Решение № 12-25/2017 от 15 мая 2017 г. по делу № 12-25/2017

Дело № 12-25/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
РЕШЕНИЕ

16 мая 2017 года с. Александровское

Александровский районный суд Ставропольского края

В составе председательствующего Штанько Т.Г.,

при секретаре Магомадовой М.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Александровского районного суда апелляционную жалобу Давыдова Виталия Николаевича на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Александровского района Ставропольского края Щеголькова П.В. от 25 января 2017 года и дело об административном правонарушении в отношении:

Давыдова Виталия Николаевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданина Российской Федерации, уроженца и жителя села <адрес>, зарегистрированного и проживающего по <адрес>, не привлекавшегося к административной ответственности за совершение однородных правонарушений, привлеченного постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Александровского района Ставропольского края от 25 января 2017 года к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год шесть месяцев,

У С Т А Н О В И Л

14 октября 2016 года ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району Рыжовым В.П. возбуждено дело об административном правонарушении в отношении Давыдова В.Н. за совершение административного правонарушении, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

25 января 2017 года постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Александровского района Давыдов В.Н. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортным средством сроком на один год шесть месяцев.

Полагая, что данное постановление необоснованно и незаконно, Давыдов В.Н. подал апелляционную жалобу, в которой просит суд апелляционной инстанции отменить постановление, вынесенное мировым судьей, и производство по делу прекратить.

Указывает на то, что мировой судья рассмотрел дело об административном правонарушении формально и необъективно, без исследования всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения, а к выводу о его виновности в совершении правонарушения по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ пришел на основании документов, полученных с нарушением административного законодательства.

В суде апелляционной инстанции Давыдов В.Н. поддержал доводы, изложенные в жалобе, и суду сообщил, что вину в совершении административного правонарушения он не признает, не отрицая факта управления транспортным средством в месте и времени, указанном в протоколе об административном правонарушении и постановлении мирового судьи, однако, с постановлением мирового судьи не согласен, считает его незаконным, не основанным на материалах дела, вынесенным с нарушением норм процессуального и материального права. Рассматривая дело об административном правонарушении, мировым судьей незаконно и необоснованно допрошены в судебном заседании сотрудники ГИБДД Р. и М. в качестве свидетелей, показания которых как свидетелей в последующем легли в качестве доказательств по данному делу и нашли свое отражение в обжалуемом постановлении. Считает, что Р., являясь сотрудником ГИБДД, непосредственно осуществлял меры административного принуждения, в том числе, составлял все процессуальные документы. М., являясь сотрудником ГИБДД и входя в один патрульный экипаж ГИБДД с Р., принимал участие в административном принуждении путем проверки документов, досмотра автомашины и производства видеосъемки при составлении процессуальных документов. Данное обстоятельство является существенным процессуальным нарушением и, как следствие, ведущим к отрицательной оценке показаний сотрудников ГИБДД как свидетелей.

Отражая в обжалуемом постановлении показания допрошенных в качестве свидетелей А. и Б., участвовавших в производстве по делу в качестве понятых, мировым судьей изложены их показания единомоментно, несмотря на то, что в их показаниях имеется разница, в частности в том, что А. суду пояснил, что он не отказывался от прохождения освидетельствования на месте и в ЦРБ, а просил обеспечить защитой. Также мировым судьей не отражено в постановлении и соответственно не дана оценка тому обстоятельству, что ни А., ни Б. права и обязанности понятых не разъяснялись, о чем суду пояснили сами свидетели, при этом доказательств исполнения данной обязанности должностными лицами в деле не имеется. Несмотря на то, что понятые присутствовали при составлении документов, они не осознавали характер своих действий при производстве процессуальных мероприятий, так как им никто не разъяснял их прав и обязанностей. Понятые прибыли после 01 часа – 01 часа 30 минут 14.10.16г. о чем они пояснили в судебном заседании, в то время как отстранение от управления, согласно протоколу произошло в 00 часов 40 минут, а фактически еще раньше, о чем он пояснял суду. То есть, время составления протокола об отстранении от управления не соответствует времени прибытия понятых. Таким образом, протокол об отстранении от управления содержит недостоверные сведения относительно времени его составления и не может быть признан законным, однако судом этому обстоятельству оценка не дана.

Положив в основу обвинения в качестве доказательств протокол задержания транспортного средства, мировой судья не дал оценку тому обстоятельству, что самокопирующаяся копия данного протокола, имеющаяся у меня и приобщенная к делу, не содержит подписи должностного лица, что свидетельствует о его ничтожности и препятствует признавать данный документ законным.

