Апелляционное определение № 33-248/2026 33-2938/2025 от 18 февраля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

91RS0002-01-2024-003855-55; Дело № 2-2152/2024; 33-248/2026

Председательствующий суда первой инстанции:

ФИО1


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 февраля 2026 года судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьисудей при секретаре

Сыча М.Ю., ФИО2, ФИО4, ФИО5,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Симферополя в защиту прав и законных интересов муниципального образования городской округ Симферополь Республики Крым, неопределенного круга лиц к ФИО6 о прекращении права собственности, исключении сведений из единого реестра, третьи лица: Администрация г. Симферополя Республики Крым, Симферопольский городской совет Республики Крым, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, государственный регистратор ФИО7,

по апелляционной жалобе Администрации г. Симферополя Республики Крым на решение Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 19 сентября 2024 года,

заслушав доклад судьи Сыча М.Ю. об обстоятельствах дела, содержании обжалуемого решения, апелляционной жалобы, судебная коллегия, -

У С Т А Н О В И Л А:

25.03.2024 прокуратур города Симферополя Республики Крым обратился в суд с иском к ФИО6, в котором просил:

- прекратить право собственности ФИО6 на земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>;

- исключить из ЕГРН записи о регистрации права собственности ФИО6 на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>;

- обязать ФИО6 вернуть в собственность муниципального образования городской округ Симферополь земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: республика <адрес>.

Заявленные исковые требования обоснованы тем, что в ходе прокурорской проверки было установлено, что ФИО6 на основании договора купли-продажи от 21.01.2020, заключенного со ФИО3, зарегистрировал за собой право собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: Республика <адрес>.

Право собственности на указанный земельный участок было зарегистрировано за ФИО3 в ЕГРН на основании решения исполнительного комитета Симферопольского городского совета народных депутатов Республики Крым от 13.11.1992 №1304, в соответствии с которым спорный земельный участок передан ему бесплатно в собственность для строительства и обслуживания жилого дома.

По факту оформления земельного участка на основании подложных документов возбуждено уголовное дело.

В ходе предварительного расследования по уголовному делу проведена почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта №70 от 13.03.2023, подписи в решении № 1304 выполнены не лицами, его подписавшими, что свидетельствует о подделке документа, подтверждающего наличие ранее возникшего права на земельный участок.

Указанное свидетельствует о том, что при регистрации права собственности на земельный участок было использовано подложное решение.

Таким образом, спорный земельный участок безвозмездно выбыл из муниципальной собственности помимо воли органа местного самоуправления, имеющего исключительные полномочия на распоряжение им, чем причинен ущерб в сумме 2554262,14 руб. (кадастровая стоимость).

Интересы муниципального образования подлежат защите путем предъявления в порядке ст.ст. 301, 302 Гражданского кодекса Российскй Федерации (далее - ГК РФ) иска об истребовании земельного участка из незаконного владения ФИО6, прекращении права собственности и исключении сведений в ЕГРН о регистрации права.

Решением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 19 сентября 2024 года в удовлетворении иска прокурора города Симферополя в защиту прав и законных интересов муниципального образования городской округ Симферополь Республики Крым, неопределенного круга лиц отказано.

Не согласившись с решением суда, Администрация г. Симферополя Республики Крым принесла апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять новое, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Апеллянт указывает, в частности, на то, что спорный земельный участок в установленном законом порядке в собственность ФИО3 не предоставлялся, что свидетельствует о нарушении интересов муниципального образования городской округ Симферополь в сфере управления и распоряжения землями муниципальной собственности.

ФИО3 умер ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем определением судебной коллегии от 15.05.2025 производство по делу было приостановлено до определения правопреемников ФИО3

Наследственное дело после ФИО3 не заводилось, круг наследников не определен.

Прокурор в судебном заседании суда апелляционной инстанции просил удовлетворить апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Ходатайство представителя ФИО6 об отложении судебного разбирательства по делу судебной коллегией протокольно отклонено.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность обжалуемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив их доводы, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 23 «О судебном решении» от 19.12.2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Таким требованиям решение суда первой инстанции не соответствует.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что решением Исполнительного комитета Симферопольского городского Совета народных депутатов Республики Крым от 13.11.1992 «Об отводе земельного участка ФИО3» гр. ФИО3 дано разрешение об отводе пустующего земельного участка пл. 600 кв.м. под строительство жилого дома по <адрес>

Разрешено ФИО9 приступить к освоению участка.

