы юридически считаются действиями самого владельца устройства. По мнению заявителя жалобы, ФИО3 добровольно предоставил доступ, следовательно, его «представитель» действовал от его имени, а перевод 300 000 руб. на счёт ФИО1 был произведён в рамках сделки купли-продажи криптовалюты USDT именно с этим представителем, наделённым полномочиями самим потерпевшим.

Однако, такие доводы противоречат установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам и нормам материального права.

Из материалов уголовного дела №, ответов кредитных организаций и объяснений ФИО3 следует, что доступ к его мобильному телефону и онлайн-банку был получен неустановленным лицом путём обмана и злоупотребления доверием. Злоумышленник, представившись сотрудником ПАО «Мегафон», в ходе видео-телефонного звонка через WhatsApp ввёл потерпевшего в заблуждение под предлогом «улучшения качества интернет-соединения». ФИО3 не имел намерения передавать кому-либо удалённый доступ для совершения финансовых операций, не заключал никакой сделки купли-продажи криптовалюты и не наделял никого полномочиями на распоряжение своими денежными средствами. Переводы, включая спорные 300 000 руб. на счёт ответчика, были совершены без воли и осознанного согласия собственника средств, в результате мошеннических действий третьих лиц.

Положения пользовательских соглашений, на которые ссылается ответчик (апеллянт), регулируют отношения между владельцем аккаунта и сервисом (банком, оператором связи и т.п.) и направлены на распределение рисков при правомерном использовании сервиса. Они не могут распространяться на случаи, когда доступ получен путём обмана, поскольку в таких ситуациях воля владельца устройства искажена и отсутствует.

Гражданское законодательство не признаёт «представительство», возникшее в результате мошенничества, действительным. Действия злоумышленника не могут быть приравнены к действиям самого ФИО3, а перевод средств не является исполнением какой-либо сделки между истцом и ответчиком.

В соответствии со статьёй 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, неосновательное обогащение возникает при совокупности условий: приобретение (сбережение) имущества ответчиком за счёт другого лица и отсутствие для такого приобретения законных оснований, предусмотренных законом или сделкой.

Истец (прокурор в защиту прав ФИО3) доказал факт поступления 300 000 руб. на счёт ФИО1 именно из средств, похищенных у потерпевшего. Между сторонами отсутствовали какие-либо договорные или иные обязательства, ответчик не представил доказательств наличия законного основания для удержания этих средств (в т.ч. доказательств реальной сделки купли-продажи криптовалюты именно с ФИО3 или его надлежащим представителем).

ФИО1 также не доказала обстоятельств, исключающих возврат неосновательного обогащения по статье 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (в частности, не подтвердила, что ФИО3 знал об отсутствии обязательства и предоставил средства в целях благотворительности).

Ссылка на якобы добровольное предоставление доступа не опровергает отсутствие воли ФИО3 на отчуждение именно этих денежных средств в пользу ФИО1

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с произведённой судом оценкой доказательств, отклоняются судебной коллегией как необоснованные, поскольку представленные в материалы дела доказательства оценены судом в соответствии со статьями 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 года №566-О-О, от 18 декабря 2007 года №888-О-О, от 15 июля 2008 года №465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведённых положений закона следует, что суд первой инстанции оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из содержания обжалуемого решения следует, что правила оценки доказательств судом первой инстанции соблюдены.

Несовпадение результата оценки доказательств суда с мнением заявителя жалобы обстоятельством, влекущим отмену решения, не является.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению судом первой инстанции определены правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность вынесенного решения.

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку установленных судом первой инстанции обстоятельств. Указанные доводы являлись основанием процессуальной позиции сторон, были приведены в ходе разбирательства дела, являлись предметом рассмотрения в суде, исследованы судом и подробно изложены в постановленном решении. Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется, так как выводы суда первой инстанции полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, спор по существу разрешён верно.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Учитывая обстоятельства, установленные судебной коллегией в ходе проверки законности и обоснованности обжалуемого судебного постановления, оснований к удовлетворению апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 327-328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, -

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Красноперекопского районного суда Республики Крым от 16 декабря 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО9 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путём подачи в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции кассационной жалобы в срок, не превышающий трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено и подписано 16 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи