Решение № 2-373/2020 2-9/2021 от 22 марта 2021 г. по делу № 2-373/2020

5

Дело № 2-9/2021

УИД 42 RS 0002-01-2020-002597-43


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Белово 23 марта 2021 года

Судья Беловского районного суда Кемеровской области Луцык И.А.,

при секретаре Мифтаховой Е.В.,

с участием старшего помощника прокурора Беловского района - Давыдовой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о возмещении морального вреда, причиненного смертью Ф.И.О.2 в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛА:

истцы ФИО1 и ФИО3 обратились в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО5 А. О. о возмещении морального вреда, причиненного в ДТП.

Свои требования мотивируют тем, что 29.10.2018 около 19 час. 15 мин. ФИО2, управляя автомобилем марки «ВАЗ-21140» с государственным регистрационным № принадлежащим Ф.И.О.1 двигаясь по автодороге Белово - Гурьевск - Салаир на 15 километре + 756 м, совершил наезд и смертельно травмировал Ф.И.О.2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. - отца ФИО3 и мужа ФИО1.

По данным медицинской карты № травматологического отделения в ГБУЗ КО «Беловская городская больница №» и заключения судебно-медицинской экспертизы № от 22.11,2018г. смерть наступила в 20 час. 35 мин. 29.10.2018 в результате множественных телесных повреждений, причиненных от столкновения с транспортным средством.

2019. следователем СО Отдела МВД России по Гурьевскому району Кемеровской области по материалам предварительной проверки КУСП № от 29.10.2018г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ.

Истцы полагают, что вышеуказанное обстоятельство не освобождает владельца источника повышенной опасности - транспортного средства от гражданско-правовой ответственности.

Потеря самого близкого и родного человека - отца отразилась на психическом и эмоциональном здоровье ФИО3. Отец был для нее примером силы, мужества, проявления любви и заботы о близких. Произошедшее до настоящего времени причиняет моральные страдания. С отцом она находилась в близких, доверительных отношениях, он всегда проявлял теплое отношение и заботу к своим дочерям и внукам, принимал участие в жизни семьи. Утрата отца является невосполнимой.

ФИО1 долгие годы прожила в браке с Ф.И.О.2 В результате трагедии она испытала сильнейшие переживания, выразившиеся в ощущении горя и чувства утраты любящего человека, оказывавшего помощь, нежность и заботу, который был надеждой и опорой.

Водитель ФИО2 и собственник автомобиля ФИО5 не приняли никаких мер к заглаживанию причинённого вреда и оказанию помощи в погребении погибшего.

Согласно материалам проверки КУСП № от 29.10.2018 ФИО2 управлял служебным автомобилем, принадлежащим ФИО5. Таким образом, ФИО5, являясь собственником автомобиля марки «ВАЗ-21140» с государственным регистрационным № несёт гражданско- правовую ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, и подлежит привлечению в качестве соответчика.

Истцы просят взыскать солидарно с ответчиков денежную компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей в пользу истца ФИО3; 400 000 рублей - в пользу истца ФИО1.

Определением Беловского городского суда Кемеровской области от

2020. гражданское дело по иску ФИО3, ФИО1 к ФИО2, ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного ДТП, передано по подсудности в Беловский районный суд Кемеровской области (л.д. 50-52).

Определением Беловского районного суда Кемеровской области от

2020. в порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований на стороне ответчика, привлечен ФИО4 (л.д. 90-91).

Определением Беловского районного суда Кемеровской области от

2020. в порядке подготовки дела к судебному разбирательству процессуальное положение ФИО4 изменено с третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований на стороне ответчика, на соответчика (л.д. 139-140).

Определением Беловского районного суда Кемеровской области от

2020. к участию в деле в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «НиКа» (л.д. 227-229).

