Приговор № 1-15/2019 1-174/2018 от 21 февраля 2019 г. по делу № 1-15/2019

Дело № 1-15/19


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

22 февраля 2019 года г.о. Тольятти

Ставропольский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего – судьи Микшевич М.И.,

государственного обвинителя – помощника прокурора Ставропольского района Самарской области – Шнейдера Е.А., ст. помощника прокурора Ставропольского района Самарской области – Юдахина В.В.,

подсудимого – ФИО1,

защитника – адвоката Куликова К.В., предъявившего удостоверение адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевших – Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3,

при секретаре судебного заседания – Булатовой А.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, имеющего высшее образование, брак расторгнут, являющегося пенсионером, невоеннообязанного, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: <адрес>; не судимого,

– обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст.264 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшее по неосторожности: а) причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №3; б) смерть двух лиц - ФИО9 и ФИО11

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 06 часов (более точное время предварительным и судебным следствием не установлено), на участке 12,5 километра автодороги М5 «Урал» – Солнечная Поляна – Ширяево на территории Ставропольского района Самарской области при следующих обстоятельствах.

В указанное выше время, то есть примерно за 29 минут до восхода Солнца на географической широте Самарской области, ФИО1, управляя технически исправным автомобилем Lada-219060-Granta с государственным регистрационным знаком № и следуя в пасмурную погоду по указанной выше автодороге со стороны села Ширяево в направлении трассы М5 «Урал», двигался по правой стороне сухой, асфальтированной, не имеющей дефектов покрытия проезжей части шириной 6,2 метра, предназначенной для движения в двух направлениях.

Управляя транспортным средством, ФИО1 в соответствии с положениями п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ № 1090 от 23.10.1993 года (с послед. изм.), был обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования указанных Правил. Так, в частности, ФИО1 был обязан знать и соблюдать требования п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, согласно которым он как водитель транспортного средства, проявляя необходимую внимательность, должен был действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда иным лицам, включая пассажиров, находившихся в салоне его автомобиля. Кроме того, ФИО1 должен был знать и соблюдать требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, обязывающие водителя вести автомобиль со скоростью, которая не только не превышала бы установленные ограничения, но и была бы избрана с учетом таких факторов, как интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, а также видимость в направлении движения. Избранная скорость, во всяком случае, должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства в целях выполнения требований Правил дорожного движения. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В нарушение перечисленных выше требований Правил дорожного движения РФ, 69-летний ФИО1, управлявший транспортным средством в очках вследствие недостаточной остроты зрения, вел автомобиль со скоростью не менее 90 км/час, что в конкретной обстановке, предшествующей ДТП, и, в частности, с учетом времени суток, пасмурной погоды и видимости в направлении движения не обеспечивало ему возможность надлежащего контроля за движением транспортного средства и необходимую безопасность для находившихся в автомобиле пассажиров ФИО12, ФИО11, Потерпевший №3

Располагая – при имеющихся условиях естественной освещенности - возможностью обнаружить опасность (препятствие) для движения в виде неподвижного неосвещенного транспортного средства с расстояния не менее 131,8 метра, водитель ФИО1 вследствие проявленной при управлении автомобилем невнимательности и избрания небезопасной скорости движения поздно заметил такое препятствие, не принял мер к своевременному снижению перед ним скорости вплоть до полной остановки автомобиля, в результате чего допустил непреднамеренный наезд передней правой частью своего автомобиля на заднюю левую часть полуприцепа МАЗ 8561 с государственным регистрационным знаком №, с отключенной аварийной сигнализацией, который в это время в составе с грузовым автомобилем КАМАЗ 6520, государственный регистрационный знак № (водитель – Свидетель №4), из-за повреждения колес стоял частично на правой обочине и частично на правой стороне проезжей части на участке 12,5 километра автодороги Ширяево – трасса М5 «Урал», на расстоянии 4,9 метра от её левого края и в попутном для автомобиля ФИО1 направлении.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный знак № Потерпевший №3 по неосторожной вине водителя ФИО1 были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, а пассажирам того же автомобиля ФИО11 и ФИО12 по неосторожной вине ФИО1 были причинены опасные для жизни телесные повреждения, повлекшие их смерть.

Так, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО12 наступила в результате полученных при ДТП и опасных для жизни разрывов печени, перелома тела I грудного позвонка с полным разделением на уровне перелома спинного мозга, связок и сосудов, пристеночной плевры и мышц в I межреберьях до лопаточных линий справа и слева с кровоизлияниями под оболочки спинного мозга.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО11 последовала в результате полученных при ДТП опасных для жизни травматических кровоизлияний под мозговые оболочки и в вещество головного мозга с явлениями нарастающего отека головного мозга, с развитием двусторонней гнойно-фибринозной плевропневмонии, осложнившейся нарастающей легочно-сердечной недостаточностью.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, Потерпевший №3 в результате ДТП были причинны опасные для жизни и повлекшие тяжкий вред его здоровью повреждения в виде тупой травмы грудной клетки, включающей в себя: множественные переломы ребер с обеих сторон со смещением отломков, ушиб легких, осложнившийся развитием гемопневмоторакса; тупой травмы живота, включающей в себя разрыв правой доли печени, разрыв селезенки.

Согласно заключению автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, водитель ФИО1, имевший возможность обнаружить опасность (препятствие) для движения с расстояния не менее 131,8 метра, располагал технической возможностью предотвратить ДТП путем своевременного применения экстренного торможения.

Таким образом, в непосредственной причинно-следственной связи с ДТП и его последствиями состоят допущенные водителем ФИО1 нарушения изложенных выше и взаимосвязанных требований п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал, пояснив, что дорожно-транспортное происшествие произошло не по его вине, а по вине водителя грузового автомобиля «КАМАЗ» Свидетель №4, который нарушил Правила дорожного движения РФ, а именно, правила остановки на проезжей части, так как не обозначил свое транспортное средство путем включения аварийной сигнализации, не выставил знак аварийной остановки, находился на проезжей части, что и явилось причиной дорожно-транспортного происшествия.

