Решение № 2-186/2021 2-186/2021~М-136/2021 М-136/2021 от 2 июня 2021 г. по делу № 2-186/2021

УИД 56RS0004-01-2021-000324-20

Дело № 2-186/2021


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Александровка 3 июня 2021 года

Александровский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего - судьи Топильчук И.С.,

при секретаре судебного заседания Жихаревой О.В.,

с участием истца – индивидуального предпринимателя ФИО1,

его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО3 о взыскании имущественного ущерба, причиненного работодателю,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением.

В обоснование исковых требований с учетом пояснений к иску истец указал, что он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляет торговлю газовым оборудованием в магазине "Апрель 5-Газовый», расположенном по адресу: <...>. 1 сентября 2019 года истец принял в вышеуказанный магазин на должность продавца ФИО3, с которой были заключены трудовой договор и договор о полной индивидуальной ответственности за сохранность вверенных ей материальных ценностей. 14 декабря 2019 года трудовой договор с ответчиком прекращен на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. В период с 7 по 14 декабря 2019 года ревизионной комиссией проведена ревизия товарно-материальных ценностей, вверенных ответчику, в ходе которой установлена недостача товарно-материальных ценностей и денежных средств на общую сумму 264 069 руб.

Истец просил суд взыскать с ответчика ФИО3 имущественный ущерб в размере 264 069 руб., выявленный в ходе проведения инвентаризации материально-товарных ценностей в магазине «Газовый», а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 841 руб.

В судебном заседании истец ИП ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. Дополнительно пояснил, что при приеме ФИО3 на работу был произведен пересчет вверенных ей в подотчет товаров, которые она приняла и своей личной подписью подтвердила фактическое наличие товара. Также с ней был заключен договор о полной материальной ответственности. После того, как ФИО3 не вышла на работу, трудовой договор с ней был прекращен. По итогам инвентаризации выявлена недостача товарно-материальных ценностей и денежных средств на общую сумму 264 069,00 руб., в том числе недостача <данные изъяты> Причиной недостачи считает недобросовестное отношение продавца, выразившееся в следующем: самовольное оставление рабочего места без уважительной причины лицом, заключившим трудовой договор в период работы магазина без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения; несоставление товарно-денежного отчета о движении и остатках вверенного ей имущества в нарушение договора о полной индивидуальной материальной ответственности; отказ от передачи товарно-материальных ценностей по акту приема-передачи товара; передача товаров в долг без оплаты через кассу. Считает, что допущенные нарушения привели к виновным действиям продавца в причинении ущерба работодателю и состоят в причинной связи с образованием недостачи товарно-материальных ценностей. ФИО3 признала свою вину при даче объяснений сотрудникам полиции и путем написания расписки, в которой указала, что долг обещает вернуть. С выводами ревизии ФИО3 ознакомлена, но до настоящего времени их не оспорила. Обязанность доказать отсутствие своей вины лежит полностью на ФИО3 В связи с тем, что с ФИО3 заключен договор о полной материальной ответственности, полагает, что она обязана возместить причиненный ему ущерб. Отметил, что инвентаризация проводилась в установленном законом порядке. Он пытался известить ФИО3 о проведении инвентаризации, однако последняя не выходила с ним на контакт. О проведении инвентаризации он известил ее посредством переписки через телефон, что подтверждается актом от 7 декабря 2019 года. В адрес ФИО3 он письменного извещения о проведении инвентаризации, а также о предложении дать объяснения по итогам инвентаризации не направлял.