Определением суда от 23.03.2021 производство по делу в части исковых требований, предъявленных ФИО1 к ответчикам ФИО5 и ФИО4 прекращено по ходатайству ФИО1 в связи с принятием судом отказа от иска. Истец указала в ходатайстве, что собранными по делу доказательствами подтверждается, что автомобиль марки «ВАЗ- 21140» с государственным регистрационным № на момент ДТП 29.10.2018 года находился под управлением законного владельца ФИО2, к управлению ТС ответчик был допущен собственником на законных основаниях.

В судебном заседании истец ФИО1 просит взыскать с ФИО2

В.А. в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью супруга, 400000 рублей.

Истец ФИО3 в судебном заседании ходатайство об отказе от иска к ФИО5 и ФИО4 не поддержала, просит взыскать в счёт компенсации морального вреда с ФИО5 100 000 рублей, с ФИО4 -100 000 рублей, с ФИО2 - 100 000 рублей.

В ходе судебных прений ФИО3 исковые требования к ФИО5 не поддержала, просит взыскать в свою пользу в счет компенсации морального вреда с ФИО4 100 000 рублей и с ФИО2 100 000 рублей, считает, что с ФИО6 должна быть взыскана эта сумма, так как ФИО2 она ни разу не видела, и неизвестно, где он находится. Указывает, что отец помогал её семье материально, и его гибелью ей причинён моральный вред.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 - адвокат Щербаков О.А., действующий по назначению на основании ордера № от 23.09.2020 (л.д. 98) просит отказать в удовлетворении исковых требований, считает, что факт причинённых истцам моральных и нравственных страданий не доказан. Вины ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия нет. ФИО7 О.2 шёл по дороге в тёмное время суток, проявил грубую неосторожность при движении по дороге.

Ответчик ФИО4 возражает против удовлетворения исковых требований, пояснил, что его вины в совершении дорожно-транспортного происшествия нет. Автомобиль действительно принадлежит ему на основании договора купли-продажи с ФИО5, однако законным владельцем машины являлся на момент ДТП ФИО2, которому он не только передал ключи от автомобиля, но и вписал его в страховой полис. Сам он не имел права управлять транспортным средством, так как лишён права управления по постановлению мирового судьи.

Представитель ФИО4 - ФИО8, действующая на основании ордера от 30.10.2020 года, поддерживает мнение своего доверителя, указывает, что ФИО4 не является надлежащим ответчиком по делу, его действия не состоят в причинно-следственной связи с произошедшим. Кроме того, считает, что в действиях Ф.И.О.2 имеется грубая неосторожность. Факт причинения истцам моральных и нравственных страданий ими не доказан. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО5, извещённый надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, просит рассмотреть дело в его отсутствие, с исковыми требованиями не согласен.

Представитель третьего лица ООО «НиКа» - ФИО9 в судебном заседании пояснил, что ФИО2 действительно работал в ООО «<данные изъяты>», однако в момент ДТП не находился при исполнении трудовых обязанностей, служебного задания ООО «<данные изъяты>» ему не выдавалось, путевка не выписывалась. Он просто подвозил на своей машине сослуживцев. При вынесении решения полагается на усмотрение суда.

Выслушав участников процесса, заслушав мнение старшего помощника прокурора, полагавшего исковые требования к ФИО4 не подлежащими удовлетворению, исковые требования к ФИО2 - подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или

гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина”, судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды:, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению.

Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения (пункт 2.1.1 Правил дорожного движения), но не владельцем источника повышенной опасности (п. 20 названного Постановления).

В пункте 24 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации также разъяснено, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Из изложенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда в долевом порядке при наличии вины. Законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке при совокупности условий, а именно: наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина законного владельца может быть выражена не только в содействии другому лицу в противоправном изъятии источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности дорожного движения.

В судебном заседании установлено, что 29.10.2018 около 19 час. 25 мин. ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ.р., управляя автомобилем «ВАЗ-21140» с государственным регистрационным № двигаясь по автодороге Белово-Гурьевск-Салаир, со скоростью не более 60 км/час, совершил наезд на пешехода Ф.И.О.2

1936. <данные изъяты> внезапно оказавшегося на проезжей части перед его автомобилем, на расстоянии около 10 метров до автомобиля. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход Ф.И.О.2 скончался от полученных травм в лечебном учреждении.