Относительно обстоятельств дела ФИО1 показал, что водительский стаж у него с 1974 года. Он достаточно хорошо управляет транспортным средством, поскольку раньше работал в бюро «дорожных испытаний» на «АвтоВазе», также приходилось ездить на автомобиле за границу в 1978-1979 году. За время проживания в <адрес> он почти каждый день ездил на работу в <адрес> в любое время суток. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 05 часов 30 минут выехал из дома, по дороге забрал Потерпевший №3, который сел на переднее пассажирское сиденье, а также ФИО3 и ФИО26. Поскольку его автомобиль находился в ремонте, он в тот день ехал на автомобиле марки Lada-219060-Granta с государственным регистрационным знаком №, принадлежащий его брату ФИО4 Он двигался со скоростью примерно 90 км/ч, дорога в направлении движения была пустой, на встречную полосу движения и обочину не выезжал, правила дорожного движения не нарушал, метеорологические условия были в пределах нормы, погода была сухая, но пасмурная. Ему известно о том, что согласно правилам дорожного движения скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, а при возникновении опасности он должен был принять меры к снижению скорости или к полной остановке транспортного средства. Скорость его автомобиля составляла 90 км/час, принять меры к снижению скорости и экстренному торможению при возникновении препятствия на дороге у него не представлялось возможным, поскольку все его внимание было сосредоточено на проезжую часть и обочину с обеих сторон. Примерно на 12-м км автодороги М5 «Урал-Солнечная Поляна-Ширяево» примерно за 50-100 метров, практически одновременно с Потерпевший №3, он увидел стоящий на дороге автомобиль «КАМАЗ» с прицепом. Потерпевший №3 крикнул ему о том, что на дороге стоит машина. В этот момент во встречном направлении ехал автомобиль, который ослепил его фарами. Потерпевший №3 мог данный автомобиль не видеть, из-за того, что его обзор был ограничен впереди стоящим прицепом автомобиля «КАМАЗ». Увидев «КАМАЗ», он секунды две думал, что ему предпринять – затормозить или объехать КАМАЗ по встречной полосе. Он принял решение тормозить, чтобы не нарушить правила дорожного движения – не пересекать сплошную линию разметки. Если бы он выехал на встречную полосу движения, то его могли бы привлечь за данное нарушение ПДД РФ. Знак «Обгон запрещен» он увидел в дальнем свете фар, автомобиль «КАМАЗ», который находился перед знаком, он не видел, так как внимание его было сосредоточено на знаке. Он подумал, что, предприняв маневр торможения, у него больше гарантии избежать ДТП, поскольку объезд он бы тоже не успел совершить. Никаких предметов на дороге, предупреждающих о стоящем автомобиле, он не видел. Габаритные огни и аварийная сигнализация на грузовом автомобиле были отключены. После произошедшего ДТП, его автомобиль откинуло на противоположную сторону, и выбросило в кювет. Он смог самостоятельно выбраться из машины. Впереди сидящий Потерпевший №3 сильно кричал, он пытался ему помочь, но не смог, так как Потерпевший №3 зажало кузовом, и он не смог открыть дверь в его стороны. Потерпевший №3 и ФИО26 были госпитализированы в больницу, ФИО3 погиб на месте, он также получил телесные повреждения. После ДТП с потерпевшими он не связывался, так как после аварии телефон находился в разбитом состоянии, и не сохранились телефоны контактов. Считает, что в совершении ДТП виноват водитель автомобиля «КАМАЗ» Свидетель №4, поскольку он расположил транспортное средство большей частью на дороге, а не на обочине. Не включил габаритные огни и аварийную сигнализацию, не выставил знак аварийной остановки. После произошедшего дорожно-транспортного происшествия он находился в нервном состоянии, ДД.ММ.ГГГГ у него случился нервный срыв, в связи с чем он находился на лечении в психоневрологическом диспансере 2,5 месяца. При проведении следственного эксперимента автомобиль «КАМАЗ» стоял с включенными габаритными огнями, а также скорость подъезжающего автомобиля составляла 3-5 км/час, поэтому автомобиль «КАМАЗ» стало видно за 2-3 км, и времени было достаточно для того, чтобы объехать данный автомобиль. Если бы он ехал с такой скорость, у него также была бы возможность объехать данные автомобиль, но скорость его автомобиля составляла около 90 км/час.

При оценке доводов подсудимого ФИО1 о якобы имевших место нарушениях условий следственного эксперимента, проводившегося в августе 2018 года для установления видимости в направлении движения на месте ДТП, суд учитывает следующее.

ДТП с участием автомобиля ФИО1 произошло ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 06 часов, в пасмурную сухую погоду. По утверждениям ФИО1, препятствие для движения его автомобиля – полуприцеп МАЗ 8561 – во время ДТП не был обозначен включенными габаритными огнями и/или огнями аварийной сигнализации. Согласно справке Приволжского гидрометеорологического центра № от ДД.ММ.ГГГГ, восход Солнца на широте Самарской области в день ДТП наступил в 06 часов 29 минут, то есть примерно через 29 минут после ДТП.

Упоминаемый подсудимым ФИО1 следственный эксперимент для установления видимости в направлении движения был проведен ДД.ММ.ГГГГ, в период с 04 часов 35 минут до 05 часов, в пасмурную сухую погоду (см. Т. 2 л.д. 33-36). Используемый при эксперименте автомобиль «КАМАЗ» с полуприцепом был установлен на том же месте и в том же положении, что и во время ДТП. Габаритные огни и огни аварийной сигнализации данного автомобиля перед производством измерений были выключены. Именно в этих условиях участниками следственного эксперимента, включая самого ФИО1 и его защитника, было установлено, что неподвижный и неосвещенный полуприцеп был замечен водителем ФИО1 из салона движущегося легкового автомобиля при включенном ближнем свете фар с расстояния 131,8 метра; общая же видимость в направлении движения для водителя ФИО1 составляла не менее 150 метров. Согласно упомянутой выше справке Приволжского гидрометеорологического центра, восход Солнца на широте Самарской области в день проведения следственного эксперимента наступил в 05 часов 32 минуты, то есть через 57 минут после начала эксперимента и через 32 минуты после его окончания.

Таким образом, из приведенных выше сведений следует, что следственный эксперимент по отношению к моменту восхода Солнца был проведен раньше, чем произошло реальное ДТП. Из этого, в свою очередь, следует, что при прочих равных условиях естественная освещенность места проведения эксперимента заведомо не была лучше (могла быть только хуже), чем освещенность реального места ДТП. Тем не менее, в ходе эксперимента было установлено, что водитель ФИО1 даже в условиях указанной выше худшей естественной освещенности местности смог увидеть препятствие в виде неподвижного и неосвещенного грузового полуприцепа с расстояния 131,8 метра. Правильность этих результатов следственного эксперимента была удостоверена подписями понятых и других участников следственного действия (включая ФИО1 и его защитника) без каких-либо замечаний. При таких обстоятельствах суд устанавливает соблюдение требований закона при организации и проведении следственного эксперимента и считает его результаты имеющими бесспорное доказательственное значение при разрешении дела.

