Апелляционное постановление № 22-1168/2024 от 5 мая 2024 г. по делу № 1-202/2024

Судья ФИО6 Материал №к-1168/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Махачкала 6 мая 2024 г.

Верховный Суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи ФИО12,

при секретаре судебного заседания ФИО7,

с участием прокурора ФИО8

защитника - адвоката ФИО10,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам представителя потерпевшего - адвоката ФИО11 и защитника – адвоката ФИО10 в интересах подсудимых ФИО9 и ФИО1 на постановление Дербентского городского суда Республики Дагестан от <дата>, которым в отношении:

ФИО1, и ФИО2, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, продлена мера пресечения в виде домашнего ареста

Заслушав доклад судьи ФИО12, выслушав выступление защитника – адвоката, просившего удовлетворить свою апелляционную жалобу и дополнение к ней, отказав в удовлетворении апелляционной жалобы представителя потерпевшего, мнение прокурора, просившего удовлетворить апелляционную жалобу представителя потерпевшего, апелляционную жалобу и дополнение адвоката подсудимых, без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Постановлением Дербентского городского суда Республики Дагестан от <дата> срок содержания под домашним арестом в отношении ФИО2 и ФИО1, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ продлен на 2 месяца, то есть до <дата>, отказав в удовлетворении ходатайства защитника ФИО11 в интересах потерпевших об избрании в отношении ФИО2 и ФИО1, меры пресечения в виде заключения под стражу.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего - адвокат ФИО11 считает постановление суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм уголовно - процессуального законодательства.

Указывает, что судом первой инстанции в обжалуемом постановлении не приведено надлежащее обоснование и мотивировка принятого решения об оставлении домашнего ареста.

Обращает внимание на то, что в отношении подсудимых имеются и им были обозначены достаточные основания для заключения подсудимых под стражу. С учетом обстоятельств дела и личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, обвиняемых в совершении тяжкого преступления - групповом хищении в особо крупном размере на сумму более 14.000.000 рублей, с использованием своего служебного положения, препятствовавшие расследованию и установлению истины по делу, представлявшие фальсифицированные документы и оказывавшие давление на свидетелей, имеются предусмотренные ст.ст.97, 108 УПК РФ достаточные основания полагать, что оставаясь на свободе они могут скрыться от суда либо воспрепятствовать производству по делу, в том числе сговариваясь между собой, в связи с чем их необходимо заключить под стражу. На предварительном следствии подсудимые представляли копию поддельной расписки от имени потерпевшего Потерпевший №1 о якобы отсутствии к ним претензий, оригинал которой они в последующем так и не представили. Уговаривали и оказывали давление на свидетелей из числа бухгалтеров, в том числе во время проведения очных ставок, в результате чего одна из свидетелей даже прервала очную ставку.

В настоящее время, с учётом стадии, такая вероятность увеличивается в связи с утверждением обвинительного заключения и поступлением уголовного дела в суд, из-за опасений назначения наказания в виде лишения свободы и многомиллионного взыскания.

Ущерб до сих пор не возмещён, а ранее переданную в счёт частичного возмещения квартиру ФИО2 пытается вернуть, оспорив договор.

ФИО2 с целью вывести принадлежащее ей имущество из-под вероятного взыскания, после обращения потерпевшего с заявлением о совершении мошенничества, договором купли-продажи произвела фиктивное отчуждение принадлежавшей ей квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на имя своей матери, которая ранее, в 2017 г., подарила ей (ФИО2) эту же квартиру, то есть спустя 5 лет одаряемая продала подаренное имущество дарителю.

ФИО1 скрывает и не выдаёт автомобиль, на который наложен арест, она явилась в судебное заседание с мобильным телефоном и на моё замечание по этому поводу заявила, что это не её, а чужой телефон (родственницы), которым она пользуется. Работодатель предупредил ФИО1 об увольнении в случае продолжения домашнего ареста, в связи с чем она остаётся без источника дохода и средств к содержанию.

Принимая решение о продлении срока домашнего ареста, суд не проверил наличие надлежащих документов о принадлежности жилья и согласии собственников на проживание в них подсудимых. Между тем надлежаще оформленные документы на дом, в котором находится ФИО1, отсутствуют.

Несмотря на наличие приведённых оснований для изменения меры пресечения на более строгую и заявленное мной ходатайство, в обжалуемом постановлении мои доводы не приведены и мотивированно не опровергнуты.

Из правовой взаимосвязи положений ст. 107, 109, 255 УПК РФ следует, что в ходе судебного разбирательства срок ранее избранного подсудимому домашнего ареста подлежит исчислению и продлевается со дня поступления уголовного дела в суд, по аналогии со сроком содержания под стражей,

Вопреки данной норме, срок домашнего ареста подсудимых ФИО1 и ФИО2 продлён не со дня поступления дела в суд (25 марта), а после истечения, ранее продленного на предварительном следствии срока (04 апреля).