При этом наличие подписи должностного лица в оригинале протокола, имеющемся в деле, свидетельствует о том, что в него так же, как он указал выше, внесены изменения без его участия, что является существенным нарушением КоАП РФ и права на защиту в целом. Кроме того, положив в основу обвинения в качестве доказательств протокол о направлении на медицинское освидетельствование, мировой судья не дал оценку тому обстоятельству, что время составления данного протокола указано в 01 ч. 35 минут, а время фактического направления на медицинское освидетельствование указано в 01 ч. 30 минут, т.е. на медосвидетельствание его направили на 5 минут раньше, чем составили соответствующий протокол.

Учитывая, что основанием для прохождения медицинского освидетельствования является соответствующий протокол, то считает, что направление на такое исследование не может быть произведено раньше, чем будет составлен протокол о таком направлении.

Об указанных обстоятельствах заявлялось суду, а кроме того, обращалось внимание суда, что в данном протоколе нет отметки об отказе от прохождения от медицинского освидетельствования, а содержится ходатайство об обеспечении защитой, при этом сам протокол мим подписан, соответственно он не отказывался от освидетельствования, как впрочем не отказывался и от освидетельствования на месте, а заявлял ходатайство об обеспечении его защитой, которое в надлежащем порядке не было рассмотрено незамедлительно, ну и до настоящего времени остается нерассмотренным.

Обязанность по составлению процессуального документа полностью лежит на должностном лице, составляющем такой документ. Оценивая видеозапись, мировой судья признал ее достоверным и допустимым только лишь по тому, что на видео изображен он, одновременно при этом мировым судьей констатируется факт того, что у видеозаписи отсутствуют какие либо реквизиты технического средства, с помощью которого она выполнена, а также что время создания видеофайла не совпадает со временем проведения процессуальных действий, что из записи нельзя достоверно установить достоверность координат местоположения видеоприбора.

Также мировым судьей не дана оценка законности использования личного телефона ИДПС Р. для производства видеозаписи, в то время как личный телефон не относится к специальным средствам, состоящем на балансе ОГИБДД, и суду не был представлен договор с уполномоченным лицом, об использовании личного имущества в служебных целях, а так же о возможности такого использования.

Кроме того, определение ИДПС ОГИБДД отдела МВД России по Александровскому району от 14.10.2016 года о разрешении заявленного им ходатайства вынесено за пределами административного судопроизводства, поскольку дата составления указана «14.10.2016г.» при этом машинописным способом напечатано «исх. № от 15.10.16г.». Данные обстоятельства свидетельствуют о незаконном вынесении определения «задним числом». Указанное определение и сопроводительные письма он не получал. При составлении каждого процессуального документа (протокола) им заявлялись ходатайства об обеспечении защитой, заносились соответствующие записи в соответствующие протоколы, между тем ни одно из ходатайств по правилам административного судопроизводства путем вынесения определения ИДПС Р. не рассмотрено. В связи с чем просит постановление мирового судьи судебного участка №1 Александровского района от 25.01.2017 года отменить, и производство по делу прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Выслушав в судебном заседании Давыдова В.Н., поддержавшего доводы, изложенные в апелляционной жалобе, ИДПС ОГИБДД Отдела МВД России по Александровскому району Р., исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему:

В силу ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия(бездействие0 не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Юридическая обязанность прохождения водителем медицинского освидетельствования закреплена в п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Согласно п. 14 ст. 13 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" (принят ГД ФС РФ 28.01.2011, Полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляется право направлять и (или) доставлять на медицинское освидетельствование в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, если результат освидетельствования необходим для подтверждения либо опровержения факта совершения административного правонарушения, а также проводить освидетельствование указанных граждан на состояние опьянения в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Статья 23 Федерального Закона «О безопасности дорожного движения» предусмотрена возможность проведения текущего медицинского освидетельствования водителей транспортных средств, с целью определения у них медицинских противопоказаний или ограничений к управлению транспортными средствами.

Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что Давыдов В.Н. 14 октября 2016 года в 1 час 30 минут напротив дома № 88 по улице Гагарина села Александровского Александровского района Ставропольского края, управляя транспортным средством <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, не выполнил законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Основанием полагать, что водитель транспортного средства Давыдов В.Н. находился в состоянии опьянения, явилось наличие у него признаков алкогольного опьянения - запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, что согласуется с п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов.

Однако Давыдов В.Н. от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отказался, мотивируя свой отказ непредоставлением ему защитника.

В связи с тем, что Давыдов В.Н. отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, то в соответствии с требованиями пункта 10 Правил он был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, однако в присутствии двух понятых, в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения, не выполнил законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В судебном заседании инспектор ДПС ОГИБДД отдела МВД России по Александровскому району Р. подтвердил, что 14.10.2016 года им в отношении Давыдова В.Н. было возбуждено производство по делу по ст. 12. 26 ч.1 КоАП РФ. При составлении всех процессуальных документов Давыдов В.Н. требовал предоставить ему защитника. Ему неоднократно было разъяснено, что должностное лицо, инспектор, не обязан предоставлять защитника лицу в отношении которого возбуждено производство по административному делу. Иных ходатайств Давыдовым В.Н. не заявлялось. Не отрицал, что на заявленное ходатайство о предоставлении защитника им непосредственно при возбуждении производства по делу письменное определение об отказе в предоставлении защитника вынесено не было, а лишь впоследствии, при сдаче материала инспектору по административной практике ОГИБДД.