При оценке доводов подсудимого ФИО1 о том, что непосредственно перед ДТП он на короткое время якобы был «ослеплен» фарами встречного автомобиля, суд учитывает, что эти доводы опровергаются последовательными показаниями очевидца – потерпевшего Потерпевший №3, который в стадии следствия и в судебном заседании указывал, что непосредственно перед ДТП никакого транспорта, движущегося навстречу автомобилю ФИО1, на дороге не было. Как следует из свидетельских показаний допрошенных судом сотрудников правоохранительных органов, ФИО1, будучи опрошенным об обстоятельствах дела непосредственно на месте ДТП, также отрицал наличие встречного транспорта на дороге перед происшествием. Кроме того, суд считает, что изложенная выше версия стороны защиты об «ослеплении» ФИО1 вообще не имеет «реабилитирующего» юридического значения в настоящем уголовном деле. Так, из сопоставления аналогичных друг другу требований, содержащихся в п. 10.1 и в п. 19.2 Правил дорожного движения РФ, следует, что предполагаемое «ослепление» водителя ФИО1 фарами встречного транспорта – даже в случае признания этого факта доказанным – заведомо является одним из специальных частных случаев той опасности для движения, о которой упоминается в п. 10.1 Правил дорожного движения РФ и которая сама по себе – независимо от наличия иных опасностей – требует от водителя незамедлительного снижения скорости вплоть до полной остановки своего транспортного средства без изменения полосы движения.

Наряду с изложенными выше показаниями подсудимого в суде, в ходе судебного разбирательства были исследованы показания ФИО1, данные им в стадии предварительного следствия.

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого (т. 1 л.д. 138-140; 245-247) ФИО1 показал, что ДД.ММ.ГГГГ он двигался по автодороге М-5 «Урал» - Солнечная Поляна – Ширяево на территории Ставропольского района Самарской области на принадлежащем ему брату ФИО10 автомобиле марки Lada-219060-Granta, государственный регистрационный знак № Автомобиль до ДТП был в технически исправном состоянии, претензий к работе рулевой, тормозной и ходовой системам у него не было. В салоне автомобиля находилось три пассажира: ФИО11, ФИО12 и Потерпевший №3 которых он подвозил на постоянной основе около года. ФИО11 и ФИО12 он забрал в с. Бахилово на остановке общественного транспорта. Погода была без осадков, асфальт сухой, на улице было еще темно. Примерно на 12 км автомдороги М-5 «Урал» он двигался со скоростью примерно 90 км/ч, дорога в направлении движения была пустой, видимость была ограниченной из-за темного времени суток, вдалеке он увидел, движущийся навстречу автомобиль, у которого был включен дальний свет фар, у него на автомобиле также был включен дальний свет фар. При сближении, практически одновременно со встречным автомобилем, примерно за 1 км друг до друга они переключились на ближний свет фар, видимость в ближнем свете фар составляла примерно 50 метров. Далее, когда они сравнялись с встречным автомобилем, и он проехал в своем направлении в сторону с. Бахилово, он продолжив движение в своем направлении, примерно на расстоянии 40-50 метров увидел перед собой «стену», он сразу нажал на педаль тормоза, но избежать столкновения не удалось, удар пришелся в переднюю правую сторону автомобиля. После удара его автомобиль вынесло в левый по ходу своего движения кювет. Он (ФИО1) выбрался из автомобиля и начал помогать пассажирам выбраться, останавливать автомобили, чтобы им помогли. ФИО12 не подавал признаков жизни. После того, как приехали сотрудники скорой помощи ФИО11 и Потерпевший №3 были госпитализированы, он также уехал в больницу, потом вернулся на место ДТП. Дополнил, что аварийного знака на проезжей части он не видел, а также аварийного сигнала остановки и габаритов также не было видно. Никаких предметов, которые помогли бы опознать данный автомобиль на проезжей части, не было. Во время поездки самочувствие было хорошее, проблем со здоровьем не имел, алкогольных напитков, лекарственных препаратов не принимал, сердечно-сосудистыми заболеваниями не страдает. Двигался в очках, так как это было предписано в медицинской справке для получения водительского удостоверения. Считает, что водитель грузового автомобиля «Камаз» нарушил правила остановки транспортного средства, так как не обозначил свое транспортное средство путем включения аварийной сигнализации, знака аварийной остановки, также данный автомобиль находился на проезжей части, что на его взгляд послужило причиной ДТП. После совершенного ДТП находился в шоковом состоянии. 06.01.2018 года был госпитализирован в психоневрологический диспансер г. Тольятти, откуда его выписали 18.03.2018 года. Никаких предметов, которые помогли бы опознать данный автомобиль на проезжей части, не было.

При допросе в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 61-63; 177-179) ФИО1 виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ не признал, и показал, что с предъявленным ему обвинением по ч. 5 ст. 264 УК РФ не согласен, ранее данные им показания подтверждает. Считает, что в данном ДТП виноват водитель грузового автомобиля марки «КАМАЗ».

Несмотря на непризнание своей вины ФИО1, его вина в совершении преступления подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

Сообщением в дежурную часть ОМВД России по Ставропольскому району, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ на 12 км + 500 м автодороги М-5 «Урал» - Солнечная Поляна – Ширяево произошло дорожно-транспортное происшествие. В результате ДТП пострадали: водитель автомобиля «Lada-219060» ФИО1, пассажиры той же автомашины ФИО13, ФИО11, которые были доставлены бригадой «скорой помощи» в больницу. Пассажир ФИО12 от полученных травм скончался на месте происшествия.

(т. 1 л.д. 4)

Материалом проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ О МВД России по г. Жигулевску по факту ДТП на автодороге М-5 «Урал» - Солнечная Поляна – Ширяево с участием автомобиля КАМАЗ с прицепом и автомобиля В ходе проверки составлена схема происшествия и фототаблица, зафиксировавшая обстоятельства совершенного дорожно-транспортного происшествия, расположения транспортных средств на дороге.

(т. 1.л.д. 6-19)

Сообщением в дежурную часть Отдела полиции № 24 У МВД России по г. Тольятти, из которого следует, что доставленный с места ДТП потерпевший ФИО11 скончался от полученных повреждений ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз: ушиб головного мозга.

(т.1 л.д. 25)

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что в ГКБ-2 г. Тольятти был осмотрен труп ФИО11. Труп направлен для определения причины смерти в БСМЭ.

(т. 1 л.д. 26-27)

Актом судебно-медицинского исследования трупа №Т от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО11 обнаружены повреждения: кровоизлияния под мягкие мозговую оболочку: на верхней поверхности теменной доли, верхней поверхности правой теменной доли, в области полюсов правой и левой лобных долей, в области полюсов правой и левой затылочных долей, с кровоизлиянием в вещество левой лобной доле. Рубцы: в лобной области справа (1), в переднем отделе теменной области (6), в правой теменно-височной области (1), в правой теменно-затылочной области (1), в теменной области слева (1), в левой теменно-височной области (1), в заднем отделе левой теменно-височной области (1), в теменной области по средней линии (1); раны: в области внутреннего конца правой брови (1). Все обнаруженные рубцы на голове ФИО11 явились результатом заживления ран. Смерть ФИО11 последовала в результате травматических кровоизлияний под мозговые оболочки и в вещество головного мозга с явлениями нарастающего отека головного мозга, с развитием двусторонней гнойно-фибринозной плевропневмонии, осложнившейся нарастающей легочно-сердечной недостаточностью. Судебно-химического исследования крови на наличие алкоголя не проводилось в связи с длительным нахождением ФИО11 на стационарном лечении.

