Приговор № 1-88/2017 от 4 июня 2017 г. по делу № 1-88/2017

№ 1-88/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вельск 05 июня 2017 года

Вельский районный суд Архангельской области

в составе: председательствующего Иванова В.Ф.,

при секретаре Пивневой В.А.,

с участием государственного обвинителя помощника прокурора Вельского района Белых Ю.Ю.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Вазеркиной Л.И.,

потерпевшего, гражданского истца Ш.1,

рассмотрев открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, **, ранее не судимого, содержавшегося под стражей с 16 марта по 04 апреля 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

27 ноября 2016 года в период с 12 до 13 часов 10 минут, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, у **, в ходе ссоры с Ш.1, возникшей на почве личных неприязненных отношений из-за того, что тот ранее в суде дал свидетельские показания против ФИО1, высказал в адрес Ш.1 угрозу убийством, замахнувшись при этом находившимся у него (ФИО1) в руке ножом в направлении Ш.1, что, в сложившейся обстановке, было воспринято потерпевшим, как реальная угроза для своей жизни. Учитывая обстановку на месте преступления, агрессивный настрой ФИО1, взаимоотношения, сложившиеся между участниками происходящего, Ш.1 воспринял угрозу убийством, выраженную в словесном выражении и демонстрации ножа, как реальную и у него имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Пресекая действия ФИО1, он схватил рукой клинок ножа и выхватил нож из руки подсудимого.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении преступления не признал. Пояснил, что преступления в отношении Ш.1 не совершал. При нём действительно имелся нож, который он взял в своей квартире в целях самообороны, так как ранее потерпевший избил его. Ударов ножом нанести никому не пытался и убийством не угрожал, умысла на убийство Ш.1 у него не было. Рассказал, что 27 ноября 2017 года в период с 12 часов 30 минут до 14 часов 00 минут шёл к себе домой в квартиру **. У подъезда увидел Ш.1 и Ш.2. Когда подошёл к входной двери подъезда Ш.1 окликнул его, начал предъявлять претензии по поводу своего автомобиля, который у Ш.1 сгорел. Необоснованно считал, что это он поджог автомобиль. Стал угрожать ему, говорил, что уничтожит, после чего нанёс удары руками по лицу и голове. Он смог вырваться и убежать в подъезд. Поднявшись на третий этаж, кто-то сзади стал бить его головой об стену, в результате чего он потерял сознание. Очнувшись, он зашел в квартиру и позвонил в полицию, сообщив, что Ш.1 угрожал ему убийством. С целью самозащиты, он взял на кухне кухонный нож с деревянной ручкой коричневого цвета. Спрятав нож в правом рукаве, вышел во двор. Ш.1 и Ш.2 стояли возле своего автомобиля. Он предложил Ш.1 поговорить, после чего они сели на скамейку. В ходе разговора, Ш.2. сказала Ш.1., что у него в рукаве, что-то есть. Ш.1 взял его за руки и вытащил нож из рукава. Сопротивления Ш.1 не оказывал. Взяв нож в руку, Ш.1 отскочил от него и направил нож в его сторону. Испугавшись действий Ш.1, забежал в подъезд. Неоднократно звонил по телефону, сообщал о случившемся в полицию.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины его вина подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, потерпевший Ш.1. в судебном заседании показал, что 27 ноября 2016 года в период с 12 часов 40 минут до 13 часов заехал во двор **. У подъезда дома стоял ФИО1 Поставив автомобиль в гараж, расположенный за углом дома, пошёл к подъезду. Подошедшая в это время супруга – Ш.2., предупредила, что в правой руке ФИО1 что-то держит. Сев на скамейку, стал разговаривать с Бишко. В ходе разговора ФИО1 резко встал, вытащил из кармана правую руку, в которой он увидел нож. Бишко направил нож острием клинка в его сторону, и высказал угрозу убийством, после чего пытался нанести ему удар в область живота, при этом расстояние между нами было около 50 см. Но он перехватил удар. Схватил левой рукой, которая была в перчатке, за лезвие ножа и вырвал его из руки Бишко, а правым плечом ударил его. После этого Бишко упал за скамейку, потом поднялся и убежал в подъезд дома. Считает, что ФИО1 хотел его убить из-за личной неприязни, так как ранее, он давал показания в суде против ФИО1 Во время совершения в отношении него преступления испытывал нравственные страдания, высказанную Бишко угрозу убийством воспринял реально, переживал за свою жизнь и жизнь членов своей семьи. Бишко в пьяном виде неуправляем, устраивает скандалы с соседями. Подозревает, что именно Бишко поджог его автомобиль. В связи с нападением на него просит взыскать с Бишко моральный вред, который оценивает в 100000 рублей.