Представитель истца ИП ФИО1 – ФИО2 поддержала пояснения истца в полном объеме. Дополнительно указала, что в период работы ФИО3 сложилась практика продажи ею товаров покупателям в рассрочку (в долг), путем фиксации ею соответствующих записей в тетрадь, однако ответчиком не представлено доказательств того, что ИП ФИО1 давал свое разрешение на реализацию товаров таким образом. Отметила, что ФИО3 в полиции подтвердила, что записи в долговой тетради вела лично, при этом данная тетрадь хранилась не в магазине, а лично у нее. Ответчик ФИО3 ходатайств о назначении бухгалтерской экспертизы не заявляла, как и не представила иных доказательств, опровергающих результаты инвентаризации. При этом отметила, что обстоятельств, свидетельствующих о грубом нарушении порядка проведения инвентаризации и оформления ее результатов, что могло повлиять на достоверность учета товарно-материальных ценностей, не имеется. Обратила внимание, что ИП ФИО1 работает по упрощенной системе налогообложения, поэтому вся бухгалтерская документация ведется в упрощенном порядке, в связи с чем требования Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года № 49 к ИП ФИО1 применению не подлежат, поскольку носят рекомендательный характер. Полагала, что само по себе несоблюдение работодателем требования об обязательном получении объяснений работника не является существенным нарушением процедуры установления причины возникновения ущерба, так как по смыслу части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации давать объяснения является правом, а не обязанностью работника, отсутствие объяснения (даже по причине отказа работника его давать) не исключает обязанности работодателя доказать законность установления причины возникновения ущерба и не лишает работника впоследствии права дать соответствующие объяснения в суде, учитывая, что в силу части 4 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации именно судом при взыскании ущерба в судебном порядке определяется степень вины работника. В то же время согласно статье 247 Трудового кодекса Российской Федерации работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящие кодексом. Указала, что отсутствие вины ФИО3 в причинении материального ущерба не доказано.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась. О времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении гражданского дела в ее отсутствие.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав явившихся лиц, пояснения свидетеля, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

В силу части первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации). Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами. Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации. Так, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (часть 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Судом установлено и следует из письменных материалов дела, ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и с 19 июня 2017 года поставлен на учет в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №5 по Ярославской области.

1 апреля 2019 года между ИП ФИО4 (арендодателем) и ИП ФИО1 (арендатором) заключен договор аренды нежилого помещения №3, из условий которого следует, что арендодатель передает во временное пользование арендатору нежилое помещение №22 общей площадью 23 кв.м. для использования в качестве торговых площадей по адресу: <...>.

1 сентября 2019 года между ИП ФИО1 и ФИО3 заключен трудовой договор №3, согласно которому ФИО3 принята на работу в качестве продавца магазина «Апрель» по адресу: <...> с испытательным сроком 3 месяца (договор со стороны работодателя не подписан).

Договор о полной индивидуальной материальной ответственности по типовой форме заключен с ФИО3 1 сентября 2019 года, согласно условиям, которого работник принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, и в связи с изложенным обязуется, (в частности): бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщить работодателю о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества. Данный договор, в силу пункта 5 вступает в силу с момента его подписания и действует на весь период работы с вверенным работнику имуществом работодателя. В соответствии с пунктом 4 трудового договора работник не несет материальной ответственности, если ущерб причинен не по его вине.

Приказом ИП ФИО1 от 14 декабря 2019 года N 6 трудовой договор от 1 сентября 2019 года №2 с ФИО3 прекращен с 5 декабря 2019 года по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть первая статьи 80 ТК РФ).

Подпись работника об ознакомлении с приказом и соответствующая запись о невозможности довести приказ до сведения работника отсутствуют.

Согласно акту об отказе или уклонении работника дать объяснения, составленному ФИО1, 7 декабря 2019 года последний неоднократно пытался связаться с продавцом ФИО3 по телефонной связи и через мессенджер Viber для дачи объяснений по факту отсутствия на рабочем месте и необходимости присутствия для проведения инвентаризации.

Письменное объяснение от работника не истребовано. Уведомление работнику о необходимости предоставить письменное объяснение по факту причинения ущерба в материалах дела отсутствует.