(т.1 л.д. 35-39)

Протоколом осмотра места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, схемой и фототаблицей к нему, из которых видно, что следователем СО ОМВД России по Ставропольскому району с участием понятых, водителя Свидетель №4, специалиста ФИО17, было осмотрено место дорожно-транспортного происшествия, составлена схема, зафиксировано расположение транспортных средств на месте происшествия, осмотрены повреждения автомобиля «КАМАЗ 6520» с прицепом, и автомобиля «Lada Granta», зафиксированы данные о трупе ФИО12

(т.1 л.д. 44-58)

Справкой о дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ и приложением к ней, из которых следует, что ДТП произошло в 06 часов ДД.ММ.ГГГГ на участке 12,5 километра автодороги Ширяево- Солнечная Поляна-трасса М5 «Урал».

(т.1 л.д. 59-61)

Протоколом осмотра и проверки технического состояния автомобиля марки Lada-219060-Granta с государственным регистрационным знаком <***> rus, согласно которому на автомобиле после ДТП зафиксированы значительные повреждения передней и правой части кузова.

(т.1 л.д. 62)

Протоколом осмотра и проверки технического состояния грузового автомобиля КАМАЗ 6520, государственный регистрационный знак <***> rus, и полуприцепа МАЗ 8561 с государственным регистрационным знаком АТ 3610 63 rus, согласно которому после ДТП на полуприцепе автомобиля зафиксированы повреждения в левой задней части.

(т. 1 л.д. 63-64)

Из акта № освидетельствования на состояние алкогольного опьянения следует, что в результате освидетельствования состояние алкогольного опьянения у ФИО1 не установлено.

(т.1 л.д.67)

Из протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицы к нему видно, что потерпевший Потерпевший №3 предоставил выписной эпикриз от ДД.ММ.ГГГГ, справку ГБ №, индивидуальную амбулаторную карту № на имя Потерпевший №3

(т. 1 л.д. 155-159)

Заключением эксперта № Ж от ДД.ММ.ГГГГ и заключением эксперта №Т от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что при судебно медицинской экспертизе трупа ФИО12 обнаружены повреждения: головы и шеи – открытый вдавлено-оскольчатый перелом лобной кости справа, правой скуловой кости и верхней челюсти справа с переходом на горизонтальную пластинку лобной кости справа, крылья основной кости справа с удалением 1,2,4-6 зубов на верхней челюсти справа, с повреждением твердой мозговой оболочкой в лобной области справа; кровоизлияние под твердую мозговую оболочку объемом 100 мл по всем поверхностям полушарий головного мозга; кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки – на выпуклых поверхностях правых лобной, теменной, височной долей, на внутренних поверхностях правых лобной и теменной долей, на нижней, внутренней и выпуклой поверхностях правой затылочной доли, на выпуклых поверхностях левых лобной, теменной, височной, затылочной долей, на внутренних поверхностях левых лобной и теменной долей, на верхней и задней поверхностях полушарий мозжечка; кровоизлияние в желудочки головного мозга; кровоизлияние в мягкие ткани головы: в лобной и теменной областях справа, переходящее на мягкие ткани лица справа в скуловую область и область верхней челюсти справа; открытый перелом нижней челюсти справа с кровоизлиянием в мягкие ткани; разрыв межпозвоночного диска и связок между VI и VII шейными позвонками; перелом правого большого рога подъязычной кости с кровоизлиянием в мягкие ткани; рана языка; раны: в лобной области справа (одна), на нижней веке правого глаза (две), в правой скуловой области (одна), на верхней губе справа с переходом в правую скуловую область (одна); ссадины: в правой заушной области (две), на подбородке справа (одна), на спинке носа по срединой линии (одна); кровоподтек на веках правого глаза у наружного угла; туловища – перелом тела I грудного позвонка с полным разделением на уровне перелома спинного мозга, связок и сосудов, пристеночной плевры и мышц в I межреберьях до лопаточных линий справа и слева с кровоизлияниями под оболочки спинного мозга, правую и левую плевральные полости, в окружающие мягкие ткани; переломы III-VII левых ребер по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры, с кровоизлияниями в левую плевральную полость и окружающие мягкие ткани; переломы I правых ребер по околопозвоночной линии, II-V правых ребер по среднеключичной лини, II-VII правых ребер по лопаточной линии, II, VIII, IX левых ребер, II-X левых ребер по лопаточной линии, II-V левых ребер между лопаточной и околопозвоночной линиями с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани; разрывы: сердечной сорочки с кровоизлиянием в плевральную полость, печени с кровоизлиянием в брюшную полость; очаговые кровоизлияния – под наружную оболочку сердца, под плевру и в ткань легких в прикорневых отделах, в корень брыжейки тонкой кишки; рана на задней поверхности правого плечевого сустава; кровоподтеки – на задней поверхности правого плечевого сустава (один), на спине справа (один); ссадины – в правой надключичной области (одна), на спине справа (одна); конечностей – ссадины: на задней поверхности правого предплечья в нижней трети (одна), на задней поверхности левого лучезапястного сустава (две), на наружной поверхности правого бедра в верхней трети (одна), на передней поверхности правой голени в верхней трети (одна), на передней поверхности правой голени между средней и верхней третями (одна), на тыльной поверхности правой стопы (три), на передней поверхности левой голени в верхней трети (одна) и в нижней трети (одна). Все вышеуказанные повреждения прижизненные, образовались незадолго до наступления смерти. Все повреждения у ФИО12 образовались в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), при этом ссадины возникли от ударно-скользящего, давяще-скользящего воздействия, все прочие повреждения – от ударного либо давящего воздействия. Учитывая локализацию, взаиморасположение все указанных повреждений, характер и механизм их образования, не исключается возможность их образования в условиях автотравмы внутри салона автомобиля, при этом травмирующая сила действовала в преимущественном направлении спереди назад. Смерть ФИО12 наступила в результате перелома тела I грудного позвонка с полным разделением на уровне перелома спинного мозга, связок и сосудом, пристеночной плевры и мышц в I межреберьях до лопаточных линий справа и слева с кровоизлияниями под оболочки спинного мозга, правую и левую плевральные полости, разрывов печени с кровоизлиянием в брюшную полость, осложнившихся развитием острой массивной кровопотери.

Перелом тела I грудного позвонка с полным разделением на уровне перелома спинного мозга, разрывы печени, как в отдельности, так и в совокупности имеют признак тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО12 и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО12 Ко времени наступления смерти ФИО12 в состоянии алкогольного опьянения не находился.

