Решение № 2-580/2023 2-580/2023~М-350/2023 М-350/2023 от 6 июня 2023 г. по делу № 2-580/2023

Дело №2-580/23


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 июня 2023 года п.Лотошино Московской области

Волоколамский городской суд (постоянное судебное присутствие в п.Лотошино) Московской области в составе

председательствующего судьи Перминовой Е.А.,

при секретаре Макаровой Ю.Ю.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьих лиц ФИО11, ФИО12,

прокурора Салмова Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО20 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета,

и встречному иску ФИО20 к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась с иском к ответчику ФИО20 о признании утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес> снятии с регистрационного учета.

В обоснование указала, что является ответственным квартиросъемщиком указанной квартиры. В квартире также зарегистрированы: сын истца ФИО21, внуки истца ФИО20 (ответчик) и несовершеннолетняя ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь истца ФИО12, внуки истца ФИО22, ФИО23 С 2014 года сын истца ФИО21 находится на принудительном лечении в МОПБ-2 им.Яковенко. С того же времени его жена ФИО11 вместе с детьми ФИО20 (ответчиком) и ФИО4 переехала жить по адресу: <адрес>. 14.05.2019 года брак между ФИО21 и ФИО11 расторгнут. С 2014 года ФИО20 (ответчик) и ФИО4, до достижения совершеннолетия – в лице их матери ФИО11 – не несут расходов по оплате жилья и коммунальных услуг, уклоняются от этих обязанностей. Они добровольно выехали из квартиры, забрали все свои вещи, до настоящего времени в квартиру не приезжали. Считает, что ответчик, который вместе в матерью добровольно выехал из квартиры, отказался от пользования квартирой, не несет бремя содержания квартиры и не выполняет обязанности, вытекающие из договора социального найма жилого помещения, поэтому утратил право пользования квартирой и подлежит снятию с регистрационного учета.

Просит суд: - признать ФИО20 утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес> снять его с регистрационного учета.

Ответчик ФИО20 обратился со встречным исковым заявлением к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> (л.д.71-75).

В обоснование указал, что с рождения (ФИО20 родился ДД.ММ.ГГГГ) зарегистрирован по месту жительства по указанному адресу, который является местом жительства его отца ФИО21, был вселен в квартиру в качестве семьи нанимателя (бабушки ФИО1). Также в квартире зарегистрированы его бабушка ФИО1, отец ФИО21, сестра отца ФИО12, дети сестры отца ФИО23 и ФИО22, а также его сестра ФИО4 До 2014 года он с родителями ФИО21 и ФИО11, с сестрой ФИО4 и братом ФИО9 проживали в спорной квартире. Остальные зарегистрированные там лица в квартире не проживали и не проживают до настоящего времени. Бабушка ФИО1 проживает отдельно по адресу: <адрес>. В 2014 году отца ФИО21 поместили на принудительное лечение в психиатрическую больницу. Сразу после этого приехала бабушка ФИО1 и ее дочь ФИО12, и принудительно, с вызовом полиции, выгнали из квартиры его мать ФИО11 и их (троих несовершеннолетних детей). В то время ему (ФИО20) было 10 лет. Бабушка ФИО1 выкинула из квартиры их вещи, запретила им появляться в квартире, сменила замки на входной двери. Сказала, что они не могут там проживать, пока не вернется с лечения их отец. С 2014 года ФИО1 сдает спорную квартиру внаем, единолично получает доходы, которые тратит на оплату услуг ЖКХ и личные нужды. С 2014 года его мать ФИО11, он с сестрой и братом проживают по месту регистрации матери по адресу: <адрес>, в квартире бабушки ФИО10 В этой квартире зарегистрировано 4 человека, но оплату за ЖКХ начисляют за 6 человек, с учетом его и сестры. С 2014 года бабушка ФИО1 отношений с ними не поддерживает, помощи не оказывает, участия в его воспитании и развитии не принимает. До 2020 года она раз в год (на Новый год) приходила и приносила им продукты, с 2020 года не приходит. В настоящее время он стал совершеннолетним, но не имеет возможности вселиться и проживать в спорной квартире, поскольку этому препятствует бабушка ФИО1, которая с 2014 года сменила замки от входной двери квартиры, сдает квартиру внаем чужим людям. Подав иск о признании его утратившим право пользования квартирой и снятии с регистрационного учета, она фактически лишает его права на проживание и участие в приватизации спорной квартиры, что является злоупотреблением правом. Ссылаясь на ч.1 ст.40 Конституции РФ, ч.4 ст.3, ст.71, ч.3 ст.83 ЖК РФ, п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении ЖК РФ», указал, что на момент выезда из спорной квартиры в силу несовершеннолетнего возраста он (ФИО20) не мог самостоятельно реализовать свои права по договору социального найма. Ввиду неприязненных отношений между бабушкой ФИО1 и его мамой ФИО11, по требованию бабушки об освобождении квартиры, ему пришлось выехать с матерью из спорной квартиры и проживать с семьей, поскольку фактически он был лишен возможности проживать по месту своей регистрации, что связано с отсутствием ключей от квартиры, отказа бабушки передать ключи от квартиры и вселить в нее внука, поскольку бабушка сдавала квартиру иным лицам для получения дохода. Он (ФИО20) приобрел право пользования спорной квартирой в связи с вселением в качестве члена семьи нанимателя, не отказывался от своих прав и обязанностей по договору социального найма, у него сохранилось намерение пользоваться квартирой по назначению, как единственным жильем, при отсутствии иного жилья. Его выезд носил временный и вынужденный характер в связи с конфликтными отношениями между сторонами.

Просит суд: - вселить его (ФИО20) в квартиру по адресу: <адрес>;

- обязать ФИО1 не чинить препятствий ему (ФИО20) в пользовании указанной квартирой путем передачи ключей от входной двери квартиры и предоставления возможности проживания в ней.

Истец ФИО1 первоначальный иск поддержала по изложенным в нем доводам. Против встречного иска возражает. Показала, что указанная квартира в 1980 году по ордеру была выдана их семье: ее мужу ФИО5, ей и ее матери ФИО6 (муж и мать в настоящее время умерли). В качестве членов семьи нанимателя в квартире проживали их дети ФИО21, и ФИО7 После вступления ФИО21 в брак с ФИО8 та вселилась в их квартиру, но не была зарегистрирована. У ФИО11 есть свое жилье в <адрес>. Родившиеся у них дети ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (внуки истца) также были вселены и зарегистрированы в квартире истца. Их третий ребенок ФИО9 в квартире истца не был зарегистрирован. 11.07.2014 года постановлением суда сына ФИО21 поместили на принудительное лечение, срок которого неоднократно продлевался, в настоящее время продлен до мая т.г. Сноха ФИО11 с детьми оставались в квартире, она туда не ходила и там не проживала. В один из выходных дней знакомая ее дочери ФИО26 позвонила и сказала, что ФИО11 перевозит из квартиры вещи. Она с дочерью ФИО27 пошли в квартиру, на улице увидели машину Газель. Они стучали в дверь, но ФИО11 им не открыла. В квартире также была мать ФИО11 – ФИО10 Она (ФИО1) вызвала полицию, поскольку думала, что из ее квартиры вывозят вещи, а ФИО11 не открыла дверь. Когда ФИО11 открыла дверь, вещи в квартире были собраны: детская кровать с вещами. Часть вещей ФИО11 уже вывезла на легковом автомобиле. Она не отдала ФИО11 диван, чтобы у ФИО21, когда его выпустят, было спальное место. ФИО11 вывезла детскую кроватку, личные вещи и вещи детей. ФИО11 с детьми ФИО20 (ответчиком), ФИО4 и ФИО9 переехала к своей матери ФИО24 в <адрес>. В то время ответчику ФИО20 было 10 лет, он уехал с матерью. В то время ФИО11 работала в Истринском районе, дети жили с бабушкой (со стороны матери), ходили в школу, расположенную в микрорайоне, где проживает истец, но отношений с внуками она не поддерживала. Сноха, уезжая, не отдала ключи от входной двери квартиры истца, и она поменяла один замок, чтобы посторонние люди не ходили в квартиру. Ключи ФИО11 не отдала, та их не просила. Считает, что ФИО11 с детьми добровольно выехали из квартиры, она их не выгоняла. Ответчик ФИО20 не пытался навестить истца или вселиться к ней, не возмещал расходы на коммунальные услуги, его личных вещей в квартире не имеется, вселиться в квартиру он не пытался. Она оплачивает все коммунальные услуги, а потом оплата за ЖКХ стала идти за них в <адрес>. В 2015 году она установили в квартире счетчики на воду. У ответчика она не просила возмещать эти расходы. Дочь истца ФИО7 вместе со своими детьми ФИО22 и несовершеннолетней ФИО23 зарегистрированы по месту жительства в квартире истца, но не проживают там и зарегистрированы по месту пребывания в квартире зятя истца. С 01.07.2015 года она без согласия администрации сдавала квартиру внаем, и проживала в квартире дочери в <адрес>. В настоящее время квартиру внаем не сдает, проживает там одна. Она является ветераном труда и пользуется льготами по оплате за свет и газ, льготы распространяются только на нее. Сыну истца оформлена инвалидность 2 группы. Пенсию сына зачисляют лечебному учреждению, где тот находится. У нее есть еще внучка – старшая дочь сына ФИО24, она хочет проживать в этой квартире.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 первоначальный иск поддержал. Встречный иск не признал. Просит применить последствия пропуска срока исковой давности для подачи встречного иска. Ссылаясь на ст.ст.20,26 ГК РФ, указал, что с 14-летнего возраста ребенок является частично правоспособным, поэтому срок исковой давности исчисляется в момента наступления 14-летнего возраста ФИО20, то есть с августа 2018 года. Показал, что в 2014 году, когда ФИО21 (сына истца ФИО1) поместили на принудительное лечение, ее сноха ФИО11 с детьми сразу перешла жить к своим родителям в <адрес>. В то время ответчику ФИО20 было 9 лет. Мать несовершеннолетних детей должна оплачивать жилищно-коммунальные услуги по квартире, где зарегистрированы ее дети, но с 2014 года до настоящего времени ФИО11 коммунальные услуги не оплачивала, это делала ФИО1 В 2022 году ФИО20 стал совершеннолетним, но не пытался вселиться в квартиру и оплачивать ее. Личных вещей ФИО20 в квартире нет. Считает, что ФИО20 выехал из квартиры с матерью добровольно. Просит учесть, что встречный иск подан только после обращения ФИО1 в суд.