На основании приказа №/инв от ДД.ММ.ГГГГ комиссией в составе руководителя ФИО1, продавца ФИО8, бухгалтера ФИО5 (инициалы отсутствуют, подписи в приказе об ознакомлении отсутствуют, данные о периоде, за который проводилась инвентаризация, в приказе отсутствуют) проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, находящихся в магазине «Газовый», по результатам которой составлена сличительная ведомость результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей №ГЛ-12 от 7 декабря 2019 года по состоянию на 14 декабря 2019 года.

Согласно указанной выше сличительной ведомости в результате инвентаризации выявлена недостача на сумму 264 069 руб., документ не подписан материально ответственным лицом продавцом ФИО3, в связи с чем составлен акт №7 от 14 декабря 2019 года об отказе от подписи результатов инвентаризации.

По итогам инвентаризации письменное объяснение от работника ФИО3 для установления причины возникновения ущерба работодателем также не бралось, доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Вместе с тем 7 декабря 2021 года (инвентаризация окончена 14 декабря 2021 года) ФИО1 обратился с заявлением в Отд МВД России по Александровскому району об оказании содействия в возврате денежных средств – недостачи которая возникла в период работы ФИО3 в магазине «Газовый» по адресу: с. Александровка, ул. Советская, д.54, примерная сумма недостачи – 150 000 – 200 000 руб.

Из материала Отд МВД России по Александровскому району по КУСП №1933/18, предоставленного по запросу суда, и исследованного в судебном заседании следует, что в действиях ФИО3 отсутствуют признаки составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 160, ч. 1 ст. 161 УК РФ. Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 5 марта 2021 года установлено, что на основании собранного материала предварительной проверки и сообщений о невозможности дать заключение №2129/10-5 от 4 сентября 2020 года и №129/10-5 от 12 февраля 2021 года, ФИО1 бухгалтерский учет товарно-материальных ценностей был организован не должным образом, в связи с чем принять решение о возбуждении уголовного дела, в связи с наличием достаточных данных указывающих на то, что в действиях ФИО3 содержатся признаки хищения, не представляется возможным.

В рамках проводимой проверки сотрудниками Отд МВД России по Оренбургской области 28 июля 2020 года назначалась комплексная судебно-бухгалтерская экспертиза. Из сообщения о невозможности дать заключение №2129/10-5 от 4 сентября 2020 года следует, что анализ представленных для производства экспертизы документов показывает, что у ИП ФИО1 в период с 1 апреля по 5 декабря 2019 года бухгалтерский учет движения товарно-материальных ценностей был организован не должным образом. Эксперту не представилось возможным установить: на какую сумму (в розничных ценах) поступили товарно-материальные ценности в магазин «Апрель 5» ИП ФИО1 за период с 1 апреля по 5 декабря 2019 года и были переданы на ответственное хранение продавцу ФИО3; какова сумма (в розничных ценах) расхода товарно-материальных ценностей в магазине «Апрель 5» ИП ФИО1 за период с 1 апреля по 5 декабря 2019 года; какова сумма фактического остатка товарно-материальных ценностей по данным бухгалтерского учета в магазине «Апрель 5» ИП ФИО1 по состоянию на 7 декабря 2019 года; какова сумма фактического остатка товарно-материальных ценностей по данным бухгалтерского учета в магазине «ФИО6» ИП ФИО1 по состоянию на 7 декабря 2019 года. По представленным для производства экспертизы документам не представилось возможным решить вопрос о наличии/отсутствии в магазине «ФИО6» ИП ФИО1 по состоянию на 7 декабря 2019 года недостачи товарно-материальных ценностей, а также причин ее образования.