(т.1 л.д. 184-197)

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО11 установлены повреждения: кровоизлияния под мягкие мозговую оболочку: на верхней поверхности теменной доли, верхней поверхности правой теменной доли, в области полюсов правой и левой лобных долей, в области полюсов правой и левой затылочных долей, с кровоизлиянием в вещество в левой лобной доле; рубцы: в лобной области (1), в переднем отделе теменной области (6), в правой теменно-височной области (1), в левой теменно-височной области (1), в заднем отделе левой теменно-височной области (1), в теменной области по средне линии (1); раны: в области внутреннего конца правой брови (1). Все обнаруженные рубцы на голове ФИО11 явились результатом заживления ран. Смерть ФИО11 последовала в результате травматических кровоизлияний под мозговые оболочки и в вещество головного мозга с явлениями нарастающего отека головного мозга, с развитием двусторонней гнойно-фибринозной плевропневмонии, осложнившейся нарастающей легочно-сердечной недостаточностью. Повреждения – кровоизлияния под твердую и мягкую мозговые оболочки, с явлениями нарастающего отека являлись опасными для жизни, создавали непосредственную угрозу для жизни, и следовательно, имеют признак тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО11 и стоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

(т.1 л.д. 207-216)

Заключением эксперта № Т от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что у потерпевшего Потерпевший №3 обнаружены повреждения: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга; закрытый перелом костей лицевого черепа: скуловая кость справа, альвеолярный отросток справа, верхняя челюсть справа со смещением отломков; тупая травма грудной клетки, включающая в себя: переломы ребер с обеих сторон – справа 2,3,6,7,8,9,10; слева 3,4,5,6,7,8 со смещением отломков, ушиб легких, осложнившаяся развитием гемопневмоторакса; тупая травма живота, включающая в себя: разрыв правой доли печени, разрыв селезенки, осложнившаяся гемоперитонеума; закрытый перелом правого поперечного отростка 1 поясничного позвонка со смещением отломков; закрытый надмыщелковый перелом правой бедренной кости со смещением отломков; закрытый оскольчатый перелом хирургической шейки правой плечевой кости; закрытый оскольчатый перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости со смещением; закрытый перелом головки 2 пястной кости, перелом основной фаланги 2 пальца левой кисти.

Повреждения получены от воздействия твердых тупых предметов, с местом приложения травмирующей силы в область повреждений, или при ударе о таковые, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия. Ввиду того, что повреждения образовались в условиях очевидности, при дорожно-транспортном происшествии, следует, что телесные повреждения были получены незадолго (до 1 суток) до госпитализации Потерпевший №3 в стационар ГБУЗ СО «ТГКБ №». Тупая травма грудной клетки, включающая в себя: переломы ребер с обеих сторон – справа 2,3,6,7,9,10; слева 3,4,5,6,7,8 со смещением отломков, ушиб легких, осложнившаяся развитием гемопневмоторакса; тупая травма живота, включающая в себя: разрыв правой доли печени, разрыв селезенки, осложнившаяся гемоперитонеума являются опасными для жизни, следовательно, причинили тяжкий вред здоровью человека.

(т.1 л.д. 232-234)

Из протокола следственного эксперимента следует, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 04.35 часов до 05.00 часов на 12 км + 500 м автодороги М-5 «Урал» Солнечная Поляна – Ширяево с целью определения видимости на проезжую часть и конкретной видимости на автомобиль проведен следственный эксперимент. Водители ФИО1, Свидетель №4 и потерпевший Потерпевший №3 указали, что дорожные и погодные условия соответствуют тем, что были в момент ДТП. С целью установления видимости на объект, аналогичный по характеристикам автомобиль «КАМАЗ» в составе полуприцепа был установлен на проезжей части в соответствии с протоколом осмотра места происшествия и схемой от ДД.ММ.ГГГГ. Автомобиль «Lada Granta» был удален от задней части полуприцепа на такое расстояние, из салона которого вышеуказанный прицеп не был виден, и начал движение. При наступлении видимости на заднюю часть полуприцепа, которую подтвердили участники следственного эксперимента, автомобиль был остановлен. От передней части автомобиля «Lada Granta» до задней части полуприцепа расстояние составило 131,8 м. Аварийная сигнализация и габариты на автомобиле «КАМАЗ» были выключены. Общая видимость на проезжей части в направлении автодороги М-5 «Урал» с включеным ближним светом фар в автомобиле «Lada Granta» установлена более 150 м и ограничивалась поворотом. Никаких замечаний от участвующих в следственном эксперименте лиц не поступило.

Оценка выдвинутых в суде доводов стороны защиты о якобы имевшем место нарушении условий проведения следственного эксперимента приведена выше – при анализе показаний подсудимого ФИО5 АВ.А. в судебном заседании.

(т.2 л.д. 33-34)

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в данной дорожной обстановке, при заданных условиях, водитель автомобиля «Lada Granta» ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить ДТП путем применения своевременного экстренного торможения. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Lada Granta», государственный регистрационный знак № ФИО1 в своих действиях должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля КАМАЗ 6520, государственный регистрационный знак № в своих действиях должен был руководствоваться требованиями п. 7.1, п. 7.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

(т. 2 л.д. 49-51)

Из показаний в суде потерпевшей Потерпевший №1 следует, что погибший ФИО11 приходился ей мужем. На ее иждивении осталось трое малолетних детей ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. ФИО11 около 2,5 месяцев до ДТП на платной основе ездил на работу совместно с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили о том, что на автодороге М5 «Урал» - Солнечная Поляна – Ширяево произошло ДТП, в результате которого погиб ФИО12, который также каждый день ездил с ФИО2 на работу. Супруг ФИО11 был доставлен в тяжелом состоянии в ГБ №, где находился после операции в коме, и спустя 41 день, не приходя в сознание, скончался. Специально на место ДТП не выезжала, видела автомобили, когда ехала в больницу. Автомобиль «Lada Granta» грузили в эвакуатор, автомобиль «КАМАЗ» частично находился на обочине, частично на проезжей части, поскольку обочина была узкой. У автомобиля «КАМАЗ» повреждения были на задней части прицепа с левой стороны, у автомобиля «Lada Granta» повреждения были на передней части. Погода ДД.ММ.ГГГГ была сухая, дождя не было. Считает, что в данном ДТП виноват водитель автомобиля «Lada Granta» ФИО1, поскольку именно водитель несет ответственность за пассажиров, и должен проявлять большую внимательность на дороге. За все время, пока супруг находился в больнице, ФИО1 ни разу не позвонил и не приехал в больницу, не интересовался как состояние здоровья ее супруга. Ее сын в связи со смертью отца получил психологическую травмы, на протяжении 6 месяцев спал с фотографией отца, сейчас наблюдается у врача-невролога.