Ответчик ФИО20 извещен о месте и времени судебного заседания, в суд не явился.

В предыдущем судебном заседании ответчик ФИО20 первоначальный иск не признал. Встречный иск поддержал. Возражает против применения последствий пропуска срока исковой давности. Показал, что был зарегистрирован и проживал по адресу: <адрес>, вместе с мамой, сестрой. Отец с ними уже не проживал. В один из дней пришла бабушка ФИО1, стала сильно стучать в дверь. Что было дальше – не помнит. Они переехали к маминой бабушке (ФИО10) в <адрес>. Сами они не хотели выезжать из квартиры.

Представитель ответчика ФИО20 - ФИО3 первоначальный иск не признал. Встречный иск поддержал. Считает, что о нарушении прав ФИО20 узнал в момент наступления совершеннолетия – 05.08.2022 года, поскольку в 2014 году не мог исполнять свои права в полном объеме, поэтому срок исковой давности не пропущен.

В своих объяснениях и в письменных возражениях представитель ответчика ФИО3 указал, что ФИО20 с рождения (ДД.ММ.ГГГГ) зарегистрирован по месту жительства по указанному адресу, который является местом жительства его отца ФИО21, был вселен в квартиру в качестве семьи нанимателя (бабушки ФИО1). Также в квартире зарегистрированы его бабушка ФИО1, отец ФИО21, сестра отца ФИО12, дети сестры отца ФИО23 и ФИО22, а также его сестра ФИО4 До 2014 года он с родителями ФИО21 и ФИО11, с сестрой ФИО4 и братом ФИО9 проживали в спорной квартире. Остальные зарегистрированные там лица в квартире не проживали и не проживают до настоящего времени. Бабушка ФИО1 проживает отдельно по адресу: <адрес>. В 2014 году отца ФИО21 поместили на принудительное лечение в психиатрическую больницу. Сразу после этого приехала бабушка ФИО1 и ее дочь ФИО12, и принудительно, с вызовом полиции, выгнали из квартиры его мать ФИО11 и их (троих несовершеннолетних детей), В то время ФИО20 было 10 лет. Бабушка ФИО1 выкинула из квартиры их вещи, запретила им появляться в квартире, сменила замки на входной двери. Сказала, что они не могут там проживать, пока не вернется с лечения их отец. С 2014 года ФИО1 сдает спорную квартиру внаем, единолично получает доходы, которые тратит на оплату услуг ЖКХ и личные нужды. С 2014 года его мать ФИО11, он с сестрой и братом проживают по месту регистрации матери по адресу: <адрес>, в квартире бабушки ФИО10 В этой квартире зарегистрировано 4 человека, но оплату за ЖКХ начисляют за 6 человек, с учетом его и сестры. С 2015 года по заявлению ФИО1 ЖКХ не начисляло оплату за водоотведение. По адресу спорной квартиры ФИО1 оформила и получает субсидию по оплате жилья и коммунальных услуг на себя и на сына ФИО21 в размере около 4000 рублей ежемесячно. Также она, как ветеран труда, получает ежемесячно компенсационные выплаты за свет, воду, отопление, газ, мусор на себя в размере около 2000 рублей. С 2014 года бабушка ФИО1 отношений с ними не поддерживает, помощи не оказывает, участия в воспитании и развитии ФИО20 не принимает. До 2020 года она раз в год (на Новый год) приходила и приносила им продукты, с 2020 года не приходит. В настоящее время ФИО20 стал совершеннолетним, но не имеет возможности вселиться и проживать в спорной квартире, поскольку этому препятствует бабушка ФИО1, которая с 2014 года сменила замки от входной двери квартиры, сдает квартиру внаем чужим людям. Подав иск о признании его утратившим право пользования квартирой и снятии с регистрационного учета, она фактически лишает его права на проживание и участие в приватизации спорной квартиры, что является злоупотреблением правом. Ссылаясь на ч.1 ст.40 Конституции РФ, ч.4 ст.3, ст.71, ч.3 ст.83 ЖК РФ, п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении ЖК РФ», указал, что на момент выезда из спорной квартиры в силу несовершеннолетнего возраста ФИО20 не мог самостоятельно реализовать свои права по договору социального найма. Ввиду неприязненных отношений между бабушкой ФИО1 и его мамой ФИО11, по требованию бабушки об освобождении квартиры, ему пришлось выехать с матерью из спорной квартиры и проживать с семьей, поскольку фактически он был лишен возможности проживать по месту своей регистрации, что связано с отсутствием ключей от квартиры, отказа бабушки передать ключи от квартиры и вселить в нее внука, поскольку бабушка сдавала квартиру иным лицам для получения дохода. ФИО20 приобрел право пользования спорной квартирой в связи с вселением в качестве члена семьи нанимателя, не отказывался от своих прав и обязанностей по договору социального найма, у него сохранилось намерение пользоваться квартирой по назначению, как единственным жильем, при отсутствии иного жилья. Его выезд носил временный и вынужденный характер в связи с конфликтными отношениями между сторонами. Просит иск ФИО1 оставить без удовлетворения (л.д.107-111).