Просит обжалуемое постановление отменить и направить материалы судебного производства на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней адвокат ФИО10 в интересах подсудимых указывает, что обжалуемое постановление является незаконным и необоснованными защита с обжалованным постановлением не согласна.

Считает, что судом в нарушении норм уголовно - процессуального законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в постановлении не приведены конкретные и фактические обстоятельства, свидетельствующие о реальной возможности подзащитных ФИО2 и ФИО1 скрыться от органов предварительного расследования и суда, оказывать давление на свидетелей или иным способом воспрепятствовать эффективному предварительному расследованию, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что его подзащитные скроются от суда, могут продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Данное постановление мотивировано тем, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания в отношении моих подзащитных меры пресечения в виде домашнего ареста не изменились, а именно наличие достаточных оснований полагать, что ФИО13 и ФИО2, находясь на свободе, могут скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Указывает, что за 9 месяцев предварительного расследования, с момента возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 и до избрания в отношении них меры пресечения в виде домашнего ареста, его подзащитные не пыталась скрыться от следствия, фактов угроз свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, а также попыток уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу с её стороны не было, тем более не намерены это делать после окончания предварительного следствия.

Указывает на обязанность суда в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу, при этом домашний арест может быть избран в качестве меры пресечения, если невозможно применение иной, более мягкой, меры пресечения, в том числе залога и запрета определенных действий (часть 1 статьи 107 УПК РФ).

Считает, что запрет определённых действий, помимо запретов, наложенных при домашнем аресте, также может содержать ограничения в свободе передвижения, установление временных рамок, в течение которых можно покидать жилище, и соответственно позволяет осуществление контроля за соблюдением возложенных запретов.

Указывает, что суд первой инстанции, в нарушение требований закона, в ходе судебного заседания не обсудил возможность применения в отношении ФИО13 и ФИО2 иной, более мягкой, меры пресечения, ограничившись лишь указанием в постановлении, что не имеется оснований для этого, не мотивировав этот вывод.

При этом, суд первой инстанции не учёл, что ФИО13 и ФИО2 положительно характеризуются по месту жительства, не судимы, а также то, что находясь под действием меры пресечения, запрещающей передвижение в пределах города проживания, ФИО2 не имеет возможности заботиться о своём здоровье, здоровье сына и матери.

Принимая во внимание, что ФИО2 находится на диспансерном учёте в связи с заболеванием: Гепатит С, её сын состоит на учёте в РПНД, имеет инвалидность 2 группы в связи с заболеванием: Другие уточнённые психические расстройства, обусловленные повреждением и дисфункцией головного мозга, а также её мать перенесла инсульт, они подлежат постоянному наблюдению врачом по месту жительства, ФИО2 необходимо постоянно ходить самой и сопровождать сына и мать в поликлинику для проведении амбулаторных лечений, физиопроцедур и иных различных медицинских манипуляции, мера пресечения в виде домашнего ареста не позволяет выполнять это в полной мере, что как я указал ранее ставит под угрозу их жизнь и здоровье.

У ФИО13 иная ситуация: её муж и свёкор, с кем она проживает, не работают, работа его подзащитной на птицефабрике «Гюней» является единственным источником доходов в семье, и при дальнейшем действии меры пресечения в виде домашнего ареста, будет лишена этой работы.

Считает, что отсутствие разрешения на покидание жилого помещения для прогулки, лишает его подзащитных гарантированного Федеральным законом от <дата> №ОЗ-ФЗ, права подозреваемого и обвиняемого лица на ежедневную двухчасовую прогулку в светлое время суток.

ФИО1 и ФИО2 препятствовать производству по уголовному делу, либо скрываться от органов предварительного следствия и суда не намерены, в том числе в связи с тем, что не согласны с предъявленным обвинением и намерены доказывать в суде свою невиновность.

Принимая во внимание расследуемые по делу обстоятельства, настоящую стадию уголовного судопроизводства, данные о личности моих подзащитных, семейное положение и условия проживания, полагает, что изменение меры пресечения на более мягкую чем домашний арест будет отвечать принципу справедливости, предусмотренному ч. 1 ст. 6 УК РФ.