16.10.2019 ФИО3 в лице представителя ФИО8 (т. 2 л.д. 178-179) обратился с целью регистрации за ним права собственности на спорный участок.

Согласно выписке из ЕГРН 16.10.2019 за ФИО3 зарегистрировано право собственности на земельный участок площадью 600 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>. Документ - основание: решением об отводе земельного участка №1304 от 13.11.1992, выданное органом местного самоуправления - исполнительным комитетом Симферопольского городского Совета народных депутатов Республики Крым.

09.01.2020 между ФИО3 и ФИО6 заключен договор купли-продажи указанного земельного участка.

21.01.2020 осуществлен переход права собственности в ЕГРН.

Из сообщения ГКУ РК «Государственный архив Республики Крым» следует, что проект отвода земельного участка ФИО3 на хранение в учреждение не передавался.

Сведениями об отмене решения №1304 и об утверждении проекта отвода земельного участка ФИО3 государственный архив не располагает.

Разрешая заявленный прокурором иск и отказывая в удовлетворении заявленных требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения, суд первой инстанции исходил из того, что возможные допущенные нарушения законодательства при издании решения органа местного самоуправления (использование поддельного правоустанавливающего документа, изготовленного от имени органа местного самоуправления, которое фактически им не выносилось), не могут быть поставлены в вину гражданину, не связывают возможность применения ст. 302 ГК РФ и истребования имущества от добросовестного приобретателя с действительностью договора (сделки), во исполнение которого передано имущество. Кроме того, суд первой инстанции сослался на пропуск срока исковой давности на обращение прокурора в суд с заявленными требованиями.

Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда первой инстанции.

Согласно ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, а данном случае указанные нарушения законодательства создают реальную угрозу жизни и здоровья граждан, пользующихся автотранспортом, в большей части общественным транспортом и как следствие могут повлечь дорожно-транспортные происшествия, связанные с травмами и гибелью граждан.

В силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно ч. 3 ст. 1, ч. 1 ст. 23 Федерального конституционного закона от 21.03.2014 г. № 6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя», а также Договора от 18.03.2014 г. между Российской Федерацией и Республикой Крым о принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов, с 18.03.2014 г. на территории Республики Крым действуют нормы законодательства Российской Федерации.

Спорные правоотношения сторон возникли до 18 марта 2014 года, соответственно правомерно применять к ним соответствующие нормы материального права Украины, что не противоречит требованиям ч. 3 ст. 1 ГПК РФ и ст. 4 ГК РФ, а также принципу правовой определенности.

На момент принятия данного решения вопросы возникновения и прекращения права собственности на земельный участок на территории Республики Крым регулировались Земельным кодексом Украины от 18 декабря 1990 г.

В соответствии с подпунктами 1 и 2 статьи 9 ЗК Украины 1990 г. передача земельных участков в собственность, предоставление их в пользование, в том числе на условиях аренды в порядке, установленном статьями 17 и 19 настоящего Кодекса, регистрация права собственности, права пользования землей и договоров на аренду земли в области регулирования земельных отношений на их территории относились к ведению сельских, поселковых и городских районного подчинения Советов народных депутатов.

Частью 2 статьи 3 ЗК Украины 1990 г. было также предусмотрено, что Советы народных депутатов распоряжаются землей, которые в пределах своей компетенции передают земли в собственность или предоставляют их в пользование.

Полномочия по передаче, предоставлению и изъятию земельных участков местные Советы народных депутатов могут передавать соответственно органам государственной исполнительной власти или исполнительным органам местного самоуправления (ч. 3 ст. 3 ЗК Украины 1990 г.).

Право собственности или право постоянного пользования землей удостоверяется государственными актами, которые издаются и регистрируются сельскими, поселковыми, городскими, районными Советами народных депутатов (ч. 1 ст. 23 ЗК Украины 1990 г.).

Однако, несмотря на то, что ФИО6 связывает возникновение у ФИО3 права на спорный земельный участок на основании решения Исполнительного комитета Симферопольского городского Совета народных депутатов Республики Крым от 13.11.1992, судом первой инстанции не дана оценка обстоятельствам правомерности и момента возникновения права собственности на участок.