Учитывая, что Р., а также допрошенный при рассмотрении дела мировым судьей инспектор М. ранее не состояли в каких-либо личных неприязненных отношениях с Давыдовым В.Н., объективных причин оговаривать указанными лицами Давыдова В.Н. суд не установил, поэтому признае указанные объяснения Р. правдивыми.

Суд также отмечает, что, несмотря на то, что Р. является сотрудником ГИБДД, объективных сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется, данный свидетель допрошен с соблюдений процессуальных требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. То, что сотрудник ГИБДД является должностным лицом и осуществлял формирование доказательственной базы, не может служить поводом к тому, чтобы не доверять его объяснениям, которые в соответствии с положениями закона оценены наравне с другими доказательствами по делу.

Указанные обстоятельства подтверждаются собранными по делу об административном правонарушении доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 14.10.2016 года (л.д. 2); протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 14.10.2016 года (л.д. 3); протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 4); протоколом о задержании транспортного средства от 14.10.2016 года (л.д. 5), оглашенными объяснениями понятых Б., А. (л.д.л.д.7,8, 70-72,76-77), допрошенных в качестве свидетелей, с соблюдением требований КоАП РФ, из которых следует, что в их присутствии сотрудником ГИБДД Давыдов В.Н. был отстранен от управления транспортным средством и у ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи прибора «Юпитер», на что он ответил отказом, после чего водителю было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, от прохождения которого он также отказался по причине непредоставления ему защитника, видеофиксацией отказа Давыдова В.Н. от прохождения медосвидетельствования.

При рассмотрении дела об административном правонарушении все собранные по делу доказательства судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Согласно статье 26.2. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Оценивая приведенные выше оглашенные объяснения свидетелей А. и Б., суд отмечает, что они последовательны, логичны и устанавливают одни и те же факты, согласующиеся с материалами дела. По этим основаниям суд пришел к выводу, что объяснения указанных лиц соответствуют действительности, ранее они не состояли в каких-либо личных неприязненных отношениях с Давыдовым В.Н., объективных причин оговаривать указанными лицами Давыдова В.Н. суд не установил, поэтому признает их показания правдивыми.

Кроме того, суд отмечает, что при возбуждении производства по делу, Давыдовым В.Н. не заявлялось о нарушении сотрудниками ГИБДД его прав, все процессуальные документы, составленные в ходе возбуждения производства по делу, Давыдов В.Н. заверил своими подписями, при этом каких-либо замечаний о нарушении процедуры при их составлении Давыдов В.Н. не высказывал.

Полагая, что действия сотрудников ГИБДД были незаконными при составлении на него протокола об административном правонарушении, вместе с тем Давыдов В.Н. не воспользовался правом об обжаловании их действий в установленном законом порядке.

Объяснения, данные Давыдовым ВН., как при рассмотрении дела у мирового судьи, так и в апелляционной инстанции, ничем не подтверждены, противоречат установленным в судебном заседании фактам, а потому суд расценивает их как избранный им способ защиты и желание избежать ответственности.

Протокол об административном правонарушении в отношении Давыдова В.Н. составлен в соответствии со ст. 28.2 КоАП РФ, в нем отражены все сведения, необходимые для разрешения дела. Права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, Давыдову В.Н. разъяснены; копия протокола вручена Давыдову В.Н. в установленном законом порядке.

Имеющиеся в материалах дела доказательства, каждое из которых обладает признаками относимости, допустимости и достоверности, в своей совокупности явились достаточными для полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела, а также для обоснованного вывода о доказанности вины Давыдова В.Н. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Довод Давыдова В.Н. о том, что не установлено, каким прибором сотрудниками ДПС выполнена видеозапись, и что часть его велась на личный мобильный телефон инспектора, не могут являться доказательствами невиновности Давыдова В.Н., поскольку Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не устанавливает каких - либо требований к техническому средству, с помощью которого получено данное доказательство.

Суд отмечает, что мобильный телефон не относится к специальному техническому средству, к которому в силу ч.1 ст. 26.8 КоАП РФ предъявляются установленные законом требования.