13 января 2021 года назначалась дополнительная комплексная судебно-бухгалтерская экспертиза. Из сообщения о невозможности дать заключение №129/10-5 от 12 февраля 2021 года следует, что анализ представленных для производства экспертизы документов показывает, что у ИП ФИО1 в период с 1 апреля по 7 декабря 2019 года бухгалтерский учет движения товарно-материальных ценностей в магазине «ФИО6»/ «Газовый» был организован не должным образом, так как первичные бухгалтерские документы, отражающие приход и расход товарно-материальных ценностей в магазине «Апрель 5»/«Газовый» оформлены не должным образом, не содержат обязательные реквизиты. Результаты инвентаризации от 7 декабря 2019 года оформлены не должным образом: первичный документ по учету результатов инвентаризации 7 декабря 2019 года (инвентаризационная опись) не отражает фактическое наличие всех товарно-материальных ценностей в магазине «Апрель 5»/«Газовый», а содержит только информацию о ценностях, по которым выявленных расхождения между учетными и фактическими данными; в инвентаризационных описях и сличительных ведомостях отсутствуют подписи всех членов комиссии, факт извещения материально-ответственного лица ФИО3 о проведении 7 декабря 2019 года инвентаризации в магазине и ее отказ от участия в инвентаризации документально не подтвержден. Сводные учетные регистры по учету движения товара в магазине (товарные отчеты) своевременно не формировались, не подписывались материально-ответственным лицом и не проверялись. В связи с отсутствием оформленных должным образом и содержащих все обязательные реквизиты первичных бухгалтерских документов ИП ФИО1 по учету движения товара и результатов инвентаризации «Апрель 5»/ «Газовый» за период с 1 апреля по 7 декабря 2019 года эксперту не представилось возможным установить сумму остатка товарно-материальных ценностей в магазине по данным бухгалтерского учета по состоянию на 7 декабря 2019 года, сумму фактического остатка товарно-материальных ценностей в магазине по состоянию на 7 декабря 2019 года и, соответственно, не представилось возможным решить вопрос о наличии/отсутствии в магазине «Апрель 5»/ «Газовый» ИП ФИО1 по состоянию на 7 декабря 2019 года недостачи товарно-материальных ценностей, а также о причинах ее образования.

Обращаясь в суд, истец в обоснование своих требований представил в материалы дела накладные, расходные накладные, сличительную ведомость, оценивая которые, суд руководствуется следующим.

Федеральный закон от 6 декабря 2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Федеральный закон N 402-ФЗ), устанавливает единые требования к бухгалтерскому учету, в том числе бухгалтерской (финансовой) отчетности, действие которого распространяется и на индивидуальных предпринимателей (часть 1 статьи 1, пункт 4 части 1 статьи 2 названного закона), а также иных нормативных правовых актов, регулирующих данные отношения.

В силу положений статьи 9 Федерального закона N 402-ФЗ каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа; дата составления документа; наименование экономического субъекта, составившего документ; содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 данной части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц (пункты 1 - 7 части 2 статьи 9 Федерального закона N 402-ФЗ).

Данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета (часть 1 статьи 10 Федерального закона N 402-ФЗ).

В соответствии с частями 1, 2 статьи 11 Федерального закона N 402-ФЗ активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В части 3 статьи 11 Федерального закона N 402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона N 402-ФЗ).

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 года N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации.

Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов установлены Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года N 49 (далее - Методические указания).

Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств (пункт 1.4 Методических указаний).

Пунктом 1.5 Методических указаний предусмотрено, что в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей.

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.8 Методических указаний).

Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах. Фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета, взвешивания, обмера. Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункты 2.5, 2.7, 2.10 Методических указаний).

В силу приведенных нормативных положений первичные учетные документы, подлежащие своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета, и данные инвентаризации, в ходе которой выявляется фактическое наличие товарно-материальных ценностей и сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета, должны быть составлены в соответствии с требованиями законодательства. Так, первичные учетные документы (к ним относятся и товарные накладные) должны содержать обязательные реквизиты, в том числе даты их составления, наименование экономического субъекта, составившего документ, наименование хозяйственной операции, подписи лиц, совершивших хозяйственную операцию, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Акты инвентаризации в обязательном порядке подписываются всеми членами инвентаризационной комиссии и материально-ответственным лицом, в конце описи имущества материально-ответственное лицо дает расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий.