В соответствии со ст. 17 Земельного кодекса Украины 1990 года, передача земельных участков в коллективную и частную собственность производится Советами народных депутатов, на территории которых расположены земельные участки.

Граждане, заинтересованные в передаче им в собственность земельных участков из земель запаса, подают заявление об этом в сельский, поселкового, городского, а в случае отказа - в районную, городскую, в административном подчинении которой есть район, Совета народных депутатов по месту расположения земельного участка.

Соответствующий Совет народных депутатов рассматривает заявление и в случае согласия передать земельный участок в собственность гражданину заказывает землеустроительной организации разработку проекта его отвода. Проект отвода земельного участка согласовывается с сельской (поселковой) Советом народных депутатов, с районными (городскими) землеустроительным, природоохранным и санитарным органами, органом архитектуры и подается в районный (городской) Совет народных депутатов для принятия решения о передаче гражданину земельного участка в собственность.

Предоставление земельных участков в пользование на момент принятия решения устанавливалось ст. 19 ЗК Украины 1990 года.

Статьей 22 Земельного кодекса Украины 1990 года предусматривалось, что право собственности на землю или право пользования предоставленным земельным участком возникает после установления землеустроительными организациями границ земельного участка в натуре (на местности) и получения документа, удостоверяющего это право. Приступать к использованию земельного участка, в том числе на условиях аренды, до установления границ этого участка в натуре (на местности) и получения документа, удостоверяющего право собственности или право пользования землей, запрещается.

Документы, удостоверяющие право на земельный участок, определялись ст. 23 ЗК Украины (1990 года), в соответствии с которой, право собственности или право постоянного пользования землёй удостоверяется государственными актами, которые выдаются и регистрируются сельскими, поселковыми, городскими, районными Советами народных депутатов.

При этом, действие ст. 23 ЗК Украины (1990 года) было приостановлено в отношении собственников земельных участков, определенных Декретом Кабинета Министров Украины от 26.12.1992 г. №15-92 «О приватизации земельных участков».

Согласно ст. 72 Федерального закона от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», со дня вступления в силу настоящего Федерального закона сведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним и сведения государственного кадастра недвижимости считаются сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости и не требующими дополнительного подтверждения, в том числе указанными в статье 4 настоящего Федерального закона участниками отношений, возникающих при осуществлении государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав.

Исходя из приведенных выше законоположений, земельные участки, кадастровый учет которых был проведен до вступления в силу указанного Федерального закона, и земельные участки, кадастровый учет которых не проводился, но на которые право собственности зарегистрировано, считаются учтенными, а их границы считаются определенными в соответствии с требованиями действовавшего на момент их образования законодательства.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

По настоящему делу одним из юридически значимых обстоятельств является законность передачи в собственность ФИО3 спорного земельного участка.

При этом, бремя доказывания наличия права или возникновения права собственности лежит на владельце данного земельного участка.

При рассмотрении данного спора, судом первой инстанции не учтено, что в подтверждение права на земельный участок ответчиками не представлено доказательств, которые в соответствии с законодательством могут свидетельствовать о таком праве, а также о том, был ли спорный земельный участок сформированным и учтённым, то есть, до момента передачи его в собственность ФИО6

Так, в материалах указанного гражданского дела отсутствуют надлежащие доказательства, свидетельствующие о том, что на основании решения Исполнительного комитета Симферопольского городского Совета народных депутатов Республики Крым от 13.11.1992 землеустроительными организациями были установлены границы спорного земельного участка в натуре и был получен документ, удостоверяющий право ФИО3 на спорный земельный участок.

При этом, само по себе наличие решения исполнительного комитета не заменяет собой решения компетентного органа местного самоуправления о предоставлении земельного участка в собственность, в понимании положений Закона Украины «О местном самоуправлении в Украине».

Доказательств принятия решения об отчуждении спорного земельного участка в пользу ФИО3 на пленарном заседании сельского совета не представлено, равно как и не представлено достоверных сведений о том, что органом местного самоуправления были делегированы полномочия своему исполнительному комитету решать вопросы регулирования земельных отношений.