Пунктом 33 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ «О полиции» предусмотрено, что сотрудники полиции вправе использовать в своей деятельности информационные системы, видео- и аудиотехнику, кино- и фотоаппаратуру, а также другие технические и специальные средства, не причиняющие вреда жизни и здоровью граждан, а также окружающей среде, в том числе, для целей выявления и пресечения административных правонарушений, следовательно, применение инспектором ДПС технического средства, мобильного телефона при производстве по настоящему делу об административном правонарушении не может расцениваться в качестве нарушения процессуальных требований.

Оценивая доводы Давыдова В.Н. о том, что время создания видеофайла не совпадает со временем проведения процессуальных действий, суд отмечает, что данное обстоятельство ничем не обоснованно. Так, согласно иным доказательствам, среди которых объяснения свидетелей, они согласуются между собой. В них в хронологическом порядке отражены те действия, которые проводились должностным лицом в процессе сбора доказательств. То, что время создания файла видеозаписи не совпадает со временем проведения процессуальных действий, суд признает техническим моментом, который не влечет каких-либо последствий, влияющих на состав вменяемого Давыдову В.Н. административного правонарушения. Кроме того факт видеофиксации не отрицался и самим Давыдовым В.Н.

К доводам Давыдова В.Н. о том, что время составления протокола об отстранении от управления транспортным средством не соответствует времени прибытия понятых, а также то, что на медицинское освидетельствование он был направлен по времени раньше, чем составлен протокол о направлении на медицинское освидетельствование, суд относится критически, поскольку фактическое время совершения процессуального действия и закрепление данного действия процессуальным документом могут не совпадать, что связано с началом формирования доказательственной базы, равно как и отсутствие в копии протокола об административном правонарушении времени управления, отсутствия подписи должностного лица в копии протокола о задержании транспортного средства, которые не влияют на состав вменяемого Давыдову В.Н. административного правонарушения.

Довод Давыдова В.Н. о том, что не предоставление ему в ходе возбуждения производства по делу по его ходатайству защитника влечет отмену принятого по делу постановления в связи с нарушением права на защиту, суд находит несостоятельным, поскольку при составлении протокола об административном правонарушении Давыдову В.Н. разъяснены, права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП РФ и ст. 51 конституции РФ.

Довод Давыдова В.Н. о том, что при производстве по делу об административном правонарушении ему не был обеспечен защитник со стадии возбуждения административного производства, не свидетельствует о недопустимости полученных доказательств и не влечет отмену судебных постановлений, поскольку основан на неверном толковании статьи 25.5 КоАП РФ. Положения данной статьи предусматривают право защитника участвовать в производстве по делу с момента возбуждения дела об административном правонарушении и не говорят об обязанности должностного лица, осуществляющего производство по делу, обеспечивать участие защитника для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу.

Сведений о том, что Давыдов В.Н. заявлял перед должностным лицом о создании возможности для реализации права на получение юридической помощи, а именно, приглашал защитника для оказания юридической помощи на стадии возбуждения административного производства либо ходатайствовал о допуске защитника, и что этот защитник не был допущен к участию в деле вопреки положениям части 4 статьи 25.5 КоАП РФ, в материалах дела не имеется.

То обстоятельство, что должностным лицом при отказе в удовлетворении ходатайства лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, не соблюдено требование ч.2 ст.24.4. КоАП РФ, предусматривающей, что решение об отказе в удовлетворении ходатайства выносится должностным лицом в виде определения, суд вправе был отреагировать путем вынесения представления в порядке ст. 29.13 КоАП РФ.

Мировым судьёй правильно квалифицированы действия Давыдова В.Н. по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

С соблюдением требований ст. 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях мировым судьей дана оценка иным имеющимся в деле доказательствам. Оснований для иной оценки исследованных доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Утверждение Давыдова В.Н. о том, что мировой судья рассмотрел дело об административном правонарушении формально и необъективно, с нарушением требований КоАП РФ, является необоснованным и не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного постановления, поскольку в ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении мировым судьей в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства дела.

Так, в соответствии с требованиями ст. 26.1 КоАП РФ установлены наличие события административного правонарушения, лицо, управлявшее транспортным средством, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения. Бремя доказывания судьей распределено правильно с учетом требований ст. 1.5 КоАП РФ.

Административное наказание назначено Давыдову В.Н. в соответствии с санкцией ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, с учетом обстоятельств и характера совершенного правонарушения, личности виновного, в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.8, 4.1, 4.2 КоАП РФ.

В свою очередь доводы жалобы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств. Аналогичные доводы были предметом проверки суда первой инстанции, не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в соответствующем судебном акте, и не ставят под сомнение наличие в действиях Давыдова В.Н. объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены обжалуемого судебного постановления у суда апелляционной инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 30.4-30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

Р Е Ш И Л:

Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Александровского района Ставропольского края Щеголькова П.В. от 25 января 2017 года, в соответствии с которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его вынесения.

Судья Т.Г.Штанько.