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены КУИ администрации г.о.Лотошино Московской области, ФИО12 (за себя и за несовершеннолетнюю ФИО23), ФИО22, ФИО11 (за несовершеннолетнюю ФИО4), ФИО21 (а также в его интересах окружное управление социального развития).

Третье лицо КУИ администрации г.о.Лотошино Московской области извещено о месте и времени судебного заседания, представитель в суд не явился, в письменном отзыве просят рассмотреть дело в их отсутствие, рассмотрение иска передают на усмотрение суда (л.д.105).

Третье лицо ФИО12 (действующая за себя и за несовершеннолетнюю ФИО23) показала, что зарегистрирована в квартире матери (истца ФИО1), фактически там не проживает. В 2006 году она купила квартиру в <адрес>, и ФИО1 стала проживать там, а в ее квартире проживал брат ФИО28 и его семья. В один из дней знакомая сообщила, что жена брата (ФИО11) вывозит вещи. Они с матерью (ФИО1) пришли, но ФИО11 не пустила их в квартиру. ФИО1 вызвала полицию, они ждали приезда полиции у подъезда около 2 часов. В присутствии уехал автомобиль Газель. В квартиру их впустили, когда приехал участковый. Она не жила в квартире 6 лет, не знает, что там находилось. Когда зашли в квартиру, там не было вещей, которые были при ней. Там находилась детская кровать с вещами. При них ФИО11 вывезла эту кроватку, а до их прихода вывезла их подушки и одеяла. Они не дали ей вывезти диван и пылесос. ФИО11 не вернула им ключи от входной двери, поэтому после ее отъезда они сменили замки, чтобы не было посторонних людей – ФИО11 с детьми. После этого квартира стояла пустая, затем туда вселили ФИО25. Считает, что ФИО11 выехала из квартиры по своей прихоти, а ФИО20 не может пользоваться квартирой. Не согласна, чтобы он пользовался квартирой, пусть живет с матерью.

Третье лицо ФИО11 (действующая за несовершеннолетнюю ФИО4) показала, что в 2014 году в спорной квартире проживали она, ее муж ФИО21, трое их детей. К этому моменту они постоянно жили в квартире 10 лет, и она не собиралась добровольно выезжать оттуда. В один из дней 2014 года в квартиру прибежала ФИО1 с дочерью (ФИО27), стала кричать и выгонять ее из квартиры. ФИО1 сильно стучала в дверь, когда она открыла дверь, та ворвалась в квартиру, сказала, что она «здесь никто», хотя дети в квартире были зарегистрированы. ФИО1 и ФИО27 выбрасывали в подъезд ее вещи, детские игрушки. Она испугалась, вызвала полицию. Выслушав их скандал, она решила собрать вещи и уехать из квартиры. Вызвали машину, погрузили вещи – детскую кроватку, постельное белье, личные вещи и вещи детей, и уехали к ее родителям, в двухкомнатную квартиру в <адрес>, где живут до настоящего времени. Ее мужа ФИО21 положили в психиатрическую больницу, она осталась с тремя детьми, искала работу. Времени, чтобы заниматься поисками жилья, у нее не было. В 2018 году она попыталась урегулировать конфликт мирным путем, но ФИО1 отказалась. Она пыталась поговорить с ней, чтобы вселиться в квартиру, что ФИО20 хочет жить отдельно, но та отказалась. Она знала от знакомых, что ФИО1 сдает квартиру внаем. Возражает против применения последствий пропуска срока исковой давности.