Согласно протоколу проверки показаний, потерпевший Ш.1. на месте преступления – у дома ** рассказал о совершенном в отношении него преступлении, пояснив, что 27 ноября 2016 года в период с 12 часов 40 минут до 13 часов у подъезда № * вышеуказанного дома в ходе разговора ФИО1 резко встал со скамейки, вытащил правую руку из кармана, в которой он увидел нож, направил острие ножа в его сторону и высказал угрозу убийством, после чего пытался нанести ему удар в область живота, но он перехватил его левой рукой в перчатке, вырвав нож его из рук. После этого Бишко убежал в подъезд (том 1 л.д. 40-47).

В ходе проведения 13 февраля 2017 года следственного эксперимента потерпевший Ш.1. показал, как ФИО1, находясь на расстоянии около 50 сантиметров от него, стал поднимать руку, с находящимся в ней ножом. Когда рука Бишко преодолела расстояние около 15 сантиметров, он схватил левой рукой в перчатке за лезвие ножа и вырвал его из рук ФИО1 Предположил, что если бы удар был нанесён, то пришёлся бы ему в область живота слева. Участвующий в следственном действии, специалист показал, что в случае нанесения удара ножом в область живота, потерпевшему могли быть причинены телесные повреждения характера раны, проникающей в брюшную полость, которая может сама по себе привести к смерти человека, является опасной для жизни и расценивается как тяжкий вред здоровью (том 1 л.д. 48-54).

Данные потерпевшим Ш.1. показания относительно обстоятельств произошедшего, подтверждены им и при очной ставке с подозреваемым ФИО1 Так, потерпевший Ш.1. показал, что 27 ноября 2016 года, около 13 часов у подъезда ** в ходе разговора ФИО1 сказал, что убьет его и попытался нанести ему удар лезвием ножа в область живота с левой стороны. Он левой рукой, находившейся в перчатке, схватился за лезвие ножа и вырвал его из руки Бишко. После этого плечом правой руки толкнул ФИО1 от себя (том 1 л.д.113-114).

Свидетель Ш.2., являющаяся супругой потерпевшего, в судебном заседании показала, что 27 ноября 2016 года около 13 часов возвращалась домой. Во дворе дома ** увидела мужа – Ш.1., а у подъезда № 1 – находившегося в состоянии алкогольного опьянения ФИО1, с которым у мужа ранее неоднократно возникали конфликты. Обратила внимание на то, что Бишко что-то прячет в правом рукаве и сообщила об этом мужу. По предложению Бишко он и муж сели на скамейку и стали разговаривать. Затем ФИО1 резко встал со скамейки, достал руку из правого кармана, в которой она увидела нож. Направил его остриём в сторону мужа, высказав угрозу убийством. Муж левой рукой, схватил нож. Между ними началась борьба. Видела, как Бишко упал на землю, а в руке мужа был нож с погнутым лезвием. Пояснила так же, что Бишко в состоянии алкогольного опьянения часто устраивает скандалы и ссоры с соседями, ругается на членов своей семьи.