Как следует из заключения судебно-медицинского исследования трупа № от 22.11.2018, причиной смерти Ф.И.О.2 является <данные изъяты>

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от

2019. в ходе проверки установлено, что пешеход Ф.И.О.2 в темное время суток, в одежде темного цвета без светоотражателей, пересекал проезжую часть слева направо, в связи с чем водитель ФИО2 не успел в момент возникновения опасности применить торможение. С учетом факта отсутствия технической возможности у водителя ФИО2 предотвратить наезд на пешехода, установленного по результатам автотехнической экспертизы, в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ было отказано, за отсутствием состава преступления.

В материалы дела предоставлена копия материала процессуальной проверки, зарегистрированного в КУСП за № от 29.10.2018.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, транспортное средство «ВАЗ 21140», 2003 года выпуска, г/н №, было продано ФИО5 30.11.2015 ФИО4, что подтверждается договором купли-продажи от 30.11.2015 (л.д. 82). Как пояснил ФИО4, на момент ДТП автомобиль был зарегистрирован на имя ФИО5 <данные изъяты> но с 2015 года находился в его собственности. На учет он поставил ТС в 2019 году. На момент ДТП автомобилем управлял ФИО2. Сам ФИО4 22.03.2018 года согласно постановлению мирового судьи судебного участка № 1 Беловского судебного района Кемеровской области лишён права управления транспортными средствами на 1 год 6 месяцев (л.д. 194-196), то есть по состоянию на 29.10.2018 года - на момент ДТП права управления у него не было. Из пояснений ФИО4 следует, что именно поэтому он и вписал ФИО2 в полис ОСАГО, чтобы тот мог возить его по делам, также ФИО2 мог пользоваться автомобилем для своих нужд, в частности, в день, когда произошло ДТП, ФИО2 ехал со своими коллегами с работы.

В материалы дела представлен страховой полис ОСАГО серии ЕЕЕ №, выданный НСГ «Росэнерго», срок страхования с 17 час. 20 мин.

18.06.2018 по 24-00 час. 17.06.2019, из которого усматривается, что лицами, допущенными к управлению ТС-«ВАЗ-21140», государственный регистрационный № являются ФИО4, ФИО10, ФИО11, ФИО2 (л.д. 124).

Таким образом, фактический собственник автомобиля ФИО4 не только передал ФИО2 ключи от автомобиля и регистрационные документы на автомобиль, но и внёс его в страховой полис, что свидетельствует о его добросовестных и разумных действиях при передаче права владения автомобилем в установленном законом порядке.

Судом установлено, что ответчик ФИО2 в момент ДТП управлял транспортным средством, принадлежащим ФИО4, автомобиль «ВАЗ-21140», 2003 года выпуска, г/н №, был передан собственником ТС ФИО2 в пользование для личных нужд на законных основаниях. Тем самым обстоятельств, свидетельствующих о том, что в момент ДТП транспортным средством ФИО2 завладел противоправно, не установлено.

При указанных обстоятельствах вины ФИО4 в действиях, способствовавших причинению вреда здоровью Ф.И.О.2 а также условий для возложения на него как на владельца источника повышенной опасности ответственности по требованиям о компенсации морального вреда не имеется.

ФИО4 не является лицом, несущим ответственность за причинение ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, поскольку, учитывая установленные по настоящему делу обстоятельства, в соответствии с положениями пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, владельцем источника повышенной опасности на момент совершения дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО2, управлявший транспортным средством на законных основаниях.

Кроме того, истец ФИО1 отказалась от исковых требований к ФИО4, отказ принят судом.

Доказательств того, что ФИО2 в момент управления автомобилем исполнял трудовые обязанности, суду не представлено.