Доказательств, подтверждающих, что земельный участок согласно решению исполкома каким-либо образом был образован на местности также не предоставлено, установление землеустроительными организациями границ земельного участка в натуре и получения документа, удостоверяющего это право, также произведено не было.

В соответствии с пунктом 2 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем признания недействительными в судебном порядке в соответствии со статьей 61 настоящего Кодекса не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно пункту 1 статье 61 ЗК РФ ненормативный акт исполнительного органа государственной власти или ненормативный акт органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный - акт, не соответствующий закону или иным нормативным правовым актам и нарушающий права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица в области использования и охраны земель, может быть признан судом недействительным.

Статьей 13 ГК РФ предусмотрено, что ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

В случае признания судом акта недействительным нарушенное право подлежит восстановлению либо защите иными способами, предусмотренными статьей 12 настоящего Кодекса.

Защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки (статья 12 ГК РФ).

Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права, законного интереса либо пресечение угрозы его нарушения.

В соответствии со статьей 215 ГК Украины основанием недействительности сделки является несоблюдение в момент заключения сделки стороной (сторонами) требований, которые установлены частями первой-третьей, пятой и шестой статьи 203 этого Кодекса (ч. 1).

Недействительной является сделка, если ее недействительность установлена законом (ничтожная сделка). В этом случае признание такой сделки недействительной судом не требуется (ч. 2).

Если недействительность сделки прямо не установлена законом, но одна из сторон или иное заинтересованное лицо оспаривает ее действительность по основаниям, установленным законом, такая сделка может быть признана судом недействительной (оспоримая сделка) (ч. 3).

Частью 1 статьи 228 ГК Украины предусмотрено, что сделка считается нарушающей публичный порядок, если она была направлена на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина.

В соответствии с частью 2 данной статьи сделка, нарушающая публичный порядок, является ничтожной.

Аналогичное правоприменение содержалось в ГК УССР 1963 года и не противоречит нормам права, закрепленным в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Как указывалось, за ФИО3 16.10.2019 зарегистрировано право собственности на земельный участок площадью 600 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>. Документ - основание: решением об отводе земельного участка №1304 от 13.11.1992, выданное органом местного самоуправления - исполнительным комитетом Симферопольского городского Совета народных депутатов Республики Крым.

Оригинал выписки из решения исполкома №1304 от 13.11.1992 об отводе земельного участка ФИО3 ответчиками не представлен.

Из копии решения исполкома №1304 от 13.11.1992 (т. 1 л.д. 13) следует, что Администрация АО «Агрорезинотехника», где работает ФИО12 ходатайствует о предоставлении ему земельного участка.

Из показаний свидетеля ФИО9, данных ним 21.09.2022 (т. 1 л.д.261 а-г) в рамках уголовного дела, следует, что ФИО9 никогда в г. Симферополе не жил, в АО «Агрорезинотехника» никогда не работал, в исполнительный комитет Симферопольского городского совета народных депутатов за предоставлением земельного участка не обращался, земельный участок не получал. Доверенности на имя ФИО8 не выдавал, ни ФИО8, ни ФИО6 ему неизвестны.

При таких обстоятельствах, сторонами не представлено, а судом не добыто доказательств, что решение исполкома №1304 от 13.11.1992 об отчуждении земельного участка в пользу ФИО3 принималось.

Следовательно, постановка спорного земельного участка на кадастровый учет, присвоение ему кадастрового номера и регистрацию права собственности за ФИО3, произведено на основании ничтожного решения, в том числе, принятого в отсутствие полномочий компетентного органа в нарушение требований действующего законодательства.

В соответствии со ст. 12 Федерального конституционного закона от 21 марта 2014 года № 6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя» на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя действуют документы, в том числе подтверждающие гражданское состояние, образование, право собственности, право пользования, право на получение пенсий, пособий, компенсаций и иных видов социальных выплат, право на получение медицинской помощи, а также разрешительные документы (лицензии, кроме лицензий на осуществление банковских операций и лицензий (разрешений) на осуществление деятельности некредитных финансовых организаций), выданные государственными и иными официальными органами Украины, государственными и иными официальными органами Автономной Республики Крым, государственными и иными официальными органами города Севастополя, без ограничения срока их действия и какого-либо подтверждения со стороны государственных органов Российской Федерации, государственных органов Республики Крым или государственных органов города федерального значения Севастополя, если иное не вытекает из самих документов или существа отношения.