Третье лицо ФИО22 извещен о месте и времени судебного заседания, в суд не явился.

Третье лицо ФИО21 извещен о месте и времени судебного заседания, в суд не явился, по мнению администрации психиатрического стационара ГБУЗ МО «МОПБ им.В.И.Яковенко», в котором он проходит принудительное лечение, участие ФИО21 в судебном заседании невозможно ввиду его повышенной опасности для общества (л.д.52).

В интересах ФИО21 к участию в деле привлечено Окружное управление социального развития №18 Министерства социального развития Московской области, представитель которого в суд не явился, просит рассмотреть дело без их участия, согласны на решение по усмотрению суда (л.д.58).

Неявка участников, извещенных о месте и времени судебного заседания, не сообщивших об уважительных причинах, не препятствует рассмотрению дела (ст.167 ч.3 ГПК РФ).

Свидетель ФИО14 показал, что находился в дружеских отношениях с ФИО27 Ему известно, что по адресу: <адрес> проживала ФИО28 с мужем. Когда ФИО21 забрали в психиатрическую больницу, проезжая мимо этого дома, увидел ФИО27 и ее мужа. Они поговорили, он вместе с ними поднялся в квартиру. Там был беспорядок, будто из квартиры кто-то выехал. По просьбе мужа ФИО27 он купил и заменил личину замка для входной двери, поскольку у них не было ключа.

Свидетель ФИО15 показала, что проживает с ФИО1 в одном подъезде. Ей известно, что у ФИО1 был конфликт с сыном, тот запретил ей приходить в квартиру, и с 2010 года она там не проживала. ФИО1 переехала в другую квартиру (в д.10), а в ее квартире проживал сын с женой и детьми. Жили они неспокойно, ночами у них бывали скандалы, они старались защитить ФИО11 с детьми. Затем ФИО21 забрали. В один из дней, возвращаясь домой, увидела, что ФИО1 с дочерью сидят у подъезда, они сказали, что ФИО11 вывозит вещи. Она не видела, чтобы ФИО11 принуждали уехать. Из окна видела, что выносили кроватку, в которой находились сумки. Мебели и крупных вещей не видела. ФИО11 не говорила, почему уехала.

Свидетель ФИО16 показала, что с 01.06.2015 года до 01.06.2017 года снимала у ФИО1 квартиру в микрорайоне <адрес>, оплачивала ФИО1 деньги. В 2016 году в квартиру пришла ФИО1 с ФИО18, последняя забрала из квартиры компьютер.

Свидетель ФИО17 показал, что проживает по соседству с родителями ФИО18 один из дней мать ФИО18 позвонила и попросила приехать на Газели в микрорайон, чтобы перевезти вещи. Она объяснила, что ФИО18 срочно надо выехать из квартиры. Он приехал, поднялся в квартиру, где проживала ФИО18 подъезде уже стояли пакеты с вещами. У подъезда было много людей, они скандалили между собой, дочь ФИО1 кричала, вызвали полицию. Там также присутствовала ФИО1 Он понял, что ФИО18 недобровольно выезжает из квартиры, поскольку слышал, что ФИО1 с дочерью просили ФИО18 освободить квартиру. На своем автомобиле Газель он вывез вещи, мебели не было.

Свидетель ФИО10 показала, что ФИО20 – ее внук, ФИО11 – дочь. Дочь (ФИО11) с мужем и тремя детьми проживала по адресу: <адрес>. В 2014 году ее мужа ФИО21 отправили на принудительное лечение в психиатрическую больницу. В один из дней она была в гостях у дочери. ФИО1 вместе со своей дочерью прибежала в квартиру, стала на них кричать, что они в этой квартире никто, чтобы они уходили. Дочь хотела поговорить с ней по-хорошему, но ФИО1 ее не слушала, устроила скандал, вызвала полицию. Она (ФИО10) позвонила племяннице, чтобы та помогла вывезти детей и вещи дочери в их квартиру в <адрес>. ФИО1 стала кричать, чтобы они не трогали мебель, даже диван и детские игрушки. Она считала, что дочь, находясь в декрете, ничего не заработала. Приехал на Газели ФИО30, они перевезли вещи, дочь с детьми проживает с ними в <адрес>. После этого ФИО1 пошла в ЖКХ и сообщила, что дочь выехала из квартиры, чтобы ее с внуками вписали в их квитанцию по оплате ЖКХ. Дочь выехала из квартиры принудительно, был скандал. Она не собиралась выезжать с детьми, думала продолжать там жить и ждать мужа.

Прокурор ФИО19 считает, что иск ФИО1 не подлежит удовлетворению, поскольку ответчик ФИО20 выехал из квартиры недобровольно, не имел возможность вернуться обратно. Встречный иск ФИО20 поддерживает. Считает, что срок исковой давности по иску ФИО20 не пропущен.