Доводы истца ФИО3 о том, что ФИО6 должен нести ответственность за причинение вреда, потому что неизвестно, где находится водитель ФИО2, и получение от него денег проблематично, не имеют правового значения.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что именно ответчик ФИО2, являясь на момент совершения ДТП владельцем источника повышенной опасности, должен нести ответственность за причинение вреда и обязан возместить моральный вред, причиненный в результате смерти пострадавшего Ф.И.О.2

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 удовлетворению не подлежат.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что смерть Ф.И.О.2 наступила в результате воздействия источника повышенной опасности. Обстоятельств, свидетельствующих о наличии прямого умысла ФИО2

В.А. в причинении ему смерти, а также обстоятельств непреодолимой силы при совершении вышеуказанного происшествия, установлено не было.

Истец ФИО3 является дочерью погибшего Ф.И.О.2 данный факт подтвержден свидетельством о рождении (л.д. 10), свидетельством о заключении брака (л.д. 11), ФИО1 приходилась погибшему Ф.И.О.2 женой, что усматривается из свидетельства о заключении брака (л.д. 12).

Согласно ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда, в частности вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме: размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ч. 2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в

зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В силу п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках без двигателя, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создает помехи для других пешеходов.

При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части).

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. Лица, передвигающиеся в инвалидных колясках без двигателя, ведущие мотоцикл, мопед, велосипед, в этих случаях должны следовать по ходу движения транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Материалами проверки по факту дорожно-транспортного происшествия установлено, что в нарушение П.4.1.ПДД, в момент ДТП пешеход Ф.И.О.2 двигался вне населенного пункта в темное время суток в одежде темного цвета без светоотражателей, пересекая проезжую часть в неустановленном месте, то есть установлено пренебрежение погибшим правилами предосторожности при движении по проезжей части дороги.

Суд считает, что при описанных выше обстоятельствах ДТП в действиях Ф.И.О.2 имеется грубая неосторожность, выразившаяся в нарушении требований Правил дорожного движения РФ.

Однако разрешая спор по существу, суд приходит к выводу о том, что несмотря на отсутствие вины ФИО2 в причинении смерти Ф.И.О.2 ответчик, как владелец источника повышенной опасности, обязан компенсировать причиненный истцам вред.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд принимает во внимание, что гибель мужа и отца истцов сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. Неизгладимой для дочери является боль утраты отца в любом возрасте, для жены - утрата мужа, с которым они прожили в браке более 60 лет, и подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные и душевные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что в результате смерти мужа и отца нарушено принадлежавшее истцам нематериальное благо - это родственные и семейные отношения.

Эмоциональное состояние истцов и их переживания подтвердили свидетели Ф.И.О.3 Ф.И.О.4 которые указали, что в семье были теплые семейные отношения, и ФИО1, ФИО3 переживают по поводу трагической гибели Ф.И.О.2

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень участия истцов в жизни погибшего, их взаимоотношения при его жизни, нравственные страдания истцов, отсутствие вины ответчиков в произошедшем несчастном случае и установленную законом обязанность владельца источника повышенной опасности по возмещению вреда,

обстоятельства произошедшего ДТП, нарушение правил дорожного движения со стороны погибшего Ф.И.О.2 пересекавшего в темное время суток проезжую часть вне населенного пункта, вне зоны пешеходного перехода, не имеющего при себе предметы со световозвращающими элементами, то есть наличие грубой неосторожности со стороны потерпевшего, действующего без должной осмотрительности, и полагает возможным с учётом требований разумности и справедливости взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счёт компенсации морального вреда 100 000 рублей, в пользу ФИО3 - 80 000 рублей.

Согласно ст. 103 ГК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с ФИО2 подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 600 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, в счёт компенсации морального вреда, причинённого смертью Ф.И.О.2 в результате дорожно-транспортного происшествия, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, 100 000 (сто тысяч) рублей, в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, взыскать 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 600 (шестьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его вынесения.

Судья И.А. Луцык

Текст решения в окончательной форме изготовлен 26 марта 2021 года.