Отступление от этих правил оформления документов влечет невозможность с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя, определить, кто именно виноват в возникновении ущерба, каков его размер, имеется ли вина работника в причинении ущерба.

Как установлено судом, в первичных бухгалтерских документах ИП ФИО1 отсутствуют все обязательные реквизиты. Кроме того, практически все представленные истцом документы оформлены на имя ФИО7, которая указана в качестве покупателя, тогда как ответчик ФИО3 осуществляла трудовую деятельность у ИП ФИО1 Также не все наименование товара, указанное в расходных накладных, совпадает с наименованием товара, которое указано в сличительной ведомости.

Кроме того, в нарушение пункта 2.8 Методических указаний инвентаризация проведена в отсутствие проверяемого материально ответственного лица, в нарушение пункта 2.10 Методических указаний в сличительной ведомости №ГЛ-12 от 7 декабря 2019 года отсутствуют подпись проверяемого материально ответственного лица, также не указан период, за который проводилась инвентаризация, отсутствуют сведения о том, каким образом инвентаризационной комиссией было установлено фактическое наличие товара, также отсутствует факт извещения материально-ответственного лица ФИО3 о проведении 7 декабря 2019 года инвентаризации в магазине и ее отказ от участия в инвентаризации.

При этом представленный истцом в материалы дела акт об отказе или уклонении работника дать объяснения от 7 декабря 2019 года, не подтверждает факт надлежащего извещения ФИО3 о проведении инвентаризации, поскольку из скриншота переписки, имеющейся в данном акте, не указана конкретные дата, место и время проведения инвентаризации. Доказательств того, что ответчик ФИО3 иным способом извещалась о проведении инвентаризации истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлен.

Кроме того, в сообщении о невозможности дать заключение №129/10-5 от 12 февраля 2021 года, содержащимся в отказном материале Отд МВД России по <адрес>, указано, что в сличительных ведомостях отсутствуют подписи всех членов комиссии, однако в материалах гражданского дела представлена сличительная ведомость, в которой имеются подписи всех членов комиссии.

Из показаний свидетеля ФИО8, данных ею в судебном заседании, следует, что в 2019 году она работала в магазине «Апрель» и присутствовала при проведении подсчета товара в начале декабря 2019 года в качестве члена инвентаризационной комиссии, где также присутствовали ФИО1, ФИО7, ФИО9 и ФИО11 При проведении инвентаризации ФИО3 не присутствовала. Извещалась ли последняя о проведении инвентаризации, ей не известно. По результатам инвентаризации в сличительной ведомости сразу не расписалась, так как находилась на седьмом месяце беременности и в конце инвентаризации отпрашивалась в больницу, в связи с чем в ведомости расписалась позже. Также отметила, что она подписывала акт № 7 об отказе от подписи результатов инвентаризации от 14 декабря 2019 года, однако ФИО3 в ее присутствии данный отказ не заявляла, о позиции ФИО3 ей известно со слов ИП ФИО1

Учитывая вышеизложенное, суд не может признать результаты инвентаризации действительными.

Ссылка представителя истца о том, что применение положений законодательства о проведении инвентаризации имущества у индивидуального предпринимателя при использовании им упрощенной системы налогообложения является необязательным и носит рекомендательный характер, отклоняется судом.

Из письма Министерства финансов РФ от 30 декабря 2019 года № 03-1111/103406 следует, что действительно индивидуальные предприниматели не обязаны применять Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина России от 13 июня 1995 года № 49. Вместе с тем обращено внимание, что Верховный Суд Российской Федерации при рассмотрении конкретных дел о причинении работодателю – индивидуальному предпринимателю материального ущерба его работником применяет указанные Методические указания. Также сообщается, что настоящее письмо Департамента не содержит правовых норм, не конкретизирует нормативные предписания и не является нормативным правовым актом. Письменные разъяснения Минфина России по вопросам применения законодательства Российской Федерации о налогах и сборах имеют информационно-разъяснительный характер и не препятствуют налогоплательщикам руководствоваться нормами законодательства Российской Федерации о налогах и сборах в понимании, отличающемся от трактовки, изложенной в настоящем письме.