Рассмотрев первоначальные и встречные исковые требования, выслушав объяснения истца и ответчика, представителей истца и ответчика, третьих лиц, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В ст.40 Конституции РФ предусмотрено право каждого на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных ЖК РФ, другими федеральными законами и правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности (ст.10 ЖК РФ).

По договору социального найма жилого помещения нанимателю (гражданину) во владение и пользование передается жилое помещение государственного или муниципального жилищного фонда для проживания в нем на условиях, установленных ЖК РФ, при этом наниматель обязан, в том числе, использовать жилое помещение по назначению, обеспечивать сохранность жилого помещения и поддерживать его надлежащее состояние, проводить текущий ремонт жилого помещения, своевременно вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги (ст.60 ч.1, ст.67 ч.3 ЖК РФ).

Договор социального найма жилого помещения заключения без установления срока его действия (ст.60 ч.2 ЖК РФ).

Согласно ч.2 ст.69 ЖК РФ члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии. Члены семьи нанимателя имеют, в частности, следующие права: бессрочно пользоваться жилым помещением (ч.2 ст.60 ЖК РФ); сохранять право пользования жилым помещением в случае временного отсутствия (ст.71 ЖК РФ) (п.24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении ЖК РФ").

К членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке (ст.69 ч.1 ЖК РФ).

В силу ч.4 ст.69 ЖК РФ, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

В силу ч.3 ст.83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (ст.71 ЖК РФ).

Если отсутствие в жилом помещении нанимателя и (или) членов его семьи не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч.3 ст. 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения договора социального найма.

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении ЖК РФ", согласно которым, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

Таким образом, иск о признании ответчика утратившим право на жилое помещение по основанию, предусмотренному ч.3 ст.83 ЖК РФ, подлежит удовлетворению только при установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма.

Как установлено судом и следует из материалов дела, спорная трехкомнатная квартира расположена по адресу: <адрес>, имеет площадь 62,9 кв.м., относится к муниципальной собственности (л.д.64).

Истец ФИО1, как члены семьи нанимателя, в 1980 году была вселена в спорную квартиру на основании ордера. В качестве членов семьи нанимателя туда были вселены и зарегистрированы по месту жительства сын (ФИО21) и дочь истца (ФИО12), затем их дети (внуки истца, в т.ч. ответчик ФИО20). Кроме того, в квартиру была вселена невестка истца (ФИО11, брак которой с ФИО21 зарегистрирован 04.06.2004 года), без регистрации по месту жительства.

19.03.2014 года с истцом ФИО1, как с нанимателем, заключен договор социального найма жилого помещения, в котором в качестве членов семьи нанимателя указаны сын истца ФИО21, дочь истца ФИО29 (ФИО28) Н.В., внучка истца ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, внук истца ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, внук истца ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, внучка истца ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые зарегистрированы по месту жительства в квартире истца (л.д.6,21-25,31-32,65-69).

Ответчик ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирован в указанной квартире по месту жительства с 07.04.2005 года (л.д.46,59-60), с рождения до 2014 года проживал там в качестве члена семьи нанимателя.

Дочь истца ФИО12 и внуки истца ФИО23, ФИО22 зарегистрированы по месту жительства в квартире истца, не проживают там, зарегистрированы по месту пребывания по адресу: <адрес> (л.д.26,29-30).

ДД.ММ.ГГГГ сын истца ФИО21 постановлением Лотошинского районного суда Московской области помещен для прохождения принудительных мер медицинского характера в ГБУЗ МО «МОПБ им.ФИО13», где находится до настоящего времени (л.д.52,90-94).

В один из дней лета 2014 года ФИО11 с малолетними детьми: ФИО20 (ответчиком), ФИО4, ФИО9 выехала из спорной квартиры в квартиру своей матери в <адрес>, где проживает до настоящего времени.

Истец ФИО1, обращаясь с иском о признании ФИО20 утратившим право пользования спорным жилым помещением и снятии его с регистрационного учета, ссылается на добровольный характер выезда ФИО11 с детьми.

Вместе с тем, выслушав объяснения ФИО20, третьего лица ФИО11, свидетеля ФИО10, суд не может согласиться с доводами истца ФИО1, поскольку усматривается, что выезд ФИО11, а соответственно и ответчика ФИО20, которому в то время было 9-10 лет, не являлся добровольным, поскольку произошел по требованию ФИО1, на фоне конфликта.

Суд принимает во внимание, что объяснения ответчика ФИО20 о событиях, связанных с выездом из спорной квартиры, носят отрывочный характер, поскольку он сообщил только о том, что бабушка (ФИО1) громко стучала в дверь, а затем они уехали.

Также суд учитывает, что третье лицо ФИО11, а также свидетель ФИО10 являются близкими родственниками ответчика ФИО20 (мать и бабушка), и несомненно заинтересованы в исходе дела.