Решений относительно передачи в пользу ФИО3 спорного земельного участка орган местного самоуправления не принимал. Доказательств тому, что орган местного самоуправления каким-либо образом передал в собственность ФИО3 спорный земельный участок, материалы дела не содержат.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что поскольку в результате ничтожного ненормативного акта, вынесенного в пользу ФИО3, в последующем право собственности на спорный земельный участок перешло к ФИО6 на основании договора купли-продажи, данная сделка является также ничтожной, как нарушающая публичный порядок.

Тот факт, что земельный участок, принадлежащий ФИО3 на праве собственности, поставлен на государственный кадастровый учет, с последующим отчуждением его в пользу ФИО6, не является доказательством того, что последний является добросовестным приобретателем земельного участка, поскольку материалы дела не содержат доказательств о формировании земельного участка и невозможности не знать об этих обстоятельствах ФИО6

Так из проверочных материалов и актов осмотра следует, что спорный земельный участок не огорожен, свободен от каких-либо строений, к его использованию ни ФИО3, ни ФИО6 не приступили. Названные обстоятельства подтверждены совокупностью доказательств и не опровергнуты ФИО6

Доводы представителя ответчика о том, что ФИО3 не лишен возможности, будучи собственником, завершить формирование земельного участка, являются несостоятельными, поскольку производство таких действий на основании ничтожных сделок повлечет нарушение прав неопределённого круга лиц.

Принимая во внимание, положения ст. 209 ГК РФ, согласно которой право владеть пользоваться и распоряжаться имуществом принадлежит собственнику, а также, учитывая, что обстоятельствами дела установлено отсутствие законных оснований для возникновения у ФИО3 права собственности на спорное имущество, и наличие оснований для возникновения этого права у муниципального образования, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорный земельный участок перешел в пользу ответчика от лица, которое не имело право распоряжаться им, вследствие чего, данная сделка является ничтожной, то есть недействительной, независимо от признания её таковой судом (ч. 1 ст. 166, ч. 2 ст. 168 ГК РФ).

Ничтожная сделка не влечет возникновение прав и обязанностей у приобретателя по этой сделке, кроме связанных с её недействительностью. При таких обстоятельствах, у ФИО3 не возникло право на спорный земельный участок.

Таким образом, установив допущенные нарушения при выбытии из муниципальной собственности спорного земельного участка, заявленные исковые требования, вопреки выводам суда первой инстанции, подлежали удовлетворению.

Согласно положениям ст. 3 ГПК РФ и ст. 11 ГК РФ, нарушенные права подлежат судебной защите, способами, предусмотренными ст. 12 ГК РФ, перечень которых является открытым. Выбор способа защиты права принадлежит истцу.

Как разъяснено в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 по смыслу п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Согласно абзацу 7 пункта 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Таким образом, защита интересов муниципального образования, для восстановления которых необходимо вернуть незаконно приватизированный земельный участок в собственность органа местного самоуправления, возможна только с применением правового механизма, установленного ст.ст. 301, 302 ГК РФ.

Установив отсутствие указанных сведений (разработки технической документации в отношении образуемого земельного участка и её последующее утверждение), суд первой инстанции расценил как необоснованные доводы прокурора относительно неправомерности осуществленной передачи участка неуполномоченными лицами, что является ошибочным.

Материалами дела достоверно установлено, что в рамках предварительного следствия по возбужденному уголовному делу по факту мошенничества с земельными участками установлены обстоятельства изготовления подложных (несуществующих в действительности) документов, в том числе решения исполнительного комитета Симферопольского городского Совета народных депутатов Республики Крым № 1304 от 13.11.1992, так и их последующая передача регистрирующему органу.

В рамках возбужденного уголовного дела о мошенничестве с земельными участками установлен факт незаконного приобретения права собственности на спорный земельный участок путем изготовления подложных документов.

Ввиду вышеизложенного, судебная коллегия констатирует, что право собственности ФИО3 первоначально было зарегистрировано на основании несуществующего в действительности документа.

Таким образом, материалами гражданского дела достоверно установлено, что первоначально право собственности на спорный земельный участок возникло у ФИО3 (на основании несуществующего решения органа местного самоуправления) в нарушение действующего земельного законодательства.