Просит постановление Дербентского городского суда от <дата> отменить и избрать меру пресечения в отношении ФИО2 и ФИО1 в виде запрета определённых действий.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч.1-3 ст. 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого. Если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи. Суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии с п.36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 41 (ред. от <дата>) "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий"Домашний арест может быть избран в качестве меры пресечения, если невозможно применение иной, более мягкой, меры пресечения, в том числе залога и запрета определенных действий (часть 1 статьи 107 УПК РФ). Порядок принятия решения об избрании данной меры пресечения аналогичен установленному статьей 108 УПК РФ порядку избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу (часть 3 статьи 107 УПК РФ). При этом условия, связанные с видом и размером наказания, которые установлены частью 1 статьи 108 УПК РФ для применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, на домашний арест не распространяются, поскольку они не предусмотрены статьей 107 УПК РФ.

В соответствии со ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость либо в случае. Мера пресечения в виде заключения под стражу также изменяется на более мягкую при выявлении у подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей и удостоверенного медицинским заключением, вынесенным по результатам медицинского освидетельствования.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, принимая решение о продлении в отношении подсудимых ФИО2 и ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста в порядке ст. 255 УПК РФ, судом обоснованно учтено, что они обвиняются в совершении преступления, относящегося к категории тяжких, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде длительного лишения свободы, предусмотренные ст. 97, 99 УПК РФ обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения им в виде домашнего ареста, не изменились, необходимость в применении данной меры пресечения на период рассмотрения дела судом не отпала, и основания для освобождения их из-под домашнего ареста на стадии судебного разбирательства, отсутствуют.

Вопрос об установлении срока домашнего ареста на период судебного разбирательства дела произведено впервые после поступления дела с обвинительным заключением, поэтому фактов волокиты при рассмотрении судом данного уголовного дела, которые ставили бы под сомнение законность и обоснованность принятого решения о продлении срока их нахождения под домашним арестом в порядке ст. 255 УПК РФ, не имеется.

При этом порядок, предусмотренный законом при решении вопроса о мере пресечения в виде домашнего ареста и продлении его срока, судом соблюден и он соответствует требованиям ст.108 УПК РФ.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО2 и ФИО1 заболеваний, препятствующих нахождению их под домашним арестом, в соответствии с Постановлением Правительства РФ № от <дата> в материалах дела не содержится, суду они не представлены.

При установлении срока домашнего ареста на период судебного разбирательства судом установлено, что органом следствия подсудимым ФИО2 и ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ и в их отношении <дата> избрана мера пресечения в виде домашнего ареста до <дата>, которая последний раз на стадии предварительного следствия постановлением Дербентского городского суда Республики Дагестан от <дата> в отношении ФИО2 и ФИО1 продлена по <дата>.

<дата> уголовное дело с утвержденным прокурором обвинительным заключением поступило в суд для рассмотрения по существу предъявленного им обвинения.

Постановлением Дербентского городского суда от <дата> рассмотрение дела назначено судебное заседание на <дата> в этот же день судом в порядке ст.225 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя разрешен вопрос о мере пресечения в связи с истечением <дата> срока содержания подсудимых под домашним арестом и их срок под домашним арестом продлен на 2 месяца, то есть до <дата>.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката подсудимых, суд в постановлении обосновал отказ в избрании в отношении подсудимых более мягкой меры пресечения, в том числе и запрета определенных действий по основаниям, приведенным в постановлении при обосновании вопроса установления срока домашнего ареста.

В постановлении суда также приведен вывод суда об отказе в удовлетворении ходатайства представителя потерпевшего - адвоката ФИО11 об изменении меры в виде домашнего ареста на заключение под стражу в отношении подсудимых.

Суд апелляционной инстанции, изучив доводы апелляционной жалобы адвоката Ахмедова об изменении меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении подсудимых в виду того, что ФИО3 и ФИО2 положительно характеризуются по месту жительства, не судимы, а также то, что находясь под действием меры пресечения, запрещающей передвижение в пределах города проживания, ФИО2 не имеет возможности заботиться о своём здоровье, здоровье сына и матери, она находится на диспансерном учёте в связи с заболеванием: Гепатит С, её сын состоит на учёте в РПНД, имеет инвалидность 2 группы в связи с заболеванием - психическим расстройством, обусловленные повреждением и дисфункцией головного мозга, а также её мать перенесла инсульт, они подлежат постоянному наблюдению врачом по месту жительства, ФИО2 необходимо постоянно ходить самой и сопровождать сына и мать в поликлинику для проведении амбулаторных лечений, физиопроцедур и иных различных медицинских манипуляции, мера пресечения в виде домашнего ареста не позволяет выполнять это в полной мере, что как он указал ранее ставит под угрозу их жизнь и здоровье. У ФИО13 иная ситуация: её муж и свёкор, с кем она проживает, не работают, работа его подзащитной на птицефабрике «Гюней» является единственным источником доходов в семье, и при дальнейшем действии меры пресечения в виде домашнего ареста, будет лишена этой работы, не находит оснований для удовлетворения ходатайства об изменении меры пресечения в отношении подсудимых на иные более мягкие виды мер пресечения, том числе и в виде запрета совершения определенных действий.