Вместе с тем это обстоятельство само по себе не снижает процессуальную значимость их показаний, которые оцениваются судом в совокупности с другими доказательствами.

Кроме того, объяснения ФИО20, ФИО11 и ФИО10 подтверждаются показаниями свидетеля ФИО17, из которых следует, что его позвали помочь вывезти вещи ФИО18, которой нужно срочно выехать из квартиры, и он слышал, как ФИО1 с дочерью просили ФИО18 освободить квартиру.

Доводы истца ФИО1 о добровольном выезде ответчика с матерью из квартиры объективно не подтверждены.

Показания свидетелей ФИО15 и ФИО14 относятся к периоду времени, когда ответчик с матерью покинули квартиру, а события, предшествующие этому, свидетели не наблюдали.

Более того, свидетель ФИО14 подтвердил, что по просьбе зятя истца ФИО1 заменил личину замка входной двери, что не опровергается истцом ФИО1 и третьим лицом ФИО27, которые объясняют это обстоятельство желанием исключить нахождение в квартире посторонних людей. При этом новый ключ от квартиры ФИО11 вручен не был, что лишало ее и детей возможности вселиться в квартиру и пользоваться ею.

Кроме того, свидетель ФИО16 показала, что с июня 2015 года до июня 2017 года проживала в спорной квартире, которую ей сдала ФИО1, что также указывает на невозможность вселиться в квартиру для ответчика ФИО20

При указанных обстоятельствах суд считает неубедительными доводы истца ФИО1 о том, что выезд ответчика ФИО20 с матерью из спорной квартиры носил добровольный характер, поскольку доказательств тому истцом не представлено.

Даже в своих объяснениях суду ни истец ФИО1, ни ее дочь – третье лицо ФИО27 – не скрывают своего несогласия на проживание в спорной квартире ответчика ФИО20, что также не согласуется с их версией о нечинении тому препятствий в пользовании жилищем.

Напротив, доводы встречного истца ФИО20 о недобровольном, вынужденном характере выезда из спорной квартиры и наличии препятствий со стороны истца ФИО1 в пользовании ею подтверждаются показаниями третьего лица ФИО11, свидетелей ФИО10, ФИО17, ФИО14, которые являются подробными, последовательными, не доверять которым у суда оснований не имеется.

Суд учитывает, что после недобровольного выезда из спорной квартиры, 14.05.2019 года брак между сыном истца ФИО21 и ФИО11 расторгнут решением и.о.мирового судьи судебного участка №104 Лотошинского судебного района Московской области (л.д.28).

Однако, при вышеуказанных обстоятельствах, это не влияет на жилищные права ФИО20 в отношении спорной квартиры, которые возникли у него в связи с вселением его в квартиру с рождения, в качестве члена семьи нанимателя.

В силу п.2 ст.20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В соответствии с положениями ст.69 ЖК РФ члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2). Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения (ч. 3).

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением.

Как установлено судом, ответчик ФИО20 в несовершеннолетнем возрасте был зарегистрирован в квартире по месту жительства своим отцом, вместе с родителями был вселен в него в 2004 году, проживал в нем до 2014 года, когда его отец был помещен в психиатрический стационар для прохождения принудительных мер медицинского характера (где находится до настоящего времени), в 2014 году совместно с матерью и малолетними братом и сестрой недобровольно выехал из этой квартиры. В тот период ответчик ФИО20 также был несовершеннолетним (10 лет) и не имел возможности самостоятельно осуществлять свои права по пользованию жилым помещением.

После этого до достижения совершеннолетия (05.08.2022 года) ответчик ФИО20 проживал совместно с матерью в жилом помещении, не являющемся местом жительства, которое было определено ему соглашением родителей, там же проживает по настоящее время. Самостоятельных прав на другое жилое помещение не приобрел.

От права пользования спорным жилым помещением после наступления совершеннолетия ответчик не отказывался. При этом суд учитывает наличие конфликтных отношений с истцом ФИО1, чинение ответчику препятствий в пользовании жилым помещением, невозможность пользоваться им, в том числе потому, что ключа от входной двери в квартиру истца ответчик не имел, поскольку истец сменила один из замков входной двери.

Суд принимает во внимание доводы истца ФИО1 о том, что ни ответчик ФИО20 (после достижения совершеннолетия), ни его мать ФИО11 (до достижения им 18 лет) после их выезда не участвовали в оплате за жилье и коммунальные услуги по спорной квартире, и что указанные расходы, с учетом количества зарегистрированных лиц, несет истец ФИО1 (л.д.7-9).

Вместе с тем установлено, что в 2015 году по заявлениям истца ФИО1 в МП «Лотошинское ЖКХ» о выезде внуков ФИО20, ФИО4 прекращено начислена платы на коммунальные услуги на указанных лиц, и оплата за коммунальные услуги за них производится по месту их фактического проживания (<адрес>) (л.д.112-115,116).