Потерпевшая Потерпевший №2 в суде показала, что погибший в ДТП ФИО12 был ее отцом. ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 08 часов 30 минут, ей на сотовый телефон позвонила её мать, которая сообщила о том, что отец попал в ДТП на автодороге М-5 «Урал» - Ширяево и погиб. Она сразу же приехала на место ДТП. Она увидела, что автомобиль «Lada Granta» находился в левом кювете в направлении автодороги М-5 «Урал». На данном автомобиле была полностью разбита передняя левая часть машины. Грузовой автомобиль марки «КАМАЗ» с полуприцепом стоял частично на дороге, частично на обочине, которая была не очень широкой. У прицепа была повреждена задняя левая часть. Дорожное покрытие было -сухой асфальт, без дефектов дорожного полотна. Погода была ясная, тумана не было. По ее мнению в ДТП виноват водитель автомобиля ««Lada Granta» ФИО1, поскольку он был водителем, вез пассажиров и должен был более внимательно следить за дорожной обстановкой.

Потерпевший Потерпевший №3 суду показал, что на протяжении года до произошедшего ДТП он постоянно на платной основе ездил с ФИО1 в <адрес> на работу. Также с ними ездили ФИО3 и ФИО26. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вез их на автомобиле «Лада-219060» регистрационный знак №. Он сидел на переднем пассажирском сидении, был пристегнут ремнем безопасности, сзади него сидел ФИО11, сзади водителя сидел ФИО12 В пути следования примерно на 12 км автодороги М-5 «Урал» - Солнечная Поляна – Ширяево произошло ДТП, ФИО1 допустил столкновение с прицепом автомобиля «Камаз», который большей частью автомобиля находился на обочине и и другой частью автомобиля на проезжей части. ДД.ММ.ГГГГ на улице было сухо, тумана и дождя не было, на улице было не совсем темно, уже светало. С какой скоростью ехал ФИО1 он не помнит, но быстро. Стоящий на дороге автомобиль «Камаз» он увидел примерно за 60-100 метров, после чего крикнул ФИО5 «машина», что после этого предпринял ФИО5, он сказать не может, но машина ударилась в стоящий «КАМАЗ». После ДТП его госпитализировали в Жигулевскую ЦГБ, затем в ГБ № 5 г. Тольятти. В результате ДТП у него были переломаны ребра, ушиб легких, разрыв печени, разрыв селезенки, черепно-мозговая травма, поставили металлические пластины в запястье, правое плечо, в правое бедро, колено, под глаз. По его мнению, у ФИО1 была возможность избежать дорожно-транспортное происшествие, так как он лично видел данный автомобиль и кричал ФИО5 о том, что на дороге стоит автомобиль. Никакого встречного транспорта, который мог бы фарами ослепить ФИО1, не было. По его мнению, ФИО5 мог только уснуть за рулем, чтобы совершить такое дорожно-транспортное происшествие и столкнуться со стоящим автомобилем. При проведении следственного эксперимента, в приближенных к ДТП условиях, видимость на препятствие была установлена 131 метр.

Показания в части того, что на дороге не было транспортного средства, который мог бы ослепить ФИО1, и тот факт, что ФИО1 ехал быстро, Потерпевший №3 подтвердил в ходе очной ставке, проведенной между потерпевшим Потерпевший №3 и обвиняемым ФИО1

(т.2 л.д. 157-160)

Из совокупности показаний свидетеля ФИО14, данных в суде и на следствии (т.2 л.д. 10-12, т. 2 л.д. 168) следует, что ДД.ММ.ГГГГ от дежурного ОГИБДД О МВД России по Ставропольскому району поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии на автодороге М-5 «Урал»-Ширяево. После прибытия на место ДТП совместно с инспектором ФИО15 ими было установлено, что ДТП произошло на автодороге М5 «Урал»-Солнечная Поляна-Ширяево» в 06-00 часов с участием двух автомобилей. Водитель ФИО1, управляющий автомобилем «Лада Гранта» регистрационный знак № допустил наезд на припаркованный на правой обочине по ходу движения автомобиль КАМА3 6520 регистрационный знак № в составе прицепа МА38561 регистрационный знак №, загруженный щебнем. На легковом автомобиле имелись значительные разрушения передней правой части. Автомобиль «Камаз» располагался частично на асфальте, частично на обочине, заднее правое колесо было спущено. У полуприцепа была повреждена задняя левая часть, в районе которой на асфальте находилась осыпь стекла, пластика и других фрагментов столкновения. Двое пострадавших мужчин были госпитализированы в больницу, один мужчина погиб на месте. ФИО1 пояснял, что двигался в направлении автодороги М-5, и в какой-то момент не заметил стоящий на обочине автомобиль КАМАЗ, уйти от столкновения не смог, признавал свою вину, сильно раскаивался. Асфальт был сухой, без повреждений, видимость ограничена не была.

Свидетель ФИО16 дал показания аналогичные показаниям свидетеля ФИО14

Свидетель ФИО6 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 05-00 часов двигался на работу по автодороге М-5 «Урал» - Солнечная Поляна – Ширяево» из с. Бахилово в направлении г. Жигулевск на легковом автомобиле марки «Лада Калина» регистрационный знак №. Были сумерки, тумана не было, видимость ничем не была ограничена. В пути следования на дороге увидел грузовой автомобиль марки «КАМАЗз» с прицепом, который стоял в попутном направлении. Одна половина автомобиля «КАМАЗ» стояла на обочине, а другая половина автомобиля находилась на дороге. Примерно метрах в 30 от автомобиля «КАМАЗ» стояла белая канистра, обозначающая препятствие на дороге. Габаритные огни и аварийная сигнализация на автомобиле не горели, тем не менее, он заранее увидел и беспрепятственно объехал данный автомобиль.

Свидетель ФИО17 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ в составе следственно-оперативной группы выезжал на место ДТП, произошедшее на 12 км + 500 м автодороги М-5 «Урал» - Ширяево. При осмотре участка автодороги на левой обочине в направлении автодороги М-5 «Урал» обнаружен автомобиль марки «Лада» с серьезными повреждениями передней части, сзади данного автомобиля находился труп мужчины. Два других пассажира были эвакуированы сотрудниками скорой помощи в больницу. Возле данного автомобиля находился водитель ФИО1 На правой обочине в направлении автодороги М-5 «Урал» располагался грузовой автомобиль марки «Камаз» с прицепом, который был загружен щебнем. У прицепа на задней оси справа было деформировано и спущено колесо. Канистры на проезжей части он не видел. Было светлое время суток. Дорожное покрытие асфальт, сухой, без дефектов дорожного полотна. Видимость ничем не ограничена, тумана на момент осмотра не было. В ходе осмотра места происшествия велась фотосъемка, впоследствии им была составлена фототаблица.