Свидетель К.1. на предварительном следствии показал, что 27 ноября 2016 года он и супруга находились дома по адресу: **. В период с 12 часов 30 минут до 13 часов в окно кухни квартиры наблюдал за конфликтом, происходившем во дворе между соседями Ш.1. и ФИО1 В ходе конфликта Бишко что-то крикнул Ш.1. В правой руке Бишко он увидел погнутый кухонный нож с деревянной рукояткой коричневого цвета. В этот момент он отвернулся от окна. Когда повернулся обратно, увидел, что Ш.1, схватившись за нож, вырвал его из рук Бишко. После этого Бишко ушёл в подъезд, а супруга вызвала сотрудников полиции. Пояснил, что действия Бишко были непредсказуемые, решительные и агрессивные. Он намного физически здоровее и больше Ш.1 (том 1 л.д. 61-62, 64-66).

Свидетель К.2. в судебном заседании показала, что 27 ноября 2016 года около 13 часов совместно с мужем К.1 из окна кухни квартиры наблюдали за конфликтом, происходившим во дворе их дома между соседями Ш.1. и находившимся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 В ходе конфликта слышала, как Бишко крикнул Ш.1, что убьет его. В это время в правой руке Бишко она увидела кухонный нож, который был направлен острием лезвия в сторону Ш.1. Ш.1 левой рукой схватился за лезвие ножа и выхватил его из руки Бишко. Ш.1 испугался агрессивно настроенного Бишко, так как Бишко намного физически здоровее и больше Ш.1. По просьбе Ш.2. вызвала полицию. Пытался ли Бишко нанести ножом удар Ш.1, не видела.

Свидетель Я. на предварительном следствии показала, что 27 ноября 2016 года около 13 часов во время прогулки видела, что у подъезда дома на скамейке сидели и разговаривали Ш.1. и ФИО1 В какой-то момент ФИО1 резко встал со скамьи. В его правой руке она увидела нож, который острием лезвия он направил в сторону Ш.1., высказав угрозу убийством, после чего сделал выпад рукой с ножом в направлении Ш.1, однако последний вырвал нож у Бишко из рук. После этого Бишко упал на землю (том 1 л.д. 73-75).

Свидетель П. на следствии показал, что 27 ноября 2016 года около 13 часов у подъезда *(* очищал машину от снега. Видел, что у первого подъезда дома, примерно в 30 метрах от него, стоят Ш.1. и находящийся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и о чём-то разговаривают. Рядом с ними была Ш.2. Потом между Бишко и Ш.1 происходила борьба. Когда подошёл к ним в руке Ш.1 увидел кухонный нож с деревянной рукояткой, с погнутым острием лезвия. Ш.1 пояснил ему, что Бишко набросился на него с данным ножом, но он его отобрал. ФИО1 был агрессивно настроен к Ш.1. и размахивал в ходе разговора руками (том 1 л.д. 76-78).

В ходе проведения 27 ноября 2016 года осмотра места происшествия зафиксирована обстановка у подъезда ***, изъяты нож и перчатка (том 1 л.д. 19-21, 22-23).

Изъятые в ходе осмотра места происшествия – предметы осмотрены, признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т. 1 л.д. 164-165, 166, 167-173, 174).

Согласно заключению эксперта № ** от ЧЧ.ММ.ГГ на перчатке, изъятой в ходе осмотра места происшествия, имеется три не сквозных резаных повреждения, которые могли быть образованы твердым предметом, располагающим заостренной частью. Каких-либо индивидуальных особенностей в виду слабого отображения свойств следообразующего объекта, в повреждениях не обнаружено (том 1 л.д. 144-146).

Заключением эксперта № * от ЧЧ.ММ.ГГ установлено, что повреждения на перчатке, изъятой в ходе осмотра места происшествия могли быть образованы ножом, изъятым 27 ноября 2016 года (том 1 л.д. 156-159).

Дав анализ и оценку исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности, суд находит вину подсудимого в совершении угрозы убийством доказанной полностью.