Довод истца об уклонении ответчика от участия в инвентаризации безоснователен, в связи с тем, что в материалах дела отсутствуют документы о направлении уведомления о проведении инвентаризации почтовой связью. При этом инвентаризационная комиссия создана 6 декабря 2019 года, инвентаризация начата 7 декабря 2019 года, а в акте об отказе или уклонении работника дать объяснений указано, что ФИО1 7 декабря 2019 года неоднократно пытался связаться с ФИО3, то есть в день, когда уже началась инвентаризация.

Довод истца о том, что отсутствуют грубые нарушения порядка проведения инвентаризации ценностей и оформления ее результатов, что могло повлиять на достоверность учета товарно-материальных ценностей, не состоятелен. Соблюдение работодателем процедуры и порядка проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине является обстоятельством, имеющим значение для установления наличия реального ущерба и размера этого ущерба, поскольку факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.

Анализируя долговую тетрадь, изъятую сотрудниками полиции у ответчика ФИО3, истец делает вывод, что общая стоимость товара, переданного ФИО3 в долг населению составляет 88 988 руб., между тем сумма исковых требований составляет 264 069 руб.

Сотрудниками полиции в рамках проводимой проверки по факту поступившего заявления от ФИО1 у ФИО3 7 декабря 2019 года действительно отобраны объяснения, из которых следует, что, работая продавцом в магазине «Апрель», отдала в долг три газовых котла стоимостью 12 000 - 13 000 руб. каждый (в октябре 2019 года), 2 электрокотла стоимостью по 4 000 руб. каждый (в ноябре 2019 года), разную «мелочевку» и записала 1 рулон фольгоизолона №5 на своего отца. Указала, что долги пока не отдали, обязалась сама возвратить.

Согласно расписке от 7 декабря 2019 года за подписью ФИО3, последняя обязалась вернуть в течение трех месяцев деньги за товар, который отдала в долг с магазина «Апрель». Сумма долга в расписке не указана. 23 декабря 2019 года с участием ФИО3 проведен осмотр места происшествия, в ходе которого ФИО3 передала сотрудникам тетрадь зеленого цвета, в которую со слов ФИО3 она вписывала долги за товар с указанием стоимости, наименования товара и имени, фамилии должников.

Наличие объяснений и расписки, в которой не указана сумма долга, не может служить достаточным основанием подтверждения вины в причинении ущерба работодателю для возложения на работника полной материальной ответственности.

Факт подтверждения с работником договора о полной индивидуальной материальной ответственности подтвержден, но для того, чтобы ответчику доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба, необходимо работодателю подтвердить наличие у этого работника недостачи. Данное обстоятельство работодателем должным образом не подтверждено.

С учетом вышеприведенного вывод истца о том, что факт получения ФИО3 товарно-материальных ценностей под отчет по разовым документам - товарным накладным - нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и, что ответчик не обеспечила сохранность товарно-материальных ценностей, в связи с чем с нее подлежит взысканию материальный ущерб, размер которого подтвержден актом ревизии от 7 декабря 2019 года и приложенными к нему документами, нельзя признать правомерным.

При этом бремя доказывания наличия необходимых для взыскания ущерба обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Однако истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что ФИО3 в надлежащей форме предлагалось предоставить свои объяснения по результатам инвентаризации.

Поскольку работодателем не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих размер ущерба, причиненного индивидуальному предпринимателю, что ущерб возник вследствие неправомерных действий (бездействия) работника ФИО3, причинно-следственная связь между наступившим ущербом и поведением работника не установлена, вина работника в причинении ущерба не доказана, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, при которых на работника может быть возложена материальная ответственность.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что совокупность всех исследованных судом доказательств является основанием для отказа истцу в удовлетворении исковых требованиях в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Александровский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий И.С. Топильчук

Мотивированное решение изготовлено 10 июня 2021 года