Из показаний свидетеля ФИО18 следует, что она, являясь старшим следователем СО ОМВД России по Ставропольскому району Самарской области, ДД.ММ.ГГГГ в составе следственной группы выезжала на место ДТП произошедшее на автодороге М5 «Урал»-Солнечная Поляна-Ширяево». Автомобиль «Камаз» с полуприцепом, у которого было повреждены два колеса с правой стороны (разорваны шины), частично стоял на дороге, частично на узкой обочине, которая имела склон в сторону лесополосы. На противоположной стороне в кювете находился автомобиль «Лада гранта» с повреждениями передней части, рядом с автомобилем «Лада Гранта» находился труп мужчины. У «Камаза» с левой стороны полуприцепа была разбита левая габаритная фара, имелась осыпь стекла на дороге, осколки были разбросаны на дорожном покрытии, правая габаритная фара полуприцепа была без повреждений. На месте дорожно-транспортного происшествия ею был произведен опрос водителя ФИО5, который пояснил, что двигался по автодороге М5 в сторону города, не рассчитал скорость движения и не увидел стоящий автомобиль «Камаз», в результате чего произошло ДТП. На тот момент ФИО2 вину свою в совершении ДТП признавал и раскаивался, обещал возместить вред потерпевшим в пределах своих возможностей. Асфальт был сухой, видимость ничем не была ограничена, никто по дороге во встречном направлении не проезжал и помех для движения ФИО1 не создавал.

Свидетель Свидетель №4 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ работал на грузовом автомобиле марки «Камаз 6520» самосвал регистрационный знак № в составе прицепа «МАЗ 8561-024» регистрационный знак №. В вечернее время он приехал в <адрес>, где ночью в вышеуказанный грузовой автомобиль и прицеп загрузился щебенем, массой 10 тонн в самосвал и 10 тонн в прицеп. Ночью ДД.ММ.ГГГГ выехал в направлении <адрес>, поскольку в 2017 году в дневное время было закрыто движение по ГЭС для грузовых автомобилей, движение осуществлялось по ночам. В пути следования по автодороге Ширяево-М-5 «Урал» на его автомобиле взорвалось два колеса. Он попытался съехать на обочину, но у него это не получилось, поскольку на данном участке дороги обочина очень узкая и имеет обрыв, он побоялся, что груженый автомобиль сможет опрокинуться. Автомобиль остановился одними колесами на обочине, и половина автомобиля находилась на проезжей части. Поскольку в автомобиле аварийный знак отсутствовал, он на расстоянии примерно 50 метров от прицепа выставил канистру белого цвета емкостью 10 литров с водой, и включил аварийную сигнализацию. Через некоторое время, он, испугавшись, что аккумулятор за ночь разрядится и утром он автомобиль не сможет завести, он выключил аварийную сигнализацию и задремал в кабине автомобиля. Примерно в 6 часов утра, уже был рассвет, он хотел выйти из автомобиля и в этот момент автомобиль «Лада Гранта» врезался в его прицеп сзади. Подойдя к машине «Лада Гранта», увидел, что водитель и один из пассажиров не подавали признаков жизни. Были вызваны сотрудники ДПС, скорая помощь. В августе 2018 года он участвовал в следственном эксперименте для определения расстояния видимости автомобиля, видимость составила 130 метров. Никаких замечаний от участвующих в эксперименте лиц не поступало. На дорожном участке, где произошло дорожно-транспортное происшествие, дорога была прямая и видимость была хорошая, погода была сухая, дорожное полотно без каких-либо повреждений. Свою вину видит в том, что в его автомобиле отсутствовал аварийный знак и были отключены габаритные огни и аварийная сигнализация. Но, несмотря на то, что у него не горели огни аварийной сигнализации, водители других автомобилей, в том числе, и грузовых, его без проблем замечали и объезжали.

Из совокупности показаний свидетеля ФИО19, данных им на следствии (т.2 л.д. 13-15, т.2 л.д. 171) и в суде следует, что он, работая в организации ритуальных услуг ООО «Память», ДД.ММ.ГГГГ совместно с напарником ФИО20 выезжал на месте ДТП. На дороге на противоположных обочинах находились два автомобиля: «Лада Гранта», с повреждениями передней части, и «КАМАЗ» с прицепом, у которого имелись повреждения на задней части прицепа. Автомобиль «КАМАЗ» располагался одной частью автомобиля на обочине, а другой частью на дорожном покрытии. На месте ДТП находились также водители, труп погибшего мужчины. При первоначальном оформлении дорожно-транспортного происшествия принимал участие в качестве понятого при проведении замеров, составлении схемы и протоколов. Тормозной путь на проезжей части отсутствовал.

Исследованные судом с согласия сторон в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ показания свидетеля ФИО20 в стадии следствия соответствуют показания свидетеля ФИО19

(т. 2 л.д. 16-18; т. 2 л.д. 172)

Согласно предоставленной в судебном заседании государственным обвинителем справке Приволжского гидрометеорологического центра, на широте Самарской области восход Солнца ДД.ММ.ГГГГ (в день дорожно-транспортного происшествия) наступил в 06 часов 29 минут, а ДД.ММ.ГГГГ (в день проведения следственного эксперимента) – в 05 часов 32 минуты.

_____________________________________________________

Оценивая перечисленные выше допустимые и относимые доказательства, исследованные в судебном заседании, суд считает их совокупность достаточной для вывода о совершении ФИО1 преступления при фактических обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 5 ст. 264 УК РФ, поскольку он, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение п.1.3, 1.5 и п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшее по неосторожности: а) причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №3; б) смерть двух лиц - ФИО9, ФИО11

Между нарушением ФИО1 п.1.3, 1.5 и п. 10.1 Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью одного из потерпевших и смерти двух других потерпевших имеется прямая причинная связь и именно несоблюдение указанных правил дорожного движения ФИО1, проявление им невнимательности, избрание им небезопасного скоростного режима, отсутствие с его стороны постоянного контроля за движением управляемого им автомобиля, непринятие своевременных мер к торможению перед обнаруженным препятствием и явилось причиной дорожно-транспортного происшествия.

Приходя к указанному выводу, суд учитывает как соответствующие и надлежаще мотивированные выводы заключения автотехнической экспертизы (см. т. 2 л.д. 49-51), так и показания самого подсудимого ФИО2 в судебном заседании, из которых следует, что он поздно заметил возникшее препятствие для движения своего автомобиля, а также не принял своевременных мер к торможению перед этим препятствием, поскольку, двигаясь со скоростью 90 км/час (25 метров/сек), он был сосредоточен исключительно на наблюдении за проезжей частью непосредственно перед своим автомобилем, а также за дорожной разметкой и знаками дорожного движения. После обнаружения препятствия он не принял мер к обязательному немедленному торможению, как это предписывается положениями п. 10.1 ПДД РФ, а затратил критически продолжительное время (несколько секунд) на обдумывание и принятие решения, следует ли ему тормозить и возможно ли вместо этого совершить объезд препятствия с нарушением требований дорожной разметки и дорожных знаков. Как следует из первичных материалов о ДТП, включая протоколы осмотра места происшествия, следов экстренного торможения автомобиля ФИО1 перед точкой наезда на препятствие обнаружено не было.