Исследованные в суде доказательства, а именно показания потерпевшего Ш.1 и свидетелей Ш.2, К., Я., П. свидетельствуют о том, что подсудимым Бишко в адрес потерпевшего Ш.1 однократно была высказана угроза убийством, Бишко из кармана достал нож и направил его в сторону потерпевшего. При этом потерпевший Ш.1. в сложившейся ситуации реально опасался осуществления угрозы, подкрепленной демонстрацией ножа, поэтому принял меры к его отобранию.

Не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей оснований не имеется. Присутствовавшие на месте преступления свидетели супруги К.1 и К.2. и И.Ф., Я., П. не заинтересованы в исходе дела, они предупреждались об уголовной ответственности за дачу ложных показаний и расписалась об этом. Их показания согласуются с показаниями потерпевшего Ш.1. и его супруги Ш.2., так же допрошенной в качестве свидетеля, с письменными доказательствами. Не оспаривает факт имевшего место конфликта и подсудимый.

В соответствии с требованиями закона покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления смерти потерпевшего и желал её наступления, но смертельный исход не наступил по независящим от него обстоятельствам. Такового по настоящему делу не установлено.

При наличии умысла на убийство потерпевшего Ш.1, у подсудимого была реальная возможность довести его до конца, поскольку как указывают свидетели и потерпевший, ФИО1 физически значительно больше и сильнее Ш., но он не сделал этого. Об отсутствии умысла на умышленное причинение смерти Ш. свидетельствует и последующее его поведение. Бишко не продолжил свои действия после того, как Ш. отобрал у него нож, не преследовал его каким-либо иным способом.

В ходе следственного эксперимента, участвовавший в нем судебно-медицинский эксперт К. заявил, что в случае нанесения удара ножом потерпевшему могли быть причинены телесные повреждения: от незначительного повреждения – поверхностной раны, так и более значительного повреждения – глубокой раны. То есть заявление эксперта носит предположительный характер. Сам подсудимый, подтверждая наличие у него ножа, категорически отрицает намерение убить Ш.1, либо применить в отношении него нож.

Таким образом утверждать, что в данной ситуации, что ФИО1 покушался на жизнь Ш.1, оснований не имеется.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ, как угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

ФИО1, будучи вооруженным ножом, высказал в адрес Ш.1. угрозу убийством. С учетом сложившейся обстановки, агрессивного поведения Бишко и его значительного физического превосходства, демонстрации ножа в качестве оружия, потерпевший данную угрозу воспринимал реально.

Суд считает, что мотивом совершения преступления послужили личные неприязненные отношения, возникшие у ФИО1 к Ш.1. в ходе общения с последним.

При этом в ходе судебного следствия не установлено, что поведение потерпевшего было противоправным, аморальным и провоцирующим на преступление.

В судебном заседании проверено и психическое состояние подсудимого.

Так, согласно заключению комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы № **от ЧЧ.ММ.ГГ ФИО1 не страдает психическим расстройством и не страдал им во время совершения деяний, в которых его обвиняют. При совершении правонарушений в которых обвиняется ФИО1, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения, у него отсутствовали признаки помрачнения сознания, болезненных болевых расстройств, бреда, галлюцинаций и иной психотической симптоматики, действия его были последовательны и целенаправленны. ФИО1 при совершении инкриминируемых ему деяний мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию, ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в следственных действиях (том 2 л.д. 75-78).

Поэтому ФИО1 в отношении совершённых им действий, следует признать вменяемым.

При определении меры наказания с учётом характера и степени общественной опасности содеянного суд принимает во внимание все обстоятельства дела и личность подсудимого.

Так, ФИО1 разведён, вместе с тем продолжает проживать с семьёй, имеет на иждивении троих детей, двое из которых являются малолетними.

По месту регистрации и жительства в целом характеризуется посредственно. Проявляя активную гражданскую позицию по обустройству территории посёлка, оказанию помощи малообеспеченным семьям, злоупотребляет спиртными напитками, в связи с чем неоднократно привлекался к административной ответственности по ст. 20.21, ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ.

С места работы характеризуется отрицательно.