Кроме того, истец ФИО1 подтвердила, что в 2015-2017 году без согласия собственника муниципальной квартиры сдавала ее внаем, и не обращалась ни к ФИО1, ни к ФИО20 с требованием об оплате расходов за жилье и коммунальные услуги.

Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих об отказе ответчика ФИО20 в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, судом установлено не было.

Само по себе то обстоятельство, что третье лицо ФИО11, а также ФИО20, достигший совершеннолетия 04.08.2022 года, не обращались в суд за защитой жилищных прав до момента, когда к ФИО20 были предъявлены требования о признании утратившим право пользования квартирой и снятии с регистрационного учета, не указывают на злоупотребление правом со стороны ФИО20, тем более, что до 04.08.2022 года он не имел возможности самостоятельно реализовать право на вселение, а предъявление встречного иска направлено на получение судебной защиты нарушенных жилищных прав.

Относительно довода представителя истца ФИО1 о пропуске срока исковой давности, суд исходит из положений ст.ст.195-196,200 ГК РФ, согласно которых общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указано в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ", если в ЖК РФ не установлены сроки исковой давности для защиты нарушенных жилищных прав, то к спорным жилищным отношениям применяются сроки исковой давности, предусмотренные ГК РФ (ст.ст.196,197 ГК РФ), и иные положения гл.12 ГК РФ об исковой давности (ч.1 ст.7 ЖК РФ). При этом к спорным жилищным отношениям, одним из оснований возникновения которых является договор (например, договор социального найма жилого помещения, договор найма специализированного жилого помещения, договор поднайма жилого помещения, договор о вселении и пользовании жилым помещением члена семьи собственника жилого помещения и другие), применяется общий трехлетний срок исковой давности (ст.196 ГК РФ).

Представитель истца ФИО1 до вынесения судом решения заявил о применении последствий пропуска срока исковой давности встречным истцом ФИО20, исходя из того, что началом течения срока исковой давности является момент достижения ФИО20 14-летнего возраста (05.08.2018 года), с чем связывает возникновение у него частичной дееспособности в порядке ст.26 ГК РФ.

Вместе с тем, исходя из характера правоотношений и фактических обстоятельств дела, разрешая вопрос о начале течения срока исковой давности, суд исходит из положений п.1 ст.21 ГК РФ, согласно которой гражданская дееспособность возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Лишь по достижении полной гражданской дееспособности (05.08.2022 года) истец ФИО20 мог быть осознанно осведомлен о нарушении своих прав по спорным жилищным правоотношениям, возникшим из договора социального найма жилого помещения, но также своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их.

До этого, в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, будучи частично дееспособным, он лишь мог совершать сделки и действия в пределах, предусмотренных ст.ст.26,28 ГК РФ, что явно недостаточно для защиты прав в рамках договора социального найма жилого помещения.

В связи с изложенным суд считает, что течение срока исковой давности по встречному иску ФИО20 следует исчислять со дня достижения им совершеннолетия (05.08.2022 года), поэтому срок исковой давности им не пропущен.

При указанных обстоятельствах, руководствуясь ч.1 ст.40 Конституции РФ, ч.4 ст.3, ст.71, ч.3 ст.83 ЖК РФ, п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении ЖК РФ», суд считает, что ФИО20, будучи вселен родителями и зарегистрирован в спорной квартире, как член семьи нанимателя, приобрел жилищные права по договору социального найма этого жилого помещения наравне с нанимателем. Его выезд из квартиры в малолетнем возрасте (вместе с матерью, в то время как отец был помещен на принудительное лечение) носил вынужденный характер, после чего он не имел возможности самостоятельно реализовать свои жилищные права как в силу несовершеннолетнего возраста, так и по причине чинения препятствий со стороны ФИО1 в пользовании спорным жилым помещением, в связи с чем его временное отсутствие не влечет изменения его прав и обязанностей по договору социального найма жилого помещения.

В связи с изложенным иск ФИО1 к ФИО20 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета подлежит оставлению без удовлетворения, а встречный иск ФИО20 к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением – следует удовлетворить.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО20 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета – оставить без удовлетворения.

Встречное исковое заявление ФИО20 к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением – удовлетворить.

Вселить ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес>, паспорт № выдан 21.08.2018 года ГУ МВД России по Московской области, в квартиру по адресу: <адрес>, <адрес>.

Обязать ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес>, паспорт № выдан 31.12.2002 года ОВД Лотошинского района Московской области, не чинить <адрес> препятствий в пользовании квартирой по адресу: <адрес>, путем передачи ключей от входной двери указанной квартиры и предоставления возможности проживания в ней.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Волоколамский городской суд Московской области.

Судья Е.А.Перминова