Одним из обстоятельств, способствовавших случившемуся ДТП, явилось нарушение Свидетель №4 как водителем автомобиля КАМАЗ с полуприцепом требований п.п. 7.1, 7.2 ПДД РФ, предписывающих ему в случае вынужденной остановки транспортного средства частично на обочине и частично на проезжей части дороги включать аварийную сигнализацию и выставлять знак аварийной остановки установленного образца. Данное обстоятельство установлено заключением автотехнической экспертизы (т. 2 л.д. 49-51), а также признано самим Свидетель №4 в судебном заседании.

Тем не менее, вопреки мнению стороны защиты, суд считает, что нарушения, допущенные водителем Свидетель №4, не состоят в непосредственной причинно-следственной связи со случившимся ДТП и его последствиями, а потому не являются основанием к реабилитации водителя ФИО1 и к его освобождению от уголовной ответственности. Так, исследованными в судебном заседании доказательствами, включая данные проведенного следственного эксперимента, установлено, что водитель ФИО1 при существовавших на месте и во время происшествия условиях естественной освещенности имел возможность обнаружить полуприцеп, стоявший на обочине и частично на правом крае проезжей части дороги с отключенной аварийной сигнализацией и с невыставленным знаком аварийной остановки установленного образца, с расстояния не менее 131,8 метра. При таких условиях водитель ФИО1, соблюдая взаимосвязанные требования п.п. 1.3, 1.5, 10.1 ПДД РФ, был обязан и имел личную и техническую возможность предотвратить ДТП независимо от соблюдения или несоблюдения водителем Свидетель №4 положений п.п. 7.1, 7.2 ПДД РФ.

С учетом изложенного допущенные Свидетель №4 нарушения требований п.п. 7.1, 7.2 ПДД РФ учитываются судом при разрешении уголовного дела лишь в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого ФИО1

Виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, суд считает установленной и доказанной.

Потерпевшей Потерпевший №1 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО1 морального вреда в размере 300.000 рублей.

Потерпевшей Потерпевший №2 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО1 морального вреда в размере 300.000 рублей.

В ходе судебного заседания ФИО1 гражданские иски потерпевших не признал, вместе с тем, в последнем слове высказал намерение возмещать потерпевшим материальный ущерб.

Проверив материалы дела, руководствуясь ст.ст. 150, 151, 1099, 1100 ГК РФ и учитывая характер совершенного преступления; принимая во внимание характер нравственных и физических страданий, причиненных потерпевшим в результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного по вине подсудимого, в результате которого погибли близкие потерпевшим лица: у Потерпевший №2 отец ФИО12, у Потерпевший №1 супруг ФИО11, учитывая материальное положение подсудимого ФИО1, суд считает, что размер компенсации морального вреда в заявленном потерпевшими размере соответствует требованиям разумности и справедливости, объему причиненных потерпевшим нравственных страданий и подлежит удовлетворению в размере по 300.000 рублей каждой из потерпевших.

При назначении подсудимому ФИО1 наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым неосторожного преступления средней тяжести, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, данные о его личности, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При этом судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ранее не судим, является пенсионером, впервые привлекается к уголовной ответственности; на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит; по месту жительства характеризуется положительно; несовершеннолетних детей не имеет, брак расторгнут, в результате дорожно-транспортного происшествия получил телесные повреждения в виде ушибленных ран лица, ушиб грудной клетки; <данные изъяты>

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 27-28) ФИО1 обнаруживает признаки легкого когнитивного расстройства сосудистого генеза, завершившегося выздоровлением. В момент совершения инкриминируемого деяния ФИО1 не обнаруживал признаков какого-либо иного хронического или временного расстройства психики, а равно не обнаруживал и признаков выявленного у него впоследствии легкого когнитивного расстройства, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. События, связанные с ДТП, с высокой долей вероятности могли усугубить его психо-эмоциональное состояние и способствовать декомпенсации хронической сосудистой патологии мозга, что и привело к развитию «сосудистого делирия», но не в юридически значимый период времени, а значительно позже рассматриваемого «криминального» события». В настоящее время может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в применении к нему мер медицинского характера не нуждается.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого, суд в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает попытки ФИО1 оказать необходимую помощь потерпевшим пассажирам на месте ДТП непосредственно после совершения преступления. В соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд также признает первоначальное признание подсудимым своей вины в совершении преступления и проявление признаков раскаяния в содеянном непосредственно на месте ДТП, положительную характеристику ФИО1 по месту жительства, преклонный возраст подсудимого (69 лет), состояние его здоровья, принесения извинения потерпевшим в судебном заседании. Кроме того, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, суд учитывает факт нарушения другим участником ДТП – водителем Свидетель №4 – положений п.п. 7.1, 7.2 Правил дорожного движения РФ, обязывающих его в случае вынужденной остановки, способной создать опасность для движения других транспортных средств, включать на остановленном автомобиле аварийную сигнализацию и выставлять знак аварийной остановки установленного образца.

Обстоятельств, отягчающих ответственность подсудимого, судом не установлено.

В соответствии с положениями ч. 7 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде принудительных работ не может быть назначено ФИО1 в связи с достижением им возраста 69 лет.

В связи с этим, а также с учетом фактических обстоятельств дела, данных о личности виновного и в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и исключения совершения им новых преступлений, суд приходит к выводу, что цели наказания могут быть достигнуты лишь при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы с лишением подсудимого права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. При этом размер основного наказания в виде лишения свободы определяется судом с учетом установленных смягчающих обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств – в пределах, не превышающих ограничений, установленных положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, что давало бы суду основания к применению положений ст. 64 УК РФ о назначении подсудимому более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершенное преступление. С учетом конкретных обстоятельств дела суд не усматривает оснований к применению в настоящем деле положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении подсудимого.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302, 303, 307 – 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания в виде лишения свободы назначить ФИО1 колонию-поселение.

ФИО1 подлежит самостоятельному следованию в колонию-поселение за счет государства. Обязать ФИО1 после вступления приговора в законную силу явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения предписания о сроках и порядке следования к месту отбывания наказания в колонии-поселении.

Разъяснить ФИО1, что в случае уклонения осужденного от получения предписания уголовно-исполнительной инспекции или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию, после чего суд принимает решение о заключении осужденного под стражу, а также о направлении осужденного в колонию-поселение под конвоем либо об изменении осужденному вида исправительного учреждения.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение. В соответствии с ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ время следования осужденного к месту отбывания наказания в колонии-поселении по предписанию территориального органа уголовно-исполнительной системы подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 300.000 (триста тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №2 300.000 (триста тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда.

Вещественные доказательства по уголовному делу отсутствуют.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарской областной суд через Ставропольский районный суд Самарской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы или принесения апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, иметь защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, выразив соответствующее волеизъявление письменно в своей апелляционной жалобе либо отдельном заявлении в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора суда, копии апелляционного представления (апелляционной жалобы).

Председательствующий /подпись/ М.И. Микшевич