На учёте у врача психиатра и нарколога не состоит.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 суд в соответствии с п. «г» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ признаёт наличие на иждивении детей, двое из которых являются малолетними. Из исследованных в судебном заседании доказательств следует, что хотя ФИО1 и не усыновлял несовершеннолетнего сына супруги, но тот находится на его иждивении. Он выполняет обязанности родителя по воспитанию и материальному содержанию Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Обстоятельством, отягчающим его наказание, суд, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ УК РФ, признаёт совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, что следует из существа предъявленного обвинения, подтверждается показаниями потерпевшего Ш.1, свидетелей Ш.2, К.2 и П., заключением судебно-психиатрической экспертизы. Не отрицается факт употребления спиртного и самим ФИО1 Нахождение подсудимого в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, сняло внутренний контроль за его поведением и привело к совершению данного преступления.

При назначении наказания и определении его размера, суд учитывает наличие смягчающего и отягчающего обстоятельства, характеризующие подсудимого данные, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

С учётом всех вышеизложенных обстоятельств, принимая во внимание, что ФИО1 совершил умышленное преступление, относящееся к категории небольшой тяжести, суд приходит к выводу о том, что его исправление и достижение целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, возможны при назначении наказания в виде обязательных работ.

Учитывая фактические обстоятельства совершённого преступления, а также степень его общественной опасности, суд не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания подлежит зачету время содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства в период с 16 марта по 04 апреля 2017 года из расчёта один день содержания под стражей за восемь часов обязательных работ.

Согласно ст. ст. 81, 82 УПК РФ признанные по делу в качестве вещественных доказательств, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 27 ноября 2016 года, нож и перчатку - надлежит уничтожить (том 1 л.д. 166, 174).

Потерпевший Ш.1 просит взыскать с подсудимого 100000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

В соответствии с частью 1 статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает положения ст.ст. 1099-1101 ГК РФ, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

С учётом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в результате преступления, совершенного ФИО1, потерпевшему Ш.1. был причинён моральный вред, выразившийся в причинении нравственных страданий, страхе за свою жизнь.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает степень нравственных переживаний гражданского истца в связи с совершённым в отношении него преступлением, материальное и семейное положение подсудимого, требования разумности и справедливости, конкретные обстоятельства дела и приходит к выводу, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, со взысканием с ФИО1 в пользу Ш.1. 20000 рублей.

На основании ст.ст. 131 и 132 УПК РФ суд взыскивает с подсудимого в доходную часть бюджета процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных за работу на предварительном следствии по назначению адвокатам Лосеву В.В. в сумме 12155 рублей и ФИО2 в сумме 1870 рублей, в суде адвокату Вазеркиной Л.И. в сумме 2805 рублей. Подсудимый ходатайствовал о предоставлении ему адвоката на время предварительного следствия и в суде. Оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ для полного или частичного освобождения подсудимого от уплаты процессуальных издержек суд не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, и назначить ему наказание в виде обязательных работ сроком на 400 часов.

Меру пресечения ФИО1 на период апелляционного обжалования избрать в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачесть время содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства - период с 16 марта по 04 апреля 2017 года из расчета один день содержания под стражей за восемь часов обязательных работ.

Вещественные доказательства по уголовному делу: нож и перчатку - уничтожить.

Гражданский иск потерпевшего Ш.1 удовлетворить частично.

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ взыскать с ФИО1 в пользу Ш.1 компенсацию морального вреда, причинённого преступлением, в размере 20000 (двадцати тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных адвокатам за работу на предварительном следствии и в суде по назначению, в размере 16830 (шестнадцати тысяч восьмисот тридцати) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде в течение 10 суток со дня провозглашения путём подачи жалобы в Вельский районный суд.

Председательствующий В.Ф. Иванов

Справка.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда от 03 августа 2017 года приговор Вельского районного суда Архангельской области от 5 июня 2017 года оставлен без изменения, апелляционная жалоба осуждённого ФИО1, апелляционное представление государственного обвинителя Белых Ю.Ю. - без удовлетворения.