Вышеизложенное подтверждает, что земельный участок, являющийся предметом спора, изначально выбыл из собственности муниципального образования помимо его воли, в связи с чем у суда отсутствовали достаточные основания для отказа в удовлетворении требований прокурора об истребовании земельного участка из чужого незаконного владения ответчика ФИО6

Кроме того, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции относительно пропуска прокурором срока исковой давности.

Удовлетворяя заявление о применении срока исковой давности, суд указал, что согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начиналось со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 года № 15, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 года № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснялось, что в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

Аналогичная правовая позиция впоследствии нашла отражение в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Согласно разъяснению, содержащемуся в указанном выше пункте, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям об истребовании недвижимого имущества (земельного участка) в пользу публичных образований подлежит исчислению с момента, когда его исполнительно-распорядительный орган (Администрация г. Симферополя Республики Крым) узнал или должен был узнать о нарушении прав и выбытии недвижимого имущества из муниципальной собственности (иного вида владения).

В рассматриваемом случае муниципалитет узнал о нарушении своего права лишь после возбуждения в 2022 году уголовного дела, так как до этого времени орган местного самоуправления не мог предполагать, что он выбыл из его законного владения, в связи с чем срок исковой давности не пропущен.

При этом, из материалов дела следует и в целом не оспаривается ответчиком, что ФИО6 не приступил к использованию участка, земельный участок является свободным. Какие-либо конструкции, в том числе ограждающие спорный земельный участок на момент разрешения спора отсутствуют.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статьи 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения. В этой связи длительность нарушения права не препятствует удовлетворению этого требования судом.

Из имеющихся материалов дела следует, что земельный участок находится в зоне плотной застройки по <адрес>, при должной степени осмотрительности и проведении проверки возможности использования земельного участка по целевому назначению (в соответствии с которым он и приобретался) угловой участок долгое время не обработанный, не огороженный вызвал бы обоснованные сомнения в законности передачи земельного участка в собственность.

Соответственно не может быть признано добросовестным поведение лица, приобретающего права на земельный участок, что должно было быть очевидным при осмотре участка до реализации процедуры выделения участка в натуре.

При таких обстоятельствах, имелись основания полагать, что в совокупности с обстоятельствами, послужившими основанием к проведению проверочных мероприятий, имелись достаточные основания полагать не пропущенным без уважительных причин срок исковой давности по требованиям в защиту как неопределённого круга лиц, так и в интересах компетентных органов местного самоуправления (статья 130 Конституции Российской Федерации).

Суд отмечает, что именно с даты возбуждения уголовного дела материальный истец в данном деле узнал о предполагаемом нарушении права, ввиду чего судебная коллегия не находит оснований для применения срока исковой давности, отметив, что иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 ГК РФ, а именно: равенству участников регулируемых названным Кодексом отношений; неприкосновенности собственности; обеспечению восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; предусмотренному законом правилу о недопущении действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, злоупотребления правом в иных формах; принципу справедливости.

Учитывая изложенное, оснований для иного порядка исчисления соответствующего срока у суда не имелось, однако суд пришел к неверному выводу о его пропуске.

В то же время суд апелляционной инстанции считает исковые требования о прекращении права собственности ФИО6 на земельный участок и об исключении из ЕГРН записи о праве собственности ФИО6 на земельный участок заявленными излишне, поскольку вследствие удовлетворения виндикационных требований презюмируется право собственности муниципального образования на спорный земельный участок.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела и неправильно применил нормы материального права, что в силу положений пунктов 1, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемого судебного акта с принятием нового решения о частичном удовлетворении иска.

Руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия,

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 19 сентября 2024 года отменить.

Принять новое решение, которым иск прокурора г. Симферополя в защиту прав и законных интересов муниципального образования городской округ Симферополь Республики Крым, неопределенного круга лиц удовлетворить частично.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО6 в пользу муниципального образования городской округ Симферополь Республики Крым земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Указанное решение суда является основанием для внесения в ЕГРН сведений о прекращении права собственности ФИО6 на земельный участок с кадастровым номером №.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Председательствующий судья судьи

Сыч М.Ю. ФИО2 ФИО4

Мотивированное апелляционное определение составлено 26.02.2026 г.