Подсудимые ФИО2 и ФИО13 находясь под домашним арестом, вопреки доводам апелляционной жалобы, не лишены возможности осуществить уход за своими больными членами семьи, при необходимости вызвать домой медицинских работников для оказания медпомощи членам семьи, в том числе и для оказания им самим медицинской помощи.

При этом, принимая решение о продлении в отношении подсудимых меры пресечения в виде домашнего ареста, суд учел фактические обстоятельства дела, данные об их обвинении в совершении преступления относящегося к категории тяжких и других обстоятельств, на которые указывается потерпевшей стороной о наличии опасений с со стороны подсудимых, даже находясь под домашним арестом, что они смогут воспрепятствовать производству по делу.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы, и дополнений к ней адвоката подсудимых, поскольку подсудимые обвиняются в совершении преступления, относящегося к категории тяжких, предусматривающих наказание в виде лишения свободы на длительный срок, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ обстоятельства, послужившие основанием для избрания в отношении них меры пресечения в виде домашнего ареста не изменились, и те обстоятельства, на которые указывает защита, имели место и ранее при избрании данной меры пресечения, а новые обстоятельства, которые бы могли повлиять на выводы суда, не представлены.

Вместе с тем, соглашаясь с постановлением суда, суд апелляционной инстанции отмечает, что подсудимые не находятся длительное время под домашним арестом в период судебного разбирательства дела, поэтому, исходя из характера и степени общественной опасности инкриминированного деяния подсудимым, данных об их личности, наличия сведении со стороны потерпевших и неправомерны действиях со стороны подсудимых, которые могут препятствовать судебному следствию, и с учетом необходимости исключения возможности негативного их влияния на ход судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости сохранения в отношении ФИО2 и ФИО13 меры пресечения в виде домашнего ареста, которая только позволит исключить какое-либо общение их со свидетелями потерпевшими и совершить иные действия, которые могут препятствовать нормальному ходу судебного разбирательства и рассмотрению деда в разумные сроки.

Вопреки доводам жалоб, постановление о продлении срока содержания под домашним арестом в порядке ст. 255 УПК РФ, принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего условия и порядок принятия подобных решений, оснований для вывода о нарушении прав подсудимых предусмотренных Конституцией РФ, влекущих отмену или изменение данного постановления, с избранием иной более мягкой меры пресечения меры пресечения, по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Доводы представителя потерпевших – адвоката ФИО11 об изменении меры в виде домашнего ареста на заключение под стражу в отношении подсудимых, обоснованно судом не приняты во внимание, поскольку эти обстоятельства имели место еще до разрешения судом вопроса об избрании в отношении подсудимых меры пресечения в виде домашнего ареста на стадии предварительного следствия, какие-либо новые обстоятельства, которые свидетельствуют об оказании подсудимыми давления на свидетелей, потерпевших либо воспрепятствовании следствию и суду, имевших место после избрания меры пресечения в виде домашнего ареста, суду не представлены.

С учетом изложенного, не имеется оснований для отмены постановления суда по доводам, изложенным в апелляционных жалобах как представителя потерпевшего, так и защитника подсудимых.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает постановлении суда в части установления срока домашнего ареста подлежащим изменению, поскольку, суд при этом исходил из срока домашнего ареста, установленного ранее органом следствия, а не из положения ч.2 ст. 255 УПК РФ, согласно которому срок содержания его под стражей или домашнего ареста подлежит установлению со дня поступления уголовного дела в суд.

Из материалов уголовного дела следует, что уголовное дело в отношении подсудимых ФИО2 и ФИО13 в суд первой инстанции поступило <дата> с утвержденным прокурором обвинительным заключением для рассмотрения по существу предъявленного им обвинения.

При указанных обстоятельствах, суду первой инстанции следовало установить срок домашнего ареста не с <дата>, когда истекал срок домашнего ареста избранный на стадии предварительного следствия, а с <дата>, когда дело поступило в суд.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить постановление суда, указав на установление срока содержания под домашним арестом в отношении подсудимых ФИО2 и ФИО1, на два месяца, начиная с <дата>, и до <дата> включительно.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

постановление Дербентского городского суда Республики Дагестан от <дата> в отношении ФИО2 и ФИО1 изменить.

Срок содержания под домашним арестом в отношении подсудимых ФИО2 и ФИО1 установить на два месяца, начиная с <дата>, и до <дата> включительно.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

Подсудимые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий